/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-52798/2016

25 апреля 2018 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     18 апреля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 апреля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.,   судей Копыловой Л.С., Слоневской А.Ю.

 

при ведении протокола судебного заседания:  Прониным А.Л.,

 

при участии:  

от к/у АО «Рускобанк» – ГК «АСВ»: Голятина Л.А. по доверенности от 11.07.2017,

от Шамликашвили В.А.: Антонович А.В. по доверенности от 23.10.2017,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-6113/2018) Акционерного общества «Русский торгово- промышленный банк» (АО «Рускобанк») – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.02.2018 по делу № А56-52798/2016 (судья Голоузова О.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего АО «Рускобанк» – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к 

1) Шамликашвили Виктории Автандиловне 

2) ООО «Пески» 

третьи лица: 1) ООО «Эримэкс», 

2) Капустин Владимир Владимирович 

о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности          

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Рускобанк», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2017, Акционерное общество «Русский торгово-промышленный банк» (далее – АО  «Рускобанк», Банк, должник) признано несостоятельным (банкротом) с применением положений § 4 «Банкротство финансовых организаций» главы IX Закона о банкротстве, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на один год, функции конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Публикация сведений о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства размещена в газете «Коммерсантъ» от 08.04.2017 №61.

В рамках дела о несостоятельности конкурсный управляющий АО «Рускобанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Корпорация) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительными договоров цессии от 20.01.2016 №108ДЦС/15, №109ДЦС/16, просил применить последствия недействительности сделок в виде восстановления требований Шамликашвили В.А. к Акционерному обществу «Русский торгово-промышленный банк» в размерах 115000000 руб. и 92000000 руб., а также восстановить права требования должника к  Обществу с ограниченной ответственностью «Эримэкс» по кредитным договорам о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи от 15.11.2013 №145КЛВ/13, от 28.08.2014 №59КЛВ/14. Также заявитель просил обязать Шамликашвили В.А. передать должнику все подлинные документы, полученные по договорам цессии. Кроме того, заявитель просил признать недействительным соглашение от 01.02.2016 о досрочном расторжении договора об ипотеке от 31.08.2015 №59-145ДИ/15, заключенного должником и ООО «Пески», применении последствий недействительности сделки в виде восстановления прав и обязанностей по договору об ипотеке от 31.08.2015 №59-145ДИ/15.

К участию в деле в качестве ответчиков привлечены Шамликашвили Виктория Автандиловна, Общество  с ограниченной ответственностью «Пески», в качестве третьих лиц: Общество с ограниченной ответственностью «Эримэкс», Капустин Владимир Владимирович.

В обоснование заявления Корпорация сослалась на то, что договоры цессии совершены при отсутствии соразмерного встречного предоставления, а соглашение о расторжении договора ипотеки обладает признаками подозрительной сделки. По мнению заявителя, оспариваемые сделки недействительны по основаниям пунктов 1,  2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве).  

При рассмотрении дела Корпорация уточнила заявленые требования  в части применения последствий недействительности сделки в порядке статьи 49 АПК РФ, просил: взыскать с Шамликашвили В.А. в пользу должника 92000000 руб. и 115000000 руб., восстановить ее права требования к должнику в размере 92000000 руб., уплаченных по договору цессии от 20.01.2016 №108ДЦС/15, и в размере 5000000 руб., уплаченных по договору цессии от 20.01.2016 №109ДЦС/16, восстановить остаток по счету Шамликашвили В.А. №40817810000009403317 на сумму 110000000 руб., а также восстановить права и обязанности сторон по договору об ипотеке от 31.08.2015 №59-145ДИ/15.

