АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А67-6394/2023

город  Томск

30 июля 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 18 июля 2024 года                                                                               

 

Арбитражный суд Томской области  в составе судьи Пирогова М.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Прониным А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с применением веб-конференции исковое заявление 

ФИО1 (ИНН 

<

***>) в интересах 

общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)

к ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>),

о признании недействительным договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020,

третьи лица - ФИО3; ФИО4;  ФИО5.

 

при участии в судебном заседании:

от представителя истца (ФИО1) – ФИО6, по доверенности от 12.10.2021, паспорт, диплом;

от истца  (ООО «ДСЗ») – ФИО7 по доверенности от 27.05.2024, паспорт, диплом; 

от ответчика (ФИО2) – ФИО8  по доверенности от 03.04.2024, удостоверение адвоката;

от третьего лица  – ФИО3 по паспорту; ФИО9 по доверенности от 05.08.2021 паспорт, диплом (веб-конференция);

от третьего лица (ФИО5) - ФИО7 по доверенности от 11.05.2021, паспорт, диплом; 

от третьего лица  ФИО4– не явился (извещен). 

 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 как участник общества обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» (далее – ООО «ДСЗ», Общество) и ФИО2 о признании недействительным договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020 как мнимого.

Определениями на стадии подготовки дела судом привлечены к участию в деле в качестве третьих  лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (предшествующий владелец оборудования), ФИО5 (участник и директор Общества), ФИО3 (бывший исполнительный директор Общества и подписант договора со стороны Общества).

Общество с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» исковые требования признало.

Согласно представленного отзыва, ФИО5 иск поддержал.

ФИО4 в отзыве, оставляя вопрос о действительности договора на усмотрение суда, указал, что все оборудование на земельном участке было продано ФИО5, а с ФИО3 был конфликт (т.4 л.д.110-111).

ФИО2 и ФИО3 в отзывах против требований возражали.

В судебном заседании судом приобщены поступившие дополнения.

            В ходе рассмотрения спора 11.12.2023 ответчиком - ФИО2 заявлены ходатайства (т.3 л.д.102-105), подержанные в судебном заседании третьим лицом - ФИО3, о передаче дела в суд общей юрисдикции и о приостановлении производства по делу  до рассмотрения судом дела № 2-117/2023. В качестве обоснования ходатайств указано, что ООО «ДСЗ» в силу правого регулирования не может являться ответчиком по настоящему делу, в связи с чем иск, предъявленный к физическому лицу, подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции. Также по мнению заявителей, с учетом рассмотрения Советским районным  судом г.Томска дела по тому же предмету и основанию производство по настоящему делу подлежит приостановлению.

Вместе с тем при заявлении рассмотренных ходатайств  ФИО2 и ФИО3 указано, что в данном случае участником ООО «ДСЗ» - ФИО1 предъявлен косвенный иск,  исполнение (выгоду) по судебному решению получит само общество. Следовательно, ООО «ДСЗ» не может являться ответчиком по настоящему делу, а иск самого общества к ФИО2 по этому же предмету и основанию уже рассмотрен в деле № 2-117/2023. 

           Признавая себя косвенным истцом, ФИО1 возражал против тождества исков, считая,  что рассматриваемый иск предъявлен к ООО «ДСЗ» как соответчику, также полагал, что поскольку он сам не был привлечен к рассмотрению дела № 2-117/2023, то результаты его рассмотрения не образуют для него преюдиции (т.1 л.д.52-53).

 

Определением от 13.02.2024 Арбитражного суда Томской области исковое заявление оставлено без рассмотрения ввиду тождества исков.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 определение Арбитражного суда Томской области отменено, т.к. спор в рамках гражданского дела № 2-117/2023 корпоративным признан не был, возможность присоединения к нему у ФИО1 отсутствовала. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Томской области.

При новом рассмотрении суд исходит из того, что в настоящем деле рассматривается иск ФИО1, предъявленный им  как участником ООО «ДСЗ». В качестве ответчиков в иске поименованы стороны сделки – само Общество и ФИО2

Основанием иска указаны положения  ст.ст.166, 167 и 170 ГК РФ ввиду мнимости данной сделки, поскольку фактически имущество Обществу не передавалось, оборудование не использовалось, стороны не относились к данной сделке как к реальной.

 

При оценке доводов участвующих в деле лиц о процессуальном статусе  в настоящем деле суд исходит из  следующего.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления № 25,  участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ). В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

То обстоятельство, что общество указано в качестве ответчика по данному спору, тогда как в силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оно выступает истцом, представителями которого являются участники корпорации, не изменяет квалификации  спора, как корпоративного (пункт 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2023), утв. 19.07.2023).

