ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-2494/2018

06 мая 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  28 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 мая 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Горбуновой Е.А., Зюкова В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-2456/2022) конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 01 февраля 2022 года по делу № А75-2494/2018 (судья В.А. Бетхер), вынесенное по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ореол» (Д.У. ЗПИФ недвижимости «Югра») об отстранении конкурсного управляющего ФИО2 от исполнения возложенных на нее обязанностей,  а также вопроса о завершении процедуры конкурсного производства, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Чкалова 7» (ОГРН 

<

***> от 18.10.2011, ИНН 

<

***>, место нахождения: 628002, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>),

 

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ореол» - представитель ФИО3, доверенность б/н от 03.08.2021, срок действия один год;

от конкурсного управляющего ФИО2 - представитель ФИО4, доверенность б/н от 17.02.2022, срок действия один год;

от акционерного общества «ЮграИнвестСтройпроект» - представитель ФИО5  по доверенности № 35/21 от 27.07.2021 сроком действия один год; 

 

установил:

определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.08.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «Элекпромсервис» (далее – ООО «Элекпромсервис») в лице конкурсного управляющего ФИО6 (далее – ФИО6) признано обоснованным, в отношении закрытого акционерного общества «Чкалова 7» (далее – ЗАО «Чкалова 7», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 20.02.2019 (резолютивная часть от 19.02.2019) ЗАО «Чкалова 7» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ореол» (доверительный управляющий закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «Югра» (далее – ЗПИФН «Югра»)) (далее – ООО «УК «Ореол») об отстранении ФИО2 от исполнения возложенных на нее обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.09.2021 к участию в споре привлечены саморегулируемая организация Ассоциация арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих», управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре.

Кроме того, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с ходатайством об установлении процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в сумме 120 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.12.2021 заявление ООО «УК «Ореол» и ходатайство конкурсного управляющего ФИО2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

От конкурсного управляющего поступил отчет о результатах проведения конкурсного производства от 03.12.2012, приложения к нему, а также ходатайство о завершении процедуры конкурсного производства, проводимой в отношении ЗАО «Чкалова 7».

Впоследствии конкурсным управляющим заявлен отказ от ходатайства об установлении процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в сумме 120 000 руб.

От ООО «УК «Ореол» поступили возражения на ходатайство конкурсного управляющего о завершении проводимой в отношении ЗАО «Чкалова 7» процедуры конкурсного производства, ходатайство о продлении процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 01.02.2022 принят отказ конкурсного управляющего от ходатайства об установлении суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в размере 120 000 руб., производство по ходатайству прекращено; заявление ООО «УК «Ореол» удовлетворено, ФИО2 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7»; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – ФИО7); в удовлетворении ходатайства ФИО2 о завершении конкурсного производства отказано, ходатайство ООО «УК «Ореол» о продлении конкурсного производства удовлетворено частично, срок конкурсного производства, проводимого в отношении ЗАО «Чкалова 7» продлен на три месяца; судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего о результатах конкурсного производства, а также вопроса о завершении процедуры конкурсного производства назначено на 21.04.2022.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», продления срока конкурсного производства, проводимого в отношении ЗАО «Чкалова 7», на три месяца, принять по делу в данных частях новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ООО «УК Ореол», о завершении проводимой в отношении ЗАО «Чкалова 7» процедуры конкурсного производства.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО2 указала следующее:

- конкурсным управляющим проведены все возможные и необходимые мероприятия в процедуре конкурсного производства ЗАО «Чкалова 7», оснований для продления срока конкурсного производства, проводимого в отношении ЗАО «Чкалова 7», на три месяца, не имеется, поскольку единственный оставшийся не реализованным актив должника в виде дебиторской задолженности ООО «Элекпромсервис» имеет отрицательную стоимость;

- целесообразность в отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» в условиях необходимости завершения проводимой в отношении последнего процедуры конкурсного производства отсутствовала;

- собрание кредиторов по вопросу отстранения конкурсного управляющего не созывалось и не проводилось, равно как не созывалось и не проводилось заседание комитета кредиторов с аналогичной повесткой, соответственно, отсутствует волеизъявление большинства кредиторов по вопросу об обращении в арбитражный суд с ходатайством об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7»;

-  отстранив ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», суд первой инстанции нарушил порядок утверждения нового конкурсного управляющего должника, лишив конкурсных кредиторов права выбора кандидатуры арбитражного управляющего, не предоставив саморегулируемой организации, членом которой является ФИО2, возможности предложить кандидатуру арбитражное управляющего;

- заявление об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» подано в арбитражный суд не уполномоченным на то лицом ООО «УК «Ореол».

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, ООО «УК «Ореол» представило отзыв, в котором просило обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 18.04.2022, от конкурсного управляющего ФИО2 поступили письменные пояснения.

В связи с удовлетворением ходатайства ООО «УК «Ореол» об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции заседание суда апелляционной инстанции 18.04.2022 проведено с применением данной системы (https://kad.arbitr.ru/).

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 18.04.2022, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) был объявлен перерыв до 25.04.2022; ООО «УК «Ореол» предложено представить суду и процессуальному оппоненту письменные пояснения со ссылками на доказательства и нормативные акты о том, каким образом и по какой причине осуществляется смена доверительного управляющего, по какой причине в настоящем случае прежний доверительный управляющий был ликвидирован, кто принимает решение о выборе нового доверительного управляющего, каким образом осуществляется отбор доверительного управляющего; копии судебных актов, на которые ссылалось  ООО «УК «Ореол» в подтверждение сложившейся судебной практики по спорному вопросу о необходимости осуществления процессуального правопреемства. Информация о перерыве в судебном заседании размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

За время перерыва от ООО «УК «Ореол», конкурсного управляющего поступили письменные пояснения.

