ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-12220/2023, 10АП-12163/2023

Дело № А41-41614/18

21 июля 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 июля 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 08.02.23,

конкурсный управляющий ООО «Держава-Стройинвест» ФИО4 – лично, предъявлен паспорт,

от ООО «ЕВРАПЛЕЙС»: ФИО5 по дверенности от 01.02.23,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего  ООО «Держава-Стройинвест» ФИО4 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 02 июня 2023 года об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу №А41-41614/18, 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 17.09.2019 ООО «Держава-Стройинвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего назначен ФИО6. 

Публикация сведений о признании должника несостоятельным (банкротом) произведена в газете «Коммерсантъ» 14.09.2019. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.10.2019 ФИО6 освобожден от исполнения обязанности конкурсного управляющего, конкурсным управляющим ООО «Держава-Стройинвест» утвержден ФИО7. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.07.2021 ФИО7 освобожден от исполнения обязанности конкурсного управляющего, конкурсным управляющим ООО «Держава-Стройинвест» утверждена ФИО4. 

08.11.2022 конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в размере 337 928 740 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 02 июня 2023 года в удовлетворении заявлено отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должником обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В своей жалобе заявитель ссылается на то, что совокупность оснований для привлечения ФИО2 к ответственности доказана.

Также в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на оспариваемое определение обратился ФИО2

Заявитель в жалобе ссылается на то, что не относится к числу контролирующих должника лиц по смыслу ст. 61.10 Закона о банкротстве. По мнению ответчика, выводы суда о том, что ФИО2 является контролирующим лицом ООО «Держава-Стройинвест», подлежат исключению из мотивировочной части определения как ошибочные.

В судебном заседании представитель ФИО2 и конкурсный управляющий должником поддержали свои жалобы.

Представитель кредитора поддержал позицию конкурсного управляющего.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 272 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав пояснения лиц, участвующих в судебном заседании, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий должником обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 на основании подпунктов 1 и 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Заявитель ссылается на совершение контролирующим должника лицом убыточных сделок, ухудшивших финансовое состояние предприятия, что, по его мнению, свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика.

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункты 1 - 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 является участником ООО «Держава-Стройинвест», владеющим с 01.03.2016 по настоящее время 50% доли в уставном капитале данного хозяйственного общества.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениями, данным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Таким образом, исходя из совокупного толкования указанных норм и разъяснений, ФИО2 является контролирующим должника лицом.

Вопреки доводам заявителя жалобы, данные выводы суда первой инстанции являются обоснованными и не подлежат исключению из мотивировочной части судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункты 1, 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной объективного банкротства должника.

При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 16 Постановление № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Таким образом, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 18 названного Постановления контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 Постановления N 53).

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

            Как указывалось выше, ФИО2 является участником ООО «Держава-Стройинвест», владеющим с 01.03.2016 по настоящее время 50% доли в уставном капитале должника.

Как установлено судом, 02.08.2016 года между ООО «Держава-Стройинвест» и ФИО2 были заключены 14 договоров участия в долевом строительстве многоквартирного дома, предметом которых является строительство двух жилых многоквартирных домов по адресу: Московская область, городской округ Люберцы, 

<

...> поз. № 4, поз. № 5 и передача ФИО2 указанных в договорах квартир. Общая цена договоров составляет 37 062 900 руб. 

Согласно выпискам из ЕГРН, регистрация оспариваемых договоров совершена в период с 11.08.2016 по 12.09.2016. 

Из выписки по счету ООО «Держава-Стройинвест» следует, что денежные средства за объект долевого строительства должником в полном объеме получены не были. Указанные факты установлены определением Арбитражного суда Московской области от 15.04.2022, которым удовлетворено заявление конкурсного управляющего о признании недействительными указанных сделок должника, заключенных между ООО «Держава-Стройинвест» и ФИО2. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 15.04.2022 отменено в части применения последствий недействительности сделок, применены последствия недействительности сделок, с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Держава - Стройинвест» взыскано 42 266 000 руб. Определение в остальной части оставлено без изменения. 

Проанализировав указанные сделки на предмет наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, суд пришел к следующим выводам. 

Балансовая стоимость имущества должника по состоянию на 2016 год (год совершения сделок с ответчиком) составляла 1 346 400 000 рублей, то есть общая установленная судом стоимость сделок должника с ФИО2 (42 266 000 руб.) составляла 3,14% балансовой стоимости имущества должника, или 12,5 % совокупного размера требований кредиторов, учтенных в реестре в деле о банкротстве. 

