СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-7463/2024(9,10)-АК

Дело № А60-23497/2024

11 сентября 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 11 сентября 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Саликовой Л.В.,  

судей Макарова Т.В., Устюговой Т.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ковалевой А.Л. (Густокашиной) А.Л.,  

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:  

конкурсный управляющий ФИО1, паспорт; кредитор ФИО2, паспорт;  

от ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 22.08.2025;  

от АО «Энергосбыт Плюс» - ФИО4, паспорт, доверенность от 18.03.2024;  

представителями заинтересованных лиц с правами ответчиков ФИО5 и ФИО6 заявлено ходатайство об участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел», подключение в судебное заседание не произведено, технических неполадок в суде апелляционной инстанции не установлено;  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы заинтересованных лиц с правами ответчиков ФИО5 и ФИО6 на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 30 апреля 2025 года  

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Объединение Урал», вынесенное в рамках дела № А60-23497/2024 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Никольское» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

третьи лица: финансовый управляющий ФИО7 – ФИО8, руководитель ООО «Объединений Урал» ФИО9, главный бухгалтер ФИО10,  

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 02.05.2024 поступило заявление сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «УралецЪ» (далее – заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Никольское» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением от 21.06.2024 заявление сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «УралецЪ» (ИНН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Никольское» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) признанно обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО1 (адрес для корреспонденции: 

<

...> а, кв. 34), член Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» объявление № 77013226314 № 118(7808) от 06.07.2024, в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве – 14737430 от 27.06.2024.  

Решением суда от 03.10.2024 в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1  

Информация о введении процедуры конкурсного производства опубликована в «Коммерсантъ» № 193(7883) от 19.10.2024, ЕФРСБ № 15574498 от 04.10.2024.  

20.11.2024 конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просил привлечь ФИО5, ФИО6, ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «Объединение  

Урал», ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании положений статьи 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Суд первой инстанции не нашел оснований для привлечения ФИО2 в качестве соответчика, указав, что данное ходатайство заявлено конкурсным управляющим преждевременно, поскольку конкурсным управляющим должника требования к ФИО2 не сформулированы, не уточнены основания привлечения к субсидиарной ответственности. Конкурсный управляющий ссылается на заключение ФИО2 ряда сделок, повлекших убыточное функционирование общества, однако в обоснование позиции не представлены документально подтвержденные доказательства в обоснование позиции. Кроме того, в Арбитражном суде Уральского округа принята к производству кассационная жалоба СКПК «УралецЪ» на определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.09.2024 по делу № А60-23497/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2025 по тому же делу по заявлению ФИО2 о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, обеспеченной залогом имущества. Судом первой инстанции принято во внимание, что итоговый судебный акт может повлиять на рассмотрение настоящего обособленного спора.  

В рамках рассмотрения обособленного спора к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО7 – ФИО8, руководитель ООО «Объединений Урал» ФИО9, главный бухгалтер ФИО10.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2025 требования конкурсного управляющего удовлетворены; установлено наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12. Закона о банкротстве. Производство по заявлению в части определения размера ответственности привлеченных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с вынесенным определением, заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО5 (далее – ответчик ФИО5) и ФИО6 (далее – ответчик ФИО6) обратились с апелляционными жалобами.  

Ответчик ФИО5 в своей апелляционной жалобе указывает, что выводы суда первой инстанции сделаны без учета возражений иных лиц, участвующих в деле. При этом, суд первой инстанции не принял во внимание  

доводы, изложенные в этих заявлениях, сославшись лишь на наличие таких возражений, и, по сути, не опровергая то, что в указанных возражениях было изложено. Однако, указанные сведения не соответствуют действительности и объективно ничем не подтверждены. Фраза: «вся отчетность «проходила» через ФИО7 и ФИО5» - не является достоверной с точки зрения бухгалтерского учета, носит сленговое значение и ничем объективно не подтверждена. Таким образом, по мнению апеллянта, определение принято судом без надлежащей оценки доводов возражений иных лиц, участвующих в деле.  

