№ 09АП-17945/2021

Дело № А40-277259/18

г. Москва

11 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2021 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 11 июня 2021 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи С.А.Назаровой, судей Д.Г.Вигдорчика, Ж.Ц.Бальжинимаевой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО ТНК  «Армойл-Нефтепродукт», конкурсного управляющего должника  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2021  по делу № А40-277259/18, вынесенное судьей Смирновой Г.Э.,  

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Энертек»  ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4, ФИО5 (ИНН 

<

***>), ФИО6 (ИНН  

<

***>) по обязательствам ООО «Энертек» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>).  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Энертек» при участии в судебном заседании: от ФИО3 – ФИО7 дов.от 20.07.2020 

У С Т А Н О В И Л:

Производство по делу о банкротстве ООО «Энертек» возбуждено на основании  заявления ООО «ТАГЕС» определением Арбитражного суда г. Москвы от 23.11.2018.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2019 ООО «Энертек»  признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого  должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден  ФИО2.  

Сообщение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного  производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 02.03.2019 № 38.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2020 процедура  конкурсного производства в отношении ООО «Энертек» продлена до 27.07.2020.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2020 принято к  производству заявление конкурсного управляющего ООО «Энертек» о привлечении к  

субсидиарной ответственности Трусова Михаила Алексеевича (ИНН 772970299433),  Рыжкина Андрея Александровича (ИНН 771305812651), Остапенко Евгения  Евгеньевича (ИНН 615508820990), Симоновой Гульбахир Абдукалыковны (ИНН  670402433076) по обязательствам ООО «Энертек».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2021  отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Энертек»  ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5,  ФИО6 по обязательствам ООО «Энертек».  

 Не согласившись с принятым судебным актом, конкурный управляющий  должника и ООО ТНК «Армойл-Нефтепродукт» обратились в Девятый арбитражный  апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить  определение и принять по делу новый судебный акт, в обоснование ссылаясь на  нарушение судом норм материального и процессуального права.  

 Оснований для приобщения документов, приложенных конкурсным  управляющим должника к апелляционной жалобе, апелляционный суд не усматривает,  ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 268 АПК РФ. Кроме того, акты  приема-передачи документов имеются в материалах спора.  

Представитель ФИО3 в судебном заседании возражал против  удовлетворения жалобы.  

 В судебное заседание лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте  судебного разбирательства извещены надлежаще.  

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,  исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд  апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований к  отмене определения суда первой инстанции, в силу следующего.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий  вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков,  причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в  совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или  иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами,  действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами,  действовавшими в соответствии с учредительными документами должника.  

Как следует из материалов обособленного спора, в обоснование требования о  привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылается на  то, что ликвидатором, учредителями и директором должника не исполнена обязанность  по передаче конкурсному управляющему документации должника, не исполнена  обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).  Также конкурсный управляющий указывает о необходимости привлечения к  субсидиарной ответственности ликвидатора, учредителей и директора должника за  совершение действий, которые направлены на причинение вреда кредиторам и вывод  активов должника в период их подозрительности. В качестве правового обоснование,  управляющий сослался на п. 2 ст. 61.11, п. 1 ст. 61.12, п. 1 ст. 61.13 Закона о  банкротстве.  

Судом первой инстанции установлено, что согласно выписке из ЕГРЮЛ  должника, учредителями ООО «Энертек» являются: Рыжкин Андрей Александрович с  долей 99% в уставном капитале; Остапенко Евгений Евгеньевич с долей 1% в уставном  капитале,  

Руководителем должника постоянно действующего исполнительного органа  предшествующим ликвидации в период с 20.03.2015 по 28.08.2017 являлась ФИО6, ликвидатором должника в период с 28.08.2017 по  20.02.2019 являлся ФИО3.  

Согласно п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о  привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 и 61.13  настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о  банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей  инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов,  конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие  работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или  уполномоченные органы.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального  закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое  лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих  возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  условий.  

В соответствии с п.п. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано  иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это  лицо являлось руководителем должника или управляющей организации  

должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника,  членом ликвидационной комиссии.  

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам  должника.  

В силу п.п. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы  одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или)  отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о  введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют  или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством  Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии  с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в  результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы,  хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных  бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о  государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в  соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения  

определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют либо искажены.  

Согласно п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения п.п. 2 п. 2 настоящей  статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:  

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов  бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;  

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и  (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Данная ответственность соотносится с нормами об ответственности  руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение  законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения  учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст.  29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ) и  обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить  арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (п. 3.2 ст. 64, п. 2 ст. 126  Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение  надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту  прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию  возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем  предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств,  возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок  должника.  

