АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-13770/2021

Дело № А65-27283/2017

г. Казань

27 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Васильева П.П., Егоровой М.В.,

при участии представителей:

финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 – ФИО3, доверенность от 25.07.2022,

ФИО4 - представитель ФИО5 по доверенности от 22.12.2021, 

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 

по делу № А65-27283/2017

по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности (вх. 34710), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.09.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – ФИО1, должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.03.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными сделками договоров купли-продажи земельного участка и применении последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2021 заявление удовлетворено частично. 

Признан недействительным договор купли-продажи от 11.01.2017 земельного участка, кадастровый номер 12:06:6001009:515, общей площадью 1030 кв. м, разрешенное использование: для жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, находящегося по адресу: 

<

...> заключенный между ФИО1 и ФИО6.

Признан недействительным договор купли-продажи земельного участка от 20.03.2018, кадастровый номер 12:06:6001009:515, общей площадью 1030 кв. м, разрешенное использование: для жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, находящегося по адресу: 

<

...> заключенный между ФИО6 и ФИО4.

Признан недействительным договор дарения земельного участка от 07.05.2018, кадастровый номер 12:06:6001009:515, общей площадью 1030 кв. м, разрешенное использование: для жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, находящегося по адресу: 

<

...> заключенный между ФИО4 и  ФИО7.

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО7 200 000,00 рублей в конкурсную массу должника.

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 апелляционная жалоба ФИО4 возвращена заявителю в связи с пропуском срока на апелляционное обжалование и отказом в восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 27.12.2021 определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 отменено, вопрос о принятии апелляционной жалобы ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2021 направлен на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022 суд перешел к рассмотрению заявления финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ) для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2021 отменено, заявление удовлетворено частично. 

Признан недействительным договор купли-продажи от 11.01.2017 земельного участка с кадастровым номером 12:06:6001009:515, общей площадью 1030 кв. м, разрешенное использование: для жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, находящегося по адресу: 

<

...> заключенный между ФИО1 и ФИО6 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 200 000,00 руб. В остальной части заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.08.2022 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

При повторном рассмотрении обособленного спора, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2021 отменено, заявление удовлетворено частично. 

Признан недействительным договор купли-продажи от 11.01.2017 земельного участка с кадастровым номером 12:06:6001009:515, общей площадью 1030 кв. м, разрешенное использование: для жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, находящегося по адресу: 

<

...> заключенный между ФИО1 и ФИО6 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 200 000,00 руб. В остальной части заявления отказано.

Финансовый управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2021.

По мнению заявителя кассационной жалобы, судами, в нарушение части 2 статьи 69 АПК РФ не приняты во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом в рамках иного обособленного спора; выводы суда о финансовой возможности ФИО4 совершить оспариваемую сделку не основаны на материалах дела.

В заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего поддержал кассационную жалобу по изложенным в ней доводам.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационной жалобы; представлен отзыв на кассационную жалобу с изложением позиции.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании участников процесса, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов данного обособленного спора, финансовый управляющий ФИО2, с учетом принятых судом первой инстанции уточнений заявленных требований, просила признать недействительными договоры купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 12:06:6001009:515, общей площадью 1030 кв. м, разрешенное использование: для жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, находящегося по адресу: 

<

...> (далее по тексту – земельный участок): договор купли-продажи от 11.01.2017, заключенный между ФИО1 и ФИО6; договор купли продажи от 20.03.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО4; договор дарения от 07.05.2018 заключенный между ФИО4 и ФИО7; договор купли-продажи от 22.03.2019, заключенный между ФИО7 и ФИО8, применить последствия недействительности сделок в виде возврата земельного участка в конкурсную массу должника.

Из обстоятельств данного обособленного спора следует, что 11.01.2017 между ФИО1 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок, определив цену земельного участка в размере 200 000 руб. (пункт 3 договора); исходя из пункта 4 договора, покупатель передал продавцу деньги в сумме 200 000 руб.

20 марта 2018 г. между ФИО6 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил земельный участок, определив цену земельного участка в размере 200 000 руб. (пункт 3 договора); исходя из пункта 4 договора, покупатель передал продавцу деньги в сумме 200 000 руб.

