Арбитражный суд Краснодарского края

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

№ А32-10178/2021

г. Краснодар

02 августа 2021 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Суханова Р.Ю.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Королевской Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

ПАО «ТНС энерго Кубань», г. Краснодар

к ликвидатору ООО «Черноморское водоотведение» ФИО1, пгт. Черноморский 

о признании незаконными действий ликвидатора общества ФИО1; взыскании с ответчика убытков в сумме 2 651 865 рублей 64 копеек 

при участии:

от ответчика: ФИО2 – по доверенности

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с требованием о признании незаконными действий ликвидатора общества ФИО1; взыскании с ответчика убытков в сумме 2 651 865 рублей 64 копеек.

Представитель истца в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом; затребованные судом документы не представил.

В судебном заседании представитель ответчика возражал относительно требований истца, ссылаясь на основания, изложенные ранее в отзыве на иск, а также на пропуск истцом срока исковой давности. 

28.07.2021 в судебном заседании был объявлен перерыв до 02.08.2021 до 09 часов 00 минут. После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие представителей сторон.

Исследовав документы и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

14.06.2012 между истцом и ООО «Черноморское водоотведение» был заключен договор энергоснабжения №114157, предметом которого являлась продажа гарантирующим поставщиком электроэнергии (мощности) и оплата ее потребителем на условиях и в количестве, определенных договором (пункт 2.1. договора).

Согласно пункту 5.4 договора, фактически потребленная в истекшем месяце электрическая энергия (мощность), с учетом средств, ранее внесенных потребителем в качестве оплаты за электрическую энергию (мощность) в расчетном периоде, оплачивается в срок до 18-го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата.

За период с марта 2014 по май 2014 истец во исполнение условий договора отпустил обществу электроэнергию общей стоимостью 2 615 786 рублей 64 копейки, которая была ответчиком принята, но не оплачена.

Невыполнение ООО «Черноморское водоотведение» обязательств по оплате принятой в спорный период времени электроэнергии, явилось основанием для обращения истца в суд с исковым заявлением, по результатам рассмотрения которого Арбитражным судом Краснодарского края в рамках дела №А32-40366/2016 принято решение от 18.07.2017 о взыскании с ООО «Черноморское водоотведение» в пользу ПАО «ТНС энерго Кубань» денежных средств в размере 2 615 786 рублей 64 копеек задолженности, а также 36 079 рублей расходов по уплате государственной пошлины. 

Указанный судебный акт вступил в законную силу, выдан исполнительный лист.

30.06.2014 договор энергоснабжения №1141573 от 14.06.2012 сторонами был расторгнут.

В период действия указанного договора Протоколом от 09.04.2014 ООО «Черноморское водоотведение» приняло решение о ликвидации, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись №2142348006139 от 22.05.2014, в соответствии с которой в отношении должника начата процедура добровольной ликвидации, руководителем ликвидационной комиссии назначен ФИО1 (ответчик).

По мнению заявителя, в нарушение норм действующего законодательства в журнале «Вестник государственной регистрации» ликвидатором не было опубликовано сообщение о принятом решении о ликвидации ООО «Черноморское водоотведение», о возможности предъявления кредиторами требований. 

Промежуточный ликвидационный баланс ООО «Черноморское водоотведение» не был подготовлен и не представлен для внесения в государственный реестр.

Ликвидатором уведомление о принятом решении о ликвидации ООО «Черноморское водоотведение» в адрес ПАО «ТНС энерго Кубань» не направлено, задолженность по оплате энергии не погашена.

В этой связи, заявитель обратился в суд за взысканием убытков с ликвидатора Общества.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований судом установлено следующее.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки причиненные им юридическому лицу.

Согласно ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В силу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с частью 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пунктом 3 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 3 статьи 57 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что с момента назначения ликвидационной комиссии (ликвидатора) к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 63 Гражданского кодекса ликвидационная комиссия (ликвидатор) принимает меры по выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также уведомляет в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица. Указанная обязанность ликвидационной комиссии (ликвидатора) по совершению действий. направленных на разрешение надлежащим образом вопросов, касающихся расчетов с кредиторами, распространяется в равной мере как на кредиторов по обязательствам, возникшим до начала ликвидационной процедуры, так и на кредиторов по текущим (возникшим в процедуре ликвидации) обязательствам ликвидируемого юридического лица.

При этом ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана действовать добросовестно и разумно в интересах как ликвидируемого юридического лица, так и его кредиторов. 

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013 № 11925/12 по делу №А55-15285/2011.

