ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

24.12.2019

Дело № А40-135958/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18.12.2019 

Полный текст постановления изготовлен  24.12.2019

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Зеньковой Е.Л., Закутской С.А.

при участии в заседании:

от ООО «Армада-Групп» - ФИО1 по дов. от 27.09.2018

рассмотрев 18.12.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Армада-Групп»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2019,

вынесенное судьей А.Н. Васильевой,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2019,

принятое судьями Р.Г. Нагаевым, В.В. Лапшиной, И.М. Клеандровым,

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Армада-Групп» о включении требований в размере 25.758.297,32 руб. в реестр требований кредиторов должника.

по делу о признании АО «НМ-Менеджмент» несостоятельным (банкротом)  

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2018 АО «НГ-МЕНЕДЖМЕНТ» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 03.02.2018 № 20.

Определением суда от 04.04.2018 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей арбитражного управляющего. Определением суда от 08.05.2018 конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

03.04.2018 (подано через электронную систему «Мой Арбитр») в Арбитражный суд города Москвы поступило требование ООО «АРМАДА ГРУПП» о включении задолженности в общем размере 25.758.297 рублей 32 копеек в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018, оставленное без изменения постановлением Девятого арбитражного суда города Москвы от 18.12.2018, включено в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов АО «НГ-Менеджмент» требование общества с ограниченной ответственностью «АРМАДА ГРУПП» в размере 25.758.297 рублей 32 копеек основного долга.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.07.2019г. отказано обществу с ограниченной ответственностью «АРМАДА ГРУПП» в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника акционерного общества «НГ-Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) задолженности в общем размере 25.758.297 рублей 32 копеек.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2019 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ООО «Армада-Групп» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты. Заявитель в кассационной жалобе указывает на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, указывает на неправильное применение норм процессуального и материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При этом судом кассационной инстанции было отмечено, что: - суды, делая вывод о погашении ООО «НГ-Бурение» задолженности по кредитному договору в размере 25 758 297, 32 рублей не исследовали договор поручительства между ООО «НГ-Бурение» и банком, указанный в мировом соглашении (п.10), утвержденном определением Калиниского районного суда г.Тюмени по делу №2-1311/2017, на предмет определения доли общества в обеспечении обязательств должника.

В связи с чем, судом кассационной инстанции было указано на необходимость предложить сторонам спора представить в материалы дела договор поручительства между ООО «НГ-Бурение» и банком, определить долю ООО «НГ-Бурение» в совместном поручении.

Установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 Закона о банкротстве. Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в пункте 26 даны разъяснения, согласно которым в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих   требований   между   должником   и   лицами,   имеющими   право   заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 31.10.2014 между ОАО «Сибнефтебанк» и ОАО «НафтаГаз» (правопредшвественник АО «НГ -МЕНЕДЖМЕНТ») был заключен кредитный договор № 88, согласно которому Банк обязался предоставить заемщику кредит в размере 40 000 000,00 рублей на условиях, предусмотренных кредитным договором, а заемщик обязался возвратить полученный кредит и уплачивать проценты и иные платежи в порядке и сроки, установленные кредитным договором (п. 1.1 кредитного договора).

Керимовым Токаем Арифовичем и ООО «Альянс» в обеспечение исполнения кредитного договора № 88 были заключены договоры поручительства от 31.10.2014.

08.08.2017 Калининским районным судом города Тюмени утверждено мировое соглашение в рамках дела №2-1333/2017, в соответствии с которым сумма требований ОАО «Сибнефтебанк» к ОАО «НафтаГаз» составляет 25 758 297,32 рублей, из которых 22 222 224,00 рублей - основной долг; 3 536 073,32 рублей - проценты за пользование кредитом.

10.07.2017 между ОАО «Сибнефтебанк» и ООО «АРМАДА-ГРУПП» (Поручитель 2) заключен договор поручительства № 88/5, согласно условиям которого ООО «АРМАДА-ГРУПП» приняла на себя обязательства отвечать перед кредитором за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств ОАО «НафтаГаз», Керимовым Токаем Арифовичем и ООО «Альянс» по кредитному договору № 88 от 31.10.2014.

