, № 09АП-52171/2023

Дело № А40-7520/19

г. Москва

25 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 25 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой,

судей А.А. Комарова, Ю.Л. Головачевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3 на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2023 по делу № А40-7520/19, об удовлетворении заявления УФНС России по г. Москве о привлечении контролирующих ООО «ТЭСКОМ» лиц к субсидиарной ответственности в части, о привлечении по обязательствам ООО «ТЭСКОМ» к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1, ФИО3, ООО «ТОП ЛАЙН», о взыскании с ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3, ФИО2, ФИО1 солидарной в пользу ООО «ТЭСКОМ» 876 485 571 руб. 47 коп., об отказе в удовлетворении остальной части требований, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТЭСКОМ»,

при участии в судебном заседании:

от ООО «ТОП ЛАЙН» - ФИО4, по дов. от 15.07.2023;

от к/у должника - ФИО5, по дов. от 22.03.2023;

от ФИО2 - ФИО6, по дов. от 18.03.2021;

от ФНС России - ФИО7, по дов. от 27.03.2023;

от ФИО1 – ФИО8 по дов. от 08.07.2023;

ФИО3, лично (паспорт) 

Иные лица не явились, извещены. 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2019г. в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» №38 от 02.03.2019г.

Определением суда от 14.10.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО11, в остальной части требований конкурсному управляющему отказано.

Постановлением Девятого арбитражного суда от 03.03.2020 определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.10.2019 отменено, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тэском» ФИО10, ФИО11 в размере 876 485 571, 47 руб. В удовлетворении заявления в остальной части конкурсному управляющему отказано.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление УФНС России по городу Москве о привлечении ФИО10, ФИО11, ФИО2, ФИО1, ООО «Позитив БИО», ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3, ФИО12, ФИО13 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТЭСКОМ» в размере 876 485 571,47 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2020, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020, отказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания; отказано в удовлетворении заявления УФНС России по городу Москве о привлечении контролирующих ООО «ТЭСКОМ» лиц к субсидиарной ответственности.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.02.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2020 отменены в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1, ООО «Позитив БИО», ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО14, ФИО15, ФИО13 В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2022 прекращено производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТЭСКОМ» ООО «Позитив БИО», ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3, ФИО2, ФИО1, ФИО15; отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022 Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2022 в части прекращения производства о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТЭСКОМ» ООО «Позитив БИО», ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3, ФИО2, ФИО1, ФИО15 отменено, обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение. Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2022 по делу № А40-7520/19 в части отказа в привлечении ФИО13 к субсидиарной ответственности оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 04.07.2023 заявление УФНС России по г. Москве о привлечении контролирующих ООО «ТЭСКОМ» лиц к субсидиарной ответственности удовлетворено в части, привлечены по обязательствам ООО «ТЭСКОМ» к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1, ФИО3, ООО «ТОП ЛАЙН, взыскано с ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3, ФИО2, ФИО1 солидарно в пользу ООО «ТЭСКОМ» 876 485 571 руб. 47 коп., отказано в удовлетворении остальной части требований.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1, ФИО2, ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО3 обратились с апелляционными жалобами в  Девятый арбитражный апелляционный суд, в которых просят определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

ФИО3, представители ФИО1, ООО «ТОП ЛАЙН», ФИО2  судебном заседании настаивали на  удовлетворении апелляционных  жалоб.

Представители ФНС России и конкурсного управляющего должника в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционных жалоб. 

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Суд  округа направляя дело на  новое  рассмотрение, указал на  то, что судебные акты по настоящему спору не содержат выводов относительно заявленных налоговым органом доводов со ссылкой на судебные акты и результаты налогового контроля. Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, предполагающих наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, а на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. В рассматриваемом случае судебный акт по существу спора принят без установления имеющих существенное значение обстоятельств, поскольку суды фактически освободили ответчиков от обязанности опровержения доводов уполномоченного органа. При этом ссылка судов на наличие обвинительного приговора исключительно в отношении руководителя не опровергает выводы по результатам налоговых мероприятий для целей проверки наличия гражданско-правовой ответственности ответчиков и не исключает возможность их привлечения при наличии оснований к субсидиарной ответственности. 

