ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-20538/2023)

Дело № А65-13634/2020

г. Самара

29 января 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 января 2024 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Александрова А.И., Бессмертной О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3 представитель по доверенности от 14.11.2023,

от ФИО4 – ФИО5 представитель по доверенности от 18.09.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Топ-Проект» ФИО6 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.11.2023 об отказе в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела № А65-13634/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Топ-Проект», ИНН 

<

***>. 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.06.2020 принято к производству заявление ООО «Татпромэко» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Топ-Проект».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2020 (резолютивная част от 23.07.2020) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.12.2020 (резолютивная часть от 02.12.2020) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Топ-Проект».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2023 указанное заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.11.2023 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Топ-Проект» о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Топ-Проект».

Конкурсный управляющий ООО «Топ-Проект» ФИО6, не согласившись с указанным судебным актом, обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.11.2023, просит его отменить, вынести новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представители ФИО2, ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам письменных отзывов, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся руководителем должника с 21.10.2014 до 22.02.2019, а также учредителем с момента создания общества.

Руководителем должника с 22.02.2019 и на момент признания должника банкротом являлся ФИО4.

Конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности ввиду необращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, ответчиком ФИО4 не исполнена обязанность по передаче документов и имущества общества. Также конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 указал, что ООО «Топ-Проект», находясь по его контролем, продолжало заключить новые договоры, то есть брать на себя дополнительные обязательства.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из отсутствия в материалах дела совокупности условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в том числе из отсутствия доказательств их вины в возникновении у должника неисполненных обязательств, невозможности  погасить требования кредиторов, причинно-следственной связи между их действием (бездействием) и появлением задолженности.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ООО «Топ-Проект» ссылается на неполное исследование судом первой инстанции всех обстоятельств дела, указывает, что все обязательства перед кредиторами возникли в период руководства ФИО2 и ФИО4, требование о необходимости передать все имеющиеся документы в отношении деятельности общества бывшим руководителем общества ФИО4 добровольно не исполнено, в связи с чем конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением об истребовании документов, в удовлетворении которого отказано, при этом заявитель апелляционной жалобы считает, что непередача документов в отношении деятельности общества, в т.ч. о совершенных сделках, не позволила конкурсному управляющему в полной мере осуществить мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок, а именно заявитель апелляционной жалобы указывает на недостаточность сведений и документов для оспаривания сделки по отчуждению транспортного средства KIA SLS (Sportage, SL, SLS) 2015 г.в., гос. номер Х984АС116; и сделки по отчуждению транспортного средства Хонда CR-V, 2017 г.в., гос. номер 

<

***>. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы указывает на неправомерность не передачи документов по активам должника, имевшимся согласно бухгалтерскому балансу за 2019 год, в том числе материальные внеоборотные активы на сумму 2 363 000 руб., запасы на сумму 152 000 руб.

Фактически доводы апелляционной жалобы повторяют правовую позицию конкурсного управляющего, изложенную в заявлении при рассмотрении спора в суде первой инстанции.

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Основания привлечения к ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве установлены в главе III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В пункте 3 статьи 4 Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции указанного Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве установлено, что правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Топ-Проект».

В обоснование заявления конкурсный управляющий указал, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в силу статьи 61.12 Закона о банкротстве ввиду необращения в суд с заявлением о признании должника банкротом с даты возникновения обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом);

- в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ФИО4 не передана конкурсному управляющему в полном объеме бухгалтерская и иная документация должника, что, в свою очередь, затруднило пополнение конкурсной массы, а также взыскание дебиторской задолженности

Также конкурсный управляющий ссылался на наличие задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, указал, что должником не исполнены обязательства, возникшие с января 2017 г. по октябрь 2019 г. При этом договоры, по которым возникли указанные обязательства, были заключены 06.12.2016, 04.09.2015, 01.08.2017, 27.10.2017, 16.10.2016, 01.11.2018, 02.11.2018.

Согласно заявлению конкурсного управляющего, несмотря на наличие множества неисполненных обязательств перед кредиторами, должник продолжил заключать договоры с иными контрагентами, а именно с ООО «ЕлАз-Транс» (договоры № 01/18-59 от 01.11.2018 и № 01/18-61 от 02.11.2018).

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Судом первой инстанции установлено, что в период с 21.10.2014 до 22.02.2019 руководителем должника являлся ФИО2, а также его учредителем с момента создания общества, в период с 22.02.2019 и на момент признания должника банкротом руководителем должника являлся ФИО4

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Возложение обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ. Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно п. 4 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности). Данная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу №А22-941/2006.

По смыслу пункта 1 статьи 4 ГК РФ действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. В связи с этим, положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ правила о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. Указанная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 05.06.2019 №Ф06-46881/2019 по делу №А49-1097/2017.

Поскольку настоящее заявление подано конкурсным управляющим в суд 02.11.2022, его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Обстоятельства, указанные конкурсным управляющим в качестве свидетельствующих о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу Закона №266-ФЗ (30.07.2017), которым признана утратившей силу ст. 10 Закона о банкротстве.

