Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А72-6031/2021

28 марта 2022 года

г. Ульяновск

 

Резолютивная часть определения объявлена 21 марта 2022года

В полном объеме определение изготовлено 28 марта 2022 года

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Ю.В. Бугровой, 

при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области,

к ФИО6 (ИНН 

<

***>), г.Ульяновск,

к ФИО9 (ИНН 

<

***>), г. Ульяновск,

к ФИО2 (ИНН 

<

***>), Ульяновская область, пос. Ленинский,

к ФИО3 (ИНН 

<

***>), г. Москва, 

к Обществу с ограниченной ответственностью «РСУ» (ИНН 

<

***>), г. Ульяновск, 

к Обществу с ограниченной ответственностью «Жилсервис» (ИНН 

<

***>), г. Ульяновск, 

о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц,

третье лицо - Общество с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплуатационное предприятие»

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 24.05.2021;

от ФИО2 – ФИО5, паспорт, доверенность от 25.05.2021 (явка после перерыва);

от ФИО6 – ФИО7, паспорт, доверенность от 24.05.2021;

от УФНС – ФИО8, доверенность от 29.01.2022; 

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, извещены;

установил:

11.05.2021 Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением о привлечении солидарно  контролирующих лиц ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательства Общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» и взыскании с ответчиков в пользу уполномоченного органа суммы 43 882 802 руб. 71 коп. 

06.05.2021 на сайте ЕФРСБ опубликовано сообщение № 6618255  уполномоченного органа об обращении в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о привлечении ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности с предложением другим кредиторам присоединиться к поданному заявлению. 

Определением суда от 18.05.2021 исковое заявление принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 17 июня 2021 года; к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» (ИНН 

<

***>).

20.05.2021 посредством web-сервиса «Мой Арбитр» от Федеральной налоговой службы по Ульяновской области поступило ходатайство о принятии обеспечительных мер.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.05.2021 ходатайство ФНС России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области о принятии обеспечительных мер удовлетворено частично. В рамках дела №А72-6031/2021 приняты обеспечительные меры, а именно:

- в виде наложения  ареста на имеющиеся денежные средства и на те, которые будут поступать в будущем в пределах суммы иска – 43 882 802,71 руб. на банковских счетах:

1) ФИО6  (ИНН 

<

***>) открытых в:

- АО «Россельхозбанк (432017, 

<

...>, секция1);

- АО «Банк Венец» (432071, 

<

...>);

- АКБ «АК БАРС» (ПАО) (420066, 

<

...>);

- ПАО «Сбербанк России» (432017 

<

...>);

- ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» (119021 

<

...>).

2) ФИО2 (ИНН  

<

***>), открытых в ПАО «Сбербанк России» (432017 

<

...>);

3) ФИО9 (ИНН 

<

***>), открытых в ПАО «Сбербанк России» (432017 

<

...>);

4) ФИО3 (ИНН 

<

***>), открытых в:

- АКБ «НОВИКОМБАНК» АО (119180, 

<

...>);

- Банк ВТБ (ПАО) (107031 

<

...>);

- ПАО «Сбербанк России» (432017 

<

...>);

- ПАО РОСБАНК (125445 

<

...>);

(за исключением денежных средств в размере прожиточного минимума самого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении, установленного в соответствующем субъекте Российской Федерации для соответствующих категорий населения за соответствующий квартал, ежемесячно на весь срок действия обеспечительных мер).

в виде запрета Управлению Росреестра по Ульяновской области осуществлять любые регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества ФИО3 (ИНН 

<

***>):

- земельный участок, расположенный по адресу: Московская область, Наро-Фоминский район, с.Петровское, тер. СНТ Заречье, 120, кадастровый номер объекта 50:26:0140302:125;

- жилое строение, расположенное по адресу: Московская область, Наро-Фоминский район, с.Петровское, тер. СНТ Заречье, 120, кадастровый номер объекта 50:26:0160605:114.

В остальной части ходатайство оставлено без удовлетворения.

Определением от 17.06.2021  назначил рассмотрение  иска Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области к судебному  разбирательству.

28.06.2021 от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области поступило заявление об уточнении (увеличении) заявленных требований в части суммы взыскания, а именно: просит  взыскать  с  ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3  в пользу  уполномоченного органа  44 046 019 руб. 08 коп.

Определением суда от 15.07.2021 ходатайство истца об уточнении исковых требований принято к рассмотрению, судебное заседание отложено.

Определением суда от 16.08.2021 удовлетворено ходатайство УФНС по Ульяновской области в части  привлечения ответчиков ООО «РСУ», ООО «Жилсервис», судебное заседание отложено. В привлечении ООО «Авиастар-Продукт Плюс» в качестве ответчика по делу отказано в связи с непредставлением доказательств статуса контролирующего лица или статуса выгодоприобретателя.

Определением суда от 25.08.2021 принять обеспечительные меры в рамках дела № А72-6031/2021, а именно:

Запрещено Обществу с ограниченной ответственностью «РСУ» совершать сделки по отчуждению имущества, в том числе в форме купли- продажи, дарения, передачи в залог и обременению любыми иными правами третьих лиц в отношении следующего имущества:

- сооружение, площадью 861,60 кв.м., кадастровый номер 73:24:021101:1857, расположенное по адресу: 

<

...>, актуальная кадастровая стоимость 9 527 882 руб. 98 коп., дата регистрации права – 22.08.2007.

Запрещено Обществу с ограниченной ответственностью «Жилсервис» совершать сделки по отчуждению имущества, в том числе в форме купли-продажи, дарения, передачи в залог и обременению любыми иными правами третьих лиц в отношении следующего имущества:

- земельный участок с кадастровым номером 73:24:021004:13820, доля в праве 861/1000, площадью 2552 кв.м., разрешенное использование – обслуживание автотранспорта, расположенный по адресу: 

<

...> (актуальная кадастровая стоимость 9 208 075 руб. 36 коп.), дата регистрации права – 30.11.2018.

Запрещено Управлению Росреестра по Ульяновской области осуществлять любые регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества Общества с ограниченной ответственностью «РСУ»:

- сооружение, площадью 861,60 кв.м., кадастровый номер 73:24:021101:1857, расположенное по адресу: 

<

...>, актуальная кадастровая стоимость 9 527 882 руб. 98 коп., дата регистрации права – 22.08.2007.

Запрещено  Управлению Росреестра по Ульяновской области осуществлять любые регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества  Общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис»:

- земельный участок с кадастровым номером 73:24:021004:13820, доля в праве 861/1000, площадью 2552 кв.м., разрешенное использование – обслуживание автотранспорта, расположенный по адресу: 

<

...> (актуальная кадастровая стоимость 9 208 075 руб. 36 коп.), дата регистрации права – 30.11.2018;

До судебного заседания поступили следующие документы:

- от Управления по вопросам миграции УМВД по Ульяновской области сведения во исполнение определения суда;

- от представителя ФИО3 ходатайства о приобщении дополнительных доказательств и об истребовании у заявителя документального подтверждения утверждений о реализации имущества ООО «РЭП» в счет расчетов по требованиям заявителя к должнику, дополнения к отзыву;

- от ФИО9 ходатайство об отложении судебного заседания; 

- от УФНС по Ульяновской области дополнения к заявлению, в соответствии с которым истец просит привлечь солидарно контролирующих должника лиц ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3, выгодоприобретателей ООО «Жилсервис» ООО «РСУ», ООО «Авиастар-продукт Плюс» к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «РЭП» и взыскать с указанных лиц в пользу уполномоченного органа сумму 44 046 019 руб. 18 коп.

Определением суда от 20.09.2021 удовлетворено ходатайство представителя ФИО3 об истребовании документов, судебное заседание отложено.

До судебного заседания поступили следующие документы:

- от представителя ФИО3 дополнения к отзыву;

- от ООО «РСУ» и  от ООО «Жилсервис» возражения на заявление.

Определением суда от 25.11.2021 принято к рассмотрению ходатайство представителя ФИО3 об истребовании у налогового органа копии решения о признании записи в ЕГРЮЛ недействительной, судебное заседание отложено. 

19.01.2022 посредством web-сервиса «Мой Арбитр» от представителя ФИО3 поступило заявление о пропуске срока исковой давности на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Определением суда от 19.01.2022 судебное заседание отложено.

28.02.2022 посредством web-сервиса «Мой Арбитр» от представителя ФИО6 поступили дополнительные пояснения.

Определением суда от 28.02.2022 судебное заседание отложено.

11.03.2022 посредством web-сервиса «Мой Арбитр» от истца поступила расшифровка задолженности.

11.03.2022 посредством web-сервиса «Мой Арбитр» от представителя ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

14.03.2022 посредством web-сервиса «Мой Арбитр» от представителя ФИО6 поступили дополнительные возражения. 

В судебном заседании 14.03.2022 представитель УФНС поддержал исковые требования в полном объеме. 

Представители ФИО6 и ФИО3  поддержали ранее изложенные возражения.  

Представитель ФИО6 ходатайствовал о приобщении документов.

