АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-587/2024

20 марта 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 марта 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.,

судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С.

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «Лермонтовский ГОК»: ФИО1 – представителя по доверенности от 24.03.2023,

от КГУП «Примтеплоэнерго»:  ФИО2 – представителя по доверенности от 15.12.2023,

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лермонтовский горнообогатительный комбинат» Чупринской Валентины Александровны

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 

по делу № А51-19219/2022 

Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению краевого государственного унитарного предприятия «Примтеплоэнерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о включении требований в реестр требований кредиторов должника 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Лермонтовский горнообогатительный комбинат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Приморского края от 23.12.2022 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Русский вольфрам» о признании ликвидируемого должника – общества с ограниченной ответственностью «Лермонтовский горнообогатительный комбинат» (далее – ООО «Лермонтовский ГОК», Общество, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 09.02.2023       ООО «Лермонтовский ГОК» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4 (далее – конкурсный управляющий, заявитель).

Определением от 08.06.2023 суд перешел к рассмотрению дела о банкротстве Общества по правилам, регулирующим банкротство градообразующих организаций.

Срок конкурсного производства в отношении Общества неоднократно откладывался, в настоящее время определением от 06.02.2024 срок конкурсного производства продлен, судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 06.08.2024.

В рамках дела о банкротстве должника 21.02.2023 от краевого государственного унитарного предприятия «Примтеплоэнерго» (далее – КГУП «Примтеплоэнерго», кредитор) поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 151 804 554,25 руб., из которых:

- 95 490 444,66 руб. требование в связи с ненадлежащим исполнением договора теплоснабжения (в горячей воде и паре) от 02.09.2013 №07/0041, 

-56 314 109,59 руб. требование по договору займа от 29.03.2021 №1/0072 (с учетом принятого судом первой инстанции уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 03.10.2023 требования КГУП «Примтеплоэнерго» в общем размере 151 804 554,25 руб. (основной долг в размере 132 592 465,88 руб., проценты за пользование займом в размере 8 802 739,73 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 511 369,86 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 328 152 руб., штрафы в размере                796 789,58 руб.) признаны обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 определение от 03.10.2023 изменено в обжалуемой части: требования КГУП «Примтеплоэнерго» в общем размере 95 490 444,66 руб. (основной долг в размере 87 652 449,88 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 268 168 руб., пени в размере                     6 773 037,20 руб.,  штраф в размере 796 789,58 руб.) признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Лермонтовский ГОК». В остальной части определение от 03.10.2023 оставлено без изменения.

Конкурсный управляющий ООО «Лермонтовский ГОК» в кассационной жалобе просит отменить постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023, оставить в силе определение Арбитражного суда Приморского края от 03.10.2023. В обоснование жалобы указывает, что суд апелляционной инстанции признал наличие корпоративной связи между должником и кредитором, однако не усмотрел в поведении кредитора признаков компенсационного финансирования, что, по мнению заявителя, противоречит разъяснениям, изложенным в пунктах 3.2-3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020). Считает, что для определения компенсационного финансирования имеет значение не дата заключения договора, а поведение кредитора, в связи с чем дата заключения длящегося договора в данном случае не может быть принята судом во внимание и не имеет правового значения.

По мнению конкурсного управляющего, поведение кредитора по взысканию задолженности без принятия мер к взысканию задолженности явно выходит за пределы разумного и добросовестного поведения свободного участника хозяйственного оборота, который стремится к удовлетворению своих требований доступными в действующем законодательстве методами в возможно короткий срок. Кредитором не представлены доказательства переговоров или соглашений с должником о порядке, сроках и способе урегулировании задолженности в разумный срок, в связи с чем не истекший срок на предъявление к исполнению исполнительных листов не свидетельствует о разумности и обоснованности поведения кредитора. Формальное проведение мероприятий по взысканию задолженности не свидетельствует о намерении кредитора приступить к фактическому и деятельному взысканию, что предопределяется и обуславливается именно корпоративным характером связи между должником и кредитором; по мнению заявителя, такое поведение может быть квалифицировано судом в качестве компенсационного финансирования.

