ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-166599/2018

12 марта 2025 года

г. Санкт-Петербург

/ход.4

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  12 марта 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В., 

судей Морозовой Н.А., Радченко А.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевой Д.С., 

при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 08.10.2024), 

от конкурсного управляющего – представителя ФИО3 (доверенность от 17.10.2024), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО4 (регистрационный номер 13АП-39566/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.11.2024 по обособленному спору №А56-166599/2018/ход.4 (ФИО5), принятое по заявлению конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО6, ФИО1, ФИО7 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ижорские просторы»,

третьи лица: ООО «Страховая компания «Арсеналъ», Ассоциация арбитражных управляющих «Солидарность»,  Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу (Отдел по контролю (надзору) в сфере саморегулируемых организаций арбитражных управляющих), ООО «НАИ Бекар Девелопмент», 

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 31.01.2019 принято к производству заявление ФИО8 о признании ООО «Ижорские просторы» (далее - должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве  должника. 

Решением арбитражного суда от 26.08.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства с применением правил параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Определением арбитражного суда от 30.09.2022 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Определением арбитражного суда от 03.05.2024 арбитражный управляющий ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, в целях утверждения нового конкурсного управляющего суд перешел к методу случайного выборы саморегулируемой организации. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024 определение от 03.05.2024 отменено, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Конкурсный  управляющий ФИО9 в период осуществления полномочий обратился в арбитражный суд  с заявлением о взыскании солидарно с арбитражного управляющего ФИО7, ФИО1 и ФИО6 (далее - ответчики) убытков в размере 3 500 000 рублей.

К участию в рассмотрении спора привлечены ООО «Страховая компания «Арсеналъ», Ассоциация арбитражных управляющих «Солидарность» и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу (Отдел по контролю (надзору) в сфере саморегулируемых организаций арбитражных управляющих). 

Определением от 27.03.2024 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «НАИ Бекар Девелопмент».

Определением арбитражного суда от 01.11.2024 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, действующий конкурсный управляющий ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 01.11.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт о взыскании убытков с ФИО6, ФИО1, арбитражного управляющего ФИО7 солидарно в конкурсную массу ООО «Ижорские просторы» убытков  в размере 3 500 000 рублей.

Конкурсный управляющий обращает внимание, что надлежащего заявления о фальсификации доказательств (договора купли-продажи от 11.07.2017 и акта приема-передачи) ФИО7 не подавал, соответствующее заявление по правилам статьи 161 АПК РФ судом не рассматривалось, потому указанные доказательства должны были быть исследованы судом первой инстанции. Апеллянт настаивает на том, что право собственности ООО «Ижорские просторы» на газовую котельную возникло в связи с подписанием акта приема-передачи от 11.07.2017. Суд пришел к ошибочному выводу об отсутствии у должника убытков – факт утраты газовой котельной и есть ущерб, причиненный должнику действиями контролирующих лиц. То обстоятельство, что ФИО1 не была привлечена к субсидиарной ответственности, на возможность взыскания с нее убытков не влияет. Противоправность поведения ФИО6 заключается в том, что он принял газовую котельную, но не передал ее ФИО1 Суд первой инстанции не дал оценки доводам ФИО1 о том, что она не знала о подписании ФИО6 акта, но не отрицала осведомленность о факте нахождения газовой котельной у продавца, объясняя это отсутствием у должника места для ее хранения. Противоправность ее поведения заключается в том, что она не приняла мер по истребованию имущества у продавца и не сообщила арбитражному управляющему ФИО7 о соответствующем активе. Такие сведения были получены от участника строительства ФИО10 в возражениях на ходатайство о прекращении производства по делу (документы от 13.07.2022). Арбитражному управляющему ФИО7 стало известно о наличии у должника газовой котельной, но последний также не предпринял действий по ее возврату в конкурсную массу, не раскрыл информации о ней своему правопреемнику конкурсному управляющему ФИО9, не обратился с заявлением о взыскании убытков. Тот факт, что ФИО7 был освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей спустя 2 месяца после получения сведений об активе, не оправдывает его бездействия, поскольку арбитражный управляющий должен оперативно выполнять мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы. 

