АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Дело № А43-18888/2022

 

г. Нижний Новгород                                                        28 апреля 2023 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 06 апреля  2023 года 

Решение изготовлено в полном объеме 28 апреля 2023 года

 

Арбитражный суд Нижегородской области в составе: 

судьи Алмаевой Елены Николаевны (шифр 23-381), 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску Управления Федеральной налоговой службы по Нижегородской области  (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), г. Нижний Новгород, 

к ответчикам: 1) ФИО2, г. Дзержинск Нижегородской области, 2) ФИО3, г. Дзержинск Нижегородской области,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «СОМ» (ОГРН: 

<

***>/ ИНН: 

<

***>), г. Дзержинск Нижегородской области,

о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «СОМ» и взыскании 5 110 611 руб. 90 коп., 

при участии представителей:

от истца - ФИО4 по доверенности от 21.01.2022 №18-25/01152;

от ответчиков: от ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 15.07.2022, от ФИО2 – не явился;

от третьего лица - не явился,

установил:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось Управление Федеральной налоговой службы по Нижегородской области с исковым заявлением к ФИО2, к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «СОМ» и взыскании солидарно 5110611 руб. 90 коп.

УФНС России по Нижегородской области, руководствуясь положениями  пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, считает, что в результате согласованных действий ФИО2 и ФИО3 ООО «СОМ» (ИНН 

<

***>) утратило в полном объеме свои активы, вследствие этого утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств. ФИО2 совершены сделки по безвозмездному отчуждению имущества Общества взаимозависимому лицу ФИО3, в результате которых ФИО3, находясь в родственных отношениях с ФИО2 и в результате неправомерных действий ФИО2, получил  актив должника, перешедший ему в право собственности безвозмездно.

Также уполномоченный орган просит привлечь ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СОМ» по основаниям, установленным подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку задолженность Общества образовалась перед налоговым органом по результатам налогового контроля.

В судебном заседании представитель УФНС России по Нижегородской области  поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик - ФИО3 в представленном отзыве, дополнении к отзыву  против исковых требований возразил, ссылаясь на недоказанность уполномоченным органом презумпции доведения ответчиками общества до банкротства. Ответчик полагает, что оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не имеется, так как банкротство вызвано объективными причинами и не связано с противоправным поведением ответчиков. На момент проведения мероприятий налогового контроля ответчики не являлись контролирующего должника лицами, сделки совершены на возмездной основе и до образования задолженности перед уполномоченным органом. Кроме того, в отношении общества процедура банкротства не вводилась, следовательно, не может быть применена презумпция, установленным подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В связи с изложенным, ответчик просил в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности отказать.

Ответчик - ФИО2 и третье лицо – ООО «СОМ», надлежащим образом согласно статье 123  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителя в судебное заседание не обеспечили.

По правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие третьих лиц.

Как следует из материалов дела, ООО «СОМ» зарегистрировано 10.12.2002 в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным номером налогоплательщика 

<

***>,  ИНН 

<

***>, руководителем которого и единственным участником с долей участия 100% и вкладом в уставный капитал денежных средств в размере 10 тыс.руб., являлась ФИО2.  Сведения об участнике и руководителе общества ФИО2 в период с  21.01.2005 по 22.04.2018 внесены в Единый государственный реестр. Вид заявленной деятельности: торговля оптовая прочими строительными материалами и изделиями.

В отношении ООО «СОМ» проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления, полноты уплаты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов в бюджетную систему Российской Федерации за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, на основании которой вынесено решение от 18.02.2019 № 11-41 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

По решению № 11-41 от 18.02.2019 налогоплательщику начислено  5 164884, 63 руб., в том числе налог – 3 751 741,00руб., пени - 628 688,83 руб., штраф – 784 454,80 руб. Межрайонной инспекцией № 2 по Нижегородской области приняты меры принудительного взыскания задолженности, предусмотренные статьями 46, 47, 69, 70 Налогового Кодекса Российской Федерации. В результате частичного погашения (зачета переплаты) остаток непогашенной задолженности по решению № 11-41 от 18.02.2019 составил  4344940,07 руб., в том числе налог – 2 931 798, 00 руб., пени – 628 688,83 руб., штраф – 784 453,87 руб.