Третье лицо ООО «НГ-Бурение» (Поручитель 1) во исполнение своих обязательств по договору поручительства 

<

***>/4 от 10.07.2017, исполнило обязательства АО «НГ-Менеджмент» перед ОАО «Сибнефтебанк» в полном объеме в размере 25.758.297 рублей 32 копеек, что подтверждается платежными поручениями от 29.09.2017 № 6627 на сумму 8.505.571 рубль 46 копеек, от 31.08.2017 № 5714 на сумму 8.630.259 рублей 43 копейки, от 31.07.2017 № 4922 на сумму 8.622.466 рублей 43 копейки.

Таким образом, к ООО «НГ-Бурение» перешло право требования к должнику по кредитному договору № 88 от 31.10.2014.

02.10.2017 между ООО «НГ-Бурение» и ООО «Армада-Групп» заключено соглашение о зачете встречных однородных требований. Разделом 2 данного соглашения определено, что ООО «Армада-Групп» имеет неисполненные солидарные обязательства перед ООО «НГ-Бурение» в размере 25 758 297, 32 руб. в связи с исполнением последним обязательств по кредитному договору от 31.10.2014 № 88, заключенному между ОАО «НафтаГаз» и ОАО «Сибнефтебанк». ООО «НГ-Бурение» имеет неисполненные денежные обязательства перед ООО «Армада-Групп» в размере 35 392 074, 32 руб. в связи с неисполнением обязательств, возникших из договора поставки №1КП1411/2016 от 05.10.2016.

В силу данного соглашения в дальнейшем прекращены обязательства на сумму 25 758 297, 32 руб. по кредитному договору 

<

***> от 31.10.2014 путем зачета встречного требования по договору поставки №1КП1411/2016 от 05.10.2016.

Исходя из вышеизложенного, ООО «Армада-Групп» в обоснование заявленных требований указывает, что задолженность перед кредитором в заявленном размере образовалась в результате исполнения кредитором как поручителем должника обязательств по кредитному договору.

Как следует из материалов дела и установлено судами, директором АО «НГ-Менеджмент» с 26.08.2009 по 25.11.2017 и учредителем (доля участия 75 %) с 26.08.2009 является Керимов Токай Арифович.

Должник (АО «НГ-Менеджмент») с 14.01.2013 (дата создания) по 07.09.2016 являлся учредителем ООО «НГ-Бурение» и управляющей компанией с 07.11.2014 по настоящее время, генеральный директор с 14.01.2013 (дата создания) ФИО4.

Керимов Туран Арифович (родной брат Керимова Токая Арифовича, ответ Кутузовского отдела ЗАГС от 23.01.2018) с 10.10.2011 по 07.04.2015 генеральный директор ЗАО «Нафтагазстрой» (ИНН 

<

***>), Керимов Токай Арифович -участник с 15.02.2005 по 07.04.2015 (доля участия 50%), ФИО5 -участник с 15.02.2005 по 07.04.2015 (доля участия 25 %).

Керимов Токай Арифович, Керимов Туран Арифович, ФИО4 являются полнородными братьями, что подтверждается записями актов о рождении от 22.08.1977 № 60, от 15.12.1975 № 70, от 30.08.1982 № 52.

ФИО5 - генеральный директор и участник (доля участия 100 %) ООО «АРМАДА-ГРУПП» (зарегистрировано в качестве юридического лица 23.12.2015).

Ранее, согласно списку аффилированных лиц ОАО «НафтаГаз» от 30.06.2015, в состав аффилированных лиц входили: Керимов Токай Арифович, Керимов Туран Арифович, ФИО4, ООО «Нафтагазстрой», ЗАО «Нафтагазстрой», ООО «Нафтагаз-Бурение».

Таким образом, ООО «Армада- Групп» входило в одну группу лиц с единственным учредителем и директором ФИО5, который, в свою очередь входил в одну группу лиц с Керимовым Токаем Арифовичем, Керимовым Тураном Арифовичем, ФИО4 (через совместное участие в уставном капитале ООО «Век-СК», ЗАО «Нафтагазстрой», ООО «Нафтагаз строй»).

Как отмечает в своих объяснениях ответчик ООО «Армада-Групп», ФИО5 действительно являлся совладельцем ООО «Нафтагазстрой» (доля участия в УК 25%), однако вышел из состава участников названного юридического лица 07.04.2015, то есть за 8 месяцев до регистрации ООО «Армада-Групп».

