ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9514/2021

Дело № А41-72111/18

13 июля 2021 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  06 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 июля 2021 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Боровиковой С.В., Погонцева М.И.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от АО «НПО ГЕОТЕХНОЛОГИИ» - ФИО2, представитель по доверенности № 4/21 от 11.01.2021;

от ФИО3 - ФИО4, представитель по нотариально заверенной доверенности №  77 АГ 2380130 от 04.12.2019, зарегистрированной в реестре за №77/439-н/77-2019-11-904 (онлайн);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО «НПО ГЕОТЕХНОЛОГИИ» на определение Арбитражного суда Московской области от 16.04.2021 по делу  № А41-72111/18, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 10 сентября 2018 г. возбуждено производство по делу № А41-72111/18 о несостоятельности (банкротстве) АО «Банк Патентованных Идей» (далее – должник). 

Решением Арбитражного суда Московской области от 30 октября 2018 г. в отношении АО «Банк Патентованных Идей» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден член Ассоциации ВАУ «Достояние» ФИО5. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» 17 ноября 2018 года. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 октября 2019 г. ФИО5 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 15 ноября 2019 г. конкурсным управляющим утвержден член Ассоциации СРО «ЦААУ» ФИО6.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 14 января 2020 г., оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15 июня 2020 г, определение Арбитражного суда Московской области от 15 ноября 2019 г. об утверждении ФИО7 конкурсным управляющим должника отменено, вопрос об утверждении конкурсного управляющего направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 июля 2020 г. конкурсным управляющим АО «Банк Патентованных Идей» утвержден член ААУ «ГАРАНТИЯ» ФИО8.

В рамках указанного дела конкурсные кредиторы должника АО «НПО ГЕОТЕХНОЛОГИИ» и ПАО «ОДК-УМПО» (далее – заявители) обратились в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просили признать недействительными сделками договор № 1А/2015 от 10 марта 2015 г., заключенный между должником и ИП ФИО3, а также платежи АО «Банк Патентованных Идей» в пользу ИП ФИО3, совершенные в период с 26 марта 2015 г. по 13 сентября 2017 г. на общую сумму 18 157 635,33 руб., и применить последствия их недействительности в виде взыскания с ИП ФИО3 18 157 635,33 руб., а также 2 862 190,55 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.04.2021 в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными отказано.

Не согласившись с принятым судебным  актом, АО «НПО ГЕОТЕХНОЛОГИИ» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из ч. 1 ст. 223 АПК РФ, дела о несостоятельности рассматриваются судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности. 

В соответствии с п. 1 ст. 61.1. Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Из материалов дела следует, что 10 марта 2015 г. между ИП ФИО3 и АО «Банк Патентованных Идей» был заключен договор № 1А/2015. 

В силу п. 1.1 указанного договора Исполнитель (ИП ФИО3) обязался осуществлять в интересах и от имени Заказчика (АО «Банк Патентованных Идей») поиск потенциальных клиентов па территории Российской Федерации и оказывать содействие в заключении договоров между Заказчиком и Клиентом, предметом которых является выполнение Заказчиком работ и оказание услуг по проведению комплекса мероприятий, направленных па определение доли государства в правах/в доходах от использования результатов научно-технической (интеллектуальной) деятельности, содержащихся в продукции военного назначения, поставляемой на экспорт в соответствии с контрактными обязательствами Клиентов, а также договоров с иными предметами в рамках уставной деятельности. 

На основании указанного договора в период с 26 марта 2015 г. по 13 сентября 2017 г. с расчетного счет должника в пользу ИП ФИО3 было перечислено 18 157 635,33 руб. в качестве оплаты услуг, оказанных в рамках договора № 1А/2015. 

В обоснование заявленных требований конкурсные кредиторы указывают на то, что в заключении оспариваемого договора отсутствовала экономическая целесообразность и договор фактически ИП ФИО3 не исполнялся. 

