ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

                                                                                                                      

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-18112/2023

г. Челябинск

15 марта 2024 года

Дело № А34-13248/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 марта 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поздняковой Е.А.,

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» на определение Арбитражного суда Курганской области от 27.11.2023 по делу № А34-13248/2020 об удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Судебное заседание проведено посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Курганской области.

В заседании приняли участие:

представитель общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» - Грачева Анна Николаевна (паспорт; доверенность от 27.06.2023 сроком на 1 год);

генеральный директор общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» - ФИО2 (паспорт);

представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО3 (паспорт; доверенность от 24.03.2023 сроком по 09.04.2024);

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралдорснаб» - ФИО4 – ФИО5 (паспорт; доверенность от 30.09.2023). 

 

Решением Арбитражного суда Курганской области от 21.06.2019 (резолютивная часть) в отношении общества с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» введена процедура банкротства конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

08.08.2022 в Арбитражный суд Курганской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 с требованиями:

- о признании недействительным договора займа № 1 от 15.10.2018, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» на сумму 16 696 000 руб., применении последствий недействительности сделки - обязании общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 16 696 000 руб.;

- о признании недействительным договора поставки № 1 от 17.10.2018, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб», применении последствий недействительности сделки - обязании общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 5 000 000 руб. 

Определением от 01.09.2022 выделено в отдельное производство требование конкурсного управляющего ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» о признании недействительным договора поставки № 1 от 17.10.2018.

Определением от 16.01.2023 заявления конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделок должника недействительными объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 27.11.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор займа № 1 от 15.10.2018, договор поставки № 1 от 17.10.2018 заключенные между ООО «УралДорСнаб»  и  ООО «УралПромСнаб». Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с  ООО «УралПромСнаб»  в конкурсную массу  ООО «УралДорСнаб» денежных средств в размере 10 575 275 руб. 52 коп.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции от 27.11.2023,  ООО «УралПромСнаб»   (далее – податель апелляционной жалобы, апеллянт) обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение отменить.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает на то,   что выводы суда первой инстанции не соответствуют, обстоятельствам дела, которые изложены в судебном акте. Заключая договор займа, Ддолжник, действовал по принципу свободы договора, при этом, принимая на себя предпринимательские риски в виду принятия обязательств предоставить денежные средства ответчику в определенном размере и на определенных условиях. Представленные в материалы дела документы, свидетельствуют о реальном исполнении договора займа, т.е. его фактическое предоставление и полный возврат денежных средств должнику, что само по себе исключает признание сделки недействительной ввиду отсутствия встречного равноценного предоставления с целью причинения имущественного вреда кредитору. Судом первой инстанции неверно сделан вывод о том, что сделка по поставке щебня между должником и ответчиком носит мнимый характер, и фактически опровергается материалами дела.

По мнению апеллянта, спорные сделки, не ухудшили имущественное положение должника, и не причинила вред его кредиторам. При этом, фактическое исполнения обязательств ответчиком перед должником не опровергается (не оспаривается) конкурсным управляющим.  Принимая во внимание отсутствие у спорной сделки признаков вреда, вопросы аффилированности сторон, осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника и иные составные элементы подозрительности не имеют правового значения. Ответчик, считает, что судом первой инстанции необоснованно принято во внимание заключение эксперта от 25.06.2023г. и сделан вывод о том, что данное заключение содержит мотивированные выводы и не содержит противоречий. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 14.03.2024.

От ПАО «Сбербанк России»  поступил отзыв на апелляционную жалобу (рег. № 13496), который в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), приобщен судом к материалам дела. Просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 15.10.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» (займодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» (заемщик) заключен договор займа № 1 (т. 1, л.д. 9) по условиям которого, займодавец обязался предоставить заемщику во временное пользование денежные средства в сумме 16 696 000 руб. под 6% годовых, а заемщик обязуется возвратить сумму займа не позднее 15.10.2020.

На основании писем заемщика (т. 1, л.д. 51-56) денежные средства в сумме 16 696 000 руб. перечислены должником на расчетные счета поставщиков заемщика. В том числе 9 500 000 руб. - перечислены закрытому акционерному обществу «Нерудные строительные материалы» (платежные поручения, т. 2, л.д. 28-32, 35-37), 7 196 000 руб. - перечислены акционерному обществу «Рославльский вагоноремонтный завод» (выписка по операциям на счете т. 1, л.д. 102-120).

Ответчиком произведен частичный возврат займа в размере 3 083 500 руб. (платежные поручения, т. 1, л.д. 72-77, 79-83).

Кроме того денежные средства в размере 37 224 руб. 48 коп. перечислены ответчиком за должника региональному отделению ДОСААФ России по Курганской области на основании писем (т. 1, л.д. 15-22) в качестве оплаты за аренду помещения, что подтверждено соответствующими платежными поручениями (т. 1, л.д. 77-78).

В соответствии с соглашением об уступке прав требования от 29.12.2018 (т. 1, л.д. 97), заключенным между обществом с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Метако» (цессионарий), к цессионарию перешли права требования цедента к обществу с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» о возврате денежных средств в размере 8 000 000 руб., следующие из договора займа № 1 от 15.10.2018.

Оплата уступленного права в размере 8 000 000 руб. произведена путем зачета взаимных требований в качестве частичной оплаты за поставленный обществом с ограниченной ответственностью «Метако» в адрес должника товар (т. 4 л.д. 6-12) на основании договора поставки щебня № 1508/18-БДС от 01.06.2018 (решение Арбитражного суда Челябинской области от 04.06.2021 по делу № А76-49043/2020).

Также между обществом с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» (покупатель) заключен договор поставки № 1 от 17.10.2018 (т. 1, л.д. 49-50) в соответствии с условиями которого, поставщик принял на себя обязательства по поставке щебня и других строительных материалов покупателю.

Существенные условия договора поставки в соответствии с пунктом 1.1 договора определяются в счете на предварительную оплату, выставляемом поставщиком.