Так, 30.05.2001 зарегистрировано юридическое лицо ООО "ВЕК-СК", сведения о котором внесены в ЕГРЮЛ 21.01.2003 с присвоением ОГРН 

<

***>. Учредителями данного юридического лица являлись: ФИО6, ФИО5 и Керимов Токай Арифович.

15.02.2005 зарегистрировано прекращение деятельности ООО "ВЕК-СК" путем реорганизации в форме преобразования. Правопреемником данного юридического лица является ЗАО "Нафтагазстрой" (ОГРН 

<

***>), имевшее ранее название ЗАО "ВЕК-КНВЕСТ". Учредителями данного юридического лица также выступали ФИО6, ФИО5 и Керимов Токай Арифович.

07.04.2015 зарегистрировано прекращение деятельности ЗАО "Нафтагазстрой" путем реорганизации в форме преобразования. Правопреемником данного юридического лица является ООО "Нафтагазстрой" (ОГРН 

<

***>), зарегистрированное 07.04.2015 и единственным участником которого являлось ОАО "Нафтагаз" (ИНН 

<

***>).

Указанные сведения подтверждаются представленными в материалы дела выписками из ЕГРЮЛ и сведениями из информационной системы Контур.Фокус.

Однако сам по себе выход ФИО5 из состава участников ООО «Нафтагазстрой» не исключает факта общности экономических интересов данных лиц после указанного события.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств суды пришли к выводу о том, что ООО «АРМАДА-ГРУПП», ООО «НГ-Бурение» и должник (АО «НГ-Менеджмент») являются фактически аффилированными лицами, связанными общим предпринимательским интересом.

Доказывание соответствующего аффилированности может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом (в том числе путем вхождения одних и тех же лиц в органы управления группой компаний) скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве       факта            общности экономических интересов допустимо не  только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), заключение группой аффилированных лиц договоров в отсутствии для этого видимой экономической цели для создания подконтрольной задолженности, позволяющей оказывать влияние на ход дела о банкротстве - суть действия недобросовестные и не подлежащие судебной защите.

Судами установлено, что ООО «АРМАДА-ГРУПП», должника и ООО «НГ-Бурение» связывают общие экономические интересы.

Так, ООО «АРМАДА-ГРУПП» в обеспечение исполнения кредитных обязательств АО «НГ-Менеджмент», ФИО4 и ООО «Альянс» предоставило поручение 10.07.2017 при том, что должник к этому времени не исполнял кредитные обязательства и Банк обратился в суд с исковым заявлением о взыскании задолженности. Поручение ООО «АРМАДА-ГРУПП» и ООО «НГ-Бурение» выдали на стадии исполнения решения суда от 22.03.2017.

При этом договор поручительства по своей сути - безвозмездная сделка, в результате которой поручитель лишается своего имущества.

С учетом цели создания коммерческих организаций - извлечение прибыли, подобная структура кредитной и обеспечительных сделок предполагает наличие общих экономических интересов при получении кредита, погашение кредита за третье лицо, совершение совместных действий, направленных на осуществление общей цели.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 по делу №А32-43610/2015, при рассмотрении требования аффилированного (фактически аффилированного) кредитора применяется повышенный стандарт доказывания - "за пределами любых разумных сомнений". Таким образом, не исключая возможность включения в реестр требований кредиторов должника требования, аффилированного к нему лица, судам при рассмотрении таких требований необходимо учесть фактические обстоятельства взаимоотношений сторон, проверить первичную документацию.

Повышенный стандарт доказывания для заинтересованных по отношению к должнику кредиторов направлен на недопущение включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, по которым заинтересованными  лицами  оформляются  документы,  не  отражающие реальные хозяйственные операции, а также создания искусственной кредиторской задолженности и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства должника, путем включения требования аффилированного кредитора в реестр.

Аффилированность кредитора и должника применительно к денежным обязательствам, возникшим из договора поручительства, имеет следующие правовые последствия.

Согласно разъяснениям пункта 22 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №3 (2018) от 14.11.2018, кредитору должно быть отказано во включении его требования в реестр требований кредиторов поручителя, если аффилированные кредитор, должник и поручитель не раскроют разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки поручительства.

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт.

