ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-6536/2021

10 сентября 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     02 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 сентября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Сотова И.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Беляевой Д.С.

при участии:  согласно протоколу судебного заседания от 02.09.2024

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  )  ФИО1 на определение Арбитражного суда  Мурманской области от 14.02.2023                               по делу  № А42-6536/2021/-8 (судья Гоман М.В.), принятое по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «МурманОблСтрой», 

 

установил:

определением суда от 16.08.2021 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Кольский Фарватер» (далее – конкурсный кредитор) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МурманОблСтрой» (далее – должник). 

Определением суда от 13.10.2021 заявление конкурного кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность». 

Решением от 07.04.2022 (резолютивная часть от 31.03.2022) должник признан банкротом, в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2. Сообщение временного управляющего о введении в отношении должника конкурсного производства опубликовано в официальном органе – «Коммерсантъ» №62(7263) от 09.04.2022 на странице 157 за номером публикации № 77033940122. 

02.06.2022 ФИО1 обратилась в суд с заявлением (требованием) о признании кредитором и включении требования на сумму 6 670 594,82 руб. основного долга в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 14.02.2023 суд отказал в удовлетворении заявления.

Кредитор не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции не учтено, что ответчик, должник, а также ООО «Артис» не являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, при этом, первичная документация представлена в материалы дела и подтверждает заявленные требования. Также ответчик обращал внимание на то, что в бухгалтерском учете  должника отражена задолженность перед ООО «Артис».

Определением от 29.05.2023 апелляционный суд отложил судебное заседание на 26.06.2023  предложил конкурсному управляющему представить письменные пояснения относительно сдачи  должником работ по муниципальным контрактам, во исполнение которых были заключены спорные договоры субподряда с ООО «АРТИС»; в случае сдачи работ муниципальному заказчику, пояснить чьими силами были выполнены работ с учетом оспаривания факта их выполнения  ООО «АРТИС».

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.10.2023, отменено определение суда первой инстанции от 14.02.2023; требования ФИО1 в заявленном размере включены в третью очередь реестра.

Определением от 03.06.2024 Верховный Суд Российской Федерации постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.10.2023 по делу N А42-6536/2021 отменил. Обособленный спор направил на новое рассмотрение в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением от 24.06.2024 апелляционный суд назначил судебное заседание на 02.09.2024.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 доводы жалобы поддержал с учетом письменных пояснений.

Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения жалобы.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, указанная в заявлении (требовании) задолженность ООО «МурманОблСтрой» в общей сумме 6 670 594,82 руб. (основной долг) образовалась в результате ненадлежащего исполнения должником, как Генподрядчиком, обязательств по оплате работ, выполненных по договорам субподряда от 03.07.2017, от 05.07.2017, от 07.07.2017, от 12.09.2017, от 13.09.2017, заключенным с ООО «Артис».

Право требования указанной задолженности впоследствии передано ФИО1 на основании договора №Ц/01/2020 об уступке прав требования (цессии) от 14.08.2020.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Артис» прекратило деятельность 14.07.2022.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление не подлежащим удовлетворению, установив отсутствие достаточных объективных доказательств для признания рассматриваемого заявления (требования) обоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) (далее - Закон о банкротстве) установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

Согласно пунктам 4 и 5 статьи 100 Закона о банкротстве и разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно нормам статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио - видеозаписи, иные документы и материалы.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Необходимость учета вышеперечисленных обстоятельств при проверке обоснованности требования кредитора направлена, прежде всего, на защиту прав и законных интересов других кредиторов, требования которых признаны обоснованными на основании достоверных доказательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 N 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов.

При рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий стандарт доказывания, в соответствии с которым заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и его приемка заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Статьей 746 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и порядке, которые установлены законом и договором. Предъявляя требование об оплате выполненных работ, подрядчик обязан доказать факт выполнения работ и их стоимость.

Требование заявителя основано на договорах субподряда от 03.07.2017, от 05.07.2017, от 07.07.2017, от 12.09.2017, от 13.09.2017 и дополнительных соглашений к указанным договорам.

В материалы дела заявителем были представлены копии договора об уступке прав требования от 14.08.2020; договоров субподряда от 03.07.2017, от 05.07.2017, от 07.07.2017, от 12.09.2017, от 13.09.2017,дополнительных соглашений к указанным договорам, актов выполненных работ, локальных смет, счетов – фактур, справок о стоимости выполненных работ и затрат, актов о приемке выполненных работ, актов сверки и др.

Таким образом, кредитор основывал свое требования по представленной первичной документации.

Вместе с тем, Верховный суд Российской Федерации, отменяя судебные акты суда апелляционной и кассационной инстанции, указал следующее.

Разумные возражения конкурсных кредитора и управляющего должником относительно реальности субподрядных отношений с обществом «Артис», заявленные со ссылкой на наличие у субподрядчика признаков «фирмы-однодневки», отсутствие в открытых источниках информации о привлечении общества «Артис» при исполнении должником муниципальных контрактов, длительный период непредъявления им требований к должнику, отсутствие бухгалтерской и налоговой отчетности, по сути, не опровергнуты лицом, которое данные требования предъявило.

