АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 апреля 2022 года

Дело №

А66-334/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.04.2022

Полный текст постановления изготовлен 14.04.2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л., судей Богаткиной Н.Ю., Бычковой Е.Н.,

при участии от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Автоком» ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 04.04.2022), от ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 02.08.2021),   

рассмотрев 12.04.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Автоком» ФИО1 на  определение Арбитражного суда Тверской области от 19.11.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу       № А66-334/2016,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражный суд Тверской области от 01.07.2016 по делу        № А66-334/2016 общество с ограниченной ответственностью «Автоком», адрес: 171080, 

<

...>,               ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Автоком», Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

В рамках дела о банкротстве, ФИО5 13.06.2017 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам Общества ФИО3 (город Бологое), ФИО6 (город Бологое) и ФИО7 (город Бологое), и взыскании с них в солидарном порядке в пользу конкурсной массы 41 804 770 руб. 07 коп. (размер обязательств кредиторов, чьи требования включены в реестр требований кредиторов и 5 843 267 руб. 99 коп. размер текущих обязательств). 

Определением суда от 17.08.2017 производство по заявлению конкурсного управляющего было приостановлено. 

Определением от 30.08.2017, суд освободил ФИО5 от исполнения возложенных на него обязанностей, утвердил конкурсным управляющим должника  ФИО8. 

Определением суда от 08.06.2021 производство по обособленному спору о привлечении названных контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности возобновлено. 

ФИО8 в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), уточнил размер субсидиарной ответственности солидарных ответчиков до        54 887 778 руб. 79 коп. и 9 900 305 руб. 66  коп. соответственно. 

Определением суда первой инстанции от 19.11.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022, в удовлетворении требований о субсидиарной ответственности отказано в отношении всех ответчиков. 

ФИО8 определением суда от 12.01.2022 освобожден от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего ООО «Автоком». 

Новым конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (определение от 07.02.2022). 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить указанные определение от 19.11.2021 и постановление от 03.02.2022, а также принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме. 

Податель жалобы настаивает на том, что банкротство ООО «Автоком» наступило, в том числе по вине контролирующих Общество лиц, в состав которых входили ответчики, либо иным образом определяли действия организации по отношению к своим контрагентам и бюджету. Так, из акта налоговой проверки ООО «Автоком», проведенной налоговым органом за период 2013 – 2015 годов, следует, что Общество переводило денежные средства по сделкам, заключенным с «фирмами-однодневками» (например, с обществами с ограниченной ответственностью «СтройЮнитПром», «Торговый Дом «ОРИС» и «Вторметалл»), то есть были совершены экономически невыгодные (убыточные сделки); такие сделки оспорены и были признаны недействительными в рамках данного дела о банкротстве; также по вине ответчиков была утрачена  возможность  взыскания дебиторской задолженности по причине преимущественного удовлетворения требований аффилированных по отношению к ФИО6 кредиторов (например, закрытого акционерного общества «Бологовский машиностроитель» и общества с ограниченной ответственностью «Строммашина»), относительно последней организации - сделки по передаче должником транспортных средств признаны недействительными. Конкурсный управляющий считает, что судебные инстанции необоснованно не приняли во внимание тот факт (на который указывал заявитель), что по состоянию на 31.03.2013 ООО «Автоком» уже отвечало признакам недостаточности имущества, Общество систематически имело убыток от осуществления хозяйственной деятельности, однако необоснованно завышало  показатели бухгалтерского учета и отчетности. По мнению подателя жалобы,  при таком положении организации, контролирующие ее лица (участники и директор) обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании Общества банкротом в срок  не позднее 30.04.2013.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО6 возражает против ее удовлетворения, полагая, что аналогичным доводам уже была дана надлежащая оценка апелляционным судом; просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

В отзыве на жалобу ФИО3 возражает против ее удовлетворения, отмечая, что установленные в ходе проведения налоговой проверки нарушения не подтверждают искажения документов бухгалтерского учета; отмеченные подателем жалобы сделки были совершены руководителем должника в процессе обычной хозяйственной деятельности. 

