АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 марта 2025 года

Дело №

А56-118288/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Журавлевой О.Р., Родина Ю.А.,

при участии от акционерного общества «Концерн «Научно-производственное объединение «Аврора» ФИО1 (доверенность от 14.09.2023), от общества с ограниченной ответственностью «НТИ Энерджи» ФИО2 (доверенность от 01.01.2025),

рассмотрев 26.03.2025 кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НТИ Энерджи» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024 по делу № А56-118288/2023, 

                                                   у с т а н о в и л:

Акционерное общество «Концерн «Научно-производственное объединение «Аврора», адрес: 194021, Санкт-Петербург, ул. Карбышева, д.15, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее – Общество),  обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «НТИ Энерджи», адрес: 105005, Москва, наб. Академика Туполева, д. 15, к. 2, эт/пом цоколь/75, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), о взыскании 502,41 евро неустойки, 14 137,76 евро убытков по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату оплаты (дело № А56-1167/2024).

Определением суда от 12.03.2024 дело № А56-1167/2024 объединено с делом № А56-118288/2023, в котором Общество заявило иск о взыскании с Компании 2 442,49 евро неустойки и 27 298,58 евро убытков по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату оплаты; объединенному делу присвоен номер А56-118288/2023.

Решением суда первой инстанции от 31.05.2024, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 16.12.2024, иск Общества, уточненный в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), удовлетворен: с ответчика в пользу истца взыскано 41 435,96 евро убытков в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату платежа, 2 644,90 евро неустойки в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату платежа, а также                      44 594 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить состоявшиеся судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, истец неверно рассчитал сумму убытков, представленный ответчиком  в суде первой инстанции контррасчет судами не исследован и не учтен. Ответчик полагает, что первоначальную стоимость товаров по замещенным сделкам следует определять исходя из курса евро не на дату заключения замещающих сделок, а на дату платежей по условиям замещенных договоров. Кроме того, ответчик отмечает, что поставленная по замещающей сделке продукция не производилась иностранной компанией «Vicor Corporation», действительное же происхождение продукции судами не исследовано. Как указывает ответчик, Компания до расторжения истцом договора предпринимала меры к поиску иных поставщиков продукции VICOR, что подтверждается письмом ответчика истцу от 11.03.2022 о поставщиках, отказавшихся от поставки этой продукции, а также письмами Компании с предложением заменить продукцию VICOR аналогичной продукцией GORT. Также ответчик отмечает, что условиями замещающих сделок не предусматривались требования к происхождению продукции, тогда как договорами с Компанией и спецификациями к ним такое требование к поставке продукции, произведенной в США, предъявлялось. По мнению подателя жалобы, суды, ссылаясь на отсутствие доказательств невозможности исполнения договора до введения санкций, не учли сроки поставки по договору, допускающие поставку оставшейся части продукции до 18.06.2022 после ввода санкций за 4 месяца до истечения срока поставки. Компания считает, что суды не правильно применили норму статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так как СВО и введение санкций США и европейскими странами не входят в область профессионального контроля и риска предпринимательской деятельности Компании, договоры заключались до наступления указанных событий, тогда как сроки исполнения таковых истекали после этих событий. 

Отзыв истца на кассационную жалобу судом округа не принимается на основании разъяснений, приведенных в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», поскольку Обществом не представлены доказательства направления копии данного процессуального документа Компании по правилам пункта 3 части 4 статьи 277 АПК РФ.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель Общества возражал против ее удовлетворения.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между Обществом (покупатель) и Компанией (поставщик) заключен договор от 12.11.2021                        № 1928187303911412209207620/ЕА03426-2111 (далее – договор № 3426) и договор от 19.11.2021 № 2030187304381412209214619/ЕА03425-2111 (далее – договор № 3425, вместе – договоры), по условиям которых поставщик на основании письма-заявки обязался в срок, установленный в договорах, передать покупателю импортные комплектующие изделия, а покупатель - принять и оплатить их в порядке и сроки, установленные в договорах. 