Указанная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении  должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об  ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие  причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о  банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с  установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо  отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину  субъекта ответственности, исходя из того,  

приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и  передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от  него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 Кодекса).  

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой  ответственности необходимо доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик  довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему  удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить  обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда  они должны были быть исполнены.  

Бремя доказывания названных обстоятельств лежит на лице, заявившем о  привлечении к ответственности.  

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского  кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной  ответственности.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 24 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) в силу  пункта 3 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи  126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по  

представлению арбитражному управляющему документации должника для  ознакомления или по ее передаче управляющему.  

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от  других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду  исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или  искажением документации (подпункт 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), необходимо учитывать следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как  отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается  в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника,  его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов  должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные  сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения  конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами  должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет  причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность  взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Судом первой инстанции верно распределено бремя доказывания, поскольку  конкурсный управляющий должен доказать то обстоятельство, что своими  недобросовестными или неразумными действиями ответчики довели должника до  состояния банкротства, то есть до финансовой несостоятельности.  

В предмет доказывания по настоящему вопросу входит наличие вины ответчика  и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и  возникшей финансовой неплатежеспособностью должника на момент подачи заявления  в суд о признании должника банкротом.  

Отклоняя довод конкурсного управляющего о том, что в действиях  ликвидатора и учредителей имеются признаки длительного уклонения от передачи  конкурсному управляющему документов в отношении должника, суд первой  инстанции исходил из следующего.  

Так, в письменных объяснения от 01.12.2020 ФИО3 сослался на то, что  конкурсный управляющий долгое время отказывался принимать по частям  бухгалтерскую и иную документацию и материальные ценности, а у ликвидатора  отсутствовала возможность обеспечить передачу документов единовременно  конкурсному управляющему ввиду их значительного объема.  

22.09.2020 ФИО3 передал все имеющиеся у него оригиналы документов  ООО «Энертек», а конкурсный управляющий ФИО2 принял, о чем  свидетельствует подписанные сторонами 8 актов приема-передачи.  

Обстоятельств, свидетельствующих о противоправности и недобросовестности  поведения ликвидатора ФИО3, приведшего к отсутствию у конкурсного  управляющего документов бухгалтерского учета и (или) отчетности либо искажению  их содержания, невозможности вследствие этого сформировать конкурсную массу,  материалами дела не подтверждено.  

Тогда как, обязанность по доказыванию данных обстоятельств лежит на  заявителе.  

Согласно п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об  

обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения)  в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона,  влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим  Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия  решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого  решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают  солидарно.  

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в  соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе  по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного  пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о  банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания  должника банкротом).  

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью  удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной  пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).  

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей  в спорный период) и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве»,  при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по  спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной  нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о  банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в  рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности  должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего  руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента  подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение,  учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае  определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации,  очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима  хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов  (Определение ВС РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412).  

Устанавливая момент, с которым Закон о банкротстве связывает обязанность  руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, конкурсный  управляющий сослался на наличие признаков неплатежеспособности ООО «Энертек» в  связи с тем, что у должника имелась непогашенная задолженность по оплате арендных  платежей перед АМО г. Армавир в размере 491 640 руб. 53 коп., что подтверждается  судебными актами ( № А40-147322/17-133-1334, № А40-131666/17-125-999).  

По мнению управляющего, руководитель и учредители должника должны были  обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в период с 11.01.2017  по 10.02.2017 в порядке п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.  

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве для целей  данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

Неоплата конкретного долга отдельному кредитору, само по себе не  свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который  должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме  

удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в  связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство,  подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о  банкротстве.  