В связи с удовлетворением ходатайств ООО «УК «Ореол» и конкурсного управляющего об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции заседание суда апелляционной инстанции 25.04.2022 проведено с применением данной системы (https://kad.arbitr.ru/).

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 25.04.2022 рассмотрение апелляционной жалобы было отложено на 28.04.2022 для предоставления сторонам возможности ознакомиться с  вновь поступившими от сторон пояснениями. Информация об отложении размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 28.04.2022, от акционерного общества «ЮграИнвестСтройпроект» (далее – АО «ЮграИнвестСтройпроект») поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором оно просило обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения.

В связи с удовлетворением ходатайств ООО «УК «Ореол», АО «ЮграИнвестСтройпроект» и конкурсного управляющего об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции заседание суда апелляционной инстанции 25.04.2022 проведено с применением данной системы (https://kad.arbitr.ru/).

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 28.04.2022, представитель конкурсного управляющего ФИО4 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права, просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

Представитель АО «ЮграИнвестСтройпроект» ФИО5 поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просила оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Представитель ООО «УК «Ореол» ФИО3 просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Саморегулируемая организация Ассоциация арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих», управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

От лиц, участвующих в деле, не поступило возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части. 

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

С учетом изложенного проверка обжалуемого определения осуществлена судом апелляционной инстанции только в оспариваемой части – в части отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», продления срока конкурсного производства, проводимого в отношении ЗАО «Чкалова 7», на три месяца, утверждения конкурсного управляющего.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 01.02.2022 по настоящему делу подлежащим отмене в обжалуемой части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве арбитражный управляющий может быть отстранен судом от исполнения своих обязанностей в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица арбитражным управляющим (пункт 2 статьи 20.2 Закона), а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица арбитражным управляющим.

Согласно пункту 56 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в соответствии с абзацем третьим пункта 3 статьи 65, абзацем восьмым пункта 5 статьи 83, абзацем четвертым пункта 1 статьи 98 и абзацем четвертым пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве арбитражный управляющий может быть отстранен судом от исполнения своих обязанностей в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица арбитражным управляющим (пункт 2 статьи 20.2 Закона), а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица арбитражным управляющим.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве (абзац второй пункта 3 статьи 65, абзацы шестой и седьмой пункта 5 статьи 83, абзацы второй и третий пункта 1 статьи 98 и абзацы второй и третий пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Учитывая изложенное, в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости, суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.

Указанный вопрос рассматривается судом в судебном заседании, о котором извещаются должник, заявитель (при утверждении или отстранении временного управляющего), арбитражный управляющий либо лицо, кандидатура которого предложена для утверждения таким управляющим, а также саморегулируемая организация арбитражных управляющих, членом которой он является, представитель собрания (комитета) кредиторов, представитель собственника имущества должника - унитарного предприятия или представитель учредителей (участников) должника, орган по контролю (надзору). В определении о назначении судебного заседания участвующим в деле (арбитражном процессе по делу) лицам предлагается сообщить свое мнение по соответствующему вопросу, которое подлежит учету при решении его судом, и представить имеющиеся у них сведения, касающиеся случаев нарушения законодательства арбитражным управляющим.

В настоящем случае в обоснование заявления об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» ООО «УК «Ореол» указывало, что при утверждении ФИО2 конкурсным управляющим должника ФИО2 скрыла от арбитражного суда и участвующих в деле лиц факт своей заинтересованности по отношению к конкурсным кредиторам ЗАО «Чкалова 7».

Проверив данные доводы ООО «УК «Ореол», суд первой инстанции пришел к выводу об их обоснованности, поскольку факт заинтересованности ФИО2 по отношению к мажоритарному конкурсному кредитору и заявителю по настоящему делу ООО «Элекпромсервис» подтвержден судебными актами по делу № А60-52153/2014 и материалами настоящего дела, и отстранил ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7».

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Как усматривается из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, мажоритарным кредитором ЗАО «Чкалова 7» и заявителем по настоящему делу является ООО «Элекпромсервис», доля участия которого в реестре требований кредиторов должника по основному долгу составляет 56,98% от общего числа включенных в реестр требований по сумме основного долга.

В отношении ООО «Элекпромсервис» возбуждено дело о банкротстве № А60-52153/2014, определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.02.2016 по которому конкурсным управляющим ООО «Элекпромсервис» утвержден ФИО4 (далее – ФИО4). 

В дальнейшем ФИО4 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Элекпромсервис» определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.05.2016 по делу № А60-52153/2014 в связи с представлением им интересов двух конкурсных кредиторов должника, что привело к обоснованным сомнениям о добросовестности и независимости ФИО4, а также о надлежащем ведении ФИО4 процедуры банкротства.

От Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих» в дело № А60-52153/2014 19.05.2016 поступили сведения о кандидатуре арбитражного управляющего ФИО2, которая является членом той же саморегулируемой организации арбитражных управляющих, что и ФИО4

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2016 по делу № А60-52153/2014 в утверждении конкурсным управляющим ООО «Элекпромсервис» ФИО2 было отказано, поскольку ФИО4 является супругом ФИО2, о чем свидетельствует отметка в паспорте ФИО4, как то установлено определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.08.2015 по делу № А60-10943/2014.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.08.2016 по делу № А60-52153/2014 конкурсным управляющим ООО «Элекпромсервис» утвержден ФИО6, кандидатура саморегулируемой организации которого определена большинством голосов кредиторов, интересы которых ранее представлял ФИО4, на собрании кредиторов ООО «Элекпромсервис» от 14.06.2016.

