468/2024-14909(2) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17139/2023

г. Челябинск

13 марта 2024 года

Дело № А76-26046/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2024 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Забутыриной Л.В., судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  публичного акционерного общества «Магнитогорский металлургический  комбинат» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2023  по делу № А76-26046/2022.  

В судебное заседание явились представители:  

ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» - ФИО2  (паспорт, доверенность от 01.01.2024, срок действия 31.12.2024), ФИО3  (паспорт, доверенность от 28.02.2023, срок 31.12.2025, диплом)  

ООО «Промышленно-промышленный центр» - ФИО4  (паспорт, доверенность от 09.01.2024, срок 31.12.2024, диплом), ФИО5 (паспорт, доверенность от 25.10.2021, срок 5 лет), менеджер отдела  продаж ФИО6 (паспорт, копия трудовой книжки).  

 Публичное акционерное общество «Магнитогорский металлургический  комбинат» (ОГРН 

<

***>, г. Магнитогорск, далее ПАО «ММК»,  истец») 04.08.2022 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с  исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью  «Промышленно-технический центр» (ОГРН 

<

***>, г. Каменск- Уральский, Свердловская область, далее - ООО «ПТЦ», ответчик) о взыскании  3 919 320 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 3-6).  

Решением суда от 25.10.2023 в иске отказано.  

С решением суда не согласился истец, обратившись с апелляционной  жалобой, в которой просил решение отменить, иск удовлетворить в полном  объеме.  

По мнению апеллянта, суд не применил подлежащие применению нормы  материального права: статьи 456, 469, 470, 518, 475, 476 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ), выводы суда не соответствуют  

обстоятельствам дела.  

Приложение 1 к договору содержит технические характеристики станка,  предложенные ответчиком для участия в торгах, которые предшествовали  заключению договора. Ответчик поставил истцу станок, который  

не соответствует описанию, согласованному сторонами в договоре и  может использоваться истцом по назначению. Однако суд посчитал, что  указанные различия в характеристиках станков являются незначительными,  критично не отличаются от размеров, заявленных в договоре, и не влияют на  работоспособность поставленного станка. Суд, соглашаясь с заведомо  ложными выводами эксперта, утверждает, что длину и ширины станка можно  увеличить путем выдвижения ручек штурвала на 160 мм. в длину и на 46 мм. в  ширину. Указанные выводы суда не соответствуют действительности, так как  поставка ответчиком станка меньших размеров, чем было согласовано в  договоре, привела к тому, что истец лишен возможности обрабатывать детали  длиной 1500 мм., так как они не помещаются в станок, поставленный  ответчиком. Выдвижение ручек штурвала не позволит поместить на рабочую  поверхность длиной 1302 мм. деталь максимальной длины обработки 1500 мм.  Ответчик поставил истцу станок, который истец не может использовать для  целей, о которых ответчик знал, а именно: максимальная длина обработки1500 мм. Вопреки выводам суда, и ответчик и эксперт знали о том, что истцу  необходимо обрабатывать детали длиной 1500 мм. Ответчик сам представил  технические параметры станка, подлежащего поставке, которые согласованы  сторонами в приложении 1 к спецификации ЗП-1004820 к договору № 237874  от 22.01.2019.  

Представитель ФИО3 не препятствовала ознакомлению  экспертов с данными о параметрах обрабатываемых деталей, так как: - на 27  мин. 20 сек. осмотра (диск с записью приобщен к материалам дела)  представитель ФИО2 поясняет эксперту, что максимальная  длина обрабатываемой детали должна быть 500 мм.; эксперт перед  проведением экспертизы получил все материалы дела, в составе которых  имеется копия Приложения 1 к спецификации ЗП-1004820 к договору №  237874 от 22.01.2019, в котором указаны и максимальная длина обработки1500 мм. и иные технические параметры станка; эксперт через суд  дополнительно запросил документы и сведения. Истец ходатайствами № юр61637 от 04.05.2023 и № юр-61637 от 18.05.2023 предоставил все имеющиеся у  него документы и сообщил, что максимальная длина обработки должна  составлять 1500 мм.  

Ответчик не представил документацию на поставленный станок.  Ответчик не представил истцу ни технический паспорт на станок, ни  инструкцию по его эксплуатации, ни схему анкерного крепления станка, ни  какую-либо иную техническую документацию.  

В результате многочисленных требований истца ответчик предоставил  каталог на английском языке (без перевода на русский язык) - «Operation  manual CW Series Horizontal Turning Machine (1)» и «Operation manual CW  Series Horizontal Turning Machine (2)». Указанные обстоятельства являлись  

предметом рассмотрения в суде первой инстанции, однако суд на стр. 12  решения согласился с ложным выводом эксперта о том, что истец нарушил  несуществующее Руководство по эксплуатации и поэтому произошло  повреждение шестерен.  

Ответчик, несмотря на многочисленные требования, не представил  схему крепления станка. Истец был вынужден разработать ее самостоятельно.  Суд не оценил указанные обстоятельства и не дал им надлежащей правовой  оценки.  

Суд в решении сослался на положения ст.ст. 470, 518, 475, 476 ГК РФ, но  не применил их к спорным отношениями. Ответчиком нарушено условие о  качестве товара и соответствии его условиям договора (ст. 469 ГК РФ).  

Истец заявил претензии по качеству товара и недостатку технической  документации в пределах гарантийного срока (ст. 470 ГК РФ), но суд посчитал  это нарушением (лист 13 решения).  

Истец заявил требования к ответчику, руководствуясь положениями ст.  518 ГК РФ. Однако суд посчитал данное требование истца незаконным и  необоснованным. В рассматриваемом споре: истец объявил торги на поставку  станка с определёнными техническими характеристиками. Ответчик  предложил к поставке станок с указанием его технических характеристик.  Ответчик был признан победителем торгов и с ним заключен договор поставки,  в котором согласованы предложенные им технические характеристики станка.  Ответчик поставил станок с иными техническими характеристиками.  Указанные недостатки: разница в размерах и диапазоне вращения шпинделя  возникли до поставки станка (истец не мог уменьшить эти показатели, так как  они не уменьшаются). Поэтому к действиям ответчика подлежат применению  положения ст. 518 и последствия их нарушения, предусмотренные ст.ст. 475,  476 ГК РФ.  