В то же время установление момента возникновения обязанности по обращению  в суд с таким заявлением напрямую связано с определением размера субсидиарной  ответственности руководителя, которая по общему правилу ограничивается объемом  обязательств перед кредиторами, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Судом первой инстанции проанализирована бухгалтерская отчетность ООО  «Энертек» за 2016-2017 годы, содержащаяся в информационной базе Росстата, и  установлено что за исследуемый период валюта баланса сократилась более, чем в 7,5  раз с 2 268 235 000 руб. 00 коп. в 2016 году до 298 699 000 руб. 00 коп. в 2017 году, что  свидетельствует о снижении деловой активности предприятия. Наибольшие изменения  коснулись раздела «Оборотные активы» и «Долгосрочные обязательства»; во II разделе  бухгалтерского баланса доля финансовых вложений (за исключением денежных  эквивалентов) в оборотных активах сократилась с 83% в 2016 году до 0,27% в 2017  году; финансовые вложения (строка 1240 баланса) являются одним из наиболее  ликвидных активов компании, который легко конвертируется в денежные средства.  Объем финансовых вложений ООО «Энертек» в 2016 году составил 1 900 824 000 руб.  00 коп., а в 2017 году он сократился до 824 000 руб. 00 коп.; в пассиве баланса  долгосрочные обязательства ООО «Энертек» сократились с 2 013 078 000 руб. 00 коп. в  2016 году до 56 327 000 руб. 00 коп., то есть более чем в 35 раз. Краткосрочные  обязательства сократились с 2 268 235 000 руб. 00 коп. в 2016 году до 298 699 000 руб.  00 коп. - в 7,5 раз.  

В соответствии с отчетом о финансовых результатах ООО «Энертек» за 2016- 2017 годы, в 2017 году компания не вела свою обычную финансово-хозяйственную  деятельность, не имело выручки. Однако за счет процентов к получению и процентов к  уплате организация получило чистую прибыль в размере 177 000 руб. 00 коп., что в  почти в 13 раз меньше прибыли 2016 года.  

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу,  что имущества должника было достаточно для удовлетворения существующей  задолженности, в связи с чем оснований для обращения контролирующих лиц  должника с заявлением о признании должника банкротом не возникло.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при  наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица),  включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия  решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию  об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации,  

формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в  том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

В соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также  заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов  по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности  имущества должника.  

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВС РФ № 53 под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства  должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд  оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на  положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или  одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным  исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по  поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности  лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления  должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом  во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

В пункте 17 Постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что, в силу  прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве  контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности  и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило  действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.  Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее  условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью  активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий  (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении  должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление  платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения  всех долговых обязательств в будущем.  

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после  появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное  ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может  быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков  по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из  отсутствия доказательства совершения ликвидатором ФИО3, учредителями  ФИО4 и ФИО5, директором ФИО6 действий, которые  привели к невозможности погашения требований кредиторов, а также отсутствии  доказательств того, что ответчики нарушили принципы добросовестности и разумности  

и допустили совершение действий, в результате которых появились признаки  несостоятельности.  

Конкурсным управляющим вменяется участникам ФИО4 и ФИО5, юридического лица нарушение обязанности по подаче заявления должника в  арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о  банкротстве, а также ненадлежащее ведения финансовой отчетности и ее хранение.  

Положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности в редакции  Закона № 266-ФЗ применяются, если обстоятельства, являющиеся основаниями для  привлечения к такой ответственности возникли после дня вступления в силу Закона №  266-ФЗ. В ином случае подлежит применению редакция Закона о банкротстве до  вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по  делу о банкротстве. Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266- ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении  соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели  место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о  банкротстве.  

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность  лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров  (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать  проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на  принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в  арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае  неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением  о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017  N 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017 и распространяет свою силу на отношения,  возникшие с момента вступления в силу данных изменений, при этом эти изменения не  имеют обратной силы.  

Однако, как верно установлено судом первой инстанции, в данном случае  обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, возникли с  11.01.2017 по 10.02.2017, т.е. до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, следовательно,  положения статей 61.11, 61.12 и п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве применению не  подлежат.  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266 рассмотрение заявлений о привлечении  к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в  редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона),  которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в  редакции настоящего Федерального закона).  

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности,  содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не  подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до  01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4  Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит  норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.  

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О  некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от  28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в  редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам  должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их  

привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом  указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени  должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от  28.04.2009 N 73-ФЗ.  

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к  ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения  лицом вменяемых ему деяний (деликта).  

Таким образом, поскольку требование конкурсного управляющего заявлено о  причинении вреда имущественным правам кредиторов, имевших место до 01.07.2017,  следовательно, при рассмотрении заявления в этой части подлежали применению  положения Закона о банкротстве в редакциях Закона N 73-ФЗ и Закона N 134-ФЗ,  действующих до вступления в силу Закона N 266-ФЗ.  

При этом, доказательств того, локальным актом должника, а также Законом об  Обществах с ограниченной ответственностью установлена обязанность участников  по ведению и хранению документации Общества, материалы дела не содержат.  

