Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А03-6829/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена  22 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 ноября 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Качур Ю.И.,

судей                                                                  Зюкова В.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 (далее - кредитор) на определение Арбитражного суда Алтайского края от 22.06.2023 (судья Чайка А.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2023 (судьи Апциаури Л.Н., Иванов О.А., Фролова Н.Н.) по делу № А03-6829/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>, далее – должник), принятые по заявлению ФИО2 о признании недействительными договоров уступки прав требования (цессии) от 28.03.2019 и от 20.01.2021, применении последствий их недействительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО4.

Суд установил:

в деле о банкротстве ФИО3 его кредитор 26.05.2021 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании недействительными договора уступки прав требования (цессии) от 28.03.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО5, а также договора уступки прав требования (цессии) от 20.01.2021, заключенного между ФИО5 и ФИО6, применении последствий недействительности сделок в виде возвращения в конкурсную массу должника права требования к ФИО4 на общую сумму 17 962 563,07 руб.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 22.06.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы податель приводит следующие доводы: суды неправильно применили нормы материального права, не рассмотрев по существу требование заявителя о признании оспариваемых сделок недействительными на основании положений статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); судами не учтено, что положения статьи 390 ГК РФ не исключают признание оспариваемой сделки недействительной как по общегражданским, так и по специальным банкротным основаниям, которые по существу судами остались не рассмотренными; вред кредиторам должника от оспариваемых сделок заключается в том, что совместными действиями аффилированных лиц: ФИО3, ФИО5 и ФИО6 из конкурсной массы должника безвозмездно выбыл актив – права требования к ФИО4, а в настоящее время, с учетом определения Арбитражного суда Алтайского края от 03.10.2022 у ФИО5 и ФИО6 возникли права требования к должнику в связи с реализацией им несуществующего права требования; оплата по оспариваемым сделкам между аффилированными лицами фактически не производилась, поэтому в результате их заключения у последних возникло право требования к ФИО3 о включении в реестр должника несуществующей задолженности.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Судом округа отказано в приобщении отзыва на кассационную жалобу, поступившего от публичного акционерного общества «Сбербанк России», в связи с несоблюдением требований статьи 279 АПК РФ о надлежащем и заблаговременном направлении отзыва всем участвующим в деле лицам.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществом с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Импульс» (займодавец) и ООО «Лизинг Инвест» (заемщик), в лице директора и единственного участника ФИО3, 25.02.2014 заключен договор займа с процентами (далее – договор займа), по условиям которого займодавец передает заемщику денежную сумму в размере 10 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую денежную сумму в сроки и порядке, предусмотренные настоящим договором (пункт 1.1 договор займа).

Факт перечисления заемных денежных средств ООО «Импульс» в пользу ООО «Лизинг Инвест» в размере 10 000 000 руб. подтверждается платежным поручением от 27.02.2014 № 302.

В дальнейшем 04.05.2014 между ООО «Импульс» (цедент) и ФИО4 (цессионарий) подписан договор уступки требования (цессии) № 5, в соответствии с которым с момента его подписания к нему перешли все права требования к должнику, вытекающие из договора займа (пункты 1.1, 1.2, 3.1 указанного договора цессии).

В подтверждение оплаты уступленного права требования ФИО4 представил квитанцию к приходному кассовому ордеру от 04.05.2014 № 5197 на сумму 10 000 000 руб.

Между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) 06.10.2014 заключен договор купли-продажи ценных бумаг (далее – договор купли-продажи акций), согласно которому продавец передает покупателю акции АКБ «АлтайБизнес-Банк» (АО) в количестве 12 433 365 штук, номинальной стоимостью 1 руб. за штуку (пункт 1.2 договора купли-продажи акций).

Решением Ленинского районного суда города Барнаула Алтайского края от 06.12.2017 по делу № 2-1235/2017 по иску ФИО3 с ФИО4 взыскана сумма задолженности по договору купли-продажи акций в общем размере 15 297 762,87 руб.

Между ФИО3 (цедент) и ФИО5 (цессионарий) 28.03.2019 заключен договор уступки права требования (цессии) (далее – договор цессии № 1), согласно которому цессионарию переданы права требования на взыскание задолженности по договору купли-продажи акций с ФИО4

Согласно пункту 3.1 договора цессии № 1 за уступаемые права требования цессионарий выплачивает 3 500 000 руб., в подтверждение передачи которых в материалы настоящего обособленного спора представлена расписка.