Судом удовлетворено ходатайство истца об уточнении заявленных требований в части размера субсидиарной ответственности -  44 046 019 руб. 08 коп.

При рассмотрении настоящего спора заявлений о присоединении к заявлению уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности от иных лиц в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 225.10 АПК РФ в суд не поступило.

В судебном заседании 14.03.2022 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялся перерыв до 21.03.2022  до 15 час. 05 мин.

Сведения о перерыве в судебном заседании были размещены на официальном сайте Арбитражного суда Ульяновской области в сети Интернет по адресу: http://ulyanovsk.аrbitr.ru и информационно-справочном киоске  в  здании суда.

17.03.2022 посредством почтовой связи от ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» поступили дополнительные пояснения с приложением документов. 

После перерыва лица, присутствующие в судебном заседании поддержали свои доводы, изложенные в пояснениях и возражениях.

В судебное заседание иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела, не явились. 

Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ неявка лиц, участвующих в рассмотрении дела и надлежащим образом уведомленных о месте и времени судебного разбирательства, не является препятствием для рассмотрения спора, дело рассматривается  в отсутствие сторон по имеющимся в деле документам.

Изучив материалы дела, оценив и исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 03.05.2017 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление Общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплутационное предприятие» о признании Общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплутационное предприятие» (далее –  ООО «РЭП» - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 12.05.2017г.  заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве №А72-6095/2017.

08.11.2017 ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о признании Общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» (далее также - должник) несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры банкротства - наблюдения, о включении требования ФНС России в реестр требований кредиторов должника в третью очередь реестра требований кредиторов с суммой требований в размере 46 838 220 руб. 44  коп.., в том числе основной долг – 24 531 507 руб. 26 коп., из них во вторую очередь реестра требований кредиторов – 710 056 руб. 86 коп; пени – 9 802 115 руб. 18 коп. - в третью очередь реестра требований кредиторов; штраф – 12 504 598 руб. – в третью очередь реестра требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 15.11.2017 заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области было принято судом к производству, возбуждено дело № А72-16392/2017.

Определением от 12.01.2019 объединены в одно производство дело № А72-16392/2017 и дело № А72-6095/2017 с присвоением делу № А72-6095/2017; заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области  (А72-16392/2017) о признании Общества с ограниченной ответственностью «РЭП» несостоятельным (банкротом) признано в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве Общества с ограниченной ответственностью «РЭП» (№ А72-6095/2017).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 13.05.2019 производство по заявлению ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» о признании его несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 26.07.2019 производство по делу №А72-6095/2017 по заявлению ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области, прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Как следует из положений пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Воспользовавшись данным правом, ФНС России обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с настоящим иском.

В силу положений  пункта 3  статьи 61.14. Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Истец обратился с заявлением о признании ООО «РЭП» банкротом 08.11.2017. Определением Арбитражного суда Ульяновской области 15.11.2017 заявление ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области было принято судом к производству, возбуждено дело № А72-16392/2017. Определением Арбитражного суда Ульяновской области 26.07.2019 производство по делу №А72-6095/2017 по заявлению ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области, прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. Следовательно, в силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве истец обладает правом на подачу заявления о привлечении контролирующих ООО «РЭП» лиц к субсидиарной ответственности.

Заявлений о присоединении к заявлению уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности от иных лиц в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 225.10 АПК РФ  в суд не поступило. Присоединение к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц возможно до перехода суда к судебным прениям. 

Истец связывает основание своих требований с действиями контролирующих должника лиц, имевшими место в период с 01.01.2013 по 31.12.2014.

Истцом указано, что как установлено в ходе контрольных мероприятий уполномоченного органа и подтверждено решением Арбитражного суда Ульяновской области, а также постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций по делу №А72-6914/2017 ООО «РЭП» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщику доначислены налог на прибыль за 2013, 2014 гг.; налог на добавленную стоимость за 4 квартал 2012г., 2 квартал 2013г. на общую сумму 24 006 059 руб.; ООО «РЭП» начислены пени в сумме 7 399 010,15 руб., общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации, по статье 123 Кодекса; по пункту 3 статьи 122 Кодекса в виде штрафа в общей сумме 6 315 296.95 руб.

В проверяемый период (01.01.2013 - 31.12.2014) ООО «РЭП» применяло упрощенную систему налогообложения, объект налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов» со ставкой налога 10% в соответствии с Законом Ульяновской области от 03.03.2009 №13-30 «О налоговых ставках налога, взимаемого в связи с применением упрошенной системы налогообложения, на территории Ульяновской области».

По результатам выездной налоговой проверки установлено, что в нарушение подпункта 15 пункта 3 статьи 346.12 Кодекса ООО «РЭП» в 2013, 2014 неправомерно применяло УСНО.

Проверкой установлено, что ООО «РЭП» применило схему формального дробления бизнеса для занижения численности работников путем распределения их на несколько взаимозависимых организаций с целью применения специального налогового режима (УСНО).

Налоговой орган в решении от 27.12.2016 № 13-24/31, руководствуясь положениями статьи 105.1 НК РФ, признал ООО «РЭП», ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» взаимозависимыми для целей налогообложения. При оспаривании данного решения в Арбитражном суде Ульяновской области судом также установлено, что доначисление оспариваемых сумм обусловлено не выводом о "проблемности" указанных контрагентов (отсутствием реальной деловой цели по созданию данных обществ), а установленным налоговым органом фактом взаимозависимости всех указанных выше лиц. При рассмотрении дела №А72-6914/2017 суд,  указал, что вывод о взаимозависимости вышеуказанных лиц, базируется на установленных в ходе выездной налоговой проверки обстоятельствах, изложенных в оспариваемом решении, нашедших свое подтверждение в ходе судебного разбирательства

Налоговый орган пришел к выводу что для оказания услуг по договору использовался труд уборщиц значительно больше, чем 100 человек (предельная численность для применения УСНО).

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Финансово-хозяйственные взаимоотношения, документально оформленные между ООО «РЭП» и организациями ООО «Жилсервис», ООО «РСУ», носили формальный характер. Общество путем перераспределения работников в другие взаимозависимые организации искусственно создало условия для возможности применения УСН, при этом фактически по состоянию на 31.12.2012, 31.12.2013, 31.12.2014 ООО «РЭП» не соответствовало критериям, позволяющим применять систему налогообложения в виде единого налога по упрощенной системе налогообложения.

Судом в рамках дела №А72-6914/2017 отмечено, что запреты и ограничения по применению системы налогообложения в виде УСН не предусматривают возможность их преодоления путем разделения бизнеса. Доказательств того, что деление бизнеса путем перевода работников в указанные организации было обусловлено разумными экономическими причинами, связанными с повышением эффективности производства, оптимизацией производственного процесса, наличием деловой цели, в материалы дела не представлено.

Поскольку одним из оснований для перевода налогоплательщика с УСН на общий режим налогообложения является превышение им общего (списочного) количества работников более 100 человек за налоговый (отчетный) период, суды первой,  апелляционной и кассационной инстанций по делу №А72-6914/2017 пришли к выводу о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды и признали правомерным доначисление налогов по общей системе налогообложения.

Согласно представленной истцом информации распределение денежных средств поступивших от ЗАО «Авиастар-СП» в адрес ООО «РЭП» по договору 630/01 от 25.12.2010 выглядило следующим образом:

В 2013 году:

Поступления - 59 530 446,13 руб., в том числе от ЗАО «Авиастар-СП» - 58 894 737,13 руб. (договор №630/01 от 25.12.10)

Расходы-59 132 859,51 руб., в том числе:

ООО «РСУ» - 18 015 021.05 руб. (договор №65 от 01.07.2009) - 30%; 

ООО «Жилсервис» - 10 221 688.81 руб. (договор №54 от 0.07.2009) - 17,2%; 

Оплата налоговых платежей - 7 630 123,61 руб. - 12,9% 

Выплата зарплаты и снятие наличных - 20 442 169.53 руб.; - 34,6 %; 

Прочие платежи в пользу ЮЛ и ИП - 1 994 970,43 руб. (хоз.товары, ГСМ, спецодежда, материалы и т.д. - 39 контрагентов) - 3%;

В 2014 году:

Поступления - 59 366 479,40 руб. в том числе от ЗАО «Авиастар-СП» - 59 037 620.62 руб. (договор №630/01 от 25.12.10)

Расходы - 60 872 050,60 руб., в том числе:

ООО «РСУ» - 19 036 935,07 руб. (договор №65 от 01.07.2009) - 31,2%; 

ООО «Жилсервис» - 11 999 011,99 руб. (договор №54 от 0.07.2009) - 19,7%; Оплата налоговых платежей - 7 201 101,65 руб.- 11,8%;

 Зарплата и снятие наличных - 17 845 937.04 руб. - 29,3 %;

ООО "АВИАСТАР-ПРОДУКТ СЕРВИС" - 2 641 740.84 руб. (ДОГОВОР № 2 ОТ 31.03.2011)-4%;

Прочие платежи в пользу ЮЛ и ИП - 1 453 483,69 руб. (хоз.товары, ГСМ, спецодежда, материалы и т.д. - 33 контрагента) - 2%.

