ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, 

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А25-846/2018

г. Ессентуки

13 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2023 года. 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении  протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при  участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего АКБ  «МОСУРАЛБАНК» (АО) – ГК «АСВ» – ФИО2 (доверенность от 22.03.2021), в  отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте  судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на  официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АКБ «МОСУРАЛБАНК»  (АО) – ГК «АСВ» на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики  от 21.12.2022 по делу № А25-846/2018, принятое по заявлению конкурсного  управляющего публичного акционерного общества «Вологодская сбытовая компания»  ФИО3 к Московско-Уральскому акционерному коммерческому банку  (акционерному обществу) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании сделки  недействительной и о применении последствий недействительности сделки (платежи на  сумму 3 804 271, 56 руб. уточненные требования), третьи лица, не заявляющие  самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество  «Межрегионсоюзэнерго» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), акционерное  общество «ФинЭнергоИвест» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), акционерное  общество «Роскоммунэнерго» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), акционерное  

общество «Хакасэнергосбыт» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного  акционерного общества «Вологодская сбытовая компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

решением суда от 19.11.2019 публичное акционерное общество «Вологодская сбытовая  компания» (далее – должник, ПАО «ВСК») признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден  ФИО3  

 Конкурсный управляющий должника ФИО3 обратился в суд с заявлением  к Московско-Уральскому акционерному коммерческому банку (акционерному обществу)  (далее – ответчик, банк, Мосуралбанк, кредитная организация) о признании  недействительными сделками банковских операций по перечислению ответчику  денежных средств в размере 319 627 618 руб. 45 коп. В качестве последствий  недействительности сделок заявлено требование о взыскании с ответчика в конкурсную  массу денежных средств в указанном размере.  

 Определением суда от 20.01.2022 требования конкурсного управляющего о  признании недействительной сделкой платежа, совершенного в пользу ответчика  28.03.2018 с назначением «Погашение просроч ссудной задолж,ти по Кред.дог. № 2602 от  18.03.2011г.в соотв.с Дог.пор,ва № 2602/П/П2 от 16.12.2013г. во исполнение обяз, в по  Дог.пор,ва № 2602/П/П1 от 16.12.2013г,Дог.пор,ва № 2602/П от 18.03.2011г», выделены в  отдельное производство, обособленному спору присвоен номер № А25-846-735/2018.  

 В рамках настоящего обособленного спора подлежат рассмотрению требования  конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой платежа от 28.03.2018  на сумму 3 736 000 руб., совершенного в пользу Мосуралбанка в счет исполнения  обязательств по исполнению обязательств по договору поручительства № 

<

***>/П от  11.11.2014.  

 К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерные  общества «Межрегионсоюзэнерго», «ФинЭнергоИнвест», «Роскоммунэнерго»,  «Хакасэнергосбыт», ФИО4.  

В ходе рассмотрения обособленного спора конкурсный управляющий ФИО3 уточнил заявленные требования, просил признать недействительными платежи на  сумму 3 804 271 руб. 56 коп.  

 Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21.12.2022  заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признана недействительной  сделкой – платежи на общую сумму 3 804 271, 56 руб., совершенные публичным  акционерным обществом «Вологодская сбытовая компания» в пользу Московско-Уральского акционерного коммерческого банка (акционерного общества) по договору  поручительства № 

<

***>/П/П2 от 11.11.2014. Применены последствия недействительности  сделки, взысканы с акционерного общества Московско-Уральского акционерного  коммерческого банка в пользу публичного акционерного общества «Вологодская  сбытовая компания» денежные средства в размере 3 804 271 руб. 56 коп. Судебный акт  мотивирован наличием оснований для признания оспариваемого перечисления  недействительной сделкой.  

 Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Московско-Уральский  акционерный коммерческий банк в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» обратился  в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил  определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.  Апеллянт ссылается на то, что сделки совершены в рамках обычной хозяйственной  деятельности, что исключает возможность в признании оспариваемого платежа  недействительным. Кроме того, обращает внимание суда на тот факт, что должник  приобрел право требования в порядке регресса к ФИО4 и АО  «ФинЭнергоИнвест».  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего АКБ  «МОСУРАЛБАНК» (АО) – ГК «АСВ» поддержал доводы, изложенные в апелляционной  жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу –  удовлетворить.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании  не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.  