На основании универсальных передаточных документов № 1 от 20.10.2018, № 2 от 22.10.2018, № 3 от 30.10.2018, № 4 от 08.11.2018, № 5 от 12.11.2018, № 6 от 13.11.2018, № 7 от 16.11.2018, № 8 от 19.11.2018, № 9 от 22.11.2018, № 10 от 04.12.2018, № 11 от 07.12.2018, № 12 от 07.12.2018 (т. 5, л.д. 28-39) обществом с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» поставлен товар на сумму 10 855 025 руб. 80 коп.

Согласно реквизитам указанных универсальных передаточных документах, продавцом является общество с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб», покупателем - общество с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб», грузоотправителем - общество с ограниченной ответственностью «Логистика Трейд Сервис», грузополучателем - закрытое акционерное общество «Нижневартовскстройдеталь», перевозчиком - открытое акционерное общество «Российские железные дороги».

Товар поставлялся ответчику обществом с ограниченной ответственностью «Нерудные строительные материалы» на основании договора поставки № 34 от 15.10.2018 (т. 2, л.д. 9-12, 16-27).

Общество с ограниченной ответственностью «Логистика Трейд Сервис» является собственником подъездных путей не общего пользования, примыкающих к станции «Сыростан» Южно-Уральской железной дороги (код станции 805904) и осуществляет свою деятельность на коммерческой основе по организации грузоперевозок с указанной станции. Между обществом с ограниченной ответственностью «Нерудные строительные материалы» и обществом с ограниченной ответственностью «Логистика Трейд Сервис» заключен договор об организации перевозок грузов железнодорожным транспортом № 1-7/2018-ТЭ от 01.07.2018 (т. 2, л.д. 43). В соответствии с условиями договора грузы отправляются из пункта Сыростан Южно-Уральские железные дороги (код станции 805904) в пункт назначения, указанный заказчиком.

Письмами (т. 2, л.д. 45-47) общество с ограниченной ответственностью «Нерудные строительные материалы» обращалось к обществу с ограниченной ответственностью «Логистика Трейд Сервис» с заявкой поставить товар в адрес грузополучателя - закрытого акционерного общества «Нижневартовскстройдеталь».

В качестве оплаты товара должником ответчику по договору поставки № 1 от 17.10.2018 в материалы обособленного спора представлено платежное поручение № 18 от 29.01.2019 на сумму 5 000 000 руб. (т. 1, л.д. 167), акты взаимозачета № 1 от 30.10.2018, № 2 от 16.11.2018, № 1 от 29.01.2019 (т. 1, л.д. 12-14) на сумму 5 855 025 руб. 80 коп., подписанные должником и ответчиком.

Полагая, что указанные перечисления денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» были произведены в отсутствие равноценного встречного исполнения (пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)), с целью причинения вреда имущественный правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в результате злоупотребления правом (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и мнимости (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, с требованием о признании сделок, оформленных договором займа № 1 от 15.10.2018 и договором поставки № 1 от 17.10.2018 недействительными, одновременно заявив требование о применении последствий недействительности сделок.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закона о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Условия недействительности сделок по основаниям подозрительности определены статьей 61.2 Закона о банкротстве. Пункт 1 названной статьи касается сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, пункт 2 - сделок, совершенных в целях причинения вреда кредиторам.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. п. 5 - 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих доказыванию, суд отказывает в признании сделки недействительной.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении сделки статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделок недействительными.

Вопрос наличия фактических обстоятельств, совокупность которых позволяет признать сделку недействительной в соответствии со статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе мнимость, притворность сделки и злоупотребление правом, разрешается судом при оценке имеющихся в обособленном споре доказательств и доводов участвующих в деле лиц.

При этом бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (статья 9 АПК РФ).

Судом установлено, представлено доказательств реального, полного возврата полученных ответчиком от должника денежных средств не представлено.

Материалами обособленного спора установлено, что основным видом деятельности должника - общества с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» является торговля оптовая непродовольственными потребительскими товарами - ОКВЭД 46.4.

Заключение договора займа № 1 от 15.10.2018 является выходом за пределы обычной хозяйственной деятельности общества. 

Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы обособленного спора не содержат, суду апелляционной инстанции не доказано.

Из анализа движения денежных средств по расчетному счету должника (т. 2, л.д. 94-105) следует, что на момент заключения договора займа от 15.10.2018 у него отсутствовали денежные средства для выдачи займа в полном объеме.

В соответствии с данными Банка России, в октябре 2018 года ключевая ставка составляла 7,5% годовых, а средневзвешенная процентная ставка по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям - субъектам малого и среднего предпринимательства, в октябре 2018 года составляла 9,47% (на срок свыше одного года) (www.crb.ru).

Выдача займа под 6% годовых, что ниже действовавшей ключевой ставке Центрального банка Российской Федерации в размере 7,5% и ниже средневзвешенной процентной ставки по кредитам, предоставленным кредитными организациями в момент заключения договора займа № 1 от 15.10.2018, указывает на отсутствие экономической обоснованности сделки, в том числе с учетом последующего обращения в ПАО Сбербанк с целью получения кредита под 17% годовых.

Заключая договор займа 15.10.2018, стороны согласовали точную сумму денежных средств, передаваемых в заем - 16 696 000 руб. При этом в силу пункта 2.1 указанного договора займодавец обязался передавать денежные средства поставщикам заемщика разными суммами, на основании писем заемщика.

Перечисление денежных средств по договору займа № 1 от 15.10.2018 осуществлялось должником в период с 16.10.2018 по 24.01.2019 (платежные поручения, т. 2, л.д. 28-32, 35-37, выписка по операциям на счете т. 1, л.д. 102-120).

В том числе в рамках исполнения договора займа от 15.10.2018 денежные средства в сумме 9 500 000 руб. были перечислены должником поставщику общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» на основании договора поставки № 34 от 15.10.2018, заключенного между ответчиком и обществом с ограниченной ответственностью «Нерудные строительные материалы».

Договор поставки № 34 от 15.10.2018 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 15.10.2018 (т. 2, л.д. 9-11) содержит условие о цене товара: стоимость щебня гранитного фракции 5-20 мм согласована сторонами в размере 1 936 руб. за тонну, в том числе НДС. Условий об общем объеме и стоимости поставляемого товара указанный договор поставки не содержит.

В связи с чем, возникают объективные сомнения в том, каким образом стороны договора займа на момент его заключения могли знать, что в будущем на основании писем заемщика будут произведены платежи именно на сумму 16 696 000 руб.