Определением Ленинского районного суда города Барнаула от 24.07.2019 по делу № 2-1235/2017 произведена процессуальная замена взыскателя с ФИО3 на ФИО5

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 06.02.2020 по делу № А03-20961/2019 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов, требование ФИО5 включено в третью очередь реестра должника в размере 12 493 197,59 руб. основного долга и 2 804 397,87 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, которые учтены отдельно от основной суммы задолженности.

Впоследствии определением Арбитражного суда Алтайского края от 27.05.2020 по делу № А03-20961/2019 в реестр дополнительно включено требование ФИО5 в размере 2 664 800,20 руб. в виде доначисленных процентов за пользование чужими денежными средствами, с отнесением его в ту же очередь удовлетворения.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 17.07.2020 по делу № А03-20961/2019 ФИО5 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Между ФИО5 (цедент) и ФИО6 (цессионарий) 20.01.2021 заключен договор уступки прав - требования (цессии) (далее – договор цессии № 2), по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял права требования к ФИО4 о взыскании задолженности по договору купли-продажи акций.

Согласно пункту 1.2 договора цессии № 2 по состоянию на 20.01.2021 задолженность ФИО4 а перед цедентом составляет 17 962 395 руб. 66 коп., которая  уступлена цеденту за 500 000 руб. (пункт 3.1 договора цессии № 2).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 04.03.2021 по делу № А03-20961/2019 произведена процессуальная замена кредитора ФИО5 по требованиям, включенным в реестр должника определениями суда от 06.02.2020 и 27.05.2020, на ФИО6

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Алтайского края от 30.07.2019 по делу № А03-5277/2017, ООО «Ипотечная компания» отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО «Лизинг Инвест» задолженности по договору займа, перешедшей к новому кредитору от ООО «Импульс» по цепочке цессий (ФИО3 и ФИО4 были привлечены к участию в деле), поскольку суды пришли к выводу о том, что путем выдачи встречных расписок от 06.10.2014 ФИО3 и ФИО4 прекратили обязательства по договорам займа и купли-продажи акций путем прощения долга под отменительным условием, что прямо гражданским законодательством не запрещено и не противоречит существу обязательств в силу положений пункта 2 статьи 157 и статьи 421 ГК РФ.

С учетом указанных обстоятельств, по заявлению ФИО4 на основании определения Арбитражного суда Алтайского края 29.09.2022 по делу № А03-20961/2019 отменены определения суда от 06.02.2020 и 27.05.2020 о включении требований ФИО5/ФИО6 в реестр требований кредиторов ФИО4 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Алтайского края от 03.10.2022 делу № А03-20961/2019 признаны необоснованными требования ФИО6 к ФИО4 и прекращено производство по делу о его банкротстве. При этом суд пришел к выводу о том, что встречные обязательства между ФИО4 и ФИО3, в том числе его правопреемниками, по договорам займа и купли-продажи акций прекратились взаимным прощением долга в силу статей 327.1, 407, 415 ГК РФ и разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», о чем свидетельствуют их расписки от 06.10.2014.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров цессии № 1 и № 2 на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 ГК РФ, полагая, что

оспариваемые сделки заключены между аффилированными лицами в отсутствие встречного предоставления и в условиях злоупотребления правом, поскольку в результате их заключения на стороне ФИО5 и ФИО6 возникла искусственная задолженность - права требования к должнику ввиду уступки им несуществующей задолженности к ФИО4

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия в оспариваемых сделках признаков недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в силу пункта 3 статьи 390 ГК РФ передача несуществующего права требования влечет иные правовые последствия – возврат всего переданного по сделке, а также возмещение причиненных убытков. Кроме того, по результатам проведенной судебной экспертизы рыночная стоимость уступленного ФИО3 права требования к ФИО4 по состоянию на 28.03.2019 составляет 3 878 219 руб., поэтому оспариваемый договор цессии № 1 не нарушает прав кредиторов должника и не свидетельствует о выводе его активов по заниженной стоимости.

Между тем судами не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Судами установлено, что дело о банкротстве должника возбуждено определением суда от 15.07.2020, а оспариваемые сделки заключены 28.03.2019 и 20.01.2021, то есть в период подозрительности, подпадающий под пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды сослались на положения статьи 390 ГК РФ, согласно которым: цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником (пункт 1), передано может быть только существующее право требования (пункт 2), при нарушении данных требований цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3).

