ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-27811/2016

город Ростов-на-Дону

22 сентября 2022 года

15АП-8204/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 22 сентября 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего открытым акционерным обществом"Радуга" ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 10.01.2022;

от Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю, посредством системы веб-конференции ИС "Картотека арбитражных дел": представителя           ФИО4 по доверенности №23-24/17 от 20.01.2022;

от ФИО5, посредством системы веб-конференции ИС "Картотека арбитражных дел": представителя ФИО6 по доверенности от 28.01.2020;

от Ходячих Я.В., посредством системы веб-конференции ИС "Картотека арбитражных дел": представителя ФИО6 по доверенности от 18.12.2020;

от ФИО7, посредством системы веб-конференции ИС "Картотека арбитражных дел": представителя ФИО6 по доверенности от 01.02.2021;

от ФИО8, посредством системы веб-конференции ИС "Картотека арбитражных дел": представителя ФИО9 по доверенности от 31.01.2020;

от ФИО10: посредством системы веб-конференции ИС "Картотека арбитражных дел": представителя ФИО9 по доверенности от 24.01.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытым акционерным обществом "Радуга" ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2022 по делу № А32-27811/2016 по заявлению акционерного общества "Российский сельскохозяйственный банк" о привлечении контролирующих должника лиц ФИО11, ФИО5, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО10, ФИО15, ФИО7, ФИО8, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества "Радуга" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества "Радуга" в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление акционерного общества "Россельхозбанк" о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО18, ФИО8, ФИО7, ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО17, ФИО16, ФИО15, ФИО5, ФИО12, ФИО11, ФИО11 по неисполненным обязательствам ОАО "Радуга".

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО "Радуга" в Арбитражный суд Краснодарского края в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО "Радуга" поступило заявление АО "Россельхозбанк" о привлечении к субсидиарной ответственности ООО "Галс" (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) по неисполненным обязательствам ОАО "Радуга".

Определением суда от 03.12.2019 заявления АО "Россельхозбанк" (вх. 11.11.2019г., 02.12.2019г.) о привлечении ФИО18, ФИО8, ФИО7, ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО17, ФИО16, ФИО15, ФИО5, ФИО12, ФИО11, ФИО11, ООО "Галс" к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО "Радуга" были объедены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 11.05.2021 ФИО19 привлечена к участию в процессе в качестве соответчика в обособленном споре №10СО о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника.

Определением суда от 04.10.2021 произведена замена конкурсного кредитора АО "Россельхозбанк" в реестре требований кредиторов должника ОАО "Радуга" на процессуального правопреемника ФИО20 по всем требованиям первоначального кредитора.

В связи с этим, определением суда от 11.11.2021 ФИО20 был допущен к участию в настоящем обособленном споре №10СО как правопреемник заявителя - АО "Россельхозбанк".

Определением от 08.04.2022 суд отклонил заявление конкурсного кредитора о наложении судебного штрафа на конкурсного управляющего. В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности отказал.

Конкурсный управляющий открытого акционерного общества "Радуга" ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый. 

Конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе полагает необходимым привлечь ФИО18 к субсидиарной ответственности, поскольку ФИО18 как контролирующим должника лицом не исполнена обязанность по обращению в суд с заявление о несостоятельности (банкротстве) должника ОАО "Радуга". Конкурсный управляющий полагает, что о наличии признаков банкротства должника ФИО18 должен был узнать не позднее 31.12.2015 и обратиться в суд заявлением о банкротстве ОАО "Радуга" не позднее 01.02.2016. Конкурсный управляющий указывает, что ОАО "Радуга" по состоянию на 31.12.2015 обладало признаками неплатежеспособности, у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, что установлено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.03.2021 по делу № А32-27811/2016. В отношении привлечения к субсидиарной ответственности членов совета директоров должника конкурсный управляющий указывает, что совет директоров одобрил совершенные сделки, которые причинили существенный вред как интересам должника ОАО "Радуга", так и его кредиторам. Конкурсный управляющий также полагает, что к субсидиарной ответственности подлежат привлечению акционеры ОАО "Радуга", поскольку из годового отчета ОАО "Радуга" за 2016 год следует, что на собрании акционеров должника было одобрено заключение сделок, которые в дальнейшем привели к убыткам для должника в виде наращивания кредиторской задолженности. В части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11 конкурсный управляющий указывает на то, что судом первой инстанции не дана оценка материалам уголовного дела, в котором установлен и подтвержден факт непосредственного осуществления управления ФИО11 Группы компаний "Агра-Кубань", в том числе ОАО "Радуга". Конкурсный управляющий полагает, что на ФИО11, как и на других акционеров ОАО "Радуга" должна быть возложена субсидиарная ответственность за одобрение совершения сделок, которые причинили имущественный вред кредиторам должника и привели ОАО "Радуга" к состоянию банкротства. В отношении отказа в удовлетворении заявления о привлечении ООО "ГАЛС" к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий отмечает, что ООО "ГАЛС" является контролирующим ОАО "Радуга" лицом, поскольку извлекло существенную выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону. Факт заинтересованности ОАО "Радуга" и ООО "Галс" установлен вступившими в законную силу судебными актами. Конкурсный управляющий полагает, что заключение сделок с ООО "ГАЛС" причинили существенный вред имущественным правам кредиторов должника. 

