АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1529/20 

Екатеринбург

25 января 2023 г.

Дело № А60-15323/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Плетневой В. В., Морозова Д. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройэнерго» ФИО2 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2022 по делу № А60-15323/2019 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 12.06.2022).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2019 общество с ограниченной ответственностью «Стройэнерго» (далее – общество «Стройэнерго», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий, кассатор). 

Конкурсный управляющий 24.03.2020 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6 (далее – ФИО4, ФИО5, ФИО6, ответчики). 

Определением суда от 20.01.2021 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу № 2-13/2021, рассматриваемому Ленинским районным судом города Екатеринбурга.

Определением суда от 18.01.2022 производство возобновлено. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.05.2022, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, взыскано солидарно с ФИО4, ФИО5, ФИО6 в пользу должника 5 806 881,86 руб. в порядке субсидиарной ответственности, с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2022 определение суда от 25.05.2022 изменено, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, взыскано с ФИО4 в пользу должника 5 806 881,86 руб. в порядке субсидиарной ответственности, в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с указанным постановлением суда апелляционной инстанции, в суд округа с кассационными жалобами обратились ФИО1 (далее – ФИО1, кредитор, кассатор) и конкурсный управляющий ФИО2, просят постановление отменить, определение суда первой инстанции оставить без изменения.

По мнению кассатора ФИО1, является неверным вывод апелляционного суда об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО5 и ФИО6

Кассатор считает, что ФИО5 и ФИО6 (как контролирующие должника лица – учредители) могли давать указания ФИО4 – директору; ответчики выводили денежные средства по договору займа с аффилированными лицами (общества с ограниченной ответственностью «ЕвразЛес» и «ЕвразПак»).

Заявитель полагает, что участники не могли не знать о неплатежеспособности должника, так как находились в корпоративных связях с директором во множестве других обществ с ограниченной ответственностью («ЕвразЛес», «ЕвразПак», «Гранд – Стройэнерго» и др.).

ФИО1 утверждает, что ФИО5, ФИО6 и ФИО4 должны солидарно нести субсидиарную ответственность.

Кассатор указывает, что основанием для привлечения ФИО5, ФИО6 и ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности является совершение противоправной сделки по выводу активов должника (займов); руководителем должника не передана информация об активах должника(дебиторской задолженности и другом имуществе).

Заявитель жалобы отмечает, что первые признаки неплатежеспособности возникли по итогам 2015 года, то есть директор должен был обратиться с заявлением не позднее февраля 2016.

ФИО1 обращает внимание, что суд апелляционной инстанции вышел за пределы доводов апелляционной жалобы: в своей жалобе ФИО4 не указывал на необходимость  пересмотра судебного акта в отношении ФИО5 и ФИО6, указанные лица самостоятельных апелляционных жалоб не подавали, однако апелляционный суд изменил судебный акт именно в части привлечения их к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий ФИО2 приводит следующие доводы.

Кассатор считает, что апеллянт ФИО4 не имел доверенности на представление интересов участников должника ФИО5 и ФИО6, однако апелляционный суд пересмотрел определение суда первой инстанции и освободил от ответственности ФИО5 и ФИО6, которые об этом не просили.

Заявитель указывает на то, что апелляционный суд проигнорировал имеющиеся в деле расшифровки кредиторской задолженности, подтверждающие, что уже на 1 квартал 2017 года у должника имелась задолженность, непредъявление данными кредиторами своих требований не свидетельствует об отсутствии долгов.

Кассатор полагает, что установив факт  предоставления должником недостоверной бухгалтерской отчетности, апелляционный суд, тем не менее, указывает на положительные показатели деятельности по итогам 2015, 2016 годов, однако доказательств наличия у должника средств для реального оказания услуг  (штат работников, оборудование для монтажа и т.д.) – ФИО4 не представлено.

ФИО2 ссылается на то, что анализ хозяйственной деятельности должника и взаимосвязанных компаний подтверждает, что должник был «фирмой-прокладкой», долгое время не осуществлял деятельность.