Исходя из анализа расчетного счета должника № 40702810932000009918, открытого в ПАО «Сбербанк», по состоянию на 15.10.2018 года (дата заключения договора займа) остаток денежных средств на расчетном счете Должника составлял 3 411 804,93 рублей.

После перечисления должником первых двух платежей за ответчика 16.10.2018 года на общую сумму 1 900 000 рублей, остаток денежных средств на расчетном счете Должника по состоянию на 17.10.2018 составил 1 514 330 рублей.

23.10.2018 года должником за ответчика произведен 3-й платеж на сумму 1 100 000 рублей, и остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 23.10.2018 года (включительно) составил 414 295,93 руб.

По результатам анализа операций по зачислению денежных средств на расчетный счет Должника установлено, что единственными источниками поступлений за период с 24.10.2018 по 29.01.2019 года были платежи от ЗАО «НСД» за щебень:

- 29.10.2018 в размере 1 000 230 руб.;

- 01.11.2018 в размере 3 369 000 руб.;

- 13.11.2018 в размере 4 277 607 руб.;

- 26.12.2018 в размере 11 955 389 руб. 75 коп.;

А также кредитные средства ПАО «Сбербанк»:

- 08.11.2018 в размере 5 550 000 руб. (выдача кредита по договору № 016/8599/20199-34559);

- 29.11.2018 в размере 1 061 000 руб. (выдача кредита по договору № 016/8599/20199-37248).

Остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 29.10.2018 года (включительно) с учетом поступления платежа от ЗАО «НСД» на сумму 1 000 230 руб. составил 1 287 441,93 руб.

31.10.2018 должником за ответчика осуществлен 4-й платеж на сумму 500 000 руб., и остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 31.10.2018 (включительно) составил 624 966 руб.

Остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 01.11.2018 с учетом поступления платежа от ЗАО «НСД» на сумму 3 369 000 руб. составил 2 971 675,00 руб.

07.11.2018 должником за ответчика осуществлен 5-й платеж на сумму 2 000000 руб., и остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 07.11.2018 (включительно) составил 364 175,26 руб.

Остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 08.11.2018 (включительно) с учетом поступления первого кредита от ПАО Сбербанк на сумму 5 550 000 руб. составил 5 908 140,26 руб.

Остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 13.11.2018 (включительно) с учетом поступления платежа от ЗАО «НСД» на сумму 4 277 607,00 руб. составил 9 272 247,26 руб.

15.11.2018 года и 22.11.2018 года должником за ответчика осуществлены 6-й и 7-й платежи на общую сумму 2 000 000 руб., и остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 22.11.2018 (включительно) составил 7 184 343,26 руб.

По состоянию на 28.11.2018 (включительно) остаток денежных средств на расчетном счете должника составлял 5 948 343,26 руб.

29.11.2018 должником за ответчика осуществлен 8-й платеж на сумму 4 000 000 руб., и остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 29.11.2018 (включительно) с учетом поступления второго кредита от ПАО Сбербанк на сумму 1 061 000 руб. составил 3 009 308,26 руб.

04.12.2018 должником за ответчика осуществлен 9-й платеж на сумму 2 000 000 руб., и остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 04.12.2018 (включительно) составил 959 448,13 руб.

Остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 26.12.2018 (включительно) с учетом поступления платежа от ЗАО «НСД» на сумму 11 955 389,75 руб. составил 12 108 001,88 руб.

27.12.2018, 14.01.2019, 24.01.2019 года должником за ответчика и напрямую Ответчику осуществлены 10-й, 11-й, 12-й, 13-й платежи на общую сумму 8 196 000 руб., остаток денежных средств на расчетном счете должника по состоянию на 29.01.2019 (включительно) составил 484 421,53 руб.

Анализ иных операций по расчетному счету должника за 2019 год (оплата с Банком за расчетно-кассовое обслуживание, уплата налогов и страховых взносов, арендных платежей и услуг связи-интернета), а также отсутствие операций по взаиморасчетам ООО «УРАЛДОРСНАБ» по прямым (самостоятельным) договорам с контрагентами с декабря 2018 года, позволяют сделать вывод о том, что должником какая-либо хозяйственная деятельность прекращена с января 2019 года.

С 17.10.2019 ООО «УралДорСнаб» полностью прекратило расчеты с ПАО «Сбербанк» по кредитным договорам, что впоследствии явилось причиной предъявления требования о досрочном возврате кредитов, инициирования Банком процедуры судебного взыскания задолженности и впоследствии процедуры банкротства.

Указанные обстоятельства, как верно отмечено судом,  свидетельствуют о том, что сделка, оформленная договором займа № 1 от 15.10.2018, совершена с целью выбытия у должника ликвидного актива, при явном злоупотреблении правом, с целью вывода денежных средств должника во избежание обращения на них взыскания по требованиям кредиторов.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего и кредитора ПАО «Сбербанк» об отсутствии у сторон намерения исполнять сделку и о действительной направленности сделки на вывод из обладания должника ликвидных активов обоснован. При этом наличие в оспариваемом договоре займа формальных условий об уплате процентов за пользование займом, не опровергает вывода о направленности сделки на причинение вреда.

Судом первой инстанции проанализирован договор поставки № 1 от 17.10.2018, заключенный между должником и ответчиком, товарные накладные, квитанции о приеме груза на перевозку.

Так, по условиям договора поставки № 1 от 17.10.2018 поставщик (ООО «УралПромСнаб») обязуется поставить, а покупатель (ООО «УралДорСнаб») принять и оплатить щебень и другие строительные материалы, в соответствии с условиями, определенными настоящим договором (пункт 1 договора).

Согласно пункту 1.1 договора наименование, ассортимент, количество товара, цена за единицу измерения, общая стоимость поставки определяется в счете, представленном поставщиком покупателю на предварительную оплату, применительно к каждой отдельной партии товара.

В течение действия настоящего договора покупатель передает поставщику заявку в устной или письменной форме на поставку товара, в которой указывается наименование, ассортимент, количество товара, способ поставки, отгрузочные документы (пункт 3.1 договора).

Как пояснил представитель ответчика в судебном заседании, заявки оформлялись в устной форме.

