﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-5593/2017

г. Краснодар

26 мая 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2020 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей Гиданкиной А.В. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от Стапаненко А.И. – Кузнецовой Л.А. (доверенность от 13.05.2020) в отсутствие конкурсного управляющего акционерным обществом «Минераловодский строительный участок № 14» Руднева Александра Петровича, Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Ставропольскому краю, Балахонова А.Е., Степаненко Н.А., извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерным обществом «Минераловодский строительный участок № 14» (ИНН 2630002160, ОГРН 1022601455205) Руднева Александра Петровича на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 по делу № А63-5593/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Минераловодский строительный участок № 14» (далее – должник) конкурсный управляющий Руднев А.П. (далее – конкурсный управляющий) обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Степаненко А.И., Балахонова А.Е.

Определением суда от 09.04.2019 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечена Степаненко Н.А.

Определением суда от 13.12.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 03.03.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить принятые по делу судебные акты, привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Степаненко А.И., Балахонова А.Е., Степаненко Н.А.; взыскать с указанных лиц субсидиарно 134 849 094 рубля 47 копеек. По мнению подателя жалобы, судебные акты приняты с нарушением норм материального права, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела. Конкурсный управляющий ссылается на несоблюдение контролирующими должника лицами обязанностей по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника, по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника. Конкурсный управляющий указывает на то, что требований кредиторов третьей очереди превышают 50% суммы задолженности, возникшей за налоговые правонарушения, доначисления по налогам подтверждены судебными актами, где установлено, что должник необоснованно возмещал из бюджета НДС.

Отзыв на жалобу в суд не поступил.

В судебном заседании представитель Степаненко А.И. возражала против доводов жалобы, просила оставить без изменения судебные акты суда первой и кассационной инстанции.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обособленный спор надлежит направить на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, Федеральная налоговая служба России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Ставропольскому краю (далее – уполномоченный орган) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 15.05.2017 заявление принято к рассмотрению, в отношении должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 31.10.2017 заявление кредитора признано обоснованным, введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Руднев А.П. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 11.11.2017 № 210.

Решением суда от 26.04.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Руднев А.П. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 28.04.2018 № 75.

Суды установили, что генеральным директором, имевшим право давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия должника, являлись: в период с даты регистрации должника – 25.06.1996 по 18.03.2016, а также с 06.03.2017 по 19.04.2018 – Степаненко А.И., а также владел 60% акций должника; в период с 18.03.2016 по 06.03.2017 – Балохонов А.Е. являлся директором должника, Степаненко Наталья Александровна, дочь Степаненко А.И., владела 23% акций должника и  являлась председателем совета директоров.

Из материалов дела видно, что на запрос временного управляющего от 14.12.2017 Степаненко А.И. представлен реестр от 14.12.2017 № 03/12-17 передачи документов должника, а также акт приема-передачи от 15.05.2018 № 1, согласно которым управляющему переданы перечни дебиторов на 24.10.2017 с расшифровкой задолженности на двух листах и кредиторов, копии договоров с покупателями и поставщиками  за 2015, 2016, 2017 года на 890 листах, документация на принадлежащую должнику недвижимость, учредительные документы должника, а также иная документация, согласно перечня (т. 1, л. д. 86-97).

Факт передачи 14.12.2017 указанных в реестре документов подтвержден подписью временного управляющего Руднева А.П., а также представителем конкурсного управляющего в судебном заседании.

При рассмотрении обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника по перечислению дивидендов с расчетного счета должника Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в постановлении от 09.10.2019 по делу № А63-5593/2017 установил, что при работе над финансовым анализом использованы, в том числе копии бухгалтерской отчетности за 2014 – 2017 годы, предоставленные как уполномоченным органом, так и должником.

Судебные инстанции исходили из того, что конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие затруднительность проведения процедур банкротства, обусловленных неправомерными действиями контролирующих должника лиц по удержанию документов должника. Указанный вывод подтверждается реестрами передачи документов и проведенным в период наблюдения финансовым анализом, из которых следует исполнение Степаненко А.И. обязательств по передаче документов должника.

Суды отметили наличие у конкурсного управляющего возможности провести анализ сделок должника, что подтверждается поданными им заявлениями о признании недействительными сделок должника о выплате дивидендов, арендной платы, купли-продажи спецтехники, в удовлетворении которых было отказано определениями  Арбитражного суда Ставропольского края от 06.06.2019, 14.06.2019, 11.07.2019, 29.05.2019, по причинам, не связанным с отсутствием документов по указанным сделкам; по названному основанию судебные инстанции отклонили довод конкурсного управляющего о несоблюдении контролирующими лицами обязанности по передаче ему документов и имущества должника.

Суды отметили, что рассматриваемое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не содержит точной даты, с которой у бывшего руководителя должника возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании предприятия банкротом. Таким образом, конкурсный управляющий не указал и не обосновал, какие конкретно и когда возникшие обстоятельства являлись основанием для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) и какие обязательства возникли после истечения этого срока. Доказательства, с достаточной степенью определенности и достоверности, свидетельствующие о моменте, с которого бывший руководитель должника Степаненко А.И. должен был обратиться с заявлением о признании должника банкротом, не представлены.