Заявитель утверждает, что вывод апелляционного суда о наличии у должника дебиторской задолженности  по состоянию на 01.01.2017 с неистекшим сроком исковой давности не подтвержден никакими первичными документами.

Кассатор отмечает, что с учетом подтвержденности создания ответчиками контролируемой группы юридических лиц, участники также должны нести ответственность  за непередачу имущества и документации.

Заявитель отмечает, что вопреки выводам апелляционного суда, конкурсный управляющий полагает незаконным не сам факт выдачи займов, незаконными являются действия контролирующих должника лиц по их возврату.

Кроме того, по мнению кассатора, ответчики намеренно отказались от предусмотренных законом механизмов докапитализации бизнеса, вместо этого выводя появившиеся у должника денежные средства на аффилированных лиц (по договорам займа), избранная контролирующими должника лицами схема работы уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника и интересов его независимых кредиторов (ФИО1 и налогового органа).

Судом округа удовлетворено ходатайство о приобщении к материалам дела доказательств направления кассационной жалобы лицам, участвующим в деле.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсного управляющего, ФИО4 по доводам жалобы возражает, просит оставить обжалуемое постановление без изменения. 

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, заслушав участника процесса, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для его отмены, исходя из доводов кассационных жалоб, не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Уполномоченный орган, ссылаясь на наличие задолженности у должника по налогам и сборам в сумме 473 823,22 руб., 19.03.2019 обратился в суд с заявлением о признании банкротом общества «Стройэнерго». 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.04.2019 заявление принято к производству. 

Также в арбитражный суд поступило заявление ФИО1 о вступлении в дело о банкротстве должника, которое принято судом в качестве заявления о вступлении в настоящее дело о банкротстве данной организации. 

Определением суда от 08.07.2019 производство по заявлению уполномоченного органа о признании общества «Стройэнерго» несостоятельным (банкротом) прекращено по причине непредставления доказательств, обосновывающие вероятность обнаружения в достаточном объеме имущества, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве и отсутствием согласия уполномоченного органа финансировать процедуры банкротства. 

В связи с прекращением производства по заявлению уполномоченного органа заявление кредитора ФИО1 принято к рассмотрению и рассмотрено судом как заявление о признании должника банкротом. 

Решением суда от 17.09.2019 общество «Стройэнерго» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника. 

Решением суда от 17.09.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов общества «Стройэнерго» включено требование ФИО1 в размере 4738855 руб. 24 коп., в том числе, долг по договору подряда в размере 1294000 руб., неустойка в размере 1849292 руб. 52 коп., штраф в размере 1571646 руб. 216 коп., судебные расходы в размере 23916 руб. 46 коп.

Определением суда от 07.09.2020 требование уполномоченного органа в размере 506219,77 рубля: 397186,51 рубля – основной долг, 107033,26 рубля – пени, 2000 – штрафы – признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.     

Требования иных лиц о включении в реестр требований кредиторов не заявлялись. 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, общество «Стройэнерго» зарегистрировано при создании 01.12.2009. Основной вид деятельности «Подготовка строительной площадки». 

Генеральным директором является ФИО4 

Учредителями (участниками) общества являются ФИО4 с долей участия 33,34% уставного капитала общества, ФИО5 с долей участия 33,33%, ФИО6 с долей участия 33,33%. 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ФИО4, как руководителем, не исполнена обязанность по передаче арбитражному управляющему всех документов должника (передана только часть); неисполнение ФИО4, ФИО5, ФИО6 обязанности по подаче не позднее 01.02.2016 заявления в суд о признании общества банкротом, осведомленность ответчиков о признаках неплатежеспособности должника, а также ссылаясь на совершение ответчиками противоправной сделки по выводу активов предприятия, обратилась в суд с рассматриваемым заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, взыскании с них солидарно в пользу должника 5 806 881,86 руб. 

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6 не согласился, изменил определение суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве к числу контролирующих должника лиц отнесены участники и руководитель должника, причем законодателем установлена презумпция их статуса контролирующих должника лиц, пока не доказано иное.