Основанием для перечисления денежных средств является счет, выставленный поставщиком покупателю. При перечислении денежных средств на расчетный счет поставщика покупатель обязан указать в платежном поручении номер и дату счета (пункт 5.6 договора).

Судом установлено, что доказательств выставления счета ответчиком должнику не представлено.

В платежном поручении № 18 от 29.01.2019 на сумму 5 000 000 руб. в назначении платежа отсутствует ссылка на счет на оплату, как того требует пункт 5.6 договора как и отсутствует ссылка на конкретные универсальные передаточные документы, по которым был поставлен товар.

Как указывалось выше, в реквизитах универсальных передаточных документах № 1 от 20.10.2018, № 2 от 22.10.2018, № 3 от 30.10.2018, № 4 от 08.11.2018, № 5 от 12.11.2018, № 6 от 13.11.2018, № 7 от 16.11.2018, № 8 от 19.11.2018, № 9 от 22.11.2018, № 10 от 04.12.2018, № 11 от 07.12.2018, № 12 от 07.12.2018 (т. 5, л.д. 28-39) в качестве наименования продавца указано общество с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб», покупателя - общество с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб», грузоотправителя - общество с ограниченной ответственностью «Логистика Трейд Сервис», грузополучателя - закрытое акционерное общество «Нижневартовскстройдеталь», перевозчика - открытое акционерное общество «Российские железные дороги».

Документов свидетельствующих об определении способа доставки, а именно путем доставки конечному покупателю (закрытое акционерное общество «Нижневартовскстройдеталь») спорный договор поставки не содержит.

В доказательства реальности поставки щебня ответчиком должнику, ответчик ссылается на универсальные передаточные документы № 1 от 20.10.2018, № 2 от 22.10.2018, № 3 от 30.10.2018, № 4 от 08.11.2018, № 5 от 12.11.2018, № 6 от 13.11.2018, № 7 от 16.11.2018, № 8 от 19.11.2018, № 9 от 22.11.2018, № 10 от 04.12.2018, № 11 от 07.12.2018, № 12 от 07.12.2018 (т. 5, л.д. 28-39), а также на книги продаж ответчика за 4 квартал 2018 года и книги покупок должника за 4 квартал 2018 года, пояснения ООО «НСМ», договор на приобретение им щебня у ООО «НСМ», железнодорожные квитанции.

Судом, по результатам анализа книг покупок и продаж ответчика (т. 1, л.д. 93-96) и должника (на CD-диске, т. 2, л.д. 75) установлено, что ответчик после приобретения щебня у общества с ограниченной ответственностью «Нерудные строительные материалы» перепродает его должнику с минимальной наценкой - 55944 руб.

В соответствии со статей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что доводы ответчика о реальной поставки щебня должнику, со ссылкой на универсальные передаточные документы о поставке, несостоятельны, поскольку само по себе, не может подтверждать факт поставки, с учетом аффилированности должника и ответчика и предъявления к их отношениям повышенного стандарта доказывания.

Кроме того, проведенной по делу экспертизой установлено, что фактическое время изготовления счет-фактуры № 3 (УПД № 3) от 30.10.2018 г., подписанной от имени продавца генеральным директором ООО «УралПромСнаб» и от имени покупателя директором ООО «Уралдорснаб» на сумму 660 083,20 рублей, не соответствует дате 30.10.2018 г., указанной в ней.

С учетом установленной судом аффилированности должника и ответчика, возможности создания сторонами фиктивного документооборота для придания реальности хозяйственных правоотношений, суд правомерно пришел к выводу, что записи в книге покупок и продаж должника и ответчика недостаточно для доказательства реальности поставки товара.

При этом оплата за щебень от ЗАО «НСД» (платежные поручения в деле) поступала на расчетный счет ООО «УралДорСнаб» и как следует из выписки по расчетному счету должника, впоследствии использовалась ответчиком (перечисление должником третьим лицам за ответчика).

Указанное свидетельствует, что оспариваемый договор поставки № 1 от 17.10.2018 был заключен с ООО «УралДорСнаб» с целью создания видимости осуществления должником реальной хозяйственной деятельности и видимости возврата денежных средств по договору займа № 1 от 15.10.2018.

В конце 2018 года договор поставки с конечным покупателем - закрытым акционерным обществом «Нижневартовскстройдеталь» (основным покупателем должника) был перезаключен на ответчика, что ответчиком не отрицалось в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, как следует из документов, представленных обществом с ограниченной ответственностью «Метако», по второй линии поставок (ЗАО «Картель Промснаб» - ООО «Метако» - ООО «Уралдорснаб» - ЗАО «НСД»), договор поставки с должником № 1508/18-БДС от 01.06.2018, где конечным покупателем щебня также являлось закрытое акционерное общество «Нижневартовскстройдеталь», был также перезаключен на ответчика (договор № 1501/19-БДС от 15.01.2019).

Данные обстоятельства  были подтверждены в судебном заседании суда первой инстанции  законным представителем ответчика ФИО2, который пояснил, что после перезаключения договоров с контрагентами ООО «УралДорСнаб» на себя, должник (ООО «УралДорСнаб») стал фактически ему не нужен.

Согласно сведениям, из системы СПАРК (система профессионального анализа рынков и компаний) закрытое акционерное общество «Нижневартовскстройдеталь» и общество с ограниченной ответственностью «Метако» являются контрагентами ответчика.

Таким образом, ответчик путем перезаключения договоров поставки с должника на себя с конечным покупателем щебня в цепочке по поставке товаров - закрытым акционерным обществом «Нижневартовскстройдеталь» (основным источником поступления денежных средств на расчетный счет должника), перевел деятельность на себя в период после получения кредитных средств от конкурсного кредитора (ПАО Сбербанк) с целью их не возврата.

 Судом учтено, что по условиям договора поставки № 1 от 17.10.2018, оплата товара по договору производится покупателем на условиях с отсрочкой платежа 30 дней каждой отдельной партии товара в безналичном порядке (платежным поручением) путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика в валюте Российской Федерации - рублях. 

Обязательства покупателя по оплате товара в этом случае считаются исполненными с даты зачисления денежных средств на расчетный счет поставщика.

