АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5831/22 

Екатеринбург

29 сентября 2022 г.

 

Дело № А07-7041/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сулейменовой Т. В.,

судей Купреенкова В.А., Лазарева С.В.      

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Лабораторные технологии" (далее – общество "Лабораторные технологии") на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.04.2022 по делу № А07-7041/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), приняли участие представители:

Министерства финансов Республики Башкортостан (далее – Министерство, Минфин) – ФИО1 (доверенность от 27.12.2021 № 23-02-12), ФИО2 (доверенность от 27.12.2021 № 23-02-13);

общества "Лабораторные технологии" – ФИО3 (доверенность от 07.06.2022).

Министерство (истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан городская больница N 1 города Октябрьский (далее - ГБУЗ РБ ГБ N 1, ответчик 1), обществу "Лабораторные технологии" (ответчик 2) о признании недействительной закупки N 0301300280720000200 на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический), гражданско-правового договора на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) N 0200 от 2004.2020, дополнительных соглашений от 06.12.2021 N 1 и от 08.12.2021 N 2 к указанному договору (с учетом уточнения предмета исковых требований).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственное учреждение Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Башкортостан, Министерство здравоохранения Республики Башкортостан.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.04.2022 (резолютивная часть от 04.04.2022) исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество "Лабораторные технологии" просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что судами сделан неверный вывод о том, что заключенный сторонами договор аренды является притворной сделкой, так как контракт N 0200 от 20.04.2020 является именно договором аренды, закупка проводилась на оказание услуг по аренде, контракт исполнялся в качестве договора аренды, условие о переходе к арендатору права собственности по окончании срока аренды прямо предусмотрено аукционной документацией и Гражданским кодексом Российской Федерации в качестве элемента договора аренды. По мнению подателя жалобы, поскольку договор не предусматривает выкупную цену оборудования на приобретение основного средства, т.е. на получение основного средства в собственность учреждения, денежные средства на его приобретение не потрачены. При этом источник финансирования не является условием контракта, который влияет на его действительность или недействительность. Кроме того, заявитель указывает на отсутствие нарушений правил проведения торгов и отсутствие у Министерства полномочий на предъявление рассматриваемого иска. 

В отзыве на кассационную жалобу ГБУЗ РБ ГБ N 1 просит оспариваемые судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В отзыве на кассационную жалобу Министерство просит оспариваемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 24.03.2020 на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок в информационно-телекоммуникационной сети Интернет - https://zakupki.gov.ru (далее - ЕИС) было размещено извещение N 0301300280720000200 о проведении электронного аукциона на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) (далее - закупка N 0301300280720000200) с начальной (максимальной) ценой контракта 2 945 000 руб.

Согласно протоколу рассмотрения единственной заявки на участие в электронном аукционе от 09.04.2020 заявка общества "Лабораторные технологии" (ответчик) признана соответствующей требованиям Закона о контрактной системе и документации электронного аукциона.

По итогам осуществленной закупки N 0301300280720000200 между ГБУЗ РБ ГБ N 1 (заказчик) и обществом "Лабораторные технологии" (поставщик) подписан гражданско-правовой договор на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) N 0200 от 20.04.2020 (далее также - договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого арендодатель обязуется предоставить в аренду арендатору медицинское оборудование (далее - оборудование), перечень которого определен в спецификации (приложение N 1 к договору), являющейся неотъемлемой частью настоящего договора, а арендатор - своевременно вносить арендную плату в порядке и на условиях, определенных настоящим договором, а в случае прекращения (расторжения) договора возвратить оборудование в том состоянии, в котором оно было получено, с учетом нормального износа.

В силу п. 1.2 договора срок аренды оборудования - в течение 31 месяца с момента подписания договора.

На основании п. 1.3 договора исчисление срока аренды: с момента выполнения арендодателем своих обязательств по передаче оборудования, монтажу и пусконаладочным работам, вводу оборудования в эксплуатацию и инструктажу персонала арендатора, отраженным в акте приема-передачи оборудования в аренду и акте ввода оборудования в эксплуатацию, подписанных уполномоченными представителями обеих сторон.

