﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-35249/2018

г. Краснодар

22 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июня 2020 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Герасименко А.Н. и Илюшникова С.М., в отсутствие в судебном заседании Ерохина Владимира Николаевича, Ерохиной Инны Викторовны, финансового управляющего должника Михайловой Ольги Ивановны, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы Ерохина Владимира Николаевича и Ерохиной Инны Викторовны на определение Арбитражного суда Ростовской области от 27.09.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2019 по делу № А53-35249/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Литвинова Д.С. (далее –должник) в арбитражный суд обратился финансовый управляющий должника (далее – управляющий) с заявлением о признании недействительным договора дарения земельного участка от 06.11.2014, применении последствий недействительности сделки в виде возврата Ерохиным В.Н. в конкурсную массу должника 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 16 200 кв. м, кадастровый номер 61:02:0600005:3983, расположенный по адресу: Россия, Ростовская область, Аксайский район, п. Темерницкий, за чертой населенного пункта, с северной стороны за полем № 5. 

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена Ерохина И.В.

Определением суда от 27.09.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.11.2019, признан недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок от 06.11.2014, заключенный должником и Ерохиным В.Н. Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал Ерохина В.Н. возвратить в конкурсную массу должника 1/4 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 16 200 кв. м, кадастровый номер 61:02:0600005:3983, расположенный по адресу: Россия, Ростовская область, Аксайский район, п. Темерницкий, за чертой населенного пункта, с северной стороны за полем № 5. Суды пришли к выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В кассационных жалобах Ерохин В.Н. и Ерохина И.В. просят отменить определение суда от 27.09.2019 и постановление апелляционного суда от 22.11.2019, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Заявители полагают, что обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм материального права, выводы суда не соответствуют материалам дела. Податели жалоб считают, что оспариваемый договор не может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку он подписан и прошел государственную регистрацию 06.11.2014. Заявители полагает, что вывод суда относительно неуказания в договоре дарения ссылок на погашение путем его заключения задолженности по договору займа от 09.06.2014, является противоречивым, суд не принял во внимание положения статьи 572 Гражданского кодекса. Заявители указывают, что в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие наличие заинтересованности между должником и Ерохиным В.Н., Ерохиной И.В. с целью причинить материальный ущерб иным кредиторам, на момент заключения оспариваемого договора судебных актов о взыскании с должника задолженности не имелось, ответчик не мог знать о наличии какой-либо задолженности у дарителя, соответственно, у ответчика и третьего лица не имелось умысла совершить действия, направленные на причинении вреда кредиторам, с целью уменьшения конкурсной массы; спорный договор не является безвозмездным, так как совершен при предоставлении встречного исполнения. Податели жалоб полагают, что суды не учли, что при заключении спорной сделки общая воля сторон направлена на предоставление отступного в счет погашения обязательств по договору займа от 09.06.2014. Заявители считают, что по статьям 61.2, 61.3 Закона о банкротстве сроки предъявления исковых требований о признании сделок недействительными истекли, основания для применение статьи 10 Гражданского кодекса отсутствуют.

В отзыве на кассационные жалобы финансовый управляющий должника просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения. 

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты надлежит отменить, обособленный спор – направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 12.11.2018 заявление должника о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству. 

Решением суда от 05.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена Михайлова О.И. Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 15.12.2018 № 232. 

В ходе анализа сделок должника финансовый управляющий установил, что 24.06.2011 Гаркущенко Ю.В., Алейнокова Л.П. (продавцы) и индивидуальный предприниматель Каратунов А.М., индивидуальный предприниматель Литвинов Д.С., Ситько И.И. и Ткачев Г.Н. (покупатели) заключили договор купли-продажи земельного участка площадью 122 тыс. кв. м, кадастровый номер 61:02:0600005:2957, по цене 600  тыс. рублей. Покупатели приобрели по 1/4 доли в праве собственности на указанный земельный участок. 

Впоследствии произведен раздел указанного земельного участка и его часть в составе земельного участка площадью 16 200 кв. м, кадастровый номер 61:02:0600005:3983 зарегистрирована за сособственниками. 