В соответствии в пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; названным Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.12 Закона о банкротстве и разъяснениям, данным в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту – постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах 5,7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрен ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановлении № 53, следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника (п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции, проверяя обоснованность довода конкурсного управляющего о наличии признаков неплатежеспособности должника в 2015 году, установил следующее.

Конкурсный управляющий указывал на задолженность  должника перед поставщиками, бюджетом, внебюджетными фондами и кредиторами по состоянию на  1 квартал 2017, однако судом установлено, что с 2017 года общество «Стройэнерго» хозяйственную деятельность не вело, активы, числящиеся на балансе, фактически отсутствовали.

Кроме того, судом принято во внимание, что ФИО4 указывал на отсутствие у общества в конце 2015 признаков неплатежеспособности, ссылаясь при этом на положительные показатели деятельности по итогам данного отчетного периода.

Суд апелляционной инстанции установил положительную структуру бухгалтерской отчетности общества за 2015 и 2016 года.

Однако, судом констатировано, что по итогам 2017 года должником сдана упрощенная бухгалтерская отчетность, в которой повторены показатели активов и пассивов, отраженные ранее в отчетности за 2016 год, с указание в графе прибыль (убыток) – 0 руб., а также что согласно справке, подписанной бывшим директором предприятия ФИО4, выручки от реализации товаров, услуг в 2017, 2018, 2019 гг. у должника отсутствовала.

Судом заключено, что из материалов дела следует, что показатели «запасы» в бухгалтерской отчетности по итогам 2014, 2015 и 2016 гг. изменялись, из чего суд пришел к выводу, что списание материалов осуществлялось; в отчетности за 2017г. и далее повторялись показатели предыдущей отчетности. 

Пояснений относительно наличия либо отсутствия запасов на конец 2016 года в указанном в отчетности размере, в материалы дела не представлено.

 Между тем, апелляционный суд, учитывая, что наличие кредиторской задолженности само по себе не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, в ситуации неверного отражения показателя запасов по итогам 2016 года, размер кредиторской задолженности лишь незначительно превышает общий размер активов (без учета запасов), посчитал, что данное обстоятельство не имеет определяющего значения применительно к вопросу о моменте возникновения неплатежеспособности должника.

Судом апелляционной инстанции проанализированы представленные должником в материалы дела налоговые декларации по налогу на прибыль организаций за периоды 1 квартал, полугодие 2016 года, согласно которым за указанные отчетные периоды обществом получена прибыль, из которой исчислен налог к уплате в федеральный бюджет и бюджет субъекта Российской Федерации, при этом выручка от реализации составила по итогам полугодия 2016 года порядка 3 млн. руб., кроме того должником по итогам 1 квартал 2016 года исчислен к уплате в бюджет НДС в сумме 39 562 руб. 

Также приняты во внимание представленный ответчиком в материалы дела реестр отгрузочных документов за 2016 год, согласно которому за период февраль-октябрь 2016 года им должником осуществлены отгрузки товаров/услуг на сумму 3 271 407,39 руб.; книга продаж за тот же период, в которой эти отгрузки отражены, общий объем продаж составил более 5 млн. руб., из чего судом сделан вывод, что должник в течение 2016 года осуществлял свою хозяйственную деятельность, получал соответствующую прибыль.

Кроме представленных документов, суд апелляционной инстанции исследовал представленные ответчиком в материалы дела расшифровки дебиторской задолженности № 05/02/20-2 от 05.02.2020 по состоянию на 01.10.2019 в отношении 38 контрагентов в размере 2 112 975,17 руб., которая  являлась просроченной ко взысканию.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции констатировал, что по состоянию на 01.01.2017 у должника имелась дебиторская задолженность, срок исковой давности по которой не истек.

При этом суд отметил представленный список из 20 кредиторов, перед которыми общество «Стройэнерго» имело непогашенные обязательства. 

Учитывая, что по состоянию на 3 квартал 2019 г. (до признания должника банкротом) размер задолженности не менялся, кредиторы свои требования к включению в реестр требований кредиторов должника не предъявили, суд пришел к выводу  косвенном урегулировании задолженности.