В материалах дела  представлены универсальные передаточные документы № 1 от 20.10.2018, № 2 от 22.10.2018, № 3 от 30.10.2018, № 4 от 08.11.2018, № 5 от 12.11.2018, № 6 от 13.11.2018, № 7 от 16.11.2018, № 8 от 19.11.2018, № 9 от 22.11.2018, № 10 от 04.12.2018, № 11 от 07.12.2018, № 12 от 07.12.2018, при этом оплата по поставкам была произведена актами взаимозачета № 1 от 30.10.2018, № 2 от 16.11.2018, № 1 от 29.01.2019, платежным поручением № 18 от 29.01.2019 на сумму 5 000 000 руб., в котором в назначении платежа было указано: оплата за поставки продукции, не содержащее в себе ссылки на конкретное обязательство по оплате (счет или универсальный передаточный документ).

Таким образом,  суд усматривает в действиях должника по перечислению на расчетный счет ответчика 5 000 000 руб. (платежное поручение № 18 от 29.01.2019, т. 1, л.д. 167) в качестве оплаты товара по договору поставки № 1 от 17.10.2018 намерение вывода денежных средств из имущественной массы и создание искусственной кредиторской задолженности.

Акты взаимозачета № 1 от 30.10.2018, № 2 от 16.11.2018, № 1 от 29.01.2019 (т. 1, л.д. 12-14) на сумму 5 855 025 руб. 80 коп., которыми оформлен возврат заемных денежных средств по договору займа от № 1 от 15.10.2018 и оплата товара по договору поставки № 1 от 17.10.2018, учитывая аффилированность и взаимозависимость участников данных сделок, составлены формально с целью создания видимости оплаты поставки щебня и осуществления реальной хозяйственной операции при ее фактическом отсутствии.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц до даты признания должника банкротом учредителем и руководителем общества с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» являлся ФИО6.

Общество с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.04.2018, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за основным государственным регистрационным номером 1187456017957.

В период с 18.04.2018 по 26.02.2019 (охватывает период осуществления оспариваемых операций) учредителями ответчика в равных долях (50%) являлись ФИО2 и ФИО6.

В настоящее время учредителями общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» в равных долях (50%) являются ФИО2 и ФИО7 (мать ФИО6).

В суде первой инстанции ФИО2 не отрицал факт трудоустройства в ООО «УралДорСнаб» до 2018 года.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» зарегистрировано по адресу: 454018, 

<

...>.

В рамках настоящего дела о банкротстве рассматривался обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по продаже автомобиля BMW X6, 2013 г.в., оформленной договором купли-продажи от 21.06.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «УралДорСнаб» в лице представителя ФИО2 и ФИО7 в лице представителя ФИО6.

Согласно реквизитам договора адрес ФИО2 - 

<

...>, адрес ФИО6 - 

<

...>.

Кроме того, как отмечено конкурсным кредитором (ПАО Сбербанк) номер телефона ФИО6, указанный в договоре поручительства по кредитным обязательствам должника перед ПАО Сбербанк был также указан на официальном сайте общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» в разделе «Контакты» (в отзыве имеется соответствующий скриншот, т. 4., л.д. 93-96).

Таким образом, установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях ФИО2 и ФИО6 противоправности цели совершения сделок, оформленных договором займа № 1 от 15.10.2018 и договором поставки № 1 от 17.10.2018, преследующих единственную цель - вывод денежных средств должника в распоряжение аффилированного лица при наличии обязательств перед конкурсным кредитором (ПАО Сбербанк), требования которого остались непогашенными.

Судом первой инстанции определением от 25.05.2023 была назначена судебная экспертиза, с целью установления обстоятельств, которые имеют значение для рассматриваемого спора и разъяснения вопросов, требующих специальных знаний на разрешение экспертов, поставлены следующие вопросы

1. Соответствует ли дата изготовления документа - Акта взаимозачета № 2 от 16 ноября 2018 года, заключенного между ООО «УРАЛПРОМСНАБ» и ООО «УРАЛДОРСНАБ» на сумму 3 157 430,00 руб., дате, указанной в документе? Если не соответствует, то в какой период времени был изготовлен Акта взаимозачета № 2 от 16 ноября 2018 года, заключенный между ООО «УРАЛПРОМСНАБ» и ООО «УРАЛДОРСНАБ» на сумму 3 157 430,00 руб.? Подвергался ли документ Акт взаимозачета № 2 от 16 ноября 2018 года, заключенный между ООО «УРАЛПРОМСНАБ» и ООО «УРАЛДОРСНАБ» на сумму 3 157 430,00 руб., интенсивному термическому, световому или химическому воздействиям?

2. Соответствует ли дата изготовления документа - письмо генерального директора ООО «УРАЛПРОМСНАБ» ФИО2 директору ООО «УРАЛДОРСНАБ» ФИО6 от 14.01.2019 года о перечислении денежных средств в сумме 136 000 рублей предприятию АО «Рославльский ВРЗ», дате, указанной в документе? Если не соответствует, то в какой период времени был изготовлен документ - письмо генерального директора ООО «УРАЛПРОМСНАБ» ФИО2 директору ООО «УРАЛДОРСНАБ» ФИО6 от 14.01.2019 года о перечислении денежных средств в сумме 136 000 рублей предприятию АО «Рославльский ВРЗ»? Подвергался ли документ - письмо генерального директора ООО «УРАЛПРОМСНАБ» ФИО2 директору ООО «УРАЛДОРСНАБ» ФИО6 от 14.01.2019 года о перечислении денежных средств в сумме 136 000 рублей предприятию АО «Рославльский ВРЗ», интенсивному термическому, световому или химическому воздействиям?