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом  размещена 17.01.2023 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»  

http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав  представителя лица, участвующего в настоящем обособленном споре и проверив  законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный  апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Карачаево- Черкесской Республики от 21.12.2022 по делу № А25-846/2018 подлежит оставлению без  изменения, исходя из следующего.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  11.11.2014 между Мосуралбанком (кредитная организация) и ФИО4  заключен кредитный договор № 

<

***>. По условиям кредитного договора, заемщику  (ФИО4) предоставляется кредит в размере 11 600 000 рублей под 16 %  годовых, со сроком возврата заемных денежных средств не позднее 30.09.2019.  

Пункт 10 кредитного договора не предусматривает обязанности заемщика по  предоставлению обеспечения исполнения обязательств.  

Приложением № 1 к кредитному договору № 

<

***> установлен график погашения  задолженности. Исполнение обязательств ФИО4 осуществляется равными  аннуитетными ежемесячными платежами – по 196 600 руб. (за исключением последнего  платежа за сентябрь 2019 года, размер которого определен сторонами в сумме 197 200  руб.).  

По условиям заключенного кредитного договора, у банка возникает право на  досрочное взыскание суммы кредита, процентов по кредиту и неустоек: - при  невыполнении заемщиком обязательств свыше 30 календарных дней обязанности по  страхованию, предусмотренной пунктом 9 Индивидуальных условий договора  потребительского кредита; -в случае нарушения заемщиком предусмотренной пунктом 11  Индивидуальных условий договора потребительского кредита обязанности целевого  использования потребительского кредита; - в случае нарушения заемщиком условий  договора потребительского кредита в отношении сроков возврата сумм основного долга  или уплаты процентов продолжительностью более чем 60 календарных дней в течение  последних ста восьмидесяти календарных дней; - при образовании необеспеченной  задолженности.  

О досрочном востребовании задолженности по кредитному договору заемщик  должен быть уведомлен в письменной форме. При этом срок исполнения всех денежных  

обязательств заемщика наступает через десять дней после даты отправления такого  уведомления, а в случае неисполнения заемщиком требований банка о досрочном  исполнении обязательств, у кредитной организации возникает право обращения  взыскания на заложенное имущество, а также принадлежащие заемщику денежные  средства и иное имущество.  

11.11.2014 между акционерным обществом «Межрегионсоюзэнерго» (далее – АО  «Межрегионсоюзэнерго») и кредитной организацией был подписан договор  поручительства № 

<

***>/П, в соответствии с условиями которого АО  «Межрегионсоюзэнерго» приняло на себя обязательство отвечать перед Мосуралбанком  по обязательствам ФИО4 возвратить сумму полученного кредита и уплатить  проценты по ставке 16% годовых, возникшим из кредитного договора от 11.01.2014 №  

<

***>.  

11.11.2014 между АКБ «Мосуралабнк» (АО) и акционерным обществом  «ФинЭнергоИнвест» был подписан договор поручительства № 

<

***>/П/П1, в соответствии  с условиями которого указанное общество приняло на себя обязательство отвечать перед  банком за надлежащее исполнение АО «Межрегионсоюзэнерго» своих обязательств перед  кредитной организацией, возникших из договора поручительства от 11.11.2014 № 

<

***>/П,  заключенного в обеспечение выполнения обязательств ФИО4, возникших из  кредитного договора № 

<

***> от 11.11.2014.  

В тот же день, 11.11.2014 аналогичные договоры поручительства были подписаны  между кредитной организацией и акционерными обществами «Роскоммунэнерго» (далее –  АО «РКЭ») и «Хакасэнергосбыт» (далее – общество ХЭС). В соответствии с условиями  договора поручительства № 

<

***>/П/П3, АО «РКЭ» приняло на себя обязательство отвечать  за АО «ФинЭнергоИнвест» по обязательствам последнего, возникшим из договора  поручительства № 

<

***>/П/П1 перед Мосуралбанком. Аналогичные обязательства приняло  на себя общество ХЭС в соответствии с условиями договора поручительства от 11.11.2014   № 

<

***>/П/П4.  

Кроме того, в тот же день, между кредитной организацией и должником был  подписан договор поручительства № 

<

***>/П/П2, по условиям которого должник принял  на себя обязательство отвечать перед кредитной организацией по обязательствам АО  «ФинЭнергоИнвест», возникшим из договора поручительства от 11.11.2014 № 

<

***>/П/П1.  22.03.2018 банком на просрочку внесена оставшаяся задолженность по кредиту в сумме 3  376 000 руб., согласно распоряжения кредитного управления от 22.03.2018.  