Судом принято во внимание наличие задолженности должника перед кредитором ФИО1 основанном на задолженности по договору подряда от 07.06.2016 № 8562, подтвержденной заочным решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 22.06.2017 по делу № 2-4022/2017-МЗ527/2017, а также задолженность общества по обязательным платежам (недоимка, пени) в общем размере 473 823 руб. за различные отчетные периоды 2016 года (по НДС за 1,2 кв. 2016г., НДФЛ за 2016 год, налог на прибыль за все отчетные периоды 2016г. и за 2016г., страховые взносы до 01.01.2017 гг.).

Заочным решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 22.06.2017 удовлетворен иск ФИО1 к должнику о защите прав потребителя. Истец обратилась в суд с требованием о взыскании, ссылаясь на заключение договора с ответчиком на выполнение работ по замеру стеновых проемов, разработку техдокументации, изготовление, доставку и монтаж изделий и указав на перечисление в адрес ответчика предварительной оплаты и неисполнение ответчиком принятых на себя обязательств. Ответчик явку в судебное заседание не обеспечил, какой-либо отзыв по заявленным требованиям не предоставил.

В последующем, после инициирования в отношении должника процедуры банкротства, ответчик неоднократно предпринимал попытки по оспариванию судебного акта о взыскании задолженности по договору подряда, ссылаясь на выполнение определенного объема работ по спорному договору, на использование результата работ истцом при заключении иного договора подряда с иным лицом (завершившим остекленение), на невозможность выполнения работ в установленные сроки в связи с длительным согласованием самим истцом индивидуальных характеристик конструкций - представляя при этом переписку, акты освидетельствования скрытых работ и иные документы. В удовлетворении жалоб ответчика и заявлений о пересмотре состоявшегося заочного решения Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 22.06.2017 – отказано. 

Установив, что начиная с 2017 года, должник свою хозяйственную деятельность уже не вел, суд пришел к выводу о наличии признаков неплатежеспособности, а также осведомленность руководителя о тяжелом экономическом положении должника, в связи с чем у руководителя возникла обязанность обратиться с соответствующим заявлением о признании общества «Стройэнерго» банкротом, которая им не была исполнена.

Однако в силу п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного п.п. 2, 4 ст. 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника. 

Согласно материалам дела, все обязательства, на которых основаны включенные в реестр требований кредиторов должника, возникли до 01.02.2017, с учетом чего суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве удовлетворению не подлежит.

Оснований для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей должника апелляционный суд также не усмотрел, отметив также при этом, что предусмотренная абзацем 3 п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством, а также ответственность за ее неисполнение (п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве) были введены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017. Следовательно, ответственность участников должника, установленная п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ не может применяться к ФИО6 и ФИО5

Проверяя обоснованность довода конкурсного управляющего о непередаче документов и имущества должника ФИО4, ФИО6 и ФИО5, суд апелляционной инстанции установил следующее.

ФИО4 15.10.2019 передал конкурсному управляющему документы должника по описи (79 наименований). 

В ходе анализа приведенных документов конкурсным управляющим установлено, что они не содержат актуальных данных о финансовом положении должника за 2-й квартал 2019 года. 

Налоговая и финансовая отчетность сдавалась в ФНС в упрощенном виде с 2014 по 2-й квартал 2019 года и не содержит актуальных данных об имеющихся активах предприятия – основных средствах, ТМЦ, дебиторской и кредиторской задолженности. 

Однако судом установлено, что из последней бухгалтерской отчетности за 2018 г. следует, что на 01.01.2019 у должника имелись запасы в сумме 1 679 000 руб., дебиторская задолженность в сумме 12 756 000 руб. 

Согласно инвентаризационной описи № 1 от 31.12.2018, ФИО4 указывал на фактическое отсутствие ТМЦ в количестве 167 наименований на общую сумму 1 650 247,02 руб. 