Таким образом, более 50% поступивших на счет ООО «РЭП» денежных средств было перечислено в адрес ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис». В последующем денежные средства расходовались указанными организациями следующим образом 

ООО «РСУ»:

В 2013 году:

Поступления - 25 684 107,75 руб., в том числе от ООО «РЭП» - 18 015 021.05 руб., от иных физ. и юр.лиц за работы и услуги - 3 219 846,92 руб., за аренду - 1 472 239,78 руб., внесение наличных - 2 977 000 руб.;

Расходы - 25 651 590,54 руб., в том числе:

Зарплата - 12 167 313.91 руб. -47%

Обязательные платежи - 6 557 125,29 руб. - 26%;

Коммунальные услуги - 1 319 293.18 руб. - 5%

ООО «Атлант» - 1 098 900 руб. (за материалы) - 4%

ООО "ИГРЕС ТАЕР" - 960 462 руб. (за шины) - 4%

Снято наличных денежных средств - 180 000 руб.

Прочие платежи в пользу ЮЛ и ИП - 3 260 148,68 руб. (хоз.товары, ГСМ, спецодежда, материалы и т.д. - 60 контрагентов) - 13%. Комиссия - 108 346.89 руб.

В 2014 году:

Поступления - 24 367 901,41 руб., в том числе от ООО «РЭП» - 19 036 935,07 руб., от иных физ. и юр.лиц за работы и услуги - 1 763 088,41 руб., за аренду - 1 195 877,93 руб., внесение наличных - 2 372 000 руб.;

Расходы - 24 333 553,83 руб., в том числе:

Зарплата - 13 016 606,96 руб. - 54%

Обязательные платежи - 7 384 387,97 руб. - 30%;

Коммунальные услуги - 1 227 278 руб. - 5%

Снято наличных денежных средств - 45 000 руб.

Прочие платежи в пользу ЮЛ и ИП - 2 554 238,84 руб. (хоз.товары, ГСМ, спецодежда, материалы и т.д. - 48 контрагентов) - 10%. Комиссия - 106 038 руб. 

ООО «ЖИЛСЕРВИС»:

В 2013 году:

Поступления - 21 623 001,89 руб., в том числе от ООО «РЭП» - 10 221 688,81 руб., от иных физ. и юр.лиц за работы и услуги - 5 037 874,92 руб., за аренду - 6 283 438,16 руб., внесение наличных - 44 000 руб.;

Расходы -21 776 980 руб., в том числе:

Зарплата - 9 325 676 руб. - 42%

Обязательные платежи - 6 336 348 руб. - 29%;

Коммунальные услуги - 2 529 756 руб. - 12%

Снято наличных денежных средств - 1 892 000 руб.

Прочие платежи в пользу ЮЛ и ИП - 1 385 964 руб. (хоз.товары, ГСМ, спецодежда, материалы и т.д. - 44 контрагентов) - 6%.

Авиастар-продукт Плюс - 208 349 руб. - 1% Комиссия - 98 885 руб.

В 2014 году:

Поступления - 26 191 739,53 руб., в том числе от ООО «РЭП» - 11 999 011,99 руб., от иных физ. и юр.лиц за работы и услуги - 6 960 450 руб., за аренду - 6 685 278 руб., внесение наличных - 547 000 руб.;

Расходы - 26 063 093,14 руб., в том числе:

Зарплата - 9 144 684 руб. - 35%

Обязательные платежи - 7 859 501 руб. - 30%;

Коммунальные услуги - 1 029 972 руб. - 4%

Снято наличных денежных средств - 1 786 102 руб.

Прочие платежи в пользу ЮЛ и ИП - 3 260 659 руб. (хоз.товары, ГСМ, спецодежда,

материалы и т.д. - 49 контрагентов) — 12%.

Авиастар-продукт Плюс - 208 349 руб. - 1%

Общий объем выведенных денежных средств со счета ООО «РЭП» составил:

2013

2014

ООО Жилсервис

8 849 769.38 руб.

12 399 928.58 руб.

ООО «РСУ»

18 358 157.26 руб.

19 736 742.49 руб.

Налоговым органом также приведены сведения о распределении заработной платы, дивидендов ФИО6, ФИО2, ФИО9 И ФИО3 в  ООО «РЭП», ООО «РСУ», ООО «Жилсервис» в 2012-2017 гг.

На основании изложенного истец указывает, что в ходе выездной налоговой проверки установлено и материалами дела подтверждается, что указанными выше контролирующими должника лицами организована совместная деятельность должника (ООО «РЭП») и иных подконтрольных данным лицами организаций (ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис») с целью причинения ущерба кредитору - ФНС России путем занижения суммы налога к уплате. Вырученная в результате ведения контролирующими лицами незаконной деятельности прибыль распределялась между ними в виде дивидендов.

Истец отмечает, что основная доля дивидендов выплачена именно в ООО «РЭП» (6 800 000 руб. в 2013 году и 4 400 000 руб. в 2014 году), ООО «Жилсервис» (2013 -871 000руб., 2014 г.871 000 руб). В соответствии с ч.1 ст. Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" Общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Следовательно, дивиденды выплачиваются участникам общества из его чистой прибыли. Однако чистая прибыль ООО «РЭП» согласно представленной в налоговые органы бухгалтерской отчетности ставила 2 923 тыс. руб. в 2013 году и 2 271 тыс. руб. в 2014 году, таким образом, база для выплаты дивидендов у общества отсутствовала. Более того, балансовая стоимость активов общества составляла в 2013 году - 9 878 тыс. руб. и 2014 году - 6 813 тыс. руб. Следовательно, контролирующим должника лицами выплачены дивиденды соответственно в размере 69% и 65% от всего имущества должника, что причинило существенный ущерб кредитору в виде непоступления обязательных платежей.

Таким образом, анализ доходов учредителей ФИО6, ФИО9, ФИО2, ФИО3, проведенный налоговым органом, показал, что общий объем денежных средств, направленных на выплату дивидендов за проверяемые периоды 2013-2014 г. составил 12 942 090 руб., (с учетом дивидендов полученных в ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис») что в общем объеме составляет более 50% от суммы начисления основного долга должника по результатам выездной налоговой проверки.

По мнению истца, при добросовестном исполнении своих обязательств денежные средства, направленные на выплату дивидендов покрывают более 50 % суммы начисленной в результате выездной налоговой проверки.

Истец полагает, что в рассматриваемом случае основанием привлечения к субсидиарной ответственности является  п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в силу которого, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пункт 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 предусматривает что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Истец указывает, что объективное банкротство ООО «РЭП» наступило в результате совершения контролирующими ООО «РЭП» лицами (всеми участниками с долей участия по 25% каждый и выгодоприобретателями – ООО «Жилсервис», ООО «РСУ») ряда последовательных действий, результатом которых явилась невозможность полного погашения требований кредиторов, а именно применение схемы формального дробления бизнеса для занижения численности работников путем распределения их на несколько взаимозависимых организаций с целью применения специального налогового режима (УСНО).

В дополнениях к исковому заявлению истец указал, что ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве. При этом, истец, указал что учредителями ООО «РСУ» в спорный период являлись: ФИО2 (37,16%), ФИО6 (37,15%), ФИО3 (13,79%); учредителями ООО «Жилсервис» являлись ФИО2 (23,53%), ФИО6 (23,53%), ФИО3 (13,75%), ФИО9 (23,53%).

Налоговый орган указал, что ООО «РЭП», ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» вели единую хозяйственную деятельность под контролем ФИО2, ФИО9, ФИО6, ФИО3 

ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» являются выгодоприобретателями на основании презумпции, предусмотренной пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, поскольку извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителей ООО «РЭП» - уполномоченным органом установлено, что указанные юридические лица, будучи подконтрольными ФИО2, ФИО9, ФИО6 и ФИО3 были задействованы в незаконной схеме «дробление бизнеса» направленной па полученной необоснованной выгоды от занижения сумм налога подлежащего уплате в бюджет.

Финансово-хозяйственные взаимоотношения, документально оформленные между ООО «РЭП» и организациями ООО «Жилсервис», ООО «РСУ», носили формальный характер. Общество путем перераспределения работников в другие взаимозависимые организации искусственно создало условия для возможности применения УСН, при этом фактически по состоянию на 31.12.2012, 31.12.2013, 31.12.2014 ООО «РЭП» не соответствовало критериям, позволяющим применять систему налогообложения в виде единого налога по упрощенной системе налогообложения.

ФИО2, ФИО6,  ФИО9, ФИО3 фактически контролировавшими ООО «РЭП», а также его контрагентов - ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис», создана модель «дробления бизнеса» направленная на извлечение дополнительной экономии денежных средств за счет необоснованного применения специальною налогового режима -«Упрощенной системы налогообложения». Данная модель заключалась в распределении сотрудников выполнявших работы по договорам заключенным ООО «РЭП» на три взаимозависимые организации. Поступавшие в ООО «РЭП» денежные средства частично перечислялись в ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» и использовались последними для выплаты заработной платы и обеспечения совместной деятельности трех организаций.