По мнению ФИО3, заявитель не обосновал необходимость обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании Общества банкротом, равно как и причинно-следственной связи между отсутствием такого заявления и банкротством Общества, также указал на соблюдение требований при передаче конкурсному управляющему документов, что обоснованно исключало наступление для него субсидиарной ответственности.  

 В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, приведенные в жалобе; также полагал, что из приведенных доводов роль главного  бухгалтера в банкротстве Общества сомнительна.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения жалобы по мотивам, изложенным в отзыве, говоря о том, что решение налогового органа по акту проверки необоснованно, однако его обжаловать мог только конкурсный управляющий, а объективное банкротство Общества возникло после 2014 года.       

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, требование о привлечении к субсидиарной ответственности заявлены конкурсным управляющим к   ФИО3 – как к бывшему руководителю ООО «Автоком», к ФИО6 – как одному из участников  ООО «Автоком» (доля участия 50%) и к          ФИО7 – как к бывшему главному бухгалтеру Общества. Также заявитель приводил факт аффилированности ФИО3 и ФИО6 через их совместное участие в органах управления других юридических лиц, являющихся в том числе контрагентами Общества. 

По данным Единого государственного реестра юридических лиц            ООО «Автоком», зарегистрировано в качестве юридического лица 02.06.2004; его основным видом  деятельности является производство строительных металлический конструкций, изделий и их частей.

В качестве оснований для применения к названным контролирующим должника лицам субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на неисполнение ими предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)» обязанности по обращению в суд с заявлением должника, которая, согласно позиции заявителя, наступила 31.03.2013; во всяком случае, по состоянию на 01.08.2014 должник объективно обладал признаками неплатежеспособности.

Также, в обоснование своих требований, конкурсный управляющий указал на совершенные Обществом сделки, в результате которых последнему были причинены реальные убытки (зачеты от 24.11.2015 взаимных обязательств между Обществом, в лице ФИО6 и ЗАО «БМС» в лице ФИО3; от 31.12.2015 между Обществом в лице ФИО3 и ООО «Строммашина» в лице ФИО6), а также Общества с ООО «СтройЮнитПром»,                 ООО «Торговый Дом «Орис», ЗАО «Бологовский машиностроитель»;             ООО «Вторметалл»,  ООО «Строммашина» и с  обществом с ограниченной ответственностью «ТверьАтомЭнергоСбыт».

Возражая против удовлетворения требований конкурсного управляющего, ФИО6 заявил о пропуске срока исковой давности; также высказал позицию о том, что у него как руководителя Общества на момент совершения сделок с организациями, указанными налоговым органом в акте проверки, объективных сомнений в непредставлении товаров (работ, услуг) не имелось. 

Ответчик настаивал на том, что объективное банкротство ООО «Автоком» явилось следствием предпринимательского  риска, предполагающего в хозяйственной деятельности коммерческой организации. 

ФИО3 также полагал, что при управлении ООО «Автоком», он действовал  добросовестно, без каких-либо целей доведения организации до банкротства, к тому же конкурсному управляющему были переданы все необходимые сведения и документы о деятельности  Общества.

ФИО7, в свою очередь,  говорила об отсутствии в ее поведении вины, а также причинной связи между ее должностными полномочиями и наступлением банкротства для Общества. 

Отказывая в привлечении всех ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Автоком», суд первой инстанции посчитал, что конкурсным  управляющим не доказано наличия у Общества признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2014, так как за последним значилось существенная стоимость активов, отраженная в его бухгалтерском балансе. 

Суд отметил и то, что показатели бухгалтерской отчетности изменялись в зависимости от периодов деятельности Общества. При определении периода, когда руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве, суд указал, что фактически ФИО3  обосновано подал такое заявление 20.01.2016.

В отношении ФИО6 и ФИО7, суд не усмотрел оснований считать их контролирующими должника лицами, к которым может быть применена   субсидиарная ответственность в силу статьи 10 Закона о банкротстве. При оценке сделок Общества, обозначенных конкурсным управляющим (признанных недействительными, либо заключенными с «фирмами-однодневками»), суд посчитал, что результаты этих сделок не явились препятствием для расчетов с другими контрагентами, так как выбывшее в результате сделок имущество, подлежит возврату в конкурсную массу в порядке применения последствий их недействительности.

