ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3490/2024

Дело № А41-17621/19

02 апреля 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  27 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 апреля 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Досовой М.В.,

судей Мизяк В.П., Муриной В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО «Инженерная Экология» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023 по делу № А41-17621/19 

о несостоятельности (банкротстве) АО «Инженерная Экология»

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности 3096158 от 02.02.2023;

от конкурсного управляющего АО «Инженерная Экология» ФИО2 – ФИО5 по доверенности №1613221 от 11.10.2019;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 28.10.2019 АО «Инженерная Экология» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. 

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО7, ФИО3, Министерства имущественных отношений Московской области, Департамента городского имущества города Москвы, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.12.2022 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено частично, с ФИО3 в пользу АО «Инженерная экология» взыскано 45 736 427,61 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении остальной части требований отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.05.2023 судебный акт отменен в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области. 

Отменяя судебные акты и направляя спор на новое рассмотрение, суд округа указал, что в рассматриваемом случае судами фактически не установлена конкретная дата объективного банкротства общества, исходя из показателей бухгалтерского баланса, суды в обоснование неплатежеспособности должника сослались лишь на задолженность общества перед Комитетом по оплате арендной платы, не приняв во внимание иные финансовые показатели должника, а также продолжение им хозяйственной деятельности после 15.12.2015 вплоть до 11.03.2019 (дата возбуждения дела о банкротстве). 

Суд кассационной инстанции отметил, что конкурсный управляющий не привел убедительных доводов, как непередача ответчиком части документов, а именно: первичной документации в отношении прочих внеоборотных активов стоимостью 19 647 000 руб., исходя из пояснений данных ответчиком о том, что отраженная в бухгалтерском балансе, является устаревшей проектной документацией, а также непередача исполнительного листа по делу № А41-75107/16, привела к невозможности формирования конкурсной массы. 

В материалах дела отсутствуют сведения об умышленности действий ответчика по утрате исполнительного листа, доводы об аффилированности ответчика и должника по исполнительному листу не приводились. При этом на дату выдачи дубликата исполнительного листа срок на его предъявление не истек. 

Выводы судов о том, что у ПАО «Экопром» имелось ликвидное имущество, реализованное в 2019 году, никак не мотивированы. 

Более того, выводы судов о том, что при разумном, ожидаемом в интересах общества поведении ФИО3 на данное имущество ПАО «Экопром» могло быть обращено взыскание после выдачи исполнительного листа в 2017 году, носят предположительный характер и сами по себе не могут служить безусловным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, суды не указали, каким образом наличие спорных документов у управляющего на указанную дату могло привести к пополнению конкурсной массы и погашению требований кредиторов, на какую сумму.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Инженерная Экология» оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий АО «Инженерная Экология» ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

На рассмотрении у суда находится ходатайство конкурсного управляющего должника о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего должника поддержал указанное ходатайство.

Представитель ФИО3 просил в удовлетворении указанного ходатайства отказать, прекратить производство по апелляционной жалобе.

Из содержания статьи 117, части 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом по ходатайству лица, участвующего в деле, при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения, и суд признает причины пропуска уважительными.

Ходатайствуя о восстановлении пропущенного срока, конкурсный управляющий указал, что обжалуемое определение опубликовано в системе КАД Арбитр 12.01.2024, при этом с 22.01.2024 по 25.01.2024 у заявителя отсутствовала возможность подачи апелляционной жалобы через систему Мой арбитр по техническим причинам на стороне технической поддержки сайта. 

Согласно части 2 статьи 176, части 4 статьи 229, части 1 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации срок на подачу апелляционной жалобы исчисляется с даты изготовления судом первой инстанции судебного акта в полном объеме или с даты подписания судьей резолютивной части решения по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» превышение арбитражным судом первой инстанции определенного Кодексом срока направления копии судебного акта по почте, несвоевременное размещение судебного акта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не продлевают срока на апелляционное обжалование, но при наличии соответствующего ходатайства заявителя являются основанием для восстановления пропущенного срока. Если заявителем допущено превышение срока большей продолжительности по сравнению с превышением срока суда, то суду необходимо установить, имел ли заявитель достаточный промежуток времени для подготовки и подачи апелляционной жалобы в предусмотренный процессуальным законодательством срок.

С учетом публикации обжалуемого судебного акта в системе КАД Арбитр 12.01.2024 последним днем подачи апелляционной жалобы являлось 26.01.2024.

При этом действительно, в период с 22.01.2024 по 25.01.2024 в работе системы КАД Арбитр наблюдались технические сбои.