Если же денежное обязательство является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности кредитора, основного должника и поручителя между собою на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц.

Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Осуществление конечным бенефициаром сделок (действий) по перемещению активов и задолженности внутри группы компаний, в том числе путем погашения задолженности перед сторонними кредиторами, с последующим предъявлением регрессного требования к должнику, не может создавать задолженность, которая противопоставляется независимым кредиторам (Определение Верховного Суда РФ от 23.07.2018 г. № 310-ЭС17-20671).

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что поведение ООО «АРМАДА-ГРУПП» свидетельствует об отсутствии цели извлечения прибыли и преследовании незаконных целей, предъявление требования ООО «АРМАДА-ГРУПП» в деле о банкротстве преследует противоправную цель -включение в реестр требований кредиторов для получения аффилированными с должником кредиторами (подконтрольных должнику лиц) денежных средств наравне с независимыми кредиторами, получение дополнительных голосов на собрании кредиторов.

Об общности интересов отмеченной группы лиц также свидетельствует поведение ООО «АРМАДА-ГРУПП» в рамках дела № А40-197945/16-88-289 Ф о банкротстве Керимова Токая Арифовича (генерального директора АО «НГ-МЕНЕДЖМЕНТ»).

Так, определением суда от 08.08.2018 по делу № А40-197945/16-88-289 Ф по заявлению самого кредитора исключены требования ООО «Армада-Групп» в размере 25.758.297, 32 рублей из реестра требований кредиторов ФИО4, приобретенные в результате исполнения ООО «АРМАДА ГРУПП» в качестве поручителя обязательств АО «НГ-МЕНЕДЖМЕНТ» перед ОАО «Сибнефтебанк» по кредитному договору 

<

***> от 31.10.2014. Указанное свидетельствует о нежелании обременять ФИО4 обязательствами по кредитному договору.

Также материалами дела подтверждается отличительность условий сделки, заключенной между ООО «АРМАДА ГРУПП» и ООО «НГ-Бурение» от обычных условий в хозяйственном обороте.

Так, согласно условиям договора поставки №1КП1411/2016 от 05.10.2016, заключенного между ООО «АРМАДА ГРУПП» и ООО «НГ-Бурение» (на прекращение обязательств по которому и был направлен зачет от 02.10.2017), срок поставки товара составляет 120 дней с даты подписания договора (4 месяца), оплата товара 180 банковских дней после передачи товара (через 7 месяцев после поставки товара), то есть сделка заключена на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Из вышеизложенного следует, что кредитор, должник и ООО «НГ-Бурение» являются группой аффилированных и взаимозависимых друг от друга лиц, способных оказывать взаимное влияние, как на финансово-хозяйственную деятельность, так и на процессуальное поведение друг друга в ходе дела о банкротстве должника.

С учетом правовой позиции Верховного суда Российской Федерации и положений ст. 65 АПК РФ, ООО «АРМАДА-ГРУПП» имело возможность представить доказательства подтверждающие предъявление регрессных требований к каждому из лиц, выдавших обеспечение (ФИО4, ООО «Альянс», ООО «НГ-Бурение»), а также к заемщику АО «НГ-Менеджмент», в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на ООО «АРМАДА-ГРУПП»; независимый характер предоставленного ООО «АРМАДА-ГРУПП» обеспечения по кредитному договору, свою финансовую самостоятельность и наличие независимого от группы компаний АО «НГ-Менеджмент», бенефициаром которой является ФИО4, волеизъявления на предоставление такого обеспечения; доказательств уплаты в пользу кредитора должника ОАО «Сибнефтебанк» 25 758 297, 32 рублей в счет погашения долга по кредитному обязательству.

Однако, ООО «АРМАДА-ГРУПП» указанных доказательств не представило, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. В соответствии со ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Следовательно, к ООО «АРМАДА- ГРУПП», как к фактически аффилированному ("дружественному") кредитору, должен применяться повышенный стандарт доказывания.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321 по делу № А40-185113/2016, в ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение.

По общему правилу суд квалифицирует поручительство нескольких лиц как совместное, если будет установлено наличие соответствующего волеизъявления указанных лиц, направленного именно на совместное обеспечение обязательства, тогда как аффилированность лиц, предоставивших поручительство, презюмирует совместный характер такого поручительства. Бремя опровержения названной презумпции лежит на самих поручителях.

Предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору. При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац четвертый статьи 387 ГК РФ). Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями пункта 2 статьи 325 ГК РФ о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого.

Аналогичный вывод следует из смысла правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзацах втором и третьем пункта 27 постановления от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством».

Кроме того, по смыслу пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также - ГК РФ), если иное не установлено соглашением между солидарными должниками, предоставившими совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а лишь тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абзац первый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

В силу изложенных выше правовых норм поручитель, исполнивший обязательство за должника приобретает регрессное требование к солидарным должникам в размере превышающим его долю в обеспечении.

Пунктом 10 определения Калининского районного суда г.Тюмени от 08.08.2017 по делу №2-1333/2017 об утверждении мирового соглашения предусмотрено обеспечение обязательства должника поручителями ООО «НГ-Бурение» и ООО «АРМАДА-ГРУПП». Из текста договоров поручительства с указанными лицами следует, что ООО «НГ-Бурение» и ООО «АРМАДА-ГРУПП» обеспечивают исполнение обязательств должника в полном объеме.

В данном случае, установленная аффилированность лиц, предоставивших поручительство за должника, презюмирует совместных характер такого поручительства.

Следовательно, доли ООО «АРМАДА-ГРУПП» и ООО «НГ-Бурение» в совместном обеспечении составляют 50%, из чего следует, что ООО «НГ-Бурение» не вправе было предъявлять требования к ООО «АРМАДА-ГРУПП» (по обязательствам должника из кредитного договора) в полном объеме (т.е. на сумму исполненных им за должника обязательств в размере 25.758.297 рублей 32 копеек).

В данном случае, произведенный зачет требований между ООО «АРМАДА-ГРУПП» и ООО «НГ-Бурение» от 02.10.2017 был использован сторонами с целью создания искусственной кредиторской задолженности (т.е. включения в реестр требований кредиторов должника всей суммы долга по исполненному ООО «НГ-Бурение» обязательству) и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства должника, путем включения в реестр требования якобы не аффилированного кредитора.

Более того, соглашение о зачете встречных однородных требований между ООО «НГ-Бурение» и ООО «Армада-Групп» заключено сторонами 02.10.2017 - в период после принятия заявления о признании АО «НГ-Менеджмент» несостоятельным (банкротом) - 29.08.2017, что свидетельствует об осведомленности указанных лиц о неплатежеспособности должника.

Произведенный зачет позволил ООО «НГ-Бурение» погасить задолженность перед ООО «Армада-Групп» в большей сумме (а именно в размере 25.758.297 руб. 32 коп.), чем причиталось бы ООО «НГ-Бурение», предъявив бы оно требование к ООО «Армада-Групп», как к сопоручителю (за вычетом доли, падающей на него самого), а также избежать необходимости предъявления своих требований к должнику АО «НГ-Менеджмент», как к аффилированному лицу (что уменьшает возможность включения данных требований в реестр требований кредиторов), доказывая при этом отсутствие корпоративных отношений между ними. В свою очередь, ООО «Армада-Групп» избежало необходимости производить реальное погашение задолженности по требованию ООО «НГ-Бурение» во исполнение своих обязательств по договору поручительства в своей части, а также сохранить контроль над кредиторской задолженностью в полном размере, а именно в сумме 25.758.297 руб. 32 коп., в качестве кредитора юридически не аффилированного с должником.

Использование кредитором подобной конструкции не свидетельствует о его добросовестном поведении и направленности его действий на защиту своих прав и законных интересов.

Выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве АО «НГ-Менеджмент»,  что является злоупотреблением   правом   и   нарушает имущественные права остальных кредиторов должника.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие у сделки, на которой основывает требование кредитор, оснований для признания ее недействительной в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве не может использоваться в качестве возражения при установлении этого требования в деле о банкротстве, а дает только право на подачу соответствующего заявления об оспаривании сделки в порядке, определенном этой главой.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Соглашение о зачете встречных однородных требований между ООО «НГ-Бурение» и ООО «Армада-Групп» заключено сторонами со злоупотреблением гражданскими правами, направлено на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на создание подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности. Более того, подобное поведение сторон указывает на притворность данной сделки, которая была заключена сторонами с целью прикрытия корпоративных отношений. Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Из положений п. 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Принимая во внимание то, что кредитор, должник и ООО «НГ-Бурение» входят в одну группу лиц, выдача совместного поручительства внутри группы лиц имеет не гражданско-правовую природу, а опосредует корпоративные отношения, смысл которых состоит в докапитализации должника за счет поручительств участников группы аффилированных лиц.