07 мая 2018 г. между ФИО4 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключен договор дарения земельного участка, по условиям которого даритель передал в собственность, а одаряемый принял земельный участок.

22 марта 2019 г. между ФИО7(продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок; цена земельного участка определена сторонами в размере 300 000 руб. Расчет между сторонами произведен до подписания договора (пункт 3 договора); право собственности на спорный земельный участок зарегистрировано за ФИО8 26.03.2019.

В обоснование доводов о недействительности цепочки данных сделок и применении последствий их недействительности, финансовый управляющий ссылалась на нормы пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ; на совершение оспариваемых сделок при наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами, в отсутствие встречного исполнения, сделки привели к отчуждению ликвидного имущества должника.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 возбуждено 01.09.2017, оспариваемые сделки совершены 11.01.2017, 20.03.2018, 07.05.2018, 22.03.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; на момент совершения последующих сделок должник уже был признан несостоятельным (банкротом).

При повторном рассмотрении данного спора апелляционный суд исходил из следующего.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

С учетом принятия заявления о признании должника банкротом к производству суда определением суда от 01.09.2017 и заключением оспариваемых договоров 11.01.2017, 20.03.2018, 07.05.2018 и 22.03.2019, сделки могут быть оценены по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано в пункте 9 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как указано в пункте 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Финансовым управляющим приводились доводы о том, что на дату совершения первой из оспариваемых сделок - договора купли-продажи земельного участка от 11.01.2017 у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами; должник отвечал признаку неплатежеспособности; на дату совершения оспариваемых сделок (11.01.2017, 20.03.2018, 07.05.2018 и 22.03.2019) должник являлся неплатежеспособным, поскольку имел неисполненные денежные обязательства (прекратил расчеты) перед кредиторами, требования которых включены в реестр кредиторов должника; решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.03.2018 (дата оглашения резолютивной части решения 05.03.2018) должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, на момент совершения первой сделки (11.01.2017) должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; на момент совершения последующих сделок (20.03.2018, 07.05.2018 и 22.03.2019) должник уже был признан несостоятельным (банкротом).

Согласно условиям заключенного 11.01.2017 между ФИО1 (продавец) и ФИО6 договора купли-продажи от 11.01.2017, цена земельного участка определена сторонами в размере 200 000 руб. (пункт  3 договора); учитывая, что заявителем доводы о несоответствии цены сделки рыночным условиям не приводились, оснований для оценки сделки, как совершенной с неравноценным встречным исполнением, не имеется, апелляционный суд указал, что оспариваемые сделки могут быть рассмотрены только на предмет их соответствия диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные безвозмездно. 

Из доводов финансового управляющего следует, что отчуждение спорного имущества произведено должником в адрес ответчика ФИО6 в отсутствие встречного исполнения, поскольку сведений о передаче ответчиком ФИО6 должнику денежных средств в сумме 200 000 руб. не представлено, сделка между ответчиком и ФИО6 имеет признаки подозрительной сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: безвозмездность и совершение в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Судом предлагалось ФИО6 представить в суд отзыв, сведения о наличии у ответчика дохода в сумме 200 000 руб. на дату 11.01.2017 в целях оплаты по оспариваемому договору (справка 2-НДФЛ, и т.д.), доказательства проведения расчетов по сделке, однако какие-либо документы во исполнение определений суда ФИО6 не представлены. Согласно представленному на запрос суда ответу УФНС России по РТ, сведения о доходах ФИО6 за 2016 - 2017 г.г. отсутствуют.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу, что ФИО6 не обладал финансовой возможностью оплатить 200 000 руб. по оспариваемому договору, какого-либо встречного исполнения со стороны ответчика ФИО6 должнику не произведено, соответственно, сделка для ответчика ФИО6 является безвозмездной; разумный экономический смысл безвозмездной передачи ликвидного имущества должника не раскрыт, какого-либо встречного исполнения должник не получил; сделка совершена должником при наличии у последнего признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в отсутствие встречного обеспечения, в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Доводы финансового управляющего о совершении должником цепочки сделок с целью вывода имущества апелляционным судом были оценены и признаны несостоятельными, со ссылкой на правовую позицию, изложенную в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6), от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678.