Принимая во внимание, что апелляционная жалоба подана заявителем 30.01.2024, то есть с незначительным нарушением срока ее подачи, суд апелляционной инстанции считает возможным удовлетворить ходатайство о восстановлении попущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлась руководителем должника с 09.12.2015 по 28.10.2019. 

Указывая, что на момент вступления ФИО3 в должность исполняющего обязанности руководителя АО «Инженерная Экология» (09.12.2015) последнее отвечало признакам неплатежеспособности, обязывающим руководителя обратиться с заявлением о признании должника банкротом, конкурсный управляющий ссылается на то, что, начиная с 11.10.2014 АО «Инженерная Экология» имело просрочку по внесению арендной платы по договору аренды земельного участка от 18.06.2002 №26005-Z, заключенному с Комитетом по управлению имуществом Администрации Пушкинского муниципального района Московской области.

Кроме того, конкурсный управляющий должника ссылается на то, что обязанность по передаче документации и материальных ценностей должника исполнена ФИО3 не в полном объеме, что привело к невозможности формирования конкурсной массы.

Указанные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего должника, являются основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по статьям 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего ФИО2, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Учитывая изложенное, ФИО3 в период с 09.12.2015 по 28.10.2019 являлась контролирующим должника лицом.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 указанной статьи закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе:

невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: 

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; 

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Ответственность, предусмотренная Законом о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В силу части 2 статьи 401 и части 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. 

Указанная презумпция причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (абзац 10 пункта 24 Постановления №53). 

Судом первой инстанции установлено, что все имеющиеся в распоряжении ФИО3 документы АО «Инженерная экология» переданы конкурсному управляющему ФИО2 в полном объеме (в электронном виде и в оригиналах), что подтверждается ответом на запрос от 12.05.2019 №1/ВУ, актом приема-передачи документов от 02.07.2020, распечатками сообщений из электронной почты от 20.08.2019, 03.07.2020.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции конкурсному управляющему должника представлены дополнительные документы, касающиеся проектной документации, отраженной в учете должника в качестве внеоборотных активов (договор от 01.08.2002 №1а/08-02 о передаче в порядке инвестирования проектной документации; договор от 05.05.2004 №03/05-04 о передаче во временное пользование рабочей проектной документации), поступившие в распоряжение ФИО3 15.09.2022 из архива ООО «НАК» - компании, оказывавшей должнику услуги по ведению бухгалтерского и налогового учета (копия письма ООО «НАК» от 08.09.2022). 

Сведения о прочих внеоборотных активах должника в сумме 19 647 300 руб. содержались в пояснительных записках к балансу должника, представленных конкурсному управляющему при передаче документации должника. 

Из содержания указанной пояснительной записки следует, что прочими внеоборотными активами АО «Инженерная экология» является частично устаревшая и требующая существенной корректировки проектная документация, разработанная в целях строительства завода переработки твердых бытовых отходов. 

Стоимость указанной проектной документации отражена в балансе должника по строке 1190 «Прочие внеоборотные активы» задолго до вступления ФИО3 в должность руководителя, что также подтверждается письмом ОАО «Экопром» в адрес генерального директора АО «Инженерная экология» ФИО6 от 18.04.2008 №132, в котором сообщается, что технологические решения и исходно-разрешительная документация устарели и для строительства завода необходима разработка нового проекта.

Таким образом, конкурсный управляющий должника не привел убедительных доводов, как непередача ответчиком части документов, а именно: первичной документации в отношении прочих вне оборотных активов стоимостью 19 647 000 руб. исходя из пояснений данных ответчиком о том, что отраженная в бухгалтерском балансе является устаревшая проектная документация, а также непередача исполнительного листа по делу № А41-75107/16, привела к невозможности формирования конкурсной массы. 

В материалах дела отсутствуют сведения об умышленности действий ответчика по утрате исполнительного листа, при этом доводы об аффилированности ответчика и должника по исполнительно листу суду не приводились. 

Судом первой инстанции установлено, что на дату выдачи дубликата исполнительного листа срок на его предъявление не истек. 

Выводы судов о том, что у ПАО «Экопром» имелось ликвидное имущество, реализованное в 2019 году, заявителем документально не подтверждены. 

В связи с указанными обстоятельствами суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных в пункте 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

По смыслу статьи 9 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 Постановления № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в статье 9 Закона о банкротстве.

При этом Закон о банкротстве требует установления конкретного момента времени возникновения признаков неплатежеспособности должника и возникновения обязанности по подаче заявления о признании общества банкротом для установления размера субсидиарной ответственности, при этом отсутствие обязательств, возникших после указанной даты, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. 