Также Корпорация заявила ходатайство о назначении оценочной (стоимостной) экспертизы права требования ООО «Эримэкс» по кредитному договору №59КЛВ/14 на сумму 100010152,77 руб., обеспеченного залогом недвижимого имущества должника по договору об ипотеке от 28.11.2014 №59ДИ/14, права требования к ООО «Эримэкс» по кредитному договору №145КЛВ/13 на сумму 122776105,53 руб. для определения их рыночной стоимости по состоянию на 20.01.2016.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.02.2018 ходатайство Корпорации о назначении судебной экспертизы отклонено, в удовлетворении заявления отказано. Суд первой инстанции согласился с пояснениями Шамликашвили В.А., которой указано, что оспариваемые действия ею, как акционером должника, были предприняты по результатам установления невозможности погашения ООО «Эримэкс» кредитных обязательств перед должником, негативном влиянии допущенной ООО «Эримэкс» просрочки исполнения обязательств на капитал должника и соблюдение им установленных ЦБ РФ нормативов. Из материалов дела следует, что должник, установив в 2015 году прекращение ООО «Эримэкс» исполнения обязательств по кредитным договорам, 17.09.2015 на сайте Единого федерального реестра юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности опубликовал сообщение №00111907 о намерении обратиться в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Московской области от 28.07.2016 по делу    №А41-37641/2016 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Эримэкс» по заявлению Петренко А.В. Решением Арбитражного суда Московской области от 12.12.2016 ООО «Эримэкс» (признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден Рощин В.В. Определением Арбитражного суда Московской области от 23.06.2017 в связи с отсутствием у должника имущества и денежных средств для погашения требований кредиторов и завершенностью всех ликвидационных мероприятий конкурсное производство в отношении ООО «Эримэкс» было завершено. Таким образом, на момент заключения оспариваемых договоров цессии у должника фактическая возможность взыскания задолженности по кредитным договорам с ООО «Эримэкс» отсутствовала в силу его неплатежеспособности. Учитывая практику делового оборота по уступке дебиторской задолженности с умеренным дисконтом в случае наличия оснований для предположений о низкой степени ее ликвидности, суд посчитал, что позиция конкурсного управляющего является необоснованной, заявление по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не подлежит удовлетворению. Права требования уступлены с обеспечительными обязательствами к ним только по одному кредитному договору о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи от 28.08.2014 №59КЛВ/14, начальная продажная цена залогового имущества до уступки права требования была определена вступившим в законную силу решением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20.01.2016 по делу №2-698/16, которым обращено взыскание на недвижимое имущество путем реализации на публичных торгах, а именно: 

- квартира из двух комнат, назначение – жилое, площадью – 41,7 кв.м., этаж 1, кадастровый (или условный) номер 77:09:0004019:1206, адрес: г. Москва, ул. 2-ая Квесисская, д.11, кв.2, с установленной начальной ценой на публичных торгах в размере 13635000 руб.;

- квартира из двух комнат, назначение – жилое, площадью – 45,3 кв.м., этаж 1, кадастровый (или условный) номер 77:07:0013006:1342, адрес – г. Москва, ул.   Удальцова, д.49, кв.41, с установленной начальной ценой на публичных торгах в размере 13998000 руб.;

- квартира из двух комнат, назначение – жилое, площадью – 37,8 кв.м., этаж 1, кадастровый (или условный) номер 77:07:0013006:2080, адрес – г. Москва, ул. Удальцова, д.65А, кв.6, с установленной начальной ценой на публичных торгах в размере 11635000 руб.;

- квартира из трех комнат, назначение – жилое, площадью – 63,3 кв.м., этаж 1, кадастровый (или условный) номер 77:03:0006021:4624, адрес: г. Москва, ул. Фрязевская, д.3, корп.1, кв.2, с установленной начальной ценой на публичных торгах в размере 14219000 руб.