В судебном заседании представители поддержали свои правовые позиции по обстоятельствам рассматриваемого спора.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 АПК РФ, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов и письменных пояснений, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2017 в отношении должника ОАО "Радуга" введена процедура наблюдения, утвержден временным управляющим ФИО21.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.08.2018 в отношении ОАО "Радуга" введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО21.

Постановлением Пятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 09.10.2018 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 09.08.2018 отменено. ОАО "Радуга" признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО21.

Сообщение о введении процедуры опубликовано на сайте газеты "Коммерсантъ" Объявление № 61030403728 122№188(6426) от 13.10.2018, в ЕФРСБ №3183219 от 02.11.2018.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 названного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 названного Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Конкурсным кредитором АО "Россельхозбанк" заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО18, являвшегося генеральным директором ОАО "Радуга" с 20.10.2009 г., что подтверждается сведениями из БД "Спарк".

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено данным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пунктами 2 и 4 данной статьи установлены признаки и презумпции, в силу которых лицо может быть признано контролирующим.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что ФИО18 являлся контролирующим должника лицом в соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

В соответствии с приговором Новопокровского районного суда от 21.09.2019 г. по делу № 1-111/2019, ФИО18 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.199.2 УК РФ (Сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов, сборов, страховых взносов в крупном размере).

Приговором установлено, что ФИО18 в период с 25.08.2017 по 01.09.2018 г. направил в адрес контрагентов ОАО "Радуга" - ООО "Растма", ООО "ТД "Олинский" распорядительные письма о перечислении денежных средств за поставленные товары в адрес ООО "Галс", с которым были заключены договоры займа. В соответствии с указанными письмами в адрес ООО "Галс" были перечислены денежные средства в размере 121 058 164,40 рублей.

По мнению конкурсного кредитора, ФИО18 понимая, что в отношении ОАО "Радуга" ведется наблюдение, направил денежные средства на преимущественное погашение требований одного из кредиторов, чем причинил вред интересам иных кредиторов должника.

В соответствии со ст. 9 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) (в ред. от 28.04.2009 г.)" руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

Неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

момент возникновения данного условия;

факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из Выписки из кредитного заключения АО "Россельхозбанк" в отношении ОАО Радуга, по состоянию на 12.03.2015 г. финансовое положение ОАО "Радуга" было оценено как "плохое". Должник имел отрицательную величину чистых активов, текущие картотеки просроченных неоплаченных расчетных документов на расчетных счетах и т.д.

Таким образом, разумный добросовестный руководитель обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве не позднее 13.04.2015 г., что сделано не было.

Определением от 16.08.2016 г. Арбитражным судом Краснодарского края было принято заявление ИП ФИО22 о банкротстве ОАО "Радуга".

В период между 13.04.2015 г. и 16.08.2016 г. у ОАО "Радуга" возникли следующие обязательства:

№ п/п

Наименование кредитора

Дата договора

Размер обязательств, включенных в РТК

(руб.)

 

ООО "Галс"

Договор поручительства б/н от 11.07.2016 г., Договор поручительства б/н от 04.04.2016 г.

373 240 943, 92

 

договор    купли-продажи    ТМЦ    б/н    от 12.04.2016

19 166 606,49

 

Договор поставки № 04 А/С от 11.01.2016

39 505 180,92

 

ООО

"АграКубань"

Договор поручительства б/н от 11.07.2016 г., Договор поручительства б/н от 04.04.2016 г.

373 240 943, 92

 

АКБ

Центрокредит

Договор     поручительства     ДСК/525     от 30.04.2015

324683881, 94

 

ООО

"Агросервис"

Услуги   по   уборке   урожая   2016г.    от 20.06.2016г

3 990 688,00

 

Итого:

1 133 828 245,19

Таким образом, размер обязательств должника, возникших вследствие неподачи директором заявления о банкротстве, составил 1 133 828 245,19 рублей.