Между тем конкурсным управляющим не представлено доказательств или документов, однозначно определяющих дату (момент) возникновения у руководителя должника обязанности подать заявление о банкротстве общества, а также на какую конкретную дату должник стал отвечать признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом само по себе ухудшение финансового состояния общества, препятствующее своевременной оплате договорных обязательств конкретному кредитору, не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Следовательно, неоплата долга кредитору по конкретному договору (просрочка по оплате арендных платежей Комитету по управлению имуществом по договору аренды земельного участка от 18.06.2002 №26005-Z) не свидетельствует об объективном банкротстве должника и не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2015– 2018 годы стоимость его чистых активов имела положительное значение, а также тенденцию к увеличению (2015 г. - 8 698 тыс. руб., 2016 г. - 9 300 тыс. руб., 2017 г. - 10 065 тыс. руб., 2018 г. - 16 417 тыс. руб.). 

В период с 2015 по 2018 годы АО «Инженерная экология» продолжало вести хозяйственную деятельность, осуществлять расчеты с кредиторами (в том числе по договору аренды от 18.06.2002 №26005-Z), производить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды. 

Согласно бухгалтерской отчетности АО «Инженерная экология» с 2015 по 2018 годы общество завершало годовую деятельность с чистой прибылью. 

Наличие у АО «Инженерная экология» по состоянию на 19.12.2015 задолженности перед Комитетом по договору аренды само по себе не свидетельствовало о наличии у должника признаков объективного банкротства в указанную дату и не являлось обстоятельством, обязывающим руководителя должника ФИО3 обратиться с заявлением о банкротстве.

ФИО3 в 2015-2018 годы принимались меры по погашению задолженности перед Комитетом, истребованию дебиторской задолженности АО «Экопром», урегулированию взаимных обязательств между должником, Комитетом и АО «Экопром». 

Так, должником частично погашена задолженность перед Комитетом по арендным платежам в 2015-2017 годы; согласован график погашения долга АО «Экопром» по договору субаренды земельного участка от 25.05.2004 №02/05-04, что подтверждается письмом от 01.09.2016 № 09/2016-2; инициировано судебное разбирательство по иску АО «Инженерная экология» к АО «Экопром» о взыскании долга по договору субаренды (решением Арбитражного суда Московской области от 06.06.2017 исковые требования удовлетворены на сумму 41 583 165,41 руб.); осуществлялось урегулирование между должником, Комитетом и АО «Экопром» взаимной задолженности путем заключения трехстороннего соглашения о замене стороны по договору аренды от 31.07.2017, согласно которому АО «Экопром» в счет своего долга перед АО «Инженерная экология» с согласия Комитета приняло на себя обязанность по уплате долга по договору аренды в сумме 42 984 261,30 руб., числящейся за должником перед Комитетом 

Указанное свидетельствуют о предпринятых ФИО3 мерах, направленных на преодоление временных финансовых трудностей, возникших у АО «ИНЭК».

Таким образом, конкурсным управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у АО «Инженерная экология» признаков объективного банкротства по состоянию на 19.12.2015. 

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 №305-ЭС21-27211, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 №305-ЭС21-23266). 

При этом, исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 г. №305-ЭС21-27211, обязательство по внесению периодических платежей по договорам аренды арендатор принимает на себя в момент заключения соответствующего договора; ежемесячные платежи по таким сделкам не могут включаться в размер субсидиарной ответственности, так как обязательство по их оплате возникло в момент заключения договора аренды, а не после того, как появились признаки несостоятельности. 

Заявитель просит привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по требованиям об уплате должником ежемесячных (арендных) платежей по договору аренды, обязательства по которому возникли еще в 2002 году, то есть в период, когда у АО «ИНЭК» отсутствовали признаки банкротства и ФИО3 не являлась его руководителем. 

Комитет, являясь кредитором АО «Инженерная экология» и арендодателем земельного участка по договору аренды, был осведомлен о финансовом состоянии контрагента, наличии у него задолженности по арендным платежам и ее причине, заключающейся в ненадлежащем исполнении своих обязательств субарендатором земельного участка - АО «Экопром», одним из акционеров которого является сам Комитет. 

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по долгам АО «ИНЭК», в нарушение пункта 2 статьи 61.12. Закона о банкротстве конкурсный управляющий не представил доказательства, позволяющие установить состав и размер требований кредиторов, возникших после появления у должника признаков объективного банкротства. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что после указанной конкурсным управляющим даты у должника возникли обязательства перед Комитетом и уполномоченным органом в общей сумме 45 736 427,61 руб. суду не представлены.

В связи с указанными обстоятельствами суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Доводы заявителя апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Учитывая изложенное, выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023 по делу № А41-17621/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий cудья

Судьи

 

М.В. Досова

В.П. Мизяк 

В.А. Мурина