Вместе с тем судами не дана оценка следующим доводам.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. Неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела  в третью очередь реестра требований кредиторов включено два кредитора уполномоченный с размером задолженности 133 549 189 рублей и Ассоциация «Саморегулируемая региональная организация строителей «Северного Кавказа» с размером задолженности 70 000 рублей.

Из материалов дела следует, что задолженность перед бюджетом образовалась в результате проведения в отношении должника двух выездных налоговых проверок. Первая проверка проведена за период с 01.01.2009 по 31.12.2011, решением от 07.11.2013 № 11-30/65 должник привлечен к налоговой ответственности и ему доначислено 36 761 629 рублей налога, 7 425 006 рублей пени и исчислен штраф размере 5 257 666 рублей. Постановлением суда апелляционной инстанции от 25.12.2014 по делу №А63-1063/2014, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции должнику отказано в признании недействительным решения налоговой инспекции.

Вторая проверка проведена за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, решением от 02.06.2017 № 11-12/83 должник привлечен к налоговой ответственности и ему доначислено 49 726 575 рублей налога, 23 061 290 рублей пени и исчислен штраф размере 32939 рублей. Решением по делу №А63-22937/2017 от 12.04.2018, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 26.06.2018 и постановлением суда кассационной инстанции от 17.09.2018 в удовлетворении заявления о признании решения налоговой инспекции недействительным отказано.

Конкурсный управляющий указывал, что обязанность по погашению задолженности перед бюджетом по первой выездной налоговой проверке, безусловно подтверждена 25.12.2014 и до настоящего времени не погашена, следовательно, обязанность по обращению в суд с заявлением возникла 25.01.2015. Указанному доводу управляющего оценка судами не дана.

Постановление от 14.12.2017 № 428 о прекращении производства об административном правонарушении по части 5 статьи 14.13 КоАП РФ  не свидетельствует об отсутствии оснований для обращения руководителя должника с заявлением в суд, поскольку единственным основанием к прекращению послужил факт возбуждения дела о банкротстве самим уполномоченным органом.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей в спорный период, содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно лица, к которым предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Согласно бухгалтерской отчетности  за 2017 год актив баланса на конец 2017 года составлял 43 699 000 рублей, на 31.12.2016 – 52 020 000 рублей, на 31.12.2015 – 193 270 000 рублей. Из анализа финансового состояния должника следует, что активы должника представлены основными средствами на 30 096 000 рублей (строения и транспорт), дебиторской задолженностью на 3 157 000 рублей и прочими внеоборотными активами на 4 537 000 рублей.

Из материалов дела следует, что после первой выездной налоговой проверки активы должника, которых было достаточно для удовлетворения требований уполномоченного органа, сократились более чем в три раза. В результате чего, произошло существенное сокращение активов должника за 2015 года, лица, привлекаемые к субсидиарной ответственности пояснений не дали, суды данные обстоятельства не исследовали. При этом из анализа финансового состояния должника следует, что ни в 2016, ни в 2017 году деятельность должником не велась, по состоянию на 01.01.2018 запасы не выявлены.

Конкурсный управляющий указывал, что при обращении с требованием о предоставлении документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, был получен ответ, о том, что дебиторская задолженность сложилась до 01.01.2016, но восстановить программу 1-С Предприятие не представляется возможным, в результате вирусной атаки, в подтверждение указанного довода представлена справка индивидуального предпринимателя Фролова  (т. 1, л. д. 98). Таким образом, судами не дана оценка доводу о том, что сведения об одном из активов должника «дебиторская задолженность», отраженном в бухгалтерской отчетности, не подтвержден документально, первичные документы, подтверждающие образование дебиторской задолженности переданы не были, имелись затруднения в формировании конкурсной массы.

В обоснование требований для привлечения Степаненко А.И. и Степаненко Н.А. к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий также сослался на превышение требований кредиторов третьей очереди пятидесяти процентов суммы задолженности, возникшей за налоговые правонарушения.

Согласно пункту 9 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации» положения абзаца тридцать четвертого статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 1 сентября 2016 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Таким образом, вопреки выводу суда первой и апелляционной инстанции, упомянутые положения Закона применимы к рассматриваемым правоотношениям.

Пунктом 4 статьи 10 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями руководителя должника имеется непосредственная причинно-следственная связь.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац 5).

Ссылка судов на то, что во всех случаях договоры с контрагентами, по взаимоотношениям с которыми отказано в принятии расходов для целей исчисления налога на прибыль и по которым восстановлен неправомерно примененный вычет по НДС, со стороны должника заключены от имени Кондракова С.И., со ссылкой на приказ от 11.01.2009 № 2-2-П, им же подписаны документы по приемке и доставке товара уполномоченного органа на совершение должником с контрагентами операций, носивших формальный характер, что отражено в решениях о привлечении к налоговой ответственности от 07.11.2013 № 11-30/65 и от 02.06.2017 № 11-12/83,  недостаточна обоснована, так как  по факту взаимоотношений с ООО «ГрадоСтройСибирь» дополнительные соглашения подписывал Стеапаненко А.И. (т. 3, л. д. 2), договор с ООО «Монолит» подписывал Степаненко А.И. (т. 3, л. д. 12).