Ответчик ФИО6 в своей апелляционной жалобе указывает, что руководителем должника являлась управляющая организация - ООО «Объединение - Урал», то, соответственно, предполагается, что указанное юридическое лицо по отношению к должнику является контролирующим лицом, а не один из его учредителей ФИО6 Считает, что в заявлении конкурсный управляющий не приводит достаточных аргументов и доказательств, из которых очевидно бы следовало, что ФИО6 оказывала влияние на деятельность должника, приведшее к банкротству. Довод арбитражного управляющего о финансировании ФИО6 покупки ООО «Агрофирма Никольское» также не находит своего подтверждения в материалах дела и не соответствуют действительности. Указывает, что ФИО6 не являлась должностным лицом или учредителем должника; не имела возможности совершать сделки от имени должника. Вместе с тем заявителем не раскрывается, какими именно действиями ФИО6 повлияла на хозяйственную деятельность должника и принятие им решений, что привело к неплатежеспособности должника. Утверждение о неэффективном менеджменте со стороны управляющей организации и как, следствие, банкротстве должника - не является доказательством недобросовестных действий со стороны ФИО6 Таким образом, по мнению апеллянта, отсутствует и конкурсным управляющим не представлено доказательств вины ФИО6, а также причинно-следственной связи между возникновением у должника признаков несостоятельности и какими-либо действиями ФИО6  

До начала судебного заседания от АО «ЭнергосбыТ Плюс» и ФИО2 поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы ответчиков, согласно которым просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Ко дню судебного заседания от представителей ответчиков ФИО11 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в отсутствие представителя апеллянтов.  

В судебном заседании конкурсный управляющий просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Представители АО «ЭнергосбыТ Плюс» и ФИО2 против позиции апеллянтов возражали по мотивам, изложенным в письменных отзывах.  

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда  

апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в пределах заявленных доводов апеллянтов проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, в период с 22.02.2023 по 10.08.2023 руководителем ООО «Агрофирма «Никольское» был ФИО7  

Начиная с 10.08.2023 управляющей организацией должника выступало ООО «Объединение Урал»; руководителем управляющей компанией должника является ФИО9  

Как следует из фактических обстоятельств дела, с 13.03.2023 ФИО7 принадлежит 100% доли в уставном капитале должника.  

Согласно выписки из ЕГРЮЛ учредителями ООО «Объединение Урал» являются ФИО7 и ФИО6  

В арбитражный суд 02.05.2024 поступило заявление СКПК «УралецЪ» о признании ООО «Агрофирма «Никольское» несостоятельным (банкротом).  

Определением от 21.06.2024 заявление СКПК «УралецЪ» о признании ООО «Агрофирма «Никольское» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения.  

Решением суда от 03.10.2024 в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1  

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий в обоснование доводов о наличии оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве сослался на совершение указанными лицами действий (сделок) по выводу активов должника, которые явились причиной неплатежеспособности должника и последующего признания его несостоятельным (банкротом).  

Помимо этого, конкурсный управляющий также просил привлечь ФИО7, ООО «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что обстоятельства, влекущие обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, возникли, начиная с 01.07.2023, поскольку именно после указанной даты у должник появились объективные признаки неплатежеспособности, о чем ФИО7, ООО «Объединение Урал» как руководителям должно было быть известно, вместе с тем, установленная Законом о банкротстве обязанность по своевременной подаче в суд заявления о признании ООО «Агрофирма «Никольское» несостоятельным (банкротом) ими исполнена не была.  

Рассмотрев требования конкурсного управляющего, суд первой  

инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям. Поскольку расчеты с кредиторами не завершены, производство по настоящему обособленному спору приостановлено.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены вынесенного судебного акта, в связи со следующим.  

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Применительно к рассматриваемому случаю, ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает ответственность контролировавших должника лиц (неподача заявления о признании должника банкротом; совершение действий, в результате чего был причинен существенный вред кредиторам должника) настоящий спор должен быть разрешен с применением положений главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, которая вступила в законную силу с 30.07.2017).  

Исходя из уточненного заявления (от 24.03.2025) следует, что в качестве одного из оснований для привлечения ФИО7, ООО «Объединение Урал» конкурсный управляющий указывал за неподачу заявления о признании должника банкротом.  

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в данной части, суд первой инстанции руководствовался следующим.  

На основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо  

бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закон о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.  