Совокупная стоимость указанных залоговых объектов недвижимости составляла 53487000 руб., что составляет 26% от суммы, фактически полученной должником в результате заключения спорных договоров цессии. При этом вопрос фактической цены реализации указанного имущества носит предположительный характер, но очевидно, что путем реализации залогового имущества обязательства ООО «Эримэкс» перед должником полностью погашены бы не были. Утверждения конкурсного управляющего о наличии в спорных договорах цессии признаков недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отклонены судом, поскольку в результате совершения спорных сделок в конкурсную массу должника поступили значительные денежные средства, и при этом был снят с баланса неликвидный актив, действия ответчика как акционера должника не могут быть оценены как действия, направленные на причинение вреда кредиторам должника, напротив, следствием заключения оспариваемых договоров цессии явилось фактическое пополнение конкурсной массы должника за счет денежных средств, перечисленных Шамликашвили В.А. Как следствие, необоснованным является и вывод конкурсного управляющего о наличии причиненного кредиторам должника такими действиями вреда. Суд не усмотрел оснований для признания недействительным оспариваемого конкурсным управляющим соглашения о досрочном расторжении договора об ипотеке от 01.02.2016, заключенного должником с ООО «Пески», так как при заключении договора цессии от 20.01.2016 №109ДЦС/16 Шамликашвили В.А. права требования по договору об ипотеке 31.08.2015 №59-145ДИ/15, в рамках которого в залог должнику ООО «Пески» было передано недвижимое имущество общей залоговой стоимостью 201000000 руб., не передавались. Законом прямо определена судьба аксессорных обязательств, к которым, в том числе, относятся обеспечительные обязательства по залогу имущества, только применительно к ситуации, когда передаются права из основного обязательства. В случае уступки всего объема требований из основного обязательства, что влечет прекращение этого обязательства, прекращаются и права, вытекающие из залога, если только первоначальный кредитор не уступил одновременно с требованием из основного обязательства и права залогодержателя. Заключенное должником и ООО «Пески» соглашение, по сути, носит формальный характер, поскольку его заключения для признания за должником отсутствие статуса залогодержателя не требовалось с силу закона. Как следствие, судом отклонен и довод конкурсного управляющего о наличии в действиях ООО «Пески» при заключении соглашения признаков злоупотребления правом.

На определение суда первой инстанции подана апелляционная жалоба АО «Рускобанк» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов», отменить определение, заявление удовлетворить.  В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель сослался на то, что права требования уступлены со значительным дисконтом, и с обеспечением в виде залогового имущества иных лиц, в результате заключения двух договоров цессии должник утратил возможность пополнения конкурсной массы на суммы 8010152,77 руб. и 7766105,53 руб. Суд неправомерно отклонил ходатайство конкурсного управляющего о назначении судебной экспертизы. Доводы Шамликашвили В.А. о  том, что на основании заключения договоров цессии у должника отсутствовала фактическая возможность взыскания задолженности носят предположительный характер. Последующее банкротство и исключение должника из ЕГРЮЛ не означало, что на момент заключения договора цессии возврат денежных средств в Банк был невозможен. Вывод суда о том, что второй договор цессии не был обеспечен залогом, противоречит материалам дела, поскольку конкурсный управляющий полагал недействительной сделкой Соглашение от 01.02.2016 о досрочном расторжении договора об ипотеке от 31.08.2015 №59-145ДИ/15, заключенного между АО «Рускобанк» и ООО «Пески», обеспечивавшего исполнение обязательств по договору цессии. 

В отзыве на апелляционную жалобу Шамликашвили В.А. возражал против ее удовлетворения, ссылаясь на то, что расчеты по оспариваемым сделка  осуществлены в полном объеме. Банком получено удовлетворение в размере основной задолженности по кредитному договору и части процентов, таким образом, на стороне должника могла иметь место только недополученная прибыль. ООО «Эримэкс» прекратило выплаты по кредитным обязательствам в 2015 году. Впоследствии, в 2016 году ООО «Эримэкс» признано несостоятельным (банкнотом). Стоимость залогового имущества значительно менее суммы, поступившей от Шамликашвили В.А. в оплату уступленного права требования. На момент уступки права требования, ООО «Эримэкс» не могло быть также произведено погашении и требований по обязательным платежам, впоследствии требование ФНС России включено в реестр требований ООО «Эримэкс». Кроме того у ООО «Эримэкс» имелась задолженность перед ООО «Дил-Банк» на сумму 360000000,00 руб. При таких обстоятельствах, необходимости в назначении по делу судебной экспертизы не имелось, ходатайство конкурсного управляющего направлено на затягивание производства по делу. Право залога Шамликашвили В.А. не передавалось.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель Шамликашвили В.А. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились. С учетом мнения представителей лиц, обеспечивших явку в судебное заседание и в соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, апелляционный суд не усматривает оснований для его отмены или изменения. 