28.03.2018 кредитная организация, со ссылкой на договор поручительства №  

<

***>/П/П2 произвела списание в безакцептном порядке с расчетного счета должника  денежных средств в совокупном размере 3 804 271 руб. 56 коп., на основании четырех  транзакций.  

Как указано в справке банка от 14.02.2022 исх. № 90к/31820, списанные с  расчетного счета должника денежные средства были администрированы банком в  соответствии с назначениями платежа, указанными при их списании и направлены на  исполнение соответствующих обязательств по кредитному договору № 

<

***> от  11.11.2014.  

Факт списания денежных средств с расчетного счета должника подтверждается  представленными в материалы дела банковскими выписками по расчетному счету  должника, по ссудному счету, открытому в связи с предоставлением кредита по договору   № 

<

***> от 11.11.2014 и банковскими ордерами.  

Посчитав, что сделка по списанию с расчетного счета должника денежных  средств в размере 3 804 271 руб. 56 коп. на основании банковских ордеров обладают  признаками недействительности, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд  с настоящим требованием.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно  исходил из следующего.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве закреплено, что сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого  Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и  

обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным  законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным  законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством  Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а  также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных  органов государственной власти.  

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности,  оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в  том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору,  передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия,  направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации,  предоставление отступного и т.п.).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за  собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в  отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих  условий:  

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или  третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой  сделки;  

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения  требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой  сделки;  

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок  исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при  наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;  

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть  оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований,  существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае  расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством  Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

Сделка, указанная в пункте 1 цитируемой статьи, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным  

судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до  принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2).  

Из разъяснений пункта 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с  применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует,  что если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о  признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом  заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о  банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в  пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных  пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Так производство по делу о банкротстве возбуждено 23.04.2018, оспариваемые  перечисления совершены 28.03.2018, т.е. в период подозрительности установленный  частью 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

Следовательно, для признания указанного перечисления недействительной  сделкой необходимо доказать только факт предпочтительного удовлетворения требований  ответчика перед требованиями других кредиторов должника.  

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по  специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и  3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения  даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности  (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания  недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной.  

В отношении преференциальной сделки подобная временная грань, влияющая на  необходимость изучения судом вопроса осведомленности контрагента о кризисном  экономическом положении должника, и некоторые юридически значимые обстоятельства,  более приближена к дате принятия заявления о признании банкротом.  

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве дата  совершения спорной сделки сопоставляется с датой, предшествующей на один месяц дате  принятия заявления о признании банкротом (равно при совершении сделки после этой  даты), что предполагает упрощенное доказывание недействительности сделки.  

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1  настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана  

арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия,  предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если  установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая  сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества  либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Закона о банкротстве" разъяснено, что при решении вопроса о том, должен ли был  кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он  мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов,  свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств  дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой  об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный  срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по  банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том,  что должник подал заявление о признании себя банкротом.  

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание  предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 постановления № 63).  

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по  отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом  от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником,  а также лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О  конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках"  аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать  влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих  предпринимательскую деятельность.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными  лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:  

-руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган  управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные  

лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения  производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации  финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо,  имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника;  

-лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;  

-лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в  соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических  лиц.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017  N 306-ЭС 16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в  частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие),  но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу статьи 4 Закона РСФСР от  22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на  товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях,  когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние  на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

ПАО "ВСК" входит в одну группу компаний "Межрегионсоюзэнерго" (МРСЭН),  которая включает пять энергосбытовых компаний: ПАО "Архэнергосбыт", АО  "Роскоммунэнерго", АО "Хакасэнергосбыт" (, ПАО "Челябэнергосбыт", учрежденную ими  управляющую компанию - АО "МРСЭН", иные компании, а также АКБ "Мосуралбанк"  (АО), являющийся финансовым центром группы.  