Поставка по договору № 3426 осуществлялась в целях обеспечения гособоронзаказа в рамках государственного контракта от 25.12.2019                                 № 1928187303911412209207620, а по договору № 3425 – государственного контракта от 16.12.2019 № 2030187304381412209214619 (пункты 1.1 договоров); основанием для заключения договора № 3426 являлась заявка от 12.11.2021                      № 33410/10-2796, договора № 3425 – заявка от 12.11.2021 № 33410/10-2796-1 (пункты 1.4 договоров).

Цена договора № 3426 составила 49 361,32 у.е, а договора № 3425 –             11565, 69 у.е., где 1 у.е.=1 евро (пункты 5.1 договоров).

В соответствии со Спецификацией к договору № 3426 оборудование производства компании Vicor Corporation (США) общей стоимостью 49 361,32 у.е (с НДС) подлежало поставке в течение 31 недели с момента направления заявки покупателя.

В соответствии со Спецификацией к договору № 3425 оборудование производства компании Vicor Corporation (США) общей стоимостью 11 565,69 у.е (с НДС) должно быть поставлено: часть продукции в течение 4 недель и часть – в течение 31 недель с момента направления заявки покупателя.

Письма-заявки от 12.11.2021 № 33410/10-2796 (к договору № 3426) и  от 12.11.2021 № 33410/10-2796-1 (к договору № 3425) направлены поставщику  12.11.2021, следовательно, поставка продукции должна была осуществиться не позднее июня 2022 года.

Ответчиком произведена поставка только позиции 1 Спецификации к договору № 3426 на сумму 426,30 евро и позиций 2 и 3 Спецификации к договору № 3425.

Поскольку по договору № 3426 ответчиком не осуществлена поставка продукции на сумму 48 849,77 евро, истец направил в адрес ответчика требование от 21.09.2022 №33440/2/09-1453 о поставке оставшейся части продукции, которое оставлено ответчиком без удовлетворения.

Ссылаясь на то, что продукция по договору № 3426 не поставлена в полном объеме, истец направил в адрес ответчика уведомление от 05.09.2023 №33440/2/09-3718 о расторжении этого договора. При этом в целях выполнения государственного оборонного заказа истец заключил замещающие договоры с иными поставщиками: договор с АО «НПФ «СПЕЦМАШ» от 01.12.2022 №1928187303911412209207620-33440-400-З-2022, договор с ООО «БАНАТИТ» от 16.06.2022 № П34/VIC-108.

По договору № 3425 ответчиком не осуществлена поставка продукции на сумму 10048,13 евро, в связи с чем истец направил ответчику требование от 21.09.2022 №33440/2/09-1452 о поставке оставшейся части продукции, которое оставлено последним без удовлетворения.

Указывая на то, что продукция по договору № 3425 не поставлена в полном объеме, истец уведомлением от 22.08.2023 №33440/2/09-3956 заявил о  расторжении договора. В целях выполнения государственного заказа истец заключил с ООО «НПЦ «Планета» замещающий договор от 14.09.2022                                           № 06.09.22-12.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения Общества в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика убытков в виде разницы в стоимости продукции по замещающим сделкам, а также неустойки за нарушение срока поставки продукции в соответствии с пунктами 6.2 договоров.

По результатам исследования материалов дела по правилам статьи 71 АПК РФ суды признали уточненные исковые требования истца подлежащими удовлетворению. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов исходя из следующего. 

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу статьи 521 ГК РФ установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товаров взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки, если иной порядок уплаты неустойки не установлен законом или договором.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) допускается в случае существенного нарушения договора одной из сторон; нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в частности в случае неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

В данном случае суды из материалов дела установили, что ответчик допустил существенную просрочку исполнения своих обязательств по договорам, что последним не отрицалось и не опровергалось, в связи с чем признали отказ покупателя от исполнения договоров правомерным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393.1 ГК РФ в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора.

Пунктом 1 статьи 520 ГК РФ также обусловлено, что если поставщик не поставил предусмотренное договором поставки количество товаров либо не выполнил требования покупателя о замене недоброкачественных товаров или о доукомплектовании товаров в установленный срок, покупатель вправе приобрести непоставленные товары у других лиц с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов на их приобретение.