На основании п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно п. 1 и. 2 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Судом первой инстанции установлено, что согласно реестру требований кредиторов должника и отчету конкурсного управляющего о своей деятельности сумма требований кредиторов, включенных в реестр, составляет 17 368 634 руб. Имущество у должника не выявлено.

Между тем, нормы ст. 61.12, ст. 9 Закона о банкротстве касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Отождествление неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору является ошибочным. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Данная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу №305-ЭС20-11412, №А40-170315/2015.

Судом первой инстанции установлено, что показатель обеспеченности обязательств должника его активами, характеризующий величину активов должника, приходящихся на единицу долга и рассчитываемый как отношение суммы ликвидных и скорректированных внеоборотных активов к обязательствам должника, по состоянию на 01.01.2017 принимал значение, равное 0,97, на 01.01.2018 - 1,59, на 01.01.2019 -1,03, по состоянию на 31.12.2019 - 1. Нормальное значение: 1 и более.

Степень платежеспособности по текущим обязательствам на всем анализируемом периоде (с 01.01.2017 по 31.12.2019) имеет положительную динамику и за весь период соответствовала нормативному, показывает о достаточной степени обеспеченности обязательств должника на указанный период. Способность организации погасить текущие обязательства за счет собственной выручки за анализируемый период составляла от 0,97 до 1.

Динамика показателя обеспеченности обязательств активами за анализируемый период была положительной, что говорит о возможности должника покрыть свои обязательства (101,02% за квартал), соответственно, удовлетворить требования своих кредиторов. За анализируемый период прослеживается стабильность хозяйственного оборота.

Соответственно на 2017, 2018 гг. предприятие функционировало и выполняло принятые на себя обязательства.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает несостоятельными доводы заявителя апелляционной жалобы о возникновении у должника признаков неплатежеспособности с января 2017 года, а также о неправомерности заключения договоров с контрагентами с этого периода.

Как следует из материалов дела, коэффициент абсолютной ликвидности, показывающий, какая часть краткосрочных обязательств может быть погашена немедленно. По состоянию на 01.01.2017 - этот показатель равен 0,29, на конец анализируемого периода - размер равен 0.

Указанная тенденция свидетельствует о снижении платежеспособности предприятия, с 01.01.2019 способность выполнить текущие обязательства утрачена в связи с отсутствием денежных средств на счетах и краткосрочных финансовых вложений в достаточном количестве. Однако, на начало анализируемого периода предприятие функционировало и выполняло принятые на себя обязательства.

Обратного заявителем апелляционной жалобы не доказано.

Коэффициент платежеспособности по текущим обязательствам на начало анализируемого периода составлял 1,17, на 01.01.2018 - 0,66, 01.01.2019 - 4,17, на 31.12.2019 - 0.

Судом первой инстанции установлено, что согласно вступившему в законную силу решению Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.03.2020 по делу № А65-33800/2019, 15.08.2016 между ООО «Эксавольт» (заказчик) и ООО «Топ-проект» (подрядчик) заключен договор №1304, по условиям которого подрядчик взял на себя обязательства выполнить строительно-монтажные работы на объекте «Реконструкция АЗС №181, 166 квартал Зеленодольского района Республики Татарстан», а заказчик - выполненные работы принять и оплатить. Во исполнение своих договорных обязательств заказчик перечислил подрядчику всего 31 068 463 руб. 08 коп. и на эту же сумму между ними подписаны акты о приемке выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ и затрат (по форме КС-2 и КС-3).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2018 по делу №А65-19687/2017 установлен факт ненадлежащего выполнения ООО «Топ-проект» строительно-монтажных работ, как в части их объема, так и качества, объем и стоимость фактически выполненных работ (27 300 562. 52 руб.), объем и стоимость устранения недостатков выполненных работ (1 272 329, 10 руб.), на ООО «Топ-проект» возложена обязанность по устранению выявленных недостатков работ в установленный судом срок.

Обстоятельства, установленные указанным судебным актом, являются преюдициальными для настоящего спора в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом установленных обстоятельств, показателей хозяйственной деятельности должника в 2017-2019 г.г., специфики отношений  в рамках строительного подряда, судебная коллегия отклоняет доводы заявителя апелляционной жалобы о неисполнении должником обязательств с января 2017 года, указанные обязательства не свидетельствуют о неудовлетворительном имущественном положении должника, которое наступило не ранее 01.01.2019.

При этом судом первой инстанции правомерно установлено, что после указанной даты должником не были взяты на себя новые реестровые обязательства. Должником осуществлялась обычная хозяйственная деятельность, выполнялись работы по ранее заключенному договору строительного подряда. Однако впоследствии были выявлены недостатки в выполненных работах.

Таким образом, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии в материалах дела доказательств, что на момент возникновения обязательств перед кредиторами по реестру уже наступило объективное банкротство должника и удовлетворение их требований было заведомо невозможно.