Также конкурсный управляющий возражает против вывода апелляционного суда об отнесении должника к социально значимой категорий потребителей, ссылаясь на отсутствие обоснования и мотивов со стороны апелляционного суда для такого заключения. Ссылается на недобросовестность поведения на стороне кредитора, полагая, что поведение последнего явно не свидетельствуют о стремлении вернуть подконтрольное ему лицо – должника к нормальному функционированию; кредитор не предпринимает мер к восстановлению платежеспособности должника, реструктуризации задолженности, а лишь ограничивается формальными мероприятиями по взысканию задолженности; поведение                                КГУП «Примтеплоэнерго» свидетельствует об искусственном наращивании кредитором на стороне должника «подконтрольной» задолженности с целью управления или существенного влияния на ход процедуры банкротства              ООО «Лермонтовский ГОК», несмотря на то, что кредитор указывал на неизбежность несостоятельности должника.

КГУП «Примтеплоэнерго» в отзыве на кассационную жалобу просит постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. Возражает по доводу заявителя о том, что отношения между кредитором и должником имеют признаки компенсационного финансирования. Ссылается на установленный судебными актами суда первой инстанции размер задолженности должника перед кредитором (90 243 57127 руб.), а также подтвержденный первичными документами размер задолженности должника перед кредитором за поставленную тепловую энергию (5 246 873,39 руб.). Кредитор указывает, что взаимные обязательства сторон по договору теплоснабжения (в горячей воде и паре) от 02.09.2013 № 07/0041 (далее – договор теплоснабжения), заключенному между КГУП «Примтеплоэнерго» (теплоснабжающее предприятие) и ООО «Лермонтовский ГОК» (абонент), не являются корпоративными. С учетом положений действующего законодательства, по мнению кредитора, основания для освобождения должника от оплаты поставленной кредитором тепловой энергии отсутствуют; сложившиеся между должником и кредитором отношения носят гражданско-правовой характер. Обращает внимание, что кредитором на регулярной основе принимались меры по взысканию с Общества задолженности за отпущенную тепловую энергию в судебном порядке с одновременным заявлением требований о взыскании неустойки за просрочку оплаты тепловой энергии, что также свидетельствует об отсутствии признаков предоставления КГУП «Примтеплоэнерго» компенсационного финансирования ООО «Лермонтовский ГОК», в силу чего отсутствуют основания для понижения требования кредитора.

В заседании суда округа, проведенном с использованием системы веб-конференции, представитель конкурсного управляющего настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по приведенным в ней доводам, дал пояснения по существу спора и ответил на вопросы суда. Представитель кредитора высказался согласно представленному отзыву в поддержку обжалуемого судебного акта.

Проверив законность апелляционного постановления в пределах доводов кассационной жалобы, с учетом выступления представителей заявителя и кредитора, Арбитражный суд Дальневосточного округа не находит предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

При разрешении обособленного спора по существу суд первой инстанции, руководствуясь статьями 64, 65 АПК РФ, пунктом 6 статьи 16, статьей 19, пунктом 1 статьи 100, пунктом 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 1, 10, пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьей 9 Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ), статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон № 948-1), разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктах 1, 3.1, 3.3, 3.4 Обзора от 29.01.2020, с учетом правовых позиций, изложенных в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2018 № 305-ЭС18-11840, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1), (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2), пришел к выводам о том, что:

- основанное на договоре займа от 29.03.2021 № 1/0072 (далее – договор займа) требование кредитора в размере 58 836 575,34 руб. имеет корпоративную природу и не подлежит включению в реестр требований кредиторов, как основанное на притворной сделке за пределами установленного статьями 1, 10 ГК РФ принципа добросовестности, указанное требование вытекает из предоставления контролирующим должника лицом финансирования в период имущественного кризиса должника; 

- задолженность по договор теплоснабжения (в горячей воде и паре) от 02.09.2013 №07/0041 (далее – договор теплоснабжения), основанная на вступивших в законную силу судебных актах в размере 90 243 571,27 руб. и из не подтвержденных судебным решением требований за оказанные услуги в размере 5 246 873,39 руб., основана на длительном и непрерывном отпуске кредитором тепловой энергии в пользу должника без получения соответствующей оплаты, в связи с чем такое поведение кредитора выходит за пределы разумности и добросовестности поведения независимых участников хозяйственного оборота; 