Приведенные обстоятельства, как правильно указал суд первой инстанции свидетельствуют о заинтересованности ФИО2 по отношению к основному конкурсному кредитору по настоящему делу ООО «Элекпромсервис» через ФИО4 и ФИО6, что было сокрыто ФИО2 при разрешении арбитражным судом вопроса об утверждении конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7».

При этом анализ материалов настоящего дела приводит к выводу о том, что ФИО2, ФИО4, ФИО6 входят в одну неформальную группу лиц по управлению процедурами банкротства ООО «Элекпромсервис» и ЗАО «Чкалова 7».

Так, согласно сообщениям из Единого федерального реестра сведений о банкротстве (№ 1016377 от 04.04.2016, № 1296226 от 14.09.2016, № 1412195 от 10.11.2016, № 1534512 от 12.01.2017, № 1687296 от 27.03.2017, № 401246 от 14.10.2014, № 513881 от 18.02.2015, № 812468 от 09.11.2015, № 2045710 от 30.08.2017, № 2375064 от 12.01.2018, № 2635448 от 19.04.2018, № 3017576 от 07.09.2018, № 3106392 от 09.10.2018, № 3260067 от 29.11.2018, № 3417097 от 25.01.2019, № 3504295 от 21.02.2019, № 3733144 от 06.05.2019, № 3982186 от 22.07.2019, № 4303958 от 24.10.2019, № 4930864 от 22.04.2020, № 5250944 от 24.07.2020, № 5654229 от 26.10.2020, № 6077468 от 26.01.2021 и другие (приложены к заявлению ООО «УК «Ореол»)) ФИО4, ФИО6, ФИО2 использовали/используют офисное помещение ООО «Инсайд-Консалтинг» для проведения собраний кредиторов ООО «Элекпромсервис» и ЗАО «Чкалова 7» и ознакомления с документами, а также единый номер телефона. 

ФИО6 и ФИО2 в рамках дел о банкротстве ЗАО «Чкалова 7» и ООО «Элекпромсервис» в качестве специалиста привлечено общество с ограниченной ответственностью «Инсайд Консалтинг» (далее – ООО «Инсайд Консалтинг») с прежним наименованием «общество с ограниченной ответственностью «Кафе на Кузнечной», директором и участником которого, в том числе после смены наименования, до 2014 года являлась ФИО2 (сведения приложены к заявлению ООО «УК «Ореол»).

Представителем ООО «Инсайд-Консалтинг» при проведении торговых процедуры является ФИО8 Одновременно ФИО8 является представителем конкурсного управляющего ФИО2 по доверенности.

Кроме того, идентичны представители ФИО2 и ФИО6: из определения Арбитражного суда Свердловской области от 06.03.2019 по делу № А60- 52153/2014 следует, что представителем конкурсного управляющего ФИО6 является ФИО9 (далее – ФИО9). Одновременно ФИО9 является представителем конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» ФИО2

В рамках дела о банкротстве ООО «Элекпромсервис» (определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.10.2020 по делу № А60- 52153/2014, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2021 по делу № А60-52153/2014) судами установлено, что конкурсный управляющий ФИО6 входит в группу лиц (включающую, помимо прочих, ФИО4) по управлению процедурами банкротства ЗАО «Чкалова 7» и ООО «Элекпромсервис», организовал незаконные торги по отчуждению дебиторской задолженности, включенной в реестр требований ЗАО «Чкалова 7».

В указанных судебных актах судами отмечено, что ООО «Инсайд-Консалтинг», которое, как следует из его отзыва, аккредитовано при саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членами которой являются ФИО10 (объявлена победителем повторных торгов от 09.08.2019 и уклонилась от заключения договора), а также супруги ФИО2 (конкурсный управляющий ЗАО «Чкалова 7») и ФИО4 (бывший конкурсный управляющий ООО «Элекпромсервис» и участник оспариваемых торгов), осведомлено о том, что выставленные на торги права требования к ЗАО «Чкалова 7» имеют существенное экономическое наполнение (высокую ликвидность), которое, безусловно, превышает цену предложения. 

Приведенные обстоятельства, как верно заключил суд первой инстанции, свидетельствуют о том, что ФИО2, а также ФИО4, ФИО6 входят в группу лиц по управлению процедурами банкротств ЗАО «Чкалова 7», ООО «Элекпромсервис», обладающих общностью экономических интересов, то есть ФИО2 является не юридически, но фактически заинтересованным по отношению к мажоритарному конкурсному кредитору ЗАО «Чкалова 7» и заявителю по настоящему делу ООО «Элекпромсервис» лицом.

При этом свое неформальное участие в группе участники группы уже ранее использовали не в интересах должников и его кредиторов.

ФИО2 в письменных пояснениях от 22.04.2022 указывает, что постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2016 по делу № А60-52153/2014 не устанавливалась заинтересованность ФИО2 по отношению к ООО «Элекпромсервис».

Однако, как следует из обжалуемого определения, суд первой инстанции не делал вывод о том, что заинтересованность ФИО2 по отношению к ООО «Элекпромсервис» непосредственно установлена постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2016 по делу № А60-52153/2014.

Соответствующий вывод, как следует из обжалуемого судебного акта, правильно сделан судом первой инстанции на основании установленного им по настоящему спору комплекса обстоятельств, следующих, в том числе из судебных актов по делу № А60-52153/201.

Одним из таких обстоятельств является установленный постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2016 по делу № А60-52153/2014 факт осведомленности ООО «Инсайд-Консалтинг», аккредитованного при саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членами которой являются супруги ФИО2 (конкурсный управляющий ЗАО «Чкалова 7») и ФИО4 (бывший конкурсный управляющий ООО «Элекпромсервис» и участник оспариваемых торгов), о том, что выставленные на торги права требования к ЗАО «Чкалова 7» имеют существенное экономическое наполнение (высокую ликвидность), которое, безусловно, превышает цену предложения. 

