Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-1830/2021

г. Хабаровск

07 июня 2021 года

Резолютивная часть судебного акта объявлена 02 июня 2021 года.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Изосимова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в заседании суда дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Дальмонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 680033, 

<

...>)

к ФИО2 (ИНН 

<

***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 15 000 000 руб.

При участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3, действующий на основании прав по должности (конкурсный управляющий);

от ответчика – явку представителя не обеспечил, о времени и месте проведения судебного заседания уведомлен в порядке статьи 123 АПК РФ.

Общество с ограниченной ответственностью «Дальмонтаж» (далее – истец, ООО «Дальмонтаж») обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к ФИО2 (далее - ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Скарабей» и взыскании в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Дальмонтаж» основного долга по договору денежного займа с процентами от 16.02.2017 № 16-02/16  в размере 15 000 000 руб.

Исковое заявление мотивировано тем, что ответчиком, как контролирующим должника лицом, допущены нарушения, которые привели к невозможности исполнения ООО «Скарабей» принятых на себя обязательств, в следствие недобросовестного исполнения ответчиком обязанностей директора ООО «Скарабей», последнее утратило возможность возвратить ООО «Дальмонтаж» сумму займа и, как следствие истец понес убытки.

Нормативно иск обоснован положениями статей 10, 15, 53.1, 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 3.1. статьи 3 федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Представитель истца исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, о времени и месте судебного заседания уведомлен в порядке статьи 123 АПК РФ.

В порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика.

Рассмотрев материалы дела, заслушав доводы представителя истца, суд

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Скарабей» (далее - Общество) зарегистрировано в качестве юридического лица 11.02.2016 (ГРН записи в ЕГРЮЛ – 1162724054470).

Лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, согласно выписке из ЕГРЮЛ Общества являлся директор ФИО2 (ГРН записи в ЕГРЮЛ 2172724211108 от 14.04.2017). 

Единственным учредителем (участником) ООО «Скарабей» согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 01.06.2021, также являлась ФИО2 с размером доли 100 процентов и номинальной стоимостью доли в уставном капитале общества 370 000 руб. (запись ГРН 2172724243987 внесена 03.05.2017).

31.10.2018 в ЕГРЮЛ Общества внесена запись ГРН 2182724521670 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

21.02.2019 в ЕГРЮЛ Общества внесена запись ГРН 2192724104615 о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Из материалов дела следует, 16.02.2017 обществом с ограниченной ответственностью «Дальмонтаж» (выступающим в качестве займодавца) и обществом с ограниченной ответственностью «Скарабей» (выступающим в качестве заемщика) подписан договор денежного займа с процентами № 16-02/16, по условия которого ООО «Дальмонтаж» передает обществу «Скарабей» заем в сумме 15 000 000 рублей, а ООО «Скарабей» обязуется возвратить заемные средства и уплатить проценты за пользование ими в размере 11% годовых. Срок займа определен в 1 год.

Платежным поручением от 16.02.2017 №107 денежные средства в сумме 15 000 000 рублей перечислены на банковский счет ООО «Скарабей».

В связи с неисполнением обязанности по возврату займа ООО «Дальмонтаж» обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением о взыскании с ООО «Скарабей» соответствующей задолженности.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 20.08.2018 по делу № А73-10435/2018 иск удовлетворен, с ООО «Скарабей» в пользу ООО «Дальмонтаж» взысканы основной долг в сумме 15 000 000,00 рублей, проценты за пользование займом в сумме 2 192 465,75 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 361 335,62 рублей.

Решение суда вступило в законную силу, 08.10.2018 выдан исполнительный лист серия ФС 020357190.

Ссылаясь на то, что погашение требований истца к Обществу стало невозможно в следствие действий (бездействий) ответчика – ФИО2, как руководителя (директора) и единственного участника ООО «Скарабей», в результате противоправных, недобросовестных действий ответчика Общество перестало быть способным исполнять обязательства с контрагентами, и руководствуясь нормами статей 10, 15, 53.1, 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 3.1. статьи 3 федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Исследовав материалы дела, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. 

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). 

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгод

Верховный Суд РФ в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

То есть, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности следующих условий: противоправности действий нарушителя, наличия и размера понесенных убытков, причинной связи между правонарушением и убытками, вины нарушителя, а также принятие истцом мер к предотвращению убытков или уменьшению их размера.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Таким образом, по общему правилу, убытки являются универсальной мерой гражданско-правовой ответственности и для взыскания убытков на основании статьи 15 ГК РФ лицо, требующее их возмещения, должно представить доказательства, подтверждающие противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникшими убытками, а также наличие и размер понесенных убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Из положений пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон Об ООО), пункта 3 статьи 53 ГК РФ следует, что директор является единоличным исполнительным органом управления общества и, реализуя от имени и в интересах данного юридического лица гражданские права и обязанности, должен действовать добросовестно и разумно. 

