АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 октября 2025 года

Дело №

А56-20359/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., Чернышевой А.А.,

при участии от ФИО1, финансового управляющего ФИО2, представителя ФИО3 (доверенность от 28.02.2025), от ФИО2 и ФИО6 представителя ФИО4 (доверенности от 03.06.2023 и от 29.09.2023 соответственно), 

рассмотрев 14.10.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, финансового управляющего ФИО2, на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.03.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2025 по делу № А56-20359/2023/сд.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2023 принято к производству заявление о признании ФИО2, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, несостоятельным (банкротом).

Определением от 24.08.2023 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 01.04.2024 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1.

В рамках названного дела о банкротстве финансовый управляющий ФИО1 05.09.2024 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила признать недействительной сделкой действия ФИО2 по оформлению на ФИО6 права собственности на транспортное средство и применить последствия ее недействительности в виде прекращения права собственности ФИО6 на спорный автомобиль и его передачи в конкурсную массу должника.

Определением от 21.03.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2025, в удовлетворении заявленных требований отказано. 

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 21.03.2025 и постановление от 10.07.2025 и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего.

По мнению подателя жалобы, финансовым управляющим доказано, что оспариваемая сделка является мнимой, и ее пороки выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Финансовый управляющий ФИО1 считает, что бремя доказывания распределено судом первой инстанции без учета особенностей настоящего спора, что привело к неправильной оценке доводов и представленных доказательств, поскольку судами первой и апелляционной инстанций не учтено, что ФИО6 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, следовательно, на сторон сделки не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений.

Как указывает податель жалобы, судами не были оценены в совокупности обстоятельства, обосновывающие разумные сомнения в действительности оспариваемой сделки, в том числе наличие у должника допуска к управлению автомобилем, отсутствие доказательств оплаты ФИО6 автомобиля за счет собственных денежных средств, при том, что оспариваемая сделка заключена после возникновения оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «ИК «Энергокапитал» (далее – Компания).

В отзыве, поступившем в суд 10.10.2025 в электронном виде, ФИО6 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО2 и ФИО6 возражала против ее удовлетворения, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со статьей 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, при осуществлении обязанностей финансового управляющего ФИО1 выявлено, что за ФИО6 (матерью должника) с 13.06.2019 по настоящее время зарегистрировано транспортное средство «КИА QLE (SPORTAGE)», VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак 

<

***>. 

Согласно ответу Российского Союза Автостраховщиков должником на протяжении длительного времени и в настоящее время заключаются договоры страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в отношении автомобиля.

В соответствии с ответами страховых компаний ФИО2 указан в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, при том, что не является собственником автомобиля.

Ссылаясь на то, что ФИО6 является мнимым собственником спорного автомобиля, приобретенного на денежные средства должника, который фактически распоряжается указанным автомобилем, финансовый управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, не установив оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по заявленным финансовым управляющим основаниям, отказал в удовлетворении заявления. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что государственная регистрация автомобиля на ФИО6 произведена 13.06.2019, то есть за пределами трехлетнего периода до принятия заявления о признании должника банкротом (13.03.2023), предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем указанная сделка, как правильно указали суды, может быть признана недействительной только по общегражданским основаниям.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении подобного вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Действительный смысл мнимой сделки суд устанавливает путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Вместе с тем, исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим наличия у спорной сделки признаков ничтожной сделки (статьи 10, 170 ГК РФ).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылалась на то, что ФИО2 являясь контролирующим Компанию лицом в период с 25.03.2015 по 10.10.2016 заключал сделки, существенно ухудшившие имущественное положение Компании и направленные на создание условий для ее преднамеренного банкротства, и, следовательно, осуществил государственную регистрацию права собственности на спорный автомобиль на свою мать – ФИО6, предполагая возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Компании.

Между тем указанные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для подтверждения доводов финансового управляющего о том, что ФИО2 целенаправленно, действуя в сговоре с ФИО6, совершал действия по отчуждению своих активов в целях исключения возможности обращения взыскания на них со стороны кредиторов Компании.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что спорный автомобиль приобретен ФИО6 на основании договора купли-продажи от 09.06.2019 № К12104616 по цене 1 600 000 руб. (пункт 2.1 договора).

ФИО6 и ее супруг ФИО7 представили в материалы дела справки о доходах физических лиц по форме 2-НДФЛ за период с 2017 по 2020 годы, подтверждающие финансовую возможность приобретения спорного транспортного средства.

О фальсификации указанных документов в порядке статьи 161 АПК РФ финансовым управляющим не заявлено.

Судами также учтено, что спорный автомобиль приобретен ФИО6 для личных нужд и является для последней необходимым средством передвижения.

При этом до приобретения спорного автомобиля ФИО6 с 13.10.2015 по 21.06.2019 владела автомобилем «КИА JD CEED», а затем в июне 2019 приобрела спорный автомобиль.

Апелляционный суд правильно отметил, что заключение ФИО2 договоров страхования на спорный автомобиль, а также допуск должника к управлению автомобилем (совместно с собственником и иными третьими лицами) безусловно не свидетельствуют о мнимости спорного договора.

Поскольку из поведения сторон определенно следует наличие воли на возникновение спорных правоотношений, необходимая совокупность обстоятельств для квалификации спорной сделки как мнимой или притворной в рассматриваемом случае отсутствует.

В этой связи суды обоснованно отклонили довод ФИО1 о том, что спорный автомобиль приобретен за счет средств должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, в том числе документы об оплате страховой премии по договорам страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, об оплате штрафов за нарушение правил дорожного движения, фотоматериалы, полученные с применением работающих в автоматическом режиме средств, определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 20.09.2024 в связи с дорожно-транспортным происшествием с участием спорного автомобиля под управлением ФИО6, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что ФИО6 фактически владеет спорным автомобилем и использует его.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий, исключает применение пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Исходя из фактических обстоятельств и представленных доказательств, судами установлено, что при оформлении на ФИО6 права собственности на спорный автомобиль воля сторон спорной сделки была направлена на порождение определенных правовых последствий и экономического результата; признаков мнимой сделки, злоупотребления правом при совершении сделки судами не установлено.

Кроме того, правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами первой и апелляционной инстанций учтены приведенные разъяснения высших судебных инстанций.

Вмененные ФИО2 нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которая в рассматриваемом случае не может быть применена.

При этом заключение сделок между лицами, состоящими в родственных отношениях, само по себе не свидетельствует о совершении сделки с пороками, выходящими за пределы статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, как правильно указали суды, основания для применения положений статей 10, 168, 170 ГК РФ отсутствуют.

Приняв во внимание изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по заявленным основаниям, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, повторяют доводы апелляционной жалобы, им дана надлежащая правовая оценка, не опровергают выводов судов, направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Поскольку финансовому управляющему при принятии кассационной жалобы к производству на основании части 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, то в соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина с учетом итогов рассмотрения кассационной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.03.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2025 по делу № А56-20359/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1, финансового управляющего ФИО2, - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

И.М. Тарасюк

А.А. Чернышева