6 ноября 2014 года должник (даритель) и Ерохин В.М. (одаряемый) заключили договор дарения земельного участка (зарегистрирован 21.11.2014), согласно которому даритель безвозмездно подарил и передал, а одаряемый принял в дар 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 16 200 кв. м, кадастровый номер 61:02:0600005:3983. Стороны оценили объект в размере 100 тыс. рублей. 

Считая, что договор дарения от 06.11.2014 не соответствует статье 10 Гражданского кодекса, финансовый управляющий оспорил его в суде.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор дарения заключен 06.11.2014, то есть до 01.10.2015. Вместе с тем по данным ЕГРИП должник (ОГРНИП 310618934800103, ИНН 610204862205) зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 14.12.2010 по 17.03.2015, то есть на дату совершения спорной сделки должник являлся индивидуальным предпринимателем, в связи с чем суды сделали правильный вывод о том, что совершенная должником 06.11.2014 сделка может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции учитывает правовые выводы, изложенные в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 по делу № А53-15496/2017.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 32, 61.1, 61.6 Закона о банкротстве, статьей 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ), статьями 10, 167, 168, 181, 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса, разъяснениями информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25).

 Суды также сослались на правовую позицию, отраженную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2011 № 3990/11 по делу № А10-1176/2010, согласно которой безвозмездное отчуждение должником единственного имеющегося у него ликвидного имущества близкому лицу при наличии существенной задолженности по обязательствам фактически направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие признаков злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса). 

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 № 4-КГ15-54).

Суды установили, что в реестр кредиторов должника включены требования АО «Банк Русский Стандарт». Согласно заявлению кредитора 03.08.2012 должник и банк заключили кредитный договор № 98864255, сумма кредита составила 70 тыс. рублей, 08.07.2013 должник и банк заключили кредитный договор № 107522734, сумма кредита составила 100 тыс. рублей. В соответствии с выписками по счетам должника просрочка по уплате процентов по данным кредитным договорам произошла в декабре 2014 года. Определением суда от 21.02.2019 требование АО «Банк Русский Стандарт» в сумме 484 845 рублей 56 копеек, в том числе 14 тыс. рублей неустойки включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр). 

Кроме того, в реестр включены требования АО КБ «Локо-Банк», которое заключило с должником кредитный договор от 05.12.2012 № 68/КК/12/528, в соответствии с которым заемщику предоставлена кредитная карта с лимитом кредитной линии в сумме 100 тыс. рублей. Согласно выписке по счету просрочка по уплате процентов по указанному кредитному договору произошла в августе 2014 года. Определением суда от 21.02.2018 требование КБ «Локо-Банк» в сумме 129 592 рублей 29 копеек включено в третью очередь реестра. 

14 мая 2014 года Лукьянченко Е.И. и должник заключили договор займа, удостоверенный нотариусом, согласно которому Лукьянченко Е.И. передала, а должник получил заем в сумме 1500 тыс. рублей. 16.05.2015 стороны достигли договоренность, согласно которой должник уплачивает Лукьянченко Е.И. 250 тыс. рублей неустойки и сумму долга, а всего – 1750 тыс. рублей в срок до 01.06.2016. Данное соглашение также удостоверено нотариусом. Таким образом, договор займа от 14.05.2014 должником вплоть до 16.05.2015 не исполнялся, погашение суммы основного долга не производилось, в связи с чем на сумму займа начислена неустойка в сумме 250 тыс. рублей. Ввиду неисполнения должником своих обязательств вступившим в законную силу решением Аксайского районного суда Ростовской области от 24.10.2016 по делу № 2-2912/16 с должника в пользу Лукьянченко Е.И. взыскана задолженность по договору займа от 14.05.2014 в сумме 1750 тыс. руб., а также судебные расходы в сумме 21 950 рублей. Определением суда от 13.06.2019 требование Лукьянченко Е.И. в сумме 1 653 342 рублей 60 копеек, из которых 250 тыс. рублей неустойки, включено в третью очередь реестра. 

Суды пришли к выводу о том, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что уже в августе 2014 года должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и нарушил принятые на себя обязательства, которые с 2014 года и до настоящего времени не исполнены, в связи с чем включены в реестр. 