В силу пунктов 2 и 3 статьи 44 Закона Об ООО члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании. При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Аналогично, частями 1-2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как установлено частью 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Частью 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В настоящем споре ООО «Дальмонтаж» предъявляет требования о привлечении ответчика (как единственного участника и руководителя Общества) в субсидиарном порядке.

Из материалов дела следует, что ООО «Скарабей» исключено из ЕГРЮЛ в связи с  наличием в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, то есть на основании п. 5 статьи 21.1. 1Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных  предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ), согласно которой, предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ). 

Порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц установлен пунктом 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ., положения которого аналогичны пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ. В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Как указывалось, согласно пункту 3.1., введенному Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ в статью 3 Закона № 14-ФЗ, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, у истца имеется право на предъявление требований о возмещении убытков по корпоративным основаниям в результате деятельности директора и единственного участника ООО «Скарабей».

Согласно пункту 1  статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причинение юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

В качестве доводов, подтверждающих, по мнению истца, недобросовестность и неразумность действий директора ООО «Скарабей» ФИО2 истцом указывается, что:

- в нарушение обязанности предусмотренной в пункте 5 статьи 5 федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц» ответчиком не обеспечена достоверность содержащихся в ЕГРЮЛ сведений об обществе, в том числе при изменении юридического адреса, в нарушение пункта 4.2 статьи 9 того же закона уклонилась от участия в мероприятиях по проверке достоверности сведений содержащихся в ЕГРЮЛ, что повлекло принятие регистрирующим органом решения об исключении общества из реестра;

- согласно упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Скарабей» за 2016 год балансовая стоимость активов общества на конец 2016 года составляла 322 182 тыс. руб. в том числе 143 139 тыс. руб. - запасы, 178 422 тыс. руб. - финансовые и другие оборотные активы. Исходя из изложенного, истец полагает, что ответчиком не были предприняты меры по взысканию дебиторской задолженности с контрагентов, финансовое состояние которых позволяло произвести ее оплату, что свидетельствует о неразумности его действий,

исходя из указанных сведений, истец полагает, что ООО «Скарабей» должен был получить сумму достаточную для погашения кредиторской задолженности, в том числе и перед истцом.

При анализе  бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Скарабей» за 2016 год установлено, что помимо дебиторской задолженности на сумму 178 422 тыс. руб., у ООО «Скарабей» имелась также кредиторская задолженность на общую сумму 229 096 тыс. руб. 

То есть, кредиторская задолженность в размере, превышающем финансовые и другие активы 50 674 тыс. руб. имелась и на дату подписания 16.02.2017 договора денежного займа с процентами №16-02/16. 

Сведения бухгалтерского баланса Общества свидетельствуют об особенностях структуры бизнеса ООО «Скарабей», предполагающей высокий уровень, как дебиторской, так и кредиторской задолженности.

Таким образом, произведенный истцом расчет объема дебиторской задолженности по состоянию на 30.06.2017 года, без учета кредиторской задолженности Общества за предыдущий отчетный период в сумме 229 096 тыс. руб. судом признан необоснованным.

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Скарабей» за 2016 год чистая прибыль общества составила 1 532 тыс. руб.

Исходя из условий договора денежного займа с процентами №16-02/16 от 16.02.2017 года срок займа определен в 1 год.

То есть, срок исполнения обязанности ООО «Скарабей» по возврату займа наступил 16.02.2018 года.

В материалы дела представлена бухгалтерская (финансовая) отчетность ООО «Скарабей» за 2016 год, а также налоговые декларации, сведения из книги покупок и книги продаж за первые 6 мес. 2017 года.

Вместе с тем, доказательств, позволяющих объективно оценить финансово-хозяйственное положение Общества на февраль 2018 года, установить причинно-следственную связь между действиями ответчика и невозможностью уплаты задолженности, – истцом не представлено.  

Нормативным основанием требования истцом указываются положения статьи 53.1. ГК РФ. 

Вместе с тем, заявляя о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, истцом не указывается конкретных действий или бездействий, в результате которых Обществу был причинен вред.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Истец обратился с иском о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед истцом после прекращения правоспособности должника в административном порядке.