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из представленных в материалы обособленного спора документов, в соответствии с бухгалтерским  

балансом должника за 2022 сумма внеоборотных активов составляла 30 446 тыс. руб.; сумма оборотных активов - 78 437 тыс. руб., при этом, сумма краткосрочных обязательств - 35 319 тыс. руб.; сумма долгосрочных обязательств - 2 641 тыс. руб. Таким образом, в 2022 активы должника превышали его пассивы в 2,8 раза. Однако к маю 2023 года предприятие имело непогашенную задолженность в размере 30 658 203 руб. 21 коп. перед следующими лицами:  

СКПК «Уралецъ» 

Договор 

Определение о включении в РТК

Размер

Дата 

задолженности

просрочки 

Договор о линии займа от 

 2 238 081 руб. - 

12.01.2023 

18.01.2018 № 527/СКПК-ЧК 

основной долг 701

347, 14 руб. - 

проценты 

Договор о линии займа от 

 708 284 руб. - 

01.01.2023 

06.02.2020 № 620/СКПК-ЧК 

основной долг 259

467,19 руб. - 

проценты 

Договор о линии займа от 

 2 752 941,1 руб. - 

01.01.2023 

Определение Арбитражного 

18.03.2020 № 628/СКПК-ЧК 

основной долг 1 829 

суда Свердловской области от 

121,43 руб. - 

21.06.2024 по делу № А60- 

проценты 

23497/2024 

Договор о линии займа от 

 4 475 750 руб. - 

01.01.2023 

06.10.2020 № 653/СКПК-ЧК 

основной долг 

1 402 565,16 руб. -

проценты 

Договор о линии займа от 

 4 573 209 руб. - 

01.01.2023 

21.04.2021 № 682/СКПК-ЧК 

основной долг 1 372 

Договор о линии займа от 

12.02.2023 

 5 172 850,08 руб. -

16.05.2022 № 740/СКПК-ЧК 

основной долг 1 559 

ООО «Агросоюз» 

Договор поставки от 

 1 623 032,50 руб. 

30.01.2023 

Определение Арбитражного 

20.05.2020 № 08/05/20

08.02.2023 

суда Свердловской области от 

13.03.2023 

10.09.2024 по делу № А60- 

20.03.2023 

23497/2024 

16.02.2023 

ФИО2

 ольфович 

Договор займа от 20.01.2022  

1 330 000 руб. 

20.02.2023 

Договор займа от 30.09.2022  

232 000 руб. 

20.02.2023 

АО «ЭнергосбыТ Плюс» 

Договор энергоснабжения от 

 427 318,05 руб. 

30.04.2023 

Определение Арбитражного 

01.01.2018 № 151036

суда Свердловской области от 

29.11.2024 по делу № А60-

ИТОГО: 

30 658 203,21 руб. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что на конец мая 2023 года должник стал отвечать признакам неплатежеспособности. Указанные требования СКПК «Уралецъ», ООО «Агросоюз», АО «ЭнергосбыТ Плюс» впоследствии были включены в реестр требования кредиторов  

должника. Требования ФИО2 в размере 1562000 руб. по существу судом первой инстанции не рассмотрено.  

Исходя из п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в срок не позднее чем через месяц с даты возникновения обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Следовательно, заявление о признании должника банкротом должно было быть подано 01.07.2023, однако оно так и не было подано.  

Таким образом, суд первой инстанции правомерно установил основания для привлечения контролирующих должников лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника.  

В данной части возражений апелляционные жалобы не содержат. 

В качестве еще одного фактического основания требования для привлечения ответчиков ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий указал на совершение сделок, направленных на вывод активов предприятия в период его неплатежеспособности.  

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).  

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании: формально-юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания; фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.  

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается скрыть как таковую возможность оказания  

влияния на должника. При этом арбитражный управляющий и кредиторы имеют объективную сложность получения прямых доказательств фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания.  

В связи с этим подтверждение факта контроля над должником не всегда должно сопровождаться исключительно представлением прямых доказательств, в том числе исходящими от бенефициара документами, в которых содержатся явные указания, адресованные должнику и кредитору, относительно их деятельности.  

Также для устранения дисбаланса информационных возможностей между сторонами банкротного дела (что также направлено на обеспечение принципа равенства сторон) судебная практика выработала позицию, согласно которой если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.  