Апеллянт полагает, что в основу решения суда положено неотносимое,  недопустимое и недостоверное доказательство - заключение эксперта № 11/23  от 26.06.2023. Действия эксперта, совершенные им при составлении  экспертного заключения № 11/23 от 26.06.2023, подпадают под действие ст.  307 УК РФ. На стр. на стр. 53 заключения эксперт указал ложные сведения:  указанные экспертом размеры станка не соответствуют фактическим размерам,  установленным им же в ходе осмотра станка. Эксперт в ходе осмотр станка  замерил максимальную длину обработки (максимальная длина детали, которую  можно обработать) и получил значение 1302 (это зафиксировано на  видеосьемке - 27мин. 20 сек. (диск с записью приобщен к материалам дела).  Однако в заключении эксперт указал, что им установлена максимальная длина  обработки - 1510 мм. Этот параметр не соответствует действительности. Кроме  того, на указанной видеосьемке видно, что при измерении максимальной  длины обработки экспертом велась фотосьемка. Истец заявил ходатайство об  истребовании у эксперта фотографий. Данное ходатайство удовлетворено  судом. 18.10.2023 в судебном заседании в ходе допроса эксперт ФИО7  пояснил, что фотосьемка действительно велась, но фотографии представить  отказался. Указанные действия эксперта также подпадают под действие ст. 307  

УК РФ, так как подтверждают недостоверность (ложность) сведений,  изложенных в заключении 11/23 от 26.06.2023.  

На стр. 52 заключения эксперт указал, что при переводе с китайского  неверно переведены цифры 6 и 9, так как китайские иероглифы, обозначающие  эти цифры, похожи до степени смешения. Это утверждение является ложным,  так как данные иероглифы не имеют ни одного схожего элемента.  

На стр. 46 заключения эксперт указал, что возможно надписи на корпусе  станка не соответствуют фактическим оборотам, так как производитель  установил на станок коробку скоростей другой марки (серии) (с диапазоном  скоростей от 7,5 до 1000 об/мин), а указатель  диапазона скоростей ей не соответствует. Это утверждения является ложным,  так как на коробке скоростей имеется табличка с указанием марки и модели  коробки, по которой легко определяется диапазон скоростей.  

 На стр. 44 заключения эксперт сделал ложный вывод о том, что спорный  станок введен в эксплуатацию. На самом деле станок не введен в эксплуатацию  до настоящего времени. Об этом свидетельствует вывод эксперта на стр. 23  заключения: «наличие краски на направляющих станины, зубьях шестерен  приводов, а также отсутствие каких-либо следов износа, следов падающей  стружки, свидетельствует о том, что станок не подвергался промышленной  эксплуатации», на стр. 24 эксперт указал, что «подтверждением вывода о том,  что станок не подвергался эксплуатации в промышленном режиме, является  состояние ремней главного привода», на стр. 26 указано, что экспертная  комиссия установила, что явных следов промышленной эксплуатации станка  нет, на стр. 31 указано, что повреждения станка не связаны с процессом  изготовления деталей на станке при его эксплуатации.  

Ложным является вывод эксперта на стр. 31 заключения: «все без  исключения следы повреждений на деталях станка были образованы после  отгрузки станка Покупателю». Эксперт не мог установить данный факт, так  как: на стр. 2 заключения указано, что экспертиза начата 17.03.2023, а поставка  станка осуществлена в августе 2019 года. Для того, чтобы сделать подобный  вывод, эксперту нужно было осмотреть станок до отгрузки, то есть до августа  2019 года; фотографии, на которые ссылается эксперт не содержат признаков,  позволяющих определить дату, время и место сьемки, а также установить  какой именно станок на них изображен, а также не содержат изображения всех  деталей станка (в том числе шестеренок и валов), позволяющих установить,  что на них не было повреждений и следов эксплуатации до поставки станка  ПАО «ММК».  

К тому же, заключение эксперта противоречит документам, имеющимся  в материалах дела: актам совместных осмотров оборудования; заключению  МТПП № 117 01 00006, в отношении которых ни одной из сторон не заявлено  возражений.  

Указанное обстоятельство является самостоятельным достаточным  основанием для признания заключения недопустимым доказательством и  исключения его из числа доказательств по делу, а также в силу положений  ст.ст. 82,144,145 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК  

РФ), является основанием для назначения по делу повторной экспертизы  (определение Верховного Суда РФ от 05.12.2022 N 309-ЭС22-23184 по делу №  А76-27076/2019).  

На стр. 48 заключения эксперт указал, что истец не представил точных  данных о диапазоне габаритных размеров деталей, материале деталей, которые  планировалось обрабатывать на станке. Указанное утверждение эксперта  является ложным, так как ходатайством № юр-61637 от 04.05.2023 и № юр61637 от 18.05.2023, истец представил в материалы дела запрошенные  экспертом документы и сведения.  

 Заключение эксперта является недопустимым доказательством.  Заключение составлено с использованием доказательств, добытых с  нарушением закона. На стр. 42 заключения эксперт сослался на случай поломки  зубьев шестерней привода коробки передач станка другой модели и размещает  в заключении фото 64, 65. Ссылка эксперта на обстоятельства другого дела в  настоящем заключении без раскрытия обстоятельств такого дела, описания  химического состава материала, из которого изготовлены шестерни, указания  марки и модели станка является основанием для признания такого заключения  эксперта ненадлежащим доказательством, так как оно добыто с нарушением  закона.  

Экспертом при производстве экспертизы использованы ненадлежащие  нормативные документы. На стр. 5 заключения указано, что при производстве  экспертизы использовались, в том числе: ГОСТ 1050-88, который является  недействительным; ТР ТС 010/2011 Технический регламент таможенного  союза, который не распространяет свое действие на отношения сторон.  

Квалификация эксперта не соответствует задачам экспертизы. Суд при  назначении и проведении экспертизы нарушил положения ст. 85 АПК РФ. К  Заключению приложены документы о квалификации эксперта ФИО7,  хотя он и не заявлен в перечне экспертов, которым может быть поручено  проведение экспертизы. Представленные документы не подтверждают  надлежащую квалификацию эксперта ФИО7, необходимую для  поручения ему исследования спорного оборудования, а именно: диплом о  высшем образовании по специальности «юриспруденция»; свидетельство на  право проведения трасологических экспертиз; удостоверение о повышении  квалификации по программе «трасологическая экспертиза»; диплом о высшем  образовании по специальности «технология машиностроения». Сведения об  эксперте ФИО7 отсутствуют в государственном реестре экспертов.  

При составлении заключения экспертом нарушены положения ст. 86 АПК  РФ. В ходе осмотра станка было установлено, что маслопровод станка  неисправен и масло безостановочно поступает в механизм станка, то есть  попросту течет, заполняя двигатель и выливаясь наружу. Указанный факт  зафиксирован видеосъемкой. Учитывая, что ответчик почти в каждом вопросе  просил установить факт работоспособности станка, обстоятельство  непрерывной течи масла имеет существенное значение для дела. Поэтому  эксперт должен был воспользоваться своим правом, предусмотренным п.  

9 ч. 2 ст. 86 АПК РФ и включить вывод о неработоспособности  

маслопровода в свое заключение. При этом, вопрос о фундаменте перед  экспертом никто не ставил, но он посвятил его изучению целый раздел  Заключения: листы с 55 по 57.  

