﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-14055/2018

г. Краснодар

14 августа 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  14 августа 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Денека И.М. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от должника − индивидуального предпринимателя Забарского А.А. (ИНН 890402680725, ОГРНИП 318890100006953) – Лещенко В.А. (посредством онлайн, доверенность от 26.10.2018),  от публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего − государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – Епанешникова А.С. (доверенность от 17.12.2019), от Ромбах Я.И. – Канивца В.В. (посредством онлайн, доверенность от 26.02.2019), от публичного акционерного общества «Сбербанк России» – Порохненко А.В. (посредством онлайн, доверенность от 17.12.2019), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 по делу № А63-14055/2018 (Ф08-6094/2020), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя Забарского А.А. (далее − должник) финансовый управляющий должника Кадников А.А. (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными (ничтожными) договора поручительства от 25.03.2016 № 44/16-2 и дополнительных соглашений к нему                           от 28.10.2016 № 1, от 28.11.2016 № 2, от 07.12.2016 № 93; договора поручительства от 09.09.2016 № 170/16-2 и дополнительных соглашений к нему от 28.10.2016 № 1, от 28.11.2016 № 92, от 07.12.2016 № 3, заключенных ПАО «Татфондбанк» (далее − банк) и должником.

Определением суда от 23.10.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Мостострой-12» (конкурсный управляющий Смирнов И.Г.). 

Определением суда от 21.01.2020 в удовлетворении заявления отказано. Суд указал, заключение оспариваемых сделок обосновывается внутрикорпоративным характером взаимоотношений между ООО «Мостострой-12», ООО «СП Фоника» и должником. При этом должник является конечным бенефициаром ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника».

Постановлением апелляционного суда от 10.06.2020 определение суда от 21.01.2020 отменено; признан недействительным (ничтожным) договор поручительства от 25.03.2016 № 44/16-2 и дополнительные соглашения к нему от 28.10.2016 № 1, от 28.11.2016 № 2 и от 07.12.2016 № 93, заключенные банком и должником; признан недействительным (ничтожным) договор поручительства 09.09.2016 № 170/16-2 и дополнительные соглашения к нему от 28.10.2016 № 1, от 28.11.2016 № 92 и от 07.12.2016 № 3, заключенные банком и должником. Судебный акт мотивирован тем, что должник не является конечным бенефициаром ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника». Сделки совершены заинтересованными лицами с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника. Кроме того, в действиях сторон  имеется злоупотребление правом, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ) недопустимо. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий банка просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, апелляционный суд неверно применил статьи 10 и 168 ГК РФ и необоснованно принял новое доказательство. Заключение договоров поручительства в экономическом смысле обосновывается нутрикорпоративным характером взаимоотношений должника и ООО «Мостострой-12», сделки имеют экономический смысл. Доказательства корпоративной связи должника с ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника» представлены в материалы дела. Наличие или отсутствие статуса бенефициара или контролирующего лица не имеет существенного значения для разрешения данного обособленного спора, поскольку не влияют на законность поручительства и добросовестность банка, а также не свидетельствуют о цели банка причинить вред другим кредиторам должника. На дату заключения спорных договоров финансовое положение ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника» оценивалось положительно. 

В отзыве на кассационную жалобу ПАО «Сбербанк России» поддержало доводы кассационной жалобы. Должник и Ромбах Я.И. просят судебный акт оставить без изменения, как законный и обоснованный.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего банка  поддержал доводы жалобы. Представитель ПАО «Сбербанк России», представитель должника и представитель Ромбах Я.И. поддержали доводы отзывов.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, оценив доводы жалобы и отзывов, выслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 05.02.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества.

ПАО «Татфондбанк» (кредитор) и ООО «Мостострой-12» (заемщик) заключили кредитный договор «лимит выдачи» от 15.03.2016 № 44/16, по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в форме кредитной линии с лимитом выдачи в размере            500 млн рублей, а заемщик обязался возвратить полученную денежную сумму согласно установленному графику платежей и уплатить проценты на нее в размере 14 % годовых, последний платеж должен был быть произведен не позднее 29.04.2018. К данному кредитному договору стороны заключили дополнительные соглашения от 28.10.2016 № 1, от 28.11.2016 № 2, от 07.12.2016 № 3, которыми изменен порядок уплаты процентов за пользование кредитом. Кредит используется на цели − погашение кредитных договоров, открытых в ООО «Коммерческий банк экономического развития» от 26.02.2016 (пункт 1.2 договора). 