При этом следует отметить, что согласно единообразной судебной практике сам по себе факт прекращения правоспособности должника в административном порядке при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами не квалифицируется в качестве вредоносного действия, влекущего невозможность осуществления расчётов с кредиторами, как основание для субсидиарной ответственности, предусмотренной ст.61.11 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», на что, в частности, указано в определении Верховного Суда РФ от 25 августа 2020 г. №307-ЭС20-180, постановлениях Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25 ноября 2020 г. №Ф03-5000/2020, от 13 мая 2020 г. №Ф03-157/2020, от 10 июня 2020 г. №Ф03-1437/2020, от 14 мая 2020 г. №Ф03-1294/2020 и т.д.

Из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017г. №53) следует, что подобного рода ответственность не может  презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Федерального закона РФ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Наличие у общества (впоследствии исключенного регистрирующим органом из соответствующего реестра) непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков (как руководителя, так и участника такого общества) в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату спорного долга.

В этой связи истец должен доказать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика как руководителя и/или учредителя должника и тем, что долг перед кредитором не был погашен, то есть направленность данных действий исключительно на непогашение задолженности перед кредиторами.

Такие доказательства истцом в материалы настоящего дела не представлены.

При этом также следует учитывать, что в силу положений п.5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, что в силу положений ст.65 АПК РФ возлагает на истца обязанность по доказыванию недобросовестного или неразумного поведения ответчиков, направленного на неуплату спорного долга.

Также, судом принимается во внимание, что истец, действуя разумно и осмотрительно не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении должника, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что права и законные интересы кредитора затрагиваются в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ по процедуре, инициированной регистрирующим органом.

Верховным судом Российской Федерации разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285).

Субсидиарная ответственность участника/исполнительного органа наступает тогда, когда в действиях контролирующих лиц имеется состав правонарушения, включая виновные действия (бездействие), контролирующих лиц, повлекших невозможность исполнения денежных обязательств должником-организацией перед кредитором (вывод активов, фальсификация или уничтожение документов, уничтожение имущества и т.п.), причинно-следственную связь и причиненные этими действиями (бездействием) убытки (правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2019 № 306-ЭС19-18285).

Согласно требованиям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств, подтверждающих наличие соответствующих обстоятельств, позволяющие суду сделать вывод о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, истцом в материалы дела не представлено.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Вместе с тем, заявляя о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, истцом не указывается конкретных действий или бездействий ответчика, в результате которых Обществу был причинен вред.

Доводов и доказательств, подтверждающих наличие состава правонарушения, повлекших невозможность исполнения денежных обязательств должником-организацией перед кредитором, то есть неразумность или недобросовестность действий ответчика, в дело не представлено.

При изложенных обстоятельствах, суд не находит обоснованными доводы истца о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 53.1 ГК РФ по обязательствам ООО «Скарабей».

В постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17.10.2019 № Ф03-4627/2019 сформулирована позиция, согласно которой в силу исключительности применения механизма восстановления нарушенных прав кредиторов посредством привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53 от 21 декабря 2017г.), при решении вопроса о привлечении контролировавших должника лиц, исходя из задач судопроизводства (ст.2 АПК РФ) и принципа справедливости необходимо исследовать вопрос о фактическом лице (лицах), виновных в наступлении обстоятельствах, являющихся основанием привлечения к субсидиарной ответственности, и в зависимости от установленного определить их вину и размер ответственности.

Ввиду недоказанности истцом необходимой совокупности условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,  в частности ввиду недоказанности противоправности (недобросовестности и неразумности) действий ответчика, оснований для привлечения к ответственности, наличия прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и невозможностью удовлетворения требований истца, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Общая сумма исковых требований по настоящему иску составляет 15 000 000 руб. 00 коп. Соответственно, размер государственной пошлины, рассчитанный по правилам статьи 333.21 НК РФ, составляет 98 000 руб.

При обращении в суд платежным поручением № 3 от 08.02.2021 истцом уплачена государственная пошлина в размере 14 520 руб. 34 коп. 

Определением суда от 17.02.2021 истцу предоставлена отсрочка по оплате госпошлины по иску в оставшейся части до рассмотрения спора по существу.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. 

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ.  При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Принимая во внимание изложенное, в силу требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в сумме 83 479 руб. 66 коп. относится на истца и подлежит взысканию в доход федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дальмонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 83 479 руб. 66 коп.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья                                                                          С.М. Изосимов