Как следует из материалов дела, 20.03.2018 между ФИО6 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил спорный земельный участок. Цена земельного участка определена сторонами в размере 200 000 руб. (пункт 3 договора); исходя из пункта 4 договора, покупатель передал продавцу деньги в сумме 200 000 руб.

07 мая 2018 г. между ФИО4 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключен договор дарения спорного земельного участка.

По мнению финансового управляющего, отчуждение спорного имущества произведено ФИО6 в пользу ФИО4 в отсутствие встречного исполнения, поскольку сведений о передаче покупателем по договору 20.03.2018 ФИО4 продавцу ФИО6 денежных средств в сумме 200 000 руб., не представлено; разумного объяснения столь краткосрочного владения (1 год 2 месяца) спорным земельным участком ФИО6 не приведено; причины продажи спорного земельного участка не представлены. Последующее дарение спорного земельного участка от ФИО4 в адрес ФИО7 произведено между заинтересованными лицами, поскольку ФИО7 является дочерью ФИО4, при этом договор дарения также заключен после признания должника банкротом; разумного объяснения краткосрочного владения (менее 2 месяцев) спорным земельным участком ФИО4 не приведено; причины дарения спорного земельного участка своей дочери, т.е. лицу, являющемуся заинтересованным, не представлены.

Отклоняя данные доводы, апелляционный суд указал на то, что ФИО4 и ФИО7 не являются заинтересованными лицами, в силу Закона о банкротстве, по отношению к должнику; утверждение о том, что ФИО4 и ФИО7 знали или должны были знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, не доказано финансовым управляющим.

При заключении ФИО4 и ФИО6 договора купли-продажи от 20.03.2018 продавец, в подтверждение права собственности на земельный участок, представил выписку из ЕГРН, согласно которой он являлся собственником земельного участка; в отношении земельного участка в ЕГРН отсутствовали сведения о каких-либо ограничениях (обременениях) права собственности продавца.

Во исполнение договора купли-продажи покупатель ФИО4 заплатила согласованную цену земельного участка в размере 200 000 руб., в подтверждение получения им этой денежной суммы в пункт 4 договора включено соответствующее условие. 

Так, апелляционным судом было установлено, что ФИО4 является индивидуальным предпринимателем (свидетельство ОГРНИП № 

<

***>), получает доход от предпринимательской деятельности; обладала денежными средствами для проведения расчетов спорному договору, исполнение обязательств по возврату займа (договор от 19.04.2017, исполнен 30.03.2018) также подтверждает получение дохода от предпринимательской деятельности и платежеспособность ФИО4; спорное имущество по своей стоимости не относится к предметам роскоши, не является дорогостоящим.

При новом рассмотрении спора суд апелляционной инстанции предложил ФИО4 представить дополнительные письменные объяснения относительно наличия у ответчика финансовой возможности приобретения спорного имущества, в связи с чем ФИО4 представлены дополнительные доказательства наличия финансовой возможности приобретения спорного имущества, которые суд апелляционной инстанции посчитал возможным приобщить к материалам дела и дать им оценку вне зависимости от выводов Арбитражного суда Республики Татарстан, изложенных в определении от 12.02.2021.

Вывод Арбитражного суда Республики Татарстан, изложенный в определении от 12.02.2021 по результатам рассмотрения другого обособленного спора в деле о банкротстве о том, что на 04.05.2017 ФИО4 не обладала финансовой возможности оплатить 90 000 руб. по оспариваемому договору купли-продажи гаража и земельного участка, заключенного ею с ФИО1, сделан судом на основании имеющихся в этом обособленном споре доказательств, без фактического участия в рассмотрении спора ответчика, представления им объяснений и доказательств.