Уполномоченный орган, заявляя о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1   ссылался на статус участника должника - учредителя 000 «ТЭСКОМ» с 11.12.2014 года по сегодняшний день и приводил доводы о фактическом контроле со стороны ФИО1 над должником, участии в принятии существенных деловых решений относительно деятельности должника., в том числе необоснованное применение вычетов по НДС и уменьшение налога на прибыль отражалась в бухгалтерской отчетности, которая утверждалась на общем собрании участников должника, то есть был осведомлен о включении в утверждаемую отчетность недостоверных сведений, по основаниям, повлекшим налоговые доначисления в отношении должника. В отношении главного бухгалтера 000 «ТЭСКОМ» ФИО15 уполномоченный орган указывал, что она, составляя бухгалтерскую и налоговую отчетность, осознавала характер противоправных действий, которые находятся в причинно-следственной связи с последующей невозможностью исполнять обязательства перед кредиторами. В отношении ФИО2 налоговый орган ссылался, что он являлся фактическим руководителем должника, имел возможность принятия решений и участия в хозяйственной деятельности должника, кроме того, являлся учредителем и 000 «Топ Лайн» - организации, экономически подконтрольной должнику. В отношении 000 «Позитив БИО», 000 «Топ Лайн», ФИО3, ФИО13 налоговый орган, основываясь на материалах выездной налоговой проверки, указывал на подконтрольность данных лиц к должнику, реализации активов должника в пользу 000 «Топ Лайн», перерегистрацию товарных знаков на взаимозависимую организацию 000 «Позитив Био», ФИО3 и ФИО13 - генеральный директор 000 «Топ Лайн» и учредитель 000 «Позитив БИО» соответственно. Учредителем 000 «Топ Лайн» являлся ФИО16

Между тем, в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изложенные доводы не получили правовой оценки как со стороны суда первой инстанции, так и со стороны суда апелляционной инстанции.

Суд  округа  признал ошибочными выводы судов в отношении участника общества (ФИО1) и главного бухгалтера.

В п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъясняется, что подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Согласно общедоступных сведений картотеки арбитражных дел в настоящем деле о несостоятельности уполномоченный орган является единственным кредитором на дату закрытия реестра.

В рассматриваемой ситуации инициирование вопроса о привлечении контролирующих должника лиц исходило от уполномоченного органа по итогам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля. Решения уполномоченного органа о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, содержащие выводы об используемой указываемыми заявителем лицами схемы ведения хозяйственной деятельности, приведшей к доначислению налогов и привлечению должника к налоговой ответственности вступили в законную силу.

Кассационный суд  также указал на то, что устанавливая фактические обстоятельства спора, суды не приняли во внимание правовую позицию, изложенную в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве. Указанный правовой подход изложен в Определении Верховного суда РФ от 31.08.2020 года N 305-ЭС19-24480.

Ссылки судов на преюдициальность выводов, изложенных в Постановлении Девятого Арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 года Судом  округа  признаны необоснованными, поскольку с учетом правового и документального обоснования требований уполномоченного органа, суды имели возможность прийти к иным выводам (абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств"), однако в нарушение вышеприведенных норм и правовых позиций ВС РФ, уклонились от оценки доводов уполномоченного органа, основанных на выводах иного судебного акта по делу № А40-319083/18.

Суд округа отметил, что Верховным судом РФ выработаны правовые позиции по вопросу определения субъектов субсидиарной ответственности по спорам, вытекающим на основании результатов налогового контроля: Определение ВС РФ от 15.02.2018 года № 302-ЭС14-1472, Определение от 07.10.2019 года № 307-ЭС17-11745, Определение ВС РФ от 25.09.2020 года№ 310-ЭС20-6760.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении не может быть проигнорирована сущность конструкции юридического лица, предполагающая имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность (статьи 48, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпорации и иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой дискреции при принятии (согласовании) управленческих решений в сфере бизнеса. В то же время контролирующие и действующие с ними совместно лица не вправе злоупотреблять привилегиями, которые предоставляет возможность ведения бизнеса через юридическое лицо, намеренно причиняя вред независимым участникам оборота (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Довод о тождественности спора, изложенный в отзыве ФИО1 отклонен судом  округа с учетом результатов рассмотрения судами настоящего спора по существу и отсутствии в судебных актах выводов по данному доводу, что не лишает права на заявление данного довода при новом рассмотрении в суде первой инстанции.

