1144/2023-43744(1) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-90428/2022

30 марта 2023 года

г. Санкт-Петербург

  Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 30 марта 2023 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  

председательствующего Мельниковой Н.А., судей Новиковой Е.М., Савиной Е.В. при ведении протокола судебного заседания ФИО1 при участии: 

от истца: ФИО2 - доверенность от 19.08.2022, ФИО3 –  доверенность от 03.12.2022  

от ответчика: ФИО4 – доверенность от 21.03.2023, ФИО5 –  доверенность от 09.01.2023  

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-41620/2022)  общества с ограниченной ответственностью "Мегалайн" на решение Арбитражного  суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.11.2022 по делу №  А56-90428/2022, принятое  

по иску общества с ограниченной ответственностью "Мегалайн" к Комитету по инвестициям Санкт-Петербурга 3-е лицо: Комитет финансов Санкт-Петербурга о взыскании 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «МЕГАЛАЙН» (далее – истец,  Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области с иском к Комитету по инвестициям Санкт-Петербурга  (далее – ответчик, Комитет) о взыскании 91 637 144,27 руб. убытков за  недобросовестный выход из переговоров, 200 000 руб. расходов по уплате  государственной пошлины в размере  

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора к участию в деле, привлечен Комитет финансов  Санкт-Петербурга.  

Решением суда от 23.11.2022 в удовлетворении иска отказано.  

Не согласившись с вынесенным решением, истец обратился с апелляционной  жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый  судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что  представленными истцом в материалы дела доказательствами подтверждается  факт ведения сторонами переговоров, внезапное и неоправданное прекращение  переговоров ответчиком, факт несения истцом убытков в связи с ведением  

переговоров, а также их размер. При таких обстоятельствах, как указывает истец,  заявленные убытки находятся в причинно-следственной связи с недобросовестным  поведением ответчика в ходе ведения переговоров, а значит, такие убытки  подлежат возмещению истцу.  

В судебном заседании истец доводы апелляционной жалобы поддержал,  ответчик против удовлетворения жалобы возражал по основаниям, изложенным в  мотивированном отзыве.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в  апелляционном порядке.  

Как следует из материалов дела, в ходе проведения Петербургского  международного экономического форума (ПМЭФ-2021) 04.06.2021 сторонами  заключено Соглашение о сотрудничестве между истцом и ответчиком (далее –  Соглашение).  

Согласно пункту 1.1 Соглашения стороны выразили совместное намерение по  установлению партнерских отношений и развитию долгосрочного, эффективного и  взаимовыгодного сотрудничества, направленного на реализацию следующих  проектов в сфере транспортной инфраструктуры, путем строительства транспортно-пересадочных узлов (ТПУ) с учетом перечня, указанного в постановлении  Правительства СПб от 30.06.2014 № 552, а также развитие территории бывшей  строительной площадки комплекса защитных сооружений «Горская» в Санкт- Петербурге (далее - Проекты).  

Общество планирует инвестировать в реализацию проектов 236 млрд. руб.  (пункт 1.2 Соглашения)  

В силу пункта 3.1 Соглашения в целях исполнения Соглашения Общество  намерено:  

- предпринять действия, необходимые для запуска Проектов, в период до  2030 года;  

- обеспечить вложение всего объема инвестиций, указанного в статье 1  Соглашения, в срок до 2030 года;  

- своевременно информировать Санкт-Петербург о ходе реализации  Проектов, а также представлять Санкт-Петербургу дополнительную информацию,  необходимую для сопровождения Проектов.  

В силу пункта 3.2 Соглашения в целях исполнения Соглашения Комитет в  пределах своей компетенции и в соответствии с действующим законодательством  намерен:  

- оказывать Обществу информационную-консультационную поддержку по  вопросам, связанным с реализацией проектов;  

- осуществлять сопровождение проектов посредствам организации  содействия в решении вопросов, связанных с реализацией проектов  

- оказывать содействие в проведении переговоров с представителями  органов государственной власти Санкт-Петербурга и организаций по вопросам,  связанным с реализацией проектов.  