При рассмотрении настоящего спора ФИО4 представлены сведения о том, что доход от осуществляемой ею предпринимательской деятельности (розничной торговли текстильными и галантерейными изделиями) был более, чем в 3 раза больше; в ходе осуществления предпринимательской деятельности в 2016, 2017 годах ИП ФИО4, применяла систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности (код ОКВЭД 52.41 «Розничная торговля текстильными и галантерейными изделиями», адрес места осуществления предпринимательской деятельности: магазин по адресу 425250, 

<

...>, имеющей 2 торговых зала: 12 кв. м и 10 кв. м), получала доход от предпринимательской деятельности: подтвержденная сумма чистого (после уплаты налогов) дохода от осуществления предпринимательской деятельности - розничной торговли текстильными материалами в магазине с двумя торговыми залами (около 180 000 руб. за 2-4 кварталы 2017 г. за минусом уплаченной за гараж и земельный участок суммы 90 000 руб., 105 000 руб. за 1 квартал 2018 г.) позволяла осуществить покупку земельного участка у гр. ФИО6 в марте 2018 г. за 200 000 руб.; кроме того, согласно выписке по счету дебетовой карты ПАО Сбербанк России за период 06.09.2017 - 31.12.2017 в течение указанного периода сумма пополнений карты составила 251 998 руб., сумма списаний – 256 724,32 руб.; в 2018 г. сумма пополнений карты составила 1 476 812,99 руб., сумма списаний - 1 477 715 руб. 42 коп. ФИО4 также ссылалась на то, что обороты по карте в ПАО Сбербанк России во второй половине 2017 и в первой половине 2018 г. являлись значительными, 17 сентября 2018 г. ПАО Сбербанк России предоставил ей доверительный кредит в сумме 419 441 руб., сроком до 17.03.2020. Сведения о предоставлении указанного кредита отражены в выписке за 17.09.2018 Справка ПАО Сбербанк от 12.09.2022  о закрытых обязательствах приложена к объяснениям, соответственно, факт выдачи ПАО Сбербанк указанного кредита является подтверждением того, что банк подтвердил финансовую состоятельность заемщика.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, с учетом подтвержденной суммы доходов, наличия задекларированных мест осуществления предпринимательской деятельности, апелляционный суд установил, что общий доход от осуществления предпринимательской деятельности позволял ответчику ФИО4 уплатить в марте 2018 г. 200 000 руб. гр. ФИО6 за приобретенный у него земельный участок.

Судом апелляционной инстанции также дополнительно уточнены обстоятельства приобретения ФИО4 отдельно расположенных объектов - гаража и впоследствии земельного участка, в связи с чем было установлено, что все участники оспариваемых сделок - ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО8 проживают в одном населенном пункте - пос. Оршанка, в котором также и расположены объекты, являвшиеся предметом спора; ФИО4 и ФИО7 проживают по одному адресу.

Данное обстоятельство объясняет осведомленность участников сделок о продаже имущества, а также их потребительский интерес в приобретении имущества.

Как объяснено ФИО4, земельный участок и гараж по адресу: 

<

...>, гараж № 4, находятся в самом центре пос. Оршанка (за отделом полиции МО МВД России, возле администрации района). Этот гараж является одним из гаражей блока из 5 гаражей, проезд к этим гаражам в зимнее время на постоянной основе очищается от снега коммунальными службами. Этот гараж и земельный участок находятся в пределах 300 метров от принадлежащего ФИО4 жилого дома по ул. Водопроводная, д. 3 и объясняют мотив совершения первой сделки по приобретению гаража.

Из объяснений ФИО4 также следует, что в марте 2018 г. ФИО6 предложил к продаже земельный участок по ул. Шкетана (который расположен между жилым домом по ул. Водопроводной, 5 и гаражом), всего около 150 метров от дома ФИО4, что подтверждается схемой размещения земельных участков в 

<

...> участок… № 515) и схемой размещения земельных участков в 

<

...> (участок... № 515) и ул. Советская, д. 113 (гараж № 4), распечатанных с публичной кадастровой карты.

Поскольку предложенная за него цена 200 000 руб. соответствовала рыночной, и, намереваясь в будущем подарить этот земельный участок дочери  - ФИО7, совместно проживающей с ФИО4, для строительства дома и самостоятельного проживания дочери, ФИО4 приобрела этот земельный участок у ФИО6 В последующем, поскольку ФИО7 не захотела жить в пос. Оршанка, этот земельный участок был продан гр. ФИО8 за 300 000 руб. (по рыночной стоимости, за год земельные участки в пос. Оршанка выросли в цене на 100 000 руб.).

Соответствующие доводы ФИО4 не опровергнуты другими участниками спора.