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору от 15.03.2016 № 44/16 ПАО «Татфондбанк» и ООО «СП Фоника» заключен договор поручительства от 15.03.2016 № 44/16-1.

Кроме того, банком и должником заключен договор поручительства от 25.03.2016 № 44/16-2, согласно которому стороны согласовали обязанность поручителя отвечать перед банком солидарно с ООО «Мостострой-12» за исполнение заемщиком обязательств, предусмотренных кредитным договором, в том же объеме, как и заемщик, включая выплату суммы основного долга, уплату процентов, неустоек, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств заемщиком. Ответственность поручителя ограничена суммой 680 млн рублей. В связи с изменением условий кредитования заключены дополнительные соглашения к договору поручительства от 28.10.2016 № 1,  от 28.11.2016 № 2 и от 07.12.2016 № 3, в которых стороны оговорили ответственность поручителя на изменившихся условиях кредитования. 

ПАО «Татфондбанк» (кредитор) и ООО «Мостострой-12» (заемщик) заключили кредитный договор «лимит выдачи» от 09.09.2016 № 170/16, по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в форме кредитной линии с лимитом выдачи в размере 500 млн рублей, а заемщик обязался возвратить полученную денежную сумму до 28.12.2016 и уплатить проценты на нее в размере 12 % годовых. К данному кредитному договору стороны заключили дополнительные соглашения от 28.10.2016 № 1,                             от 28.11.2016 № 2 и от 07.12.2016 № 3, которыми изменялся порядок уплаты процентов за пользование кредитом и установлен новый срок возврата кредитов − 08.06.2018. Кредит используется на пополнение оборотных средств (пункт 1.2 договора). 

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору  от 09.09.2016 № 170/16 ПАО «Татфондбанк» и ООО «СП Фоника» заключен договор поручительства от 09.09.2016 № 170/16-1.

Кроме того, банком и должником заключен договор поручительства от 09.09.2016 № 170/16-2, согласно которому стороны согласовали обязанность поручителя отвечать перед банком солидарно с ООО «Мостострой-12» за исполнение заемщиком обязательств, предусмотренных кредитным договором, в том же объеме, как и заемщик, включая выплату суммы основного долга, уплату процентов, неустоек, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств заемщиком. В связи с изменением условий кредитования заключены дополнительные соглашение к договору поручительства от 28.10.2016 № 1, от 28.11.2016 № 2, от 07.12.2016 № 3, в которых стороны оговорили ответственность поручителя на изменившихся условиях кредитования. 

ПАО «Татфондбанк» свои обязательства по выдаче кредитов выполнил в полном объеме. Денежные средства предоставлены путем перечисления на расчетный счет                 ООО «Мостострой-12», что подтверждается платежными поручениями, выписками по ссудным счетам, расчетами задолженности. 

Вместе с тем ООО «Мостострой-12» свои обязательства по кредитным договорам от 15.03.2016 № 44/16 и 09.09.2016 № 170/16 выполняло ненадлежащим образом. Решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.11.2017 по делу                              № А70-2099/2017 ООО «Мостострой-12» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Определением от 07.12.2017 требование ПАО «Татфондбанк» включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Мостострой-12» в размере 1 149 792 581 рублей 84 копеек. Размер требований банка к заемщику ООО «Мостострой-12» определен на 25.10.2017 на дату введения конкурсного производства. По состоянию на 25.10.2017 задолженность                        ООО «Мостострой-12» перед банком составила 1 149 792 581 рублей 84 копейки, в том числе: по кредитному договору от 15.03.2016 № 44/16 − 587 149 804 рублей 37 копеек; по кредитному договору от 09.09.2016 № 170/16 − 562 642 777 рублей 47 копеек. 

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.01.2018 по делу № А81-1827/2017 ООО «СП Фоника» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Определением от 08.12.2017 требование ПАО «Татфондбанк» в размере 1 073 498 252 рублей 15 копеек также включено в третью очередь реестра требований ООО «СП Фоника», которое является поручителем по указанным кредитным соглашениям. Определением  от 26.12.2018 ФНС России отказано в иске о признании недействительными договоров поручительства от 15.03.2016 № 44/16-1 и от 09.09.2016 № 170/16-1, заключенных банком и ООО «СП Фоника». 