При разрешении спора суды исходили из того, что договор дарения по своей правовой природе носит лично-доверительный характер и заключается между связанными между собой определенным образом лицами. Даритель не может согласиться на заключение безвозмездного по своей природе договора дарения и выбытие из его собственности имущества по отношению к постороннему лицу. Прекращение права собственности должника на земельный участок путем его дарения взаимосвязанному лицу без получения встречного исполнения на фоне увеличения кредитной нагрузки в своей совокупности свидетельствует о наличии в действиях должника и ответчика злоупотребления правом. 

Как указали суды, в данном случае поведение сторон сделки являлось недобросовестным, поскольку направлено на уменьшение конкурсной массы должника, в отсутствие равноценного возмещения и при наличии значительных денежных обязательств дарителя перед иными лицами, по которым уже допущены просрочки исполнения. В связи с отчуждением земельного участка произошло уменьшение стоимости имущества должника, а также утрачена возможность удовлетворения требований кредиторов должника за счет этого имущества. Должник заключил сделку в отсутствие равноценного встречного исполнения, поскольку договор дарения не предполагает оплату.

Суды отклонили доводы ответчика, третьего лица и должника о том, что договор дарения заключен в целях погашения задолженности должника перед Ерохиной И.В. по обязательствам, основанным на договоре займа от 09.06.2014. 

Ответчик указал, что 09.06.2014 должник и Ерохина И.В. заключили договор займа, бланк 61АА2977841, на сумму 1250 тыс. рублей, сроком возврата до 09.09.2014, удостоенный нотариусом Ароян B.C., зарегистрированный в реестре № 5-4844. 

Согласно позиции участников сделки в счет исполнения обязательств по договору займа (бланк 61АА2977841) от 09.06.2014 должник и ответчик заключили договор дарения от 06.11.2014. 

По мнению ответчика и Ерохиной И.В., являющейся супругой сына ответчика, при заключении спорной сделки общая воля сторон направлена на предоставление отступного в счет погашения обязательств по договору займа от 09.06.2014, а потому спорный договор является возмездным и предполагает равноценное встречное предоставление. Данные доводы подтверждаются дальнейшим поведением Ерохиной И.В., которая не требовала с должника возврата полученного займа, а также не получила от должника денежные средства в оплату полученного займа.

Отклоняя указанные доводы, суды указали, что соглашение об отступном должник и Ерохина И.В. не заключали. Должник и Ерохин В.Н. заключили договор дарения, в котором отсутствуют ссылки на погашение каких-либо обязательств должника путем передачи земельного участка. Соглашение о прекращении обязательств по договору займа от 09.06.2014 путем предоставления отступного или в ином порядке не заключалось. Договор займа заключен должником с одним лицом – Ерохиной И.В., в то время как оспариваемый договор дарения заключен должником с иным лицом – Ерохиным В.Н., который не является супругом заимодавца. Договор займа заключен должником и Ерохиной И.В. без начисления процентов (пункт 1), что свидетельствует о наличии личных доверительных отношений между указанными лицами, не направленных на извлечение выгоды. 

Как установили суды, на момент заключения оспариваемого договора – 06.11.2014 у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, срок исполнения по которым нарушен. Ответчик указал на заключение договора дарения в связи с наступлением срока исполнения обязательств должника перед Ерохиной И.Н., что свидетельствует об осведомленности ответчика о неисполнении обязательств должником перед кредитором. 

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу о том, что погашение обязательств перед одним кредитором свидетельствует о нарушении прав иных кредиторов и подтверждает наличие в действиях сторон договора дарения признаков злоупотребления правом. Действуя добросовестно, стороны не лишены были права оформить отношения в установленном законом порядке, заключив соглашение о погашении обязательств перед заимодавцем – Ерохиной И.В. путем предоставления отступного. Доказательства исполнения должником обязательств перед Ерохиной И.В. или наличия у должника обязательств перед ответчиком в материалы обособленного спора не представлены.

В силу изложенного, руководствуясь статьями 10, 168 Гражданского кодекса, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления о признании недействительным договора дарения от 06.11.2014 и применили последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции, обязав ответчика возвратить имущество в конкурсную массу должника.

Заявленное ответчиком в суде первой инстанции ходатайство о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности суды признали необоснованным в силу следующего. Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства. Суды установили, что первая процедура банкротства – реализация имущества гражданина в отношении должника введена решением суда от 05.12.2018, рассматриваемое заявление финансового управляющего поступило в суд 20.05.2019. При таких обстоятельствах  суд сделали вывод о том, что заявителем соблюден срок исковой давности по требованию об оспаривании договора дарения от 06.11.2014 по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса. 

