ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

22 августа 2022 года

Дело №А56-13301/2017/сд.7

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 августа 2022 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Будариной Е.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии до и после перерыва в судебном заседании:  

- ФИО2 по паспорту; 

- конкурсного управляющего ФИО3 по паспорту;

- от ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 17.03.2020; 

- от ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк»: представителя ФИО6 по доверенности от 13.12.2021;

- до перерыва конкурсного управляющего ФИО3; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-8416/2022, 13АП-8414/2022) ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.02.2022 по обособленному спору № А56-13301/2017/сд.7 (судья Глумов Д.А.), принятое по заявлению ФИО10 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционно строительная компания «Константа»,

установил:

ФИО23 03.03.2017 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционно строительная компания «Константа» (далее – ООО «ИСК «Константа») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 06.04.2017 заявление ФИО23 принято к производству.

Решением суда первой инстанции от 19.06.2017 заявление ФИО23 признано обоснованным, в отношении ООО «ИСК «Константа» введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО24. Указанным решением также произведено процессуальное правопреемство на стороне заявителя с гражданина ФИО23 на ООО «Лигал Опинион».

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 24.06.2017№  112.

Определением суда первой инстанции от 28.02.2019 конкурсным управляющим ООО «ИСК «Константа» утверждена ФИО25.

Определением суда первой инстанции от 22.08.2019 арбитражный управляющий ФИО25 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда первой инстанции от 25.09.2019 конкурсным управляющим ООО «ИСК «Константа» утвержден ФИО3.

ФИО10 29.07.2019 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительными сделками договора ипотеки недвижимого имущества от 09.12.2014 и дополнительного соглашения к нему от 30.11.2015, заключенных между должником и публичным акционерным обществом «Балтийский Инвестиционный Банк» (далее – ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк», Банк).

Определением суда первой инстанции от 04.02.2020 к участию в обособленном споре в качестве созаявителей привлечены граждане ФИО7, ФИО8, ФИО2, ФИО26, ФИО27, ФИО19, ФИО17, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО21, ФИО31, ФИО16, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО22, ФИО35, ФИО36, ФИО33, ФИО13, ФИО12, ФИО37, ФИО38, ФИО14, ФИО11, ФИО20, ФИО4, ФИО15, ФИО39, ФИО40, ФИО18.

Определением суда первой инстанции от 20.05.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020, в удовлетворении заявления о признании недействительными договора ипотеки недвижимого имущества от 09.12.2014 и дополнительного соглашения к нему от 30.11.2015, заключенных между ООО «ИСК «Константа» и ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.02.2021 указанные определение и постановление отменены, настоящий спор направлен на новое рассмотрение.

В ходе нового рассмотрения 21.09.2021 в материалы обособленного спора поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором заявители просили:

1. Признать недействительным (ничтожным) договор ипотеки недвижимого имущества от 09.12.2014 и дополнительные соглашения к нему заключенные между ООО «ИСК «Константа» и Банком:

- дополнительное соглашение к договору ипотеки от 03.04.2015;

- дополнительное соглашение к договору ипотеки от 11.08.2015;

- дополнительное соглашение к договору ипотеки от 14.09.2015;

- дополнительное соглашение к договору ипотеки от 30.09.2015;

- дополнительное соглашение к договору ипотеки от 30.11.2015;

- дополнительное соглашение к договору ипотеки от 19.02.2016.

2. Признать недействительной сделку между ООО «ИСК «Константа» и Банком как несоответствующую требованиям.

3. Признать обременение, возникшее на основании договора ипотеки недвижимого имущества от 09.12.2014, отсутствующим.

4. Применить последствия недействительности сделок.

Определением от 28.09.2021 суд первой инстанции принял уточнение заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда первой инстанции от 17.02.2022 в удовлетворении заявления о признании недействительными договора ипотеки недвижимого имущества от 09.12.2014 и дополнительных соглашений к нему отказано. 

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  17.02.2022 по обособленному спору № А56-13301/2017/сд.7 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, на дату заключения оспариваемого договора должник обладал признаками неплатежеспособности; сделка заключена с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника; поведение сторон сделки не отвечает требованиям добросовестности и разумности.