Исчисление расходов покупателя на приобретение товаров у других лиц в случаях их недопоставки поставщиком или невыполнения требований покупателя об устранении недостатков товаров либо о доукомплектовании товаров производится по правилам, предусмотренным пунктом 1 статьи 524 ГК РФ.

Как указано в пункте 1 статьи 524 ГК РФ, если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), если кредитор заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, он вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки (пункт 1 статьи 393.1 ГК РФ).

Добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307, статья 393.1 ГК РФ). Должник вправе представить доказательства того, что кредитор действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 ГК РФ). Например, должник вправе представлять доказательства чрезмерного несоответствия цены замещающей сделки текущей цене, определяемой на момент заключения названной сделки по правилам пункта 2 статьи 393.1 ГК РФ.

Пунктом 13 Постановления № 7 разъяснено, что заключение замещающей сделки до прекращения первоначального обязательства не влияет на обязанность должника по осуществлению исполнения в натуре и на обязанность кредитора по принятию такого исполнения (пункт 3 статьи 308 ГК РФ). Кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии прекращения впоследствии первоначального договора в связи с нарушением обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном случае Общество в подтверждение несения убытков, предусмотренных пунктом 1 статьи 393.1 ГК РФ, привело доказательства заключения и исполнения замещающих сделок с иными поставщиками.

Судами установлено, что взамен договора № 3426 в части поставки на сумму             48 849,77 евро истец заключил договор с АО «НПФ «Спецмаш» от 01.12.2022                      № 1928187303911412209207620-33440-400-З-2022 и договор с ООО «БАНАТИТ» от 16.06.2022 № П34/VIC-108. Взамен договора № 3425 в части поставки на сумму  10 048,13 евро истец заключил с ООО «НПЦ «Планета» договор  от 14.09.2022         № 06.09.22-12. 

Из указанных договоров с учетом совокупности представленных в материалы дела доказательств следовало, что истцу поставлялись комплектующие производства компании Vicor Corporation (США),  буквенно-цифровое обозначение которых совпадает с продукцией, не поставленной ответчиком в договорах                 № 3426 и № 3425, что подтверждалось универсальными передаточными документами, платежными поручениями об оплате по замещающим сделкам, а также документами, представленными по запросу суда ООО «НПЦ «Бананит», АО «НПФ «Спецмаш» и ООО «НПЦ «Планета».

Ответчик, в свою очередь, не представил доказательств чрезмерного завышения цены замещающей сделки и иных недобросовестных или неразумных действий истца.

Ссылка Компании на недоказанность сопоставимости замещающих товаров по признаку их производителя отклоняется, поскольку судами по правилам статьи 71 АПК РФ дана оценка представленным сторонами доказательствам и установлено обратное. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В пункте 2 статьи 401 ГК РФ установлено, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления № 7, требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

В данном случае Компания, ссылаясь на указанные нормы права и разъяснения, указывала на отсутствие ее вины в неисполнении обязательств по договорам и наличие чрезвычайных обстоятельств, препятствующих исполнению обязательств, полагая, что ответчиком предпринимались все меры для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в сложившейся ситуации. В частности, Компания ссылалась на заключение договоров до введения санкций и истечение сроков поставок после их введения.

Между тем, как установили суды, ответчиком не подтверждено, что обязательства не исполнены им в полном объеме по причине возникновения при исполнении договоров не зависящих от поставщика обстоятельств, влекущих невозможность его исполнения без изменения условий, в связи с началом СВО, введением политических или экономических санкций иностранными государствами, совершающими недружественные действия в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц, и (или) с введением иностранными государствами, государственными объединениями и (или) союзами и (или) государственными (межгосударственными) учреждениями иностранных государств или государственных объединений и (или) союзов мер ограничительного характера.