В распоряжение эксперта для проведения экспертизы предоставить оригиналы следующих документов: договора займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 16.10.2018 на сумму 400 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 16.10.2018 на сумму 1500 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 23.10.2018 на сумму 1 100 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 31.10.2018 на сумму 500 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 07.11.2018 на сумму 2 000 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 15.11.2018 на сумму 1 000 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 22.11.2018 на сумму 1 000 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 29.11.2018 на сумму 4 000 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 04.12.2018 на сумму 2 000 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 26.12.2018 на сумму 9 000 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 14.01.2019 на сумму 136 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., письма о перечислении денежных средств от 24.01.2019 на сумму 60 000 руб. по договору займа № 1 от 15.10.2018 г., акта взаимозачета № 1 от 30.10.2018 г., акта взаимозачета № 2 от 16.11.2018 г., акта взаимозачета № 1 от 29.01.2019 г., УПД № 1 от 20.10.2018 г., УПД № 2 от 22.10.2018 г., УПД № 3 от 30.10.2018 г., УПД № 4 от 08.11.2018 г., УПД № 5 от 12.11.2018 г., УПД № 6 от 13.11.2018 г., УПД № 7 от 16.11.2018 г., УПД № 8 от 19.11.2018 г., УПД № 9 от 22.11.2018 г., УПД № 10 от 04.12.2018 г., УПД № 11 от 07.12.2018 г., УПД № 12 от 07.12.2018 г.

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении от 25.06.2023:

«1. Фактическое время изготовления Акта взаиморасчета № 2 от 16.11.2018 г., заключенного между ООО «Уралдорснаб» и ООО «УралПромСнаб» на сумму 3 157 430 рублей, не соответствует дате 16.11.2018 г., указанной в нем. Данный Акт изготовлен не ранее 13-15 месяцев назад, т.е. в апреле - июне 2022 года при нормальных условиях хранения документа (комнатная температура 20 - 25°С, отсутствие яркого света и сквозняка, влажность в пределах 40-60%).

2. Фактическое время изготовления письма генерального директора ООО «УралПромСнаб» ФИО2 директору ООО «Уралдорснаб» ФИО6 от 14.01.2019 г. о перечислении денежных средств в сумме 136000 рублей предприятию АО «Рославский ВРЗ» не соответствует дате 14.01.2019 г., указанной в нем. Данное Письмо изготовлено не ранее 15 месяцев назад, т.е. не ранее апреля 2022 года при нормальных условиях хранения документа (комнатная температура 20 - 25°С, отсутствие яркого света и сквозняка, влажность в пределах 40-60%).

В соответствии со ст. 86 АПК РФ эксперт имеет право указать в заключении на установленные в результате проведения им исследования обстоятельства, имеющие значение для дела, по поводу которых ему не были поставлены вопросы. Поэтому экспертом для проведения полноценного исследования с целью определения давности реквизитов документов добавлены два документа из представленных образцов сравнения: Договор займа № 1 от 15.10.2018 г. и Счет-фактура № 3 (УПД № 3) от 30.10.2018 г.

3. Фактическое время изготовления Договора займа № 1 от 15.10.2018 г., заключенного между ООО «Уралдорснаб» и ООО «УралПромСнаб» на сумму 16 696 000 рублей, не соответствует дате 15.10.2018 г., указанной в нем. Данный Договор изготовлен около 16 месяцев назад, т.е. не ранее марта 2022 года при нормальных условиях хранения документа (комнатная температура 20 - 25°С, отсутствие яркого света и сквозняка, влажность в пределах 40-60%).

4. Фактическое время изготовления Счет-фактуры № 3 (УПД № 3) от 30.10.2018 г., подписанной от имени продавца генеральным директором ООО «УралПромСнаб» и от имени покупателя директором ООО «Уралдорснаб» на сумму 660 083.20 рублей, не соответствует дате 30.10.2018 г., указанной в нем. Данный УПД № 3 изготовлен около 14 месяцев назад, т.е. не ранее мая 2022 года при нормальных условиях хранения документа (комнатная температура 20 - 25°С, отсутствие яркого света и сквозняка, влажность в пределах 40-60%).

5. Характерных признаков агрессивного механического, высокотемпературного теплового, светового и химического воздействия на исследуемые документы не обнаружено.

При ненадлежащих условиях хранении документов, при повышенной температуре, повышенной или пониженной влажности, при солнечном, дневном свете или в результате длительного низкотемпературного агрессивного воздействия на документ, летучие растворители (компоненты) из штрихов могут частично или полностью испариться, что не позволит точно определить давность реквизитов документа. При этом отсутствуют характерные признаки такового низкотемпературного воздействия на документ. Поэтому, при ненадлежащих условиях хранения документов давность их изготовления (дата) смещается на более поздние сроки, т.е. на июнь. - июль 2022 года.».

Ответчик возражал по результатам проведенной экспертизы и заявил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, производство которой просил поручить ФБУ Челябинская ЛСЭ Минюста России, а также представил заключение (рецензию) на заключение судебной экспертизы.

В обоснование ходатайства ответчиком указано, что эксперт не в полном объеме провел исследование, в частности указал, что эксперт ограничился лишь исследованием машинописного и рукописного текстов, проигнорировав оттиск печати.

Судом первой инстанции были предприняты меры к проверке указанных доводов, эксперту было предложено представить письменные пояснения по доводам лиц, участвующих в деле, эксперт был вызван в судебное заседание для дачи устных пояснений.

Эксперт ФИО8 был вызван в судебное заседание для дачи пояснений по экспертизы.

Ответчиком сформированы вопросы эксперту, которые были заданы в судебном заседании (том 6 лист дела 18).

Эксперт ФИО8, в судебном заседании ответил на вопросы суда и сторон, дал исчерпывающие пояснения в отношении проведенных исследований и вывод экспертизы (пояснения зафиксированы на аудионосителе), представил письменные ответы на поставленные ему вопросы, а также возражения на заключение (рецензию) специалистов.

Экспертное исследование производилось с учетом представленных материалов дела, согласно нормативным документам, указанным в заключении эксперта. Выводы эксперта в достаточной степени мотивированны и не содержат противоречий.

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и лично отвечает за полноту, достоверность и обоснованность составленного им заключения. Согласно представленным документам, эксперт компетентен в решении поставленных вопросов, поскольку имеет соответствующий опыт и квалификацию.

В ходе судебного разбирательства ответчиком представлено заявление в Отдел полиции Калининского района г. Челябинска о преступлении и о привлечении к уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта ФИО8

Как пояснил представитель ответчика в возбуждении уголовного дела было отказано.