Согласно п. 5.1 договора цена договора составляет 2 945 000 руб. Цена является твердой и определяется на весь срок исполнения договора, уплачивается арендатором арендодателю ежемесячно равными долями (сумма ежемесячной выплаты исчисляется путем деления цены договора на количество месяцев аренды) (согласно приложению N 4).

Пунктом 5.3 договора предусмотрено, что финансирование осуществляется за счет средств бюджетных учреждений: за счет средств Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Башкортостан.

По акту приема-передачи оборудования от 30.04.2020 общество "Лабораторные технологии" передало в аренду ГБУЗ РБ ГБ N 1 г. Октябрьский анализатор иммуноферментный автоматический "Чароит" (Charoite) - ВБ 15, с принадлежностями.

ГБУЗ РБ ГБ N 1 г. Октябрьский произвело оплату за арендованное имущество за счет средств Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Башкортостан на общую сумму 855 000 руб.

Дополнительным соглашением N 1 от 06.12.2021 стороны пришли к соглашению дополнить договор разделом 9 "Переход права собственности" с пунктами 9.1 и 9.2 в следующей редакции:

- пункт 9.1 - По истечении срока аренды с учетом положений пунктов 1.3 и 5.2 договора стороны подписывают акт об окончания оказания услуг аренды (приложение N 5 к договору);

- пункт 9.2 - После подписания акта об окончании оказания услуг аренды право собственности на оборудование переходит к арендатору по выкупной цене, указанной в п. 5.1 договора в соответствии с пунктом 1 статьи 624 Гражданского кодекса Российской Федерации и оформляется актом приема-передачи.

Дополнительным соглашением N 2 от 08.12.2021 к договору стороны исключили пункты 9.1 и 9.2 из текста договора.

Минфином, как уполномоченным органом исполнительной власти Республики Башкортостан по осуществлению контроля в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд Республики Башкортостан и муниципальных нужд муниципальных образований Республики Башкортостан, в пределах полномочий, установленных законодательством о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (подпункт "в" пункта 1 постановления Правительства Республики Башкортостан от 17.06.2020 N 363) проведена внеплановая проверка осуществления ГБУЗ РБ ГБ N 1 закупки на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) (извещение N 0301300280720000200).

Ссылаясь на незаконность закупки N 0301300280720000200 на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) и, как следствие, недействительность гражданско-правового договора на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) N 0200 от 20.04.2020, заключенного с нарушением требований Федерального закона от 05 апреля 2013 года N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее – Закон о контрактной системе), Минфин обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего. 

Согласно части 1 статьи 1 Закона о контрактной системе данный Закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся, в том числе заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 4 и 5 статьи 15 данного Закона; особенностей исполнения контрактов.

Статьей 6 Закона о контрактной системе открытость, прозрачность информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечение конкуренции отнесены к принципам контрактной системы в сфере закупок.

В силу части 1 статьи 8 Закона о контрактной системе контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок.

Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок (часть 2 статьи 8 Закона о контрактной системе).

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации).

Государственные и муниципальные контракты преследуют публичный интерес и направлены на удовлетворение публичных нужд за счет использования бюджетных средств.

Частью 1 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации установлено, что закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд с учетом положений Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Государственные (муниципальные) контракты заключаются в соответствии с планом - графиком закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд, сформированным и утвержденным в установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд порядке, и оплачиваются в пределах лимитов бюджетных обязательств (часть 2 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Судами установлено, что 24.03.2020 было размещено извещение о проведении электронного аукциона на оказание услуг по аренде медицинского оборудования с начальной (максимальной) ценой контракта 2 945 000 руб. По итогам осуществленной закупки подписан гражданско-правовой договор на оказание услуг по аренде медицинского оборудования, цена договора составляет 2 945 000 руб.

Пунктом 5.3 договора предусмотрено, что финансирование осуществляется за счет средств бюджетных учреждений: за счет средств Территориального фонда обязательного медицинского страхования Республики Башкортостан.