Равным образом управляющему представлена сверка наличия МПЗ № 1 от 31.12.2018 и сличительная ведомость результатов инвентаризации ТМЦ от 31.12.2018, согласно которым установлено фактическое отсутствие приведенных перечней имущества. 

Пояснить, где находятся ТМЦ и МПЗ, почему не были списаны своевременно и включались в бухгалтерскую отчетность, ФИО4 не смог. 

Конкурсный управляющий 21.01.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов и имущества должника. 

ФИО4 02.03.2020 передал управляющему по Акту приема-передачи документов № 2 сведения по дебиторской и кредиторской задолженности, сведения по участникам общества, по выручке за последние три года, пояснения относительно списания ТМЦ, а также четыре договора займа с обществом  «ЕвразПак». 

Между тем, суд признал, что в отсутствие реквизитов ИНН, ОГРН, договоров – оснований возникновения задолженности, первичных документов, список наименований дебиторов, с указанием суммы и пометкой «истечение срока исковой давности», нельзя назвать расшифровкой сведений. 

Аналогичным образом руководитель передал сведения по кредиторской задолженности, без реквизитов кредиторов, оснований возникновения задолженности, первичных документов, позволяющих определить наличие и размер долга, а также выявить подозрительные сделки должника. 

Отсутствие в сведениях о дебиторской и кредиторской задолженности указания балансового счета не позволило управляющему сопоставить суммы с бухгалтерской отчетностью должника. 

В ходе рассмотрения спора ФИО4 пояснил, что намерен предоставить истребованные документы, но необходимо время на их поиски. 15.05.2020 ФИО4 по акту приема-передачи № 3 передал расшифровки кредиторской и дебиторской задолженностей с указанием необходимых данных, а также документы-основания по кредиторской задолженности. 27.03.2020 управляющему представлена расшифровка дебиторской задолженности, из которой следует, что по состоянию на 01.10.2019 вся она является просроченной ко взысканию (в расшифровке от 05.02.2020 также указано на истечение срока исковой давности). 

Согласно пояснениям ФИО4, большая часть этой задолженности образовалась в 2010-2013гг., просрочена ко взысканию, вся первичная документация уничтожена (не сохранилась) за истечением срока хранения. 

Конкурсный управляющий указал, что ему представлены сведения только, как указано ранее, на 38 дебиторов на общую сумму 2 112 975,17 руб., в то время как по бухгалтерской отчетности числится долг в 12 756 000 руб. 

При этом конкурсный управляющий отмечал, что данный список дебиторов составлен формально и не соответствует реальности.

При этом ФИО4 не представил данных, позволяющих установить некоторых дебиторов, какие-либо пояснения по этому вопросу не даны. 

Судом установлено, что большинство дебиторов в настоящее время ликвидированы, что не позволяет конкурсному управляющему установить реальность задолженности. 

В адреса 16-ти действующих дебиторов конкурсный управляющий направил претензии-запросы на подтверждение наличия/отсутствия долга; получены ответы только от двух дебиторов, которые опровергли наличие долга. 

Относительно расшифровки кредиторской задолженности, суд установил, что з 20 кредиторов действующих только десять; большая часть кредиторов аффилированы с руководителем и учредителями должника, что ответчиком ФИО4 подтверждено в судебном заседании суда апелляционной инстанции. 

Некоторые кредиторы внесены в перечень необоснованно.

Кроме того, судом отмечено отсутствие в перечне налогового органа, который подал заявление о включении в реестр задолженности за период до 01.01.2017. 

Судом также учтено, что в рамках рассмотрения заявления конкурсного управляющего об истребовании документов судом установлено, что письмом от 05.02.2020 № 05/02/20-4 ФИО4 разъяснено, что числящиеся на балансе предприятия и не обнаруженные в ходе инвентаризации фактически на 11.01.2019, не существовали; материалы числились только по данным бухгалтерского учета по старым периодам, но не были списаны в производственный цикл по техническим причинам; во время выполнения работ по СМР в течение всего периода деятельности общество «Стройэнерго» на строительных площадках были испорчены, потеряны, утилизированы без оформления заказчиками и монтажными бригадами подтверждающими документами; часть из перечисленных материалов являются расходным материалом, который использовался непосредственно при ведении работ, (сырье и материалы, задействованные в производственных целях).