Как следует из материалов дела, между АО «Рускобанк» (цедент) и Шамликашвили В.А. заключены договоры цессии: договор цессии от 20.01.2016 №108ДЦС/15, в соответствии с которым ответчику было передано право требования должника к ООО «Эримэкс» по кредитному договору о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи от 28.08.2014 №59КЛВ/14 в редакции дополнительного соглашения к нему от 28.11.2014 №1, возникшей по состоянию на 26.01.2016 задолженности в размере 100010152 руб., в том числе основного долга в размере 80000000 руб., просроченных процентов за пользование кредитом в размере 17880260,50 руб., неустойки по просроченным процентам в размере 2123892,27 руб., государственной пошлины по подачу заявления в суд о признании соглашения об отступном недействительным в размере 6000 руб., с правом дальнейшего начисления процентов по кредиту и требования неустоек, а также права требования по обеспечительным обязательствам, имеющимся у должника в отношении ООО «Эримэкс»» на основании договора об ипотеке от 28.11.2014 №59ДИ/14, заключенного им с залогодателем Капустиным Владимиром Владимировичем (пункт 2.3 договора). Пунктом 1.5 цена уступаемого требования оценена сторонами в размере 92000000 руб. Платежным поручением от 27.01.2016 №272964 уступаемое требование оплачено ответчиком в полном объеме. В свою очередь, должником переданы документы ответчику по акту передачи прав (требований) от 27.01.2016 и акту приема-передачи документации от 27.01.2016; договор цессии от 20.01.2016 №109ДЦС/16, в соответствии с которым ответчику было передано право требования должника к ООО «Эримэкс» по кредитному договору о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи от 15.11.2013 №145КЛВ/13 в редакции дополнительных соглашений к ним от 27.05.2014 №1, от 14.11.2014 №2, возникшей по состоянию на 28.01.201616 задолженности в размере 122766105,53 руб., в том числе основного долга в размере 100000000 руб., просроченных процентов за пользование кредитом в размере 20432068,26 руб., неустойки по просроченным процентам в размере 2328037,27 руб., государственной пошлины по подачу заявления в суд о признании соглашения об отступном недействительным в размере 6000 руб., с правом дальнейшего начисления процентов по кредиту и требования неустоек. Права требования по обеспечительным обязательствам, имеющимся у должника в отношении ООО «Эримэкс»» на основании договора об ипотеке 31.08.2015 №59-145ДИ/15, заключенного им с залогодателем ООО «Пески», переданы Шамликашвили В.А. не были. Пунктом 1.5 цена уступаемого требования оценена сторонами в размере 115000000 руб. Платежными поручениями от 29.01.2016 №1, от 01.02.2016 №3, от 29.01.2016 №121887 уступаемое требование оплачено ответчиком в полном объеме. В свою очередь, должником переданы документы ответчику по акту передачи прав (требований) от 29.01.2016 и акту приема-передачи документации от 29.01.2016. 

Кроме того, 01.02.2016 должником и ООО «Пески» было подписано соглашение о досрочном расторжении договора об ипотеке от 31.08.2015 №59-145ДИ/15, в соответствии с которым обязательства сторон по договору были признаны прекращенными с момента подписания соглашения.

Пунктом 1 статьи 189.40. Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

В силу пункта 3 указанной нормы в действующей редакции, периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией; в случае, если в отношении кредитной организации осуществляются меры по предупреждению банкротства с участием Банка России, - с даты утверждения Советом директоров Банка России плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка; в случае, если в отношении кредитной организации осуществляются меры по предупреждению банкротства с участием Агентства, - с даты утверждения Комитетом банковского надзора Банка России (а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 3 статьи 189.49 настоящего Федерального закона, также Советом директоров Банка России) плана участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Приказом Банка России от 21.06.2016 №ОД-1912 у АО «Рускобанк» с 21.06.2016 была отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

В соответствии с пунктом 2 статьи 189.26 Закона о банкротстве с 21.06.2016 приказом Банка России от 21.06.2016 №ОД-1913 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией АО «Рускобанк».

Оспариваемые сделки совершены должником в течение года с даты назначения Банком России временной администрации по управлению должником.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в рамках совершенных сделок должником получено соразмерное встречное предоставление в виде векселей, выданных ОАО «Балтийский Банк». Доказательств того, что указанные векселя заведомо не являлись ликвидными и не имели стоимости, обусловленной условиями оспариваемого договора, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ, конкурсным управляющим не представлено. Указанные векселя были погашены ОАО «Балтийский Банк», что не отрицается конкурсным управляющим.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что стороны спорной сделки или представлявшие их лица действовали исключительно с намерением совершить в дальнейшем хищение спорных векселей у должника. При таких обстоятельствах, дальнейшая судьба спорных векселей после их приобретения должником, в том числе их отчуждение в тот же день в пользу третьих лиц, не может свидетельствовать о недействительности оспариваемой сделки, равно как и предъявление векселей для погашения ОАО «Балтийский Банк». Выплата последним номинальной стоимости векселей в пользу третьих лиц исключает вывод о получении ответчиком денежных средств в размере стоимости векселей при отсутствии встречного предоставления с его стороны, что исключает возможность квалификации спорной сделки как договора, направленного на безвозмездное отчуждение денежных средств должника в пользу ОАО «Балтийский Банк». 