Заключение эксперта содержит оценочные характеристики и  предположения, не подтвержденные доказательствами и материалами дела.  Заключение эксперта изобилует вероятностными выводами и оценочными  характеристиками и предположениями: - на стр. 25 Заключения эксперт указал,  что анализируя результаты визуального осмотра, без возможности проверить  его работу, часть ответов на вопросы может быть дана лишь в  вероятностной форме. Не имея возможности ответить на поставленные  вопросы, эксперт должен был отказаться от проведения экспертизы. Эксперт  же, напротив, подготовил незаконное заключение, в котором вероятные выводы  и указал вероятные ответы на вопросы: на стр. 42 заключения указаны  вероятные причины разрушения шестерен: произвольное  ручное перемещение рычагов переключения скоростей; самопроизвольное  переключение; дефект сборки. При этом эксперт не приводит никаких  доказательств наличия указанных причин. Тем не менее, согласно имеющихся в  деле документов, пробные пуски станка производились в присутствии  представителей ООО «ПТЦ», что исключает ручное перемещение рычагов. И  сами представители ООО «ПТЦ» признали ненадлежащее качество шестерней,  согласившись на их замену (акт от 15.03.2021). Две оставшиеся причины, если  они существуют, по возникли по обстоятельствам, зависящим от производителя  станка. В основу формирования указанных выше причин легло предположение  о том, что излом шестерен мог произойти в результате ударного  взаимодействия контрактной пары (стр. 41 заключения): на стр. 52 эксперт  указал, что произвел замеры габаритов станка для «ориентировочной» из  оценки, замеры «не требовали точности». Замеры габаритов станка должны  были быть произведены экспертом с предельной аккуратностью, так как  результаты замеров необходимы для ответа на вопросы истца № № 1 и 2, на  которые в результате экспертом были также даны вероятностные ответы; на  стр. 53 заключения содержится ничем необоснованными вывод о том, что  совпадение некоторых основных размеров станка доказывает, что габаритные  размеры станка не являются определяющими в споре о соответствии товара  договору. Указанные вывод противоречит обстоятельствам и принципам  здравого смысла: вопросы истца и ответчика направлены на установление  габаритных размеров станка для определения его соответствия условиям  договора. Именно требование о несоответствии станка условиям договора  лежит в основе иска.  

Необходимо обратить особое внимание на то, что в разделе «Выводы»  (стр. 57-61 заключения) эксперт на вопросы ответчика дает четкие ответы, в  каждом указывая о работоспособности станка, несмотря на то, что факт  работоспособности не оспаривается ответчиком и не является основанием  заявленных истцом требований, а на каждый вопрос истца эксперт привел  вероятностные рассуждения, не дав конкретного ответа ни на один вопрос.  Данные обстоятельства ставят под сомнение независимость эксперта.  

Указанные выше обстоятельства безусловно свидетельствуют о  недопустимости применения заключения эксперта № 11/23 от 26.06.2023 в  качестве доказательства при вынесении решения по делу.  

После ознакомления с заключением эксперта № 11/23 от 26.06.2023,  истец заявил мотивированные ходатайства о назначении дополнительной  экспертизы и о назначении повторной экспертизы. В нарушение п. 1 ст. 87  АПК РФ, несмотря на возникновение сомнений и противоречий в выводах  эксперта, отсутствие полных ответов на все поставленные судом вопросы, суд  первой инстанции немотивированно отказал ПАО «ММК» в удовлетворении  указанных ходатайств. После чего истец заявил ходатайство об исключении  заключения эксперта № 11/23 от 26.06.2023 из числе доказательств по делу. В  удовлетворении указанного ходатайства судом также отказано.  

Ответчик представил отзыв на жалобу, который приобщен к материалам  дела в порядке статьи 262 АПК РФ. В отзыве выражено не согласие с доводами  жалобы.  

В судебном заседании апелляционной инстанции представители истца  поддержали доводы жалобы в полном объеме, представители ответчика указали  на отсутствие оснований для отмены судебного акта.  

В удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы отказано,  поскольку имеющихся доказательств достаточно для проверки доводов и  установления значимых для дела обстоятельств (статьи 82 АПК РФ).  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной  инстанции, между ПАО «ММК» (покупатель) и ООО «Промышленно-технический центр» (поставщик) заключен договор поставки № 237874 от  22.01.2019 (далее – договор № 237874 от 22.01.2019). Согласно пункту 1.2  договора наименование продукции, ассортимент, количество, цена (с учетом  суммы транспортных расходов (за исключением случаев самовывоза  продукции), стоимости упаковки и тары), требования к качеству,  комплектности, гарантийные сроки, способ доставки, срок поставки, сроки  предоставления документации, реквизиты грузоотправителя и грузополучателя  (если отличаются от реквизитов покупателя и поставщика) указываются  сторонами в спецификациях к настоящему договору. Спецификации являются  неотъемлемой частью договора.  

В соответствии с согласованной сторонами спецификацией № ЗП- 1004820 и приложением № 1 к ней «Технические характеристики станка CW  630» ООО «Промышленно-технический центр» обязалось поставить ПАО  «ММК» токарно-винторезный станок (СНБ|503|00003354 (модель CW 630)  производства компании SUZHOU MEEKARE MACHINERY CO., LTD (Китай)  (далее - станок, оборудование, продукция).  

Поставка оборудования произведена ООО «ПТЦ» по универсальному  передаточному документу (УПД) от 06.08.2019 № 1118, поступление  оборудования на склад ПАО «ММК» состоялось 07.08.2019.  

Как следует из искового заявления, первичная приёмка (входной  

контроль) поставленного токарно-винторезного станка проведена в  соответствии с условиями раздела 5 договора. Согласно п.5.1 договора, при  доставке продукции поставщиком на склад покупателя проверяется  соответствие продукции по количеству тарных мест и (или) весу брутто.  Подписание покупателем УПД, товарной или товарно-транспортной накладной  свидетельствует только о принятии указанного количества тарных мест и (или)  веса брутто, и не означает приёмку продукции по количеству, качеству,  ассортименту и комплектности. Предъявление требований о несоответствии,  согласно действующему законодательству РФ, включая право на судебную  защиту возможно (по общему правилу) в пределах 3-х летнего срока.  

ПАО «ММК» платежным поручением № 43399 от 07.10.2019 произвело  оплату за поставленное оборудование в полном объёме в размере 3 266 100 руб.  руб. (включая НДС).  

Согласно условию п.5.7 договора № 237247, в случае возникновения у  покупателя инцидента, связанного с использованием поставленной продукции  покупатель уведомляет поставщика и в одностороннем порядке составляет акт  расследования причин инцидента. Ни одна из сторон не вправе отказаться от  подписания акта, а в случае разногласий о характере выявленных дефектов  обязаны представить письменные возражения (особое мнение). Возникшие  разногласия разрешаются путём привлечения одной из нижеперечисленных  независимых инспекторских компаний по выбору Покупателя для проведения  независимой экспертизы: Магнитогорская Торгово-промышленная палата  (МТПП), Инспекторат Р, Societer General Surveillance SA (СЖС), заключение  которых является для сторон надлежащим и достаточным подтверждением  несоответствия продукции по качеству.  