В апелляционной жалобе и письменных пояснениях к ней от 15.08.2022 ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 17.02.2022 по обособленному спору № А56-13301/2017/сд.7 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывают, что в юридически значимый период должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем ответчик не мог не знать; сделки заключены при наличии цели и фактическом причинении имущественного вреда кредиторам со злоупотреблением правом со стороны Банка. 

Определениями суда апелляционной инстанции от 05.05.2022 и 06.05.2022 апелляционные жалобы назначены к рассмотрению на 20.06.2022 в 12 час. 00 мин.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 20.06.2022 в составе судей Герасимовой Е.А., Титовой М.Г., Тойвонена И.Ю. рассмотрение апелляционных жалоб отложено до 08.08.2022 в 09 час. 45 мин.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 08.08.2022 в составе судей Герасимовой Е.А., Титовой М.Г., Тойвонена И.Ю. в судебном заседании объявлен перерыв до 15.08.2022 в 09 час. 45 мин.

15.08.2022 судебное заседание, начатое 08.08.2022, завершено. Определением суда апелляционной инстанции от 15.08.2022 судья Титова М.Г. ввиду нахождения в очередном ежегодном отпуске заменена в составе суда на судью Бударину Е.В., в связи с чем  судебное разбирательство начато сначала. 

В отзыве и дополнениях к нему от 28.07.2022 ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

В судебном заседании представитель ФИО4 и ФИО2 поддержали доводы апелляционных жалоб. Представитель ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве и письменных дополнениях к нему.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 20.04.2012 № 0311-2484, кредитному договору от 08.11.2013 № 0312-2973, кредитному договору от 33.01.2014 № 

<

***> и кредитному договору от 18.08.2014 № 0312-3251 между ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» и ООО «ИСК «Константа» был заключен договор ипотеки от 09.12.2014, в соответствии с которым в залог Банку были переданы земельные участки, указанные в дополнительном соглашении от 30.11.2015 к договору ипотеки от 09.12.2014 (всего 29 объектов недвижимости), а также дополнительные соглашения к нему от 03.04.2015, от 11.08.2015, от 14.09.2015, от 30.09.2015, от 30.11.2015, от 19.02.2016.

Конкурсные кредиторы, посчитав, что договор ипотеки и дополнительные соглашения к нему являются недействительными и заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, обратились в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование заявленного требования кредиторы указали на следующее:

- договор ипотеки от 09.12.2014 был заключен после перечисления должнику денежных средств по кредитным договорам; 

- совершенная сделка представляет собой крупную сделку, совершенную с нарушением статей 45 и 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО);

- отсутствие дополнительных соглашений к договору ипотеки от 09.12.2014, продлевающих срок действия обременения;

- цель заключения договора ипотеки – удовлетворение требования Банка преимущественно перед требованиями иных кредиторов;

- на момент заключения договора ипотеки от 09.12.2014 должник обладал признаками неплатежеспособности;

- земельный участок, на который был оформлен залог, приобретен на денежные средства кредиторов должника;

- в материалах дела отсутствуют сведения, на каких основаниях имущество было обременено ранее;

- заложенное имущество – единственный актив должника, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов;

- Банком не доказано, что им проводился контроль за расходованием кредитных средств должника;

- отсутствие сведений о государственной регистрации дополнительных соглашений от 03.04.2015, от 30.09.2015 и от 30.11.2015 к договору ипотеки от 09.12.2014.

Возражая против удовлетворения заявленного требования, Банк указал на отсутствие у него цели причинить вред интересам кредиторов, на то, что с момента заключения кредитных договоров с должником им на постоянной основе проводился мониторинг хозяйственной деятельности, согласно которому финансовое состояния должника оценивалось как хорошее, просрочек по кредитным договорам не происходило, в связи с чем у Банка отсутствовали основания для расторжения кредитных договоров и обращения с требованием о досрочном возврате кредитных средств. Также Банк указал, что кредиторами пропущен срок на подачу заявления об оспаривании сделок должника.

Оценив представленные в материалы спора доказательства и пояснения в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции оснований для признания оспариваемых сделок недействительными не установил. 