Более того, постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2019 г. по делу № А32-14248/2016 установлено, что в материалы дела в качестве доказательств наличия задолженности по договору займа от 20.06.2014 № 06/20 истцом представлены платежные поручения за период с 26.06.2014 г по 01.09.2014 г. с назначением платежа: "Оплата за пшеницу 4 класса урожая 2014 г. по Договору №062014/01 от 18.06.2014".

Письмом (Исх. № 75/1 от 01.09.2014 г.) ООО "Галс" изменило назначение платежа на "Перечисление займа согласно Договору №06/20 от 20.06.2014 г. денежного займа с процентами".

В рамках дела о банкротстве ОАО "Радуга" были рассмотрены требования "АКБ "Центрокредит" о включении в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.10.2018 по делу № А32-27811/2016 суд установил, что "средства по кредитному договору были использованы на приобретение пшеницы 4 класса (ГОСТ Р 52554-2006) на основании Договора поставки сельскохозяйственной продукции (пшеница 4 класса урожая 20 года) № 062014/01 от 18.06.2014 (договор поставки), заключенного между заемщиком и ОАО "Радуга" (поставщик). Сроки поставки, порядок поставки и условия оплаты определялись в Спецификациях к договору (все документы, подтверждающие целевое использование по каждому Распоряжению находятся в кредитном досье, могут быть предоставлены в материалы дела при необходимости).

Согласно предоставленным спецификациям и товарным накладным поставщик (ОАО "Радуга") отгрузил заемщику (ООО "Галс") пшеницу в количестве 42 424,242 тонн на общую сумму 350 000 000 руб. по адресу: 353000, 

<

...> Центральный ток.

Согласно предоставленной заемщиком оборотно-сальдовой ведомости по сч. 41.01 за август 2014 поступившая пшеница была отражена в полном объеме".

Таким образом, денежные средства ООО "Галс" были оплачены по договору № 062014/01 от 18.06.2014 г., встречное предоставление по указанному договору от                ОАО "Радуга" было получено в полном объеме, о чем свидетельствуют первичные документы.

Данный вывод подтверждается определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.10.2018 по делу №А32-27811/2016, а также материалами, представленными           АО "АКБ "Центрокредит" при рассмотрении указанного обособленного спора.

ООО "Галс", действуя намеренно, с целью получения выгоды от недобросовестного поведения, получив в полном объеме встречное предоставление по договору поставки № 062014/01 от 18.06.2014 в виде пшеницы 4 класса, направило в адрес ОАО "Радуга" письмо об изменении назначения платежа.

Таким образом, ООО "Галс" и ОАО "Радуга" действовали недобросовестно, манипулируя назначением платежа, создали обязательство на сумму 350 000 000,00 рублей, которое частично было погашено векселями, полученными по продажи земельного участка ООО "Альтернатива".

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266-ФЗ), Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Такое толкование соответствует подходу ВАС РФ, изложенному в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Таким образом, заявления о привлечении к субсидиарной ответственности рассматриваются исходя из процессуальных норм в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, основания ответственности (материально-правовые нормы) применяются те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

Ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный кредитор связывает ответственность контролирующего должника лица, спор должен быть разрешен с применением статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в части применения норм материального права).

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО18, АО "Россельхозбанк" указывает на то, что согласно Выписке из кредитного заключения в отношении ОАО Радуга, по состоянию на 12.03.2015 г. финансовое положение ОАО "Радуга" было оценено как "плохое". Должник имел отрицательную величину чистых активов, текущие картотеки просроченных неоплаченных расчетных документов на расчетных счетах и т.д. в связи с чем, руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве не позднее 13.04.2015 г.

Как следует из материалов дела, ФИО18 являлся руководителем ОАО "Радуга" с 20.10.2009 по дату введения процедуры конкурсного производства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент неисполнения обязанности по подаче заявления), нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции установил, что правовых оснований для привлечения ФИО18 к субсидиарной ответственности по его обязательствам за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, не имеется.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53) содержатся разъяснения о том, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Каждый участник гражданского оборота, заключающий сделки с определенным юридическим лицом, имеет намерение получить соответствующий результат, что возможно лишь при платежеспособности этого юридического лица. Исчерпывающей информацией о финансовом (имущественном) положении юридического лица обладает его руководитель как единоличный исполнительный орган. Он же должен действовать разумно и добросовестно, в том числе в отношении контрагентов должника.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016)).