Выполняя указания суда  округа, суд  первой инстанции при повторном рассмотрении спора, исходил из следующего.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку ФНС ссылается на обстоятельства, имевшие место до 01.07.2017, к спорным правоотношениям Закон о банкротстве применяется в редакции введенной Федеральным законом 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Из общедоступных сведений картотеки арбитражных дел следует, что уполномоченный орган является единственным кредитором должника, требования которого установлены по результатам проведения выездной налоговой проверки, проверенной в рамках дела № А40-319083/18. Общая сумма требований ФНС, включенных в реестр требований должника составляет 876 485 571,47 рублей.

Законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Применительно к абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)).

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления № 53).

Как указала Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480, при ином недопустимом подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности

Верховный Суд Российской Федерации также отметил, что двухлетний срок, для квалификации определенного субъекта как лица, контролирующего должника, не является пресекательным и не исключает возможности квалификации субъекта как лица, контролирующего должника, за его пределами, в качестве противодействия злоупотреблению правом и искусственному увеличению этого периода контролирующими лицами с целью ухода от субсидиарной ответственности.

Таким образом, подтверждение факта контроля над должником не всегда должно сопровождаться исключительно представлением прямых доказательств, в том числе исходящими от бенефициара документами, в которых содержатся  явные указания, адресованные должнику и кредитору, относительно их деятельности

В рассматриваемой ситуации инициирование вопроса о привлечении контролирующих должника лиц исходило от уполномоченного органа по итогам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля.

Решение уполномоченного органа о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения проверено в соответствии с правилами главы 24 АПК РФ в рамках дела № А40-319083/18.

В связи с этим, при установлении фактических обстоятельств спора, следует учитывать правовую позицию, изложенную в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

Уполномоченный орган, обосновывая свои требования к ответчикам, ссылается на результаты налогового контроля, а также на выводы судов, сделанных по делу № А40-319083/18, в том числе в отношении степени влияния конкретных лиц на руководство налогоплательщика (должника в настоящем деле), а также принятия иных согласованных действий в реализации противоправной схемы уклонения от уплаты налогов.

Из содержания Постановления Девятого Арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А40-319083/18 следует, что Инспекцией допрошены бывшие сотрудники Общества, осуществлявшие в проверяемом периоде реализацию, продвижение товара: ФИО17 (сотрудник отдела мониторинга), ФИО18 (менеджер по продажам), ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 (сотрудники колл-центра, операторы на телефонах), ФИО23 (курьер), ФИО24 (диспетчер), ФИО25 (вэбмастер), ФИО26. (супервайзер), ФИО27 (кладовщик), ФИО28 (оператор-видеомонтажер) из показаний которых следует, что ООО «ТЭСКОМ» не реализовывало покупателям БАД «Эльквертин», препарат под таким названием свидетелям не знаком. При этом указанные лиц; сообщили о том, что фактическое руководство ООО «ТЭСКОМ» осуществлял, ФИО2 (он принимал все управленческие решения), а ФИО10 являлась формальным генеральным директором.

В ходе выездной налоговой проверки заявителем представлены списки сотрудников, занимающихся реализацией БАДа «Эльквертин».

Вместе с тем, Инспекцией установлено, что все лица, перечисленные в данном списке, работают в ООО «ТОП Лайн» (учредитель организации ФИО2; генеральный директор ФИО3 ранее являлся получателем дохода в ООО «ТЭСКОМ»).

Как следует из Решения, Общество в проверяемом периоде реализовывало товары не только в адрес физических лиц, но и через ООО «ТЭСКОМ ФАРМА» (впоследствии переименовано в ООО «Позитив БИО»), которое осуществляло реализацию БАДов и косметики в аптечные сети, при этом договор с ООО «ТЭСКОМ ФАРМА» по продвижению товаров и осуществлению маркетинговых услуг ООО «ТЭСКОМ» в проверяемом периоде не заключало.