Соответственно, необращение ответчиков как руководителей с заявлением о признании должника банкротом не повлекло возникновение новых обязательств перед кредиторами, требования которых включены в реестр.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что в связи с непередачей всех необходимых документов, связанных с деятельностью ООО «Топ-проект», в частности, о совершенных сделках, конкурсный управляющий был лишен возможности в полной мере провести мероприятия, направленные на пополнение конкурсной путем взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок. В силу отсутствия достаточных сведений и документов не смогли быть оспорены сделки  по отчуждению транспортного средства КИА (KIA SLS (Sportage, SL, SLS) 2015 г.в., гос. номер Х984АС116, по отчуждению транспортного средства Хонда CR-V, 2017 г.в., гос. номер 

<

***> а также о не передаче документов по активам должника, имевшимся согласно бухгалтерскому балансу за 2019 год, в том числе материальные внеоборотные активы на сумму 2 363 000 руб., запасы на сумму 152 000 руб., судебной коллегией отклоняются в силу следующего.

В соответствии с п. 1, пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Следовательно, в отношении требований к руководителю должника заявителю необходимо доказать, что к моменту вынесения решения о признании должника банкротом документы бухгалтерского учета и (или) отчетности отсутствовали или не содержали информации об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Так, в силу п. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская отчетность подлежат хранению не менее пяти лет после отчетного года. Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

В соответствии со ст. 7, ст. 6 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации, передачу иным лицам или изъятие. В случае утраты документации обязанность по восстановлению документации возлагается на руководителя.

Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Из содержания п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53  также следует, что добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по восстановлению документации (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Таким образом, ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2021 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО4 штампов, материальных и иных ценностей, оригиналов документов и информации в отношении ООО «Топ-Проект».

При этом суд исходил из отсутствия доказательств фактического наличия на момент разрешения спора у ответчиков документации, не переданной конкурсному управляющему. Между тем, вынесение неисполнимого судебного акта (об обязаннии передать вещь в натуре) недопустимо, поскольку может создать угрозу необоснованного привлечения лица к ответственности за его неисполнение (в частности, в случае взыскания в пользу кредитора неустойки в соответствии со ст. 308.3 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции правомерно установлено, что из заявления конкурсного управляющего следует, что ему не переданы документы о совершенных должником сделках по отчуждению транспортных средств, об активах должника по бухгалтерской отчетности, что препятствует их выявлению.

Между тем, ответчики в опровержение указанных доводов конкурсного управляющего указали, что денежные средства, полученные в результате отчуждения транспортного средства КИА 2015 г.в. направлены на ведение основой деятельности (строительства) по заключенным договорам строительного подряда, выплаты заработной платы, что отражено в документах бухгалтерского учета. Транспортное средство Хонда 2017 г.в. являлось лизинговым, было изъято у должника лизингодателем в связи с нарушением должником графика лизинговых платежей, в подтверждение чего представлены копии договора лизинга от 04.12.2017, протокола встречи представителей должника и лизингодателя от 18.01.2019, письма должника в адрес службы судебных приставов.

По данным бухгалтерского баланса должника на 31.12.2019 балансовая стоимость активов должника, а именно материальных внеоборотных активов составляла 2 363 000 руб. Запасы отсутствуют.

Из пояснений ответчиков следует, что к сумме материальных внеоборотных активов отнесены убытки от работ и услуг, которые выполнены контрагентами для должника, но не отнесены на себестоимость периода 2017-2019 г.г., поскольку закрыто выполнение работ по объектам. Также приведены расшифровки затрат по строке баланса на сумму 2 363 000 руб. (сумма по счету 97.21 – расходы будущих периодов): заработная плата с задолженностью, не отнесенная на расходы, суммы, выплаченные по незавершенным судебным разбирательствам, штрафы, пени, неустойки, судебные иски – не завершенные по судебным разбирательствам  и не сверенные на момент подачи бухгалтерского баланса, остаток незакрытых сумм по счету 44.01, не отнесенных на прибыль 2018-2019 г.г.

В материалы дела представлены копии оборотно-сальдовых ведомостей, карточек счета.

Заявителем апелляционной жалобы указанные выводы суда первой инстанции не опровергнуты.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств, что отсутствие какой-либо документации  повлияло на проведение процедуры банкротства в отношении должника.

В силу изложенного судебной коллегией отклоняются доводы заявителя апелляционной жалобы об обратном.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии совокупности условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в том числе их вины в возникновении у должника неисполненных обязательств, невозможности  погасить требования кредиторов, причинно-следственной связи между их действием (бездействием) и появлением задолженности.

Доводы, изложенные в жалобе, не влияют на правильность выводов суда. Оснований для удовлетворения указанной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для переоценки обстоятельств, установленных при рассмотрении обоснованности заявленных требований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.11.2023 по делу №А65-13634/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Г.О. Попова

 

Судьи                                                                                                          А.И. Александров

 

ФИО7