Следовательно, предъявление иска Обществом в лице участника на основании абзаца 6 пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации не меняет субъектный состав сторон по делу, поскольку участник корпорации, обращающийся в суд в установленном порядке от имени корпорации, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.11.2023 N Ф04-6594/2023 по делу N А70-8133/2023, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 28 ноября 2019 г. N Ф05-21931/2019 по делу N А40-105797/2019 и др.).

Соответственно, надлежащим истцом по настоящему делу является общество с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод», представителем которого является ФИО1, а ответчиком - ФИО2, что доведено до участников настоящего спора.

При этом, исходит из того, что оспаривание сделок Общества  осуществляется в интересах конкретного его участника лишь косвенно,  поскольку сам ФИО1 не является стороной оспариваемой сделки и результат судебного спора на его права  напрямую не влияет. Прямым результатом применения последствий недействительности сделки является восстановление прав самого Общества (в т.ч. в виде освобождения от обязательств). 

Избранный способ защиты (статьи 11, 12 ГК РФ) в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав. Под защитой нарушенного права имеется в виду не только возможность обращения в арбитражный суд, но и возможность достижения в суде правового результата.

С учетом этого основания для принятия судом признания иска Обществом отсутствуют.

При этом в силу абзаца первого части 6 и пункта 2 названной части статьи 27 АПК РФ, арбитражные суды рассматривают дела по спорам, указанным в статье 225.1 данного Кодекса, независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане.

Из пункта 3 части 1 статьи 225.1 АПК РФ следует, что арбитражные суды рассматривают корпоративные споры, в том числе споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 4 Постановления N 46, в установленных частью 6 статьи 27 АПК РФ и иными федеральными законами случаях, рассмотрение дела относится к компетенции арбитражных судов независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане. К таким делам, в частности, относятся споры по требованиям, указанным в части 1 статьи 225.1 АПК РФ.

Учитывая, что настоящий иск о признании сделки недействительной заявлен участником Общества, данный спор относится к корпоративным. 

Согласно разъяснению, данному в пункте 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.07.2023: "Спор по заявлению участника юридического лица, указанного в части 1 статьи 225.1 АПК РФ, об оспаривании сделок, совершенных этим юридическим лицом, если оно подано в защиту корпоративных интересов данного хозяйствующего субъекта, является корпоративным и в силу пункта 2 части 6 статьи 27 АПК РФ относится к ведению арбитражных судов вне зависимости от того, является ли ответчик гражданином - физическим лицом или обладает статусом индивидуального предпринимателя".

 

При подготовке дела к судебному разбирательству на новом рассмотрении судом отказано в заявлении представителя ФИО1  об отводе судьи определением от 28.06.2024.

На стадии подготовки представитель Общества поддержал  ходатайство о проведении выездного судебного заседания на территории земельного участка с кадастровым номером 42:17:0101047:21 по адресу: Кемеровская область, Юргинский район, северо-восточнее д. Пятково, проведении осмотра земельного участка с кадастровым номером 42:17:0101047:21 на предмет наличия на нем оборудования обозначенного в договоре аренды № 2 от 07.08.2020, привлечении в качестве специалиста для осмотра ФИО10

Протокольным определением от 26.06.2024 суд отказал в удовлетворении вышеуказанных ходатайств истца.

В судебном заседании представители истца также поддержали ранее поданное заявление о фальсификации доказательств:   договора аренды оборудования  с приложением.

Представители ответчика и ФИО3 против заявления возражали.

Суд отказал в заявлении о фальсификации, в т.ч. потому что согласно пояснениям сторон документы, о фальсификации которых заявил истец, были представлены в виде нотариально заверенных ранее в иных судебных процессах, не связаны с попыткой введения в заблуждение участников настоящего процесса, а форма и содержание  документов не изменялись. Дата нотариального заверения  - 23.08.2021.

При наличии возложенной  судебной обязанности по передаче данных документов, заявления об утрате, суд находит причины непредставления ответчиком подлинников оспариваемых документов в настоящее разбирательство уважительными.

Представители третьего лица - ФИО4, надлежащим образом извещенные о времени и месте предварительного судебного заседания, в заседание не явились, ранее представил отзыв на иск. Заседание проводится в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ФИО1, ООО «ДСЗ» и ФИО5  на удовлетворении иска настаивали.

Представители ответчика и ФИО3  против требований возражали.

Из пояснений участвующих в деле лиц и представленных материалов, следует, что ООО «НТУ» (ООО «ДСЗ» до переименования) зарегистрировано в качестве юридического лица 01.12.2017 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. На основании листа записи ЕГРЮЛ от 05.11.2020 г., наименование общества с ограниченной ответственностью «НТУ» изменено на общество с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод». Полномочия директора ООО «НТУ» ФИО11 были прекращены 27.07.2020 г., а директором избран ФИО2. 

