ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-24723/14

25 марта 2021 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 25 марта 2021 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Тарасова Н.Н., Холодковой Ю.Е.,

при участии в заседании: 

от ФИО4- ФИО1 – дов. от 19.09.2019г.

от ПАО «ГТЛК» - ФИО2 – дов. от 07.03.2019г.

от конкурсного управляющего должника – ФИО3 – дов. от 05.03.2019г.

рассмотрев 18 марта 2021 года в судебном заседании кассационную жалобу ФИО4,

на определение от 14 февраля 2020 года

Арбитражного суда Московской области,

постановление от 17 сентября 2020 года

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о  привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника  лиц: ФИО6, ФИО4,  ФИО7, 

по делу о признании закрытого акционерного общества «Национальная  строительная корпорация» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.06.2014 в отношении ЗАО "Национальная Строительная Корпорация" введена процедура банкротства - наблюдение, временным должника управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Московской области от 25.03.2015 в отношении ЗАО "Национальная строительная корпорация" открыта процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий ЗАО "Национальная строительная корпорация" обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО "НСК" контролирующих должника лиц: генерального директора ФИО9, директора Новоуренгойского филиала ФИО6, главного бухгалтера ФИО10.

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.05.2018 прекращено производство по заявлению конкурсного управляющего ЗАО "Национальная строительная корпорация" ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в части привлечения к субсидиарной ответственности бывшего генерального директора должника ФИО9, прекращено производство по заявлению конкурсного управляющего ЗАО "Национальная строительная корпорация" ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ООО "Стройгеотэк".

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.03.2018 судом в качестве соответчиков привлечены ООО "Сибстройинвест", ООО "Стройгеотек", ООО "Стройгеотэк", ФИО11, ФИО12, ФИО4.

Таким образом, в рамках данного дела, судом первой инстанции рассматривался вопрос о привлечении ООО "Сибстройинвест", ФИО11, ФИО12, ФИО4, директора Новоуренгойского филиала ФИО6, главного бухгалтера ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО "НСК".

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.09.2018, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018, в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего должника отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.04.2019 определение Арбитражного суда Московской области от 28.09.2018 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018 отменены в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО6, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области; в остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 28.09.2018 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2018 оставлены без изменения.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор в части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал, что  суду надлежит установить и проверить, какова была доля участия ФИО4 в ООО "Стройгеотэк" и последнего в ЗАО "НСК", так как таким образом ФИО4 мог оказывать влияние на деятельность должника посредством ООО "Стройгеотэк"; представленным в материалы обособленного спора протоколам собраний участников ООО "Стройгеотэк" судами оценка не дана, ссылки на указанные доказательства в обжалуемых судебных актах отсутствуют; суду необходимо проверить также довод конкурсного управляющего о том, что ФИО4 фактически руководил деятельностью должника на основании нотариальных доверенностей, выданных и подписанных генеральным директором ЗАО "НСК" ФИО9 на имя ФИО4, оценка которым судами не дана; судам надлежит дать оценку доводам конкурсного управляющего должника и кредиторов относительно того, что именно в связи с действиями (бездействием) ФИО4: произошло сокрытие имущества, документов, печатей и иных материальных ценностей ЗАО "НСК"; заключены ничтожные сделки, направленные на отчуждение имущества должника и уменьшение конкурсной массы (продажа дорогостоящего автотранспорта в период конкурсного производства по поддельным документам, которые признаны Арбитражным судом Московской области недействительными в рамках иных обособленных споров) на общую сумму 22 168 000 руб.; заключены сделки на сумму более 10 700 млн. руб. от имени общества, не отвечающие интересам должника (перечисление 112 000 000 руб. в пользу ООО "Бизнеспарк", перечисление 250 000 000 руб. в пользу ООО "ТехноСтройАльянс", перечисление 9 315 000 руб. в пользу ООО "ССМ", перечисление 569 000 000 руб. в пользу ЗАО "ССТ", перечисление 225 000 000 руб. в пользу ООО "СТРОЙТРАНСГРУПП", перечисление 276 000 00 руб. в пользу ООО "СПК"); умышленное наращивание суммы кредиторской задолженности (поручительство ЗАО "НСК" и ООО "ГЕОЭКСИМ ШИППИНГ" на сумму 2 750 000 000 руб.); ненадлежащая организация ведения, состояние и достоверность бухгалтерского учета должника; судами также не дана оценка доводам конкурсного управляющего о том, что ФИО6 приняты документы о проведении одностороннего зачета, согласно которым ЗАО "НСК" лишается права требования суммы задолженности за выполненные работы по договору подряда N АГ12-1216 от 14.02.2012, заключенного с ОАО "Арктикгаз". Заключенные договоры подряда не выполнялись ЗАО "НСК".