Вместе с тем наличие данных положений не исключает возможность признания договоров цессии № 1 и № 2 недействительными по банкротным или общегражданским основаниям, поскольку применение пункта 3 статьи 390 ГК РФ предоставляет ФИО5 и ФИО6 право требовать с ФИО3 в порядке статей 15, 1102 ГК РФ как переданных денежных средств в общей сумме 4 000 000 руб., так и возмещения причиненных убытков. В то время как признание договоров цессии № 1 и № 2 недействительными по заявленным кассатором основаниям лишает ФИО5 и ФИО6 возможности предъявить необоснованные требования к ФИО3 и включиться в его реестр по искусственно созданной задолженности наряду с реальными требованиями иных независимых кредиторов.

В рассматриваемом случае речь идет о разных способах защиты нарушенных гражданских прав, которые принадлежат и подлежат реализации разными субъектами, предусматривают различные правовые последствия, поэтому они не носят замещающего или взаимоисключающего характера, поскольку при их реализации интересы заявителей противопоставляются друг другу.

При этом кассатором указывались следующие юридически значимые обстоятельства в обоснование заявленных требований, которые не получили оценки судов и не вошли в предмет доказывания и исследования: ФИО3, ФИО5 и ФИО6 являются аффилированными по отношению друг другу лицами через их корпоративное участие в разных обществах; отношения между указанными лицами не носят сугубо делового характера, поскольку прослеживаются систематические перечисление денежных средств друг другу; договоры цессии № 1 и № 2 заключены в условиях неплатежеспособности должника и в отсутствие встречного предоставления; доказательства, подтверждающие финансовую платежеспособность цессионариев, не представлены; экономическая целесообразность и мотивы заключения оспариваемых сделок их участниками не обоснованы и не раскрыты; договоры цессии № 1 и № 2 изначально направлены на вывод активов ФИО3 в пользу подконтрольных лиц, в целях сокрытия их от обращения взыскания, поскольку на момент заключения оспариваемых сделок факт отсутствия задолженности ФИО4 перед должником еще не был установлен в судебном порядке; действия данных участников и их процессуальная позиция по делу № А03-20961/2019 являлась консолидированной и согласованной; фактически речь идет о единой цепочке недействительных сделок по выводу активов должника; в совместных действиях ФИО3, ФИО5 и ФИО6 усматриваются признаки злоупотребления правом.

Сам по себе факт заключения сделки должником с аффилированным лицом не является достаточным для вывода о недействительности сделки или ее совершении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В то же время данный факт влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной.

На стороны подозрительной сделки, совершенной афиллированными лицами, не может распространяться презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, поэтому на них должно возлагаться бремя подтверждения наличия разумных экономических мотивов (целесообразности) сделки и реальности хозяйственных операций (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749).

Применение к аффилированным лицам более высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных претендующих на конкурсную массу независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В связи с этим подтверждение соответствия действительности своих утверждений должно производиться лицами, находящимися в конфликте интересов, таким образом, чтобы у суда не оставалось разумных сомнений в том, что фактические обстоятельства являются иными либо объясняются иначе.

Отклоняя доводы кредитора о неравноценности встречного предоставления со ссылкой на заключение судебной экспертизы, суды не проверили доводы кассатора об отсутствии встречного предоставления по договорам цессии № 1 и № 2 и финансовой возможности цессионариев оплатить стоимость приобретенных прав требования.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, в рассматриваемом случае вред имущественным правам кредиторов должника может выражаться как в утрате актива - дебиторской задолженности, так и в связи с появлением у должника искусственно созданной кредиторской задолженности перед ФИО5 и ФИО6

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на не полном исследовании фактических обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств, судебные акты приняты при неправильном применении норм материального права, что в соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для их отмены.

Поскольку для принятия, обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде округа в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, рассмотреть спор исходя из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, с учетом правильного распределения бремени доказывания, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора (в том числе, наличие или отсутствие признаков неплатежеспособности у должника в спорный период, существенного вреда от заключения оспариваемых сделок, наличия встречного предоставления по ним, финансовой платежеспособности цессионариев, экономическую выгоду и целесообразность заключения оспариваемых сделок для ее участников, наличие признаков фактической или юридической аффилированности сторон), с учетом всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, в зависимости от результатов рассмотрения спора распределить судебные расходы.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 22.06.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2023 по делу № А03-6829/2020 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                  Ю.И. Качур

 

Судьи                                                                                                                 В.А. Зюков

 

ФИО1