            Участниками общества с 2020 г. являются ФИО1 (30%  доли), ФИО2 (40 % доли) и  ФИО5 (30%  доли).

Решением внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод», оформленным протоколом от 06.04.2021, полномочия ФИО2 как директора ООО «ДСЗ» прекращены, директором Общества назначен ФИО5 Таким образом, в период с 27.07.2020 г. по 06.04.2021 г. обществом руководил ФИО2 

Затем по настоящее время единоличным исполнительным органом Общества и представителем, имеющем право действовать без доверенности,  является ФИО5

В иске указано, что осенью 2021 года ФИО1 был привлечен в качестве третьего лица в гражданское дело № 2-8/2023 по иску ФИО2 о запрете ООО «ДСЗ» эксплуатировать принадлежащее ФИО2 оборудование на основании договора аренды оборудования № 2 от 07 августа 2020 года, когда и узнал о существовании оспариваемой сделки. 

Решением от 28 марта 2023 года Юргинского городского суда Кемеровской области в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

Кроме того, ООО «ДСЗ» обратилось в Советский районный суд города Томска с исковым заявлением в ФИО2 о признании недействительным договора аренды оборудования № 2 от 07 августа 2020 года, перечня оборудования и акта приема-передачи оборудования (дело № 2-117/2023).

Недействительность оспариваемого договора обоснована ООО «ДСЗ» нарушением пункта 3 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», как сделки с заинтересованностью. Исковые требования мотивированы фактом не заключения ООО «ДСЗ» оспариваемого договора, отсутствием у Общества денежных средств на реализацию обязательств по договору, а также отсутствием оборудования, которое якобы передавалось в рамках договора по акту приема-передачи. В ходе рассмотрения дела ООО «ДСЗ» заявлено о признании оспариваемого договора мнимой сделкой, поскольку договор не исполнялся и не мог быть исполнен. ФИО1 было отказано во вступлении в дело в качестве третьего лица. 

Решением Советского районного суда города Томска от 14 февраля 2023 года в удовлетворении исковых требований отказано. 

На момент рассмотрения настоящего спора  судебный акт суда общей юрисдикции по делу № 2-117/2023 в законную силу не вступил, производство по апелляционной жалобе было приостановлено.

Согласно нотариально удостоверенного 23.08.2021 договора (т.1 л.д.10-11, .т.3, л.д.109-11, приложение к отзыву ответчика от 11.12.2023), между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «НТУ» (в настоящее время – общество с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод) был подписан договор аренды оборудования № 2 от 07.08.2020 (далее – договор № 2).

В силу п. 1.1 договора арендодатель обязуется предоставить во временное пользование, а арендатор – принять, оплатить пользование и своевременно возвратить оборудование в исправном состоянии с учетом нормального износа в соответствии с перечнем оборудования (Приложение № 1), прилагаемой к договору и являющейся его неотъемлемой частью  (далее – оборудование).

На момент заключения договора оборудование, сдаваемое в аренду, принадлежит арендодателю на праве собственности, что подтверждается договором купли-продажи  оборудования № 21/07/2017 от 21.06.2017, не заложено или арестовано, не является предметом исков третьих лиц (п. 1.2 договора).

Договор считается заключенным с момента подписания его сторонами и передачи арендатору оборудования по акту приема-передачи (п. 1.9 договора).

Оборудование представляется на срок 1 (один) год. Арендатор вправе продлить срок аренды на новый срок, о чем он обязан сообщить арендодателю не позднее, чем за 20 дней до окончания срока аренды (п. 2.1 договора).

Согласно п. 3.1 договора сумма арендной платы за оборудование составляет 24 000 руб.) ежеквартально.

Перечень имущества, подлежащий передаче арендатору, указан в приложении № 1 к договору (местонахождение имущества: Кемеровская область, Юргинский район, пос. Пятково, ФИО12 карьер) и состоит из 17 пунктов.

Подписантом оспариваемого договора значится ФИО2 от своего имени как арендодатель, а от имени ООО «НТУ» - исполнительный директор на основании доверенности от 27.07.2020 – ФИО3, отец ФИО2 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25), судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

По смыслу статьи 170 ГК РФ мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411). 

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

Согласно пункту 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. 

 В силу пункта 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. В соответствии с п. 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

При оценке обстоятельств спора, суд исходит из того, что согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с частями 1 - 3 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

 

При рассмотрении спора суд учитывает, что в рамках дела № А67-2446/2022 Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2023 были установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего спора. 