Как указывает истец, в нарушение условий договора ООО  «Промышленно-технический центр» произведена поставка  несоответствующего оборудования. Факт поставки несоответствия  поставленного оборудования заказанному обнаружился в ходе начала монтажа  станка и осуществления его пробного запуска. Неоднократно ООО  «Промышленно-технический центр» было уведомлено о факте поставки  несоответствующего оборудования. Совместно с приглашёнными  представителями поставщика - ООО «Промышленно-технический центр», а  также при участии приглашённого эксперта Магнитогорской Торгово-промышленной палаты (МТПП) составлены Акты о комиссионном осмотре  оборудования: от 20.01.2021 № СЦ-09/003, от 15.03.2021 № СЦ-09/020, от  02.08.2021 № СЦ-09/077, от 08.06.2022 № СЦ09/110.  

В связи с тем, что у сторон возникли разногласия по вопросу  соответствия токарно-винторезного станка CW 630 заказанному, по  результатам обращения ПАО «ММК» в Магнитогорскую  Торговопромышленную палату (МТПП), в присутствии представителей ООО  «Промышленно-технический центр» ФИО6, ФИО8, ФИО9 независимым экспертом ФИО10 произведён осмотр  оборудования и составлен Акт экспертизы № 117 01 00006 (пломба №  0001936).  

По результатам проведения независимой экспертизы выявлены  несоответствия технических характеристик станка требованиям приложения №  1 «Технические характеристики станка CW 630» к спецификации № ЗП1004820  к договору поставки № 237874 от 22.01.2019, а именно: 1. Диапазон скоростей  шпинделя, которые можно установить с помощью органов управления станка,  составляет от 6 до 800 об/мин., что не соответствует требованиям  согласованных характеристик станка и информации из технической  документации, в которых указан диапазон от 7,5 до 1000 об/мин. 2.  Фактические габаритные размеры станка составляют 3530x1334x1270 мм, что  не соответствует требованиям согласованных характеристик станка и  информации из технической документации. При этом в приложении № 1  «Технические характеристики станка CW 630» к спецификации № ЗП-1004820  к договору поставки № 237874 от 22.01.2019 указаны габаритные размеры  3690x1380x1450 мм, а в технической эксплуатационной документации  3660x1380x1450 мм. 3. Габаритные размеры станка не соответствуют  габаритным размерам, согласованным в приложении 1 к договору поставки №  237874 от 22.01.2019 (спецификация № 1004820). Фактические размеры  анкерных отверстий и План фундамента станка не соответствуют Плану  фундамента, указанному в предоставленной поставщиком технической  эксплуатационной документации, в связи с чем, установка станка на фундамент  в соответствии с имеющимся Планом фундамента и дальнейшая эксплуатация  станка не представляются возможными. Экспертом также установлено, что при  условии соблюдения при проектировании и изготовлении станка требований ТР  ТС 010/2011 «О безопасности машин и оборудования», поломка (выход из  строя) составных частей станка, в том числе и шестерен коробки передач, при  пробном запуске по вине оператора не представляется возможной.  

В целях досудебного урегулирования спора в адрес ответчика направлена  претензия № юр-61637 от 24.06.2022, с требованием возврата уплаченных за  оборудование денежных средств в размере 3 266 100 рублей, оплаты суммы  договорной неустойки в размере 326 610 рублей за поставку  несоответствующего оборудования, а также с предложением вывезти  несоответствующее оборудование с территории ПАО «ММК», которая  оставлена ООО «Промышленно-технический центр» без удовлетворения.  Указанное послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в  суд. В обоснование заявленных требований указано, что истец на основании ст.  ст. 309, 310, 395, 475 ГК РФ свои обязательства по оплате поставленного товара  выполнил в полном объеме, однако товар поставлен истцу ненадлежащего  качества. Истец просит вернуть уплаченные за товар денежные средства в  сумме 3 266 100 руб. 00 коп., выплатить неустойку в размере 326 610 руб. 00  коп., и оплатить штраф за не вывоз несоответствующего оборудования в  размере 326 610 (т. 1 л.д. 1-2).  

Ответчиком 28.09.2022 на основании положений ч.1 ст.131 АПК РФ  представлен отзыв на исковое заявление (т. 1 л.д. 24-26, 28-32), согласно  которому исковые требования считает неподлежащими удовлетворению,  поскольку претензий и разногласий по несоответствию поставленного  

оборудования, внешнего вида или нарушению ООО «ПТЦ» каких-либо условий  и/или обязательств, установленных договором поставки № 237874 от 22.01.2019  на протяжении полутора лет с момента поставки от ПАО «ММК» не поступало.  

01.11.2022 от истца поступили письменные возражения на отзыв  ответчика (т. 1 л.д. 49-50), в котором истец указал, что по условиям п.5.2  договора поставки покупатель вправе выявить и предъявить требования о  несоответствии продукции заявленным качественным характеристикам в  течение определённого законом срока исковой давности или гарантийного  срока, указанного в спецификации. Общий срок исковой давности составляет 3  года (ст. 196 ГК РФ), при этом гарантийные обязательства на поставленное  оборудование составляют 12 месяцев со дня ввода в эксплуатацию или 18  месяцев с момента поставки (п.4 спецификации № ЗП-1004820 к договору  поставки).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.03.2023  производство по делу приостановлено до 04.05.2023, в связи с назначением  судебной экспертизы, проведение которой поручено Научно-образовательному  центру «Экспертные технологии» ЮУрГУ, экспертам ФИО7, ФИО11 (т. 2 л.д. 14-16).  

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы ответчика: 1.  Влияет ли расхождение габаритных размеров токарно-винторезного станка  (3530*1334*1270 фактический, 3690*1380*1450 - заявленный) на его  фактическую работоспособность? 2. Имеет ли станок механические  повреждения? При наличии повреждений определить их характер и связаны ли  выявленные повреждения с установкой, погрузочно-разгрузочными работам,  эксплуатацией станка? 3. Определить фактическое количество оборотов  шпинделя станка и влияет ли максимальное количество оборотов шпинделя  токарно-винторезного станка на работоспособность оборудования? 4. Является  ли причиной выхода из строя шестерней скоростей передач нарушение ввода в  эксплуатацию эксплуатации? 5. Является ли несоответствие габаритных  размеров станка, несоответствие расположения анкерных креплений и  несоответствие максимального количества скоростей явными недостатками?  

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы истца: 1.  Соответствует ли технические характеристики станка, фактически  поставленного ответчиком, техническим характеристикам, согласованным  сторонами при заключении договора № 237874, спецификации № ЗП-1004820 к  договору и приложения № 1 к спецификации («Технические характеристики  станка CW 630»)? Если не соответствуют, то является ли данный недостаток  устранимым? 2. Соответствуют ли габариты станка, поставленного ответчиком  габаритам и техническим параметрам, которые согласованы в договоре №  237874, спецификации № 311-1004820 к договору и приложения № 1 к  спецификации («Технические характеристики станка CW 630»)? Если не  соответствуют, то является ли данный недостаток устранимым? 3. Определить  причину поломки шестерней привода и шестерней подачи хода станка и  определить, является ли она устранимой. 4. Определить соответствует ли  материал, из которого изготовлены шестерни привода, шестерни хода станка и  

валы станка, имеющие повреждения, требованиям, установленным  действующими нормами к материалу, из которого изготавливаются такие  детали? 5. Какой диапазон скоростей вращения шпинделя (об/мин) можно  установить на станке, поставленном ответчиком? Соответствует ли  установленный диапазон скоростей вращения шпинделя (об/мин) диапазону  скоростей вращения шпинделя (об/мин), согласованному сторонами в  договоре? Если не соответствует, является ли данный недостаток устранимым?  