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИСК «Константа» возбуждено 06.04.2017, следовательно, оспариваемые сделки могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Из материалов спора следует и судом первой инстанции установлено, что всего между должником и Банком в период с 2012 года по 2014 год было заключено четыре кредитных договора:

- кредитный договор от 20.04.2012 № 0311-2484 (предоставление займа в размере 31 500 000 руб. в целях приобретения недвижимого имущества), исполнение обязательств по которому помимо договоров поручительства обеспечивалось договором ипотеки от 20.04.2012 в отношении земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:207 (ипотека в силу закона) и договором ипотеки от 08.11.2013 в отношении земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:259;

- кредитный договор от 08.11.2013 № 0312-2973 (предоставление займа в размере 70 000 000 руб. на строительство МЖК «Традиция»), исполнение обязательств по которому обеспечивалось договором ипотеки от 08.11.2013 в отношении земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:259;

- кредитный договор от 23.01.2014 № 

<

***> (предоставление займа в размере 130 000 000 руб. в целях приобретения недвижимого имущества), исполнение обязательств по которому обеспечивалось договором ипотеки от 23.01.2014 и договором ипотеки от 14.02.2014 в отношении земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:220 (ипотека в силу закона);

- кредитный договор от 18.08.2014 № 0312-3251 (предоставление займа в размере 100 000 000 руб. в целях завершения строительства МЖК «Традиция»), исполнение обязательств по которому первоначально обеспечивалось договором последующей ипотеки от 18.08.2014 в отношении земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:220.

Кроме того, выдача кредитов ООО «ИСК «Константа» обеспечивалось поручительством входящих с ним в одну группу лиц, в том числе: ФИО41; ООО «СК «Квазар»; ООО «Константа Девелопмент груп»; ООО «Константа Девелопмент».

Земельный участок с кадастровым № 47:07:0957004:220 (категория земельного участка – земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование – для ведения сельского хозяйства) был приобретен должником на основании договоров купли-продажи от 17.12.2012 и от 31.01.2013 № 2/1. В январе 2014 года между продавцом и покупателем подписано дополнительное соглашение к договору от 31.01.2013 № 2/1, в соответствии с которым стороны оценили стоимость участка в размере 236 231 855 руб. 30 коп. и установили, что земельный участок приобретается покупателем за счет собственных и кредитных средств, предоставленных Банком по кредитному договору № 

<

***>. Сторонами заключены договоры ипотеки от 23.01.2014 и от 14.02.2014.

Таким образом, земельный участок с кадастровым № 47:07:0957004:220 и до заключения 09.12.2014 договора был обременен ипотекой в силу закона, а кредитные договоры от 20.04.2012 № 0311-2484, от 08.11.2013 № 0312-2973, от 18.08.2014 № 0312-3251 до заключения договора ипотеки от 09.12.2014 были обеспечены иными договорами ипотеки (договорами ипотеки от 20.04.2012, от 08.11.2013 и от 18.08.2014).

Кредитный договор от 28.04.2011 на 40 000 000 руб. был заключен сторонами в целях приобретения земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:205, исполнение обязательств обеспечивалось договором ипотеки от 09.08.2011. По состоянию на дату включения Банка в реестр требований кредиторов должника кредитный договор должником исполнен в полном объеме.

Из земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:258 выделено 176 земельных участков под ЖК «Традиция». Земельный участок с кадастровым № 47:07:0957004:259 был передан в залог договором от 08.11.2013, который обеспечивал исполнение обязательств как по кредитному договору от 28.04.2011 № 0312-2115, так и по кредитным договорам от 20.04.2012 № 0311-2484 и от 08.11.2013 № 0312-2973.

Впоследствии земельный участок с кадастровым №47:07:0957004:259 был разделен на пять земельных участков, обременения со стороны Банка отсутствуют.

Земельный участок с кадастровым № 47:07:0957004:207 был приобретен должником за счет кредитных средств Банка на основании кредитного договора от 20.04.2012 № 0311-2484 и был обеспечен договором ипотеки от 20.04.2012.

Затем после разделения указанного земельного участка исполнение обязательств по кредитному договору от 20.04.2012 № 0311-2484 обеспечивалось сначала земельными участками с кадастровыми № 47:07:0957004:243 и № 47:07:0957004:244, а потом земельными участками с кадастровыми №47:07:0957004:255, № 47:07:0957004:256 и № 47:07:0957004:257.