Соглашение не является предварительным договором, не влечет  юридических и финансовых обязательств Сторон и не может служить основанием  для возникновения ответственности сторон за неиспользование его положений  (пункт 4.1 Соглашения).  

На основании абзаца 2 пункта 5.3 Соглашения оно будет оставаться в силу до  истечения 30 календарных дней после извещения в письменной форме одной  сторон другой стороны о своем намерении прекратить действие Соглашения.  

Как указывает истец, в процессе ведения переговоров Истцом понесены  расходы в общей сумме 91 637 144,27 руб., а именно:  

15 866 296 руб. на реализацию проектов ТПУ; 75 770 848,27 руб. на реализацию проекта «Горская». 

16.06.2022 в адрес Истца поступило уведомление Комитета от 10.06.2022   № 01-21-2867/22-0-0 о намерении прекратить действие Соглашения в  одностороннем порядке.  

Письмом № 707 от 13.07.2022 Истец уведомил Ответчика о недопустимости  недобросовестного выхода из переговоров и предложил устранить нарушения,  однако этого не было сделано Ответчиком.  

Полагая, что Ответчик, как сторона, которая вела переговоры по реализации  Проектов в период с 04.06.2021 (даты заключения Соглашения) по 10.06.2022 (даты  уведомления Комитета) и недобросовестно их прервала, в силу пункта 3 статьи  434.1 ГК РФ обязан возместить Истцу причиненные убытки в размере 91 637 144,27  руб., возникшие в связи с ведением переговоров и в рамках исполнения  обязательств, предусмотренных Соглашением, истец обратился в арбитражный суд  с настоящим иском.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска, правомерно  руководствовался следующим.  

Как установлено пунктом 1 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ), если иное не предусмотрено законом или договором,  граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении  договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не  отвечают за то, что соглашение не достигнуто.  

В силу пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ при вступлении в переговоры о  заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны  действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о  заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения  достичь соглашения с другой стороной.  

Недобросовестными действиями при проведении переговоров  предполагаются:  

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том  числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны  быть доведены до сведения другой стороны;  

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении  договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не  могла разумно этого ожидать (пункт 2 статьи 434.1 ГК РФ).  

Согласно пункту 3 статьи 434.1 ГК РФ сторона, которая ведет или прерывает  переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой  стороне причиненные этим убытки. Убытками, подлежащими возмещению  недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в  связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой  возможности заключить договор с третьим лицом.  

По общему правилу в силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками  понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно  будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение  его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо  получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено (упущенная выгода).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации",  по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является  

лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты  нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи  15 ГК РФ).  

Таким образом, на истца возложено бремя доказывания факта нарушения  ответчиком обязательства, наличие причинно-следственной связи, наличие убытков  и их размер.  

В обоснование своей позиции истец указывает на то, что с момента  подписания Соглашения стороны вступили в переговоры по обсуждению проекта и  последующему заключению договоров на их реализацию. Взаимодействие сторон в  рамках переговоров подтверждается многочисленной перепиской, проведенными  совещаниями, по результатам которых Истец приступил к разработке обоснований  по реализации проектов.  

В жалобе истце указывает, что с целью определения формы и способа  реализации инвестиционных проектов в рамках переговоров, включающих в себя  переписку и проводимые совещания, стороны обсуждали предлагаемые Истцом  концепции проектов и осуществляли выработку возможных вариантов их  реализации, которые позволили бы достичь максимальных показателей и  эффективности.  

Вместе с тем, статья 434.1 ГК РФ регулирует отношения сторон, связанных с  ведение переговоров, целью которых является заключение конкретного договора.  

Как указывает истец, переговоры велись относительно условий и конкретных  договорных механизмов реализации проектов. Однако, действующее  законодательство не содержит такого понятия, как «договорные механизмы  реализации проектов», истец содержание приведенной им дефиниции не  раскрывает.  

В то время, как в силу статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение  двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских  прав и обязанностей.  

Необходимо учитывать, что любая сторона вольна прервать переговоры  любой их стадии без объяснения причин.  

