ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

13.07.2021Дело № А40-50939/17

Резолютивная часть постановления оглашена 6 июля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 июля 2021 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей Кручининой Н.А., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества Коммерческого банка «Нефтяной альянс» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО2 по доверенности от 15.06.2021;

от ФИО3 – ФИО4 – не допущен в качестве представителя по мотивам отсутствия оригинала доверенности от 23.12.2020;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021

о признании недействительной сделкой соглашения от 30.08.2016 о расторжении договора ипотеки от 01.08.2016 № И-71/2014

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) публичного акционерного общества Коммерческого банка «Нефтяной альянс»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2017 публичное акционерное общество Коммерческий банк «Нефтяной альянс» (далее – должник, банк) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего должника возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой соглашения от 30.08.2016 о расторжении договора ипотеки от 01.08.2016 № И-71/2014, заключенного между банком и ФИО3 (далее - ответчиком), которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021, было удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ответчик обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель банка просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Заявитель кассационной жалобы своими процессуальными правами распорядился самостоятельно, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил и доводы кассационной жалобы не поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, между банком и обществом с ограниченной ответственностью «ИнвестПрестиж» был заключен ряд кредитных договоров, в обеспечение которых, между банком и ответчиком был заключен договор ипотеки от 01.08.2016 № И-71/2014, по условиям которого ответчик передал в залог банку нежилое помещение с кадастровым номером 77:01:0002014:5104, расположенное по адресу: 

<

...>.

Согласно пунктам 1.4-1.6 договора ипотеки, на дату подписания договора задолженность общества «ИнвестПрестиж» перед банком по кредитным договорам составила 493 131,44 долл. США, 87 836 721,31 руб. и 50 480 874,32 руб.

В соответствии с пунктом 2.1 договора ипотеки, стоимость предмета ипотеки составляет 198 014 028 руб.

В дальнейшем между банком и ответчиком было подписано соглашение от 30.08.2016 о расторжении договора ипотеки.

Полагая, что спорное соглашение отвечает признакам недействительности, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно положениям статьи 189.40 и пункта 7 статьи 61.9 Закона о банкротстве, периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или периоды, в течение которых возникли обязательства финансовой организации, указанные в пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются от даты назначения Банком России временной администрации финансовой организации либо от даты вынесения арбитражным судом определения о принятии заявления о признании финансовой организации банкротом в зависимости от того, какое из событий наступило ранее.

Поскольку отзыв лицензии у банка и назначение временной администрации имели место 14.03.2017, то оспариваемая конкурсным управляющим должника сделка совершена в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, отметили суды, материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемой сделки банк обладал признаками неплатежеспособности, поскольку в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов, обусловленные неисполненными обязательствами банка, что подтверждается, в том числе решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2016 по делу № А60-12681/16 и решением Арбитражного суда Приморского края от 16.01.2017 по делу № А51-21661/16.

При этом, как указали суды, ответчик знал или должен был знать о финансовых трудностях банка, поскольку он являлся членом совета директоров и акционером банка (21,48 %), а, значит, в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, презюмируется его осведомленности о неплатежеспособности банка в спорный период.

Кроме того, в результате заключения оспариваемого соглашения, банк расторг обеспечительную сделку, отказавшись от залога по обязательству, которое не было исполнено в полном объеме.

Ответчик не мог не осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента (должника), справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств.

Необходимо также отметить, что системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной.

Учитывая, что оспариваемая сделка была совершена в непродолжительный период времени до назначения временной администрации (14.03.2017), квалификация поведения залогодателя на предмет недобросовестности (осведомленности о цели причинения вреда) должна была осуществляться исходя из такого пониженного стандарта доказывания в отличие от аналогичных сделок, заключенных, например, за два года до названной даты.

В данном случае, констатировали суды,  приведенные выше сомнения в добросовестности залогодателя (тем более учитывая, что ответчик являлся членом совета директоров и акционером банка) должны истолковываться в пользу истца и перелагать бремя процессуальной активности на другую сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки по отмене обеспечительного обязательства разумных экономических оснований.

Однако, таких мотивов и оснований в рамках настоящего обособленного спора ответчик не раскрыл.

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Материалами дела подтверждается, что незадолго до отзыва лицензии банк без разумных на то оснований, вопреки экономическим интересам расторг договор ипотеки, совершив убыточную для себя сделку, в результате чего утратил надлежащее обеспечение обязательств по кредитным договорам, заключенным с обществом «ИнвестПрестиж», задолженность которого по указанным кредитным соглашениям не погашена.

Таким образом, аннулирование ипотеки, обеспечивающей исполнение кредитных обязательств, ведет к утрате возможности получения банком надлежащего исполнения по обязательствам общества «ИнвестПрестиж», а потому условия соглашения не могут считаться экономически оправданными.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Установленные выше обстоятельства свидетельствуют о недействительности оспариваемой сделки ввиду ее совершения со злоупотреблением правом обеими ее сторонами в условиях неплатежеспособности банка, в отсутствие разумного экономического обоснования их действия по снятию обременений, а также совершенная исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника.

При этом, злоупотребление правом как со стороны банка, так и со стороны ответчика выражается в расторжении договора ипотеки при не исполненных в полном объеме обязательствах общества «ИнвестПрестиж» по кредитным договорам, а также в отсутствие иного обеспечения их исполнения.

В отношении требования конкурсного управляющего должника о признании недействительным оспариваемого соглашения по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, суд пришел к выводу о их немотивированности, необоснованности и документальной неподверженности.

С учетом изложенного, суд пришел к правомерному и обоснованному им выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Довод об ошибочности выводов суда первой инстанции о неплатежеспособности банка на момент совершения спорной сделки и осведомленности ответчика был рассмотрен судами и отклонен, как противоречащий представленным в материалах дела доказательствам.

Кроме того, согласно правовому подходу, отраженному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки.

В рассматриваемом случае, при доказанности расторжения обеспечительной сделки в отсутствие исполнения по кредитным обязательствам, а также принимая во внимание, что ответчик являлся членом совета директоров и акционером банка суд апелляционной инстанции признает доказанным факт преследования цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и осведомленности об этом ответчика.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что обжалуемые судебные акты вынесены о правах лица, не привлеченного к судебном разбирательству, а именно о правах его супруги, судебной коллегией отклоняется, как ошибочный и не подтвержденный надлежащими доказательствами, поскольку вопреки доводам кассатора об обратном, как суд первой инстанции, так и суд апелляционной инстанции не возлагали на супругу ответчика каких-либо обязательств, а также не затрагивали ее права.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие как о нахождении ответчика в браке в спорный период, как и доказательства того, что имущество, переданное банку в залог, является совместно нажитым в браке имуществом.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания спорного соглашения недействительной сделкой.

Последствия признания сделки недействительной применены судом правильно.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2021 по делу № А40-50939/17 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. ФИО1

Судьи:Н.А. Кручинина

В.Л. Перунова