При этом судом первой инстанции также верно установлено, что ООО «Инсайд Консалтинг» привлечено в качестве специалиста ФИО6, ФИО2 в рамках дел о банкротстве ЗАО «Чкалова 7» и ООО «Элекпромсервис», прежним наименованием общества является «общество с ограниченной ответственностью «Кафе на Кузнечной», его директором и участником, в том числе после смены наименования, до 2014 года являлась ФИО2

В связи с этим, а также в связи с иными указанными выше обстоятельствами имеются основания считать, что ФИО6, ФИО2, ее супруг ФИО4, ООО «Инсайд Консалтинг» входят в одну группу лиц по управлению процедурами банкротств ЗАО «Чкалова 7», ООО «Элекпромсервис», а ФИО2, в частности, является фактически заинтересованным лицом по отношению к ООО «Элекпромсервис», интересы которого представляет конкурсный управляющий ФИО6.

По условиям абзаца 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден конкурсным управляющим должника, является заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику, кредиторам.

Как верно указал суд первой инстанции, судебная практика признает недопустимость ситуации, когда кандидатура управляющего, саморегулируемой организации предложены лицом, которое при отсутствии формально-юридических признаков аффилированности имеет возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

С учетом изложенного, факт заинтересованности ФИО2 по отношению к мажоритарному конкурсному кредитору ЗАО «Чкалова 7» и заявителю по настоящему делу ООО «Элекпромсервис», свидетельствующий об отсутствии оснований исходить из беспристрастности и независимости ФИО2 при исполнении ею обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», как правильно заключил суд первой инстанции, означает необходимость отстранения ФИО2 от исполнения соответствующих обязанностей.

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что заявление об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» подано в арбитражный суд не уполномоченным на то лицом ООО «УК «Ореол», в связи с чем оно подлежало оставлению судом первой инстанции без рассмотрения.

Между тем данные доводы ФИО2 не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции и не способны повлиять на итог рассмотрения настоящего спора в связи со следующим.

Как усматривается из материалов дела, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.07.2020 в реестр требований кредиторов должника включено требование доверительного управляющего ЗПИФН «Югра» акционерного общества «Управляющая компания «Нимбус» (далее – АО «УК «Нимбус») в размере 10 170 834 руб. 27 коп. – сумма основного долга.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) АО «УК «Нимбус» по состоянию на дату обращения ООО «УК «Ореол» в арбитражный суд с настоящим заявлением (07.09.2021) ликвидировано 26.01.2022 (выписка приложена к ходатайству ФИО2 от 25.10.2021).

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. 

В обоснование наличия у него права на обращение в арбитражный суд с настоящим заявлением ООО «УК «Ореол» указывает, что оно является правопреемником АО «УК «Нимбус» на основании договора о передаче прав и обязанностей по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом № 1 от 02.03.2021 (приложен к ходатайству ФИО2 от 25.10.2021) и в настоящее время управляет ЗПИФН «Югра».

Суд первой инстанции посчитал данные доводы ООО «УК «Ореол» обоснованными и заключил, что ООО «УК «Ореол» имеет право обратиться в арбитражный суд с настоящим заявлением, поскольку на основании договора доверительного управления паевым инвестиционным фондом № 1 от 02.03.2021 АО «УК «Нимбус» передало ему права и обязанности по договору доверительного управления ЗПИФН «Югра» в полном объеме.

При этом суд указал, что осуществления процессуального правопреемства в настоящем случае не требуется.

Между тем выводы суда первой инстанции в обозначенной части правильными не являются.

Так, в соответствии со статьей 10 Федерального закона «Об инвестиционных фондах» № 156-ФЗ от 29.11.2001 (далее – Закон об инвестиционных фондах) паевой инвестиционный фонд - обособленный имущественный комплекс, состоящий из имущества, переданного в доверительное управление управляющей компании учредителем (учредителями) доверительного управления с условием объединения этого имущества с имуществом иных учредителей доверительного управления, и из имущества, полученного в процессе такого управления, доля в праве собственности на которое удостоверяется ценной бумагой, выдаваемой управляющей компанией. Паевой инвестиционный фонд не является юридическим лицом.

Статьей 11 Закона об инвестиционных фондах установлено, что управление паевым инвестиционным комплексом, который представляет из себя паевой инвестиционный фонд, осуществляется на условиях доверительного управления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах условия договора доверительного управления паевым инвестиционным фондом определяются управляющей компанией в стандартных формах и могут быть приняты учредителем доверительного управления только путем присоединения к указанному договору в целом.

На основании пункта 2 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах учредитель доверительного управления передает имущество управляющей компании для включения его в состав паевого инвестиционного фонда с условием объединения этого имущества с имуществом иных учредителей доверительного управления.

Имущество, составляющее паевой инвестиционный фонд, является общим имуществом владельцев инвестиционных паев и принадлежит им на праве общей долевой собственности. Раздел имущества, составляющего паевой инвестиционный фонд, и выдел из него доли в натуре не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Как следует из пункта 3 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах, управляющая компания осуществляет доверительное управление паевым инвестиционным фондом путем совершения любых юридических и фактических действий в отношении составляющего его имущества, а также осуществляет все права, удостоверенные ценными бумагами, составляющими паевой инвестиционный фонд, включая право голоса по голосующим ценным бумагам.

Управляющая компания вправе предъявлять иски и выступать ответчиком по искам в суде в связи с осуществлением деятельности по доверительному управлению паевым инвестиционным фондом.