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы. Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

В действовавшем ранее пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, заявитель, требующий привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, должен сослаться на период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника и представить доказательства, подтверждающие соответствующие обстоятельства. Суд рассматривает требования исходя из сформулированных оснований и предмета заявления.

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 АПК РФ должно было доказать, что предъявленная к взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее чем через месяц с даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два - семь пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

Соответственно, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Заявитель, обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, обязан указать, с какой даты возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Как следует из заявления конкурсного кредитора, контролирующий должника лицо не позднее 13.04.2015 (указано в заявлении), обязаны были обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности. Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные документы, в том числе бухгалтерскую отчетность должника, пришел к выводу о том, что только после формирования бухгалтерской отчетности за весь 2016 год, руководитель должника мог с полной очевидностью установить, что кредиторская задолженность превысила стоимость активов, и должник стал обладать признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем признал доводы кредитора необоснованными.

Порядок составления бухгалтерской отчетности регулируется Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон № 402-ФЗ). Как следует из положений статьи 13 Закона № 402-ФЗ, действующим законодательством предусмотрено составление годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности, промежуточной бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Годовая бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется за отчетный год. Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется экономическим субъектом в случаях, когда законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета, договорами, учредительными документами экономического субъекта, решениями собственника экономического субъекта установлена обязанность ее представления.

Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется за отчетный период менее отчетного года. В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Закона № 402-ФЗ отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица.

Судом первой инстанции учтено, что обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности за 2016 год установлена до 01.04.2017, то только после этой даты, в течение месяца, у должника в силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве возникла обязанность по подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом).

Как следует из материалов дела, должник являлся сельхозпроизводителем, деятельность которого носит явно выраженный сезонный характер.

Сезонный характер деятельности должника в данной ситуации характеризуется тем, что текущая кредиторская задолженность перед поставщиками сочетается с наличием дебиторской задолженности покупателей, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Следовательно, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Наличие у организации кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилого фонда.

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов.

Судом первой инстанции отмечено, что заявитель, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, не привел доказательств того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о банкротстве задолженность перед кредиторами была бы погашена.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Наличие лишь факта не обращения ответчика в арбитражный суд в определенный период с заявлением о признании должника банкротом не свидетельствует о том, что данные действия повлекли неплатежеспособность общества, установление задолженности само по себе не свидетельствует о совершении руководителем должника виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При этом само по себе наличие кредиторской задолженности не может являться основанием для вывода о возникновении обязанности по подаче заявления.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (Определение Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670(3), А12-18544/2015).

Доказательств того, что наступил критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по состоянию на вменяемые конкурсным кредитором даты не представлено.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53)).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции не установил правовых оснований для привлечения ФИО18 к субсидиарной ответственности по его обязательствам за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО18. 

Конкурсный управляющий ФИО2 в своей апелляционной жалобе приводит доводы о том, что ФИО18 должен был узнать о наличии признаков банкротства ОАО "Радуга" не позднее 31.12.2015 и обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ОАО "Радуга" не позднее 01.02.2016, поскольку по состоянию на 31.12.2015 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, что установлено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.03.2021 по делу № А32-27811/2016. 

Суд апелляционной инстанции отклоняет данные доводы конкурсного управляющего по причине отсутствия доказательств того, что размер кредиторской задолженности общества на указанный период значительно превышал стоимость его реальных активов. Возникновение у общества задолженности перед кредиторами и подтверждение ее наличия судебным актом, с чем заявитель связывает возникновение у ФИО18 обязанности обратиться с заявлением должника, не свидетельствует о том, что должник стал отвечать признакам объективного банкротства.

Доводы конкурсного управляющего в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО18 подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как направленные на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу.

Конкурсным кредитором АО "Россельхозбанк" также заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности членов совета директоров ОАО "Радуга", а именно ФИО8, ФИО7, ФИО10, ФИО13, ФИО14, являющихся контролирующими должника лицами в соответствии с пп.2 п.4 ст. 61.10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим также подержано данное требование кредитора. 