Решением Вахитовского районного суда г. Казани от 05.09.2018 по делу                            № 2-3331/2018 вынесено решение, которым удовлетворен иск ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего − государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к должнику; с ответчика в пользу банка взыскана задолженность (с учетом исправления опечатки) по кредитному договору от 15.03.2016 № 44/16 в размере                            587 149 804 рублей 37 копеек, из которых: 500 млн рублей − основной долг; 61 355 149 рублей 32 копейки − проценты за пользование кредитом; 25 794 655 рублей 05 копеек − неустойка, по кредитному договору  от 09.09.2016 № 170/16 в размере 520 млн рублей, из которых: 500 млн рублей − основной долг; 20 млн рублей − проценты за пользование кредитом, расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 тыс. рублей. На основании указанного судебного акта Арбитражный суд Ставропольского края определением от 30.04.2019 включил требования банка, основанные на договорах поручительства, в реестр требований кредиторов должника в размере 1 107 149 804 рублей 37 копеек. 

Финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров поручительства и дополнительных соглашений к ним, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве), статьи 10 и 168 ГК РФ, и на то, что указанные договоры заключены со злоупотреблением правом, направленном на возложение необоснованного, незаконного и заведомо неисполнимого бремени ответственности по обязательствам третьего лица в отсутствие общности экономических интересов, что вызвало увеличение кредиторской задолженности должника в нарушение законных интересов его добросовестных кредиторов.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, указал, что заключение оспариваемых сделок обосновывается внутрикорпоративным характером взаимоотношений между ООО «Мостострой-12», ООО «СП Фоника» и должником, при этом должник является конечным бенефициаром ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника».

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции, обоснованно руководствовался следующим.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее − постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Суд апелляционной инстанции установил, что оспариваемые договоры и дополнительные соглашения к ним совершены в период с 25.03.2016 по 07.12.2016, заявление о признании должника банкротом принято 23.10.2018, следовательно, сделки могут быть оспорены по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» даны разъяснения о том, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Апелляционный суд установил наличие оснований для признания оспариваемых сделок недействительными как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» и в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"», следует, что заключение договора поручительства (залога) может быть вызвано наличием у заемщика и поручителя (залогодателя) на момент заключения оспариваемого договора общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), либо отношений (корпоративных, обязательственных, родственных и прочих отношений), объясняющих экономическую цель заключения договора поручительства (залога); если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Суд апелляционной инстанции установил, что должник являлся руководителем                                ООО «СП Фоника» в период с 30.05.2016 по 31.07.2017 и ООО «Мостострой-12» в период с 14.09.2016 по 26.11.2017. Суд апелляционной инстанции установил, что данный факт в рассматриваемом случае однозначно не может свидетельствовать о наличии у должника конечного бенефициара ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника», поскольку на дату подписания кредитных договоров и договоров личного поручительства единственным учредителем ООО «Мостострой-12» являлось ООО «СП Фоника», а учредителем ООО «СП Фоника» − фирма «Фоника Акциенгезеллыпафт» (Лихтенштейн) и Полевиков С.А. При этом должник не являлся участником ООО «СП Фоника». Таким образом, на дату заключения кредитного договора и подписания договора поручительства, должник не входил в состав участников ООО «Мостострой-12». Экономическая целесообразность заключения договоров поручительства отсутствовала. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции установил, что в материалах дела  отсутствуют как прямые доказательства подконтрольности должнику ООО «СП «Фоника» и ООО «Мостострой-12», так и косвенные доказательства, касающиеся, прежде всего, согласованности действий контролирующего и контролируемого лица. 

Апелляционный суд также правомерно исходил из того, что участие должника в составе совета директоров ООО «РИК» и ООО «Тюменьстальмост» не свидетельствует о наличии у него  возможности влиять на деятельность заемщика через данные компании. При этом банком не представлено кредитное досье заемщика ООО «Мостострой-12», из которого следовал бы вывод о положительном финансовом состоянии основного заемщика и его поручителей, об общности экономических интересов должника с ООО «СП «Фоника» и ООО «Мостострой-12», а также, что должник является их конечным бенефициаром. Данные доводы опровергаются представленной в материалы дела выпиской из торгового реестра № FL-001/515/771-2 в отношении фирма «Фоника Акциенгезеллыпафт» (Лихтенштейн). 