В ходе судебного разбирательства ответчиком также заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле специалиста, в обоснование указав, что ответчик, не обладает специальными познаниями в области проведения исследования по вопросу определения давности изготовления документов, поэтому, не может мотивированно возразить на ответы ФИО8, в связи с чем, считает необходимым вызвать в качестве специалиста ФИО9 для предоставления пояснений по представленной ответчиком рецензии на заключение эксперта. Таким образом, ответчик, полагает, что в связи с разрозненными мнениями эксперта ФИО8 и специалистов, суду и сторонам по делу, необходимо выслушать в судебном заседании специалиста ФИО9, с целью выяснения профессионального мнения, лица обладающего теоретическими и практическими познаниями, для принятия процессуального решения о необходимости проведения повторной экспертизы, а также, в целях исключения, затягивания процедуры рассмотрения обособленного спора.

По результатам рассмотрения ходатайства судом принято протокольное определение об отклонении ходатайства о вызове специалиста для дачи пояснений с учетом того, что в материалы дела представлено письменное доказательство (рецензия), подписанное вызываемым специалистом, в котором подробно изложено его мнение относительно заключения экспертизы, в связи с чем, необходимость дачи устных пояснений специалистом отсутствует.

Кроме этого, в соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 59 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с принятием Федерального закона от 08.12.2011 г. № 422-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с созданием в системе арбитражных судов Суда по интеллектуальным правам» согласно положениям части 2 статьи 55.1, части 1 статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации специалист может быть привлечен в процесс только по инициативе арбитражного суда. При этом арбитражный суд может учитывать мнение лиц, участвующих в деле.

Вместе с тем, рецензия подготовлена по инициативе ответчика, ходатайство о привлечении к участию специалиста, подготовившего рецензию, заявлено фактически после подготовки рецензии.

Поскольку суд не привлекал к участию в деле специалиста и ответчик самостоятельно провел внесудебное исследование, по сути, являющееся рецензией на заключение эксперта, а не вопросов рассматриваемого дела, как то требует статья 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд отказал в удовлетворении ходатайства.

Более того, суд учитывает, что рецензия по экспертному заключению подготовлена для адвоката Грачевой А.Н., представляющей интересы ООО «УралПромСнаб» в арбитражном суде, предполагаемо на возмездной основе (в силу п. 1 ст. 575 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение в отношениях между коммерческими организациями не допускается), что является отдельным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства для вызова указанного лица в качестве специалиста.

Представленная ответчиком заключение (рецензия) специалистов на заключение эксперта (том 6 листы дела 21-25) представляет собой частное мнение иных лиц, не привлеченных к участию в деле в качестве экспертов или специалистов в аспекте статей 55 и 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относительно хода и порядка проведения экспертизы, сделанных выводов. Рецензионное заключение получено ответчиком в одностороннем порядке, рецензенты об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения судом не предупреждались, рецензия подготовлена без изучения имеющихся в материалах дела доказательств.

Заключение (рецензия) на заключение судебной экспертизы не может быть признано судом в качестве доказательства, опровергающего выводы судебной экспертизы, поскольку оно получено не в соответствии с требованиями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и является субъективным мнением специалистов.

 Действующее законодательство Российской Федерации не предусматривает рецензирование заключений судебных экспертиз. Более того, составление специалистом рецензии, по своей сути, представляет собой критическую рецензию на заключение других экспертов без наличия на то каких-либо процессуальных оснований.

Суд, исследовав заключение эксперта № 7/23 от 25.06.2023 установил, что оно соответствует по содержанию положениям статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку содержит в себе сведения об объектах исследований и материалах дела, представленных эксперту для производства судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененной методики; а также оценку результатов исследований, обоснование и формулировки выводов по поставленным вопросам.

Исследование проведено в рамках поставленных вопросов на научной и практической основе, дающей возможность проверить обоснованность и достоверность выводов. Методы и ход исследования отражены в исследовательской части. Выводы экспертизы основаны на проведенных исследованиях и соответствуют целям и задачам исследования.

Оценив заключение эксперта, суд приходит к выводу, что доказательств недостоверности представленного экспертного заключения ответчиком не представлено.

Кроме того, доводы ответчика по существу сводятся к несогласию с выводами эксперта, что само по себе не может являться достаточным основанием как для признания заключения эксперта недопустимым доказательством по делу, так и для назначения повторной экспертизы в порядке статьи 87 АПК РФ.

При оценке экспертного заключения (с учетом ответов на поставленные судом и сторонами в судебном заседании вопросы) судом установлено, что заключение обладает необходимой ясностью и полнотой, ответы на поставленные вопросы не допускают противоречивых выводов или неоднозначных толкований предмета исследования, в связи с чем, судом принято во внимание экспертное заключение как надлежащее доказательство по делу (статья 68 АПК РФ).

Таким образом, проведенной по делу судебной экспертизой подтверждается, что фактически должником и ответчиком договор поставки, универсальные передаточные документы к нему подписаны фактически в 2022 году, что подтверждает обстоятельства отсутствия реальности поставок и мнимости договора поставки.

В отношении договора займа № 1 от 15.10.2018 и сделанный в экспертном заключении вывод о том, что данный документ подписан не ранее марта 2022 года, суд отмечает, что уже после проведения судебной экспертизы, в ходе рассмотрения дела ответчиком в материалы дела представлены копии материалов дела № А76-49043/2020 и указано на то, что договор займа от 15.10.2018 между должником и ответчиком, письма ответчика в адрес должника от 26.12.2018 от 29.11.2018, от 22.11.2018 имели место быть.

В материалы дела представлена фотокопия договора займа № 1 от 15.10.2018 из дела № А76-19043/2020, которая визуально отличается от имеющегося в материалах настоящего дела договора займа № 1 от 15.10.2018 представленного эксперту для производства экспертизы. Как пояснил ответчик, имелось два экземпляра договора займа для должника и ответчика.

С учетом данных обстоятельств, а также с учетом наличия в материалах дела платежных поручений на общую сумму 3 083 500 руб. (платежные поручения, т. 1, л.д. 72-77, 79-83), датированных март - сентябрь 2019 года, где в назначении платежа указано: перечисление (возврат) денежных средств по договору займа (процентного) № 1 от 15.10.2018 и отсутствия у эксперта при производстве экспертизы второго экземпляра договора займа № 1 от 15.10.2018, суд не принимает во внимание, выводы эксперта по вопросу о дате изготовления договора займа № 1 от 15.10.2018, поскольку как указано выше, имелось два экземпляра договора займа для должника и ответчика и для производства экспертизы второй экземпляр договора эксперту не предоставлялся.