Отношения между ООО «НГ-Бурение», должником и ООО «АРМАДА-ГРУПП» имеют корпоративный характер. Доказательств, опровергающих указанные выводы ООО «АРМАДА-ГРУПП» не представлено.

Довод о том, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие общность интересов Должника, ООО «НГ-Бурение» и ООО «АРМАДА-ГРУПП» не состоятелен, так как основан на неверном толковании норм права и противоречит материалам дела. В Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 04.03.2019 установлено совместное поручительство между ООО «НГ-Бурение» и банком, ООО «АРМАДА-ГРУПП». С данными выводами согласился ВС РФ в Определении от 28.06.2019 № 305-ЭС19-8659 (2). По общему правилу аффилированность лиц предоставивших поручительство, презюмирует совместный характер такого поручительства. Время опровержения названной презумпции лежит на самих поручителях, то есть опровергнуть данную презумпцию должен был заявитель жалобы, что в нарушении ст. 65 АПК РФ не было сделано.

ООО «АРМАДА-ГРУПП», ООО «НГ-Бурение» и должник аффиллированные лица, имеют общие экономические интересы на дату выдачи поручительства 10.07.2017 и на дату заключения Соглашения о зачете встречных однородных требований от 02.10.2017. ООО «НГ-Бурение» имело юридическую аффилированность по отношению к должнику через Керимова Токая Арифовича и ФИО4 Ту рал а Арифовича.

Керимов Токай Арифович, Керимов Туран Арифович. ФИО4 являются полнородными братьями, что подтверждается записями актов о рождении от 22.08.1977 № 60, 15.12.1975 № 70, 30.08.1982 № 52.

-  Директором АО «НГ-Меиеджмент» с 26.08.2009 по 25.11.2017 Керимов Токай Арифович (родной брат ФИО4, записи актов гражданского состояния К-вых) (Сводка Контур. ФОКУС.АО «HI'-Менеджмент». Список аффилированных лиц ОАО «НафтаГаз» от 30.06.2015. имеются в материалах дела).

-  ФИО4 с 13.01.2017 по 20.12.2017 генеральный директор АО «Нафтагаз» (ИНН 

<

***>) (Распечатка с официального сайта focus.kontur.ru АО «Нафтагаз», имеются в материалах дела).

-     АО «Нафтагаз» (ИНН 

<

***>) управляющая компания ООО «НГ-Бурение» (ИНН 

<

***>) с 14.11.2016 по настоящее время (Распечатка с официального сайта focus.kontur.ru, Предоставление документов на государственную регистрацию юридического лица от 31.03.2017. выписка из ЕГРЮЛ. имеются в материалах дела).

-    Должник (АО «НГ-Менеджмент») с 14.01.2013 (дата создания) по 20.12.2016 являлся учредителем ООО «НГ-Бурение» и управляющей компанией с 07.11.2014 по 14.11.2016, генеральный директор с 14.01.2013 (дата создания) ФИО4 (сводка Контур. Фокус, выписка из ЕГРЮЛ, имеются в материалах дела).

- ФИО5 - генеральный директор и участник (доля участия 100 %) ООО «АРМАДА-ГРУПП» (зарегистрировано в качестве юридического лица 23.12.2015).

 

Ранее, согласно списку аффилированных лиц ОАО «НафтаГаз» от 30.06.2015, в состав аффилированных лиц входили: Керимов Токай Арифович, Керимов Туран Арифович, ФИО4, ООО «Нафтагазстрой», ЗАО «Нафтагазстрой», ООО «Нафтагаз-Бурение».

Таким образом, ООО «Армада-Групп» входило в одну группу лиц с единственным учредителем и директором ФИО5. который, в свою очередь входил в одну группу лиц с Керимовым Токаем Арифовичем. Керимовым Тураном Арифовичем, ФИО4 (через совместное участие в уставном капитале ООО «Век-СК», ЗАО «Нафтагазстрой», ООО «Нафтагазстрой»).