Заявитель указывает на то, что основным видом деятельности должника являлись оказание услуг предприятиям оборонно-промышленного комплекса по проведению инвентаризации прав на результаты научно-технической деятельности (РНТД), используемых при производстве продукции военного назначения (ПВН), экспортируемой при осуществлении военнотехнического сотрудничества, подготовка документов, обосновывающий объем прав Российской Федерации на РИД при осуществлении военно-технического сотрудничества. 

Также заявитель указывает на то, что в связи с узкой специализацией деятельности должника, его заказчиками могли являться исключительно предприятия оборонно-промышленного комплекса, которым представлено право осуществления поставок военной продукции на экспорт. 

В силу ч. 2 ст. 1 Федерального закона № 223-ФЗ от 18 июля 2011 г. «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», ч. 1 ст. 3 Закона № 44-ФЗ от 05 апреля 2013 г. «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», такие предприятия обязаны организовывать конкурентные закупки с целью выбора поставщиков, подрядчиков, исполнителей в соответствие с указанными федеральными законами. Выбор подрядчиков указанными заказчиками осуществляется по результатам организованных ими конкурентных закупок, в том числе, торгов, аукционов, запросов котировок, запросов предложений, организованных на базе электронных торговых площадок.

Исходя из вышеизложенного, заявители делают вывод о том, что поиск потенциальных заказчиков осуществлялся должником посредством мониторинга конкурентных процедур в единой информационной системе и/или на иных торговых площадках и участия в таких процедурах. 

Фактически указанная деятельность, а также подготовка документации для участия в конкурентных закупках, осуществлялись работниками должника, а также ООО «Инвест-Ресурс» в рамках заключенного между АО «Банк Патентованных Идей» и ООО «Инвест-Ресурс» договора на юридическое обслуживание. 

Вышеизложенное, по мнению заявителя, свидетельствует о том, что оспариваемый ими договор заключен без намерения его исполнения, а также о том, что фактически ИП ФИО3 услуги, предусмотренные договором, не оказывал, ввиду отсутствия необходимости в таковых. 

Также заявитель указывает на то, что выписками из реестра акционеров должника подтверждается факт владения ФИО3 75% акций должника, в связи с чем, по их мнению, перечисления денежных средств в рамках договора являются выводом денежных средств должника в пользу ФИО3 в отсутствие какого-либо встречного представления.

Отказывая в удовлетворении заявленных кредиторами требований, суд первой инстанции посчитал, что ими не доказано совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и отсутствие доказательств предоставления со стороны ФИО3 должнику компенсационного финансирования.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанный вывод суда первой инстанции.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно абзацам 2 - 4 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагаемся, если:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. либо если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества, либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать пять и более процентов балансовой стоимости активов должника. определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

При определении наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абз. 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве (п. 6 Постановления N 63).

В силу абз. 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника: под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, заявление ООО "МИСТРАЛЬ" о признании АО "Банк Патентованных Идей" несостоятельным (банкротом) принято к производству Арбитражного суда Московской области определением от 10 сентября 2018 года.

Таким образом, договор №1А/2015 от 10.03.2015, заключенный между должником и ФИО3 не может быть оспорен по основаниям, предусмотренным п. 1,2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также платежи, совершенные в период  с 26.03.2015 по 10.09.2015 не могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным п. 1,2 ст. 61.2 Закона о банкротстве

Однако оспариваемые платежи, совершенные с 10.09.2015 по 13.09.2017, могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно выписке по расчетному счету должника в 2017 г. в пользу АО «Банк Патентованных Идей» поступила выручка по договорам с его заказчиками на общую сумму 17 900 000 руб., в частности от АО «Концерн «Калашников», АО «Концерн Радиоэлектронные технологии» и АО «НПО «Прибор».

Впоследствии, в 2018 г. в пользу АО «Банк Патентованных Идей» поступила выручка по договорам с его заказчиками, заключенными в период с 2016 г. по 2017 г. на общую сумму 38 100 000 руб., в частности от АО «Концерн Радиоэлектронные технологии», АО «НПО «Прибор» и АО «ВНИИ «Градиент». 