До 21.07.2020 ФИО4 и ФИО2 принадлежало по ? доли в праве собственности на земельный участок, расположенный северо-восточнее д. Пятково Юргинского района Кемеровской области, вид разрешенного использования: для строительства дробильно-сортировочного цеха, кадастровый номер земельного участка 42:17:0101047:21. 

В соответствии с договором аренды от 01.12.2007 № 10-ЗУ земельный участок был передан в аренду ООО «Юргинский дробильно-сортировочный завод», которое использовало его в своей деятельности по переработке песчано-гравийной смеси. 

21.07.2020 ФИО4 продал ФИО5 по договору купли-продажи ? доли в праве на земельный участок. Согласно пункту 3.1 договора продавец заверяет, что земельный участок свободен от имущества, принадлежащего продавцу или третьим лицам. 

05.08.2020 ФИО1 приобрел у ФИО2 по договору купли-продажи 1/10 от ? принадлежащей ему в праве на земельный участок, у ФИО5 – 2/10 от ? доли в праве на земельный участок. 

15.07.2020 ФИО4 продал оборудование ФИО5 

07.08.2020 земельный участок передан в аренду истцу – ООО «НТУ» (с 05.11.2020 – ООО «ДСЗ») по договору аренды. 

07.08.2020 оборудование, принадлежащее на праве собственности ФИО2, по договору аренды передано ООО «НТУ» сроком на 1 год. 

Учредителями ООО «НТУ» являлись ФИО5, ФИО1, ФИО2, директором с 27.07.2020 – ФИО2 

Таким образом, в июле-августе 2020 изменился состав участников ООО «НТУ» (ООО «ДСЗ»). 

06.04.2021 участниками ООО «ДСЗ» принято решение о прекращении полномочий директора ФИО2, директором назначен ФИО5 

Между участниками ООО «ДСЗ» возник корпоративный конфликт, следствием которого явились судебные споры в арбитражном суде и суде общей юрисдикции.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для пересмотра и переоценки выводов, сделанных судом в вышеуказанном постановлении от 06.07.2023.

 

Кроме того, ФИО2 обратился с иском в Кировский районный суд г. Томска по делу № 13-378/2022 (2-187/2022) о взыскании задолженности по договору аренды оборудования № 2 от 07.08.2020, оспариваемому в настоящем деле.  

В рамках данного дела было установлено, что ответчик в добровольном порядке оплату аренды не произвел, не оспаривал наличие задолженности по аренде. Не согласившись с размером такой задолженности, утверждал, что вся выплаченная сумма в размере 74 000 руб. подлежит зачету в качестве оплату по договору аренды земельного участка, поскольку за аренду оборудования ответчик выплачивает арендную плату ИП ФИО1

Во  вступившем в законную силу решении Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-187/2022   суд установил факт заключения договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020 между ФИО2 и ООО «НТУ» (предшественником ООО «ДСЗ) и перечисления 18.09.2020 платежным поручением № 16 Обществом ФИО2 денежных средств в размере 74 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору аренды № 1 от 07.08.2020 арендная плата за землю и оборудование за август 2020 года», 24 000 руб. от данной суммы оплачены в счет аренды за оборудование по договору аренды оборудования № 2 от 07.08.2020. Такие же выплаты за оборудование произведены 18.09.2020 и 21.09.2020 ИП ФИО5 и ФИО1

Суд пришел к выводу, что существование договора аренды оборудования между спорящими сторонами подтверждено надлежащим доказательством - договором аренды оборудования, заключенным между истцом и ответчиком, представленным в судебное заседание. Утверждение представителя ответчика о том, что договор аренды оборудования подписан в более позднюю дату, суд не принял во внимание, поскольку никаких доказательств в обоснование данного довода ответчиком не представлено.

В апелляционном определении Судебной коллегии по гражданским делам  Томского областного суда от 09.11.2022, вступившем в законную силу, суд подтвердил верность выводов суда первой инстанции, указал, что суду представлялась нотариально заверенная копия заключенного между сторонами договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020, который не признан в установленном законом порядке недействительным либо незаключенным, требований об этом в рамках настоящего спора стороной ответчика не заявлялось.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. 

Данная норма не обусловливает преюдициальное значение судебных актов судов общей юрисдикции для дел, рассматриваемых в порядке арбитражного судопроизводства, тождеством субъектного состава дел, указывая на преюдициальность фактов, имеющих отношение к лицам, участвующим в арбитражном деле.

При оценке доказательств существенно, что в процессе судебного разбирательства арендодатель - ФИО2 и ФИО3, как  бывший исполнительный директор Общества, подписание оспариваемого договора и приложения к нему подтвердили. Наличие и правомерность доверенности у последнего надлежащим образом процессуальными оппонентами не опорочены.