В связи с наличием непогашенной задолженности перед бюджетом ФНС России в соответствии со статьями 7, 41 и 227 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обратилась в арбитражный суд с заявлением уполномоченного органа (дело № А43-4326/2022) о признании отсутствующего должника банкротом. Производство по делу о банкротстве прекращено 26.05.2022 в соответствии со статьей 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Усмотрев наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «СОМ» ФИО2 и ФИО3,как контролирующих должника лиц, уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

В связи с отсутствием погашения задолженности, налогоплательщику начислены пени и согласно справки о задолженности на дату направления в суд заявления задолженность ООО «СОМ» по налоговым платежам составила 5110611,90 руб., в том числе по основному долгу – 2 931 179,80 руб., пени – 1447378,23 руб., штрафы – 732 053,87 руб.

Изучив материалы дела, заслушав доводы сторон, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В рассматриваемый период основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности были установлены в действовавшей на тот момент статье 10 Закона о банкротстве. В связи с возникновением спорных правоотношений до 01.07.2017 (неполной уплатой налогов за 2015, 2016, 1-2 кварталы 2017 годы) к ним подлежат применению основания и правила привлечения к ответственности, установленные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ), вступившего в силу 30.06.2013.

В период с 21.01.2005 по 11.04.2018 полномочия единоличного исполнительного органа (директора и учредителя с долей в уставном капитале 100%) ООО «СОМ» осуществляла ФИО2 Следовательно, применительно к положениям статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, ФИО2 являлась контролирующим должника лицом.

На основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац третий).

В силу указанной нормы при доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

По правилам абзаца девятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Следует отметить, что разъяснения, данные в Постановлении № 53, применимы к рассматриваемым правоотношениям в связи со схожестью содержания пункта 4 статьи10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Как разъяснено в пункте 56 Постановления № 53, по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Применительно к настоящему спору уполномоченный орган, требующий привлечения контролирующих должника лица к субсидиарной ответственности, должен доказать содержание презумпции причинно-следственной связи, содержащейся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а ФИО2 и ФИО3 документально опровергнуть названную презумпцию. В опровержении презумпции доведения должника до банкротства ответчик вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено внешними факторами (пункт 19 Постановления № 53), а также на то, что ущерб, который он причинил своими действиями, не является существенным и не мог привести должника к банкротству.

В обоснование исковых требований уполномоченный орган указывает, что в рамках мероприятий налогового контроля установлены обстоятельства совершения ФИО2 недобросовестных действий, направленных на нарушение налогового законодательства, выразившегося в получении необоснованной налоговой выгоды и уклонении от налогообложения, не подтверждения сведений, содержащихся в налоговых декларациях. 

В ходе проверки  установлено занижение налогооблагаемой базы:

- неправомерно заявлен налоговый вычет по налогу на добавленную стоимость   в сумме 2 858 455 руб., в том числе: 

  за 1 квартал 2016 года в сумме 757 917 руб.,

  за 4 квартал 2016 года в сумме 2 100 538 руб.,

- документально не подтверждены расходы, учитываемые при определении налоговой базы по налогу на прибыль, что привело к неуплате налога на прибыль в сумме  893 286 руб., в том числе:

за 2016  - 850 504 руб.,

за 2017  - 42 782 руб.

Установлено использование Обществом фиктивного контрагента ООО «Арго-НН» с целью занижения сумм налогов к уплате в бюджет. При анализе бухгалтерской и налоговой отчетности  ООО «Арго-НН»  установлено отсутствие основных средств на балансе организации, нематериальных активов, что свидетельствует об отсутствии возможности осуществления деятельности, в том числе по поставке товара.

В период осуществления ФИО2 полномочий директора ООО «СОМ» необоснованно перечислены с расчетного счета должника денежные средства на цели, не соответствующие финансово-хозяйственной деятельности:

в 2015 году: 

 –  оплата за ИП ФИО2 – 4 865 114,48 руб.;

- пополнение карты ФИО3 – 8 201 280,00 руб.;

- страхование личных автотранспортных средств, принадлежащих ФИО3 – 165 254,00 руб.;

- пополнение карты ФИО2 – 7 533 000,00 руб.;

в 2016 году: 

– оплата за ИП ФИО2 – 5 188 705,00 руб.;

- пополнение карты ФИО6, сотрудника ООО «СОМ» согласно справок 2-НДФЛ, – 15 034 627,80 руб.;

- страхование личных автотранспортных средств, принадлежащих ФИО3 и переводы по договору – 1 794 828,08 руб.;

- пополнение карты ФИО2 и оплата по договору займа  – 39 360 062,00 руб.

в 2017 году:

– оплата за ИП ФИО2 – 1 243 749,61 руб.;

- пополнение карты ФИО6, сотрудника ООО «СОМ» согласно справок 2-НДФЛ –  6 189 296,00 руб.;

- оплата за ФИО3 и переводы по договору – 173 576,00 руб.

- пополнение карты ФИО2   – 2 812 276,00 руб.