В соответствии с договором № 2 от 01.01.2011 о передаче полномочий  единоличного исполнительного органа, заключенным между АО "МРСЭН" и должником,  АО "МРСЭН" осуществляло функции управляющей компании должника. В свою очередь,  на момент образования АО "МРСЭН", должник являлся его учредителем, владея  девятнадцатипроцентной долей уставного капитала. Данные обстоятельства  подтверждаются выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц в  отношении общества "Межрегионсоюзэнерго", представленной в материалы настоящего  обособленного спора.  

Данные обстоятельства неоднократно исследовались судом в рамках дела о  банкротстве ПАО "ВСК" и им была дана надлежащая правовая оценка.  

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 24.02.2022 по  делу А25-846-387/2018 также установлена высокая степень вовлеченности ФИО4 в бизнес-процессы холдинговой группы МРСЭН, в состав которой входили должник,  Мосуралбанк, общество ХЭС, АО «Межрегионсоюзэнерго», АО «РКЭ» и иные  юридические лица.  

С учетом изложенного, факт аффилированности подтвержден материалами дела.  

При таких обстоятельствах, данные платежи совершены должником в пользу  аффилированной к нему кредитной организации, входившей с должником в единую  экономическую группу (что также неоднократно было установлено судом при  рассмотрении дела о банкротстве должника), направлены на досрочное удовлетворение  требований отдельного кредитора, и такому кредитору оказано большее предпочтение в  отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой  сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в  соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности  (банкротстве).  

Последующие действия вовлеченных сторон (Мосуралбанк и общество РКБ,  также входивших в одну группу компаний с должником) были направлены на  установление обременения активов залогом в пользу аффилированного лица, с  использованием обладающего признаками притворности кредитного договора № 

<

***> от  11.11.2014, путем заключения между заинтересованными лицами договора уступки права  требования, что должно являться предметом самостоятельной оценки судов в случае  оспаривания обеспечительной сделки.  

Оценив указанный кредитный договор, суд исходит из того, что его заключение  на согласованных сторонами условиях обычным участникам рынка было бы недоступно.  

Так, кредитный договор был заключен без обеспечения исполнения обязательств,  а банк мог потребовать обеспечение по кредиту на сумму не менее остатка ссудной  задолженности, только в случае увольнения заемщика из ЗАО «МРСЭН».  

Какие-либо разумные экономические мотивы предоставления компаниями  холдинга МРСЭН обеспечения выполнения обязательств одного из сотрудников холдинга  перед кредитной организацией, также входящей в состав холдинга, а следовательно, для  увеличения собственных обязательств компаний на сумму предоставленных  поручительств, перед судом не раскрыты.  

Подобное поведение могло быть связано только с существовавшей  заинтересованностью между должником, ФИО4 и кредитной организацией,  а также реализацией намерений лиц, контролировавших деятельность всей холдинговой  группы, на предоставление ФИО4 дополнительного материального  стимулирования и поощрений иного свойства.  

Кроме того, суд отмечает, что согласно представленных в материалы  обособленного спора выписок о движении денежных средств по расчетным счетам  должника следует, что в течение непродолжительного времени (нескольких рабочих дней)  с должника в безакцептом порядке списаны в пользу Мосуралбанка денежные средства в  размере, превышающем 310 миллионов рублей в счет исполнения обязательств  заемщиков физических лиц, со схожими назначениями платежа.  

Так, в соответствии с решением Наблюдательного совета Ассоциации «НП Совет  рынка» от 23.03.2018 № 7/2018 должник был лишен статуса субъекта оптового рынка  электрической энергии и мощности и исключен из реестра субъектов оптового рынка, в  связи с чем приказом Министерства энергетики от 23.03.2018 № 178 статус  гарантирующего поставщика в отношении зоны деятельности должника с 01.04.2018 был  присвоен территориальной сетевой компании.  

Списание денежных средств в значительном размере, осуществлялось 28-29 марта  2018 года, то есть в условиях, когда лицам, контролирующим деятельность всего  холдинга, было очевидно известно о прекращении деятельности должника в качестве  гарантирующего поставщика.  

Из представленных банковских выписок видно, что заемщиком своевременно  вносились платежи по кредиту, 28.02.2022 ФИО4 внесен платеж в  соответствии графиком погашения кредита и уплачены проценты за пользование  кредитом. Поскольку ФИО4 надлежащим образом исполнялись  обязательства по возврату кредит, то у банка отсутствовали основания для внесения  записи 22.03.2018 на просрочку задолженности по кредиту в сумме 3 736 000 руб.  