Истец, указывает, что ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» фактически осуществляли единую деятельность по оказанию услуг ЗАО «Авиастар-СП» по содержанию и техническому обслуживанию в рамках договора от 25.12.2010 №630/01. При этом их предпринимательская деятельность была построена таким образом, что каждое из юридических лиц, формально зарегистрированное как самостоятельный субъект правоотношений, извлекало выгоду из применения специального режима налогообложения - УСН, уплачивая за счет этого налоги в существенно меньшем размере.

Как установлено в ходе выездной налоговой проверки большая часть доходов ООО «РЭП» была распределена между ООО «РСУ» (договор №65 от 01.07.2009) и ООО «Жилсервис» (договор №54 от 10.07.2009). При этом, будучи контрагентом ЗАО «Авиастар-СП», ООО «РЭП» по результатам выездной налоговой проверки принял на себя всю долговую нагрузку и негативные последствия незаконного применения организациями специального налогового режима (УСН).

В исковом заявлении налоговый орган проводит подробный анализ расчетного счета организаций и моделирует совокупный экономический результат деятельности организаций при осуществлении ими хозяйственной деятельности без нарушения налогового законодательства, согласно которому в отсутствие перечислений денежных средств от ООО «РЭП» в адрес ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис», при ведении финансово-хозяйственной деятельности в рамках действующего законодательства денежные средства были бы направлены погашение законно установленных налогов в рамках общей системы налогообложения, которая подлежала применению организациями. Несоблюдение участниками схемы и их контролирующими лицами норм действующего законодательства привело к неуплате налога за 2013 и 2014 года и негативным последствиям для должника в виде начисления пени и привлечения к ответственности в виде налоговых санкций, при этом, последующие возникшие налоговые обязательства не были выполнены ООО «РЭП» ввиду наличия признаков банкротства.

ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» и в настоящее время продолжают хозяйственную деятельность. Таким образом, ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» получали денежные средства по договору заключенному между ООО «РЭП» и ООО «Авиастар-СП» исчисляя и уплачивая налог в заниженном размере за счет применения специального налогового режима. Тем самым указанные организации извлекали существенные преимущества из системы организации предпринимательской деятельности, направленной на распределение доходов ООО «РЭП» между участниками схемы дробления бизнеса с последующим аккумулирование на стороне ООО «РЭП» основной долговой нагрузки. Следовательно, в силу разъяснений Верховного Суда РФ, данные лица являются контролирующими выгодоприобретателями и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Опровергая доводы истца, ответчики ссылаются на следующие обстоятельства.

ФИО2 (директор и участник ООО «РЭП» с долей участия 25%, руководитель ООО «Жилсервис» и участник ООО «Жилсервис» с долей участия 23,53%, участник ООО «РСУ» с долей участия 37,16%) в своих возражениях полагает, что в рассматриваемом случае подлежит применению редакция статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшая в момент совершения вменяемых правонарушений,  также указывает на отсутствие у истца права на подачу настоящего заявления в связи с прекращением производства по делу о банкротстве ООО «РЭП», пропуск срока исковой давности, недоказанность уполномоченным органом вины ФИО2, причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде неуплаты налогов. Получение дивидендов ФИО2 не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, учитывая, что данные дивиденды выплачивались за период, предшествующей 2013-2014 гг. Ответчик не уклонялся от погашения задолженности перед истцом, не скрывал имущество общества, не действовал умышленно во вред кредиторам. ФИО2 также указал, что деятельность  ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» была обусловлена реальными деловыми целями, а не созданием схемы уклонения от уплаты налогов и направлена на извлечение прибыли.

ФИО6 (участник ООО «РЭП» с долей участия 25%,  участник ООО «Жилсервис» с долей участия 13,75%, участник ООО «РСУ» с долей участия 13,79%) полагает, что он не отвечает критериям контролирующего ООО «РЭП» лица. В части применения норм права в рассматриваемом споре, полагает, что подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, а следовательно, вина относительно ФИО6 подлежит доказыванию в общем порядке без применения презумпций, при этом истцом вина ФИО6 не доказана. ФИО6 представлен расчет согласно которому при применении ООО «РЭП» общей системы налогообложения указанная организация не получала бы прибыль и соответственно основная цель ее деятельности – извлечение прибыли не была бы достигнута. ФИО6 ссылается на свою добросовестность при применении ООО «РЭП» упрощенной системы налогообложения, указывает на то, что для него в 2013-2014 гг. было неочевидно нарушение налогового законодательства применением УСН (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62). Выплату дивидендов не считает основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Создание и деятельность ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» с применением УСН в спорный период считает законными и обоснованными.

ФИО3 (участник ООО «РЭП» с долей участия 25%,  участник ООО «Жилсервис» с долей участия 13,75%, участник ООО «РСУ» с долей участия 13,79%) в своих возражениях ссылается на пропуск истцом срока исковой давности, отсутствием у истца права на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, отсутствие статуса контролирующего лица. ФИО3 в возражениях выражает несогласие с выводами выездной налоговой проверки, законность которой подтверждена вступившими в законную силу решениями арбитражного суда первой, апелляционной и кассационной инстанций. Полагает, что исключение ООО «РЭП» из ЕГРЮЛ является основанием для отказа в удовлетворении настоящего заявления. 

ФИО9 каких-либо возражений на исковое заявление за весь период рассмотрения спора не представила, извещена надлежащим образом.

ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» в своих возражениях сослались на невозможность применения к ним положений подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве,  и указали на необходимость применения той редакции статьи 10 Закона о банкротстве, которая действовала в момент совершения налогового правонарушения.

Нормы права об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) также изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Таким образом, с учетом заявленного периода совершения ответчиками вменяемых действий (бездействий) (с 01.01.2013 по 31.12.2014) в рассматриваемом случае подлежат применению нормы материального права Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Федеральным законом от 23.06.2016 N 222-ФЗ в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац, дополнивший презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, следующей:

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В дальнейшем, данная презумпция была перенесена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Указанное положение пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (презумпция) вступило в силу с 01.09.2016 и, в силу прямого указания пункта 9 статьи 13 Закона N 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданным после 01.09.2016 вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника.

Аналогичный вывод содержится в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 15.07.2019 по делу N А57-16930/2017, от 21.03.2017 по делу N А06-9070/2015, от 08.12.2020 по делу А12-16731/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.05.2021 по делу №А06-640/2020).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 N 305-ЭС17-13426 по делу N А41-27743/2015, несмотря на отсутствие соответствующей презумпции в период совершения должником действий, повлекших привлечение его к налоговой ответственности, она подлежит применению к заявлениям, поданным после 01.09.2016. Действие соответствующей презумпции возможно, если соответствующие требования кредиторов превышают пятьдесят процентов общего размера требований (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 01.10.2020 по делу №А57-6287/2019).

В настоящем деле каких-либо требований помимо требований истца не заявлено, следовательно, требования уполномоченного органа составляют 100%

Кроме того, соответствующие пояснения даны и в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30.07.2019 по делу N А19-7913/2015, согласно которым несмотря на отсутствие соответствующей нормы в 2011-2013 годах, по мысли законодателя действие соответствующей презумпции возможно, если соответствующие требования кредиторов превышают пятьдесят процентов общего размера требований.

В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2019 г. N 181-О положение части 9 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года N 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", касающееся порядка применения положений пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции данного Федерального закона), определяющих основания привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, при наличии которых возможна подача соответствующего заявления, притом, что именно эти положения были изложены вышеуказанным Федеральным законом в новой редакции и вступили в силу с 1 сентября 2016 года (часть 4 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года N 222-ФЗ), корреспондирует общим правилам действия закона во времени, направлено на обеспечение правовой определенности и стабильности закона.

В рассматриваемом случае иск УФНС России по Ульяновской области поступил в Арбитражный суд Ульяновской области 11.05.2021, то есть после 01.09.2016.

Таким образом, требования истца надлежит оценивать на соответствие норме абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора суд применяет материальные нормы права, предусмотренные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 222-ФЗ от 23.06.2016.

 Между тем, судом учитывается, что применение вышеуказанной редакции не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в презумпции, установленной  подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 (далее - определение N 305-ЭС19-10079), предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53).

Указанный подход сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 №310-ЭС20-6760 и подлежит применению в рассматриваемом споре.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой следует прибегать после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ от 23.06.2016 №222-ФЗ если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства:

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, кредитор должен обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиками возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума ВС РФ о 21.12.2017 N 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

В статье 2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ контролирующим должника лицом является  лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В силу статьи 61.10 Закона о банкротстве,  если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд не может согласиться с доводами ответчиков о неприменении к ним нормы статьи 61.10 Закона о банкротстве, поскольку указанная норма не устанавливает, вопреки их утверждению, новых материально-правовых оснований для применения субсидиарной ответственности, и лишь раскрывает понятие контролирующего лица, предусмотренное и ранее действовавшими положениями статьи 10 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2021 № 307-ЭС21-13672(2,4), постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.09.2021 по делу №А56-82011/2019).