ФИО2 также приняты меры по продаже всех активов Общества.

Согласно последней бухгалтерской отчетности за 2017 год общая стоимость активов  ООО «СОМ» составляла в размере 39 755 тыс. руб., в том числе: основные средства балансовой стоимостью 14 325 тыс. руб. Согласно выписки о движении денежных средств Обществу поступали денежные средства с видом платежа «аренда»  в 2015 году – 131 800 руб., 2016 году – 379 400 руб., 2017 году – 453 090,23 руб., 2018 году – 1 346 324,48 руб. (за 4 месяца).  С 2015 по 2018 год платежи  увеличились в 10 раз.

Объекты, от использования которых Общество получало прибыль, реализованы по договору купли-продажи от 22.02.2018. Сторонами по договору являлись ФИО2 и ФИО3 Регистрация недвижимого имущества у нового собственника произведена 19.03.2018, 20.03.2018, после того, как налоговым органом в адрес контрагентов Общества 14.02.2018 направлены поручения об истребовании документов в ходе предпроверочного анализа, предшествующего проведению налоговой проверки. Денежные средства от продажи недвижимого  имущества на расчетные счета ООО «СОМ» не поступали. 

Новый собственник ФИО3 является  супругом ФИО2 согласно сведений органов ЗАГС и регистрации по одному месту жительства, следовательно, является взаимозависимым лицом в силу пп.11 п.2 ст.105.1 Налогового Кодекса РФ.

На дату свершения действий по отчуждению активов Общества, ФИО2 знала о проведении контрольных мероприятий. ФИО3 в результате неправомерных действий  ФИО3 становится собственником всего недвижимого имущества, принадлежавшего Обществу. Следовательно, ФИО3 является контролирующим должника лицом в соответствии с  презумпцией, установленной пп.1 п.2, пп.3 п.4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, поскольку находясь в родственных отношениях с ФИО2 и в результате неправомерных действий ФИО2, получил  актив должника, перешедший ему в право собственности безвозмездно.

Согласованные действия ФИО2 и ФИО3  направлены на передачу бизнеса с целью ухода от обязанности по уплате налогов, что подтверждается фактом создания нового Общества. 27.02.2017 зарегистрировано ООО «Торговый дом СОМ» (ИНН 

<

***>),  руководителем которого становится ФИО2 В ходе контрольных мероприятий проведены допросы сотрудников ООО «СОМ», согласно которых им поступили предложения от ФИО2 на перевод во вновь созданное Общество. 

ФИО2 12.04.2018 приняты меры по отчуждению 100% доли в уставном капитале ООО «СОМ» ФИО7 (ИНН 

<

***>).  

В ходе контрольных мероприятий был произведен допрос ФИО2, где она поясняет о прекращении во втором квартале 2017 года деятельности ООО «СОМ» в связи с арестом расчетных счетов. В ходе допроса ФИО2 указывает на факт продажи Общества ФИО7 Однако в ходе налоговой проверки установлено, что действия ФИО2 были направлены на снятие с себя ответственности, поскольку ФИО7 в силу своих способностей не может являться руководителем организации, что подтверждается показаниями тети, зарегистрированной с ним по одному адресу (протокол допроса свидетеля ФИО8 № 289 от 30.07.2018). ФИО7 являлся участником иных юридических лиц ООО «Автопласт» (ИНН 

<

***>), ООО «Ресурсхимсвет» (ИНН 

<

***>), в отношении которых регистрирующим органом 13.07.2020 и 17.10.2019 внесена запись об исключении из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица.

Последние платежи по расчетному счету были совершены в апреле 2018 года. После совершенных ФИО2 и ФИО3 вышеуказанных согласованных действий  фактически финансово-хозяйственная деятельность Общества прекращена.  

   В связи с этим уполномоченный орган считает существенным вред, причиненный действиями контролирующего должника лица, выразившимися в искусственном создании ситуации, при которой Общество не имело возможности исполнять публично-правовую обязанность по перечислению в бюджет обязательных платежей.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Таким образом, нарушение ФИО2, как руководителем, налогового законодательства с целью получения необоснованной налоговой выгоды, вывод активов Общества привели к доначислению Обществу неуплаченных налогов, начислению пеней за несвоевременную уплату налогов и привлечению к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа, что впоследствии привело к возникновению кризисной ситуации и признаков  объективного банкротства должника. Образование задолженности по обязательным платежам в бюджет непосредственно связанно с действиями (бездействием) руководителя Общества и послужило основанием для возбуждения по заявлению уполномоченного органа дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

Изложенное свидетельствует о недобросовестном и неразумном осуществлении ответчиком обязанностей руководителя Общества, что противоречит целям деятельности, ради которых оно создано. Объективное банкротство должника наступило в результате совершения контролирующим должника лицом ряда последовательных действий, результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов, а именно использование в течение 2015-2017 годах схемы ведения финансово-хозяйственной деятельности должника, при которой из оборота систематически (безосновательно) выводились денежные средства в размере более 92 млн. руб., что подтверждается проведенными мероприятиями налогового контроля, а также выписками с расчетных счетов должника.

