РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-305341/23-189-2480

г. Москва

27 января 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 09 января 2025года

Полный текст решения изготовлен 27 января 2025 года

Арбитражный суд в составе:

Председательствующий: судья Ю.В. Литвиненко

при ведении протокола   судебного заседания секретарем  Д.Н. Комковым,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску

КОМИТЕТА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ (400066, ВОЛГОГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ, ВОЛГОГРАД ГОРОД, НОВОРОССИЙСКАЯ УЛИЦА, ДОМ 15, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 18.04.2005, ИНН: 

<

***>)

к International Commercial company KPI Limited (Международной коммерческой компании кпи лимитед) (103 Sham Peng Tong Plaza, Victoria, MAHE, Republic of Seychelles) (103 шам пэнг тонг плаза, Виктория, МАЭ, Республика Сейшельские острова)

о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности в размере 3 461 618,83 руб.,

При участии: согласно протоколу судебного заседания от 09 января 2025 года,

УСТАНОВИЛ:

КОМИТЕТ ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к International Commercial company KPI Limited (Международной коммерческой компании КПИ Лимитед) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НАДИР" (ИНН: 

<

***>) и взыскании денежных средств в размере 3 461 618,83 руб.

В судебное заседание не явились истец и ответчик, надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения судебного заседания в соответствии со ст. 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Дело рассмотрено в отсутствие истца и ответчика в порядке ст. 123, 156 АПК РФ.

Делая вывод о надлежащем извещении сторон о времени и месте проведения судебного заседания, суд также учитывает, что согласно ст. 4 Федерального закона от 17.07.1999 № 176-ФЗ «О почтовой связи» порядок оказания услуг почтовой связи регулируется правилами оказания услуг почтовой связи, утверждаемыми уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Особенности порядка оказания услуг почтовой связи в части доставки (вручения) судебных извещений устанавливаются правилами оказания услуг почтовой связи в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации.

В соответствии с п. 34 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных Приказом Минцифры России от 17.04.2023 N 382 "Об утверждении Правил оказания услуг почтовой связи" установлены: особенности доставки (вручения), хранения почтовых отправлений разряда «судебное», а именно: почтовые отправления федеральных судов и мировых судей субъектов Российской Федерации, содержащих вложения в виде судебных извещений (судебных повесток), копий судебных актов (в том числе определений, решений, постановлений судов), судебных дел (материалов), исполнительных документов) (далее - почтовые отправления разряда "судебное"), при невозможности их вручения адресатам (их уполномоченным представителям) хранятся в объектах почтовой связи места назначения в течение 7 календарных дней.

При исчислении срока хранения почтовых отправлений разряда "судебное" и разряда "административное" день поступления и возврата почтового отправления, а также нерабочие праздничные дни, установленные трудовым законодательством Российской Федерации, не учитываются.

Ранее действующая редакция Правил, а именно абз. 2 п. 34, устанавливала обязанность вручения почтовым органом, при неявке адресата за почтовым отправлением и почтовым переводом в течение 5 рабочих дней после доставки первичного извещения, вторичного извещения. Приказом Минкомсвязи России от 13.02.2018 № 61 был внесен ряд изменений в Правила, в том числе касающихся порядка вручения и доставки почтовой корреспонденции разряда «Судебное». В частности, в новой редакции Правил, действующих с 09.04.2018, также и в редакции правил действующих с 01.09.2023, исключен абз. 2 п. 34, устанавливающий обязанность вторичного вручения извещения о поступлении почтового перевода или почтового отправления. Суд отмечает, что определение о принятии искового заявления к производству было своевременно размещено в общем доступе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», тогда как положения ст. 123 АПК РФ не содержат исчерпывающего перечня документов, которые могли бы свидетельствовать о надлежащем уведомлении лица о времени и месте проведения судебного заседания, а напротив, позволяют при решении вопроса об осведомленности лица о начавшемся судебном процессе руководствоваться любыми доказательствами (ч. 1 ст. 123 АПК РФ).

Суд, рассмотрев исковые требования, исследовав и оценив, по правилам ст. 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, считает, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области (далее - Комитет, Облкомимущество) являлся арендодателем по заключенному с ООО «Зенит» договору аренды № 3269 от 19.09.2000 земельного участка с кадастровым номером 34:34:080070:23, площадью 12116,2 кв.м., расположенного по адресу: г. Волгоград, Красноармейский район, ул. Латвийской для строительства торгово - коммунального комплекса с гаражами Для легковых автомобилей.