Как правильно отмечено судами, сам по себе выход ФИО5 из состава участников ООО «Нафтагазстрой» не исключает факта общности экономических интересов данных лиц после указанного события.

Суды пришли к обоснованному выводу исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательства, что ООО «АРМАДА-ГРУПП», ООО «НГ-Бурение» и должник (АО «НГ-Менеджмент») являются фактически аффилированными лицами, связанными общим предпринимательским интересом.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено, при этом также не представлено   доказательств   в подтверждение целесообразности заключения обеспечительной сделки по просроченному долгу.

При рассмотрении требования, основанного на договоре поручительства по просроченному долгу в деле о банкротстве, суд должен учитывает экономическую целесообразность заключения данной сделки.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (Определения Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС16-7060 от 15.09.2016 года; № 306-ЭС16-17647(1) от 30.03.2017 года; № 306-ЭС16-17647(7) от 30.03.2017 года; № 306-ЭС 16-20056(6) от 26.05.2017 года) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от N 63 23.12.2010 года «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Кроме того. АО «НГ-Менеджмет» 17.12.2017, то есть через 4 месяца после выдачи обеспечения, было принято решение о ликвидации должника (Решение № 6 от 19.12.2017). При этом договор поручительства по своей сути - безвозмездная сделка, в результате которой поручитель лишается своего имущества. С учетом цели создания коммерческих организаций - извлечение прибыли, подобная структура кредитной и обеспечительных сделок предполагает наличие общих экономических интересов при получении кредита, погашение кредита за третье лицо, совершение совместных действий, направленных на осуществление общей цели. Доказательств обратного не представлено.

Выводы судов о том, что ООО «АРМАДА-ГРУПП» не желает обременять ФИО4 обязательствами по кредитному договору основаны на фактических обстоятельствах дела и доказательствах, представленных в материала дела.

Пунктом 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при рассмотрении арбитражными судами заявлений конкурсных кредиторов об исключении их собственных требований из реестра требований кредиторов следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Поскольку реализация требования к должнику представляет собой одну из форм осуществления гражданского права, кредитор вправе отказаться от его реализации.

Согласно разъяснениям пункта 22 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №3 (2018) от 14.11.2018, кредитору должно быть откачано во включении его требования в реестр требований кредиторов поручителя, если аффилированные кредитор, должник и поручитель не раскроют разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки поручительства.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, подачу им заявления о включении требований в реестр требований кредиторов поручителя можно квалифицировать как совершенную с противоправной целью (ст. 10 ГК РФ). Наличия в его действиях злоупотребления правом достаточно, чтобы отказать во включении требований в реестр.

Суды, ссылаясь на п. 22 Обзора, указали, что ООО «АРМАДА-ГРУПП» не доказало целесообразность заключения обеспечительной сделки по просроченному долгу (экономическую целесообразность).

Вместе с тем, при рассмотрении требования основанного на договоре поручительства по просроченному долгу в деле о банкротстве суд должен учитывать экономическую целесообразность заключения данной сделки.

Согласно сложившейся судебной практике, наличие корпоративных либо иных связей   между   поручителем   (залогодателем)   и   должником   объясняет   мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 г. N 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Установив между должником и кредитором фактическую аффилированность, отсутствие со стороны кредитора разумных объяснений целесообразности и деловой цели совершения указанной цепочки сделок, в результате которой на должника возложено дополнительные обязательства перед «дружественным» кредитором, предъявившим на их основании требования о включении в реестр кредиторов должника, суды обоснованно пришли к выводу, что в данном случае целью аффилированного к должнику кредитора является формальное наращивание подконтрольной кредиторской задолженности с целью последующего уменьшения конкурсной массы.

Как следует из правовых позиций высшей судебной инстанции, приведенных в абзаце четвертом пункта 4 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункте 10 постановления от 30.04.2009 N 32, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При этом следует отметить, что по смыслу положений статьи 10 ГК РФ, с учетом правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 3 Обзора практики (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127), возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

В материалы дела не представлено доказательств реального товарного оборота и фактической возможности у кредитора осуществить поставку товаров.