Толкуя противоречия в пользу позиции ФИО1, апелляционный суд указал на невозможность предоставления доказательств реальности субподрядных отношений ввиду ликвидации общества «Артис» и отсутствия признаков аффилированности ФИО1 к сторонам договора субподряда. 

Однако факт исключения контрагента должника из единого государственного реестра юридических лиц или уступка прав третьему лицу не являются обстоятельствами, изменяющим процесс доказывания при рассмотрении подобных споров. 

Выводы апелляционного суда об отсутствии возможности предоставления документов, выходящих за рамки переданных по акту приёма-передачи при заключении цессии, опровергнуты самой ФИО1, предоставившей документацию, которая в названный список не входила и обычно бывает недоступна независимым лицам (переписка между должником и обществом «Артис» и прочее). 

Представление ФИО1 доказательств, указывающих об оплате по договору цессии аффилированным с должником лицом – обществом с ограниченной ответственностью «База», подконтрольным бывшему руководителю и участникам должника, а также не раскрытие мотивов, побудивших её приобрести спорные требования, как раз являются теми косвенными доказательствами, которые должны были вызвать у суда разумные сомнения в независимости ФИО1, без устранения которых невозможно надлежащее распределение бремени доказывания при разрешении подобного спора.

Поскольку целью судебной проверки является недопущение включения к должнику-банкроту необоснованных требований, то все обоснованные сомнения должны трактоваться в пользу должника и его независимых кредиторов. Отсутствие доказательств реальности требований не может трактоваться в пользу заявителя требований.

Согласно части 4 статьи 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, в том числе на толкование закона, изложенные в определении об отмене судебного акта, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего дело.

При новом рассмотрении дела, апелляционным судом установлено, что между кредитором и обществом «Артис» отсутствуют  формально-юридические признаки аффилированности.

Однако на существование фактической аффилированности ссылался конкурсный управляющий в обоснование своих возражений против требования кредитора.

Действительно, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение юридической связанности, но и фактической, наличие которой имеет место тогда, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475). 

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), о наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

ФИО1 не обоснована экономическая выгода, как физического лица, в приобретении права требования к должнику у общества «Артис», с учетом того, что данное общество отвечает признаками «фирмы-однодневки» в частности: оно  зарегистрировано в 2016 году, по данным представленным ИФНС России № 16 по г. Москве бухгалтерская отчетность не сдавалась за 2017, 2018, 2019; книги продаж отсутствуют, поскольку налоговые декларации ООО «Артис» по налогу на добавленную стоимость за указанный период «нулевые».

Из материалов дела также следует, что ФИО1 является заинтересованным лицом и по отношению к должнику, поскольку оплата по договору цессии была совершена аффилированным с должником лицом – обществом с ограниченной ответственностью «База», подконтрольным бывшему руководителю и участникам должника.

Из координации действий вышеназванных лиц следует, что подача настоящего заявления подчинена единой цели: сохранения контроля над процедурой банкротства аффилированным кредитором, с целью распределения денежных средств которые будут поступать в конкурсную массу должника, в обход возможности погашения обязательств перед иными кредиторами, а также с целью лишить остальных независимых кредиторов возможности распределения денежных средств.

По правилам пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием (абзац первый пункта 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При уступке цедентом уступаемое требование должно существовать в момент уступки (абзац второй пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных правовых норм передача несуществующего права не порождает у цессионария права требования к должнику.

Следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к требованию обычного кредитора в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В материалы дела не представлено доказательств реального выполнения ООО «Артис» работ по договорам субподряда.

При этом, с учетом наличия фактической аффилированности ООО «Артис»  с  кредитором, последнему не составляло труда представить доказательства, свидетельствующие о том, что именно ООО «Артис»   выполняло работы, оплата за которые предъявлена в настоящем деле.

Так, как верно указал суд первой инстанции, в материалах дела отсутствуют доказательства, которыми должен располагать добросовестный участник гражданского оборота, выполнявший субподрядные работы, в том числе его правопреемник по обязательству, требующие привлечения значительного количества работников, приобретения строительных материалов (в частности, товарные накладные, иные документы, подтверждающие покупку материалов, необходимых для проведения спорных работ на объекте должника, журналы учета выполненных работ (формы КС-6, КС-6а), штатное расписание, табели учета рабочего времени, прочие.

Таким образом,  единственной целью предъявления данных требований было злоупотребление правом со стороны заявителя для контроля над процедурой, что следует из фактических обстоятельств дела, а также поведения кредитора. В частности, заявителем не были представлены доказательства, обосновывающие необращение ООО «Артис» с требованиями к должнику на протяжении длительного промежутка времени, неуведомление должника о состоявшейся уступке права требования; не раскрыты все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделок, экономическая целесообразность в заключении договора цессии также не пояснена; не устранены все разумные сомнения относительно природы взаимоотношений сторон, как по субподряду, так и по цессии; не были представлены доказательства, которые подтверждали бы возможность ООО «Артис»   выполнить работы по договорам субподряда.

Приняв во внимание отсутствие в материалах дела достоверных и надлежащих доказательств, подтверждающих наличие на стороне должника задолженности перед кредитором, суд первой инстанции  обоснованно не признал за кредитором право на включение его требования в реестр требований кредиторов должника.

Доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  Мурманской области  от 14.02.2023 по делу №  А42-6536/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

И.В. Сотов

 И.В. Юрков