Согласно пункту 4 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах управляющая компания совершает сделки с имуществом, составляющим паевой инвестиционный фонд, от своего имени, указывая при этом, что она действует в качестве доверительного управляющего. Это условие считается соблюденным, если при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона информирована об их совершении доверительным управляющим в этом качестве, а в письменных документах после наименования доверительного управляющего сделана пометка «Д.У.» и указано название паевого инвестиционного фонда.

При отсутствии указания о том, что управляющая компания действует в качестве доверительного управляющего, она обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ей имуществом.

В соответствии с пунктом 5 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах управляющая компания, если это предусмотрено правилами доверительного управления паевым инвестиционным фондом, вправе в порядке, установленном нормативными актами Банка России, передать свои права и обязанности по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом другой управляющей компании.

Со дня вступления в силу изменений и дополнений в правила доверительного управления паевым инвестиционным фондом, связанных с передачей прав и обязанностей управляющей компании по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом другой управляющей компании, управляющая компания не вправе распоряжаться имуществом, составляющим паевой инвестиционный фонд, и имуществом, переданным в оплату инвестиционных паев и не включенным в состав паевого инвестиционного фонда (в том числе доходами, полученными от такого имущества), за исключением совершения действий, необходимых для передачи прав и обязанностей управляющей компании по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом, включая действия по передаче указанного имущества другой управляющей компании.

Управляющая компания до передачи в полном объеме другой управляющей компании прав и обязанностей по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом, а также в отношении прав и обязанностей, которые не могут быть переданы, обязана действовать разумно и добросовестно при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей.

Управляющая компания не позднее трех рабочих дней со дня вступления в силу изменений и дополнений в правила доверительного управления паевым инвестиционным фондом, связанных с передачей прав и обязанностей управляющей компании по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом другой управляющей компании, обязана совершить все необходимые действия для передачи прав и обязанностей другой управляющей компании по договору доверительного управления таким фондом, включая действия по передаче другой управляющей компании имущества, предусмотренного абзацем вторым настоящего пункта, и всех необходимых для осуществления доверительного управления паевым инвестиционным фондом документов и сведений.

Согласно пункту 1 статьи 1020 ГК РФ доверительный управляющий осуществляет в пределах, предусмотренных законом и договором доверительного управления имуществом, правомочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление. Распоряжение недвижимым имуществом доверительный управляющий осуществляет в случаях, предусмотренных договором доверительного управления.

С учетом приведенных норм права, как верно указала ФИО2 в письменных пояснениях от 07.04.2022, следует заключить, что ЗПИФН «Югра» по своей правовой природе является не юридическим лицом, а имущественным комплексом, управляемым доверительным управляющим в интересах выгодоприобретателей, которыми являются граждане, внесшие денежные средства в данный фонд.

Следовательно, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.07.2020 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включено не требование в размере 10 170 834 руб. 27 коп. самого ЗПИФН «Югра», а требование осуществлявшего доверительного управления им, как имущественным комплексом, юридического лица АО «УК «Нимбус».

При этом по договору доверительного управления фондом № 1 от 02.03.2021, заключенному между АО «УК «Нимбус» и ООО «УК «Ореол», от первого к последнему перешло право управления имущественным комплексом, поименованным как ЗПИФН «Югра».

Согласно доводам ООО «УК «Ореол», изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, пунктом 3 Положения о порядке передачи управляющей компанией своих прав и обязанностей по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом другой управляющей компании, утвержденного постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 11.09.2002 № 37/пс, предусмотрено, что права и обязанности управляющей компании по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом считаются переданными другому юридическому лицу со дня опубликования в Приложении к Вестнику Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг сообщения о регистрации соответствующих изменений и дополнений в правила доверительного управления паевым инвестиционным фондом.

Следовательно, по мнению ООО «УК «Ореол», учитывая особенности владения и управления имуществом паевого инвестиционного фонда, а также специальные правила передачи одной управляющей компанией прав и обязанностей по доверительному управлению имуществом фонда другой управляющей компании, предусмотренные федеральным законом и указанным выше положением, при передаче управляющей компанией прав и обязанностей по договору доверительного управления паевым инвестиционным фондом другой управляющей компании, последняя приобретает все права и обязанности по аналогии с изменением исполнительного органа юридического лица.

В связи с этим ООО «УК «Ореол» полагает, что при смене доверительного управляющего управление не возникает заново, а происходит смена лица, осуществляющего доверительное управление. Смена доверительного управляющего (управляющей компании) не влечет за собой переход, возникновение права в отношении активов, составляющих имущество паевого инвестиционного фонда, так как доверительное управление уже существовало ранее. При смене доверительного управляющего (управляющей компании) с сохранением ранее действующего основания для доверительного управления имуществом (договора) перехода права не происходит.

А потому ООО «УК «Ореол» является конкурсным кредитором ЗАО «Чкалова 7» в силу самого факта заключения между ним и АО «УК «Нимбус» договора доверительного управления фондом № 1 от 02.03.2021 и передачи АО «УК «Нимбус» ООО «УК «Ореол» прав и обязанностей по доверительному управлению имуществом ЗПИФН «Югра».

Между тем суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать, что согласно пункту 1 статья 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1012 ГК РФ, осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя.

Законом или договором могут быть предусмотрены ограничения в отношении отдельных действий по доверительному управлению имуществом.

На основании пункта 3 статьи 1012 ГК РФ сделки с переданным в доверительное управление имуществом доверительный управляющий совершает от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве такого управляющего. Это условие считается соблюденным, если при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона информирована об их совершении доверительным управляющим в этом качестве, а в письменных документах после имени или наименования доверительного управляющего сделана пометка «Д.У.».