Действия руководителя Общества, повлекшие неуплату налогов в бюджет в существенном размере, вызывают объективные сомнения в том, что он руководствовался интересами возглавляемой им организации, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на ФИО2,  как контролирующее должника лицо, переходит бремя доказывания того, что негативные последствия таких действий явились следствием обычного делового оборота. Между тем ФИО2 и ФИО3 не привели убедительных доводов и не представили доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности их действий.

При этом именно на ФИО2, как на руководителя Общества, законом возложена обязанность по организации бухгалтерского учета и отчетности с соблюдением правил учета доходов и расходов, правильной уплаты налогов в бюджет. Согласно статьям 3, 9, 23 и 24 Налогового кодекса Российской Федерации, статьям 6, 7,9 и 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и статье 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» обязанность по надлежащему и достоверному ведению бухгалтерского учета и составлению бухгалтерской отчетности, в том числе с целью правильного исчисления установленных законом налогов и иных обязательных платежей, а также обязанность юридического лица по своевременной уплате налоговых платежей возложена именно на его руководителя.

Таким образом, в силу приведенных норм руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им.

Применительно к настоящему спору презюмируется, пока не доказано обратное, что директор располагал информацией об обстоятельствах, связанных с неуплатой возглавляемой им организацией налогов в бюджет, однако, ФИО2 не опровергла презумпцию несения ответственности единоличного исполнительного органа за деятельность должника, повлекшую его объективное банкротство.

Кроме того, как установлено в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

Судом установлено, что ФИО2 совместно с ее супругом ФИО3 совершались действия по выводу активов должника. После совершенных ФИО2 и ФИО3 вышеуказанных согласованных действий  фактически финансово-хозяйственная деятельность Общества прекращена. Данные согласованные действия ответчиков привели к тому, что ООО «СОМ» не смогло исполнить свои обязательства по перечислению в бюджет обязательных платежей. ФИО3, находясь в близких родственных отношениях с ФИО2, извлекал выгоду из недобросовестных действий руководителя должника по выводу активов Общества, по списанию денежных средств, что в силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презюмирует его статус как контролирующего должника лица. В опровержение этого факта ФИО3 не представил убедительных доказательств.

С учетом изложенного, доводы ответчика о недоказанности истцом обстоятельств, составляющих опровержимую презумпцию доведения до банкротства, установленную подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд признает несостоятельными.

Представленные ответчиком - ФИО3 документы (договоры займа, письма контрагентам, счета-фактуры, платежные поручения, акты о выполнении услуг по организации и доставке груза) не позволяют определить взаимосвязь с пополнением карт ФИО2 и ФИО3, а также не подтверждают реальность хозяйственных операций.

Размер субсидиарной ответственности определен уполномоченным органом исходя из суммы непогашенных требований согласно справки о задолженности на дату направления в суд искового заявления -  5 110 611,90 руб., в том числе по основному долгу – 2 931 179,80 руб., пени – 1 447 378,23 руб., штрафы – 732 053,87руб. - 26543071 руб. 83 коп., заявленных для  включенных в реестр требований кредиторов должника и не погашенных в ходе производства по делу о банкротстве Общества.

Доказательств возможности обнаружения у должника имущества в материалы дела не представлено.

  На основании изложенного, руководствуясь названными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением уполномоченного органа от 18.02.2019, учитывая, что ответчики не доказали того, что действовали согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника и его участников, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, суд приходит к выводу о доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для солидарного взыскания с ФИО2 и ФИО3 в пользу УФНС России спорных убытков в размере 5110611 руб. 90 коп.

При таких обстоятельствах, заявление уполномоченного органа о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «СОМ» подлежит удовлетворению в размере 5110611 руб. 90 коп.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по иску в размере 48 553 руб. 00 коп. относится на ответчиков и подлежит взысканию в доход федерального бюджета, поскольку в соответствии со статьей 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180-182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

Взыскать солидарно в порядке субсидиарной ответственности с ФИО2, ФИО3, в пользу Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Нижегородской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

<

...> руб. 90 коп.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3, в доход федерального бюджета 48 553 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента его принятия. 

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

 

Судья                                                                                                                Е.Н. Алмаева