В пункте 1 статьи 624 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в законе или договоре аренды может быть предусмотрено, что арендованное имущество переходит в собственность арендатора по истечении срока аренды или до его истечения при условии внесения арендатором всей обусловленной договором выкупной цены.

При этом в договоре аренды имущества с правом выкупа в период действия договора собственник получает плату за пользование имуществом, по окончании пользования производится выкуп имущества по цене, как правило, отвечающей рыночному уровню цен на имущество, сложившемуся к моменту выкупа (пункт 1 статьи 614, статьи 624 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при заключении договора аренды имущества с правом выкупа арендатор фактически обязуется выплатить арендодателю как арендные платежи, согласованные в договоре, так и адекватную выкупную стоимость арендуемого имущества, отвечающую рыночному уровню цен.

Между тем, как верно установлено судами, в данном случае при проведении закупочной процедуры, формировании условий заключаемого договора, а также при непосредственно заключении гражданско-правового договора N 0200 от 20.04.2020 был определен только размер арендных платежей, выкупная стоимость имущества определена не была (составила 0 руб.), тогда как согласно пункту 9 Раздела N 3 "Проект Гражданско-правового договора документации закупки о переходе права собственности" было предусмотрено, что по истечении срока аренды с учетом положений пунктов 1.3 и 5.2 договора стороны подписывают акт об окончания оказания услуг аренды (приложение N 5 к договору); после подписания акта об окончании оказания услуг аренды право собственности на оборудование переходит к арендатору по выкупной цене, указанной в п. 5.1 договора в соответствии с пунктом 1 статьи 624 Гражданского кодекса Российской Федерации и оформляется актом приема-передачи.

Учитывая изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что  

условия договора в указанной части противоречат статьям 423, 624 Гражданского кодекса Российской Федерации.

         В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Частью 1 статьи 13 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Закон об обязательном медицинском страховании) установлено, что территориальные фонды - некоммерческие организации, созданные субъектами Российской Федерации в соответствии с настоящим Федеральным законом для реализации государственной политики в сфере обязательного медицинского страхования на территориях субъектов Российской Федерации. 

Согласно части 2 статьи 30 Закона об обязательном медицинском страховании тарифы на оплату медицинской помощи устанавливаются тарифным соглашением.

На основании части 7 статьи 35 Закона об обязательном медицинском страховании структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу.

Аналогичное условие о сумме закупки за счет средств фонда закреплено в п. 3.4 Тарифного соглашения по обязательному медицинскому страхованию на территории Республики Башкортостан на 2020 год.

В силу положений части 5 статьи 26 Закона об обязательном медицинском страховании и части 1 статьи 147 Бюджетного кодекса Российской Федерации расходы бюджетов государственных внебюджетных фондов осуществляются исключительно на цели, определенные законодательством Российской Федерации, включая законодательство о конкретных видах обязательного социального страхования (пенсионного, социального, медицинского), в соответствии с бюджетами указанных фондов, утвержденными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации.

Медицинские организации обязаны использовать средства обязательного медицинского страхования, полученные за оказанную медицинскую помощь, в соответствии с программами по обязательному медицинскому страхованию (пункт 5 части 2 статьи 20 Закона об обязательном медицинском страховании).

В силу пункта 1 статьи 306.4 Бюджетного кодекса Российской Федерации нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо иным документом, являющимся правовым основанием предоставления указанных средств.

Исследовав и проанализировав аукционную документацию, условия подписанного гражданско-правового договора N 0200 от 20.04.2020, приняв во внимание последующее поведение сторон сделки по заключению дополнительных соглашений от 06.12.2021 N 1 и от 08.12.2021 N 2 к указанному договору, суды пришли к обоснованному выводу о притворности договора N 0200 от 20.04.2020, поскольку, заключая сделку, стороны преследовали цель передачи в собственность ответчику 1 медицинского оборудования в обход указанного ограничения по сумме закупки за счет средств фонда.