Из показаний учредителя ООО «ТЭСКОМ ФАРМА» ФИО13, генерального директора Мельника О.С. следует, что поставщиком определенных видов БАДов для организации являлось ООО «ТЭСКОМ», при этом препарат с торговой маркой «Эльквертин» свидетелям не знаком.

По результатам анализа выписки по операциям на расчетном счете АО «ЮППИТЭ» Инспекцией установлено, что денежные средства, перечисленные Обществом за препарат «Эльквертин», частично направлены в качестве оплаты за аналогичный товар на счета организаций, у которых отсутствуют платежи, сопутствующие реальной финансово-хозяйственной деятельности.

Из выписок по операциям на расчетных счетах ООО «Сильвер» и ООО «Компания Медисэйл» следует, что денежные средства, поступившие от Заявителя в качестве оплаты по договорам за услуги по продвижению товара, в последующем перечислись на счета физических лиц (в том числе сотрудников) с назначением платежей «оплата вознаграждения» или «оплата возмещаемых расходов» (без учета НДС).

Уполномоченный орган, заявляя о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 ссылался на статус участника должника –учредителя ООО «ТЭСКОМ» с 11.12.2014 года по сегодняшний день и приводил доводы о фактическом контроле со стороны данного гражданина над должником, участии в принятии существенных деловых решений относительно деятельности должника., в том числе необоснованное применение вычетов по НДС и уменьшение налога на прибыль отражалась в бухгалтерской отчетности, которая утверждалась на общем собрании участников должника, то есть был осведомлен о включении в утверждаемую отчетность недостоверных сведений, по основаниям, повлекшим налоговые доначисления в отношении должника.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Пока не доказано иное, к контролирующим должника лицам относится руководитель должника (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с. п. 2 ст. 2 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1)          в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2)        в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3)в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4)            иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Из материалов дела следует, что ФИО1 являлся учредителем ООО «ТЭСКОМ» с размером доли в уставном капитале: 60%  с 23.08.2010; 25% с  01.10.2010;  80%  с  24.12.2010 по 24.04.2012;  42,8%  с  11.12.2014;  45,5% с  29.12.2014;  54,5  % с  21.09.2017.

Таким образом,  ФИО1 является контролирующим должника лицом в силу под. 3 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

В отношении главного бухгалтера ООО «ТЭСКОМ» ФИО15 уполномоченный орган указывал, что она, составляя бухгалтерскую и налоговую отчетность, осознавала характер противоправных действий, которые находятся в причинно-следственной связи с последующей невозможностью исполнять обязательства перед кредиторами.

В отношении ФИО2 налоговый орган ссылался, что он являлся фактическим руководителем должника, имел возможность принятия решений и участия в хозяйственной деятельности должника, кроме того, являлся учредителем и ООО «Топ Лайн» - организации, экономически подконтрольной должнику.

В абзаце 2 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее Постановление № 53) предусмотрено, что выгодоприобретатель может быть признан контролирующим должника лицом только в том числе, если извлеченная выгода от недобросовестных действий руководителя должника была существенной (относительно масштабов деятельности должника).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности,  которая направлена на перераспределение (в том  числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

Согласно пункту 3 Постановления № 53 лицо подлежит признанию контролирующим должника, если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под его влиянием, оно определило существенные условия этих сделок.

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Учитывая данные нормы и разъяснения вышестоящей судебной инстанции, суд  первой инстанции пришел к законному выводу, что ООО «ТОП Лайн», ФИО3, ФИО2 являлись контролирующими должника лицами, поскольку согласованные действия указанных лиц созданию схемы по уходу от налогообложения, а также по выводу денежных средств на подконтрольное указанным лицам ООО  «ТОП Лайн».

В отношении ООО «Позитив БИО», ООО  «Топ Лайн», ФИО3, ФИО13 налоговый орган, основываясь на материалах выездной налоговой проверки, указывал на подконтрольность данных лиц к должнику, реализации активов должника в пользу ООО  «Топ Лайн», перерегистрацию товарных знаков на взаимозависимую организацию ООО  «Позитив Био», ФИО3 и ФИО13 - генеральный директор ООО  «Топ Лайн» и учредитель ООО  «Позитив БИО» соответственно. Учредителем ООО  «Топ Лайн» являлся ФИО16

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу разъяснений пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Судом первой  инстанции также учтено, что подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена опровержимая презумпция, согласно которой предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В соответствии с п. 26 Постановления № 53, в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Исследовав обстоятельства возникновения задолженности, заявленной в качестве субсидиарной ответственности, судом установлены следующие обстоятельства.