14.09.2016 между ООО «Держава-Стройинвест» (Застройщик) и ООО «Промстрой» (Участник) были заключены договоры № 6-Л4, 6-Л5 участия в долевом строительстве многоквартирных домов, в соответствии с которыми Застройщик обязался передать в пользу ООО «Промстрой» 14 (четырнадцать) двухкомнатных квартир площадью 839,1 кв.м. в Объекте №1 и 27 (двадцати семь) двухкомнатных квартир площадью 1584,18 кв.м. в Объекте №2, общей стоимость более 100 млн. рублей на дату заключения. 

Указанные обстоятельства были установлены определением Арбитражного суда Московской области от 01.03.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2022, которыми было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделками договора от 22.06.2018 уступки прав (требований) и перевода обязательств по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома № 6-Л4 от 14.09.2016 и договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома № 6-Л5 от 14.09.2016, заключенного между должником, ООО «Промстрой» и Администрацией муниципального образования городской округ Люберцы Московской области, соглашения о порядке завершения реализации Инвестиционного контракта от 16.10.2003 № 203/22-03, заключенного между должником, обществом «Промстрой», ООО «ЛидерСтрой», ООО «Управление капитального строительства «Коренево» и администрацией, договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 14.09.2016 № 6-Л4, заключенного между должником и обществом »Промстрой», договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 14.09.2016 № 6-Л5, заключенного между должником и обществом «Промстрой». 

09.09.2016 между ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 с одной стороны и ООО «ДержаваСтройинвест» с другой стороны заключено соглашение № ДСТ/ДСССЯ-02, в соответствии с которым 09.09.2016 кредиторы заключили с должником договоры долевого участия на сумму в размере 40 192 200 рублей, а именно: ФИО8 – на сумму 8 005 500 рублей, ФИО9 – на сумму 7 723 800 рублей, ФИО10 – на сумму 8 132 400 рублей, ФИО11 – на сумму 8 198 100 рублей, ФИО12 – на сумму 8 132 400 рублей. 

Указанные обстоятельства установлены постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2021 по делу № А41-41614/2018. 01.08.2018 между ООО «Держава-Стройинвест» и Администрацией Муниципального образования Городской округ Люберцы Московской области подписаны следующие документы: 

- дополнительное соглашение к инвестиционному контракту № 203/22-03 от 16.10.2003 на строительство жилого комплекса по ул. Лорха в районе дома 15 в пос. Красково муниципального образования поселок Красково Люберецкого района Московской области (далее - дополнительное соглашение от 01.08.2018);

- акт о результатах частичной реализации инвестиционного контракта № 203/22-03 от 16.10.2003, на строительство жилого комплекса по ул. Лорха в районе дома 15 в пос. Красково муниципального образования поселок Красково Люберецкого района Московской области (зарегистрированного в Минмособлстрое 16.10.2003 за № 203/2203) в части строительства и распределения площади жилых домов позиции № 4 и № 5 (далее - акт от 01.08.2018). 

Пунктом 1 дополнительного соглашения от 01.08.2018 и пунктом 4 акта от 01.08.2018 предусмотрена передача Администрации четырех двухкомнатных квартир № 96, 101, 191, 202 в доме по адресу: 

<

...>, позиция № 5. 

Общая стоимость 4 квартир составила 11 750 000 руб.

После заключения сделок 02.08.2016 с ФИО2 должник располагал активами в виде недвижимого имущества (стоимость не менее 200 млн. рублей), которым распоряжался в пользу третьих лиц в счет исполнения обязательств перед ними, а также иным имуществом виде трансформаторной подстанции стоимость 65 млн. руб., что установлено определением Арбитражного суда Московской области от 01.03.2022. 

В качестве причинения вреда кредиторам конкурсный управляющий ссылается на задолженность перед АО «Мосэнергосбыт», которое, однако, было окончательно установлено решением Арбитражного суда Московской области от 30.10.2017 года по делу А41-71619/17, через год после заключения договоров с ФИО2

По смыслу разъяснений, данных в пунктах 16 и 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17, для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать факт совершения ими (или под их влиянием) совокупности сделок и других операций, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. Также для привлечения лица к субсидиарной ответственности по мотиву совершения им сделок, причинивших существенный вред должнику и его кредиторам, необходимо доказать, что данное лицо в момент совершения сделки знало или должно было знать о цели совершения сделки.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что именно совершение указанных им сделок привело к банкротству должника либо эти сделки совершались ответчиком с противоправной целью.

Как верно указал суд первой инстанции, совершение подозрительных сделок на общую сумму 42 266 000 руб. рублей при балансовой стоимости активов на последнюю отчетную дату 1 346 400 000 рублей, не могло привести к существенному ухудшению положения должника, в результате совершения которых должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При этом, постепенное ухудшение финансовых показателей, увеличение кредиторской задолженности, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий его участника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции также учел, что согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

Оспоренные сделки не были совершены на существенно невыгодных для должника условиях. Совершение оспоренных подозрительных сделок в рассматриваемый период не носило массового и систематичного характера, который мог бы свидетельствовать о злостных попытках вывода имущества должника, применительно к оборотам и масштабам деятельности должника. 