Земельные участки с кадастровыми № 47:07:0957004:256 и № 47:07:0957004:257, образованные из земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:244 (который образовался из земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:207) реализованы должником в пользу ООО «СК «НАВИС» и ООО «Константа Девелопмент». При этом раскрытие мотивов и целей, которыми должник руководствовался при заключении данных сделок, стороной которых Банк не являлся, выходит за пределы предмета настоящего обособленного спора.

Таким образом, заключение 09.12.2014 договора ипотеки обусловлено необходимостью освобождения земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:207 и земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:259 от ипотеки в целях строительства МЖК «Традиция». Спорный договор стал обеспечивать обязательства по всем четырем кредитным договорам. При этом новых кредитных договоров между сторонами заключено не было.

Заключение к договору ипотеки от 09.12.2014 дополнительных соглашений от 11.08.2015 и от 30.09.2015 было обусловлено разделением земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:220 на тридцать земельных участков, что потребовало уточнения предмета залога.

Заключение к договору ипотеки от 09.12.2014 дополнительного соглашения от 30.11.2015 было обусловлено продажей должником земельного участка с кадастровым № 47:07:0957004:1165 ООО «Алгоритм Девелопмент», что также потребовало уточнения предмета залога.

То есть суд первой инстанции обоснованно отклонил довод заявителей о том, что целью заключения договора ипотеки являлось удовлетворение требования Банка преимущественно перед требованиями иных кредиторов. Напротив, цель заключения договора – изменение предмета ипотеки и освобождение от ипотеки земельных участков под МЖК «Традиция», при этом Банк преследовал правомерную цель по обеспечению исполнения обязательств по возврату ранее выданных кредитов, которые изначально были обеспечены залогом имущества должника.

Ссылка заявителей на то, что имущество, находящееся в залоге у Банка, является единственным активом должника, за счет которого возможно удовлетворение требований кредиторов, правомерно  отклонена судом первой инстанции, так как помимо заложенного имущества в собственности ООО «ИСК «Константа» имеются иные земельные участки, а также земельные участки, на которых велось строительство МЖК «Традиция». В настоящее время кредиторы обращаются в рамках настоящего дела о банкротстве с заявлениями о признании права собственности на объекты недвижимости. Признание права собственности является одним из способов удовлетворения требований кредиторов, которым они вправе воспользоваться в рамках настоящего дела.

Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО «ИСК «Константа» за 2014 год, размещенной в открытом источнике на официальном сайте Федеральной службы государственной статистики (https://www.gks.ru), чистая прибыль ООО «ИСК «Константа» за 2014 год составила 28 457 000 руб., за 2013 год – 10 143 000 руб., баланс (актив) ООО «ИСК «Константа» за 2014 год составлял 1 504 838 000 руб., за 2013 год – 1 059 036 000 руб., материальные внеоборотные активы ООО «ИСК «Константа» (включая основные средства, незавершенные капитальные вложения в основные средства) на конец 2014 года составляли 1 050 254 000 руб., на конец 2013 года – 800 041 000 руб.

Таким образом, как следует из бухгалтерской отчетности должника, на дату заключения оспариваемого договора об ипотеке и после его заключения активы должника и прибыль увеличивались.

В материалы спора Банком представлены доказательства ведения мониторинга хозяйственной деятельности должника в период с 2014 года по 2015 год. Согласно представленным в материалы спора расширенным мониторингам, анализам качества ссуды, финансовое положение должника классифицировалось как «среднее», обслуживание долга ввиду наличия действующей положительной кредитной истории классифицировалось как «хорошее», ссуда классифицировалась по второй категории качества.

Ведение мониторинга в отношении заемщика регламентировано Банком России в Методических рекомендациях к положению Банка России «О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)» от 31.08.1998 № 54-П.

С учетом выводов, содержащихся в мониторингах и анализах качества ссуды, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что оснований у Банка для досрочного расторжения кредитных договоров с ООО «ИСК «Константа» и направления требования о возврате кредитных средств не имелось.

Подлежит отклонению довод заявителей и о том, что отсутствие регистрации дополнительных соглашений договору ипотеки от 09.12.2014 влечет их недействительность.