Как справедливо указал ВС РФ в Постановлении Пленума от 24.03.2016 N 7,  само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не  свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. Соответственно,  для того, чтобы неожиданное и немотивированное прерывание стороной  переговоров являлось недобросовестным, требуется доказать особые  обстоятельства, которые могли создать у стороны переговоров разумные ожидания  того, что переговоры неожиданно прерваны не будут. Типичным вариантом таких  особых обстоятельств является ситуация, когда одна из сторон на той или иной  стадии переговоров уверяет другую о серьезности своих намерений и желании во  что бы то ни стало прийти к соглашению и прилагает все усилия к нахождению  компромисса, подталкивая другую сторону приступить к подготовке исполнения.  Неожиданное и не оправданное какими-то объективными причинами прерывание  переговоров в такой ситуации (особенно когда переговоры зашли далеко и  большинство параметров сделки уже согласовано) действительно может быть с  учетом конкретных обстоятельств признано недобросовестным.  

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела судами первой и апелляционной  инстанций, истец не пояснил, какой договор стороны намеревались заключить в  будущем (о совместной деятельности, инвестиционный, подряда или иной) и на  основании чего, истцу должны были быть представлены земельные участки,  необходимые для реализации Проектов.  

При этом, из материалов дела также не следует, что стороны вели  переговоры о заключении какого-то конкретного договора. Напротив, как следует из  представленных доказательств, Общество выразило намерение проработать  алгоритмы юридической схемы реализации проекта, а Комитет просил обосновать  возможность и необходимость реализации проектов, выразил готовность оказать  информационно-консультационное сопровождение.  

Вопреки доводам истца, по смыслу Федерального закона от 25.02.1999 № 39- ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в  форме капитальных вложений» действия, осуществляемые Истцом в рамках его  взаимодействия с Ответчиком, инвестиционной деятельностью не являются,  поскольку направлены лишь на подготовку условий для осуществления инвестиций.  

В то же время, Признание инвестиционных проектов Истца стратегическими  инвестиционными проектами осуществляется по итогам административной  процедуры, которая в силу пункта 2 статьи 5 Закона Санкт-Петербурга от 19.11.2008   № 742-136 «О стратегических инвестиционных проектах, стратегических инвесторах  и стратегических партнерах Санкт-Петербурга», устанавливается постановлением  Правительства Санкт-Петербурга от 09.10.2017 N 853 «Об установлении порядка  присвоения инвестиционному проекту статуса стратегического инвестиционного  проекта Санкт-Петербурга, инвестору статуса стратегического инвестора Санкт-Петербурга и организации статуса стратегического партнера Санкт-Петербурга».  

Указанными нормативно-правовыми актами в качестве составной части  соответствующей процедуры проведение переговоров не предусмотрено.  

При этом, в качестве возможного механизма реализации проекта Истцом  указано на целевое предоставление земельного участка в соответствии с Законом  Санкт-Петербурга от 17.06.2004 № 282-43 «О порядке предоставления объектов  недвижимости, находящихся в собственности Санкт-Петербурга, для строительства,  реконструкции и приспособления для современного использования» (далее - Закон  СПб № 282-43).  

Однако, Порядок целевого предоставления земельного участка в таком  случае регулируется положениями статьи 36.17 Земельного кодекса Российской  Федерации, постановления Правительства Санкт-Петербурга от 21.07.2015 № 656,  Административного регламента Комитета по предоставлению государственной  услуги по рассмотрению заявлений потенциальных инвесторов о предоставлении  земельного участка без проведения торгов в соответствии с Законом СПб № 282-43,  утвержденным распоряжением Комитета от 11.01.2019 № 5, которыми проведение  переговоров не предусмотрено.  

Таким образом, порядок целевого предоставления земельного участка, а  также порядок признания инвестиционного проекта стратегическим инвестиционным  проектом Санкт-Петербурга являются административными процедурами, а значит,  отношения носят административный характер, не основаны на равенстве и  автономии воли, Ответчик обязан действовать в соответствии с приведенными  актами, при этом отступление от установленной процедуры недопустимо. При этом  Истец также обязан следовать указанным процедурам, так как при установлении их  несоблюдения, последнее является основанием для отказа ему в предоставлении  соответствующих услуг.  