Согласно открытой информации, содержащейся в Картотеке арбитражный дел, в спорный период у должника имелась перспективная ко взысканию дебиторская задолженность ОАО «НПО «Уралвагонзавод» в общем размере 39 495 000 руб., подтвержденная судебными актами по делу №№ А60-33047/2017 и № А60-33048/2017. 

В тот же период на стадии исполнения у должника находились контракты с заказчиками со сроками исполнения до 31 декабря 2017 г. 

Наличие доходных контрактов должника на 01 января 2018 г., заключенных в 2015-2016 гг., общей ориентировочной суммой 179 млн. руб., находящихся в стадии реализации, также подтверждается анализом финансового состояния должника. 

На 31 декабря 2016 г. должник имел удовлетворительную структуру баланса. 

Так, по состоянию на 31 декабря 2016 г. у должника имелись активы в виде основных средств на сумму 608 000 руб., оборотных активов на сумму 205 106 000 руб., в том числе запасов на сумму 70 823 000 руб., дебиторской задолженности на сумму 66 227 000 руб., финансовых вложений на сумму 63 700 000 руб., денежных средств и денежных эквивалентов на сумму 403 000 руб., по состоянию на 31 декабря 2016 г. нераспределенная прибыль должника составила 6 202 000 руб. 

По результатам проведенного арбитражным управляющим ФИО5 анализа финансового состояния должника наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у АО «Банк Патентованных Идей» в период совершения спорных платежей также не выявлено. 

При этом вывод о наличии неудовлетворительных ключевых финансовых показателях деятельности должника сделан по состоянию на 4 квартал 2018 г. Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 г. № 18245/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. № 310-ЭС15-12396, наличие задолженности перед отдельными кредиторами само по себе не означает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. 

При этом недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. 

Решение № 5732 о привлечении к ответственности АО «Банк Патентованных Идей» за совершение налогового правонарушения на общую сумму 58 596 745 руб. вступило в силу только 21 мая 2018 г. 

При этом задолженность перед налоговым органом была погашена на сумму      46 157 444,39 руб. списанием со счета по инкассовым поручениям в период с 15 июня 2018 г. по 18 июня 2018 г. 

Соответственно, арбитражный суд приходит к выводу о том, что конкурсным кредитором в материалы дела не представлено доказательств того, что спорные выплаты ИП ФИО3 были осуществлены в условиях имущественного кризиса АО «Банк Патентованных Идей».

Таким образом, апелляционная коллегия не усматривает оснований для признания указанных платежей недействительными сделками по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении дела судом не было установлено и наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ ввиду следующего.

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления свои х прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих сторон - участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу ст. 421, 424 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд считает, что материалами дела не подтверждается, что должником оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением сторонами сделки принадлежащими им правами.

Апелляционная коллегия также приходит к выводу об отсутствии признаков мнимости указанных сделок в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 N 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Формальное оформление сделок направлено на создание фиктивного требования к должнику с целью вывода активов должника, что неминуемо ведет к причинению вреда иным независимым кредиторам. Сделки совершены при наличии недобросовестных действий обеих сторон. Сторонами были оформлены все документы, но не были созданы правовые последствия. Документами, предоставленными заявителем в подтверждение оказанных услуг, являются только акты, отображающие стоимость услуг, без расшифровки их содержания. При этом действия должника по приемке оказанных услуг по договорам, оформленные актами, не свидетельствуют о фактическом исполнении обязательств по договорам.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих его исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой наличия и соответствия документов установленным формальным требованиям закона, а необходимо принимать во внимание иные документы первичного учета и доказательства.

ФИО3 в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие факт реального оказания им услуг в рамках оспариваемого договора.

Пунктом 2.2 оспариваемого договора предусмотрен конкретный перечень услуг, которые подлежат оказанию должнику. 