Отсутствие в бухгалтерском учете должника и у конкурсного управляющего сведений о дальнейшей судьбе указанных векселей свидетельствует о ненадлежащем исполнении должником обязанности по ведению учета хозяйственных операций, или ненадлежащем исполнении принятых на себя обязанностей руководством должника, но не опровергает ни факта получения векселей должником, ни их последующей возмездной реализации в пользу третьих лиц или наличия такой возможности у должника, наравне с правом получения от ОАО «Балтийский Банк» погашения по векселям.

Сведений о том, что по указанным векселям был получен отказ в платеже, или они не могли быть предъявлены к оплате или реализованы должником по их номинальной стоимости по причинам, не зависящим от должника, материалы дела не содержат. При таких обстоятельствах, сделка по приобретению указанных векселей не может быть признана убыточной, что исключает возможность признания данной сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в данном случае отсутствия материалами дела подтверждается соразмерность полученного по договорам цессии встречного предоставления должником.

Из положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что несоразмерность встречного предоставления должна быть явной. Между тем, в данном случае уступленное право было оплачено ответчиком в размере, превышающем размер основного долга по договорам займа, права из которых уступлены. 

При этом, как верно указал суд первой инстанции, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что на момент уступки прав финансовое положение ООО  «Эримэкс»  указывало на то, что расчет по кредитным договорам не будет им произведен. 

В частности, это обстоятельств подтверждается публикацией 17.09.2015 на сайте Единого федерального реестра юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности сообщения ООО «Эримэкс» №00111907 о намерении обратиться в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Вопреки утверждению подателя апелляционной жалобы, принимая во внимание, что возбуждение процедуры несостоятельности в отношении ООО «Эримэкс» последовало в течение непродолжительного времени после даты совершения спорных сделок, данное обстоятельство также подтверждает факт неплатежеспособности ООО «Эримэкс» в том числе, на момент совершения оспариваемых сделок. В ходе процедуры несостоятельности, расчеты с кредиторами ООО «Эримэкс» не произведены, что следует из определения Арбитражного суда Московской области от 23.06.2017 по делу №А41-37641/2016 о завершении конкурсного производства в отношении ООО «Эримэкс». 

Таким образом, Банком предоставление по кредитным договорам не было бы получено, в том числе в части процентов и реализация прав требования к ООО «Эримэкс» по цене, покрывающей размер основной задолженности и части процентов, не может быть признана совершенной при отсутствии соразмерного встречного предоставления.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, оценка которых не требует применения специальных познаний. При обращении в суд заявителем в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ, каких-либо доказательств несоразмерности встречного предоставления в рамках оспариваемых договоров цессии не представлено. Из материалов дела не следует, что имеются какие-либо противоречия в доказательствах, подтверждающих реальную стоимость уступленного права. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства конкурсного управляющего о проведении экспертизы рыночной стоимости уступленных прав. 

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из изложенного выше следует, что какой-либо вред интереса кредиторов в результате совершения спорных сделок, не причинен, что исключает возможность признания их недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Поскольку право требования должника по кредитным договорам в части основного обязательства прекращено, в силу положений подпункта 1 пункта 1 статьи 352 ГК РФ, у должника прекратилось и право залога в отношении указанного обязательства. Следовательно, заключение соглашения о расторжении договора залога, оспариваемого конкурсным управляющим, также не может быть расценено как основание для возникновения убытков у должника, тем более, что судом первой инстанции, исходя из оценки предмета залога при обращении на него взыскания установлено, что, при обращении взыскания на предмет залога, должник получил бы значительно меньшую сумму, чем от цессионария за уступленное право.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.02.2018 по делу № А56-52798/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «Русский торгово-промышленный банк» - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Г. Медведева

 

Судьи

 

Л.С. Копылова

 

 А.Ю. Слоневская