Как было указано выше, решением от 26.06.2018 № 05-15/1764 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «ТЭСКОМ» привлечено к ответственности, и доначислено 261 447 225 руб. НДС, 279 139 322 руб. налога на прибыль, а также начислено 190 985 936,61 руб. пеней за нарушение срока уплаты налогов.

Кроме того, ООО «ТЭСКОМ» привлечено к ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122, а также с учетом положений п. 1 ст. 113 НК РФ, в виде взыскания 124 456 154 руб. штрафа.

Управлением ФНС по г. Москве решение от 24.09.2018 № 21-19/202048@ оставлена без удовлетворения апелляционная жалоба на указанное выше решение налогового органа.

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-319083/18 от 22.05.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019, в удовлетворении заявления ООО «ТЭСКОМ» о признании недействительным решения уполномоченного органа отказано.

Материалами дела установлено и не опровергается надлежащими доказательствами, что в результате согласованных действий ООО «ТЭСКОМ» и АО «ЮППИТЭ» был сформирован формальный документооборот, который создан с целью извлечения необоснованной налоговой выгоды, денежные средства, перечисленные за препарат «Эльквертин», частично перечислены под видом оплаты за аналогичный товар на счета организаций, фактически не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность.

Занижая налоговую базу по спорным налогам, должностные лица проверяемого налогоплательщика осознавали противоправный характер своих действий и желали наступления негативных последствий таких действий в виде неуплаты НДС и налога на прибыль организации.

При указанных обстоятельствах, суд согласился с доводами Инспекции относительно того, что ООО «СИЛЬВЕР», «КОМПАНИЯ МЕДИСЭЙЛ» АО «ЮППИТЭ» не являются реальными участниками предпринимательских отношений и их создание и деятельность не направлена на добросовестное участие в предпринимательской деятельности. 

Из материалов дела усматривается, что более 80% сотрудников, числящихся в ООО «Топ Лайн» ранее являлись сотрудниками ООО  «ТЭСКОМ».

В свою очередь, учредителем ООО  «ТОП Лайн» является ФИО2, генеральным директором указанного общества является ФИО3

Из материалов выездной налоговой проверки следует, что именно ФИО2 оказывал влияние на ООО  «ТЭСКОМ», решал кадровые вопросы, принимал ключевые решения в хозяйственной деятельности Должника.

При этом, ООО  «ТОП Лайн» и ООО  «ТЭСКОМ» располагаются в одном офисе, который расположен по адресу: Варшавское шоссе, д. 36, что подтверждается выпиской ЕГРЮЛ, свидетельскими показаниями ФИО17, ФИО29

Из указанных выше обстоятельств следует, что ФИО2, ФИО1 создана схема по уходу от налогообложения путем привлечения АО «ЮПИТТЭ», которое не осуществляло реальную хозяйственную деятельность.

Таким образом, материалами дела установлено, что в результате согласованных действий ООО  «ТЭСКОМ» и АО «ЮППИТТЭ» с целью получения необоснованной налоговой выгоды был создан формальный документооборот, а денежные средства перечисленные якобы за «Эльквертин», перечислялись под видом оплаты за аналогичный товар на счета организаций, фактически не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность. Занижения налоговую базу по спорным налогам, должностные лица ООО  «ТЭСКОМ» не могли не осознавать противоправный характер своих действий.

Судом также принято во внимание, что после выездной налоговой проверки установлено, что ликвидные активы у ООО  «ТЭСКОМ» были отчуждены в пользу ООО  «ТОП Лайн».

На основании изложенного выше, суд первой  инстанции пришел к обоснованному выводу, что в результате указанных действий контролирующих должника лиц, был умышленно причинен вред имущественным правам налогового органа.