В то же время, апелляционный суд учитывает то, что Общество обращалось в  различные инстанции с просьбой оказать содействие в обеспечении заключения  договоров аренды земельных участков, которые находятся в частной  собственности, собственности РФ и Санкт-Петербурга.  

При этом, из переписки сторон следует, что в марте 2022 года Комитетом  имущественных отношений продолжался сбор сведений об имущественно- 

правовом статусе по адресам. В июне 2022 года Комитет сообщил Обществу о то,  что земельные участки, предназначенные для реализации Проектов, находятся в  постоянном бессрочном пользовании Администрации Приморского района и СПбКУ  «Имущество СПБ».  

Учитывая изложенное, апелляционный суд полагает, что заключение  договоров аренды в отношении таких земельных участков в большинстве случае  возможно исключительно на основании государственного контракта, заключенного  по результатам проведения торгов, в том числе в порядке Закона СПб от 26.05.2004   № 282-43, Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ.  

Поскольку истцом не приведено законных оснований, позволяющим ему  получить земельные участки без проведения соответствующих конкурсных  процедур, апелляционный суд приходит к выводу о том, что заключение договоров в  данном случае не поставлено в зависимость от намерений и воли Комитета  заключить такие договоры.  

Вместе с тем, применение статьи 434.1 ГК РФ возможно только в условиях,  когда отношения сторон охватываются действием принципа свободы договора.  

Таким образом, основания предполагать, что договор будет заключен, не  имелось истцом не доказано, что заключение конкретного договора перестало быть  возможно в связи с действиями ответчика.  

В апелляционной жалобе ее податель указывает на то, что Ответчик своим  поведением создал у Истца разумное ожидание благополучного завершения  переговоров, а их прекращении было для Истца неоправданным и внезапным. В  решении суда отсутствует оценка представленной Истцом переписки сторон.  

Действительно, между сторонами имелось длительное взаимодействие,  однако указанное обстоятельство само по себе не свидетельствуют о намерении  заключить договор.  

Коммуникация сторон не характеризуется интенсивностью, характер  взаимодействия и содержание переписки сторон не свидетельствует о том, что  взаимодействие закончится определенным результатом.  

Напротив, из переписки сторон следует, что Ответчик запрашивал у Истца  документацию, которая бы позволяла оценить целесообразность соответствующих  проектов с учетом всех их показателей. Истцу неоднократно указывалось на  наличие тех или иных недочетов в представленной им документации.  

Ссылки истца на то, что деятельность по разработке документов  осуществлялась в постоянном взаимодействии с Ответчиком, подлежат отклонению,  поскольку из переписки сторон данного обстоятельства не следует. Общество не  ставило в известность Комитет о заключении указанных договоров, согласие,  одобрение или прямое указание Комитета на заключение договоров не получало  (доказательств обратного не представлено).  

Поведение и обращения Ответчика не должны были и не могли создать у  Истца каких-либо разумных ожиданий скорого завершения переговоров  заключением договора. Истец, как у профессионального участника в сфере  инвестиционной и строительной деятельности, должен был понимать, что все  подготовительные мероприятия выполнены им по собственной инициативе и на  самостоятельной основе.  

Доказательств того, что ответчик своими недобросовестными действиями  намеренно ввел истца в заблуждения и дал гарантии того, что с истцом будут  заключены какие-либо договоры, в материалы дела не представлено.  

Ссылки истца на то, что Комитетом велись параллельные переговоры с иным  лицом в отношении той же территории без уведомления Истца об этом, не  свидетельствуют о недобросовестности ответчика, поскольку по общему правилу,  

ведение конкурентных переговоров с несколькими лицами и совершение сделки с  одним из них в рассматриваемом случае о злоупотреблении не свидетельствует,  поскольку гражданское право основано на принципе свободы договора и  осуществления гражданских прав и обязанностей.  