Более того, исходя ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В случае же непредставления стороной доказательств, необходимых для правильного рассмотрения дела, в том числе если предложение об их представлении было указано в определении суда, арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в материалах дела доказательствам с учетом установленного ч. 1 ст. 65 АПК РФ распределения бремени доказывания.  

Таким образом, наличие статуса контролирующего лица возможно доказать с помощью совокупности косвенных доказательств, при этом в случае убедительного обоснования утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего, бремя доказывания переходит на такое лицо. Важно, что привлекаемое лицо к субсидиарной ответственности несет риски пассивного введения дела, не представления доказательств и т.д.  

 Арбитражным судом Свердловской области по настоящему делу в рамках рассмотрения заявления арбитражного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности установлено следующее.  

Между ФИО2 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор от 21.12.2022, в соответствии с которым ФИО2 продал ФИО7 100 % доли в уставном капитале общества «Агрофирма «Никольское» по цене 15 000 000 руб. Соответствующие сведения 06.03.2023 внесены в ЕГРЮЛ.  

При этом как установлено судом, в частности в настоящем обособленном споре, а также в обособленном споре о признании сделок недействительными (определение арбитражного суда Свердловской области от 25.11.2024, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2025, постановление арбитражного суда Уральского округа от 05.08.2025) ФИО5 и ФИО6 осуществляли финансирование процедуры приобретения ФИО7 100% доли в уставном капитале общества «Агрофирма «Никольское». Начиная с 10.08.2023 управляющей организацией Должника является ООО «Объединение – Урал».  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении общества «Объединение - Урал» его участниками являются ФИО6, размер доли в уставном капитале общества которой составляет 50%, и ФИО7, с размером доли в уставном капитале общества 50%.  

Одновременно ФИО7 с 13.03.2023 является единственным участником должника и до августа 2023 года являлся его руководителем.  

ФИО5 и ФИО6 являются супругами, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.  

Также исходя из объяснений ФИО9 (бывший руководитель ООО «Объединение – Урал») следует, что управление должником осуществлялось непосредственно ФИО5, который отдавал указания ФИО9  

Данный факт подтверждается распоряжениями, которые были приобщены ФИО9 в материалы настоящего дела. Из указанных распоряжений следует, что ФИО5 разрабатывал траекторию будущего управления предприятия (распоряжение № 261 от 06.12.2023); ставил задачи своим подчиненным (распоряжения № 166 от 26.10.2023; № 171 от 29.10.2023; № 176 от 30.10.2023; № 165 от 26.10.2023 и т.д.); согласовывал порядок выполнения работ (распоряжение от 26.10.2023 № 166). При этом данные распоряжения касаются не только деятельности должника, а также ООО «Объединение Урал», ООО «Уктусский Молочный Завод».  

Помимо этого, в материалы дела были приобщены пояснения бывшего главного бухгалтера ФИО10 В данных пояснениях ФИО10 указывает следующее: «Фактически же после ухода ФИО2 я отчитывалась и получала задачи, в т.ч. по учетной политике в основном от ФИО7. Периодически на предприятии появлялся ФИО5. Ему я тоже отчитывалась, некоторые формы отчетности я ежемесячно делала для него. Во время его посещений ему отчитывался и получал от него указания ФИО7, в т. ч. по различным хозяйственным и юридическим вопросам».  

Касательно наличия у ФИО6 статуса контролирующего лица суд первый инстанции правомерно отметил следующее.  

Согласно выписки из ЕГРЮЛ учредителями ООО «Объединение Урал» являются ФИО7 и ФИО6; ФИО6 неоднократно оказывала  

финансовую помощь ФИО7 по приобретению доли в ООО «Агрофирме «Никольское»; ФИО5 и ФИО6 являются супругами.  

 Более того, как установлено судом в рамках настоящего дела о банкротстве, в пользу ФИО6 совершался ряд сделок по выводу имущества, а именно: между ФИО6 и ООО «Агрофирма «Никольское» 07.03.2023 был заключен договор аренды № 01/ЗУ; между ФИО6 и ООО «Агрофирма «Никольское» был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества с кадастровым номером 66:25:0000000:4262 от 16.10.2023; между ФИО6 и ООО «Агрофирма «Никольское» был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества с кадастровым номером 66:25:4401005:717 от 16.10.2023; переводы денежных средств ООО «Агрофирма «Никольское» на счет ФИО6 в размере 2 250 000 руб.  