При указанных обстоятельствах, по мнению апелляционного суда, само по себе краткосрочное владение в течение 1 года спорным объектом недвижимости ФИО4 и передача имущества в дар дочери ФИО7 не указывает на недействительность сделок и возможность отнесения их к цепочке взаимосвязанных сделок.

Из материалов дела следует, что 22.03.2019 между ФИО7 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого продавец продал, а покупатель купил спорный земельный участок; цена земельного участка определена сторонами в размере 300 000 руб.; расчет между сторонами произведен до подписания договора (пункт 3 договора); право собственности на спорный земельный участок зарегистрировано за ФИО8 26.03.2019.

Согласно представленной расписке от 22.03.2019, денежные средства за проданный земельный участок в сумме 300 000 руб. ответчиком ФИО7 от ответчика ФИО8 получены.

С учетом положений статьи 431 ГК РФ, учитывая, что договор купли-продажи от 22.03.2019 содержит сведения о проведении расчетов между сторонами до подписания договора (пункт 3 договора), а также учитывая факт наличия расписки, апелляционный суд установил факт оплаты ФИО8 стоимости земельного участка.

В обоснование доводов о наличии финансовой возможности оплатить денежные средства по оспариваемому договору, ФИО8 сослалась на наличие денежных средств на ее счете (согласно выписке, на счете в АО «Россельхозбанке» на дату 12.12.2018 на счете имелось 317 242,45 руб.; денежные средства с данного счета были использованы для оплаты 300 000 руб. за спорный земельный участок по договору от 22.03.2019.

Указанные обстоятельства финансовым управляющим либо иными лицами не опровергнуты, каких-либо возражений либо доказательств не представлено.

По оспариваемому договору цена земельного участка составила 300 000 руб.; согласно выписке из ЕГРН, кадастровая стоимость земельного участка составляет 22 866 руб., таким образом цена спорного земельного участка, указанная в оспариваемом договоре от 22.03.2019, значительно превышает его кадастровую стоимость, в связи с чем доводы о занижении стоимости отчужденного имущества отклонены апелляционным судом.

При этом установлено, что  ФИО8 также не является в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику либо иным ответчикам; сведений об осведомленности ответчика о цели причинения вреда должнику, суду не представлено. 

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции установил, что оснований для оценки оспариваемых сделок на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 170 ГК РФ, как цепочки притворных сделок, прикрывающих сделку по выводу активов должника с целью недопущения обращения взыскания на данное имущество, не имеется, в связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что подлежит признанию недействительным договор купли-продажи от 11.01.2017 земельного участка, заключенный между ФИО1 и ФИО6, поскольку сделка носит безвозмездный характер и причинила ущерб должнику, а также применение последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника ФИО1 денежных средств в размере 200 000 руб. действительной стоимости имущества.

Признав спорную сделку недействительной, установив наличие спорного имущества у ответчика, суд апелляционной инстанции применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу отчужденного по оспариваемой сделке имущества.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования в части, суд, верно распределив бремя доказывания, исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела требований о признании спорной сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа, рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, полагает, что вышеуказанные выводы суда апелляционной инстанции о наличии оснований для признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности являются правильными, соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения; при повторном рассмотрении данного спора апелляционным судом выполнены указания суда кассационной инстанции.

Судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судом и получили надлежащую правовую оценку.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, относительно финансовой возможности ФИО4 произвести оплату за приобретенный земельный участок, судом округа не принимаются, поскольку касаются фактических обстоятельств и доказательственной базы по делу и не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права при принятии обжалуемого судебного акта, повторно рассмотревшего данный обособленный спор, оценив представленные в материалы дела доказательства.

Иные доводы кассационной жалобы фактически сводятся к мнению заявителя о том, что приведенные сторонами спора доводы и доказательства должны быть оценены судом иным образом.

Между тем, положения арбитражного процессуального законодательства, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, в связи с чем, у суда округа не имеется оснований для иной оценки доказательств (статьи 286 - 288 АПК РФ).

Нарушений судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по делу № А65-27283/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяЕ.П. Герасимова 

 

СудьиП.П. Васильев

 

М.В. Егорова