 

Кроме того, арбитражными судами рассмотрено дело № А67-6208/2023  по иску общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод»  к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании недействительным договора аренды оборудования № 3 от 07.08.2020, в удовлетворении требований отказано.

При рассмотрении данного дела с тождественным составом участников Седьмой арбитражный апелляционный суд в постановлении от 07.06.2024 пришел также к следующим выводам.

На земельном участке (Кемеровская область, Юргинский район, северо-восточнее д. Пятково) находится комплекс имущества дробильно-сортировочного завода, который с земельного участка не перемещался с момента  приобретения. Технологическая линия и оборудование дробильно-сортировочного завода является единым имущественным комплексом, расположенным на принадлежащем участникам Общества земельном участке, взаимосвязано между собой, как совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений, технологического оборудования и иных строений, неразрывно связанных физически и технологически. 

Передача всего земельного участка в аренду Обществу признается и не оспаривается участниками процесса. Как следует из пояснений участников процесса, находившееся на данном земельном участке оборудование на стадии смены участников бизнеса не демонтировалось и не вывозилось. Соответственно, вместе с арендованным земельным участком оно поступило во владение Общества в августе-сентябре 2020 года. Передача комплекса технологического оборудования Обществу следует как из характера связи между собой (единство предназначения), так и с его связи землей. Доказательства владения этим имуществом в тот период иным лицом (лицами) в дело не представлены. 

Отклоняя доводы апеллянта и других, поддерживающих его участников процесса, о том, что договор не заключался, никаких намерений на его заключение сторонами не согласовывалось, апелляционный суд исходит из того, что суд первой инстанции обоснованно указал, что в материалы дела представлена переписка сторон, протоколы осмотра доказательств, согласно которым следует, что между сторонами велись переговоры, касающиеся приобретения земельного участка,  оборудования и передачи в аренду обществу, в том числе в переписке в качестве приложенного файла фигурирует договор аренды № 3 от 07.08.2020.

Заключение договора аренды № 3 имело значение только в порядке реализации общей договоренности участников ООО «НТУ» о передаче земельного участка и оборудования Обществу в целях ведения хозяйственной деятельности и извлечения прибыли. Такие действия, вопреки доводам истца, имеют разумную экономическую цель как для самих участников, так и для созданного ими общества с ограниченной ответственностью. Заключение спорного договора, наряду с другими договорами аренды земли и оборудования позволяло Обществу начать осуществление своей хозяйственной деятельности, как взаимовыгодной цели для обеих сторон договора.

При рассмотрении настоящего спора у суда отсутствуют основания для пересмотра приведенных  выводов.

 

Из пояснений сторон и представленных в дело материалов, в т.ч. нотариальных осмотров доказательств (т.4 л.д.4-63,  приложения к отзыву ФИО2 в электронном виде), следует, что в целях обсуждения вопросов приобретения земельного участка и оборудования, а также  организации дальнейшей деятельности ООО «НТУ» (впоследствии - ООО «ДСЗ») была создана группа «Юргинский завод» в приложении WhatsApp, куда входили будущие участники  Общества, юристы и ФИО3

Из данной переписки приложения WhatsApp следует, что участниками группы «Юргинский завод» в июле-сентябре 2020 года рассматривались вопросы приобретения, распределения земельного участка и оборудования между участниками и их передачи Обществу, размещены проекты договоров и иные материалы.

Анализ данных материалов и пояснений участвующих в деле лиц позволяет прийти к выводу, что намерения будущих участников Общества были направлены на приобретение у ФИО4 доли земельного участка и принадлежащего ему оборудования новыми участниками (ФИО1 и ФИО5), с последующей передачей в аренду Обществу всего земельного участка и всего оборудования, включая доли ФИО2, с распределением арендной платы (за землю и оборудование) пропорционально доле их участия в Обществе.

При оценке доказательств суд исходит из того, что фиксация действий по обмену информацией  в приложении WhatsApp на электронном носителе является объективной с указанием лиц, даты, времени и содержания сообщений, и не зависит  от воли участников  и последующего изменения их интересов. 

На стадии рассмотрения настоящего спора участниками дела не оспаривается  раздел между собой и передача в аренду ООО «ДСЗ» земельного участка, т.е. договоренность, отраженная в приложении WhatsApp, в этой части была действительно была реализована.  Также платежи за аренду земли признаются всеми участниками ООО «ДСЗ».

ФИО2 и ФИО3 в данном процессе утверждают, что договоренности по распределению и передаче Обществу оборудования, отраженные в WhatsApp, включая спорный договор, также сохранились и были фактически реализованы, доказательства изменения этих договоренностей не представлены.

Также в данном чате был размещен договор купли-продажи оборудования № 21/07/2017 от 21.06.2017 между ФИО13 и ФИО2 с приложением на 17 пунктов (элементов оборудования), расположенного в Кулаковском карьере (осмотр от 28.11.2022, приложение к отзыву ответчика от 11.12.2023, т.3 л.д.102-104).