В отзыве ФИО7 возражает против отмены судебного акта, полагая его законным и обоснованным.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В настоящем судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО1 против их удовлетворения возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в  апелляционном   порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, требование о взыскании убытков предъявлено к следующим лицам:

 - ФИО6, исполнявшему обязанности генерального директора ООО «Ижорские просторы» в период с 09.03.2017 по 13.12.2018; 

- ФИО1, являющейся руководителем ООО «Ижорские просторы» в период с 14.12.2018 по 25.08.2019; 

- арбитражному управляющему ФИО7, осуществлявшему полномочия конкурсного управляющего ООО «Ижорские просторы» в период с 26.08.2019 по 21.09.2022.

Впоследствии ФИО7 сменил ФИО9, который является инициатором спора, а на смену ФИО9 пришел конкурсный управляющий ФИО4, который поддержал заявление о взыскании убытков с правопредшественников ФИО9

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что 11.07.2017 между ООО «Ижорские просторы» в лице генерального директора ФИО6 (покупатель) и ООО «НАИ Бекар Девелопмент» (продавец) заключен договор купли-продажи №1107-НАИ, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя модульную газовую котельную на базе оборудования фирмы «RENDAMAX BV», котлов R-3404 (далее - имущество, газовая котельная), а покупатель обязуется принять указанное имущество и уплатить за него цену в размере и в порядке, предусмотренным договором

Цена имущества составляет 3 500 000 рублей (пункт 3.1 договора).

Договором предусмотрена отсрочка платежа до 31.12.2017 включительно.

Согласно акту приема-передачи от 11.07.2017 газовая котельная передана продавцом покупателю, а последним - принята. 

Учитывая отсутствие в договоре купли-продажи от 11.07.2017 условий о сохранении права собственности за продавцом до полной оплаты газовой котельной, конкурсный управляющий в заявлении настаивал на том, что право собственности ООО «Ижорские просторы» на указанное имущество возникло 11.07.2017.

Несмотря на наличие в пункте 6.2 договора купли-продажи условия о праве залога продавца на газовую котельную до полной ее оплаты, конкурсный управляющий обратил внимание на то, что продавец не заявлял требований о включении в реестр кредиторов должника, в том числе обеспеченных залогом имущества. На этом основании управляющий отрицал позицию ФИО7 и ФИО1 о распределении выручки от реализации газовой котельной по пункту 1 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в связи с утратой как самой газовой котельной, так и отсутствием в реестре кредиторов должника включенных требований продавца ООО «НАИ Бекар Девелопмент» с установлением залогового статуса.

Как полагает управляющий, бездействие ФИО6 заключается в непередаче газовой котельной и акта приема-передачи от 11.07.2017 своему правопреемнику ФИО1, а бездействие ФИО1 выражается в непринятии мер, направленных на истребование газовой котельной у продавца (конкурсный управляющий ссылается на пояснения ФИО1 о том, что имущество находилось на хранении у продавца), что привело к утрате актива должника, в этой связи утрата имущества находится в прямой причинно-следственной в связи с образовавшимися на стороне конкурсной массы убытками в размере стоимости приобретения газовой котельной по договору купли-продажи в сумме 3 500 000 рублей.

При этом ФИО7 было известно об активе из возражений участника строительства ФИО10 (от 13.07.2022), но арбитражный управляющий не предпринял действий по розыску имущества, его возврату в конкурсную массу, предъявлению требований о взыскании убытков с ответственных лиц, а равно не сообщил о газовой котельной конкурсному управляющему ФИО9

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, руководствуясь статьями 15, 454, 575, 1064 и 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление №62), а также статьями 20.3, 20.4 Закона о банкротстве и разъяснениями в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление №35), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что право собственности должника на газовую котельную не возникло (оплата не производилась, имущество хранилось у продавца, а сам продавец требований к должнику об оплате не предъявлял). В связи с данным обстоятельством суд первой инстанции заключил, что на стороне должника не могло образоваться убытков. Ни один из ответчиков у себя имущество не удерживал. Доводы ФИО7 о пропуске срока исковой давности отклонены.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта.