- поведение кредитора следует квалифицировать в качестве компенсационного финансирования, а потому заявленные им требования, являясь обоснованным, подлежит субординированию - удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд апелляционной инстанции, проверяя определение суда первой инстанции в обжалуемой части – в части понижения очередности удовлетворения требований кредитора, повторно оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, пришел к выводу о наличии оснований для изменения определения суда первой инстанции в части очередности погашения требований кредитора в размере 95 490 444,66 руб. (задолженность, возникшая из договора теплоснабжения), признав указанные требования подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию заявителя с выводами апелляционного суда о включении требований                                 КГУП «Примтеплоэнерго» в размере 95 490 444,66 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника; по мнению кассатора, названные требования подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Вместе с тем, суд округа находит верным вывод апелляционного суда об отсутствии оснований для понижения очередности  требования КГУП «Примтеплоэнерго» в размере 95 490 444,66 руб. (возникшие в связи с ненадлежащим исполнением договора теплоснабжения). Возражения заявителя в данной части отклоняются по нижеприведенным основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления № 35, в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о несостоятельности (банкротстве), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц  с 11.06.2013 КГУП «Примтеплоэнерго» является единственным участником должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Законом № 135-ФЗ входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

В пункте 2 статьи 19 Закона о банкротстве приведен перечень лиц, признаваемых заинтересованными лицами по отношению к должнику. 

Понятие аффилированных лиц приведено в статье 4 Закона № 948-1. Так, под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы. 

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона № 135-ФЗ группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, перечисленным в пунктах 1-9 этой части статьи.

С учетом изложенного, вывод судов двух инстанций о том, что             КГУП «Примтеплоэнерго», как единственный участник Общества, является контролирующим должника лицом, признается обоснованным.

Применительно к проверяемой задолженности судами установлено следующее.

Как следует из материалов дела, 02.09.2013 между                                     КГУП «Примтеплоэнерго» (теплоснабжающее предприятие) и                          ООО «Лермонтовский ГОК» (абонент) заключен договор теплоснабжения (в горячей воде и паре) № 07/0041, по условиям которого теплоснабжающее предприятие обязуется подавать абоненту через присоединенную сеть тепловую энергию (мощность, теплоноситель, пар на технологические нужны), а абонент обязуется оплачивать принятую тепловую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим потребления, обеспечивать исправность и безопасность эксплуатации находящихся в его ведении тепловых сетей, теплопотребляющих установок, внутренних систем теплопотребления, приборов и другого оборудования, связанных с потреблением тепловой энергии, в границах ответственности (пункт 1.1 договора теплоснабжения).

В результате неисполнения должником обязательств по оплате тепловой энергии кредитор обращался в арбитражный суд с исковыми заявлениями о взыскании задолженности по договору теплоснабжения. 

Вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда Приморского края установлено наличие задолженности должника перед кредитором в общей сумме 90 243 571,27 руб., долг за поставленную в марте 2020 года - мае 2022 года энергию (решение от 04.02.2021 по делу №А51-16331/2020, определение от 31.05.2021 по делу №А51-3199/221, решение от 2.10.2022 по делу №А51-1451/2022).

Задолженность в размере 5 246 873,39 руб. представляет собой непросуженную, но документально подтвержденную задолженность по оплате поставленной в июне - октябре 2022 года тепловой энергии в рамках договора теплоснабжения.

Наличие и размер задолженности, вытекающей из неисполнения договора теплоснабжения, документально подтверждены и спорными не являются. Спор, как уже отмечалось, касается лишь очередности удовлетворения указанного требования.

Суд первой инстанции признал предоставление по договору теплоснабжения компенсационным, что повлекло субординирование требования кредитора в сумме 95 490 444,66 руб., основанное на этом договоре.

Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции о необходимости понижения очередности требования заявителя на сумму 95 490 444,66 руб. (задолженность за оказание услуг по договору теплоснабжения), а также с квалификаций судом первой инстанции поведения кредитора в качестве компенсационного финансирования, правомерно руководствовался следующим.

В Обзоре от 29.01.2020 обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 2 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).

Из разъяснений, данных в пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020, следует, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

В силу специфики доказывания обстоятельств, при которых предоставлялось финансирование, неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. 

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ и исходя из смысла разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления № 35, именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Отношения по договорам энергоснабжения регулируются параграфом 6 главы 30 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии. 

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что основанием для заключения договора теплоснабжения с должником являлся не имеющийся у кредитора статус учредителя должника, а наличие у него статуса теплоснабжающей организации. Корпоративная составляющая в указанных правоотношениях отсутствовала.

Оснований для иной оценки у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Поддерживая выводы апелляционного суда, суд округа обращает внимание на то, что услуги по договору теплоснабжения оказывались кредитором должнику на общих основаниях, каких-либо специальных условий, в том числе в части установленного тарифа или порядка исполнения, договор не предусматривал (иного не заявлено). 