Более того, не является недобросовестным принятие предложения  контрагента, с которым ранее велись параллельные переговоры, а также умолчание  о самом факте вступления в такие переговоры. Такие действия могут являться  недобросовестными исключительно, если стороны предусмотрели условие об  эксклюзивности переговоров (определение ВС РФ от 29.01.2020 по делу № А4098757/2018). Вместе с тем, условие об эксклюзивности сторонами не согласовано  (доказательств обратного не представлено).  

Таким образом, обстоятельства, на которые указывает истец, не являются  достаточными для вывода о совершении ответчиками действий, направленных на  злоупотребление правами, нарушение закона, а также на нарушение существующих  договоренностей.  

Кроме того, Истец не обосновал наличие взаимосвязи между понесенными  затратами и их необходимостью для продвижения переговоров, которые, по его  мнению, имелись между ним и Ответчиком.  

Причинно-следственная связь в данном случае выражается в том, что  несение соответствующих затрат было необходимо для продвижения переговоров,  которые, однако, впоследствии сорвались, в связи с чем соответствующие затраты  оказались напрасны.  

Однако содержание представленных истцом договоров не подтверждает, что  затраты осуществлялись Истцом на продвижение переговоров, которые, по его  мнению, имели место.  

Так, в целях разработки концепции транспортно-пересадочных узлов (далее -  ТПУ) между истцом и ООО «Ай пи Джи Эстейт» заключены договоры от 01.04.2021   № М-21-0032; от 18.06.2021 № М-21-0075; от 18.06.2021 № М-21-0076.  

Однако техническое задание к договорам № М-21-0032 и № М-21-0075  практически идентичны. При этом, указание в договоре № М-21-0075 на  коммерческую функцию «в составе гостиничного комплекса, бизнес-центра,  объектов розничной торговли и иных объектов» не говорит о различном содержании  договоров, так как в остальном данные соглашения по своему содержанию  идентичны.  

В то же время, при условии, что перечень услуг по договорам № М-21-0032 и   № М-21-0075 практически одинаков, цена указанных договоров отличается в 2 раза.  

Также Истцом и ООО «Ай пи Джи Эстейт» заключены договоры от 24.03.2021   № М-21-0030 и от 24.05.2021 № М-21-0067. Указанные договоры также идентичны,  что следует из технических заданий к ним.  

Однако стоимость услуг по договору № М-21-0067 оценивается сторонами в  450 000 руб., а по договору № М-21-0030 - 2 900 000 руб. Представляется, что такая  разница не может быть обусловлена лишь тем, что договор № М-21-0030 среди  оказываемых услуг упоминает создание визуальных решений для проекта ТПУ.  

При этом, по результатам оказанных услуг Истец должен был получить: 1)  визуальные модели объектов; 2) данные о затратах на реализацию проекта и его  эффективности; 3) сведения о возможных рисках при реализации проекта; 4)  рекомендации по технико-экономическим показателям объектов.  

Вместе с этим, получив указанные сведения, Истец заключил договор с АО  «Институт Стройпроект» от 13.09.2021 № М-21-0141 на разработку концепции ТПУ.  

Согласно техническому заданию указанный договор предполагает при  разработке концепции оценку объема капитальных затрат на реализацию; оценку  

социально-экономического эффекта от реализации проекта; определение объема  коммерческих объектов, а также их параметры и назначение; обоснование  архитектурного облика объектов ТПУ и разработку эскизов.  

Учитывая, что содержание договора от 13.09.2021 № М-21-0141 пресекается с  содержанием раннее заключенных договоров по вопросу создания концепции  объектов ТПУ, возникает вопрос в обоснованности заключения еще одного  договора.  

Кроме того, Истцом заключен договоры с ИП ФИО6,  предусматривающий проведение градостроительного анализа Территории (Договор  от 01.07.2021 № М-21-0084/57П-21); с ООО «Ин Про Консалтинг» по проведению  маркетингового исследования инновационной площадки в рамках проекта развития  Территории (Договор от 30.08.2021 № М-21-0122); с Ten Design Group Limited на  оказание услуг по изготовлению концепции развития Территории (Договор от  20.09.2021 № М-21-0132). При этом в соответствии с техническим заданием к  указанному договору предполагалось проведение анализа земельного участка, а  также имеющихся ограничений и возможностей его использования.  