Суд также разрешил вопрос о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, о чем заявлено ответчиками, и не установил факта пропуска.

Апелляционный суд в целом согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что ответчик ФИО3 принимал меры по погашению кредиторской задолженности; у ООО «Автоком» имелось достаточно активов (материальных запасов), позволяющих вести расчеты с кредиторами. Также суд апелляционной инстанции, с учетом отчета временного управляющего,  пришел к мнению, что размер доначисленных налогов, в рамках налоговой проверки, не привел к банкротству Общества, а обстоятельства оспоренных сделок и отмеченных налоговым органом в акте, не были известны руководителю организации на момент их заключения. В отношении ФИО6 апелляционный суд, в отличие от суда первой инстанции, признал за ним статус контролирующего должника лица, между тем, суд не установил обстоятельств (которые приводил заявитель) за которые бы для него наступала субсидиарная ответственность. В отношении ФИО7, суд посчитал, что с учетом занимаемой должности, названный ответчик не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по долгам Общества.     

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражений на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

При квалификации правоотношений, связанных с применением гражданско-правовой ответственности к контролирующим должника лицам, в соответствии с положениями статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению положения Закона о банкротстве, устанавливающие основания для применения субсидиарной ответственности, действовавшие в период, когда имели место обстоятельства, вменяемые ответчикам в качестве оснований для применения субсидиарной ответственности, в том числе, до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, которым в Закон о банкротстве введена Глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Обстоятельства, которые, по мнению заявителя, явились основанием для возникновения у ответчиков субсидиарной ответственности, имели место в период 2013 - 2015 годов, в связи с чем, суды обоснованно указали на применение к спорным правоотношениям положений статьи 10 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в качестве презумпции вины контролирующих должника лиц в доведении его до банкротства предусмотрено, в том числе, совершение с участием контролирующего лица экономически невыгодных для должника сделок.  

Аналогичные презумпции вины контролирующих должника лиц в невозможности осуществить расчет с кредиторами предусмотрены действующей редакцией статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление       № 53), согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В данном случае, в ходе производства по делу о банкротстве                  ООО «Автоком» было установлено совершение должником в лице контролирующих его лиц целого ряда экономически невыгодных для Общества сделок, более того, контрагентами Общества по указанным сделкам являлись юридические лица, подконтрольные ответчику ФИО6 

Степень вовлеченности ФИО6 в текущую хозяйственную деятельность ООО «Автоком» в связи с указанными обстоятельствами, а также имеющимися в материалах дела сведениями об исполнении ФИО6, также, обязанностей по должности исполнительного директора должника, судом не была проверена и не определена. 

По результатам выездной налоговой проверки в отношении правильности применения ООО «Автоком» налоговых вычетом по налогу на добавленную стоимость (НДС) за периоды 2013 – 2015 года, как раз установлен факт систематического нарушения Обществом правил налогового учета и совершение сделок с негодными контрагентами, направленными на получение необоснованной налоговой выгоды.

При этом, значительную часть требований реестра требований кредиторов, как это следует из отчета конкурсного управляющего от 03.11.2021, составляет задолженность по платежам в бюджет. 

Указанные обстоятельства также подпадают по определение предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции вины контролирующих должника лиц в его банкротстве, что не было учтено судами при разрешении спора.

Признание убыточных для должника сделок в рамках процедуры банкротства, вопреки выводам суда первой инстанции, указанной выше презумпции не опровергает, и может устранять негативные последствия, которые причинены такими сделками, в ходе производства по делу о банкротстве, лишь при условии реального возмещения ответчиком по сделке причиненного Обществу ущерба. 

На получение должником такого возмещения ни суд первой инстанции, ни апелляционный суд не указали. 

Судебные инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, не дали какой-либо оценки фактическим экономическим последствиям совершения сделок, которые поименованы заявителем в качестве основания для применения к контролирующим должника лицам субсидиарной ответственности, в том числе на моменты их совершения и возникновения у Общества признаков объективного банкротства.