На данном земельном участке находился объект незавершенного строительства с кадастровым номером 34:34:080070:742.

Согласно выписке из ЕГРП о переходе права собственности от 08.02.2018, собственником объекта незавершенного строительства с кадастровым номером 34/001/001/2015-3473, расположенного на вышеуказанном участке являлся ООО "НАДИР" в период с 06.10.2014 по 07.09.2015.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2016 по делу № А40-243244/15-150-2121 с ООО "НАДИР" в пользу Комитета взыскана задолженность за период с 06.10.2014 по 06.09.2015 по арендной плате в размере 3017821,44 руб., неустойка за период с 21.01.2016 по 16.05:2016 в размере 443797,39 руб.

01.09.2016 Арбитражным судом города Москвы по делу № А40-243244/15-150-2121 выдан исполнительный лист серия ФС № 015738570 о взыскании с ООО "НАДИР" в пользу Комитета арендной платы в размере 3017821,44 руб., неустойки в размере 443797,39 руб.

На основании указанного исполнительного листа отделом Судебных приставов по Центральному АО № 3 УФССП России по Москве возбуждено исполнительное производство № 105517/16/77055-ИП от 02.12.2016.

23.12.2017 исполнительное производство № 105517/16/77055-ИП службой судебных приставов  окончено в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с отсутствием имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ от 23.11.2023 Межрайонной инспекцией Федеральной Налоговой Службой по № 46 по г. Москве в отношении ООО "НАДИР" 30.12.2020 была внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица).

Учредителями ООО "НАДИР" являлись ООО «Инвестиционная группа «Финансовый Депозитарный Центр» (ИНН 

<

***>), доля в уставном капитале 99,98%) и Международная коммерческая компания КПИ Лимитед (доля в уставном капитале 0,02%). 

Вместе с тем,  деятельность ООО «Инвестиционная группа «Финансовый Депозитарный Центр» прекращена 04.09.2020  и данное юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ.

В связи с вышеизложенным истец обратился в арбитражный суд с иском о привлечении Международной коммерческой компании КПИ Лимитед к субсидиарной ответственности по обязательствам ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НАДИР" и взыскании денежных средств в размере 3 461 618,83 руб.

По мнению истца, ООО «Инвестиционная группа «Финансовый Депозитарный Центр» и Международная коммерческая компания КПИ Лимитед, являясь контролирующими лицами ООО "НАДИР", знали о наличии задолженности у общества перед истцом, вместе с тем, допустили ликвидацию общества, в связи с чем ответчик Международная коммерческая компания КПИ Лимитед, как единственное действующее юридическое лицо из двух участников ООО "НАДИР", должен быть привлечен к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО "НАДИР" перед Комитетом.

В обоснование истец ссылается на применение ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), положений п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Оказывая в удовлетворении исковых требований суд, суд исходил из следующего.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества регулируются Федеральным законом от 08.02.1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон 14-ФЗ).

В соответствии с п. 1 ст. 2, Обществом с ограниченной ответственностью (далее - общество) признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Согласно ст. 56 ГК РФ, юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ или другим законом.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве") предусмотрено, "Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ)".

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, от 21.05.2021 N 20-П, предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом, как отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", разъяснил, что в силу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Деятельность юридического лица прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", согласно которому юридическое лицо, которое в течение 12-ти месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо).

При наличии одновременно указанных в пункте 1 статьи 21.1 ФЗ от 08.08.2001 N 129-ФЗ признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо. Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 по делу N 306-ЭС19-18285 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах.

В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя, должен обосновать наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом. Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений и желания погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Таким образом, для привлечения единоличного исполнительного органа к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу ст. 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Порядок и основания привлечения единоличного исполнительною органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

Доказательства того, что Ответчиком с момента возникновения у общества задолженности до дня исключения ООО "НАДИР" из ЕГРЮЛ были совершены какие-либо действия и которые могли быть оценены как неразумные либо недобросовестные и повлекшие неисполнение обязательства в материалы дела Истцом не представлены.

В силу правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в определении N 307-ЭС20-180 от 25.08.2020, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве") следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров Истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине Ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий. Учитывая, что Истец, действуя разумно и добросовестно, самостоятельно мог обратиться в суд с заявлением о признании ООО "НАДИР" несостоятельным (банкротом), отсутствуют какие-либо основания для взыскания убытков с Ответчика ввиду их бездействия,

Ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторской задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали действия, заведомо ухудшающие финансовое положение общества.