Как следует из выписок ЕГРН, обременение в отношении земельных участков, на которые оно наложено, зарегистрировано в установленном законом порядке: в указанных выписках имеется ссылка на договор ипотеки от 09.12.2014 и на дополнительное соглашение от 11.08.2015 к нему.

Ссылка заявителей на письмо Росреестра от 21.08.2014 № 14-исх/09541-ГЕ/14 также обоснованно отклонена судом, поскольку оно регламентирует порядок государственной регистрации договоров ипотеки, которые подписаны до 01.07.2014, но представлены на государственную регистрацию после 01.07.2014.

Довод заявителей об отсутствии дополнительных соглашений к договору ипотеки от 09.12.2014, продлевающих срок действия обременения, является несостоятельным ввиду того, что пунктом 6.1 договора ипотеки от 09.12.2014 установлено, что настоящий договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до полного выполнения сторонами принятых на себя обязательств или оснований для прекращения ипотеки. Между тем обязательства по кредитным договорам со стороны должника не исполнены, что подтверждается вступившим в законную силу определением от 30.08.2018 о включении требования Банка в реестр требований кредиторов должника. Следовательно, основания для прекращения залога отсутствовали.

Относительно того, что договор ипотеки отвечает признакам крупной сделки, которая в нарушение пункта 3 статьи 46 Закона об ООО была совершена без получения согласия участников общества на совершение крупной сделки, суд первой инстанции обоснованно указал следующее.

Данный довод опровергается имеющимися в материалах спора доказательствами, в частности решением единственного участника ООО «ИСК «Константа» от 09.12.2014 об одобрении совершения сделки.

На момент совершения сделки единственным участником ООО «ИСК «Константа» являлся ФИО41, с размером доли уставного капитала 100%, единоличным исполнительным органом ООО «ИСК «Константа» являлся генеральный директор – ФИО42.

Решением единственного участника ООО «ИСК «Константа» было одобрено совершение сделки – заключение договора ипотеки от 09.12.2014 между Банком и ООО «ИСК «Константа», следовательно, доводы заявителей об отсутствии такого одобрения противоречат материалам дела.

Относительно того, что договор ипотеки является недействительной сделкой применительно к положениям статей 10 и 168 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно указал, что учитывая отсутствие в заявлении обстоятельств, выходящих за рамки совокупности признаков, определенных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), оснований для квалификации оспариваемой сделки по статьям 10, 168 ГК РФ не имеется (правовая позиция Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Более того, в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» заявило ходатайство о пропуске конкурсным кредитором срока исковой давности.

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

Как следует из пункта 32 постановления Пленума № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ)

В пункте 2 статьи 181 ГК РФ разъяснено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Суд первой инстанции установил, что к 23.01.2018 (дата объявления резолютивной части судебного акта о включении Банка в реестр требований кредиторов ООО «ИСК «Константа») заявитель был ознакомлен с материалами дела, с требованием Банка, основанным на кредитных договорах и договоре ипотеки, а также с приложенными к требованию документами.

То есть на момент рассмотрения судом заявления Банка о включении в реестр требований кредиторов должника (определение от 30.01.2018), конкурсные кредиторы не только участвовали в судебном заседании, но и имели свою позицию относительно заявленного требования, следовательно, в течение годичного срока исковой давности могли реализовать свои процессуальные права и подать заявление об оспаривании сделки. Однако такое заявление подано ФИО10 только 30.07.2019, то есть за пределами годичного срока давности.

При этом кредиторы должника с момента возбуждения дела о банкротстве занимают активную позицию и в полной мере пользуются правами, предоставленными им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и Законом о банкротстве (ими инициированы споры об оспаривании сделок должника, а также инициированы споры о признании действий (бездействия) конкурсных управляющих не соответствующими положениями Закона о банкротстве), следовательно, кредиторы имели реальную возможность соблюсти установленный законом процессуальный срок на подачу заявления об оспаривании сделки, однако не сделали этого.

Пропуск срока исковой давности, о применении которого заявлено Банком, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований заявителей и признания оспариваемого договора и дополнительных соглашений к нему недействительными. 

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.02.2022 по обособленному спору № А56-13301/2017/сд.7 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

И.Ю. Тойвонен