Ключевым обстоятельством в настоящем споре является вопрос о том, является ли ООО «Ижорские просторы» собственником газовой котельной.

В материалы дела представлена копия договора купли-продажи от 11.07.2017 и акт приема-передачи имущества от той же даты, которые в установленном законом порядке сфальсифицированными не признаны, равно как и сама сделка не оспорена по признакам мнимости. 

Статьей 454 ГК РФ установлено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Право собственности на товар переходит к покупателю в момент передачи товара, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи  223 ГК РФ).

В договоре от 11.07.2017 отсутствуют какие-либо специальные указания на то, с какого момента переходит право собственности на товар, следовательно, действует общее правило.

Поскольку в материалы дела представлен акт приема-передачи газовой котельной от 11.07.2017, то именно с даты его подписания право собственности возникло у ООО «Ижорские просторы», вне зависимости от того, что товар остался на хранении у продавца (со слов ФИО1).

То обстоятельство, что по условиям договора предусмотрена отсрочка платежа до 31.12.2017, а реальной оплаты по договору так и не производилось (обратного не доказано), не имеет правового значения для определения даты перехода права собственности. Данный факт влияет лишь на перераспределение риска случайной гибели.

Из положений пункта 1 статьи 486 ГК РФ следует, что покупатель обязан оплатить полученные товары в срок, предусмотренный договором поставки либо установленный законом и иными правовыми актами, а при его отсутствии - непосредственно до или после получения товаров.

В случае, когда договором купли-продажи предусмотрена оплата товара через определенное время после его передачи покупателю (продажа товара в кредит), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором (пункт 1 статьи 488 ГК РФ).

Если покупатель своевременно не оплачивает переданный в соответствии с договором купли-продажи товар, продавец вправе потребовать оплаты товара (пункт 3 статьи 486 ГК РФ).

Пунктом 6.2 договора его участники согласовали, что с момента передачи оборудования покупателю и до его оплаты оборудование признается находящимся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем его обязанности по оплате оборудования.

Суд первой инстанции вслед за возражениями ФИО7 посчитал, что раз ООО «НАИ Бекар Девелопмент» с требованием к должнику об оплате товара не обращался, в реестр требований кредиторов не включался, в том числе как залоговый кредитор, оплаты не производилось, а договор купли-продажи является возмездной сделкой, то и права собственности не возникло.

Приведенные умозаключения ошибочны, поскольку право собственности с учетом вышеприведенных норм возникает в момент передачи товара. Не получивший оплату продавец может лишь требовать ее оплаты или возврата неоплаченных товаров (пункт 3 статьи 486 ГК РФ).

Право залога не тождественно праву собственности. Наличие в договоре условия о том, что газовая котельная находится в залоге у ООО «НАИ Бекар Девелопмент» до полной оплаты оборудования не опровергает право собственности ООО «Ижорские просторы» на имущество.

Кроме того, длительное бездействие со стороны продавца по вопросу истребования задолженности или возврату имущества в конечном итоге может привести к истечению сроков давности по требованию о принудительном исполнении встречного обязательства покупателя. 

Апелляционный суд отмечает, что ООО «НАИ Бекар Девелопмент» в своих пояснениях (л.д. 132-133) не отрицало заключение договора с должником, а лишь сообщило, что сотрудники продавца, отвечающие за исполнение названной сделки, больше не работают в организации, а первичная учетная документация за период до 01.01.2019 у ООО «НАИ Бекар Девелопмент» не сохранилась. Продавец также указал, что денежные средства на его расчетный счет не поступали.

Однако исполнение обязательств по оплате оборудования могло произойти не только путем расчетов через банк, но и иными способами: внесением денежных средств в кассу, зачетом встречных обязательств, предоставлением отступного и т.д. Непредъявление продавцом требований к должнику с 2017 года в сложившихся условиях может быть равным образом истолковано и как отсутствие обязательства вовсе (его погашение). 