Действующее гражданское законодательство допускает возможность привлечения к ответственности ликвидатора юридического лица в случае, если будет установлено, что он нарушил предусмотренный законом порядок ликвидации и действовал при этом недобросовестно.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.10.2011 №7075/11, установленный статьями 61-64 ГК РФ порядок ликвидации юридического лица не может считаться соблюденным в ситуации, когда ликвидатору было доподлинно известно о наличии неисполненных обязательств перед кредитором, ликвидатор письменно не уведомил данного кредитора о ликвидации должника, внес в ликвидационные балансы заведомо недостоверные сведения - составил балансы без учета указанных обязательств ликвидируемого лица, и не произвел расчета по таким обязательствам.

Если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 224 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности.

Таким образом, на ликвидационной комиссии лежит обязанность по обеспечению надлежащего исполнения текущих обязательств ликвидируемой организации. Расходы, связанные с продолжением функционирования юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, работой ликвидационной комиссии (ликвидатора), сопутствующие издержки должны покрываться за счет имущества ликвидируемого юридического лица (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец указывает, что доказательством осведомленности ликвидатора о наличии неисполненных обязательств ООО «Черноморское водоотведение», перед ПАО «ТНС энерго Кубань» является реальное потребление электроэнергии в период с марта 2014 по май 2014 и наличие судебного спора о взыскании задолженности (решение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.07.2017 по делу А32-40366/2016).

Задолженность ООО «Черноморское водоотведение» перед ПАО «ТНС энерго Кубань» составляет 2 651 865 рублей 64 копейки, которая в ходе процедуры ликвидации должником не погашена.

При этом с заявлением о признании ООО «Черноморское водоотведение» банкротом ликвидатор в арбитражный суд не обращался.

При этом, ликвидатор был заведомо информирован о наличии непогашенной кредиторской задолженности должника перед ПАО «ТНС энерго Кубань» и им не были соблюдены нормы о ликвидации юридического лица (ликвидатор не уведомил кредитора о начале процесса ликвидации, не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом), что свидетельствует о наличии совокупности условий для возложения на ликвидатора обязанности по возмещению убытков, так как действия ликвидатора противоправны, наличие убытков подтверждено, существует причинно-следственная связь между действиями ликвидатора и наступившими последствиями в виде утраты возможности получения истцом удовлетворения (получения денежных средств по решениям суда) от ликвидированного юридического лица.

Вместе с тем, истцом не учтено следующее.

22.05.2014 в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись №2142348006139 о начале добровольной ликвидации ООО «Черноморское водоотведение».

Довод истца о не опубликовании ФИО1 указанных сведений в «Вестнике государственной регистрации» судом отклоняется ввиду следующего.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 20 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» опубликование сведений о принятии решения о ликвидации юридического лица может быть осуществлено только после представления сообщения об этом в регистрирующий орган в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Однако данная норма была введена Федеральным законом от 30.03.2015 №67-ФЗ и на момент принятия Обществом решения о ликвидации (22.05.2014) не действовала.

Обязанность по опубликованию данных сведений у ФИО1 отсутствовала. 

18.07.2017 на момент принятия Арбитражным судом Краснодарского края Решения по делу №А32-40366/2016 о взыскании с Общества задолженности в размере 2 615 786 рублей 64 копеек ответчик уже находился в стадии ликвидации.

Данная информация содержалась в открытом доступе в ЕГРЮЛ (запись ГРН №2142348006139) и должна была быть известна ПАО «ТНС энерго Кубань».

Более того, 25.08.2017 по результатам рассмотрения дела №А32-40366/2016 истцу был выдан исполнительный лист ФС 013212815.

Однако, согласно официальному сайту УФССП по Краснодарскому краю к исполнению исполнительный лист ФС 013212815 не предъявлялся.

Определениями суда от 13.05.2021, от 23.06.2021 истцу было предложено представить доказательства возбуждения исполнительного производства, однако данные сведения истцом суду не представлены.

31.03.2017 МРИ ФНС №16 по Краснодарскому краю принимает решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица ООО «Черноморское водоотведение» из ЕГРЮЛ.

Судом принимается во внимание, что истец не направлял в регистрирующий орган заявление в порядке пункта 4 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» о нарушении своих прав и законных интересов в случае исключения ООО «Черноморское водоотведение» из реестра как недействующего юридического лица.

Несмотря на то, что законом не предусмотрена обязанность кредитора информировать регистрирующий орган о наличии у юридического лица неисполненных обязательств, истец, будучи лицом, заинтересованным в сохранении у контрагента статуса юридического лица, исходя из положений пункта 2 статьи 1, статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации и после возбуждения исполнительного производства мог и должен был предпринять меры к предотвращению исключения из ЕГРЮЛ сведений о должнике, в частности путем направления в регистрирующий орган соответствующего заявления. 