При этом сохранение в данном случае прикрываемой сделки невозможно, поскольку она заключена с нарушением требований части 7 статьи 35 Закона об обязательном медицинском страховании, пункта 3.4 Тарифного соглашения по обязательному медицинскому страхованию на территории Республики Башкортостан на 2020 год.

Кроме того, судами верно принято во внимание, что условия подписанного сторонами гражданско-правового договора N 0200 от 20.04.2020 отличались от условий аукционной документации.

Отклоняя доводы заявителя кассационной жалобы относительно технической ошибки со ссылкой на заключение между ГБУЗ РБ ГБ N 1 и обществом "Лабораторные технологии" дополнительных соглашений N 1 от 06.12.2021 и N 2 от 08.12.2021, суд апелляционной инстанции правомерно указал на то, что  действия сторон договора по не включению изначально в договор предусмотренных аукционной документацией пунктов 9.1, 9.2, последующее их включение в договор, а затем исключение их дополнительными соглашениями свидетельствуют о противоречивом поведении, направленном на придание сделке легального вида, и в конечном итоге на «исцеление» ничтожного договора.

В силу пункта 8 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора, заключенного по результатам торгов в случаях, когда его заключение в соответствии с законом допускается только путем проведения торгов, могут быть изменены сторонами по иным основаниям, если изменение договора не повлияет на его условия, имевшие существенное значение для определения цены на торгах (подпункт 3).

На основании части 2 статьи 34 Закона о контрактной системе при заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных указанной статьей и статьей 95 Закона о контрактной системе.

В пункте 1 части 1 статьи 95 Закона о контрактной системе указано, что изменение существенных условий контракта при его исполнении не допускается, за исключением, если возможность изменения условий контракта была предусмотрена документацией о закупке и контрактом, а в случае осуществления закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) контрактом: при снижении цены контракта без изменения предусмотренных контрактом количества товара, объема работы или услуги, качества поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги и иных условий контракта; если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом количество товара, объем работы или услуги не более чем на десять процентов или уменьшаются предусмотренные контрактом количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не более чем на десять процентов.

С учетом установленных обстоятельств и приведенных норм права, суды нижестоящих инстанций, верно заключили, что изменение указанных условий договора, исключение из заключенного договора по итогам проведенной закупки N 0301300280720000200 пунктов 9.1 и 9.2 приводит к фактическому изменению предмета закупки, чем создается преимущественное положение участнику закупки, что не соответствует принципу обеспечения конкуренции, установленной Законом о контрактной системе.

При изложенных обстоятельствах, руководствуясь вышеприведенными нормами права, суды первой и апелляционной инстанций правомерно признали недействительной закупку N 0301300280720000200 на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) и заключенный по ее результатам гражданско-правовой договор на оказание услуг по аренде медицинского оборудования (анализатор иммуноферментный автоматический) N 0200 от 2004.2020 и дополнительные соглашения к нему.

С учетом изложенного отклоняется  довод жалобы о неправильной квалификации судами оспариваемого договора как притворной сделки. 

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что судами  нижестоящих инстанций не установлено каких-либо нарушений правил проведения закупки, которые могут послужить основанием для признания торгов недействительными, судом округа отклоняется, так как данное обстоятельство не является препятствием к оспариванию закупки в связи с ее несоответствием требованиям закона, а также заключенных по ее результатам недействительных сделок.  

Ссылка подателя кассационной жалобы на отсутствие у Министерства полномочий по обращению с настоящими исковыми требованиями подлежит отклонению, поскольку Министерство является уполномоченным органом исполнительной власти Республики Башкортостан по осуществлению контроля в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд Республики Башкортостан и муниципальных нужд муниципальных образований Республики Башкортостан. 

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются как основанные на ошибочном толковании положений действующего законодательства применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого спора.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.04.2022 по делу № А07-7041/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Лабораторные технологии" – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Т.В. Сулейменова 

 

Судьи                                                                            В.А. Купреенков     

 

                                                                                            С.В. Лазарев