В соответствии с Уставом ОАО "Радуга" (ред. от 19.05.2014 г.) к компетенции членов совета директоров относится:

14.2.1 утверждение стратегии развития общества, в том числе приоритетных направлений деятельности;

14.2.5предварительное утверждение годовых отчетов общества;

14.2.6избрание единоличного исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий

14.2.26 принятие во всякое время решения о проверке финансово-хозяйственной деятельности общества;

14.2.31предварительное одобрение сделок, связанных с реализацией основныхсредств Общества остаточной стоимостью свыше 100 000 рублей;

14.2.32предварительное одобрение сделок, связанных с приобретением,отчуждением и возможностью отчуждения, передачей в аренду (независимо от срокааренды), безвозмездное пользование недвижимого имущества общества;

14.2.33предварительное одобрение сделок, сумма которых превышает 200 000 руб.;

14.2.38предварительное согласование утверждения штатного расписания иорганизационной структуры управления общества;

14.2.39утверждение Бюджета общества и Отчетов об исполнении Бюджета;

14.2.40 предварительное согласование назначения на должности, а также увольнения лиц с указанных должностей: заместителей Генерального директора, главного бухгалтера, главного инженера, руководителей структурных подразделений в соответствии с утвержденной организационной структурой управления общества;

При этом вопросы, отнесенные к компетенции Совета директоров общества, не могут быть переданы на решение исполнительному органу общества (п.14.3 Устава).

Совет директоров фактически являлся органом оперативного руководства деятельностью общества, поскольку полномочия генерального директора серьезно ограничены положениями Устава.

В частности, без одобрения совета директоров Генеральный директор не вправе был заключать сделки, формировать бюджет, утверждать штатное расписание и т.д.

С учетом права о проверке финансово-хозяйственной деятельности общества, и обязанности предварительно утверждать годовые отчеты Общества, презюмируется, что Совет Директоров обязан непрерывно получать информацию о финансово-хозяйственной деятельности общества и Генерального директора и на основании этой информации контролировать деятельность Генерального директора и при выявлении нарушений с его стороны (совершение сделок без одобрения совета директоров и т.д.) принимать соответствующие меры.

Как следует из Выписки из кредитного заключения АО "Россельхозбанк" в отношении ОАО Радуга, по состоянию на 12.03.2015 г. финансовое положение ОАО "Радуга" было оценено как "плохое".

Согласно протоколу № 57 заседания совета Директоров ОАО "Радуга" от 10.04.2015 г., советом директоров было одобрено совершение сделки купли-продажи земельных участков площадью 3870,0988 га. Стоимость составляет 243 816 224,40 рублей.

30.04.2015 г. между ОАО "Радуга" и ООО "Альтернатива" был заключен предварительный договор купли-продажи.

После заключения основного договора купли-продажи от ООО "Альтернатива" в ОАО "Радуга" были переданы векселя на общую сумму 243 816 224,40 рублей. Указанные векселя были переданы Должником ООО "Галс" в целях погашения задолженности по договору займа.

Между ООО "Альтернатива" и ОАО "Радуга" был заключен договор аренды указанных участков № 11/02 от 02.11.2015. Стоимость аренды на срок до 31.08.2018 г. составила 65 035 473 рубля.

По мнению конкурсного кредитора, в результате взаимосвязанных сделок из владения должника выбыло 7 земельных участков, которыми должник продолжал пользоваться на основании договора аренды, при этом значительно уменьшился объем собственного имущества и одновременно увеличился размер задолженности перед            ООО "Альтернатива" по договору аренды.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.11.2018 г. по делу № А32-39121/2018 с ОАО "Радуга" в пользу ООО "Альтернатива" было взыскано 63 935 473,00 рублей, неустойка в сумме 2 668 591,28 рублей, а также 200 000,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины. Указанные обязательства относятся к категории текущих платежей.

Таким образом, по мнению конкурсного кредитора, вышеуказанная сделка, одобренная советом директоров, не только не принесла обществу выгоду, но и привела к возникновению убытков, поскольку была заключена в условиях неплатежеспособности, чем члены совета директоров не могли не знать.

Вместе с тем, суд первой инстанции указанные обстоятельства конкурсного кредитора отклонил как документально не подтвержденные. 

В частности, не представлено доказательств того, что именно принятые советом директоров решения привели к банкротству ОАО "Радуга", как не представлены доказательства, свидетельствующие о взаимосвязи образования кредиторской задолженности предприятия с действиями (бездействиями) членов совета директоров.

Доводы конкурсного кредитора о том, что с одобрения ответчиков совершены сделки по продаже имущества должника, что в свою очередь привело к банкротству предприятия, отклонены судом, поскольку носят предположительный характер и не подтверждены материалами дела. Само по себе заключение сделок в пользу заинтересованных лиц не подтверждает уменьшение имущества должника или увеличение размера имущественных требований. Помимо этого сделки не оспорены и не признаны недействительными в установленном законом порядке (как по корпоративным основаниям - по мотиву совершения в пользу заинтересованного лица, так и специальным банкротным - по мотиву совершения по заведомо нерыночным ценам, в целях исключения из конкурсной массы ликвидного имущества и причинения вреда имущественным правам кредиторов).