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Как следует из содержания пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 относительно порядка применения данной нормы, так и из ранее действующих норм законодательства о банкротстве (ст. 10 Закона о банкротстве) и сложившейся практики ее применения, указанные законом основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.

Обоснование наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться кредитором (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (кредитор). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

Согласно пункту 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 независимо от того, как именно заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд (статьи 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование, и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из материалов дела следует, что решением ИФНС России по Заволжскому району г. Ульяновска №13-24/31 от 27.12.2016 ООО «РЭП» привлечено к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщику доначислены налог на прибыль за 2013г., 2014г. налог на добавленную стоимость за 4 квартал 2012г., 2 квартал 2013г. на общую сумму 24 006 059 руб.; ООО «РЭП» начислены пени в сумме 7 399 010,15 руб., общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации, по статье 123 Кодекса; по пункту 3 статьи 122 Кодекса в виде штрафа в общей сумме 12 496 895,90 руб.

В проверяемый период (01.01.2013 - 31.12.2014) ООО «РЭП» применяло упрощенную систему налогообложения, объект налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов» со ставкой налога 10% в соответствии с Законом Ульяновской области от 03.03.2009 №13-30 «О налоговых ставках налога, взимаемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, на территории Ульяновской области».

По результатам выездной налоговой проверки установлено, что в нарушение подпункта 15 пункта 3 статьи 346.12 Кодекса ООО «РЭП» в 2013, 2014 неправомерно применяло УСНО.

Проверкой установлено, что ООО «РЭП» применило схему формального дробления бизнеса для занижения численности работников путем распределения их на несколько взаимозависимых организаций с целью применения специального налогового режима (УСНО).

 Такие выводы сделаны налоговым органом с учетом следующих обстоятельств, установленных в ходе проверки.

 Между ООО «РЭП» и ЗАО «Авиастар-СП» заключен договор от 25.12.2010 №630/01 на содержание и техническое обслуживание, согласно которому ЗАО «Авиастар-СП» поручает, а ООО «РЭП» принимает на себя обязательства по выполнению: санитарно-гигиенических работ по уборке служебных помещений, производственных площадей (подметание), производственных площадей (мытье), санблоков; работ по обслуживанию, ремонту и содержанию комплектов сантехприборов: работ по уборке и содержанию территории, уходу за зелеными насаждениями, цветниками и газонами: сбору и вывозу мусора на накопительную площадку; стирке и мелкому ремонту спецодежды; плотницких и столярных работ (ремонт дверей, окон, инвентаря, врезка замков); ремонтных работ пластиковых витражей, оконных проемов, входных групп (дверей).

 В соответствии с пунктом 3.2. договора ООО «РЭП» выставляло ЗАО «Авиастар-СП» акты приемки выполненных работ с наименованием работ, счета-фактуры с наименованием выполненных работ «Уборка производственных помещений ЗАО «Авиастар-СП» (без НДС). Согласно представленных в ходе проверки документов, ООО «РЭП» оказало ЗАО «Авиастар-СП» услуги по уборке служебных и производственных помещений, выполнило плотницкие, столярные работы и вспомогательные работы: за 2013 на сумму 57 274 762,34 руб., за 2014 на сумму 57 974 336,50 руб.

 Для выполнения части вышеуказанного договора (уборки служебных и производственных помещений, обслуживанию сантехприборов и ливнеприемников), ООО «РЭП» в проверяемый период привлекало работников ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ», заключив с ними соответственно договоры поручения от 01.07.2009 №54 и от 01.07.2009 №65. Работники ООО «РСУ» ООО «Жилсервис» числящиеся в штате в качестве уборщиц, оказывали услуги в рамках договора №630/01  только в связи с деятельностью ООО «РЭП». 

 ООО «РЭП» зарегистрировано 19.11.2002г., ООО «РСУ» - 23.12.2002г., ООО «Жилсервис» -23.12.2002г. Все три организации имеют общее управление, учреждены одними и теми же лицами, в том числе: ФИО2, ФИО6, каждый из которых имел по 25% и более доли в уставном капитале названных организаций. При этом ФИО2, являясь участником ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» одновременно выступал в качестве руководителя ООО «РЭП» и ООО «Жилсервис». ФИО10, являясь главным бухгалтером ООО «РЭП», числилась учредителем ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис». ФИО3 является учредителем ООО «РЭП», ООО «РСУ», ООО «Жилсервис».

 ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» расположены по одному юридическому адресу: 

<

...>. 8. Согласно протоколу осмотра от 05.08.2016 №23, проведенному в рамках статьи 92 Кодекса, на здании по вышеуказанному адресу расположена вывеска с надписью «ЖИЛСЕРВИС». Вывески с названиями ООО «РЭП» и ООО «РСУ» на здании отсутствуют. Арендованное ООО «РЭП» помещение расположено на втором этаже 2-х этажного здания. Здание, расположенное по адресу 

<

...> принадлежит ООО «Жилсервис» на праве общей долевой собственности (доля в праве 0,86).

 ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» имеют единую кадровую политику и общее ведение бухгалтерского учета. Согласно заключенным 29.12.2010 договорам поручения №75 и №76 ООО «РЭП» и ООО «РСУ» поручают, а ООО «Жилсервис» берет на себя обязательства осуществлять ведение бухгалтерского и налогового учета, работу с кадрами, нормирование труда и заработной платы, материально-техническое обеспечение, делопроизводство и т.д. Как показал начальник отдела кадров ООО «Жилсервис» - ФИО11 (протокол допроса от 05.08.2016 №100), в 2013, 2014 годах она занималась оформлением всех документов по приему, увольнению и текущей работе работников всех вышеперечисленных организаций, ведением табелей учета использования рабочего времени, оформлением всех приказов. Со слов опрашиваемой, трудовые книжки всех сотрудников ООО «РЭП», ООО «РСУ», ООО «Жилсервис» хранятся в одном закрытом сейфе.

Согласно договорам поручения от 29.12.2010 №75,76 все три организации имеют один и тот же номер телефона.

В проверяемом периоде 2013-2014г.г. ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» были открыты расчетные счета в одном кредитном учреждении. В отделении №8588 ПАО Сбербанка России открыты: р/сч ООО «РЭП» 25.12.2003, р/сч ООО «РСУ» 14.10.2008г., р/сч ООО «Жилсервис» 14.10.2008г.

Также ООО «РЭП» использовало в работе р/сч, открытый в филиале байка «ТРАСТ» (ПАО) в г. Ульяновске открытый 14.01.2003г. и закрытый 05.08.2014г., где также были открыты ООО «РСУ» р/сч 

<

***>, закрыт 07.04.2009, ООО «Жилсервис» р/сч открытый 14.01.2003г. и закрытый 07.04.2009г.

Согласно доверенностям, представленным ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» в Ульяновское отделение №8588 Сбербанка РФ все вышеперечисленные общества наделяют правом подписи и полномочиями по получению банковских выписок, получению и предъявлению в банке расчетных документов и иных документов, включая документы для целей валютного контроля по счетам одних и тех же лиц: ФИО12 (бухгалтер ООО «Жилсервис») и ФИО13 (зам. гл. бухгалтера ООО «Жилсервис»).

Все доверенности и срок их действия датированы одними и теми же числами.

По результатам проверки, согласно справкам 2-НДФЛ, установлено, что прибыль, полученная ООО «РЭП», ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» направляется на выплату дивидендов учредителям.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.01.2018 № А72-6914/2017, признано недействительным решение ИФНС России по Заволжскому району г. Ульяновска № 13-24/31 от 27.12.2016г. в части привлечения ООО «РЭП» к налоговой ответственности в виде штрафа в размере 6 242 044,75 руб. В остальной части требования оставлены без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.07.2018, постановлением арбитражного суда апелляционного округа от 11.04.2018 г. оставлено без изменения решение Арбитражного суда Ульяновской области от 25.01.2018.

Таким образом, правомерность выводов налоговой проверки установлена вступившими в законную силу судебными актами по делу №А72-6914/2017.

В данном случае суды признали, что материалы налоговой проверки свидетельствуют о согласованности действий взаимозависимых лиц, направленных на минимизацию налоговых обязательств ООО  «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» путем использования схемы "дробления бизнеса" на зависимый подконтрольный хозяйствующий субъект и позволяющий получать ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» необоснованную налоговую выгоду в виде разницы налоговых обязательств при применении общей системы налогообложения и режима в виде УСН, так как доход, полученный через ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис», фактически является доходом ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» и подпадает под общую систему налогообложения.

В пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 указано, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут служить доказательственной базой при рассмотрении возражений уполномоченного органа на требование кредитора, оспаривании уполномоченным органом сделки, на которой основано требование кредитора, при обжаловании судебного акта, подтверждающего заявленное в деле о банкротстве требование.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Обязательность судебных актов предусмотрена ч. 1 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации согласно которой, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Таким образом, субъекты права обязаны учитывать в своей деятельности решение арбитражного суда, выраженное в судебном акте. Обязательность судебного акта возникает после вступления судебного акта в законную силу и сохраняет значение до момента отмены судебного акта в установленном законом порядке.