В подтверждение вышесказанного ФИО4 представлены приказ № 1 о проведении инвентаризации от 31.12.2018 года, акт приема-передачи документов №1 от 15.10.2019, сличительная ведомость ТМЦ, акт приема-передачи документов №1 от 15.10.2019; инвентаризационная опись от 11.01.2019; акт приема-передачи документов №1 от 15.10.2019; приказ о списании ТМЦ от 11.01.2019; акт приема-передачи документов №1 от 15.10.2019; пояснительное письмо от 05.02.2020 года №05/02/2020; акт приема-передачи № 2 от 02.03.2020. 

Конкурсному управляющему представлена расшифровка дебиторской задолженности. Сведения относительно дебиторской задолженности представлены в двух справках: справка № 05/02/20-2 от 05.02.2020 (расшифровка дебиторской задолженности за товары, работы, услуги), справка № 05/02/20-3 от 05.02.2020 (заемные средства). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.10.2020 в рамках настоящего дела заявление конкурсного управляющего об истребовании документов оставлено без удовлетворения, отмечено, что конкурсным управляющим ФИО2 не указан конкретный перечень истребуемого имущества (документов), не представлено доказательств нахождения запрашиваемых сведений у ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО6; с учетом представленных в материалы дела актов приема-передачи документов суд не может сделать вывод о сокрытии информации и документов. 

Однако, отказ в истребовании документов и имущества должника не является основанием для аналогичного вывода при рассмотрении спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

При этом суд апелляционной инстанции, учитывая, что должник признан банкротом и в отношении него введено конкурсное производство 17.09.2019, ответчик ФИО4 обязан был обеспечить надлежащее ведение бухгалтерского учета, отчетности и безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений и их передачу конкурсному управляющему за период, когда фактическая деятельность должника прекратилась, установив что данная обязанность им не исполнена, презумпция возникновения неплатежеспособности должника вследствие действий руководителя им не опровергнута, в поведении бывшего руководителя, не передавшего документацию должника, в том числе по дебиторской задолженности связанных с должником лиц, усматривается направленность на сокрытие фактов совершения контролирующими должника лицами неправомерных действий, повлекших банкротство подконтрольного им общества, констатировав, что вследствие непередачи документации, подтверждающей дебиторскую задолженность, непринятия руководителем действий по своевременному взысканию дебиторской задолженности, формирования конкурсной массы стало невозможным, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6 за непередачу документов и имущества должника, апелляционный суд исходил из недоказанности материалами дела возложения на них обязанностей по ведению бухгалтерского учета, обеспечению сохранности документации должника, его имущества.

Относительно ссылки конкурсного управляющего о выводе активов должника посредством заключения договоров займа № 13/05-10-1 от 13.05.2010, № 13/01/2011 от 13.01.2011, № 19/01/2012 от 19.01.2012, № 21/01/14 от 21.01.2014 на общую сумму 6 840 200 руб. с аффилированной организацией обществом «ЕвразПак», участниками которого являются ФИО4 и ФИО6 суд апелляционной инстанции установил, что из представленной ФИО4 расшифровки дебиторской задолженности размер основного долга по этим договорам составляет 6 840 200 руб., процентов за пользование займом - 3 579 961,80 руб.

Договоры займа были подписаны директором должника ФИО4 и директором общества «ЕвразПак» ФИО6 

Стороны договоров определили, что возврат займа по договору № 13/05-10- 1 от 13.05.2010 осуществляется до 13.05.2011, по договору № 13/01/2011 от 13.01.2011 – до 13.01.2012, по договору № 19/01/2012 от 19.01.2012 – до 19.01.2013, по договору № 21/01/14 от 21.01.2014 – 21.08.2014. 

Суд установил, что возврат заемных средств, уплаты процентов в установленные договорами срока не осуществлены, у общества «ЕвразПак» возникла задолженность перед должником, действия по взысканию которой должником не совершены. 