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий также настаивает на том, что советом директоров была одобрена сделка продажи ликвидных активов ООО "Радуга", необходимых должнику для осуществления своей основной хозяйственной деятельности по выращиванию сельскохозяйственной продукции. Конкурсный управляющий полагает, что денежные средства, полученные от реализации основного актива ОАО "Радуга", были направлены не на погашение задолженности должника перед независимыми кредиторами, а во исполнение договора займа № 06/20 от 20.06.2014, заключенного с ООО "ГАЛС", признанного судом мнимой сделкой. 

Признавая доводы апелляционной жалобы несостоятельными, судебная коллегия исходит из следующего. 

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006 указано, что процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное положение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7)). Несмотря на это необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала). При этом очевидно, что распределение прибыли таким основанием не является, поскольку прибыли не могло быть в условиях непогашения кредитору долга с наступившим сроком исполнения.

Из содержания жалобы следует, что основанием для привлечения членов совета директоров АО "Радуга" является непринятие ими мер по прекращению негативного влияния директора должника на финансовое состояние последнего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В целях привлечения лица к ответственности по основаниям, установленным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо наличие совокупности нескольких обстоятельств: привлекаемое лицо должно быть признано контролирующим лицом должника в соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ); должен быть причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, должна быть доказана не только вина указанного лица, но и причинно-следственная связь между его действиями и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Следовательно, само по себе членство в совете директоров должника не может быть основанием привлечения их к субсидиарной ответственности как лица, контролирующего должника.

В соответствии с положениям гражданского и банкротного законодательства (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах").

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723(2,3) по делу А56-26451/2016 указано, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3)ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальнымвыгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее -критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления N 53).

Верховный Суд указал, что относительно критерия N 3 судам необходимо было учесть следующее. Ответчики являлись членами совета директоров должника. Статус члена совета директоров для целей привлечения лица к субсидиарной ответственности предполагает наличие возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника. В то же время одобрение одним из членов совета директоров (либо иного коллегиального органа) существенно убыточной сделки само по себе не является достаточным для констатации его вины в невозможности погашения требований кредиторов и привлечения его к субсидиарной ответственности. К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления N 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. В связи с этим надлежало также определить степень вовлеченности каждого из ответчиков в процесс вывода спорного актива должника и их осведомленности о причинении данными действиями значительного вреда его кредиторам.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.06.2020 N Ф08-3280/2020 по делу N А20-3206/2015 указано, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц, исходя из положений, закрепленных в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, зависит, прежде всего, не от убытков, а от установления фактов, связанных с их виновными действиями, повлекшими несостоятельность (банкротство) должника. Следовательно, в рассматриваемом случае лицо, заявляющее требование о привлечении к ответственности должно доказать, что своими действиями руководитель должника довел его до банкротства.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе не приводит доказательств указанных обстоятельств в отношении совета директоров. Отсутствуют в деле также необходимые доказательства, свидетельствующие о том, что должник признан несостоятельным (банкротом) именно вследствие действий, либо бездействий ответчиков; не представлены сведения о том, когда возникли признаки неплатежеспособности должника; анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, проведенной в ходе процедуры банкротства, не содержит вышеуказанных сведений; не представлен анализ сделок должника через призму ответственности ответчиков.

Как установлено судом первой инстанции в материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно принятые советом директоров решения привели к банкротству ОАО "Радуга", как не представлены доказательства, свидетельствующие о взаимосвязи образования кредиторской задолженности предприятия с действиями (бездействиями) членов совета директоров.

Доводы конкурсного управляющего в апелляционной жалобе о том, что с одобрения ответчиков совершены сделки по продаже имущества должника, что в свою очередь привело к банкротству предприятия, подлежат отклонению судебной коллегией как документально неподтвержденные. 

Само по себе заключение сделок в пользу заинтересованных лиц не подтверждает уменьшение имущества должника или увеличение размера имущественных требований.

Помимо этого сделки не оспорены и не признаны недействительными в установленном законом порядке (как по корпоративным основаниям - по мотиву совершения в пользу заинтересованного лица, так и специальным банкротным - по мотиву совершения по заведомо нерыночным ценам, в целях исключения из конкурсной массы ликвидного имущества и причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.11.2018, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2019, постановлением арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.08.2019 и определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 по делу № А32-27811/2016 отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным договора купли-продажи земельных участков от 14.05.2015, заключенного между должником и ООО "Альтернатива".