Отсутствует и вступивший в законную силу судебный акт о возложении на  участников общества, а также на бывшего руководителя должника обязанности по  передаче документов должника конкурсному управляющему.  

Доводы конкурсного управляющего об отсутствии у ликвидатора документации  должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которой установлена  законодательством, об уклонении от передачи такой документации конкурсному  управляющему с целью сокрытия операций по выводу активов должника,  апелляционным судом отклоняется, поскольку как следует из материалов дела,  подписаны двусторонние акты (20.09.2020) с управляющим.  

При этом, как следует из материалов банкротного дела, имелся спор между  управляющим и ликвидатором ФИО3, и последний обращался в суд с  ходатайством о понуждении конкурсного управляющего принять у ликвидатора  документацию и материальные ценности должника.  

Согласно отчетам о деятельности управляющего, а также размещенной на сайте  ЕФРСБ информации следует, что основные активы должника - недвижимое имущество  установлены, идентифицированы, имущество подверглось инвентаризации и оценке,  получены сведения о банковских счетах должника.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об  отсутствии оснований для привлечения участников и бывших ликвидатора,  руководителя к субсидиарной ответственности применительно к п.п.2 п. 2 ст. 61.11  Закона о банкротстве.  

Материалами дела подтверждается, что производство по делу о банкротстве ООО  «Энертек» возбуждено на основании заявления ООО «ТАГЕС» определением  Арбитражного суда г. Москвы от 23.11.2018.  

ФИО3 назначен ликвидатором ООО «Энертек» решением общего собрания  участников общества от 16.08.2017 Протокол № 3.  

В соответствии с данными промежуточного ликвидационного баланса от  30.05.2018, совокупный размер обязательств общества по состоянию на 31.12.2016  составлял в сумме 2 259 113,00 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2017 - 289 400,00 тыс.  руб., а на 30.05.2018 - 227 367,00 тыс. руб.  

В соответствии с п. 3 ст. 9 Федерального закона N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)" в случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало  отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности  имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный  суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из  указанных признаков.  

Абзацем вторым пункта 4 статьи 63 ГК РФ установлено, что в случае  недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица для удовлетворения  требований кредиторов или при наличии признаков банкротства юридического лица  ликвидационная комиссия обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве юридического лица, если такое юридическое лицо может быть признано  несостоятельным (банкротом).  

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 224 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ  "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в случае, если  стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято  решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов,  такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном Федеральным  законом. При обнаружении данного обстоятельства ликвидационная комиссия  (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании  должника банкротом.  

Ликвидатор, члены ликвидационной комиссии могут быть привлечены к  субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если  обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не  исполнена ими в десятидневный срок, предусмотренный пунктом 3 статьи 9 Закона о  банкротстве (п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N53).  

Однако, как следует из заявления конкурсного управляющего, им не определена  дата, в которую ликвидатор обязан был обратиться в суд с заявлением о признании  должника банкротом.  

А указание управляющего на подобную обязанность у ликвидатора в январе- феврале 2017 года не может быть признано обоснованным, поскольку ФИО3  назначен ликвидатором ООО «Энертек» решением общего собрания участников  общества от 16.08.2017 (Протокол № 3), т.е. спустя полгода после заявленного  управляющим времени.  

В апелляционных жалобах, а также в дополнении к иску (л.д. 79-84 т. 2)  период, в который ликвидатор обязан был обратиться в суд с заявлением о признании  должника банкротом, также не указан. Тогда как, именно заявитель должен доказать  подобный факт и указать конкретные сроки наступления такой обязанности (п. 2  Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016),  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).  

С учетом сведений утвержденного промежуточного ликвидационного баланса по  состоянию на 30.05.2018 стоимость активов должника составляла - 150 096,00 тыс. руб.,  совокупный размер обязательств общества - 117 099,00 тыс. руб.  

Доводы жалобы кредитора апелляционным судом отклоняются, как  направленные на переоценку доказательств. Тогда как для иной оценки,  апелляционный суд не усматривает.  

При таких обстоятельствах, принимая возможность разрешения спора оп  заявленным основаниям и представленным доказательствам, суд первой инстанции  пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения  ликвидатора к ответственности.  

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает,  что фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела,  установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования  имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в  деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и  представленным доказательствам, при этом нормы материального права применены  судом правильно, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствуют  основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта,  

предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса  Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.03.2021 по делу № А40- 277259/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО ТНК «Армойл- Нефтепродукт», конкурсного управляющего должника– без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: С.А.Назарова  

Судьи:  Ж.Ц.Бальжинимаева  

 Д.Г.Вигдорчик