 Существенно, что в тот период последний договор никем из участников под сомнение поставлен не был, а, значит,  принадлежность части находящегося на земельном участке оборудования ФИО2 и возможность передачи им в аренду Обществу не оспаривались.

Кроме того, согласно выписке от 18.01.2021 операций по лицевому счету ООО «ДСЗ» ПАО «Сбербанк России» и платежному поручению (приложены к отзыву ФИО2 в электронном виде от 11.12.2023, т.3 л.д.102-104) подтверждается  факт перечисления Обществом денежных средств в размере 74 000 руб. ФИО2  по платежному поручению № 16 от 18.09.2020 в качестве назначения платежа указано – оплата по договору аренды № 1 от 07.08.2020, арендная плата за землю и оборудование за август 2020. Такие же выплаты за землю и оборудование за август 2020 произведены другим участникам: в пользу ФИО5 (платежное поручение № 14)  и ФИО1 (платежное поручение № 15).

Оценка части данных платежей судом общей юрисдикции (дело № 2-187/2022) приведена выше.

Сам факт осуществления данных платежей под сомнение никем не ставится. ФИО2 и ФИО3 утверждают, что как руководители исполняли в т.ч. заключенные договоры аренды оборудования. 

Объективно в назначении платежей указано в т.ч. «за оборудование», а суммы платежей превышали  согласованный размер платы за аренду земли.

До определенного времени никто из арендодателей  и одновременно участников Общества не оспаривал поступление им денежных сумм с назначением «за аренду оборудования» как себе, так и другим, не вернул «переплаты», а перенос части сумм «за оборудование» на аренду земельного участка был произведен значительно позднее.

Следовательно, оплата ответчику за аренду оборудования по спорному договору со стороны ООО «ДСЗ» частично была произведена в сентябре 2020.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заключение и исполнение оспариваемого договора подтверждено, в первую очередь, объективными доказательствами:

- по форме письменный договор как носитель имеет нотариальное удостоверение, неоднократно представлялся в судебные процессы;

- в приложении WhatsApp размещен проект договора, а также договор по приобретению оборудования ответчиком, наряду с договорами по земле, которые не оспорены; 

- оплата по данному договору производилась ООО «ДСЗ» в виде банковской операции.

Также истец, ссылаясь на заключение специалиста ФИО10 от 25.04.2023 и судебные акты по делу  №  33а-10008/2022, указал,  что технологическая линия и оборудование дробильно-сортировочного завода является единым имущественным комплексом, расположенным на принадлежащем участникам Общества земельном участке, взаимосвязано между собой, как совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений, технологического оборудования и иных строений, неразрывно связанных физически и технологически.

Суд принимает данное обстоятельство как правильное и обоснованное.

Как указано выше, поскольку, находившееся на данном земельном участке оборудование на стадии смены участников бизнеса не демонтировалось и не вывозилось, то вместе с арендованным земельным участком оно поступило во владение Общества в августе-сентябре 2020 года. Передача комплекса технологического оборудования Обществу следует как из характера связи между собой (единство предназначения), так и с его связи землей. Доказательства владения этим имуществом в тот период иным лицом (лицами) в дело не представлены.

На основании пояснений сторон и анализа представленных доказательств  суд приходит к выводу о достижении участниками Общества общей договоренности о приобретении, распределении и передаче ООО «НТУ» в аренду как земельного участка, так и находящегося на нем оборудования. Данные договоренности были реализованы в августе-сентябре 2020.

В постановлении от 06.07.2023 по делу № А67-2446/2022 Седьмой арбитражный апелляционный суд прямо указал, что 07.08.2020 оборудование, принадлежащее на праве собственности ФИО2, по договору аренды передано ООО «НТУ» сроком на 1 год.

Оспариваемый договор, основанный на владении ответчиком частью оборудования, передаваемого в пользование ООО «НТУ»,  находится в «цепочке» договоренностей, поддерживаемых и исполненных частично всеми участниками Общества.

До начала корпоративного конфликта и иных споров, всех устраивало распределение, передача  имущества, а также  распределение произведенной оплаты  как за земельный участок, так и за оборудование.

 Данные обстоятельства в значительной мере подтверждаются, в том числе объективными доказательствами, которые находятся в системной логической связи и согласуются между собой. 

Поэтому суд принимает как верные в этой части пояснения ФИО3 и ФИО2, а к  доводам  ФИО5 и ФИО4 о том, что  все оборудование было приобретено ФИО5 у ФИО4 и находилось во владении   ФИО5 с 15.07.2020 по 01.05.2021 суд относится критически. 