Кроме того, определением о предоставлении рассрочки исполнения судебного акта от 31.03.2023 года судом установлено намерение ответчика исполнить постановление суда апелляционной инстанции о применении последствий недействительности сделок. 

Постановлением судебного пристава-исполнителя Люберецкого районного отдела судебных приставов от 08.06.2023 исполнительное производство № 394480/22/50021-ИП от 17.11.2022 было окончено, в связи с полным погашением ФИО2 задолженности.

Суд первой инстанции верно указал, что вменяемые в вину ответчику сделки признаны недействительными и применены последствия их недействительности, в  связи с чем, взыскание с ФИО2 убытков приведет к применению в отношении ответчика двойной меры ответственности. 

Судом при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок применены последствия недействительности сделок, в связи с чем, должник восстановлен в своих правах; оснований для повторного взыскания указанной суммы не имеется. 

Принимая во внимание ст. 15, 53, 53.1 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», а также представленные в дело доказательства, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований также и для взыскания убытков с ФИО2

ФИО2 при рассмотрении заявления конкурсного управляющего было заявлено о применении срока исковой давности.

В силу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ). 

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом. 

Рассматриваемые действия контролирующих должника лиц были совершены до появления в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» главы III.2, в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался ст. 10 Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)». 

По этой причине в рассматриваемом случае судам следовало применять нормы материального права, предусмотренные старой редакцией закона, к которым относятся и положения названного федерального закона о сроке исковой давности, и новые процессуальные нормы. 

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъясняется, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. 

С 01.07.2013 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» действовала в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, которым были введены годичный субъективный срок исковой давности, исчисляемый с момента, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а также трехлетний объективный срок исковой давности, исчисляемый с даты признания должника банкротом. 

Данная правовая норма устанавливает правила о двух сроках исковой давности: объективный срок исковой давности - заявление не может быть подано после 3 лет со дня признания должника банкротом; субъективный срок исковой давности - заявление может быть подано в течение 1 года с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о совершенных контролирующими лицами деяниях. 

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Московской области от 05.09.2019 (дата объявления резолютивной части, дата изготовления полного текста 17.09.2019) по настоящему делу должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Таким образом, объективный трехлетний срок давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае начал течь не позднее 05.09.2019. 

Учитывая, что требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности заявлено конкурсным управляющим в суд 08.11.2022, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что установленный законом объективный трехлетний срок исковой давности по данному требованию является пропущенным. 

Кроме того, субъективный годичный срок исковой давности для конкурсного управляющего должником не мог начать течь позднее 18.02.2020 – даты подачи им заявления об оспаривании заключенных между ФИО2 и Должником договоров участия в долевом строительстве, поскольку в данном заявлении были изложены все фактические обстоятельства, которые изложены также в заявлении о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. Таким образом, субъективный годичный срок исковой давности для арбитражного управляющего Должником начал течь с 19.02.2020 и истек 18.02.2021.

Утверждение нового конкурсного управляющего не является основанием для иного исчисления срока исковой давности с даты такого утверждения, равно как и для целей исчисления срока исковой давности для каждого из арбитражных управляющих, осуществляющих полномочия управляющих имуществом должника, поскольку такой алгоритм расчета срока исковой давности законом не предусмотрен, учитывая, что конкурсные управляющие в силу статьи 20.3 Закона о банкротстве являются правопреемниками друг друга. 

Смена арбитражных управляющих не является основанием для приостановления течения срока исковой давности. 

Доводы заявителя о том, что о факте причинения сделками ущерба он узнал с даты признания их недействительными, отклонены судом как основанные на неверном толковании норм материального права. 

Согласно п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, как и взыскание убытков, возможно вне зависимости от того, имелись ли иные способы возмещения потерь, равно как и независимо от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков. Основанием для отказа в удовлетворении требований является только возврат в конкурсную массу полученного имущества. 

Пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 не содержит указания на субъектный состав, что свидетельствует о возможности одновременного применения нескольких способов возмещения имущественных потерь к одному лицу. 

На основании вышеизложенных обстоятельств, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии совокупности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Держава-Стройинвест».

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционная коллегия не усматривает.

Приведенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего должником доводы судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, поскольку не свидетельствуют о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта, соответственно, не являются основанием его отмены.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, апелляционной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 02 июня 2023 года по делу №А41-41614/18 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия. 

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи:

 

Н.Н. Катькина

В.П. Мизяк