Вместе с тем, данное обстоятельство, само по себе не влияет на выводы суда о недействительности договора займа № 1 от 15.10.2018.

Таким образом, в результате перевода хозяйственной деятельности, которой занимался должник, его контрагенты, как поставщики, так и основной покупатель ЗАО «НСД», были переведены на ответчика, вследствие чего должник утратил возможность ведения хозяйственной деятельности и получения прибыли.

В результате совершения спорных сделок, был причинен вред кредитору, ответчик знал об указанной цели к моменту совершения сделки (будучи аффилированным с должником).

При этом, как отмечалось ранее, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В результате совершения спорных сделок должник, обладавший ликвидным имуществом в виде денежных средств, стал отвечать признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества после их передачи ответчику, который является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Спорный договор поставки № 1 от 17.10.2018, заключен в целях создания видимости погашения задолженности ответчика перед должником по договору займа № 1 от 15.10.2018 и обладает признаками мнимой сделки.

При этом реальность поставки не может быть подтверждена только универсальными передаточными документами, подписанными между аффилированными лицами.

Ответчик не доказал и не обосновал экономическую целесообразность привлечения значительной суммы займа у аффилированного лица, в отсутствие у последнего деятельности по выдаче займов, в отсутствие экономической целесообразности, на нерыночных условиях (низкая процентная ставка), без встречного обеспечения, и необходимость приобретения щебня и последующую его перепоставку должнику, при том, что должник фактически сам рассчитался за него с Обществом с ограниченной ответственностью «Нерудные строительные материалы».

При этом доход ответчика от сделки с ООО «НСМ» (договор № 4 от 15.10.2018) и перепоставки щебня должнику по договору поставки № 1 от 17.10.2018 составил всего 55944 руб. (без учета вычета налогов).

Такие действия следует квалифицировать как недобросовестный вывод денежных средств для уклонения от расчетов с кредиторами.

На момент совершения спорных сделок должник имел неисполненные обязательства только перед ООО «Метако», что подтверждается решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-49043/2020 от 04.06.2021, которые были погашены должником, за счет уступки ООО «Метако» права требования долга в размере 8 000 000 руб. к ответчику.

Вместе с тем, денежные средства по договору займа № 1 от 15.10.2018 в размере 16 696 000 руб. должником перечислялись контрагентам ответчика, по поручению ответчика, в том числе за счет денежных средств полученных должником у ПАО «Сбербанк», которые получены от него в кредит, который возвращен не был, что и послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве должника.

Таким образом, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд  правомерно пришел к выводу, что ответчиком не представлены достаточные и достоверные доказательства того, что воля сторон, выраженная при исполнении спорных договоров направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для договоров займа и поставки, разумные экономические мотивы заключения спорного договора займа и поставки, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях, нераскрыты, мотивы и экономическая целесообразность заключения договора поставки с должником, при том, что денежные средства на покупку ответчиком товара предоставлены также должником. При это,  должник и ответчик являются аффилированными лицами, что не опровергнуто.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности по оспариваемым сделкам правомерно отклонены судом.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 21.06.2021 конкурсным управляющим утверждена ФИО4

В материалах дела имеются запросы конкурсного управляющего должника ФИО4 в адрес контрагентов (т. 6 л.д. 97-104) в том числе в адрес ООО «УралПромСнаб», направленный 06.08.2021, о чем свидетельствует почтовая квитанция от 06.08.2021.

Как пояснил представитель конкурсного управляющего на данный запрос документы ответчиком не представлены.

Как следует из информационной системы «Картотека арбитражных дел» 13.01.2022 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Челябинской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» о взыскании неосновательного обогащения. Как пояснил представитель конкурсного управляющего, данный способ защиты права был выбран ввиду отсутствия у него документов финансово-хозяйственной деятельности должника для определения надлежащего основания.

В рамках дела № А76-812/2022 обществом с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» 27.04.2022 был представлен отзыв и документы в обоснование возражений по существу спора, по результатам ознакомления с которыми, конкурсный управляющий 08.08.2022 обратился в Арбитражный суд Курганской области с настоящим заявлением.

Таким образом, суд верно пришел к выводу, что конкурсный управляющий обратился в суд за защитой нарушенного права 08.08.2022, то есть в пределах срока исковой давности для оспаривания сделок по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Таким образом, начало течения срока исковой давности по рассматриваемому требованию связано с моментом представления ответчиком в материалы дела № А76-812/2022 документов, которыми оформлена финансово-хозяйственная деятельность между должником и ответчиком.

Принимая во внимание вышеизложенное, срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен.

Принимая во внимание характер оспариваемых сделок, а также частичный возврат денежных средств ответчиком должнику на расчетный счет в размере 3 083 500 руб., а также путем перечисления ДОСАФФ за должника в размере 37 224 руб. 48 коп., сделку по уступке задолженности ответчика ООО «Метако» в размере 8 000 000 руб. (которая недействительной не признавалась), последствием признания их недействительными будет взыскание с общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» денежных средств в сумме 10 575 275 руб. 52 коп.

Вместе с тем, поскольку в рамках настоящего спора не доказан факт предоставления встречного исполнения по договору поставки № 1 от 17.10.2018, в силу его мнимости, права ответчика не подлежат судебной защите. В связи с чем, не подлежат применению последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику.

В целом доводы апелляционной жалобы, повторяют доводы, которыми была обоснована позиция ответчика и являвшаяся предметом оценки суда первой инстанции, по сути выражают не согласие ответчика с принятым судебным актом, направлены на переоценку норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем не могут быть приняты во внимание, и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не усматривает.

Судебные расходы подлежат распределению в порядке ст.110 АПК РФ и относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курганской области от 27.11.2023 по делу № А34-13248/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «УралПромСнаб» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

    Председательствующий судья                                        Е.А. Позднякова      

 

    Судьи:                                                                               Л.В. Забутырина

 

                                                                                                       С.В. Матвеева