При отсутствии указания о действии доверительного управляющего в этом качестве доверительный управляющий обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ему имуществом.

Согласно пункту 1 статьи 1020 ГК РФ доверительный управляющий осуществляет в пределах, предусмотренных законом и договором доверительного управления имуществом, правомочия собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление. Распоряжение недвижимым имуществом доверительный управляющий осуществляет в случаях, предусмотренных договором доверительного управления.

Как было указано ранее, пунктом 3 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах, управляющая компания осуществляет доверительное управление паевым инвестиционным фондом путем совершения любых юридических и фактических действий в отношении составляющего его имущества, а также осуществляет все права, удостоверенные ценными бумагами, составляющими паевой инвестиционный фонд, включая право голоса по голосующим ценным бумагам.

Управляющая компания вправе предъявлять иски и выступать ответчиком по искам в суде в связи с осуществлением деятельности по доверительному управлению паевым инвестиционным фондом.

Согласно пункту 4 статьи 11 Закона об инвестиционных фондах управляющая компания совершает сделки с имуществом, составляющим паевой инвестиционный фонд, от своего имени, указывая при этом, что она действует в качестве доверительного управляющего. Это условие считается соблюденным, если при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона информирована об их совершении доверительным управляющим в этом качестве, а в письменных документах после наименования доверительного управляющего сделана пометка «Д.У.» и указано название паевого инвестиционного фонда.

При отсутствии указания о том, что управляющая компания действует в качестве доверительного управляющего, она обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ей имуществом.

Таким образом, исходя из приведенных норм права, при управлении имуществом доверительный управляющий (в том числе инвестиционным фондом) выступает в отношениях с третьими лицами от своего имени.

То есть, вступая в материально-правовые отношения с ЗАО «Чкалова 7», в рамках которых у него возникло включенное определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.07.2020 по настоящему делу требование к должнику в размере 10 170 834 руб. 27 коп., АО «УК «Нимбус» действовало от своего имени, равно как при обращении в арбитражный суд с заявлением о включении указанного требования в реестр.

Следовательно, в результате заключения между ООО «УК «Ореол» и АО «УК «Нимбус» договора доверительного управления фондом № 1 от 02.03.2021 и передачи АО «УК «Нимбус» ООО «УК «Ореол» прав и обязанностей по доверительному управлению имуществом ЗПИФН «Югра» состоялось материальное правопреемство в отношениях между ЗАО «Чкалова 7» и АО «УК «Нимбус» с заменой последнего на ООО «УК «Ореол».

В такой ситуации для целей принятия участия в деле о банкротстве ЗАО «Чкалова 7» в качестве участвующего в нем лица ООО «УК «Ореол» надлежало обратиться в арбитражный суд с заявлением об осуществлении процессуального правопреемства в виде замены конкурсного кредитора АО «УК «Нимбус» с требованием в размере 10 170 834 руб. 27 коп. на ООО «УК «Ореол» в рамках настоящего дела в порядке статьи 48 АПК РФ.

Поскольку ООО «УК «Ореол» с таким заявлением в арбитражный суд не обращалось, процессуальное правопреемство в виде замены АО «УК «Нимбус» с требованием в размере 10 170 834 руб. 27 коп. на ООО «УК «Ореол» в рамках настоящего дела в порядке статьи 48 АПК РФ арбитражным судом не осуществлялось, ООО «УК «Ореол» ни по состоянию на дату обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением (07.09.2021), ни в настоящее время процессуальным статусом лица, участвующего в настоящем деле, не обладало и не обладает.

Следовательно, как правильно указывает заявитель апелляционной жалобы, ООО «УК «Ореол» не имеет права на обращение в арбитражный суд с заявлением об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7».

Между тем суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать, что по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 56 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», арбитражный суд вправе по своей инициативе разрешить вопрос об отстранении арбитражного управляющего в случае, если соответствующее требование не заявлено лицами, участвующими в деле.

Согласно пункту 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» в случае, когда после утверждения конкурсного управляющего выявляются или возникают обстоятельства, препятствовавшие (препятствующие) его утверждению, арбитражный суд может назначить заседание по вопросу об отстранении такого конкурсного управляющего и при отсутствии ходатайства лиц, участвующих в деле, либо собрания (комитета) кредиторов.

Отстранение конкурсного управляющего по причине выявления или возникновения препятствующих его утверждению обстоятельств направлено на недопущение ситуации, при которой арбитражным управляющим является лицо, не соответствующее требованиям, предъявляемым законом. Так как утверждение конкурсного управляющего находится в компетенции суда, рассматривающего дело о банкротстве, то и отстранение по причине несоответствия такого управляющего предъявляемым требованиям также должно осуществляться указанным судом, в том числе по собственной инициативе, что соответствует буквальному смыслу нормы абзаца четвертого пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве, которая не ставит отстранение управляющего по данному основанию в зависимость от наличия упомянутого ходатайства.

В настоящем случае обращение не являющегося лицом, участвующим деле, ООО «УК «Ореол» в арбитражный суд с заявлением об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» следует рассматривать в качестве сообщения ООО «УК «Ореол», допущенного судом первой инстанции к участию в процессе по настоящему делу о банкротстве в качестве потенциального правопреемника доверительного управляющего закрытым паевым инвестиционным фондом недвижимости «Югра» ООО «УК «Нимбус», арбитражному суду об обстоятельствах, свидетельствующих о наличии оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7».

В свою очередь, получив соответствующие сведения от ООО «УК «Ореол» и располагая ими, суд первой инстанции по смыслу приведенных выше норм права и разъяснений в любом случае был обязан по своей инициативе рассмотреть вопрос об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» во избежание продолжения проведения в отношении должника конкурсного производства лицом, в беспристрастности и независимости которого имеются сомнения.