30.06.2023 в арбитражный суд поступило заключение Научно-образовательного центра «Экспертные технологии» ЮУрГУ № 11/23 от  26.06.2023 (т. 2 л.д. 18-95).  

Согласно выводам экспертного заключения № 11/23 от 26.06.2022  расхождение габаритных размеров токарно-винторезного станка CW 630 от  заявленных в договоре поставки на 160 мм по длине и 46 мм по ширине не  влияют на «фактическую» работоспособность станка, по причине, подробно  описанной в исследовательский части заключения. Более того, понятие  «фактические» габаритные размеры возникли в претензионной переписке  сторон и далее в исковом заявлении в арбитражный суд, лишь по результатам  заключения специалиста № 117 01 00006, проведенного сотрудником  Магнитогорской торгово-промышленной палаты и не могут иметь истинного  (фактического) значения, по причине, подробно описанной в  исследовательский части заключения. Станок, осмотренный экспертами  12.04.2023, имеет множественные повреждения наружных поверхностей  деталей в виде сколов, царапин, и т.п., образованных от ударов твердыми  (вероятнее всего металлическими предметами), а также следы ремонтных  воздействий в виде сварных швов. Данные повреждения могли образоваться,  как случайно, так и преднамеренно (вандально) и вероятнее всего могли быть  связаны с установкой, погрузочно-разгрузочными работами, а также  ненадлежащими условиями хранения станка. Экспертами установлено, что  следы повреждений имеют накопительный характер, но назвать все имеющиеся  повреждения эксплуатационными нельзя, поскольку имеющиеся следы на  внешних деталях не связаны с процессом изготовления деталей на станке при  его эксплуатации. Механические повреждения шестерен коробки скоростей и  коробки подач произошли в процессе пусконаладочных работ (пробных  запусков).  

В порядке п.9 ст. 86 АПК РФ экспертами установлено, что все без  исключения следы повреждений на деталях станка были образованы после  отгрузки станка покупателю. Установить фактическое значение диапазонов  скоростей вращения шпинделя исследуемого станка и максимальное  количество оборотов на момент производства экспертизы не представилось  возможным по независящим от экспертов причинам (станок был разобран).  Сделать категорический вывод о несоответствии диапазона оборотов  шпинделя, цифровое значение которых нанесено на штурвалы (узлы)  переключения скоростей, фактическим оборотам, которые позволяет  обеспечить коробка скоростей станка (в большую или меньшую сторону), без  экспериментальной проверки, также не представляется возможным. Исходя из  

этого, можно лишь констатировать, что надписи на штурвалах (узлах)  переключения скоростей станка, не соответствуют значениям диапазона  скоростей, указанным и согласованным в договоре поставки. Вопрос влияния  «максимального количества оборотов шпинделя» на «работоспособность»  станка зависит напрямую от тех производственных задач, которые требуется  решить при эксплуатации станка. Однако, в широком понимании термина  «работоспособность», количество оборотов не влияет на выполнение токарных  работ. На основании данных, имеющихся в материалах дела, а также по  результатам осмотра, решить вопрос в категорической форме о том, что  является причиной поломки шестерен, экспертам не представляется  возможным. Повреждение шестерен произошло в период производства  пробных пусков. Все вероятные причины выхода из строя шестерен станка  подробно описаны в исследовательской части заключения.  

Материал и технология изготовления шестерен коробки скоростей станка  CW630 в целом соответствует принятым нормативным и техническим  требованиям, но имеет эксплуатационные ограничения на ударные нагрузки. В  исследовательской части заключения подробно описано, что установить в  категорической форме несоответствия, указанные в вопросе, не представляется  возможным по причинам, не зависящим от желания и возможностей экспертов,  по каждому из рассматриваемых параметров - габаритные размеры и  максимальные обороты шпинделя не измерить при неработающем станке, а  соответствие анкерных креплений (неизвестно чему) не рассматривались ввиду  установки станка на старый фундамент. По этим же причинам невозможно  назвать эти параметры явными недостатками. Говоря о «технических  характеристиках» станка СW 630, поставленного по договору № 237874,  спецификации № ЗП1004820 к договору и приложения № 1 к спецификации  («Технические характеристики станка СW 630» отмечено, что эксперты при  производстве экспертизы, рассматривали не весь перечень ТХ, имеющийся в  спецификации к договору, так как претензий к полному перечню технических  характеристик у стороны истца не возникало. Ответы на вопросы об  «устранимости» несоответствия вышеуказанных технических характеристик,  имеют вероятный характер и подробно описаны в исследовательской части  заключения. По вопросу № 4, экспертами отмечено, что валы станка и шестерни  хода (коробки подач) станка не исследовались, поскольку не были  представлены экспертам, что отражено в Акте, составленном по окончании  экспертного осмотра от 12.04.2023. Материал и технология изготовления  шестерен коробки скоростей (привода) станка CW 630 в целом соответствует  принятым нормативным и техническим требованиям, но имеет  эксплуатационные ограничения на ударные нагрузки. По вопросу № 3, на  основании данных, имеющихся в материалах дела, а также по результатам  осмотра, решить вопрос в категорической форме о том, что является причиной  поломки шестерен, экспертами не представляется возможным. Как указывает  эксперт, повреждение шестерен произошло в период производства пробных  пусков. Все вероятные причины выхода из строя шестерен станка подробно  описаны в исследовательской части заключения. В частности: нарушение  

Руководства по эксплуатации, отсутствие регулировки рычагов переключения  оборотов и подач станка, дефект сборки хода осевого перемещения зубчатых  колес.  

Ответ на вопрос об «устранимости» причин поломки шестерен коробки  скоростей станка, также имеет вероятный характер и подробно описан в  исследовательской части заключения. Установить фактическое значение  диапазонов скоростей вращения шпинделя исследуемого станка и  максимальное количество оборотов на момент производства экспертизы не  представилось возможным по независящим от экспертов причинам (станок был  разобран).  