Апелляционный суд отклонил доводы заявителей, указав, что  безвозмездная передача в дар связанному с должником лицу ликвидного имущества, в отсутствие встречного предоставления со стороны ответчика, в период неплатежеспособности должника, ставит под сомнение добросовестность поведения сторон договора. Принимая во внимание отсутствие в договоре дарения ссылок на погашение путем его заключения задолженности по договору займа от 09.06.2014 и различный субъектный состав договоров займа и договора дарения, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для квалификации оспариваемого договора в качестве соглашения об отступном.

Вместе с тем, суды не учли следующее.

По данным ЕГРИП должник Литвинов Д.С. (ОГРНИП 310618934800103, ИНН 610204862205) зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 14.12.2010 по 17.03.2015. Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки должник имел статус индивидуального предпринимателя. Следовательно, в силу пункта 13 статьи 14 Закона № 154-ФЗ сделка подлежала оспариванию по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.12.2019 № 308-ЭС19-18779(1,2)). 

По основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса сделка могла быть признана недействительной лишь в том случае, если ее дефекты выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок. В данном случае, в качестве оснований для оспаривания финансовый управляющий указал на отчуждение имущества при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами, в отсутствие встречного представления, с целью уменьшения активов должника. Суды в качестве оснований для признания сделки недействительной указали на уменьшение конкурсной массы должника в отсутствие равноценного возмещения и при наличии значительных денежных обязательств дарителя перед иными лицами. Указанные основания для оспаривания сделки полностью охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве. Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, управляющий не указывал и не доказал их наличие; мотивы, по которым суды расценили установленные им обстоятельства в качестве допустимых для квалификации  оспариваемой сделки в качестве ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса, в судебных актах не приведены. Таким образом, в рассматриваемом случае суды, квалифицировав сделку как совершенную со злоупотреблением правом, не указали, чем в условиях конкуренции норм о недействительности выявленные пороки сделки выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом оспариваемая сделка совершена 06.11.2014, за пределами периода подозрительности, установленного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Таким образом, применение судами статьи 10 Гражданского кодекса при наличии оснований, предусмотренных диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, незаконно продлевает сроки исковой давности при оспаривании сделок. 

Из пункта 7 постановления № 25  следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1, 2 статьи 168 Гражданского кодекса).

Кроме того, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления  № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует квалификации судом сделки, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожной (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной и совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке может быть установлено при покупке имущества по заниженной сумме, а также при отсутствии фактической оплаты приобретенного имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При установлении факта заключения сделки с намерением причинить вред другому лицу судам следовало установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы. 

Как указали суды, в данном случае поведение сторон сделки являлось недобросовестным, поскольку направлено на уменьшение конкурсной массы должника в отсутствие равноценного возмещения и при наличии значительных денежных обязательств дарителя перед иными лицами, по которым уже допущены просрочки исполнения. В связи с отчуждением земельного участка произошло уменьшение стоимости имущества должника, а также утрачена возможность удовлетворения требований кредиторов должника за счет этого имущества. Должник заключил сделку в отсутствие равноценного встречного исполнения, поскольку договор дарения не предполагает оплату.

В силу статьи 65 Кодекса каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Заявители указали, что договор дарения заключен в целях погашения задолженности должника перед Ерохиной И.В. по обязательствам, основанным на договоре займа от 09.06.2014. При этом ответчик указал, что 09.06.2014 должник и Ерохина И.В. заключили договор займа, бланк 61АА2977841, на сумму 1250 тыс. рублей, сроком возврата до 09.09.2014, удостоенный нотариусом Ароян B.C., зарегистрированный в реестре № 5-4844. Согласно позиции участников сделки в счет исполнения обязательств по договору займа (бланк 61АА2977841) от 09.06.2014 должник и ответчик заключили договор дарения от 06.11.2014. В обоснование наличия финансовой возможности Ерохиной И.В. предоставить заем по договору от 09.06.2014, заключенного с должником, в материалы дела представлена копия договора уступки права от 29.08.2013, согласно которому Ерохина И.В. получила денежные средства в сумме 1 млн рублей. Податели жалоб пояснили, что у должника в 2014 году было несколько объектов недвижимости, которые он реализовывал, осуществляя предпринимательскую деятельность. Указанную конструкцию по оформлению отступного путем заключения договора дарения стороны избрали в целях обхода необходимости согласования отступного земельного участка со смежными землепользователями.