Относительно доводов о привлечении ФИО15 о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности последней как главного бухгалтера ООО  «ТЭСКОМ», суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует и не опровергается лицами, участвующими в деле, что ФИО15 в период с 01.02.2012 по 25.07.2016 являлась главным бухгалтером ООО  «ТЭСКОМ».

Из материалов предварительного следствия по уголовному делу №11802450048ООО 100 следует, что в результате допроса более 70 свидетелей из числа учредителей, работников, руководителей ООО «ТЭСКОМ», ООО «ТОП ЛАЙН», ООО «ПОЗИТИВ БИО», а также их контрагентов, не было установлено умышленных действий (бездействия) ФИО15, которыми был причинен вред имущественным правам ООО «ТЭСКОМ» или его кредиторов.

Так, постановлением от 02.09.2019, которое представлено в материалы дела, отказано в возбуждении уголовного дела по факту уклонения от уплаты налогов в отношении ФИО15 по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Судом также приняты во внимания, обстоятельства, установленные приговором Чертановского районного суда от 10.12.2019, а именно, что виновным в неуплате налогов лицом является ФИО10

Из разъяснений, изложенных в п. 3 Постановления № 53 следует, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Каких либо доказательств, что ФИО15 принимала участие в создании схемы по уходе от уплаты налогов, либо каким-то иным образом оказывал влияние на хозяйственную деятельность ООО «ТЭСКОМ» в материалы дела не представлено.

 Фактически довод уполномоченного органа о необходимости привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности сводится к тому, что последняя занимала должность главного бухгалтера, вместе с тем указанное обстоятельства само по себе не является достаточным основанием для привлечения её к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По своей правовой природе ответственность контролирующих лиц должника, предусмотренная Законом о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется с учетом правил ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является совершение конкретных действий в отношении должника, доказательств чего, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

По мнению налогового органа, в адрес ООО «Позитив Био» выведена часть имущественного комплекса должника, без которого, последний перестал осуществлять какую-либо деятельность, а соответственно лишился права на погашения задолженности по налогам и сборам.

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора Девятым Арбитражным апелляционным судом было установлено, что сделка по продаже товарных знаков совершена 31.03.2016, то есть более чем за 2 года до даты принятия судом заявления о банкротстве должника (№ 09АП-35975/2022).

При этом, размер сделки составлял 0,415 % от активов должника, что являлось предметом рассмотрения в рамках настоящего банкротного дела по обособленному спору о признании сделки недействительной.

На основании изложенного выше, суд пришел к законному выводу об отсутствии оснований, для отнесения ООО «Позитив БИО» к контролирующим ООО «ТЭСКОМ» лицам.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу, что заявителем не представлены доказательства противоправности действий (бездействия) ООО «Позитив БИО», ФИО15, свидетельствующие о наличии вреда, причиненного действиями (бездействием) указанных лиц, а также о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) указанных лиц и несостоятельности ООО «Тэском».

В соответствии с п. 11 ст.61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с п.7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности солидарно ФИО2, ФИО1, ООО «Топ Лайн», ФИО3 Размер солидарной ответственности указанных лиц составляет 87 485 571,47 руб.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, заявление ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности не является тождественным ранее рассмотренному заявлению конкурсного управляющего.

Указанные обстоятельства уже являлись предметом рассмотрения суда, что нашло отражение в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022, оставленном без изменения судом кассационной инстанции, которым определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2022 в части прекращения производства было отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы. 

Как было указано судами, УФНС России по г. Москве в рамках заявления о субсидиарной ответственности заявило новые основания - иные действия контролирующих должника лиц, то есть иные фактические обстоятельства спора.

При вынесении оспариваемого судебного акта дана правовая оценка обстоятельствам, установленным выездной налоговой проверкой, а именно реализация недобросовестной модели ведения бизнеса, а также учтены разъяснения данные в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, согласно которым материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

При этом в своем заявлении о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также в дополнениях к нему, ФНС России детально указывает основания привлечения по каждому лицу, а также вменяемые деяния, последствия которых повлекли банкротство ОО «Тэском» и невозможность удовлетворения требований перед единственным кредитором.