Преюдициальная связь судебных актов судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 N 2-П).

Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона).

ООО «РЭП» зарегистрировано в ИФНС России по Заволжскому району города Ульяновска 19.11.2002г., адрес местонахождения: 432072, Россия, 

<

...>. Основной вид экономической деятельности - управление эксплуатацией нежилого фонда (ОКВЭД - 70.32.2). 

Участниками (учредителями) ООО «РЭП» в разные периоды являлись:

- ФИО2 с 19.11.2002 по 19.11.2004 (доля участия 20%), с 12.05.2004 по настоящее время (доля участия 25%),

- ФИО6 с 19.11.2002 по 19.11.2004 (доля участия 20%), с 12.05.2004 по настоящее время (доля участия 25%),

- ФИО9 с 16.03.2012 по настоящее время (доля участия 25%),

- ФИО3 с 19.11.2002 по 18.01.2018 (доля участия 25%)

- ООО «РЭП» с 19.01.2018 (доля участия 25%) 

Руководителем ООО «РЭП» с 19.11.2002 является ФИО2.

Вступившим в законную силу решением налогового органа о привлечении общества к налоговой ответственности №13-24/31 от 27.12.2016 года вынесенным по результатам проведенной выездной налоговой проверки установлено, и полученным в ходе налоговой проверки материалами подтверждается, что должностными лицами ООО «РЭП» в 2013-2014 года была создана модель бизнеса направленная на уклонение от уплаты налогов путем «дробления бизнеса». Применение данной модели предполагало ведение единой хозяйственной деятельности тремя взаимозависимыми юридическими лицами: ООО «РЭП», ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ».

ООО «РСУ» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 23.12.2002, ООО «Жилсервис» - 23.12.2002. 

Учредителями ООО «РСУ» в разные периоды являлись:

- Общество с ограниченной ответственностью «Авиастар-Продукт-плюс» (ИНН7328048006) в период с 25.05.2006 по 30.07.2017,

- ФИО2 с 23.12.2002 по 12.10.2017 (доля участия 37.16%),

- ФИО6 с 23.12.2002 по 25.02.2018 (доля участия 37,15%), 

- ФИО3 с 23.12.2002 по 25.02.2018 (доля участия 13,79%),

- ФИО10 с 23.12.2002 по 28.08.2018 (доля участия 3,8%),

- ФИО14 с 28.02.2012 по 28.08.2017 (доля участия 8,1%). 

Руководителем ООО «РСУ» с 14.04.2004 является ФИО15.

Учредителями ООО «Жилсервис» в разные периоды являлись:

- Общество с ограниченной ответственностью «Авиастар-Продукт-плюс» (ИНН7328048006) в период с 25.05.2006 по 30.07.2017,

- ФИО2 с 23.12.2002 по 12.10.2017 (доля участия 23,53%),

- ФИО6 с 23.12.2002 по 25.02.2018 (доля участия 23,53%), 

- ФИО3 с 23.12.2002 по 09.01.2018 (доля участия 13,75%),

- ФИО10 с 23.12.2002 по 29.05.2018 (доля участия 3,79%),

- ФИО16 с 23.12.2002 по 29.05.2018 (доля участия 3,79%),

- ФИО9 с 28.02.2012 по 25.02.2018 (доля участия 23,53%),

- ФИО14 с 28.02.2012 по 25.02.2018 (доля участия 8,08%). 

Руководителем ООО «Жилсервис» с 23.12.2002 является ФИО2.

Таким образом, ООО «РЭП», ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» вели единую хозяйственную деятельность под контролем ФИО2, ФИО9, ФИО6, ФИО3 

Согласно абз.З п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции", статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках") вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Таким образом, с учетом приведенных норм права суд признает заявленных истцом для привлечения к субсидиарной ответственности лиц (ФИО6, ФИО9, ФИО2, ФИО3, ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис»)  контролирующими должника лицами.

Доводы ответчиков о том, что они не обладали более 50% долей участия ООО «РЭП», следовательно, не являются контролирующими лицами,  отклоняется судом поскольку истцом доказано, что все четыре ответчика (ФИО6, ФИО2, ФИО9, ФИО3) являлись аффилированными между собой посредством участия во всех трех организациях.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Указанная презумпция ответчиками не опровергнута. Более того, ответчиками представлены в судебной заседание два протокола собраний участников от 15.03.2013, от 19.05.2014, согласно которым все четыре ответчика принимали участие в собраниях ООО «РЭП» и голосовали по заявленной повестке. В связи с чем, доводы ответчиков, в том числе ФИО3, о том, что они фактически не принимали участие в деятельности общества отклоняются, поскольку не доказаны какими-либо доказательствами. Налоговым органом представлены доказательства, что все четыре участника с равными долями участия не могли не знать о необоснованном применении ООО «РЭП» упрощенной системы налогообложения и необоснованном применении схемы «дробления бизнеса», учитывая, что данные лица также входили в состав участников ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» и получали дивиденды во всех трех организациях.

Как уже указывалось, ООО «РЭП» было привлечено к налоговой ответственности за налоговые правонарушения, совершенные в период с 01.01.2013 - 31.12.2014. 

В указанный период учредителями ООО «РЭП» являлись ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3 с долей участия по 25%. 

Руководителем ООО «РЭП» является ФИО2

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62) разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" установлено, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца 1 статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированностъ и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что именно ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3 в период совершения должником налогового правонарушения определяли действия ООО «РЭП» по осуществлению финансово-хозяйственной деятельности.

Возражая на доводы заявления ФНС России, ответчики указывали о принципиальной недопустимости применения введенной в действие с 01.09.2016 презумпции, предусмотренной абзацем 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, с учетом периода налоговой проверки (01.01.2013 - 31.12.2014).

Федеральным законом от 23.06.2016 N 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 222-ФЗ) в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац 5, дополнивший презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, следующей:

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Данное положение вступило в силу с 01.09.2016, и, в силу прямого указания пункта 9 статьи 13 Закона N 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности поданным после 01.09.2016 (заявление конкурсным управляющим подано 08.05.2020) вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника. В дальнейшем, указанная презумпция была перенесена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При анализе правовой природы презумпции, закрепленной в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, перенесенной в дальнейшем в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, следует, что она, фактически, не является новым основанием, а представляет собой конкретизацию, частный случай, такого общего основания для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" (статья 10 Закона о банкротстве) или "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц" (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Названная опровержимая презумпция, первоначально закрепленная в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и впоследствии перенесенная в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, как и иные опровержимые презумпции, введены законодателем для упрощения истцам процесса доказывания. Так, при подтверждении условий наличия означенных законодателем презумпций, предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Судом установлено и не оспорено ответчиками, что основанные на решении № 13-24/31 от 27.12.2016 о привлечении ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» к ответственности за совершение налогового правонарушения требования ФНС России в части основного долга превышают 50%, что свидетельствует о наличии презумпции, предусмотренной абзацем 5 пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения контролирующих ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника. В связи с этим, судам надлежит в соответствие с положениями статей 71, 168 и 170 АПК РФ давать оценку доводам возражений ответчиков об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В данном случае судом установлено, что основанием для вынесения решения № 13-24/31 от 27.12.2016 послужил вывод налогового органа об использовании ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» "взаимозависимых" организаций ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» для формального разделения дохода между организациями с целью получения и сохранения права на применение специального режима налогообложения в виде упрощенной системы налогообложения, выявлена совокупность обстоятельств, свидетельствующая об использовании ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» схемы ухода от налогообложения, используя взаимозависимых контрагентов ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис», применяющих специальный налоговый режим в виде упрощенной системы налогообложения (далее - УСН), что привело к занижению выручки от реализации товаров, и, как следствие, к занижению налогооблагаемой базы для исчисления налога; установлена согласованность действий взаимозависимых лиц, направленных на минимизацию налоговых обязательств ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» путем использования схемы "дробления бизнеса" на зависимый подконтрольный хозяйствующий субъект и позволяющий получать ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» необоснованную налоговую выгоду в виде разницы налоговых обязательств при применении общей системы налогообложения и режима в виде УСН, так как доход, полученный через ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис», фактически является доходом ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» и подпадает под общую систему налогообложения.

Судом также учитывается, что в решении Арбитражного суда Ульяновской области по делу №А72-6914/2017 подтвержден вывод налогового органа о привлечении к налоговой ответственность по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, то есть как деяния совершенного умышленно. Налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Доводы ответчиков о том, что будучи лишь участниками должника, они не причастны к руководству хозяйственной деятельностью должника, судом не принимаются.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также Уставу должника (пункт 8.1), высшим органом управления ООО «РЭП» является общее собрание участников. Согласно п.п.8.4.5 Устава к исключительной компетенции общего собрания участников относится утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.

В соответствии с пунктом 11.1 Устава ООО «РЭП»  контроль за финансово-хозяйственной деятельностью Общества осуществляется контрольно-ревизионной комиссией, избираемой общим собранием участников.