При оценке доводов участников спора судом не установлено какой-либо иной цели помимо реального исполнения со стороны ООО «НТУ» в лице ФИО3 и ФИО2  в оформлении оспариваемого договора. 

Таким образом, заключение договора аренды № 2, относилось к обычной хозяйственной деятельности, имело значение только  в порядке реализации общей договоренности участников ООО «НТУ» о передаче земельного участка и оборудования Обществу в целях ведения хозяйственной деятельности и извлечения прибыли. Такие действия имеют разумную экономическую цель как для самих участников, так и для созданного ими общества с ограниченной ответственностью, вопреки доводам ФИО1 и ООО «ДСЗ».

Заключение спорного договора, наряду с другими договорами аренды земли и оборудования позволяло Обществу  начать осуществление своей хозяйственной деятельности, как  взаимовыгодной цели для обеих сторон договора.

При этом для аренды имеет значение владение и возможность использования, а не фактическое (реальное) использование. Поэтому суд полагает, что для правильного разрешения данного спора не имеет значения точный момент  начала осуществления  производственной  деятельности Обществом.

Общая цель договоренностей участников Общества, как и воля сторон договора аренды № 2, была направлена на передачу земельного участка и всего имущества (оборудования) Обществу с получением платы пропорционально участию в обществе. Участники ООО «НТУ» были намерены обеспечить хозяйственную (производственную) деятельность создаваемого предприятия с получением прибыли, а спорный договор был заключен и исполнялся наряду с другими вышеперечисленными договорами аренды.

Представитель также ООО «ДСЗ»  заявил ходатайство о проведении выездного судебного заседания с привлечением специалиста.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 135 АПК РФ при подготовке дела к судебному разбирательству судья рассматривает вопросы о возможности проведения выездного судебного заседания.

Необходимость проведения такого заседания, его целесообразность, невозможность рассмотрения дела по существу и принятия законного судебного акта должны быть документально обоснованы. При этом необходимые случаи проведения выездного судебного заседания определяются на основании внутреннего убеждения суда с учетом приведенных заявителем обоснований и доказательств.

 Суд полагает, что заявленное ходатайство является необоснованным на основании следующего. С момента оформления договора аренды оборудования прошел значительный промежуток времени, состав оборудования и его маркировка могли быть изменены, а суд не обладает специальными техническими познаниями.

В таком случае проведение выездного судебного заседания с целью осмотра оборудования не приведет к получению необходимых доказательств и приведет лишь к затягиванию рассмотрения спора.

Кроме того, суд в целом принимает довод истца, выраженный в экспертном заключении № 307-05/2021 от 17.05.2021 (эксперт ФИО10): технологическое и вспомогательное оборудование, здания и сооружения для дробильно-сортировочного комплекса, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 42:17:0101047:21, по адресу: Кемеровская область, Юргинский район, северо-восточнее д. Пятково, являются единым недвижимым комплексом как совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений, технологического оборудования и иных строений, неразрывно связанных физически и технологически между собой и расположенных на одном земельном участке с кадастровым номером 42:17:0101047:21.

Идентификация (наименование) оборудования, количество  и его состав в приложении к договору аренды с учетом приведенных выше доводов являются второстепенными.

Стороны совместный осмотр участка и оборудования по предложению суда не произвели, результаты их самостоятельных осмотров не совпадают.

Не оценивая и не предрешая вопросы принадлежности оборудования с учетом наличия судебных споров, суд приходит к выводу, что достигнутые между участниками Общества договоренности относительно приобретения, распределения и передаче земельного участка и оборудования Обществу в аренду в целях ведения хозяйственной деятельности и извлечения прибыли были реализованы. Оспариваемый  договор был подписан и исполнялся сторонами как реальный.

Заключение и исполнение договора аренды, свидетельствует, что сделка в момент ее совершения была направлена на установление изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, в полном соответствии со статьей 153 ГК РФ, то есть на достижение определенного правового результата, в связи с чем, она не может быть признана недействительной. Каких-либо пороков оспариваемой сделки, влияющих на ее действительность, суд не усматривает. 

 

Ответчик и ФИО3 заявили об истечении срока исковой давности по заявленному требованию. 

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 43 от 29.09.2015 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Юридическое лицо действует в гражданском обороте через своих представителей, в том числе лиц, осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа (участников общества), которые имеют полномочия как на активные действия (например, совершение сделок), так и на пассивное представительство (восприятие от имени юридического лица внешних фактов). Риски недобросовестности указанных лиц несет юридическое лицо, и они не могут быть переложены на добросовестных третьих лиц.