В силу пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (п. 1 статьи 10 Закона о банкротстве, статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Вопреки доводам апеллянтов, обжалуемое определение не направлено на переоценку обстоятельств, установленных приговором Чертановского районного суда г. Москвы от 10.12.2019, которым установлена вина ФИО10

В определениях от 26.02.2021 № 267-0, от 11.02.2020 № 297-0, Конституционный Суд РФ обращает внимание, что ч. 4 ст. 61 ГПК РФ предусматривает преюдициальное значение приговора по уголовному делу по вопросам, имели ли место уголовно наказуемые действия лица, в отношении которого вынесен приговор, и совершены ли они данным лицом. В то же время приговор не может предрешать устанавливаемый в гражданском деле размер возмещения вреда, причиненного преступлением, что обусловлено особенностями гражданско-правовой ответственности.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 со ссылкой на невозможность осуществления контроля за деятельностью ООО «Тэском» отклоняются судом апелляционной инстанции, в силу следующего.

Согласно п. 4.4 Устава должника, участник вправе знакомиться со всеми документами общества, получать отчеты о его работе. Согласно п. 4.7 участник, обладающий более 10% голосов, имеет право через суд исключить из состава общества недобросовестного участника.

По смыслу гражданского законодательства, общество с ограниченной ответственностью является юридическим лицом, деятельность которого направлена на получение прибыли, при этом его участники участвуют в ее распределении, являются заинтересованными в её извлечении лицами, а соответственно, ФИО1 не являлся человеком, не имеющим контроля над обществом. Таким образом, ФИО1 не мог не знать о прекращении деятельности ООО «Тэском».

Также, как установлено ранее, ФИО1 с 2010 года является учредителем должника, с размером доли в уставном капитале: 60%  с 23.08.2010; 25% с  01.10.2010;  80%  с  24.12.2010 по 24.04.2012;  42,8%  с  11.12.2014;  45,5% с  29.12.2014;  54,5  % с  21.09.2017, т.е.  в  соответствующие периоды являясь мажоритарным участником -имея 60 % и 80 % доли уставного капитала.

Именно им в пользу Старр Холдингс ЛТД (ФИО2), с которым он владел мажоритарно уставным капиталом в соотношении 80/20 была временно реализована своя доля.

Также, ФИО1  в апелляционном суде  представлена копия  решения  № 12  от 28.03.2012  единственного участника  должника - Старр Холдингс ЛТД по вопросу выхода  из состава  участников  должника, где  от имени участника действовал ФИО2, действующий на  основании доверенности от 15.11.2011.  

Так ФИО1 временно не входил в органы управления должника в период с 24.04.2012 по 11.12.2014, выкупая часть своей доли после заключения договоров положенных в основу решения выездной налоговой проверки.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и доводами уполномоченного органа о том, что ФИО1, находясь в постоянном участии в уставном капитале должника, изменяя доли, обладая мажоритарными полномочиями в разный период времени, не мог являться номинальным собственником должника ООО «Тэском».

Также в период его участия в органах управления должника, в адрес ООО «ТопЛайн» и ООО «Позитив Био» был выведен весь имущественный комплекс должника, без которого, как установлено, ООО «Тэском» перестало осуществлять какую-либо деятельности, а соответственно лишилось возможности погасить задолженность по налогам и сборам.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что вопреки доводам жалобы ФИО3, ФНС России в своем заявлении не причисляла ООО «Топ Лайн» и ФИО3 к лицам, которые могли давать обязательные указания для должника, устанавливая за лицами статус выгодоприобретателей, в виду действий которых ООО «Тэском» не смог расплатиться с единственным кредиторам по доначисленным суммам.

Ошибочное  указание  в  оспариваемом определении размера  доли в  уставном  капитале в отношении ФИО1 (95,2 %), апелляционным судом  не  может быть отнесено к числу оснований для отмены  правильного по существу судебного акта, поскольку носит явно характер описки (опечатки), подлежащей исправлению в соответствии со ст. 179  АПК РФ.    

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов суда первой инстанции, не влияют на законность обжалуемого судебного акта, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установленных судом обстоятельств.

При таких обстоятельствах, с  учетом  указаний  суда  округа, апелляционный суд не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционных жалоб.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.07.2023 по делу № А40-7520/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                        С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                А.А. Комаров

                                                                                                            Ю.Л. Головачева