В частности, ИП ФИО3 обязался: 

- проводить поиск потенциальных Клиентов для Заказчика с целью заключения сделок между Заказчиком и потенциальным Клиентом; 

- изучать рынок предложений и спроса на услуги Заказчика, в том числе размещенного в электронном виде в Единой информационной системе (официальный сайт zakupki.gov.ru) и/или на иных торговых площадках в соответствии с Федеральным законом от 18 июля 2011 г. № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», Федеральным законом от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», с целью выявления для Заказчика потенциальных Клиентов;

- оказывать содействие в продвижении информации о деятельности Заказчика с использованием ознакомительных материалов и рекламных продуктов, предоставленных Заказчиком; 

- осуществлять активные действия, направленные на содействие Заказчику в заключении договоров с Клиентами в соответствии с уставной деятельностью Заказчика, разрабатывать соответствующие проекты договоров; 

- предоставлять Заказчику полные и достоверные сведения о потенциальных Клиентах, ставшие известными Исполнителю в ходе осуществления деятельности по настоящему Договору; 

- проводить коммерческие переговоры, совещания с потенциальными Клиентами лично (либо с привлечением представителей Заказчика) по вопросам заключения договоров с Заказчиком, в том числе по вопросам объема и качества выполняемых работ, оказываемых услуг, предварительного согласования цены, условий и порядка оплаты услуг и предполагаемых сроков их выполнения; 

- представлять интересы Заказчика при проведении коммерческих переговоров, совещаний на предприятиях, в организациях и учреждениях по вопросам в сфере управления правами на результаты интеллектуальной деятельности и управлению интеллектуальной собственностью, а также по всем вопросам, связанным с осуществлением Заказчиком хозяйственной деятельности; 

- осуществлять консультирование Заказчика, по всем вопросам, связанным с осуществлением Заказчиком хозяйственной деятельности; - своевременно информировать Заказчика о необходимости проведения переговоров, совещаний с потенциальным Клиентом; 

- готовить необходимые материалы и проекты документов и для размещения в электронном виде в Единой информационной системе и на иных торговых площадках с целью участия Заказчика в конкурентных процедурах в качестве потенциального поставщика товаров, работ (услуг) в соответствии с Федеральным законом от 18 июля 2011 г. № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ , услуг отдельными видами юридических лиц», Федеральным законом от 05 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»; 

- сохранять в тайне ставшие известными Исполнителю коммерческие сведения о контрактах (договорах), заключенных Заказчиком и Клиентом, как во время действия настоящего Договора, так и после его завершения. - оказывать Заказчику, его Клиентам консультационные услуги по вопросам, связанным с выполнением и реализацией заключенных между ними договоров. 

Таким образом, оспариваемый Договор предусматривал осуществление ИП ФИО3 конкретных и определенных действий, необходимых для осуществления должником его уставной деятельности. 

Наличие у должника необходимой организационно-штатной единицы, в обязанности которой входило бы осуществление вышеуказанных действий, материалы дела не содержат. 

Согласование условия о цене за выполненные работы (2% от общей суммы договора, заключенного между Заказчиком и Клиентом при содействии Исполнителя), по мнению суда не является завышенным. 

За период с 2015 г. по 2017 г. в результате проделанной ИП ФИО3 работы в рамках оспариваемого договора должником было заключено четырнадцать договоров на общую сумму более 800 миллионов рублей, по десяти закупкам подготовлены предложения в заявки на участие в конкурсных закупках, включая технические предложения по цене и срокам выполнения работ, оказано содействие в формировании полного пакета документов для размещения заявок на участие в конкурсных процедурах, по итогам участия в которых ни одна заявка должника, подготовленная при содействии ИП ФИО3 в рамках договора, не была отклонена, как не соответствующая требованиям конкурсной документации. 

По итогам указанных процедур должником было заключено договоров на сумму 634 500 000 руб. 

По результатам проведенных ИП ФИО3 переговоров с предприятиями оборонно-промышленного комплекса по вопросу правомерного использования прав Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности военного, двойного и специального назначения, с должником, как с единственным поставщиком, было заключено четыре договора на сумму 193 000 000 руб. 