В связи с этим то, что в настоящем случае отсутствует волеизъявление большинства кредиторов по вопросу об обращении в арбитражный суд с ходатайством об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», изложенное в решении собрания кредиторов ЗАО «Чкалова 7», вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, не свидетельствует о неправомерности рассмотрения судом первой инстанции соответствующего вопроса.

То обстоятельство, что суд первой инстанции в определении о назначении судебного заседания по рассмотрению настоящего спора не обозначил, что соответствующий вопрос будет рассматриваться им в судебном заседании по собственной инициативе, а не в порядке рассмотрения заявления ООО «УК «Ореол», о наличии оснований для отмены обжалуемого определения само по себе не свидетельствует.

Во-первых, при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции последним перед участвующими в деле лицами, в том числе перед ФИО2, были раскрыты основания для отстранения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», которые суд усмотрел из материалов дела, судом первой инстанции участвующим в деле лицам (включая конкурсного управляющего) было предложено выразить свою аргументированную позицию по данному вопросу, более того, из дела следует, что такая позиция была выражена ФИО2

Во-вторых, по итогам рассмотрения спорного вопроса и оценки правовых позиций участвующих в деле лиц, в том числе конкурсного управляющего, суд первой инстанции, как было указано выше, пришел к верному по существу выводу о фактической заинтересованности ФИО2 по отношению к мажоритарному конкурсному кредитору и заявителю по настоящему делу ООО «Элекпромсервис» и о наличии в связи с этим оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7».

В связи с этим оснований считать, что допущенные судом первой инстанции процессуальные нарушения, выразившиеся в неполном соблюдении им процедуры назначения спорного вопроса к рассмотрению в судебном заседании, привели или могли перевести к принятию неправильного судебного акта по существу настоящего спора, не имеется.

Следовательно, основания для отмены обжалуемого определения, предусмотренных пунктом 4 части 1 статьи 270 АПК РФ отсутствуют.

ФИО2 в апелляционной жалобе также указывает, что ею проведены все возможные и необходимые мероприятия в процедуре конкурсного производства ЗАО «Чкалова 7»: 

- инвентаризация имущества должника, по результатам которой выявлена дебиторская задолженность, взысканная в судебном порядке, денежные средства поступили на расчетный счет должника в рамках претензионно-исковой работы, а также на стадии исполнительного производства в общей сумме 6 649 752 руб. 59 коп.;

- обращение в арбитражный суд с заявлением о взыскании с контролирующих должника лиц убытков, в удовлетворении которого определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.12.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по настоящему делу, отказано;

- полное погашение текущих требований кредиторов 2-ой очереди (заработная плата бывшего руководителя  и  налоговые  платежи), полное погашение расходов на конкурсное производство, частичное погашение требований кредиторов 3-ей очереди на сумму 4 060 000 руб., что составляет 14,68%;

- сдача в архив документов по личному составу по акту от 31.08.2020, уничтожение печати должника, подача ликвидационной отчетности в уполномоченные органы, закрытие счетов должника;

- частичное погашение требований конкурсных кредиторов третьей очереди реестра требований кредиторов ЗАО «Чкалова 7»;

- подача в арбитражный суд заявлений о признании подозрительных сделок ЗАО «Чкалова 7» недействительными;

- обращение в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов у бывшего руководителя должника, в удовлетворении которого отказано определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.07.2019 по настоящему делу и которым установлено, что в период руководства ЗАО «Чкалова 7» ФИО11 с 01.03.2018 по 31.01.2018 ведение базы 1C не осуществлялось, конкурсному управляющему передана восстановленная копия базы 1C, поскольку жесткий диск компьютера был поврежден, за период с 01.03.2018 по 31.01.2019 переданы первичные документы;

- реализация имущества должника не производилась в связи с его отсутствием.

В настоящее время единственный оставшийся не реализованным актив должника представлен в виде дебиторской задолженности ООО «Элекпромсервис».

Однако, согласно доводам ФИО2, данный актив имеет отрицательную стоимость, поскольку единственным активом самого ООО «Элекпромсервис» является право требования к ЗАО «Чкалова 7», соответственно, пока не будет погашена задолженность ЗАО «Чкалова 7» перед ООО «Элекпромсервис», в процедуре банкротства последнего также не может быть произведено погашение требований кредиторов, в том числе и ЗАО «Чкалова 7», 

Кроме того, активом ООО «Элекпромсервис» является право требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО12 на сумму 168 045 227 руб. 20 коп. (определения Арбитражного суда Свердловской области от 11.09.2020, 29.01.2021 по делу № А60-52153/2014), однако ФИО12 признан банкротом, по итогам проведения в отношении него процедур банкротства ФИО12 от долгов на освобожден (определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 25.10.2018 по делу № А75-3074/2016).

В связи с этим, по мнению ФИО2, имеются основания полагать, что реализация актива должника в виде дебиторской задолженности ООО «Элекпромсервис» с торгов принесет дополнительные расходы на опубликование сведений о торгах, а также оплату услуг торговой площадки, но не к реальному пополнению конкурсной массы должника.

При этом заявитель апелляционной жалобы считает, что целесообразность в отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» в условиях необходимости завершения проводимой в отношении последнего процедуры конкурсного производства отсутствует.

Между тем суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать, что в настоящем случае правильно установленным судом первой инстанции основанием для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» является ее заинтересованность по отношению к мажоритарному конкурсному кредитору и заявителю по настоящему делу ООО «Элекпромсервис» и наличие сомнений в беспристрастности исполнения ФИО2 соответствующих обязанностей.