Судом принято во внимание дополнение ФИО4, согласно которому общества «Стройэнерго» и «ЕвразПак» относятся к одной группе компаний по составу участников и органов управления; в рамках группы компаний реализовывался проект по новому направлению бизнеса, который инвестировался всеми членами группы; денежные средства, предоставление которых должником оформлено в виде договоров займа, были направлены обществу «ЕвразПак» на закупку оборудования и материалов, пусконаладочные работы; встречным предоставлением за такое инвестирование предполагалось в виде получения обществом «Стройэнерго» прибыли за счет налаженного производства; однако, данный проект реализовать не получилось; требования о возврате заемных средств не были предъявлены в связи с отсутствием денежных средств у общества «ЕвразПак», о чем знали директора обществ, и отсутствием целесообразности предъявления исковых требований самим себе. 

Судом апелляционной инстанции учтено, что данные обстоятельства документально не подтверждены, фактически встречное предоставление должником не получено.

Однако суд,  исходя из ранее установленных обстоятельств того, что в периоды предоставления в заем денежных средств и срока их возврата у должника не имелось признаков неплатежеспособности, то есть денежные средства предоставлены финансово устойчивым обществом, пришел к выводу, что предоставление в заем денежных средств и их невозвращение не повлекли для должника каких-либо финансовых затруднений, не стали причинами неплатежеспособности, в связи с чем указанный довод конкурсного управляющего отклонен судом апелляционной инстанции.

 Относительно довода конкурсного управляющего о наличии связанных с должником лиц – общества «ЕвразЛес», участниками которого являлись ФИО4 и ФИО6, и общества «Гранд-Стройэнерго», участниками которого являлись все ответчики, дебиторской задолженности перед должником в размере 163 929,49 руб. и 523 547,06 соответственно, судом установлено, что сделки, неисполнение которых привело к возникновению названой дебиторской задолженности, управляющим не названы, договоры не представлены, основания недействительности сделок не приведены. 

Учитывая изложенные фактические конкретные обстоятельства дела, исходя из анализа представленных в материалы дела документов и пояснений участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о наличии основании привлечения к субсидиарной ответственности именно руководителя должника ФИО4 за непередачу документации и сведений об имущества должника.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, вышеприведенных выводов суда апелляционной инстанции не опровергают, по существу сводятся к несогласию заявителей с оценкой имеющихся в деле доказательств, сделанных на их основании выводов. 

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. 

Доводы кассаторов о том, что обращаясь в апелляционный суд с жалобой на определение суда первой инстанции  ФИО4 не указывал на необходимость  пересмотра судебного акта в отношении ФИО6 и ФИО5 являются необоснованными и подлежащими отклонению ввиду того, что предметом апелляционного обжалования в данном конкретном случае являлось определение суда первой инстанции в целом, а не отдельные выводы суда первой инстанции о наличии обоснованности привлечения к субсидиарной ответственности именно ФИО4 Согласно тексту апелляционной жалобы, а также текстам отзывов на апелляционную жалобу и дополнений к отзыву (том 4, лд 116, 125) все участники процесса были ознакомлены с предметом и объемом обжалования (обжалование определения суда в целом), заявляли свои возражения и дополняли их по всем заявленным доводам апелляционной жалобы. 

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемого судебного акта следует, что судом апелляционной инстанции в полной мере подробно исследованы все представленные не только в суд первой инстанции, но и в суд апелляционной инстанции при рассмотрении жалобы доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц. 

Судом апелляционной инстанции правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судом и получили надлежащую оценку. Выводы суда основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности. 

Кассационные жалобы повторяют доводы, представленные в качестве отзывов и возражений на апелляционную жалобу ФИО4, которые являлись предметом проверки суда и сводятся к несогласию с выводами суда апелляционной инстанций. Несогласие заявителей с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции от 31.10.2022 подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2022 по делу № А60-15323/2019 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройэнерго» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийО.Н. Новикова 

СудьиВ.В. Плетнева 

                                              Д.Н. Морозов