Сделать категорический вывод о несоответствии диапазона оборотов  шпинделя, цифровое значение которых нанесено на штурвалы (узлы)  переключения скоростей, фактическим оборотам, которые позволяет  обеспечить коробка скоростей станка (в большую или меньшую сторону), без  экспериментальной проверки, также не представляется возможным. Исходя из  этого, можно лишь констатировать, что надписи на штурвалах (узлах)  переключения скоростей станка, не соответствуют значениям диапазона  скоростей, указанным и согласованным в договоре поставки. Ответ на вопрос  об «устранимости» несоответствия оборотов шпинделя станка договору  поставки (при фактическом установлении этого несоответствия) имеет  вероятный характер и подробно описан в исследовательской части заключения  

В судебное заседание 18.10.2023 для дачи пояснений по экспертному  заключению был приглашены эксперты ФИО7, ФИО11  

Эксперты пояснили, что в договоре поставки № 237874 от 22.01.2019 в  п.5.1 указано: при доставке продукции поставщиком на склад покупателя,  последний проверяет соответствие продукции по количеству мест и весу. При  этом подписание покупателем УПД свидетельствует только о принятии  указанного количества товарных мест и веса. Указанное было сделано  07.08.2019. В п.5.2 договора указано, что покупатель вправе выявить и  предъявить требования о несоответствии продукции заявленным качественным  характеристикам в течение определенного законом срока исковой давности или  гарантийного срока. Иными словами, покупатель имел право и возможность  прочитать надпись на коробке скоростей, проверить габариты и предъявить  продавцу претензию по имеющимся несоответствиям в любое время после  доставки станка. Фактически, замечания по состоянию оборудования были  выявлены лишь 27.11.2020, через полтора года после поставки. Акты о  комиссионном осмотре оборудования 22.01.2021, 15.03.2021 и 02.08.2021  отмечали все новые и новые претензии к поставленному оборудованию, причем  эти претензии хаотичны и не могут быть обоснованы хронологическими  этапами и последовательностью действий по запуску станка. И лишь в акте от  08.06.2021 появляются претензии к габаритам станка и к диапазону скоростей  шпинделя. Таким образом, экспертами сделан вывод, что если бы замечания к  габаритам станка и к количеству оборотов были бы для покупателя  важнейшими и критическими, то это можно было выявить либо сразу (по  оборотам), либо после первого подключения станка к электросети, а не после,  

почти двух лет со дня поставки, то есть 08.06.2021. Экспертами также указано,  что точного измерения габаритов станка они не могли произвести, поскольку  станок был в нерабочем состоянии в полуразобранном виде, поэтому, в том  числе, корректно отвести рабочие органы станка в крайние положения, при  которых производятся замеры, не представлялось возможным. Замеры  габаритов станка проводились лишь для ориентировочной их оценки при  помощи обыкновенной рулетки. Данные замеры не требовали точности по  причинам, описанным в исследовательской части заключения. Все результаты  замеров (средние показатели: 3560*1350*1290) укладывались в диапазон,  фигурирующий в судебном вопросе № 1 от ответчика, и критично не  отличались от размеров, заявленных в договоре поставки. Дополнительно  эксперты сообщили, что на страницах 49-54 заключения дано научное  обоснование влияния габаритных размеров на требования к планировке  оборудования, его безопасную эксплуатацию и фактическую  работоспособность станка. Согласно ГОСТ 18097-93 (ИСО 1708-8-89) «Станки  токарно-винторезные и токарные. Основные размеры. Нормы точности»,  основными размерами станков, влияющими на их эксплуатационные  характеристики являются: - наибольший диаметр заготовки; - наибольшее  расстояние между центрами передней и задней бабок; - наибольший диаметр  заготовки, обрабатываемой над суппортом; - наибольшая высота резца,  устанавливаемого в резце-держателе. В этом списке нет указания на  существенное влияние габаритов станка на его эксплуатационные  характеристики. Габаритные размеры станка в большей степени учитываются  при проектировании планировок механических участков для обеспечения норм  расстояний от станка до проезда, между станками, от станка до стен и колонн  здания. Такие расстояния требуются для обеспечения эффективности и  безопасности производства, недопущения получения травм участниками  производства от выступающих частей станка. В п.5 Заключения экспертов  (стр.49-54) научно обосновано, что выявленное специалистом МТПП от  08.06.2022 «фактическое» несоответствие размеров, а также средние показатели  габаритных размеров, полученные экспертами при натурном осмотре станка  12.04.2023, не могут являться существенным недостатком оборудования,  поэтому вопрос устраним этот недостаток или нет, теряет всякий смысл.  

Более того, в саключении экспертов (стр. 52) в порядке п.9 ст. 86 АПК РФ  сказано, что устранить, якобы имеющийся «недостаток» размерных параметров  станка по длине на 160 мм можно простым увеличением длины ручки штурвала  пиноли задней бабки, а «недостаток» по ширине, точно таким же способом,  увеличив рукоять штурвала поперечной подачи суппорта на 46 мм (длина  спичечного коробка). По результату таких действий, предложенное  «устранение недостатков» никак не повлияет на работу станка, однако  претензий по формальным признакам у истца не будет. Как уже было сказано  выше, в ответе на вопрос № 2, наибольший диаметр заготовки, расстояние  между центрами передней и задней бабок (по существу максимальная длина  обрабатываемой детали) и другие параметры, интересовали экспертов с точки  зрения установления именно существенных недостатков станка, влияющих на  

его эксплуатационные характеристики. Например, если бы ПАО «ММК»  заказал станок, на котором ему требовалось обрабатывать детали диаметром  500мм, а получил станок с возможностью точить деталь максимальным  диаметром лишь 300мм, это был бы существенный недостаток. Именно такой  станок должен быть возвращен продавцу. Исходя из этого, по своей инициативе  в порядке п.9 ст. 86 АПК РФ (вопрос по этим размерам в определении суда не  стоял) 12.04.2023 года эксперты провели замеры, используя ряд допущений (без  снятия патрона станка), а результаты свели в таблицу 2 на стр.53 Заключения.  

Как пояснили эксперты, учитывая важность знания вышеуказанных  параметров, при проведении экспертизы на территории ПАО «ММК»  экспертами был задан вопрос руководству сортового цеха о габаритах деталей,  которые планируется обрабатывать на спорном станке. Получение ответов на  вопросы, интересующие экспертов по существу проводимой экспертизы в  процессе натурного осмотра, не противоречит АПК РФ, однако представитель  ПАО «ММК» ФИО3, воспрепятствовала ознакомлению экспертов с  этими данными, заявив, что все вопросы стороне надо задавать только через  суд. По этой причине 24.04.2023 экспертами НОЦ «Экспертные технологии» в  Арбитражный суд Челябинской области было подано ходатайство о  предоставлении дополнительных материалов, в том числе о длине  обрабатываемых деталей. К сожалению конкретного ответа, на конкретно  поставленный вопрос от ПАО «ММК» экспертами не было получено. Эксперты  пояснили, что опыт эксплуатации китайских станков имеет множество  примеров, когда пользователи оборудования обнаруживают несоответствие  числовых надписей на переключателях скоростей, фактическим, получаемых в  процессе работы, оборотам. В рассматриваемом случае, замерить фактические  обороты при экспертном осмотре, не представилось возможным. Экспертами  также указано, что станок установлен на бетонную подушку, которая осталась  от ранее установленного оборудования. В результате такой установки,  анкерные болты крепления предыдущего оборудования не совпали с  крепежными отверстиями, имеющимися на станине станка CW 630.  