Статьей 8 Закона N 14-ФЗ предусмотрено право участников общества участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном Федеральным законом и уставом общества, а также получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона N 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Статьей 39 Закона N 14-ФЗ установлено, что в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно.

С учетом установленного факта согласованности действий взаимозависимых лиц, направленных на минимизацию налоговых обязательств ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» путем использования схемы "дробления бизнеса" на зависимый подконтрольный хозяйствующий субъект, суд приходит к выводу о том, что ответчики ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3,  являясь участниками общества, действуя добросовестно и разумно, могли и должны были в полной мере участвовать в хозяйственной деятельности ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие», проверяя на собраниях его отчетность и документацию не могли не знать о том что, ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» применяло схему формального дробления бизнеса для занижения численности работников путем распределения их на несколько взаимозависимых организаций с целью применения специального налогового режима (УСНО) и соответственно уклонения от уплаты налогов в бюджет. 

Имея  механизм влияния на финансовую деятельность Общества, ответчики  могли контролировать действия как исполнительного органа, так и Общества в целом, однако своим бездействием допустили наступление неблагоприятных последствий в виде доначисления по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога и штрафных санкций.

В соответствии с ч. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, вследствие ненадлежащего осуществления участниками контроля в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», за деятельностью ООО «РЭП», у последнего образовалась задолженность перед бюджетом Российской Федерации.

Данный подход нашел отражение, в частности, в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 05.03.2019 N Ф06-43941/2019 по делу N А72-10986/2017.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что именно действия (бездействия) ФИО6,  ФИО9, ФИО2, ФИО3, как контролирующих должника лиц, привели к совершению ООО «РЭП» в 2013-2014 году налогового правонарушения, выявленного в ходе выездной налоговой проверки, и, как следствие, привлечению его к ответственности.

Ответчики длительное время являясь участниками ООО «РЭП», а также участниками ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» не могли не знать о необоснованном применении упрощенной системы налогообложения и неблагоприятных последствиях нарушения налогового законодательства. Доказательств применения ответчиками каких-либо действий, направленных на минимизацию неблагоприятных последствий нарушения налогового законодательства не представлено.

Истцом доказана вся совокупность обстоятельств, подлежащая доказыванию в настоящем споре, а именно вина ответчиков в невозможности полного погашения требований кредиторов, факт невозможности полного погашения всех требований кредиторов вследствие действий (бездействий) ответчиков, причинно-следственная связь.

В части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» как выгодоприобретателей и доводов данных ответчиков о неприменении  в отношении данных ответчиков норм подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве суд приходит к следующим выводам.

Действующие в настоящий момент нормы, регулирующие вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, значительно расширили основания для признания наличия статуса лица контролирующего деятельность должника, в том числе установив презумпцию контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора законодателем еще не была принята глава III.2 Закона о банкротстве, а отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались, в первую очередь, положениями статьи 10 данного Закона. 

Однако, это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, заявитель и иные участники процесса лишены возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. 

Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору (Определение ВС РФ от 25.09.2020 по делу № 310- ЭС20-6760).

 Поэтому установление у ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» правового статуса лица, контролирующего деятельность должника, подлежит путем доказывания по общим правилам процессуального законодательства, не используя механизм опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины субсидиарного ответчика, на которого перекладывается бремя доказывания отсутствия подобных оснований.

ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» на протяжении всего периода рассмотрения спора не опровергли доводы налогового органа какими-либо доводами либо доказательствами, помимо ссылки на невозможность применения к ним подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве и доводов об осуществление ими в настоящее время самостоятельной хозяйственной деятельности.

Налоговый орган в свою очередь представил доказательства, в том числе со ссылкой на материалы выездной налоговой проверки, что ООО «Жилсервис», ООО «РСУ» и ООО «РЭП» вели единую хозяйственную деятельность под контролем ФИО2, ФИО6, ФИО9, ФИО3, при этом ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ» извлекали выгоду  и были задействованы в необоснованной схеме «дробления бизнеса» направленной на получение необоснованной налоговой выгоды от занижения сумм налога подлежащего уплате в бюджет. Налоговым органом представлены сведения о всех поступлениях денежных средств от ООО «РЭП» в ООО «Жилсервис» и ООО «РСУ», сведения о распределении заработной платы ФИО2, ФИО6, ФИО9, ФИО3 во всех трех организациях, представлен смоделированных расчет совокупного экономического результата деятельности всех трех организаций при осуществлении ими деятельности без нарушения налогового законодательства, смоделированный расчет совокупного финансового результата при выплате дивидендов и без выплаты дивидендов, бухгалтерская отчетность ООО «РЭП».

Таким образом, налоговым органом доказано, что в отсутствие перечислений денежных средств от ООО «РЭП» в адрес ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис», при ведении финансово-хозяйственной деятельности в рамках действующего законодательства денежные средства были бы направлены погашение законно установленных налогов в рамках общей системы налогообложения, которая подлежала применению организациями. Несоблюдение участниками схемы и их контролирующими лицами норм действующего законодательства привело к неуплате налога за 2013 и 2014 года и негативным последствиям для должника в виде начисления пени и привлечения к ответственности в виде налоговых санкций.

ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» и в настоящее время продолжают хозяйственную деятельность. Таким образом, ООО «РСУ» и ООО «Жилсервис» получали денежные средства по договору заключенному между ООО «РЭП» и ООО «Авиастар-СП» исчисляя и уплачивая налог в заниженном размере за счет применения специального налогового режима. Тем самым указанные организации извлекали существенные преимущества из системы организации предпринимательской деятельности, направленной на распределение доходов ООО «РЭП» между участниками схемы дробления бизнеса с последующим аккумулирование на стороне ООО «РЭП» основной долговой нагрузки, что в конечном счете привело в невозможности удовлетворения требований кредитора – уполномоченного органа, подаче заявления о признании ООО «РЭП» несостоятельным (банкротом) и последующему прекращению производства по делу в связи с отсутствием финансирования. Следовательно, в силу разъяснений Верховного Суда РФ, данные лица являются контролирующими выгодоприобретателями и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Представителем ФИО3 также заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для предъявления требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, который, по их мнению, должен исчисляться с периода, за которые по результатам налоговой проверки доначислены налоги и начислены пени.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Аналогичные сроки исковой давности и порядок их исчисления был предусмотрен абзацем 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В силу пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Аналогичные выводы содержатся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом ВС РФ 04.07.2018.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 58 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). 

При этом, течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления по правилам главы III.2, то есть не ранее введения первой процедуры банкротства, либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, либо прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (абзац 2 пункта 59 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53). 

Наличие задолженности, подтвержденной вступившим в силу решением суда, не свидетельствовало само по себе о наличии оснований для обращения с иском о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Учитывая, что истец обратился в суд с заявлением о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало о совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а именно в течение трех лет со дня прекращения производства по делу о банкротстве и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности срок исковой давности не пропущен.

В этой связи довод ответчиков о том, что начало течения срока исковой давности следует исчислять с периодов, за которые по результатам налоговой проверки должнику доначислены налоги и начислены пени, судом не принимается как основанный на неверном толковании норм права.

Производство по делу №А72-6095/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве определением Арбитражного суда Ульяновской области от 26.07.2019 г.

С исковым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц в порядке ст. 61.19 Закона о банкротстве Федеральная налоговая служба России обратилась в арбитражный суд 11.05.2021, т.е в пределах сроков исковой давности, предусмотренных абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве и абзацем 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве.

С учетом изложенного пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве не может быть истолкован судами как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 №307-ЭС21-29).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Заявленная уполномоченным органом задолженность ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» составляет 44 046 019 руб. 08 коп. Указанный размер задолженности состоит из суммы налогов доначисленных в рамках выездной налоговой проверки, а также пени и штрафы (НДС – 19 682 038,28 руб., пени – 6 171 676,23 руб., штраф – 4 997 903, 95 руб.; налог на прибыль – 2 544 476,69 руб., пени – 1 220 859,79 руб., штраф – 1 244 140,80, пени, начисленные  за неуплату НДФЛ – 6 474,13 руб., штраф -12 806,40 руб.). Указанный расчет произведен с учетом частичного погашения задолженности, установленной выездной налоговой проверкой, в рамках применения налоговым органом мер принудительного взыскания. Также налоговым органом в размер субсидиарной ответственности включена задолженность по налогам, страховым взносам, начисленным пеням и штрафам в период после проведения налоговой проверки до 2019 года (прекращения производства по делу о банкротстве РЭП), а именно: пени по НДС – 5 592 794 руб.; пени по налогу на прибыль – 670 290,08 руб., транспортный налог – 21 089,70; пени по транспортному налогу – 5387,44 руб., налог по УСНО – 188 856,95 руб., пени по налогу по УСНО – 53 814,54 руб., НдФЛ – 216076,87 руб., пени по НДФЛ – 59825,18 руб. штраф по НДФЛ – 60445, 80 руб.; страховые взносы – 935 354,09 РУБ., пени по страховым взносам – 267 392, 09 руб., пени по налогу на прибыль – 94 315, 73 руб.