Апелляционный суд в данном случае исходит из пояснений ФИО1 о том, что ООО «НАИ Бекар Девелопмент» (в настоящее время – ООО «Бекар Девелопмент») занималось комплексным сопровождением строительства ЖК «Ижора Сити» на основании заключенного с должником договора об осуществлении функций технического заказчика от 24.11.2015 №02/05-10/15-У. Поиск и привлечение лиц, желающих приобрести жилые помещения в данном комплексе, осуществляло ООО «Бекар. Коммерческая недвижимость» на основании подписанного с должником агентского договора от 24.11.2015 №1/11/2015. На технического заказчика возлагались функции застройщика: обязанность по осуществлению юридических и фактических действий, направленных на строительство и ввод объекта в эксплуатацию. Технический заказчик, в частности, должен был привлечь генерального подрядчика, осуществить строительный надзор, взаимодействовать с компетентными органами и т.д.

В сложившихся условиях у суда апелляционной инстанции имеются основания предполагать, что конкурсный управляющий может и не обладать доказательствами оплаты оборудования по причине непередачи ему всей финансово-бухгалтерской документации ООО «Ижорские просторы», учитывая главным образом и то, что даже о заключении спорного договора с ООО «НАИ Бекар Девелопмент» ему стало известно не в результате получения таких сведений и документов от руководства ООО «Ижорские просторы», а ввиду предъявления такого документа одним из участников строительства (ФИО10, которая в ином споре возражала против прекращения производства по делу о банкротстве по мотиву отсутствия у должника имущества).

Вопрос о том, состоялась ли оплата по договору и каким образом, предметом настоящего спора не является.

В любом случае ответчики, как и суд первой инстанции, ошибочно связывают возникновение права собственности на имущество с его оплатой, а также с тем условием, что газовая котельная физически во владение ООО «Ижорские просторы» не поступила (осталась у продавца, поскольку должник не мог ее хранить у себя).

Вне зависимости от того, состоялась оплата по договору или ее не было, с 11.07.2017 ООО «Ижорские просторы» в связи с подписанием акта приема-передачи стало собственником газовой котельной. Договор от 11.07.2017 не расторгнут и надлежащим образом не опорочен. Отсутствие в материалах дела подлинных документов не создает оснований для вывода о фальсификации копии, предъявленной ФИО10 

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Согласно части 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Из изложенного следует, что невозможность установления факта на основании копии документа обусловливается наличием совокупности следующих условий: утрата подлинника документа либо непредставление подлинника в суд; расхождение содержания копий этого документа, представленных участвующими в деле лицами; невозможность установления подлинного содержания первоисточника с помощью других доказательств. При этом для признания недостоверным факта, подтверждаемого копией документа, обязательна совокупность вышеперечисленных условий. Отсутствие хотя бы одного из условий устраняет действие данной нормы.

Поскольку иные копии договора купли-продажи от 11.07.2017 и акта к нему, отличающегося по своему содержанию от копии, предъявленной ФИО10, в материалы дела не представлены, ООО «НАИ Бекар Девелопмент» прямо не отрицает заключение договора с должником, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отклонения указанного доказательства в качестве надлежащего, достоверного, относимого и допустимого.

При таких обстоятельствах следует согласиться с конкурсным управляющим в том, что ООО «Ижорские просторы» имеет в собственности актив, который ни один из его руководителей ему не передал, не истребовал у продавца/хранителя или не провел надлежащих мероприятий по его истребованию, что причиняет ущерб имущественным интересам кредиторов в виде стоимости оборудования, не обнаруженного и фактически не переданного должнику до настоящего времени. 

Договор купли-продажи заключен от имени должника директором ФИО6, им же подписан акт приема-передачи имущества от 11.07.2017. То есть ФИО6 был достоверно осведомлен о том, что газовая котельная является собственностью ООО «Ижорские просторы».

ФИО1 в письменных пояснениях (л.д. 37 на обороте) не отрицает, что знала о газовой котельной, принадлежащей должнику, которая имелась в распоряжении технического заказчика и была предложена им для использования в строительстве объекта; у ООО «Ижорские просторы» не было своих площадей для хранения котельной, а также не было возможности сразу оплатить ее стоимость, потому она продолжала находиться у технического заказчика до момента завершения строительства и ее оплаты.