Поскольку начало течения исковой давности связано с тем, когда юридическое лицо совершило оспариваемую сделку, сведения, воспринятые участником общества, относятся на юридическое лицо и оно в подтверждение иного момента начала течения исковой давности не может ссылаться против третьих лиц на то, что директор (участник общества) был недобросовестный и действовал против интересов юридического лица, если только не будет доказан сговор директора (участников общества) с контрагентом по сделке.

Иной подход нарушал бы права другой стороны сделки, которая по причинам, связанным исключительно с внутренними взаимоотношениями в юридическом лице, была бы ограничена в возможности ссылаться на истечение исковой давности со стороны юридического лица. Кроме того, это нарушало бы правовое равенство, поскольку юридические лица находились бы в привилегированном состоянии за счет возможности "продления" исковой давности по требованиям об оспаривании сделок посредством смены директора или предъявления таких исков участниками (акционерами).

Из совокупности правовых подходов, изложенных в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 N 305-ЭС19-20584, от 26.08.2016 N 305-ЭС16-3884, следует, что требование участника общества об оспаривании сделки, совершенной юридическим лицом, является косвенным, так как сам контрагент, а не его акционер выступает выгодоприобретателем по такому иску.

Следовательно, при рассмотрении косвенных исков о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

Вместе с тем, поскольку оспариваемый договор датирован 07.08.2020, а иск предъявлен в суд 21.07.2023, трехлетний срок не пропущен.

 

Предъявление настоящего иска и процессуальное поведение сторон объясняется следующим.

Из пояснений сторон и материалов следует наличие ряда судебных споров между участниками Общества и самим ООО «ДСЗ», в т.ч. по установлению принадлежности оборудования завода  и другие.

Разделение сторон конфликтов, когда противопоставляются имущественные  и иные интересы, произошло следующим образом: на одной стороне выступают Общество и физические лица: ФИО5, представляющий одновременно ООО «ДСЗ» как директор и ФИО1, а на другой стороне - ФИО2 (как участник, доли, арендодатель, бывший директор) и его отец – ФИО3 (исполнительный директор, участник  трудовых и иных отношений). 

По существу  споры связаны с противодействием интересов физических лиц: ФИО5 и ФИО1 - с одной стороны, родственников ФИО3 и ФИО2 – с другой.

            Интересы первой группы лиц на протяжении длительного времени представляют действующие на основании соответствующих доверенностей ФИО6 и ФИО14 При этом они выступают подписантами исков и отзывов и имени ООО «ДСЗ», ФИО5 и ФИО1, осуществляют их представительство в судебных инстанциях. 

Действительными совместными целями иска для ФИО1 и ООО «ДСЗ» могут быть: искажение ранее достигнутых договоренностей по распределению  оборудования между участниками Общества, пересмотр состоявшихся судебных актов, в т.ч. о взыскании арендной платы в пользу ФИО2  и избежание дальнейших оплат, возврата оборудования, пересмотр принадлежности (прав собственности) оборудования завода.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

В силу общеправового принципа «эстоппель» сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности. 

Законодательством не допускается противоречивое и недобросовестное поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Оценивая поведение участников спора на предмет добросовестности, суд приходит к выводу, что поведение ФИО2 является последовательным и добросовестным. Будучи директором, он  обеспечил передачу оборудования и оформление договора аренды оборудования № 2  в соответствии с достигнутыми соглашениями и, получив в пользу Общества оборудование от всех участников Общества вместе с земельным участком, произвел выплаты участникам, в том числе за оборудование. Поддерживает данную позицию на стадии судебного разбирательства вместе с ФИО3

В этой ситуации поведение ФИО1, ФИО15 (как участника и директора ООО «ДСЗ») не соответствует правилам эстоппеля, в силу чего их требования не подлежат судебной защите. 

Их процессуальное поведение также направлено на обход преюдициальных выводов судов.

В частности, вопреки выводу Седьмого арбитражного апелляционного суда в Постановлении от 06.07.2023 по делу № А67-2446/2022 о том, 07.08.2020 оборудование, принадлежащее на праве собственности ФИО2, по договору аренды передано ООО «НТУ» сроком на 1 год, данными лицами  утверждается, что все оборудование принадлежало ФИО4 и продано ФИО5, а соответственно ФИО2 не принадлежало.

Однако, договор между ФИО13 и ФИО2 № 21/07/2017 от 21.07.2017 был открыто «выложен» в группе WhatsApp, что никем не оспаривался, из переписки и пояснений сторон следует наличие договоренности разделить имущество на троих участников.

Также эти лица оспаривают выводы, отраженные в решении Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-187/2022 о характере и назначении произведенных арендных платежей участникам в сентябре 2020 года.

С учетом изложенных обстоятельств иск удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать полностью.

 

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

 

                        Судья                                                                                    М.В. Пирогов