ООО «АРМАДА-ГРУПП» ссылается на договор поставки от 05.10.2016 №1КШ411/2016, соглашение о зачете взаимных требований. Вместе с тем, не представлено доказательств поставки товара от ООО «АРМАДА-ГРУПП» в пользу ООО «НГ-Бурение», а также доказательств наличия у ООО «АРМАДА-ГРУПП» производственной возможности поставить товар, что подтверждает отсутствие долга у ООО «НГ-Нурсние» за поставку товара и отсутствие встречного денежного требования ООО «АРМАДА-ГРУПП» к ООО «НГ-Бурение». При таких обстоятельствах акт зачета взаимных требований не повлек правовых последствий в виде прекращения обязательства на основании ст. 410 ГК РФ.

Кредитором в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих факт поставки труб ООО «НГ-Бурение» на сумму 35 392 074. 32 руб.. а также документы подтверждающие перемещение (перевозку) указанных труб ООО «НГ-Бурение», не представлены в материалы дела документы, подтверждающие, что трубы были переданы в собственность ООО «НГ-Бурение», доказательства, что у кредитора был товар в наличии, а также оригиналы указанных документов, то есть факт поставки труб не подтвержден доказательствами.

Согласно условиям договора поставки срок поставки товара 120 дней с даты подписания договора (4 месяца), оплата товара 180 банковских дней после передачи товара (через 7 месяцев после поставки товара), то есть сделка заключена на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В данном случае, суды пришли к правомерному выводу о том, что произведенный зачет требований между ООО «АРМАДА-ГРУПП» и ООО «НГ-Бурение» от 02.10.2017 был использован сторонами с целью создания искусственной кредиторской задолженности (т.е. включения в реестр требований кредиторов должника всей суммы долга по исполненному ООО «НГ-Бурение» обязательству) и. как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства должника, путем включения в реестр требования якобы не аффилированного кредитора. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Кроме того, соглашение о зачете встречных однородных требований между ООО «НГ-Бурение» и ООО «Армада-Групп» заключено сторонами 02.10.2017 - в период после принятия заявления о признании АО «НГ-Менеджмент» несостоятельным (банкротом) - 29.08.2017, что свидетельствует об осведомленности указанных лиц о неплатежеспособности должника.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197 по делу N А32-43610/2015, при рассмотрении требования аффилированного (фактически аффилированного) кредитора применяется повышенный стандарт доказывания - «за пределами любых разумных сомнений».

Требования кредитора основано на сделке, заключенной при злоупотреблении правом, поскольку на момент ее заключении для Должника и Заявителя было очевидно неблагополучное финансово-хозяйственное положение Должника и его неспособность исполнить принятую обязанность по договору поручительства; действия заявителя и Должника носили согласованный характер но созданию искусственной кредиторской задолженности путем возложения на должника новых обязательств при наличии уже просроченных собственных, в целях получения заинтересованным лицом большинства голосов для обеспечения контроля над процедурой несостоятельности (банкротства) должника, последующего вывода активов в счет искусственно созданной задолженности, и как следствие, с целью причинения вреда добросовестным кредиторам.

В абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -постановление Пленума от 23.12.2010 N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Несостоятелен довод о том, что размер предъявленного требования не позволяет сделать вывод о наличии цели установления контроля над делом о банкротстве. Должник и кредитор входят в  одну  группу лиц.  Взаимное включение    внутригрупповой задолженности не должно влечь негативных последствий для внешних кредиторов посредством включения спорной задолженности в реестр. Учитывая актуальную судебную практику по рассмотрению требований аффилированных лиц, установление наличия внутригрупповых отношений между сторонами и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений влечет необходимость при оценке допустимости включения заявленных требований детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между сторонами спора; оценить действия, как кредитора, так и должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2) по делу N А32-19056/2014, от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056.

Влияние на ход процедуры банкротства может оказываться не только голосованием на собраниях кредиторов, но и иными способами, в том числе для создания преимуществ группе аффилированных с должником лиц и последующего влияния на ход процедуры банкротства, для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора наравне и в ущерб с «внешними кредиторами».

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов нарушений норм процессуального права судами, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.07.2019, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2019, по делу № А40-135958/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу  без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                     В.Я. Голобородько

 

Судьи:                                                                                 Е.Л. Зенькова 

 

                                                                                              С.А. Закутская