Сотрудники ПАО «ММК» пошли по пути наименьших затрат на  установку станка, не стали демонтировать старое бетонное основание. Не стали  закладывать анкерные болты крепления нового станка в новую бетонную  подушку, а закрепили станок посредством металлических «прижимных»  пластин (см. фото 13,14 Заключения), привариванием «удлинителей» для  смещения анкерных болтов на нужный размер (см. фото 15,16 Заключения).  При этом, значительная часть основания станины станка «вышла» за границы  бетонной подушки, что недопустимо (см. фото 16 Заключения). Подобный  способ крепления станка не отвечает нормативным требованиям, в частности  п.40 приложения к Приказу Минтруда России от 27.11.2020 № 833н, ведет к  потере точности при изготовлении деталей, а также может привести к  серьезной аварии при эксплуатации станка.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил  из выводов заключения судебной экспертизы. Судом отмечено, что текущее  состояние станка, как внешнее, так и техническое, является халатным  

отношением сотрудников ПАО «ММК» к спорному оборудованию. Суд счел,  что товар соответствовал условиям договора, своему назначению и был  пригоден для эксплуатации, а выявленные недостатки, вызваны  ненадлежащими действиями самого истца, в связи с чем, оснований для  взыскания денежных средств, уплаченных за поставленное оборудование и  штрафных санкции, у истца не имеется.  

Апелляционный суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из  оснований, предусмотренных законом или иными правовыми актами, а также  из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены  законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского  законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские  права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок.  

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться  надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и  требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и  одностороннее изменение его условий не допускаются  

В силу ч.3 ст.455, ст.506 ГК РФ, для договора поставки, являющегося  разновидностью договора купли-продажи, существенными являются условия о  наименовании и количестве поставляемого товара. По договору поставки  поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность,  обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или  закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской  деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним  и иным подобным использованием.  

В силу ч.1 ст.509 ГК РФ, поставка товаров осуществляется поставщиком  путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной  договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.  

Факт поставки продукции подтверждается УПД от 06.08.2019 № 1118.  Обязательство по оплате товара истцом исполнено и ответчиком не оспорено.  

Согласно п. 1, 2 ст. 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю  товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При  отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец  обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар  такого рода обычно используется. Если законом или в установленном им  порядке предусмотрены обязательные требования к качеству продаваемого  товара, то продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность,  обязан передать покупателю товар, соответствующий этим обязательным  требованиям (п. 4 названной статьи).  

В соответствии с п. 1 ст. 470 ГК РФ товар, который продавец обязан  передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным  ст. 469 данного Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент  определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен  договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть  пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются.  

Пунктом 1 ст. 518 ГК РФ предусмотрено право покупателя, которому  поставлены товары ненадлежащего качества, предъявить поставщику  требования, предусмотренные ст. 475 ГК РФ, за исключением случая, когда  поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных  товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего  качества.  

По общему правилу ст. 475 ГК РФ, если недостатки товара не были  оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего  качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного  уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в  разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.  

При этом согласно ч. 2 ст. 475 ГК РФ в случае существенного нарушения  требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков,  недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов  или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь  после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по  своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и  потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы либо потребовать  замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.  Продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что  недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам,  возникшим до этого момента (п. 1 ст. 476 ГК РФ).  

В рассматриваемом случае, материалами дела подтверждено, что истцу  товар поставлен несоответствующий условиям договора.  

В частности, к поставке предполагался станок токарно-винторезный  станок (модель CW 630), максимальная длина обработки 1500 мм, диапазон  скоростей вращения шпинделя 7,5-1000 об/мин, количество диапазонов  вращения шпинделя 18, длина 3690 мм, ширина 1380 мм, высота 1450 мм.  

В руководстве по эксплуатации для станка модели CW 630 установлены  габариты 3660x1380x1450 мм, максимальная длина обработки 1500 мм,  диапазон скоростей вращения шпинделя 7,5-1000 об/мин.  

Вместе с тем, диапазон скоростей шпинделя, которые можно установить с  помощью органов управления станка, составляет от 6 до 800 об/мин. (относятся  к станкам серии CW93 и CW80Q), фактические габаритные размеры станка  составляют 3530x1334x1270 мм (по замерам ТПП) / 3560х1350х1290 (замеры  судебного эксперта – пометка: замеры проводились для ориентировочной их  оценки, не требовали точности, точного измерения не могли произвести,  поскольку станок был в нерабочем состоянии в полуразобранном виде) –  указанные габариты не подходят ни под одну из серий, указанных в  руководстве по эксплуатации, переданному ответчиком истцу на английском  языке (версия на русском языке представлена ответчиком лишь в ходе  рассмотрения в суде первой инстанции), но менее габаритов, указанных в  руководстве для станка серии CW 630, фактические размеры анкерных  отверстий и план фундамента станка не соответствуют плану фундамента,  указанному в предоставленной поставщиком технической эксплуатационной  

документации, поставленный станок не позволяет обрабатывать детали длиной  1500 мм, минимальная длина обработки 1300 (27 мин.20 сек видеозаписи  экспертизы, пояснения экспертов, данные в судебном заседании суда первой  инстанции при опросе, что ответчиком не оспорено, при этом, в заключении  эксперта содержаться сведения о размере обрабатываемой детали 1510 мм, что  не соответствует замерам, отраженным на видеозаписи и пояснениям самих  экспертов).  

Указанное следует, как из заключения торгово-промышленной палаты,  так и из заключения эксперта, а также анализа совокупности иных  доказательств (видеозапись, письма АО «Магнитогорский гипромез», акты  совместных осмотров).  

Первоначально приемка осуществлена по количеству тарного места,  входной контроль осуществлен без проведения замеров по формальным  признакам, а последующая длительность приемки связана с отсутствием  технической документации на станок, истцом принимались меры к получению  таковой, что следует из пояснений истца, переписки, а также недоказанности  ответчиком самого факта передачи документации.  

В частности, из пояснений ФИО12 (начальник участка стана 370  Сортового цеха ПАО «ММК») следует, что после прибытия станка в Сортовой  цех сформирована комиссия для входного контроля станка (начальник, мастер,  менеджер), при приемке открыли верхнюю часть деревянного ящика, в который  был упакован станок, убрали сверху упаковочный материал и осмотрели станок  сверху, визуально он был похож на станок, который был заказан, детали,  располагаемые на поверхности станка, были на месте; при осмотре переданных  2 каталогов на английском языке было установлено, что пользоваться им  невозможно, русскоязычная версия в его состав не входила, каталог не является  технической документацией к оборудованию, не содержит сведений, которые  должны быть в паспорте, инструкции по эксплуатации и схеме крепления  (обязательных документов, предоставляемых вместе со станком), в связи с  отсутствием документов было принято решение не вынимать станок из  упаковки, оставить в закрытом ящике до получения документов; габариты  станка не замерялись, коробка скоростей шпинделя не осматривалась,  поскольку станок был в ящике, было принято решение об окончании входного  контроля, об отсутствии технической документации сообщено куратору  договора – менеджеру Управления категоричных закупок (УКЗ ПАО «ММК»).  