При новом рассмотрении обособленного спора в отменной части определением Арбитражного суда Московской области от 14.02.2020, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2020, ФИО6 и ФИО4 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЗАО "Национальная строительная корпорация", в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «НСК» и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, доводы которой подробно изложены в кассационной жалобе.

Заявитель указывает на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу настоящего заявления, а также считает, что материалы дела не содержат доказательств вины ФИО4, наличия причинно-следственной связи между его указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность должника. По мнению ФИО4, конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, доказывающих, что он являлся контролирующим должника лицом и давал обязательные для должника указания. ФИО4 никаких решений по получению кредитов не принимал, кредитных договоров от имени должника не заключал и не подписывал. Протоколы внеочередных собраний участников ООО "Стройгеотэк" не подтверждают статуса ФИО4 как контролирующего должника лица. Таким образом, ФИО4 считает, что оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имеется.

От ПАО «ГТЛК» поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

От конкурсного управляющего ЗАО "НСК" поступил отзыв на кассационную жалобу, который не может быть приобщен к материалам дела и подлежат возврату, поскольку не представлено доказательств, заблаговременного направления отзыва лицам, участвующим в деле.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО4 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, указывал на то, что бывшими руководителями должника не исполнена обязанность, установленная п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий должника ссылался на то, что бывшими руководителями должника были совершены сделки, направленные на отчуждение имущества должника и уменьшении конкурсной массы, не отвечающие интересам должника, умышленно наращивалась сумма кредиторской задолженности.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования, суд первой инстанции посчитал доказанной совокупность условий, необходимых для возложения на ФИО4 и ФИО6 субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

С данными выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

При этом, по смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Принимая во внимание, что конкурсный управляющий обратился в суд 28.11.2017, суды обоснованно руководствовались процессуальными нормами Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При рассмотрении вопросов связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

ФИО4 указывал на то, что он не являлся контролирующим должника лицом, являлся простым наемным работником, не давал указания обязательные для должника, не осуществлял в отсутствие ФИО9 руководство должником, все решения принимались ею.

Отклоняя доводы ФИО4 в данной части, суды обоснованно указали на то, что в пункте 3 Постановления N 53 разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В пункте 4 указанного Постановления разъяснено, что по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В соответствии с пунктом 1 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Суды учли, что согласно поступившему ответу Межрайонной ИФНС России N 2 по Московской области, представленному в материалы дела налоговым органом по требованию суда на электронном носителе, 15 октября 2012 г. участник ООО "Стройгеотек" ФИО13 обладающая 100% доли общества, совершила нотариальную сделку по отчуждению части своей доли в ООО "Стройгеотек" в размере 50% Колеснику С.И.

При этом ООО "Стройгеотек" являлось акционером ЗАО "НСК", а его участники - контролирующими лицами и конечными бенефициарами ЗАО "НСК".

Согласно представленным сведениям, 29.10.2012 переход доли зарегистрирован налоговым органом, о чем выдано свидетельство 50 N 013159717.

Таким образом, с 15.10.2012 ФИО4 являлся участником ООО "Стройгеотек" и обладал 50% доли общества и был конечным бенефициаром должника - ЗАО "НСК".

Суды установили, что в соответствии с протоколами собраний участников ООО "Стройгеотэк" от 12.09.2013, 26.07.2013, 13.12.2013, 27.12.2013, 16.12.2013 ФИО4, как председатель собраний, давал одобрения на заключение крупных сделок по получению кредитов от ОАО "МДМ Банк", заключению договоров залога акций ЗАО "НСК", определял изменения в договоры залога акций и условия договоров открытых кредитных линий ЗАО "НСК":

- в соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО "Стройгеотэк" от 26.07.2013 одобрена крупная сделка о заключении Договора залога акций N 17.Д11/13.1070/2 от 26.07.2013 в соответствии с которым ООО "Стройгеотек" передает ОАО "МДМ Банк" 95% акций ЗАО "НСК", принадлежащих ООО "Стройгеотек" в количестве 128250 акций, номиналом 1 500 руб. за 1 акцию, общей номинальной стоимостью 192 375 000 руб. в обеспечение исполнения всех обязательств ЗАО "НСК" по договору кредитной линии N 56.Д11/13.1070 от 26.07.2013, заключенному между ОАО "МДМ Банк" и ЗАО "НСК" (заемщик) по кредитной линии в лимите 100 000 000 руб.;