В обосновании внесения записи стороны ссылаются на распоряжение кредитного  управления от 22.03.2018, которое в материалы настоящего обособленно спора не  представлено, что не представляет возможным установить обоснованность перечисления.  

Сама по себе схема, при которой вовлеченными лицами был искусственно  сокращен срок исполнения обязательств по кредитному договору без установленных на то  условиями обязательства оснований, и требование о досрочном исполнении обязательств  было незамедлительно, в обход предусмотренной условиями договора процедуры,  

предъявлено к поручителю (должнику) без истребования кредита у основного заемщика,  оценивается судом в качестве недобросовестного поведения, преследующего цель изъятие  денежных средств энергосбытовой компании в пользу аффилированной кредитной  организации, в условиях, когда вся группа МРСЭН испытывала очевидный кризис  ликвидности и имелось существенное снижение объема выручки группы от сокращения  основной деятельности входящих в ее состав энергосбытовых компаний.  

Соглашение могло быть фактически составлено и инициировано именно в  указанных выше противоправных целях перераспределения значительного объема  собственной ликвидности должника в пользу аффилированной кредитной организации, то  есть в целях ее до капитализации в нарушение установленных законом процедур и  непосредственно после появления информации о прекращении у должника статуса  гарантирующего поставщика на территории Вологодской области.  

С учетом изложенного, из анализа выписок по расчетным счетам должника  следует, что в пользу Мосуралбанка были перераспределены собственные денежные  средства должника, полученные им в качестве выручки от оплаты потребителями  электрической энергии и переброшенные на отдельный расчетный счет, с которого и  происходили списания денежных средств в пользу ответчика, в том числе, по  оспариваемой сделке.  

Также суд считает необходимым указать, что на дату совершения оспариваемых  платежей должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем заинтересованное  лицо не могло не знать.  

Следовательно, в результате совершения оспариваемой сделки 28.03.2018 были  фактически исполнены обязательства, возникшие у должника в 2014 году (с момента  заключения договора поручительства), тогда как обеспеченное обязательство возникло у  основного заемщика по кредитному договору в 2014 году, в связи с чем, в данном случае  кредитору оказано предпочтение перед иными кредиторами. С учетом изложенного, суд  первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что спариваемыми  перечислениями ответчику оказано предпочтение перед иными кредиторами.  Доказательств обратного не представлено.  

Таким образом, конкурсным управляющим доказана вся совокупность  обстоятельств, входящих в предмет доказывания для целей признания сделок  недействительными по признакам недействительности, установленным положениями  статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

Кроме того, суд первой инстанции, оценивая поведение сторон, связанное с  заключением цепочки сделок по предоставлению поручительства во исполнение  обязательств по кредитному договору и их последующему исполнению, исходил из того,  что указанная сделка является притворной сделкой, прикрывающей фактические действия  по докапитализации зависимого банка, в силу чего, такая сделка также является  ничтожной применительно к положениям статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Выработанная схема выстраивания правоотношений, при которых  предоставившие финансирование в счет удовлетворения требований банка  энергосбытовые компании – участники холдинга МРСЭН, формально поручались не за  основного заемщика, а за промежуточных поручителей, была направлена на фактический  обход закона, в целях нивелирования возможности предъявления регрессного требования  компанией, за счет выручки которой произведено исполнение обязательств перед  кредитной организацией, к основному заемщику, входившему в состав высшего  управленческого звена холдинговой группы.  

С учетом изложенного, судом первой инстанции обоснованно удовлетворены  заявленные требования управляющего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением  тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее  совершения.  

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том  числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было  передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения  обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной  недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную  массу.  

В силу указанной нормы права, суд первой инстанции обосновано применил  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную  массу должника 3 804 271 руб. 56 коп.  

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой  инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Довод апеллянта о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность  обязательств, необходимых для признания сделки недействительной, судом  апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в данном случае управляющим доказан  вся совокупность обстоятельств для признания оспариваемых платежей  недействительными, поскольку на момент совершения оспариваемых перечислений у  должника имелась задолженность перед кредиторами, стороны являются  аффилированными по отношению друг к другу. Следовательно, оспариваемыми  перечислениями ответчику оказано предпочтение перед иными кредиторами.  

Довод жалобы о необходимости применения к рассматриваемым  правоотношениям принципа "эстоппель", закрепленного в пункте 5 статьи 166 ГК РФ,  отклоняется апелляционной коллегией судей на основании следующего.  