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что оснований для признания сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется, поскольку заявителем не представлено убедительных доказательств причинения вреда кредиторам должника, безвозмездного или неравноценного встречного исполнения договора, а также недобросовестности в действиях сторон сделки и их аффилированности. Установив, что должник и заявитель являются заинтересованными лицами, суды констатировали, что оспаривая вышеуказанный договор, общество "АграКубань" фактически пытается пересмотреть собственные управленческие решения, не раскрывая при этом свои истинные цели и намерения. Разрешая спор, суды учитывали разъяснения, данные в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63.

Суды также не нашли явных признаков неплатежеспособности ОАО "Радуга" на дату заключения оспариваемой сделки. По итогам 2015 года финансовый результат деятельности ОАО "Радуга" составил 228 852 тыс. руб. прибыли. Выручка от реализации сельскохозяйственной продукции составила 829 629 тыс. руб. (241 486 тыс. руб. в 2014), в 2015 году показатель рентабельности вырос и составляет 115,6 %; прибыль от продаж в 2015 году составила 345 304 тыс. руб. В картотеке "Коммерсантъ" отражено превышение балансовой стоимости активов должника (912 875 тыс. рублей) над его обязательствами (907 594 тыс. рублей).

Суд апелляционной инстанции, отказывая в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности членов совета директоров ОАО "Радуга", а именно ФИО8, ФИО7, ФИО10, ФИО13, ФИО14, также принимает во внимание следующее.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него самой возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Таким образом, статус члена совета директоров в отрыве от конкретных полномочий сам по себе не свидетельствует о наличии у него признаков контролирующего должника лица, и как следствие не является безусловным доказательством возможности его привлечения к субсидиарной ответственности только в силу указанного статуса.

Указанный вывод следует, в том числе, из Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2022 N 305-ЭС18-20160(7-15) по делу N А40-251578/2016.

Между тем, из подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Для установления признаков контролирующих должника лица необходимо исследовать те полномочия, которыми наделен член совета директоров.

Доказательств наличия у членов совета директоров должника указанных выше или иных, предусмотренных частью 31 статьи 2 Закона о банкротстве, оснований влияния на должника: право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, либо иным образом определять действия должника, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника, не предоставлено.

Однако таких доказательств в материалах дела не содержится.

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия полномочий совета директоров на принятие решений об одобрении сделок, приведенных как в заявлении банка, так и в апелляционной жалобе конкурсного управляющего. 

В соответствии со ст. 66 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества избираются общим собранием акционеров в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом и уставом общества, на срок до следующего годового общего собрания акционеров. Если годовое общее собрание акционеров не было проведено в сроки, установленные пунктом 1 статьи 47 настоящего Федерального закона, полномочия совета директоров (наблюдательного совета) общества прекращаются, за исключением полномочий по подготовке, созыву и проведению годового общего собрания акционеров.

В Определении Конституционного Суда РФ от 06.06.2016 N 1169-О указано, что в соответствии с Федеральным законом "Об акционерных обществах" члены совета директоров и ревизионной комиссии избираются общим собранием акционеров (пункт 1 статьи 66 и пункт 1 статьи 85). Статус члена совета директоров предполагает возникновение у гражданина как прав, так и обязанностей, а также возможность привлечения его к ответственности за убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием), согласно статье 71 указанного Федерального закона. В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации таким основанием возникновения гражданских прав и обязанностей в случаях, установленных законом, являются и решения собраний (подпункт 1.1 пункта 1 статьи 8); при этом решение собраний может порождать правовые последствия не только для лиц, имевших право участвовать в собрании, но и для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений (пункт 2 статьи 181.1).

Между тем граждане приобретают гражданские права своей волей и в своем интересе (пункт 2 статьи 1 ГК Российской Федерации). Соответственно, для приобретения статуса члена совета директоров или члена ревизионной комиссии требуется выражение согласия избираемого лица.

Соответственно, в предмет доказывания по настоящему спору входит выяснение полномочий лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

При отсутствии в материалах дела заявлений членов совета директоров                  ОАО "Радуга", решений собраний акционеров об избрании членов совета директоров общества с доказательствами соблюдения порядка созыва, проведения собраний акционеров в установленном порядке, данные обстоятельства не могут считаться доказанными в судебном заседании, что влечет за собой отказ в удовлетворении требований заявителя.

Из устава ОАО "Радуга" (п. 14.22.3) следует, что в круг вопросов, по которым принимается решение советом директоров входит одобрение крупной сделки, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет от 25 % до 50% балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Однако конкурсным управляющим не проведен анализ процентного отношения стоимости имущества, которое было объектом принятия решения собраниями совета директоров, к балансовой стоимости активов должника. 