При рассмотрении дела о банкротстве вся указанная сумма задолженности подлежала бы включению в реестр требований кредиторов либо в текущий реестр, однако осталась непогашенной в связи с недостаточностью имущества у ООО «РЭП» и прекращением производства по делу о банкротстве. Следовательно, вся заявленная сумма подлежит включению в размер субсидиарной ответственности. Ответчиками использована схема «дробления бизнеса» направленная на извлечение дополнительной экономии денежных средств за счет необоснованного применения специальною налогового режима -«Упрощенной системы налогообложения», что привело к привлечению ООО «РЭП» к налоговой ответственности за совершение умышленного налогового правонарушения и доначислению неуплаченных налогов, пеней и штрафов, что в свою очередь стало причиной банкротства ООО «РЭП», а также причиной невозможности уплаты обязательных платежей, начисленных после проведения налоговой проверки.

Контррасчет размера субсидиарной ответственности ответчиками не заявлен, каких-либо возражений относительно размера субсидиарной ответственности ответчиками не заявлялось.

В отношении указанной суммы в материалах дела имеются надлежащие доказательства  наличия (документального подтверждения образования) долга,  доказательства соблюдения налоговым органом предусмотренной действующим законодательством процедуры выставления должнику требования об уплате обязательных платежей в бюджет, содержащего данные о размере задолженности, основаниях и моменте ее возникновения (ст.69 НК РФ), а также доказательства соблюдения сроков принудительного взыскания задолженности.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Оснований для квалификации заявленной налоговым органом суммы в качестве убытков судом не усматривается. Судом установлено, что допущенные несколькими контролирующими лицами нарушения явились необходимой причиной банкротства.

После принятия судом к производству искового заявления УФНС России по Ульяновской области, истец в порядке ч. 4 статьи 225.14 АПК РФ предложил другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию путем включения соответствующего сообщения в ЕФРСБ (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве) (т.2, л.д.107).

Заявлений иных кредиторов о присоединении к требованию ФНС России в рамках настоящего дела не поступило.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае оснований для отступления от солидарного порядка несения субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц либо уменьшения ее размера судом не установлено.

Статьей 1080 ГК РФ установлено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

При применении в настоящем случае норм о солидаритете судом учитывается следующее. 

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Материалами дела полностью доказана аффилированность ответчиков, при этом судом учитывается, что участники-физические лица обладали равной долей участия в ООО «РЭП», следовательно, имели равное влияние на деятельность общества. Материалами налоговой проверки, а именно решением налогового органа установлена  согласованность, скоординированность и направленность действий всех ответчиков на реализацию общего для всех намерения – получения необоснованной налоговой выгоды, что в свою очередь привело к проведению налоговой проверки, доначислению сумм налогов, пеней, штрафов и впоследствии объективному банкротству ООО «РЭП». Объективное банкротство и невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «РЭП» наступило в результате совместных действий всех ответчиков в равной степени.

Ответчиками не представлено доказательств, что неполное погашение требований кредиторов явилось следствием иных обстоятельств, не связанных с действиями (бездействием) ответчиков. Сторонами по делу также не заявлено, что степень влияния кого-либо из ответчиков на деятельность ООО «РЭП» являлась более значительной, чем у других. Подобного обстоятельства не установлено и судом.

Доводы всех ответчиков, опровергающих выводы решения выездной налоговой проверки законность и обоснованность которой подтверждена судебными актами трех инстанций по делу №А72-6914/2017, отклоняются судом и не являются основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку вышеуказанные судебные акты имеют преюдициальное значение для настоящего спора. Доводы о том, что применение схемы «дробления бизнеса» являлось законным и обусловлено предпринимательскими целями не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора, при наличии вступивших в законную силу судебных актов, подтвердивших факт получения ООО «РЭП» необоснованной налоговой выгоды. По этому же основанию отклоняются ссылки на судебную практику по спорам о привлечении к налоговой ответственности при извлечении необоснованной налоговой выгоды  при использовании схемы «дробления бизнеса».

Доводы ответчиков о неочевидности в период 2013-2014гг. для них незаконности применения упрощенной налоговой системы и отсутствия устойчивой судебной практики по данному вопросу отклоняются судом, поскольку еще в 12.12.2006 Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации принято постановление №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», также было принято Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 441-О по вопросу взаимозависимости лиц для целей налогообложения. Более того, в спорный период было опубликовано письмо ФНС России от 31.10.2013 №СА-4-9-19592 «О направлении обзора практики рассмотрения жалоб налогоплательщиков и налоговых споров судами по вопросам необоснованной налоговой выгоды». При наличии разъясняющих писем налогового органа и сложившейся судебной практики по вопросу извлечения необоснованной налоговой выгоды при необоснованном применении упрощенной системы налогообложения и схемы «дробления бизнеса» доводы о неочевидности для ответчиков совершения правонарушения отклоняется, также с учетом того, что ООО «РЭП» привлечен к налоговой ответственности за умышленное правонарушение.

Доводы ФИО6 с приложением смоделированного расчета экономических показателей деятельности ООО «РЭП» (т.1 л.д.62) при применении общей системы налогообложения, согласно которому общество не получило какую-либо прибыль, не являются основанием для отказа в удовлетворении заявления, поскольку налоговый орган также произвел расчеты рентабельности деятельности ООО «РЭП» (т.1 л.д.114) при применении общей системы налогообложения. Из расчетов налогового органа следует, что Общество не только бы получило прибыль, но и уплатило бы налогов в бюджет больше, чем при применении УСН. Разница в расчетах представленных налоговым органом и ФИО6 связана с тем, что налоговый орган применил ставку 18% по НДС сверх цены, указанной в договоре № 630/01 ООО «РЭП» с ЗАО «Авиастар-СП». При этом, расчет налоговым органом обоснованно произведен с соблюдением положений п.1 ст.170 НК РФ, п.1 ст.248 НК РФ, п.19 ст.270 НК РФ.

Доводы ФИО6 о том, что нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ от 23.06.2016 №222-ФЗ в части презумпции о наличии решения о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения применяется только в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения также не является основанием для отказа в удовлетворении настоящего иска, поскольку в рамках настоящего спора налоговым органом доказана вся совокупность обстоятельств для привлечения ответчиков к  субсидиарной ответственности, а именно: умысел, вина и причинно-следственная связь между действиями ответчиков и наступившими последствиями. Таким образом, факт распространения презумпции только на единоличный исполнительный орган правового значения в данном случае не имеет.

Доводы ответчиков о получении ими дивидендов за период, предшествующий проверяемому налоговым органом периоду (2013-2014гг.) в рассматриваемом случае не имеет определяющего правового значения, поскольку основания для привлечения к субсидиарной ответственности доказаны налоговым органом другими доказательствами.

Доводы ФИО3 об исключении ООО «РЭП» из ЕГРЮЛ в момент рассмотрения настоящего спора в суде не является основанием для отказа в иске, поскольку факт исключения юридического лица из ЕГРЮЛ не является препятствием для рассмотрения спора о привлечении контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2019 №305-ЭС18-15765). Более того, истец пояснил, что указанная запись в ЕГРЮЛ была признана недействительной.

Доводы ответчиков, изложенные в отзыве и письменных пояснениях, по сути направлены на несогласие с выводами и правовой оценкой обстоятельств налогового правонарушения, содержащимися в решении налогового органа №13-24/31 от 27.12.2016 и в вступивших в законную силу судебных актах по делу №А72-6914/2017.

Иные доводы и возражения сторон признаны судом не имеющими правового значения для разрешения настоящего спора по существу.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Федеральной налоговой службы России в отношении ФИО6, ФИО9, ФИО2,  ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «РСУ», общество с ограниченной ответственностью «Жилсервис».

В силу положений статьи 110 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в пунктах 12, 18, 28 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (с учетом определений суда от 25.05.2021 и от 25.08.2021 об удовлетворении ходатайства ФНС России о принятии обеспечительных мер) с ответчиков в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 61.10-61.22 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области удовлетворить.

Привлечь ФИО6 (ИНН 

<

***>), ФИО9 (ИНН 

<

***>), ФИО2 (ИНН 

<

***>),  ФИО3 (ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «РСУ» (ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Жилсервис» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплуатационное предприятие» (ИНН 

<

***>) перед Федеральной налоговой службой России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области в размере 44 046 019 руб. 08 коп.

Взыскать солидарно с  ФИО6 (ИНН 

<

***>), ФИО9 (ИНН 

<

***>), ФИО2 (ИНН 

<

***>),  ФИО3 (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «РСУ» (ИНН 

<

***>) и общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис» (ИНН 

<

***>) в пользу Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области 44 046 019 руб. 08 коп.

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 34 083 руб. 33 коп.

Взыскать с ФИО9 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 34 083 руб. 33 коп.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 34 083 руб. 33 коп.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 34 083 руб. 33 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСУ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 34 833 руб. 33 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 34 833 руб. 33 коп.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке и сроки, установленные ст.ст. 257-260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья                                                                                                           Ю.В. Бугрова