Согласно правовому подходу, применяемому в российской судебной практике, свидетельствование обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор),  освобождающими сторону от ответственности, осуществляется Торгово-промышленной палатой Российской Федерации путем оформления и выдачи сертификата о форс-мажоре (пункт 1.3 Положения о порядке свидетельствования Торгово-промышленной палатой Российской Федерации обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор), утвержденного Постановлением Правления ТПП РФ от 23.12.2015 № 173-14, подпункт «н» пункта 3 статьи 15 Закона РФ от 07.07.1993 № 5340-1 «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации»). 

Между тем Компанией не представлено в материалы дела такого сертификата, выданного Торгово-промышленной палатой Российской Федерации, либо доказательств обращения в указанную Палату и отказа в выдаче соответствующего сертификата. 

Более того, как следует из установленных судами обстоятельств, поставщики по замещающим сделкам смогли исполнить обязательства перед истцом по поставке продукции VICOR в условиях продолжающихся санкций.

Довод о необоснованном отказе апелляционной инстанции в приобщении к материалам дела письма ООО «НПЦ «Планета» от 28.08.2024 № 491, согласно которому продукция приобретена у российского поставщика, подлежит отклонению, поскольку, как верно отметил суд апелляционной инстанции, данное доказательство не было представлено в суд первой инстанции, ответчик не обосновал невозможность своевременного представления данного доказательства в суд первой инстанции по объективным причинам (в том числе своевременного обращения к ООО «НПЦ «Планета»). 

Кроме того, суд округа принимает во внимание, что в пункт 85 Перечня товаров (групп товаров), в отношении которых не применяются положения подпункта 6 статьи 1359 и статьи 1487 ГК РФ при условии введения указанных товаров (групп товаров) в оборот за пределами территории Российской Федерации правообладателями (патентообладателями), а также с их согласия (утв. приказом Минпромторга России от 19.04.2022 № 1532) включена продукция VICOR, в связи с чем отказ иностранного правообладателя и его официальных дистрибьюторов от продажи российским контрагентам соответствующей продукции не исключает поставок таковой в Россию из дружественных стран в соответствии с международным принципом исчерпания исключительных прав.

С учетом изложенного суд округа считает правильными выводы судов о недоказанности ответчиком невозможности надлежащего исполнения обязательств по договорам вследствие обстоятельств непреодолимой силы.

Ссылка ответчика на ошибочность представленного истцом расчета убытков подлежит отклонению, поскольку суды на основании норм статьи 393.1 ГК РФ правомерно исходили из разницы между ценой, установленной в прекращенных договорах, и ценой на сопоставимые товары по условиям договоров, заключенных взамен прекращенных договоров.

По смыслу статьи 393.1, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой привело к его прекращению. 

Довод Компании о необходимости исчисления убытков исходя из курса евро не на дату заключения замещающих сделок, а на дату платежей обоснованно не принят судами во внимание, поскольку в данном случае убытки определяются разницей цен договоров Компании и замещающих договоров, условия замещенных сделок не применяются к условиям о формировании цены по замещающим сделкам. 

Таким образом, правовое значение в рассматриваемой ситуации имеет соотношение цен, установленных данными сделками, исходя из чего истец, правомерно определив цену по договорам с Компанией в валюте евро, обоснованно соотнес цены по замещающим сделкам в соответствии с официальным курсом соответствующей валюты на дату их заключения. 

Обусловленные договорами пени за нарушение сроков поставки, предъявленные ко взысканию с ответчика рассчитаны истцом в соответствии со статьей 330 ГК РФ, пунктами 6.2 договоров, их расчет также проверен судами и признан верным, доводов об обратном ответчиком в кассационной жалобе не приводится.

Таким образом, доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены ими при рассмотрении дела и имели бы значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на его обоснованность и законность, либо опровергали выводы суда.

Направленность доводов кассационной жалобы на оценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств не может быть признана допустимой на стадии кассационного обжалования судебных актов в силу статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ и пункта 32 Постановления № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», поскольку исследование доказательственной стороны спора к компетенции суда округа не относится.

Учитывая, что дело рассмотрено судами полно и всесторонне при правильном применении норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа                              

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024 по делу № А56-118288/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НТИ Энерджи» – без удовлетворения.

Председательствующий

Л.И. Корабухина

Судьи

О.Р. Журавлева

Ю.А. Родин