При таких обстоятельствах, разрешая настоящий спор, суд первой инстанции не имел возможности исходить из безусловной достоверности доводов ФИО2 о том, что все возможные и необходимые мероприятия в рамках процедуры конкурсного производства ЗАО «Чкалова 7» ею полно и эффективно проведены, и что у должника отсутствует имущество, за счет которого может быть пополнена конкурсная масса должника.

У суда первой инстанции также отсутствовали основания исходить из обоснованности доводов ФИО2 о том, что единственный актив должника (как на то указывает сама ФИО2) в виде дебиторской задолженности ООО «Элекпромсервис» неликвиден, и что его реализация на торгах нецелесообразна, тем более с учетом следующего из дела факта заинтересованности ФИО2 по отношению к данному обществу.

В сложившейся ситуации имеется объективная необходимость в проверке соответствующих доводов ФИО2 независимым арбитражным управляющим, сомнения в беспристрастности которого отсутствуют, для целей достоверного выяснения действительного имущественного положения ЗАО «Чкалова 7» и выявления всех возможных и доступных источников пополнения конкурсной массы должника (в случае если таковые в настоящее время имеются и были сокрыты ФИО2) для целей их направления на погашение требований конкурсных кредиторов, в том числе проверки ликвидности дебиторской задолженности ООО «Элекпромсервис».

В связи с этим завершение проводимой в отношении ЗАО «Чкалова 7» процедуры конкурсного производства при изложенных обстоятельствах является преждевременным.

  В настоящем случае завершение практически всех мероприятий, проводимых в рамках дела о банкротстве ЗАО «Чкалова 7», не являлось препятствием для рассмотрения арбитражным судом вопроса об утверждении конкурсного управляющего должника, поскольку вновь утвержденный независимый конкурсный управляющий сможет надлежащим образом оценить эффективность проведенных в рамках процедуры конкурсного производства мероприятий и установить наличие (отсутствие) оснований для принятия дополнительных мер по достижению целей процедуры конкурсного производства.

С учетом изложенного суд первой инстанции правильно продлил срок конкурсного производства, проводимого в отношении ЗАО «Чкалова 7», на три месяца, назначив судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего о результатах конкурсного производства, а также вопрос о завершении процедуры конкурсного производства на 21.04.2022. 

Оснований считать отстранение ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7» нецелесообразным по причинам, изложенным в ее апелляционной жалобе, не имеется.

Из обжалуемого определения следует, что суд первой инстанции утвердил новым конкурсным управляющим должника ФИО7, кандидатура которого предложена саморегулируемой организацией Ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

ФИО2 в апелляционной  жалобе указывает, что суд первой инстанции нарушил порядок утверждения нового конкурсного управляющего должника, лишив конкурсных кредиторов права выбора кандидатуры арбитражного управляющего, не предоставив саморегулируемой организации, членом которой является ФИО2, возможности предложить кандидатуру арбитражное управляющего.

Между тем пунктом 1 статьи 11 ГК РФ определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.

Согласно части 1 статьи 2 АПК РФ основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно части 4 статьи 4 АПК РФ обращение в арбитражный суд осуществляется в том числе, в форме апелляционной жалобы при обращении в арбитражный апелляционный суд.

Исходя из названных норм права, подача апелляционной жалобы для ее подателя является одной из форм обращения за защитой нарушенных прав и законных интересов.

Таким образом, по смыслу действующего арбитражного процессуального законодательства удовлетворение апелляционной жалобы возможно только в том случае, если оно ведет к восстановлению или защите нарушенных прав и законных интересов подателя жалобы.

В то же время в настоящем случае оснований считать, что утверждение судом первой инстанции конкурсным управляющим ЗАО «Чкалова 7» ФИО7 (равно как какого-либо иного лица) каким-либо образом затрагивает права и законные интересы отстраненной от исполнения соответствующих обязанностей в рамках настоящего дела ФИО2, а тем более нарушает их, не имеется.

При этом ни конкурсные кредиторы, ни иные участвующие в деле лица, доводы о несоблюдении судом первой инстанции порядка утверждения нового конкурсного управляющего ЗАО «Чкалова 7», о нарушении их прав и законных интересов (в том числе связанных с выражением своей воли на утверждение управляющим какого-либо конкретного лица) утверждением в качестве такового ФИО7 в суде апелляционной инстанции не заявляли.

Как следует из дела, ФИО7 состоит в иной, чем заинтересованная по отношению к мажоритарному конкурсному кредитору и заявителю по настоящему делу ФИО2, саморегулируемой организации арбитражных управляющих, что соответствует целям утверждения в настоящем деле нового конкурсного управляющего, в независимости и беспристрастности которого не должно быть никаких сомнений.

Судом первой инстанции правильно установлено, что оснований считать кандидатуру ФИО7 не соответствующей требованиям статей 20 и 20.2 Закона о банкротстве не имеется.

Из материалов дела наличие препятствий для утверждения ФИО7 конкурсным управляющим ЗАО «Чкалова 7» не следует.

В связи с этим суд апелляционной инстанции отклоняет доводы заявителя апелляционной жалобы в соответствующей части.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 01 февраля 2022 года по делу № А75-2494/2018 (судья В.А. Бетхер), вынесенное по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ореол» (Д.У. ЗПИФ недвижимости «Югра») об отстранении конкурсного управляющего ФИО2 от исполнения возложенных на нее обязанностей,  а также вопроса о завершении процедуры конкурсного производства, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Чкалова 7» (ОГРН 

<

***> от 18.10.2011, ИНН 

<

***>, место нахождения: 628002, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-2456/2022) конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

Е.А. Горбунова

 В.А. Зюков