Вместе с тем, как указано выше, сам факт непогашения данной задолженности не может являться достаточным основанием для привлечения Международной коммерческой компании КПИ Лимитед к субсидиарной ответственности, поскольку Истцом не было представлено в материалы дела доказательства, что неоплата обществом задолженности по судебному решению произошла в результате недобросовестных действий Ответчика.

В частности, довод истца о том, что согласно сведениям из ЕГРН объект незавершенного строительства с кадастровым номером 34:34:080070:742 был продан ООО "НАДИР" 07.09.2015 другому юридическому лицу, однако при наличии денежных средств от сделки купли-продажи недвижимости задолженность по арендной плате и неустойке перед Комитетом не была погашена Обществом, не может учитываться судом в данном случае, поскольку с учетом размера доли Международной коммерческой компании КПИ Лимитед (0,02% ) в уставном капитале ООО "НАДИР", Ответчик не мог оказывать влияние на принятие решений о совершении действий, направленных на растрату денежных средств и отчуждение имущества, с целью причинения вреда Истцу или обществу. Какие-либо иные доказательства или убедительные доводы в обоснование своей позиции о недобросовестности и неразумности поведения непосредственно ответчика Истцом не представлены.

Кроме того, суд также считает необходимым обратить внимание на следующее. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также учитывает, то, что поскольку рассматриваемый иск подан не при рассмотрении дела, например, в ситуации банкротства той или иной организации, то именно на истце лежит бремя стандартного доказывания обстоятельств, свидетельствующих о наличии совокупности условий, позволяющих требовать взыскание спорных денежных средств.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, в совокупности и взаимосвязи исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 15, 53.1, 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 3, 14, 32, 40, 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статей 21.1, 22 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пунктах 1 - 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из того, что наличие у ООО "НАДИР", впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ регистрирующим органом, непогашенной задолженности перед истцом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга, при этом материалами дела не подтверждено наличие со стороны ответчика недобросовестных и неразумных действий, приведших к тому, что судебный акт не был исполнен, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Кроме того, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из следующего.

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", в частности статьей 1 указанного закона, статья 3 Закона N 14-ФЗ дополнена пунктом 3.1 в следующей редакции: исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно статье 4 Федерального закона от 28.12.2012 N 488-ФЗ настоящий Федеральный закон вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу (статья 4 Закона от 28.12.2016 N 488-ФЗ).

Указанный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации - 29.12.2016, изменения в статью 3 Закона N 14-ФЗ, в части ее дополнения пункта 3.1, вступили в законную силу 28.06.2017.

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе от 28.12.2012 N 488-ФЗ отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые Закон N 14-ФЗ, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Указанная позиция о применении положений пункта 3.1. статьи 3 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к правоотношениям, существовавшим до момента вступления в законную этого положения, изложена также в Определении Верховного Суда РФ от 11.07.2019 № 305-ЭС19-9938 по делу № А40-204199/2018, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 04.04.2023 № Ф05-4842/2023 по делу А40-58274/2022.

Как следует из решения Арбитражного суда города Москвы от 21.07.2016 по делу № А40-243244/15-150-2121 с ООО "НАДИР" в пользу Комитета взыскана задолженность за период с 06.10.2014 по 06.09.2015 по арендной плате в размере 3017821,44 руб., неустойка за период с 21.01.2016 по 16.05:2016 в размере 443797,39 руб.

Согласно сведениям о юридическом лице из ЕГРЮЛ ООО "НАДИР" прекратило свою деятельность в качестве юридического лица 30.12.2020 на основании части 2 статьи 21.1 Закона N 129-ФЗ, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2207714206148.

Согласно п. 8 ст. 22 ФЗ-129 исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Таким образом, суд принимает во внимание, что вменяемые ответчику истцом недобросовестные или неразумные действия (бездействие), указываемые им в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность указанного лица по обязательствам общества, имели место до 28.06.2017, то есть до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, ввиду чего указанные положения не подлежат применению в данном случае, поскольку Федеральный закон от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" вступил в силу 28.06.2017 и в нем отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Закон N 14-ФЗ, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Дополнительно, суд отмечает, что истец не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента, а также не был лишен возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением ООО "НАДИР" из ЕГРЮЛ.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 4, 9, 65, 67, 69, 71, 102, 106, 110, 121, 123, 156, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья:

Ю.В. Литвиненко