ФИО11 узнал о наличии газовой котельной из возражений ФИО10 по вопросу прекращения производства по делу о банкротстве, поступивших в суд 13.07.2022, то есть до его освобождения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Ни один из поименованных ответчиков не предпринял действий по истребованию имущества у продавца (владеющего не собственника) или выяснению его дальнейшей судьбы. Факт его реального поступления во владение и пользование ООО «Ижорские просторы» не доказан. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 этой статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено в том числе арбитражным управляющим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон №14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона №14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ  под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Бремя доказывания факта причинения убытков ООО «Ижорские просторы» действиями троих ответчиков, а также причинной связи между недобросовестным, неразумным их поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника, возложено на заявителя (в рассматриваемом случае - на конкурсного управляющего ФИО4).

По мнению ФИО1 и ФИО7 (ФИО6 от участия в споре отказался, правовых позиций не представлял, в заседание не являлся) наличие данной совокупности условий для взыскания с них убытков конкурсным управляющим не доказано.

Вместе с тем, на бывших руководителях ООО «Ижорские просторы», как лицах, осуществляющих распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит обязанность дать объяснения, оправдывающие их действия с экономической точки зрения.

В этой связи при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении руководителем экономических интересов юридического лица при указанных действиях (бездействии), следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как было указано выше, ФИО6 подписал договор и акт приема-передачи имущества, то есть знал о газовой котельной, поступившей в собственность ООО «Ижорские просторы», но каких-либо пояснений своему бездействию в виде неистребования имущества при наличии действующего договора купли-продажи не дал. Обстоятельств, касающихся расчетов по договору, не раскрыл.

ФИО1, утверждающая о том, что не знала о подписании ФИО6 акта приема-передачи, тем не менее, не отрицает свою осведомленность о том, что газовая котельная находилась у продавца. Судьбой данного имущества ФИО1 не озаботилась, своему правопреемнику  - арбитражному управляющему ФИО7 о данном имуществе не сообщила.

То обстоятельство, что в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности отказано, правового значения не имеет. Взыскание убытков в данном случае связано с иными основаниями для привлечения к ответственности.

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, конкурсный управляющий в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию конкурсного производства в отношении должника.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Согласно разъяснениям абзаца второго пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление №7) при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Причинно-следственная связь в данном деле состоит в том, что противоправные действия (бездействие) управляющего, а именно неисполнение обязанностей по защите имущества должника (абзац второй пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве), предшествуют вредным последствиям (непоступлению в конкурсную массу денежных средств) и непосредственно к нему приводят.

В абзаце восьмом пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве установлено, что конкурсный управляющий обязан предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

ФИО11, будучи конкурсным управляющим должника в период до 21.09.2022, также предпринял разумных и добросовестных действий, предписанных ему законом, по розыску актива, не передал сведений о нем своему правопреемнику ФИО9, не обратился в суд с заявлением о взыскании убытков с руководителей должника, вызванных утратой имущества.

Наступление на стороне должника убытков в виде утраты имущества (газовая котельная до настоящего времени не обнаружена, судьба ее неизвестна) находится в причинно-следственной связи с бездействием руководства должника, которые не проявили должной степени заботливости и осмотрительности при исполнении своих обязанностей.

При таком положении выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО6, ФИО1 и арбитражного управляющего ФИО7 к ответственности за убытки, причиненные ООО «Ижорские просторы», не могут быть признаны законными.

Судебный акт подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ. 

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.11.2024 по обособленному спору №А56-166599/2018/ход.4  отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявление конкурсного управляющего ООО «Ижорские просторы» ФИО4 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО6, ФИО1 и арбитражного управляющего ФИО7 солидарно в пользу ООО «Ижорские просторы» убытки в размере 3 500 000 рублей. 

Взыскать с ФИО6, ФИО1 и арбитражного управляющего ФИО7 в доход федерального бюджета солидарно 30 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Н.А. Морозова

 А.В. Радченко