При этом, технической документации на поставленный станок не  предоставлено (пункт 2.1, договора, статьи 456, 464 ГК РФ), учитывая, что  габариты поставленного станка (длина/ширина/высота, длина обрабатываемой  детали, диапазон скоростей) не подходят ни под одну из серий, указанных в  руководстве по эксплуатации, полученном истцом от ответчика, а схема  крепления разработана истцом.  

Ссылки на то, что размеры станка не влияют на его функциональность,  подлежат отклонению, поскольку условиями договора определены конкретные  параметры поставляемого оборудования.  

Поскольку поставленный товар не соответствует условиям договора,  

поставлен без документов, которые обязательны к такого рода имуществу,  уплаченная сумма в силу вышеприведенных норм ГК РФ подлежит возврату.  

Ссылки ответчика на возможные недостатки, возникшие, по его мнению,  в результате неправильной эксплуатации, правового значения не имеют.  Ответчик не лишен был возможности предъявить встречный иск о взыскании  задолженности, если полагает, что ее возникновение обусловлено указанным  обстоятельством.  

При этом, факт введения в эксплуатацию из материалов дела не следует, а  разовые пуски оборудования для проверки рабочего состояния не означают  фактического введения в эксплуатацию.  

Истцом также заявлено о взыскании неустойки. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств  может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника,  поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами,  предусмотренными законом или договором.  

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней)  признается определенная законом или договором денежная сумма, которую  должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего  исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По  требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение  ему убытков.  

Лицо, нарушившее обязательство, несет ответственность установленную  законом или договором (статья 401 ГК РФ).  

Условиями договора поставки предусмотрено: 

пункт 7.4 - В случае поставки продукции ненадлежащего качества или не  соответствующего действующим техническим регламентам, стандартам (ТУ)  и/или дополнительно согласованным Сторонами характеристикам, а также в  случае обнаружения в поставленной продукции скрытых дефектов (в том числе  в гарантийный период), поставщик уплачивает покупателю штрафную  неустойку в размере 10% (десяти) от стоимости продукции ненадлежащего  качества. Помимо неустойки покупатель вправе предъявить поставщику  убытки в связи с поставкой продукции ненадлежащего качества, выходом  продукции из строя и/или просрочкой выхода продукции на гарантийные  показатели;  

пункт 5.10 - В случае поставки продукции ненадлежащего качества или  не соответствующего действующим техническим регламентам, стандартам  (ТУ) и/или дополнительно согласованным сторонами характеристикам, а также  при поставке незаказанной и/или некомплектной продукции поставщик обязан  за свой счет вывезти такую продукцию в течение месяца от даты уведомления  покупателя о необходимости вывоза продукции, или распорядиться этой  продукцией по своему усмотрению в течение 6- ти месяцев;  

пункт 7.9 - За неисполнение п. 5.10 настоящего договора поставщик  обязан выплатить покупателю штраф в размере 10 % от стоимости не  вывезенной продукции.  

Истцом предъявлена ко взысканию неустойка за поставку  

несоответствующего условиям договора оборудования в сумме 326 610 руб. (10  % от стоимости товара в сумме 3 266 100 руб.) и штраф за не вывоз продукции,  несоответствующей условиям договора, в сумме 326 610 руб. (10 % от  стоимости товара в сумме 3 266 100 руб.).  

Выше установлено, что условия договора нарушены, что является  достаточным условием для взыскания неустойки.  

При таких обстоятельствах, иск подлежит удовлетворению в полном  объеме, а решение отмене (подпункт 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ).  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с  пунктом 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены  обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.  

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу  которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

В счет оплаты за судебную экспертизу истец ПАО «ММК» понес расходы  в сумме 93 200 руб. 00 коп. по платежному поручению № 34106 от 27.02.2023 (т.  2 л.д. 5). ООО «Промышленно-технический центр» представило в арбитражный  суд платежное поручение № 356 от 14.02.2023 на сумму 105 000 руб. 00 коп. об  оплате расходов на проведение судебной экспертизы (т. 1 л.д. 142).  

Согласно счету на оплату от 20.03.2023 № 121 стоимость проведения  экспертизы составляет 198 200 руб. 00 коп.  

Поскольку иск подлежит удовлетворению, указанные расходы относятся  на ответчика.  

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные  расходы в связи с проведенной судебной экспертизой по делу в размере 93 200  руб. 00 коп.  

Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в  арбитражный суд подлежит уплате в соответствии со ст. 333.18 Налогового  кодекса РФ (далее – НК РФ) с учетом ст. ст. 333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.  

При цене иска 3 919 320 руб. 00 коп. подлежит уплате государственная  пошлина в размере 42 597 руб. 00 коп. (ст. 333.21 НК РФ).  

При обращении в арбитражный суд истцом уплачена государственная  пошлина в размере 42 597 руб. 00 коп., что подтверждается платежным  поручением от 28.07.2022 № 34873 (т. 1 л.д. 7).  

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной  пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят  судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

Следовательно, расходы истца по уплате государственной пошлины по  иску в размере 42 597 руб. 00 коп. и по апелляционной жалобе в сумме 3 000  руб. подлежат отнесению на ответчика согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 176, 269, 270, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2023 по делу №  А76-26046/2022 отменить, апелляционную жалобу публичного акционерного  общества «Магнитогорский металлургический комбинат» - удовлетворить.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-технический центр» (ОГРН 

<

***>) в пользу публичного акционерного  общества «Магнитогорский металлургический комбинат» (ОГРН  

<

***>) денежные средства в размере 3 919 320 (три миллиона  девятьсот девятнадцать тысяч триста двадцать) руб. 00 коп., в том числе  задолженность – 3 266 100 (три миллиона двести шестьдесят шесть тысяч сто)  руб. 00 коп., неустойка – 326 610 (триста двадцать шесть тысяч шестьсот  десять) руб., штраф - 326 610 (триста двадцать шесть тысяч шестьсот десять)  руб.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-технический центр» (ОГРН 

<

***>) в пользу публичного акционерного  общества «Магнитогорский металлургический комбинат» (ОГРН  

<

***>) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины  по иску в сумме 42 597 (сорок две тысячи пятьсот девяносто семь) руб. 00  копеек, по оплате судебной экспертизы 93 200 (девяносто три тысячи двести)  руб. 00 копеек  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-технический центр» (ОГРН 

<

***>) в пользу публичного акционерного  общества «Магнитогорский металлургический комбинат» (ОГРН  

<

***>) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины  по апелляционной жалобе в сумме 3 000 (три тысячи) руб. 00 копеек.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со  дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья Л.В. Забутырина     

 Судьи Ю.А. Журавлев 

 С.В. Матвеева