- в соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО "Стройгеотэк" от 12.09.2013 одобрена крупная сделка о заключении Договора залога акций N 17.Д11/13.1205/2 от 12.09.2013 в соответствии с которым ООО "Стройгеотек" передает ОАО "МДМ Банк" 95% акций ЗАО "НСК", принадлежащих ООО "Стройгеотек" в количестве 128250 акций, номиналом 1 500 руб. за 1 акцию, общей номинальной стоимостью 192 375 000 руб. в обеспечение исполнения всех обязательств ЗАО "НСК" по договору кредитной линии N 56.Д11/13.1205 от 12.09.2013, заключенному между ОАО "МДМ Банк" и ЗАО "НСК" (заемщик) по кредитной линии в лимите 105 780 000 руб.

Согласно сведениям, представленным из материалов кредитного дела ЗАО "НСК", открытого в банке при оформлении кредитов, ФИО4 принимал непосредственное участие в процессе оформления и получения кредитов ЗАО "НСК", давал обязательные для исполнения должником указания, в виде совершения сделок и определению их условий. Доказательств обратного в материалы дела и апелляционному суд не представлено.

Суды учли, что без получения одобрения от акционера ЗАО "НСК" от ООО "Стройгеотэк" должник не мог получить денежные средства АО "МДМ Банк".

ФИО4 выступал поручителем перед банками за ЗАО "НСК" на основании договора поручительства N 18.Д11/12.1623/1 от 02.10.2012 по договору кредитной линии N 56. Д11/12.1623 от 02.10.2012 (задолженность 257 976 384,06 руб.), по договору поручительства N 18.Д11/13.1070/1 от 25.07.2013 (задолженность составляет 94407798 руб., по договору поручительства N 18.Д11/12.1205/1 от 12.09.2013 задолженность составляет 107 443 499,19 руб.

Кроме того, в целях проверки довода конкурсного управляющего о том, что ФИО4 фактически руководил деятельностью должника на основании нотариальных доверенностей, выданных и подписанных генеральным директором ЗАО "НСК" ФИО9 на имя ФИО4, судом первой инстанции были опрошены свидетели:

ФИО14, работавший на ЗАО "НСК" в конце 2018 начале 2019 года в должности начальника Управления дорожного строительства N 2 в Амурской области пос. Горный;

ФИО15, работавший инженером ПТО ЗАО "НСК" с лета 2013 г. по ноябрь 2014 г.;

ФИО16, работавший начальником участка Самбурского месторождения Новоуренгойского филиала ЗАО "НСК" с 25 июля 2013 г.;

ФИО17, работавший в ЗАО "НСК" с 2008 по 2014 года в должности заместителя начальника отдела комплектации, позднее начальником отдела комплектации в г. Москве;

ФИО18, работавший в ЗАО "НСК" в должности главного инженера, первого заместителя генерального директора по производственным вопросам ЗАО "НСК" с октября 2008 г. по июнь 2014 г.

Согласно опросу свидетелей, сотрудники филиалов считали ФИО4 собственником имущества ЗАО "НСК".

В ходе опроса свидетелей установлено, что никто из работников ЗАО "НСК" не обладал генеральными доверенностями ЗАО "НСК", за исключением ФИО4, никто из работников ЗАО "НСК" не являлся поручителем перед банками за ЗАО "НСК" кроме ФИО4 ФИО4 имел отдельный кабинет, в котором проводились совещания, он самостоятельно участвовал в совещаниях, в филиалах проводил данные совещания лично.

О степени влияния на принимаемые должником решения и непосредственно на генерального директора ФИО9 со стороны ФИО4, свидетельствуют в том числе письма N 81 и N 82 от 04.12.2013 года, а также то, что именно в его распоряжении была печать общества и он давал указания ФИО9 относительно принимаемых в обществе экономических решений, в том числе в правоотношениях с кредитными организациями по вопросам получения должником кредитных средств, подписывал финансово-хозяйственные документы, обладал информацией о финансово-хозяйственных операциях должника и непосредственно контролировал их.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы со ссылкой на  заключение специалиста N 19-647 от 21.06.2019, которым установлено, что подписи на письмах N 81 и N 82 от 04.12.2013 года выполнены не Колесником С.И., а иным лицом, апелляционный суд указал, что оно не содержит сведений о предупреждении специалиста об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выполнено по копиям документов, вывод специалиста является не категорическим, а вероятным, предположительным, следовательно не имеет доказательственного значения. Суд не вправе сделать однозначный вывод по заключению специалистов, носящего вероятный, а не однозначный характер, и такое заключение не может быть положено в основу решения суда.