Подобное обращение позволило бы характеризовать заинтересованное лицо как действующее с достаточной степенью осмотрительности.

Позиция истца, по сути, сводится к тому, что отсутствие исполнения обязательства и последующее исключение должника из ЕГРЮЛ презюмирует вину руководителя общества и является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Однако, из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 05.03.2019 №305-ЭС18-15540, следует, что субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем, соответствующих обстоятельств (умысла либо грубой неосторожности директора) судом не установлено, а кредитором не доказано.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Четвертого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2020 №04АП-4278/2020 по делу №А19-6822/2019.

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Истец основывает свои требования на неисполнении обязанности ФИО1 по уведомлению кредиторов Общества в период проведения добровольной ликвидации и не обращении в суд с требованиями о признании его несостоятельным банкротом.

Однако, как следует из Определения Верховного Суда РФ от 26.12.2017 №301-ЭС17-19200 по делу №А43-33333/2016, нахождение организации-должника в стадии ликвидации и работа ликвидационной комиссии (ликвидатора) не лишали заявителя - кредитора права на самостоятельное обращение в арбитражный суд с заявлением о признании такого должника несостоятельным (банкротом); заявитель - кредитор обладал правом на подачу заявления о привлечении к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Вместе с тем, сведения о подаче ПАО «ТНС энерго Кубань» заявления о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Черноморское водоотведение» в Картотеке арбитражных дел отсутствуют.

Более того, согласно Картотеке арбитражных дел такое заявление подавалось ФНС России в лице ИФНС России по Северскому району Краснодарского края (дело №А32-23726/2015).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.09.2015 по делу №А32- 23726/2015 в признании ООО «Черноморское водоотведение», Северский район (ОГРН/ИНН 

<

***>/

<

***>) несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, применяемой к отсутствующего должнику уполномоченному органу было отказано в связи с тем, что согласно сведениям из регистрирующих органов у должника действительно отсутствовало какое-либо имущество, вместе с тем, им 30.03.2015 сдавалась налоговая отчетность за 2014 год, что свидетельствовало об осуществлении должником предпринимательской деятельности и отсутствии у него признаков отсутствующего должника.

ПАО «ТНС энерго Кубань» свои требования в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) не заявляло, однако на момент вынесения Решения (29.09.2015) задолженность в размере 2 615 786 рублей 64 копеек за период с марта 2014 по мая 2014 уже имела место быть на стороне ответчика.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 №20-П.

Судом принимается во внимание, что в период добровольной ликвидации Обществом в лице ФИО1 предпринимались меры по взысканию дебиторской задолженности.

Так, Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.11.2014 по делу №А32-31676/2014 с ООО «Ильский водоканал» в пользу ООО «Черноморское водоотведение» была взыскана задолженность в размере 3 808 432 рублей 78 копеек, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 82 353 рублей 54 копеек.

Относительно заявленного ответчиком ходатайства о пропуске истцом срока исковой давности, судом установлено следующее.

Ответчик указывает, что в рассматриваемом случае течение срока исковой давности необходимо исчислять с даты внесения регистрирующим органом в ЕГРЮЛ записи о предстоящем исключении ООО «Черноморское водоотведение» - с 03.04.2017, то есть со дня, когда истец должен был узнать о нарушении своих прав.

По мнению ответчика, с учетом ст. 22 ФЗ-№129 «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», срок на обжалование Решения уполномоченного органа о предстоящем исключении ООО из ЕГРЮЛ составляет один год.

Как следует из статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Установленный нормами статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности начинает течь со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса, положения которой наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела. При разрешении вопроса о том, когда истец узнал либо должен был узнать о нарушении своего права, следует исходить из существа заявленного требования, фактических обстоятельств, на которых оно основано.

Между тем, истцом заявлены требования о взыскании убытков в порядке субсидиарной ответственности, к которым применимы общие сроки исковой давности – 3 года.

В этой связи, срок исковой давности не пропущен, учитывая, что общество исключено из ЕГРЮЛ 29.06.2018, а истец обратился в суд с настоящим требованием в рамках трехгодичного срока - 11.03.2021 (через систему «Мой Арбитр»).

При этом, срок не обращения истца с настоящими требованиями к ФИО1.(с 29.06.2018 по 10.03.2021) также демонстрирует длительное отсутствие активных действий со стороны взыскателя по отысканию задолженности, установленной Решением суда от 18.07.2017 в рамках дела №А32-40366/2016.

В связи с вышеизложенным, в удовлетворении заявленных требований суду надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья Р.Ю. Суханов