Факт проведения ИП ФИО3 переговоров с руководством предприятий и участия в мероприятиях по популяризации деятельности должника (выставках вооружения, конференциях, рабочих группах федеральных органов исполнительной власти и Правительства Российской Федерации) подтверждается материалами дела. 

По результатам выполненных в рамках оспариваемого договора работ должнику представлены отчеты от 26 марта 2015 г., от 30 июня 2015 г., от 30 октября 2015 г., от 16 ноября 2015 г., от 29 января 2016 г., от 29 апреля 2016 г., от 22 июня 2016 г., от 17 октября 2016 г., от 17 апреля 2016 г. 

Приемка должником выполненных работ подтверждается актами № 1 от 26 марта 2015 г.; № 2 от 30 июня 2015 г.; № 3 от 20 июля 2015 г.; № 4 от 30 октября 2015 г.; № 1 от 29 января 2016 г.; № 2 от 12 апреля 2016 г.; № 3 от 29 апреля 2016 г.; № 4 от 22 июня 2016 г.; № 5 от 22 июня 2016 г.; № 5 от 16 ноября 2016 г.; № 6 от 17 октября 2016 г. и № 1 от 17 апреля 2017 г. 

Утверждение заявителей о том, что поиск потенциальных клиентов осуществлялся самостоятельно должником, а также ООО «ИнвестРесурс» в рамках договора на юридическое обслуживание не подтвержден представленными в материалы дела доказательствами. 

Договор на оказание услуг по юридическому обслуживанию № 01/01/2016-Ю1-ИР, был заключен между ООО «ИнвестРесурс» и должником 01 января 2016 г. 

Полный перечень услуг, оказываемых ООО «ИнвестРесурс» по указанному договору согласно п. 1.3 не предусматривал оказания услуг, аналогичных услугам, предусмотренных оспариваемым договором.

Согласно п. 1.5 договора № 01/01/2016-Ю1-ИР в случае необходимости оказания иных юридических услуг, не указанных в договоре, стороны должны оформлять условия оказания таких услуг дополнительным соглашением к договору. Доказательств, подтверждающих наличие подобных дополнительных соглашений к договору №01/01/2016-Ю1-ИР не представлено. 

Довод заявителя о том, что узкая специализация должника и структура акционерного капитала предприятий оборонно-промышленного комплекса исключала необходимость проведения поиска потенциальных клиентов с целью заключения договоров и мониторинга рынка спроса на услуги должника, поскольку вся информация о закупках содержится в базе электронных торговых площадок, не соответствует действительности, что подтверждается, в частности, заключением договоров с четырьмя заказчиками без проведения конкурсных процедур (договоры с АО «Ижевский электромеханический завод «Купол» от 27 апреля 2016 г. № 2016/050-14ДСП, с ОАО «Концерн «Калашников» от 03 июня 2016 г. № 042.09.2691/16; с АО «КРЭТ» от 05 октября 2016 г. № 05-10/2016-ОД с АО «КБ «Связь» от 10 октября 2016 г. № 148/16-2270). 

Должник не являлся монополистом в сфере оказания услуг по проведению инвентаризаций результатов научно-технической деятельности, также не имел статуса Единого поставщика соответствующих услуг для предприятий оборонно-промышленного комплекса, осуществляющих внешнеэкономическую деятельность, что теоретически могло бы обосновать отсутствие экономической потребности в продвижении работ и услуг, оказываемых должником на рынок. 

Рынок соответствующих услуг является конкурентным, что подтверждено проведенным ФАС России анализом состояния конкуренции на рынке работ по определению доли государства в правах/доходах от использования результатов интеллектуальной деятельности, проведенным в рамках рассмотрения дел № 1-17-9/00-30-18 и № 1-17-3/00-30-18 в отношении должника.

Указанными документами установлено не менее десяти хозяйствующих субъектов, действующих на данном рынке услуг в период с августа 2015 г. по март 2017 г. 