Следует также отметить ординарное поведение кредитора по взысканию формирующейся задолженности на стороне абонента – судом апелляционной инстанции установлено, что кредитор регулярно принимал меры по взысканию с должника задолженности за отпущенную тепловую энергию в судебном порядке с одновременным заявлением требований о взыскании неустойки за просрочку внесения платы.

Отсутствие доказательств обращения к принудительному исполнению судебных решений до возбуждения дела о банкротстве в отношении абонента само по себе не подтверждает факт предоставления кредитором компенсационного финансирования. В этой связи апелляционный суд обоснованно сослался на то, что с момента вступления в силу решений суда до момента возбуждения дела о банкротстве прошел непродолжительный период времени, а сроки на предъявление исполнительных листов к исполнению не пропущены кредитором.

Кроме того, прекращение поставки ресурса не могло использоваться в рамках побуждения к исполнению денежного обязательства со стороны абонента, принимая во внимание социальную значимость услуги теплоснабжения для целей обеспечения работоспособности градообразующей организации (к которой отнесен должник, определение от 08.06.2023). 

Таким образом, нет оснований для вывода о непринятии кредитором мер к истребованию задолженности в разумный срок. Как следствие, нет условий для вывода о предоставления компенсационного финансирования Общества со стороны кредитора.

Доводы кассационной жалобы о том, что мероприятия по взысканию задолженности проводились кредитором формально, имеют предположительный характер, не основаны на материалах дела, в связи с чем судом округа отклоняются. 

Признаков злоупотребления правом, а также недобросовестного поведения со стороны кредитора судом апелляционной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного, суд округа поддерживает вывод суда апелляционной инстанции о том, что задолженность в общем размере                 95 490 444,66 руб., возникшая из договора теплоснабжения в связи с неоплатой должником коммунального ресурса, подлежит включению в третью очередь реестра должника.

Возражения конкурсного управляющего относительно вывода апелляционного суда об отнесении должника к социально значимой категорий потребителей судом округа не принимается во внимание, поскольку указанное обстоятельство не является значимым для разрешения спорного вопроса и не влияет на результат рассмотрения настоящего обособленного спора.

Иных доводов, способных повлиять на результат рассмотрения спора, не приведено. 

Относительно предъявленной кредитором задолженности в размере     56 314 109,59 руб., вытекающей из договора займа, суд апелляционной инстанции поддержал вывод суда первой инстанции о признании их обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта            8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), поскольку материалами дела подтверждено, что должник в ситуации имущественного кризиса получил от контролирующего лица компенсационное финансирование.

В кассационной инстанции доводов, свидетельствующих о несогласии с апелляционным постановлением в части установления требования кредитора на сумму 56 314 109,59 руб. и понижения очередности удовлетворения указанного требования, не приведено.

Доводы кассационной жалобы выводы суда апелляционной инстанции не опровергают и не подтверждают нарушения норм материального права при разрешении спора. В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию ее заявителя с выводами апелляционного суда, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судом, в связи с чем не могут быть приняты во внимание, учитывая предусмотренные статьей               286 АПК РФ пределы компетенции суда кассационной инстанции. 

Выводы суда апелляционной инстанции сделаны по результатам исследования и оценки в порядке статьи 71 АПК РФ совокупности представленных в деле доказательств, при установлении всех имеющих значение для разрешения спора обстоятельств, с правильным применением норм материального права к установленным обстоятельствам и с соблюдением норм процессуального законодательства. 

С учетом изложенного кассационная жалоба, доводы которой отклоняются ввиду противоречия изложенному в мотивировочной части настоящего постановления обоснованию, удовлетворению не подлежит. Постановление суда апелляционной инстанции следует оставить в силе.

Поскольку пунктом 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при обжаловании судебного акта о включении требований в реестр требований кредиторов должника не предусмотрена, уплаченная при подаче кассационной жалобы государственная пошлина на основании статьи 104 АПК РФ подлежит возврату плательщику из федерального бюджета как ошибочно перечисленная.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 по делу № А51-19219/2022 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета ошибочно уплаченную при подаче кассационной жалобы чеком по операции от 21.01.2024 государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           Е.Н. Головнина                   

Судьи                                                                                    Е.О. Никитин         

 

Е.С. Чумаков