При этом суд апелляционной инстанции также отметил, что поскольку денежные средства на депозитный счет Арбитражного суда Московской области Колесником С.И. внесены не были, суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы.

Согласно правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7) конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника.

О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

Принимая во внимание вышеизложенное, суды сделали вывод о том, что ФИО4 осуществлял фактический контроль за деятельностью общества, получал от деятельности общества материальную выгоду, в силу чего признается контролирующим должника лицом, принимающим решения о деятельности общества.

Суды установили, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что в связи с действиями (бездействием) ФИО4:

произошло сокрытие имущества, документов, печатей и иных материальных ценностей ЗАО "НСК";

заключены ничтожные сделки, направленные на отчуждение имущества должника и уменьшение конкурсной массы (продажа дорогостоящего автотранспорта в период конкурсного производства по поддельным документам, которые признаны Арбитражным судом Московской области недействительными в рамках иных обособленных споров) на общую сумму 22 168 000 руб.;

заключены сделки на сумму более 10 700 млн руб. от имени должника, не отвечающие интересам должника (перечисление 112 000 000 руб. в пользу ООО "Бизнеспарк";

перечисление денежных средств в сумме 250 000 000 руб. в пользу ООО "ТехноСтройАльянс";

перечисление денежных средств в размере 9 315 000 руб. в пользу ООО "ССМ";

перечисление денежных средств в сумме 569 000 000 руб. в пользу ЗАО "ССТ";

перечисление денежных средств в сумме 225 000 000 руб. в пользу ООО "СТРОЙТРАНСГРУПП";

перечисление денежных средств в размере 27 600 000 руб. в пользу ООО "СПК";

умышленное наращивание суммы кредиторской задолженности (поручительство ЗАО "НСК" и ООО "ГЕОЭКСИМ ШИППИНГ" на сумму 2 750 000 000 руб.);

ненадлежащая организация ведения, состояние и достоверность бухгалтерского учета должника.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, установив, что доказанность вины ФИО4 в несостоятельности (банкротстве) ЗАО "НСК", пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы ФИО4 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу настоящего заявления, обоснованно отклонены апелляционным судом.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Согласно пункту 58 Постановления N 53 сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Решением Арбитражного суда Московской области от 25.03.2015 ЗАО "НСК" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Учитывая нормы пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должен был обратиться в суд с настоящим заявлением до 25.03.2018.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением 28.11.2017, то есть в установленный срок.

Апелляционный суд также отметил, что конкурсный управляющий только 24.01.2018 впервые узнал, что ФИО4 является контролирующим лицом ЗАО "НСК" из отзыва супруга генерального директора ЗАО "НСК" ФИО19. Кроме того, ФИО19 в подтверждение своих доводов, предоставил нотариальные генеральные доверенности от ЗАО "НСК" в лице ФИО9 на ФИО4, которых у управляющего не было.

Выводы судов об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Вопреки доводам кассационной жалобы о неполном исследовании судами доказательств и несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, материалами дела и текстом судебных актов подтверждено, что суды тщательно исследовали все имеющиеся в деле доказательства, оценили все доводы и возражения участвующих в деле лиц и в соответствии с требованиями пункта 2 части 4 статьи 170 и пункта 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указали в судебных актах подробнейшие мотивы проверки доводов заявителя, в связи с чем судебная коллегия суда кассационной инстанции, не обладающая полномочиями по решению вопроса о преимуществе одних доказательств перед другими, по самостоятельному исследованию доказательств и по иной оценке тех доказательств, которые исследовались судами, отклоняет вышеуказанные доводы кассационной жалобы ФИО4 как направленные исключительно на переоценку доказательств по делу.

Иное понимание фактических обстоятельств дела, не может быть положено в основание отмены законных судебных актов, в которых содержится подробное обоснование того, почему суды пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены решения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 14 февраля 2020 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17 сентября 2020 года по делу № А41-24723/14 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий судья                    Н.Я. Мысак

Судьи:                                                     Н.Н. Тарасов 

                                                                                               Ю.Е. Холодкова