Выводы судов о том, что в вынесенных по делам № А63-1063/2014 и №А63-22937/2017 судебных актах по проверке законности решений уполномоченного органа о привлечении должника к налоговой ответственности следует, что основанием для начисления налогов по результатам выездных налоговых проверок явилось  отсутствие проявления со стороны налогоплательщика должной осмотрительности при выборе контрагентов по сделке, а не создание руководителем должника формального документооборота, как это указано уполномоченным органом, не соответствует  судебным актам.

Наоборот, судами признан обоснованным вывод инспекции о нереальности хозяйственных операций между обществом и заявленными контрагентами, направленности действий должника на получение необоснованной налоговой выгоды, как  подтвержденный результатами оперативно-розыскных мероприятий органов ФСБ и МВД. В судебных актах установлено, что должник самостоятельно изготавливал грабельные решетки, щитовые затворы, скребковые механизмы для установки на реконструируемом объекте, работы на вторичных отстойниках не проводились, оборудование не менялось, производился ремонт силами должника, установлены факты использования трубы бывшей в употреблении вместо заявленной по документам – новой.

Суды формально сослались на факт подписания первичных документов Кондаковым С.И. не исследовав обстоятельства того, почему  руководитель должника на протяжении нескольких лет не знал о выявленных в воде выездной налоговой проверки обстоятельствах.

Пояснения Степаненко А.И. относительно причин наступления неплатежеспособности должника не согласуется с данными финансового анализа должника, поскольку не исполнены обязательства перед бюджетом при существенном снижении активов должника.

В отношении Балохонова А.Е. суды установили следующее.

В период исполнения Балохоновым А.Е. обязанностей в должности генерального директора должника в период с 18.03.2016 по 06.03.2017 им были совершены сделки по отчуждению имущества (спецтехники). В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора покупателями имущества должника по заключенным Балохоновым А.Е. договорам купли-продажи большинство спорного имущества было добровольно возвращено в конкурсную массу, что подтверждено представленными в материалы дела соглашениями о расторжении договоров, актами приема-передачи, а также пояснениями конкурсного управляющего.

Вместе с тем судами не оценены последствия отчуждения имущества Балахоновым А.Е., в период его деятельности в качестве руководителя должника  и возвратом части имущества только в конце 2018, выводы судов о том, что негативные последствия его деятельности фактически устранены возвратом имущества, сделан без оценки состояния имущества переданного на момент заключения договора и возврата по прошествии двух лет.

Выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Степаненко Н.А. недостаточно обоснованы.

28 марта 2019 года в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению с расчетного счета должника денежных средств в пользу Степаненко И.А. в размере 1 261 500 рублей и применении последствий их недействительности в виде возврата денежных средств в конкурсную массу. Определением суда первой инстанции от 14.06.2019, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2019 по делу № А63-5593/2017 в удовлетворении заявления отказано.

28 марта 2019 года в Арбитражный суд Ставропольского края от конкурсного управляющего должника поступило заявление о признании недействительными сделок по перечислению с расчетных счетов должника в пользу Степаненко Н.А. денежных средств в размере 5 107 223 рублей 80 копеек и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу указанных денежных средств. Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 11.07.2019, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 по делу № А63-5593/2017 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований судами сделан выводы о том, что ответчиком представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие, что спорные сделки совершены на рыночных условиях, имущественное право оплачено в полном объеме. Вместе с тем судами не дана оценка доводам уполномоченного органа, на отсутствие у должника необходимости аренды техники при наличии значительного количества у должника.

При таких обстоятельствах судебные акты об отказе в удовлетворении требований не соответствуют фактическим обстоятельствам и подлежат отмене. Дело следует направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При новом рассмотрении суду следует предложить ответчику представить доказательства в обоснование довода об отсутствии условий для привлечения его к субсидиарной ответственности; с учетом правовых норм, регулирующих спорные правоотношения (статьи 10 Закона о банкротстве), следует выяснить причины уменьшения активов должника после судебного акта об отказе в признания недействительным решения по первой выездной налоговой проверке, причины неподачи ответчиком заявления должника о признании предприятия банкротом после 25.01.2015; какие меры принимал ответчик к погашению налоговой задолженности и являлись ли при этом действия ответчика добросовестными и разумными, выходили ли они за пределы обычного делового риска и были ли они направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. В зависимости от представленных ответчиком доказательств и установленных по делу обстоятельств суду следует принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт (пункт 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 по делу № А63-5593/2017 отменить.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                  А.Н. Герасименко

Судьи                                                                                                                 А.В. Гиданкина

                                                                                                                            С.М. Илюшников