С целью получения консультаций по вопросам, связанными с разработкой  концепции развития Территории, которая осуществлялась Ten Design Group, Истец  заключил договор с ИП ФИО7 по сопровождению проекта (Договор от  04.10.2021 № М-21-0158/67П-21).  

Также Истцом заключен договор с ООО «Марис Девелопмент», в рамках  которого предполагалось оказание консультационных услуг по проведению  исследования (Договор от 27.10.2021 № М-21-0176). Согласно техническому  заданию в результате оказания услуг Истец должен был получить отчет, который  содержал бы информацию о физических характеристиках участка, на котором  расположена Территория и имеющихся ограничениях; сведения о транспортной  доступности; расчет основных финансовых показателей.  

Однако Истец не обосновал необходимость заключения такого количества  договоров, положения которых дублируют друг друга в части отдельных услуг.  

Более того, 09.11.2021 Истцом заключен договор с ООО «Агентство  стратегического развития «ЦЕНТР» о проведении конкурса архитектурно-строительных решений для развития Территории (Договор от 09.11.2021 № М-21- 0185).  

Учитывая это, затраты на разработку концепции Ten Design Group Limited  являются избыточными.  

При этом, обоснования, почему Истец был вынужден прибегнуть к  организации дорогостоящего конкурса, когда были заключены необходимые  соглашения и предпринимались шаги к выработке концепции, не представлено.  

Касаемо затрат на разработку проекта развития территории «Горская» Истец  указал, что понес затраты на «консультационные услуги по проекту развития  земельных участков» (участок 78:34:0000000:8789) (пункт 4 Приложения № 1.2);  «Консультационные услуги по проведению исследования относительно земельного  участка с кадастровым номером: 78:34:0000000:8789» (пункт 10 Приложения № 1.2).  

Вместе с тем, Истцом не пояснено, каким образом указанные затраты  отразились на ходе переговоров, в чем состояла необходимость их несения в  качестве меры по подготовке к заключению договоров с Ответчиком.  

Также Истец указал, что осуществил затраты на организацию мероприятия  07.06.2022 («ресторан для жюри»). Истцом также не обоснована необходимость  соответствующих затрат на осуществление контактов с Ответчиком.  

Доводы подателя жалобы о том, что суд не запрашивал и не предлагал  представить Истцу какие-либо пояснения либо дополнения в целях устранения  

возникших сомнений и противоречий в части содержания доказательств, подлежат  отклонению, поскольку в силу статьи 65 АПК РФ судебный процесс является  состязательным, каждая сторона должна самостоятельно принимать решения о  представлении или непредставлении тех или иных доказательств суду, избирая ту  или иную стратегию защиты своих прав. В свою очередь, суд, являясь независимой  стороной, не должен понуждать кого-либо к представлению доказательств против  его воли, суд обязан разрешить спор на основе доказательств, представленных  сторонами по собственному волеизъявлению.  

Невозможность и нецелесообразность понуждения к представлению  доказательств особенно применима к истцу. Истец добровольно обратился с иском  в суд и также добровольно должен действовать и далее, суд не вправе вмешиваться  в такую деятельность истца и решать за истца, какие доказательства он должен  представить суду, так как задача суда лишь содействовать в представлении  доказательств, а не понуждать кого-либо их представить. Все остальное - это риски  лица, которое не желает или не может представить то или иное доказательство.  

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что Истцом не доказана  совокупность обстоятельств, необходимая для взыскания с Ответчика убытков, в  удовлетворении заявленных истцом требований правомерно отказано судом первой  инстанции.  

Нарушений или неправильного применения норм материального или  процессуального права судом первой инстанции не допущено, в связи с чем  оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 23.11.2022 по делу № А56-90428/2022 оставить без изменения,  апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий Н.А. Мельникова  Судьи Е.М. Новикова  

 Е.В. Савина