В частности, судом первой инстанции не дана оценка юридических последствий совершения ООО «Автоком» налоговых операций, которые повлекли получение должником необоснованной налоговой выгоды, затем зафиксированной по результатам выездной налоговой проверки, равно как и добросовестности действий руководителя в связи с установленными налоговым органом обстоятельствами заключения Обществом сделок с упомянутыми контрагентами.

Апелляционный суд, в свою очередь, ссылаясь на отсутствие осведомленности контролирующих должника лиц о наличии у контрагентов   ООО «Автоком» признаков «фирм-однодневок», также не оценил содержание и разумность мер, принимаемых руководителем должника при проверке надежности тех организаций, с которыми Общество заключало хозяйственные сделки, при том, что принятие такого рода мер входит в обязанности разумного и добросовестного руководителя. 

Выводы апелляционного суда об отсутствии вины контролирующего должника лица в наступлении для Общества негативных последствий допущенных им налоговых правонарушений, не подтверждены ссылками на конкретные, имеющиеся в материалах дела доказательства. 

При рассмотрении такого спора, следовало учитывать разъяснения пункта 18 Постановления № 53, где сказано, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) или самого должника.

Таким образом, именно на ответчиках лежит бремя опровержение презумпции их вины в банкротстве ООО «Автоком» в связи с совершением указанных выше сделок, и такого рода мотивированных объяснений ими в материалы дела не представлено.

Наличие исследуемой презумпции является самостоятельным основанием для вывода о наступлении банкротства Общества по вине контролирующего должника лица, не связанным с обстоятельствами исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве по представлению документации должника конкурсному управляющему, и отсутствие замечаний по составу бухгалтерской и иной финансовой документации Общества, а также по отражению фактов его хозяйственной деятельности в бухгалтерском учете, само по себе не исключает вины контролирующих должника лиц в его банкротстве по иным, указанным в заявлении, основаниям.

В то же время, выявление налоговых нарушений в период деятельности Общества ставит под сомнение и достоверность сведений, отраженных в его бухгалтерской отчетности, переданных конкурсному управляющему.

В связи с чем, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения заявленной ответственности к бывшему главному бухгалтеру должника, который, как указано в пункте 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве и разъяснениях пункта 24 Постановления № 53, также, при определенных обстоятельствах, может быть отнесен к числу контролирующих должника лиц, не может быть признан в достаточной степени обоснованным. 

Степень влияния ФИО7 на деятельность ООО «Автоком» и наступление негативных экономических последствий указанной деятельности, также подлежала оценке по существу, несмотря на то, что указанный ответчик не входит в состав органов управления Общества.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суды не приняли во внимание факт появления у ООО «Автоком» признаков объективного банкротства, который был установлен в ходе производства по делу о банкротстве, и, не согласившись с доводами заявителя относительно момента их наступления, не проверили и не установили фактический момент возникновении у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также причины этих обстоятельств.

В отсутствие такого рода сведений, не может быть проверен факт своевременности исполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о его банкротстве.

В опровержение наличия оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующие должника лица должны представить исчерпывающие пояснения, раскрывающие мотивы и экономическое обоснование совершаемых ими действий (бездействие), а также подтверждающие наличие иных, объективных, причин несостоятельности должника.

Ни один из ответчиков по обособленному спору таких пояснений не представил, и суды в принятых по делу судебных актах указанного обстоятельства не отразили. 

С учетом приведенных обстоятельства, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что судом первой инстанции не исследованы и не установлены фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения данного обособленного спора, а апелляционным судом эти недостатки не были устранены.

Указанное является основанием для отмены определения от 19.11.2021 и постановления от 03.02.2022, и для направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное; определить обстоятельства, входящие в круг доказывания по спору и установить указанные обстоятельства на основании представленных в материалы дела доказательств; выводы о наличии, либо отсутствии оснований для привлечения всех ответчиков к субсидиарной ответственности или в отдельности, мотивировать со ссылкой на обстоятельства дела о банкротстве и на доказательства материалов обособленного спора. 

По результатам нового рассмотрения спора принять законный и обоснованный судебный акт, правильно применив нормы материального права и не допустив нарушений норм процессуального законодательства. 

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 19.11.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 по делу № А66-334/2016 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

Н.Ю. Богаткина

Е.Н. Бычкова