Между тем, оценивая действия сторон как недобросовестные, суды не дали должной оценки доводам ответчика и Ерохиной И.В. о том, что при заключении спорной сделки общая воля сторон направлена на предоставление отступного в счет погашения обязательств по договору займа от 09.06.2014, а потому спорный договор дарения прекрывал фактическое предоставление отступного, поэтому является возмездным и предполагает равноценное встречное предоставление. Суды необоснованно отклонили представленные в подтверждение данного довода доказательства. Не исследовали, какое количество недвижимого имущество в спорный период реализовал должник, занимаясь предпринимательской деятельностью; являлась ли для должника в спорный период реализация земельных участков и недвижимости его предпринимательской деятельностью.

Суды не дали оценку доводам ответчика о том, что встречное предоставление равноценно денежным средствам, полученным должником по договору займа, что сопоставимо со стоимостью, переданной в собственность 1/4 доли в праве общей долевой собственности в земельном участке. Так, заявитель ссылался на сведения, содержащиеся в ЕГРН (сведения в публичной кадастровой карте), согласно которым кадастровая стоимость земельного участка составляет 1 545 480 рублей. Согласно отчету                            № 2-371/08-19 рыночная стоимость 1/4 доли земельного участка на дату заключения договора дарения составляет 1 123 160 рублей. В счет заключения договора дарения должником получены денежные средства в сумме 1250 тыс. рублей, что сопоставимо с рыночной стоимостью 1/4 доли в праве общей долевой собственности земельного участка, действительная воля сторон сделки направлена на заключение соглашения о предоставлении отступного обязательства по договору займа (реализация имущества) в сумме 1250 тыс. рублей

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 данного Кодекса. Таким образом, названными нормами установлен обязательный признак договора дарения – безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствии встречного предоставления. Если же дарение формально обусловлено совершением каких-либо действий другой стороной, то оно квалифицируется как притворная сделка. Согласно пункту 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки, а к сделке с учетом ее существа применяются правила, регулирующие соответствующий договор.

Ответчик указывал на то, что в договоре дарения отсутствовала ссылка на погашение путем его заключения задолженности по договору займа от 09.06.2014, поскольку в случае наличия такой ссылки данный договор дарения не прошел бы государственную регистрацию и не произошел бы переход права собственности на спорный участок. Указанные доводы ответчика остались без оценки судов.

Согласно абзацу 5 пункта 6 постановления № 63 для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В материалах дела отсутствуют доказательства осведомленности ответчика и Ерохиной И.В. о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, наличии неисполненных денежных обязательств перед кредиторами на стороне должника при заключении оспариваемого договора (06.11.2014). На момент заключения оспариваемого договора судебных актов о взыскании с должника задолженности не имелось. Срок исполнения обязательств в полном объеме перед кредиторами должника на дату совершения оспариваемого договора не наступил. При этом заявители указывали, что о наличии какой-либо задолженности у должника они не могли знать, поскольку первый судебный акт вынесен Аксайским районным судом 24.10.2016, каких-либо исполнительных производств службой судебных приставов не возбуждалось, решений судов о взыскании задолженности не имелось. Указанные доводы остались без оценки судов. 

При таких обстоятельствах вывод судов о наличии в действиях сторон при заключении спорного договора злоупотребления правом не подтверждается представленными в дело доказательствами.

Вывод судов о доверительных отношениях между должником и Ерохиной И.В. основан на предположении и не подтверждается представленными в дело доказательствами.

В соответствии с частью 4 стать 15 Кодекса принимаемые арбитражным судом судебные приказы, решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно части 1 статьи 288 Кодекса основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Кодекса нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления.

Поскольку судебные акты приняты по неполно исследованным обстоятельствам дела, выводы судов противоречат представленным в дело доказательствам, судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса. 

В соответствии с частью 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, устранить указанные нарушения норм процессуального права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований Кодекса, после чего разрешить спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 27.09.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2019 по делу                                      № А53-35249/2018 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

А.Н. Герасименко

С.М. Илюшников