Из указанных обстоятельств следует, что ФИО5 и ФИО6 имели возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.  

Соответственно, ФИО5 и ФИО6 являются контролирующими должника лицами.  

Таким образом, конкурсный управляющий и кредиторы предоставили убедительные доводы и доказательства о наличии статуса контролирующих лиц у ФИО5 и ФИО6, следовательно, бремя опровержения перешло на привлекаемое лицо.  

Следовательно, судом первой инстанции правомерно сделан вывод о том, что ФИО5 управлял всеми подконтрольными юридическими лицами посредством ФИО7 и ФИО6, чтобы избежать ответственности.  

Таким образом, ФИО5 и ФИО6 являются контролирующим должника лицом.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.  

При этом в силу Закона о банкротстве названные положения (подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если, заявление о признании сделки недействительной не подавалось.  

Т.е. по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки  

недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.  

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта совершения незаконных сделок, наступление в результате их совершения критического состояния в финансовом положении должника, неисполнение обязанности по передаче документов либо отсутствие в ней соответствующей информации, либо искажение указанной информации; размер причиненного вреда как соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой, текущей задолженности) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.  

Вышеуказанная норма специального закона об ответственности по денежным обязательствам должника полностью корреспондирует пункт 3 статьи 56 ГК РФ.  

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).  

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  

назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

В пункте 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

 Судом первой инстанции установлено, что ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Объединение Урал» предпринимали действия по выводу активов ООО «Агрофирма «Никольское».  

В частности, между ФИО6 и ООО «Агрофирма «Никольское» 07.03.2023 был заключен договор аренды № 01/ЗУ (признан мнимой сделкой решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.09.2024 по делу № А60-10138/2024);  

 между ФИО6 и ООО «Агрофирма «Никольское» был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества с кадастровым номером 66:25:0000000:4262 от 16.10.2023 (определение от 25.11.2024);  

 между ФИО6 и ООО «Агрофирма «Никольское» был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества с кадастровым номером 66:25:4401005:717 от 16.10.2023 (определение суда от 25.11.2024);  

 между ФИО5 и ООО «Агрофирма «Никольское» был заключен договор переуступки прав по договору земельного участка (определение от 25.11.2024 по настоящему делу).  

Также из материалов дела следует, что в период 19.06.2023 по 29.10.2023 ФИО7 осуществил реализацию основного актива должник – все поголовье скота, находящегося на балансе у ООО «Агрофирма «Никольское», которое также находилось в залоге у кредиторов ООО «Агрофирма  

«Никольское». Необходимо учитывать, что скот является основным активом для сельскохозяйственного предприятия. В случае недостаточности или отсутствия данного актива невозможно осуществлять какую-либо производственно-хозяйственную деятельность.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно установил, что ввиду действий контролирующих лиц, которые систематически заключали сделки по выводу имущества ООО «Агрофирма «Никольское», в том числе, по уменьшению поголовья крупного рогатого скота, невозможно полное погашение требований кредиторов ООО «Агрофирма «Никольское».  

Доказательств того, что совершенные должником спорные сделки не привели к отсутствию средств на счете организации, причинению значительного материального ущерба должнику, его кредиторам, апеллянтами не представлено.  

В данном случае невыплаченная должником впоследствии кредиторская задолженность могла быть погашена только лишь исключительно за счет сельскохозяйственной деятельности должника, при наличии поголовья крупного рогатого скота и имущества должника (земельных участков и нежилых помещений).  

Вопреки доводам заявителей жалобы материалами дела подтверждено, что ответчики выступали инвестором ФИО7 при покупке ООО «Агрофирма «Никольское», осуществляли платежи за покупку 100% долей в ООО «Агрофирма «Никольское» вместо ФИО7; из пояснений бухгалтера предприятия должника и директора ООО «Объединение Урал» ФИО9 следует, что управленческие решения принимал ФИО5 и ФИО7; ФИО5 разрабатывал траекторию будущего управления предприятия, ставил задачи своим подчиненным, согласовывал порядок выполнения работ, при этом данные распоряжения касались не только деятельности ООО «Агрофирма «Никольское», а также ООО «Объединение Урал», ООО «Уктусский Молочный Завод»; ФИО5 и ФИО6, которая имеет 50% доли в «Объединение Урал», являются супругами, что подтверждает их возможность влиять в управлении обществом должника; поскольку ФИО5 является фактическим руководителем, то именно с его согласия/распоряжения совершались ФИО7 и ФИО6 сделки, которые нанесли существенный вред имущественным интересам кредиторов.  