Таким образом, с целью занятия лидирующих позиций на рынке, выбора правильной ценовой стратегии по оказанию данных услуг, формирования лучшего конкурентного предложения должник имел потребность в оказании услуг ИП ФИО3 

Также оспариваемая сделка являлась предметом исследования в рамках выездной налоговой проверки за период с 2013 г. по 2015 г., проводимой Межрайонной ИФНС России № 2 по Московской области в период с 29 июля 2016 г. по 25 мая 2017. По результатам налоговой проверки экономически необоснованных затрат в рамках осуществления оспариваемой сделки выявлено не было. 

Кроме того, арбитражный суд учитывает, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО3 еще не являлся акционером должника. 

По мнению заявителя, деятельность, предусмотренная оспариваемым договором, осуществлялась работниками должника и ООО «ИнвестРесурс», в частности ФИО9 В обоснование указанного довода заявители ссылаются на решение Комиссии ФАС России по делу № 1-17/00-30-18 от 02 ноября 2018 г. 

Доказательств того, что ФИО9 являлась сотрудником должника в материалы дела не представлено, вывод о том, что ФИО9 является сотрудником АО «Банк Патентованных Идей» сделан на основании ее частной переписки датированной 20 октября 2014 г., то есть задолго до заключения оспариваемого договора. 

 

Комиссией ФАС России установлено, что при подготовке и проведении Закупки ПАО «Корпорация «Иркут» и должник заключили антиконкурентное соглашение, которое реализовали путем включения в документацию требований к участникам закупки, которым в совокупности соответствовало только АО «Банк Патентованных Идей». 

Решение ФАС России вынесено в отношении действий должника и только в отношении одного из Заказчиков – ПАО «Корпорация «Иркут».

ФАС России установлено, что во исполнение антиконкурентного соглашения АО «Банк Патентованных Идей» направило заказчику разработанные им проекты закупочной документации и требований к участникам закупки, а ПАО «Компания «Иркут», со своей стороны, включило представленные должником требования в закупочную документацию. 

Наличие соглашения согласно решению комиссии ФАС России подтверждается перепиской ответчиков до публичного объявления закупок, в которых обсуждаются существенные условия проведения торгов и последующего выполнения работ. 

Фактов взаимодействия сотрудников должника и ООО «ИнвестРесурс» с ПАО «Корпорация «Иркут» после публичного объявления закупок по вопросу проведения конкурентной закупки не установлено. 

Согласование должником и ПАО «Компания «Иркут» условий закупочной документации не является гарантированным условием участия АО «Банк Патентованных Идей» и признания его победителем закупочной процедуры. В частности в соответствии с условиями закупки Заинтересованным лицом было рекомендовано АО «Банк Патентованных Идей» для соответствия условиям закупочной документации подать коллективную заявку для участия в запросе предложений с организацией, имеющей действующую лицензию ФСБ России на осуществление работ со сведениями, содержащими государственную тайну. 

Без выполнения данного предложения АО «Банк Патентованных Идей» не соответствовало бы условиям закупочный документации. 

Согласно представленным отчетам об оказании услуг по оспариваемому договору ИП ФИО3 были подготовлены проект заявки для участия в предварительном квалификационном отборе № 580445 (заявка от 25 ноября 2015 г. № 11/25-804) и проект заявки на участие в запросе предложений в электронной форме – извещение № 31503034409 (заявка от 12 декабря 2015 г. № 12/12-835), проект заявки на участие в запросе предложений в электронной форме – извещение № 31604486463 (заявка от 19 января 2017 г. № 01/19-12) после публичного объявления закупок. 

Доказательств обратного заявителем не представлено.

Вывод заявителя о том, что заключение договоров с иными заказчиками должника осуществлялось аналогичным способом документально не подтвержден. 

Таким образом, в связи с тем, что конкурсным кредитором в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не представлено документальных доказательств в обоснование их требований, заявление удовлетворению не подлежит.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 16.04.2021 по делу  №А41-72111/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья 

 

А.В. Терешин

Судьи 

 

С.В. Боровикова            М.И. Погонцев