Суд апелляционной инстанции также принял во внимание вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Тюменской области от 06.06.2018 по делу № А70-2347/2017, которым  установлен факт аффилированности обществ «РГС» и «Тюменьстальмост», которые контролировались одним лицом − Полевиковым С.А. Из определения Арбитражного суда Тюменской от 06.08.2019 по делу № А70-2347/2017 установлено, что Полевиков С.А. по состоянию на 2017 год занимал должность единоличного исполнительного органа ООО «АСК», тогда как ООО «РГС» являлось мажоритарным участником данного хозяйственного общества, в связи с чем, суд пришел к выводу, что ООО «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» и ООО «АСК» в силу юридических и фактических предпосылок являлись аффилированными между собой лицами, входили в одну группу лиц, объединенных общими экономическими интересами. Судами установлен факт подконтрольности ООО «Мостострой-12» и ООО «Тюменьстальмост» Полевикову С.А., а не должнику. 

В отношении группы взаимосвязанных лиц (ООО «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» и ООО «СП Фоника») возбуждены дела о признании несостоятельными (банкротами), в рамках дела о банкротстве ООО «Мостострой-12» рассматривается заявление АО «Волгомост» о привлечении Полевикова С.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12». 

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из отсутствия у Забарского А.А. статуса бенефициара ООО «Мостострой-12» и ООО «СП Фоника», отсутствия общности экономических интересов при заключении оспариваемых договоров, и отсутствия у должника имущества, обеспечивающего кредитные обязательства заемщика в столь значительном размере.

Суд апелляционной инстанции также исходил из разъяснений, изложенных в пункте 12.2 постановления № 63,  согласно которым, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует в том числе учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При совершении сделок, обеспечивающих возврат кредита, банк-кредитор с тем, чтобы исключить совершение сделки, которая впоследствии может быть оспорена, проверяет платежеспособность и надежность заемщиков, поручителей и залогодателей, с которыми совершаются сделки. В силу изложенного, при совершении любой сделки по выдаче кредита, а также сделок, обеспечивающих возврат денежных средств, банк –   кредитор должен проверять платежеспособность и надежность не только основных заемщиков, но и поручителей и залогодателей, с которыми совершаются данные сделки. 

Апелляционный суд указал, что в период заключения кредитных договоров и договоров поручительства действовало «Положение о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, утвержденной Банком России 26.03.2004 № 254-П, устанавливавшее порядок формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, к которым относятся денежные требования и требования, вытекающие из сделок с финансовыми инструментами. Оценка кредитного риска по каждой выданной ссуде (профессиональное суждение) должна проводиться кредитной организацией на постоянной основе, в том числе по результатам комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о заемщике, в том числе о любых рисках заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик. Требования относительно информации, которую кредитная организация может использовать для анализа финансового положения заемщика, содержатся также в Приложении 2 к «Положению о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, ссудной и приравненной к ней задолженности», утв. Банком России 28.06.2017 № 590-П.

Согласно разъяснениям Банка России, изложенным в письме от 22.01.2008 № 15-1-3-11/250, поскольку Указанием Банка России от 12.12.2006 № 1759-У «О внесении изменений в Положение Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» установлен ряд требований в отношении оценки финансового положения залогодателя − третьего лица (финансовое положение залогодателя – третьего лица должно быть оценено как хорошее для учета обеспечения в расчете резервов, а в случае реализации прав на обеспечение оно не должно ухудшиться до состояния неплатежеспособности (банкротства)), то мониторинг финансового положения залогодателя должен осуществляться кредитной организацией с периодичностью, установленной Положением № 254-П для соответствующей категории заемщиков (юридических лиц, кредитных организаций, физических лиц). Указанные разъяснения Банка России действуют и в отношении оценки финансового положения поручителя. 

Суд апелляционной инстанции указал, что ПАО «Татфондбанк», как кредитная организация, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли, имея интерес в реальном исполнении кредитных обязательств, обеспеченных поручительством, на дату заключения договоров обязан был проверить финансовое положение лица, предоставившего поручительство, провести комплексную оценку потенциального кредитного риска при заключении договоров. Вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства того, что при заключении кредитных договоров и договоров поручительства банк надлежащим образом исполнил обязанность по проверке поручителя.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд обоснованно удовлетворил требования финансового управляющего и признал недействительными спорные сделки, как заключенные со злоупотреблением правом, что в силу статьи 10 ГК РФ недопустимо.

Довод о том, что апелляционный суд необоснованно принял новое доказательство, подлежит отклонению, поскольку апелляционный рассмотрев ходатайство о приобщении выписки, и признав обоснованными причины непредставления в суд первой инстанции, обоснованно удовлетворил заявленное ходатайство.  

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств, которые апелляционный суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в силу статей 286 и 287 Кодекса подлежат отклонению. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (статья 288 Кодекса), не установлены. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 по делу № А63-14055/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							       Е.В. Андреева

Судьи										       И.М. Денека

										       С.М. Илюшников