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не  имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо  действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки  давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.  

Данная норма говорит о невозможности заявления о недействительности сделки  непосредственно заключившей ее стороной.  

Оспоренные в рамках настоящего обособленного спора сделки совершены до  признания ПАО "Вологдаэнергосбыт" несостоятельным (банкротом) и утверждении  конкурсного управляющего. Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий  не выражал волеизъявления на заключение оспариваемых сделок, а также на выплату в  завышенном размере вознаграждения за исполнение стандартной трудовой функции  юристом.  

Таким образом, принцип "эстоппель", установленный пунктом 5 статьи 166 ГК  РФ, в рассматриваемой ситуации не применим, в связи с тем, что оспаривающее сделки  лицо - конкурсный управляющий, в процессуальном смысле не идентичное должнику  лицо, не выражал волеизъявления на заключение сделок и не принимал исполнения по  ним.  

Оспаривание сделок по специальным основаниям, предусмотренным Законом о  банкротстве, направлено на защиту прав кредиторов должника - лиц, не являющихся  сторонами спорных правоотношений и не заявляющих о действительности сделки.  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  РФ от 08.02.2018 N 305-ЭС17-15339 по делу N А40-176343/2016 указано, что положения  пункта 5 статьи 166 ГК РФ, не дозволяющие оспаривать сделку ее стороне, которая давала  другим лицам, основание полагаться на действительность сделки, не применяются к  требованиям о признании недействительными сделок по специальным основаниям,  предусмотренным законодательством о несостоятельности. Данные специальные  основания недействительности сделок направлены на защиту не столько интересов  частноправового субъекта, являющегося стороной сделки, сколько на защиту его  кредиторов (третьих лиц, не являющихся сторонами спорных правоотношений и не  делавших каких-либо заявлений о действительности сделки)".  

Таким образом, довод апеллянта о необходимости применения к  рассматриваемым правоотношениям принципа "эстоппель", закрепленного в пункте 5  статьи 166 ГК РФ является несостоятельным.  

Довод апеллянта о том, что должник приобрел право требования в порядке  регресса к ФИО4 и АО «ФинЭнергоИнвест», судом апелляционной  инстанции отклоняется, поскольку решением Симоновского районного суда города  Москвы от 13.04.2022 в удовлетворении исковых требований ПАО «ВСК» к ФИО4 отказано, в связи с чем, конкурсный управляющий не имеет иных возможностей  восстановления конкурсной массы должника, кроме предъявления требований о  признании недействительными сделок должника и последующего применения  последствий их недействительности.  

Довод о том, что рассмотрение настоящих требований направлено только на  защиту прав должника, без предоставления соответствующих прав кредиторам, судом  апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в силу норм статей 8 и 9 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, стороны пользуются равными правами.  Следовательно, при оспаривании сделки стороны несут равные процессуальные права и  обязанности и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими  процессуальных действий.  

Ссылка апеллянта на то, что вывод суда о недоказанности совершения сделок в  рамках обычной хозяйственной деятельности не соответствует фактическим  обстоятельствам спора, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку  доказательств совершения оспариваемых перечислений в рамках обычной хозяйственной  деятельности как в суд первой, так и в суд апелляционной инстанции не представлено.  

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки  по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в  рамках обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть  оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального  закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным  сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент  стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности  должника за последний отчетный период.  

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016  N 310-ЭС15-12396, к сделкам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.4 Закона о  банкротстве, не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств,  свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, то  есть о его осведомленности о факте неплатежеспособности (недостаточности средств)  должника.  

Спорная сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника в  отношении аффилированного лица, в связи с чем, данное лицо презюмируется  осведомленным о соответствующем финансовом состоянии должника, что исключает  возможность в признании оспариваемой сделки совершенной в рамках обычной  хозяйственной деятельности.  

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить  основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают  сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и  обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки  фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда  апелляционной инстанции не имеется.  

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы  апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в  обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены  нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не  подлежит удовлетворению.  

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм  материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в  связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся  безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не  допущено.  

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о  банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для  оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации).  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на  апеллянта, но взысканию не подлежит, поскольку уплачена при подачи жалобы в суд.  

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный  апелляционный суд,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 21.12.2022 по делу   № А25-846/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий З.А. Бейтуганов 

Судьи Д.А. Белов 

Н.Н. Годило