Таким образом, наличие у ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Объединение Урал» признаков контролирующих должника лиц установлено судом первой инстанции по правилам статьи 61.10 Закона о банкротстве и с учетом совокупности представленных в материалы дела доказательств, которые подтверждали, что данные лица фактически управляли ООО «Агрофирма «Никольское» в 2022-2023 годах, совместно контролировали его финансово-хозяйственную деятельность, принимали все значимые решения по операционной деятельности, включая совершение сделок, а также извлекали личную выгоду из незаконных действий и недобросовестного поведения.  

Заявители апелляционных жалоб, в свою очередь, данные обстоятельства  

не опровергли ни в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ни при подаче апелляционной жалобы, следовательно, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание обстоятельства, установленные в том числе в рамках рассмотрения обособленных споров о признании сделок должника недействительными (мнимыми), а именно: совершение данных сделок в период наличия у общества признаков объективного банкротства в отсутствие встречного предоставления в целях вывода активов должника, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО5, ФИО6, ФИО7, ООО «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.  

Данные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательства и не опровергнуты надлежащими и бесспорными доказательствами.  

В соответствии пунктом 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.  

В данном случае, вместо накопления конкурсной массы для наиболее справедливого пропорционального расчета со всеми кредиторами активы общества выводились из конкурсной массы в пользу иных лиц.  

При этом, следует учитывать, что несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией. Поэтому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счет имущества предприятия-банкрота находятся в зависимости со значительным количеством обстоятельств (объем имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и другие).  

Успешность хозяйственной деятельности юридического лица, его имущественный комплекс, размер впоследствии предъявленных к предприятию требований и, как правило, их количество, напрямую связано со своевременным, добросовестным, эффективным осуществлением руководителями юридического лица контроля за его деятельностью, предполагающей недопущение наступления экономического кризиса субъекта коммерческой деятельности (объективного банкротства).  

В ситуации наступления у предприятия банкротства в его экономическом смысле действия контролирующих лиц противопоставляются стандартам добросовестного поведения, заключающимся в должной степени осмотрительности руководителей и принятии ими управленческих решений,  

направленных на вывод предприятия из состояния дестабилизации хозяйственной деятельности, разновидностью которых также является решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статья 9 Закона о банкротстве).  

Когда осуществление контролирующими лицами управления не отвечают интересам подконтрольного им общества (статья 53 ГК РФ) либо преследует противоправные цели (статья 10 ГК РФ) на них могут быть возложены негативные последствия их деятельности, в том числе приведшие к несостоятельности подконтрольного им юридического лица (невозможность полного удовлетворения предъявленных требований) либо возникшие вследствие несвоевременного исполнения обязанности о подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд (статьи 10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе, недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе, принципу добросовестности.  

В рассматриваемом случае, исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности того, что поведение контролирующих лиц должника не соответствовали не только стандартам поведения руководителей коммерческих организаций в схожих условиях, но и стандартам поведения в гражданском обороте (статьи 53, 10 ГК РФ).  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии в данном случае оснований для привлечения ФИО6, ФИО5, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Объединение Урал» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11. Закона о банкротстве за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов.  

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в  

резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для  

привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами  

Поскольку действующее законодательство о банкротстве связывает размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника с размером непогашенных в результате конкурсного производства требований конкурсных кредиторов, при этом, установить размер субсидиарной ответственности в настоящее время не представляется возможным, суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 6l.16 Закона о банкротстве, верно приостановил рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.  

Таким образом, следует признать, что оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства права, сделанные в нем выводы - обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не основаны на представленных в материалы дела доказательствах, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.  

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены определения суда, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционных жалобах, не имеется.  

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на их заявителей.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 апреля 2025 года по делу № А60-23497/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Л.В. Саликова  

Судьи Т.В. Макаров 

 Т.Н. Устюгова  

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 16.07.2025 5:06:54

Кому выдана МАКАРОВ ТАРАС ВЛАДИМИРОВИЧ