Таким образом, ни кредитор, ни конкурсный управляющий не доказали, что принятие решений советом директоров входило в его компетенцию.

Конкурсным кредитором АО "Россельхозбанк" также заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности акционеров должника, а именно: ФИО7, ФИО8 Риала Робертовича, ФИО23 Абдул-Керима Нажмудиновтча, ФИО12, ФИО16, ФИО15, ФИО17, ФИО5, ФИО19.

В период с 17.05.2013 по 10.09.2015 акционерами ОАО "Радуга являлись:

ФИО7, размер доли 28%;

ФИО8, размер доли 19,36%;

ФИО11, размер доли 28%;

ФИО12, размер доли 24,54%.

В период с 11.09.2015 по 30.03.2016 акционерами ОАО "Радуга являлись:

ФИО16, размер доли 28%;

ФИО15, размер доли 24,54%;

ФИО17, размер доли 28%;

ФИО12, размер доли 24,54%.

В период с 31.03.2016 по 12.09.2016 акционерами ОАО "Радуга являются:

ФИО16, размер доли 28%;

ФИО15, размер доли 24,54%;

ФИО5, размер доли 25%.

В период с 13.09.2016 по настоящее время акционерами ОАО "Радуга являются:

-ФИО16, размер доли 28%;

ФИО19, размер доли 24,54%;

ФИО5, размер доли 25%.

Акционеры ОАО "Радуга", являясь контролирующим лицом должника, могут быть привлечены к субсидиарной ответственности исключительно по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в случае признания должника банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Как следует из годового отчета ОАО "Радуга" за 2016 г., собранием акционеров были приняты следующие решения.

Протокол внеочередного общего собрания акционеров ОАО "Радуга" б/н от 09.11.2016 года об одобрении:

Сделки - договора залога урожая с АКБ "ЦентроКредит" (акционерное общество) в обеспечение исполнения обязательств ООО "ГАЛС" по Договору № ДСК/612 кредитной линии от 24.06.2014 г.

Сделки - договора последующего залога урожая с АКБ "ЦентроКредит" (акционерное общество) в обеспечение исполнения обязательств ООО "ГАЛС" по Договору № ДСК/619 кредитной линии от 24.06.2014 г.

Решено: одобрить заключение Обществом с АО АКБ "ЦентроКредит" договора о передаче в залог озимой пшеницы урожая 2016 года в обеспечение исполнения обязательств ООО "ГАЛС" по Договору № ДСК/612 кредитной линии от 24.06.2014 г.;

одобрить заключение Обществом с АО АКБ "ЦентроКредит" договора о передаче в залог озимой пшеницы урожая 2016 года в обеспечение исполнения обязательств ООО "ГАЛС" по Договору № ДСК/619 кредитной линии от 24.06.2014 г.;

Протокол внеочередного общего собрания акционеров ОАО "Радуга" б/н от 11.11.2016 года об одобрении крупной сделки:

о заключении Договора поручительства с ООО "Торговый дом "Олинский" в обеспечение обязательств ООО "АграКубань".

Решено: одобрить совершение Обществом крупной сделки по предоставлению поручительства в качестве обеспечения обязательств ООО "АграКубань" перед ООО "Торговый дом "Олинский".

По мнению конкурсного кредитора, указанные сделки привели к убыткам для должника в виде наращивания кредиторской задолженности.

Аналогичные доводы приведены конкурсным управляющим и в его апелляционной жалобе. 

При исследовании названных доводов судом первой инстанции установлено следующее. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.12.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.06.2020, с учетом определения суда от 16.07.2020 об исправлении опечатки и определением Верховного суда Российской Федерации от 10.09.2020 дело № А32-27811/2016 отказано в удовлетворении заявления о признании недействительными договора поручительства от 31.10.2014 № ДСК/1041 в редакции дополнительных соглашений к нему от 27.04.2015 № 1, от 30.04.2015 № 2, от 31.08.2016 № 3, договора поручительства от 30.04.2015 № ДСК/525 в редакции дополнительного соглашения к нему от 31.08.2016 № 1, заключенных должником и АО КБ "ЦентроКредит", а также применении последствий недействительности сделок.

Суды руководствовались статьями 61.1, 61.2 Закона о банкротстве и исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной, в том числе не представлены доказательства аффилированности должника и АО КБ "ЦентроКредит".

Более того, судом апелляционной инстанции в постановление от 06.03.2020 (абзац 5 с. 14 апелляционного постановления) прямо указано о том, что на дату 31.12.2015 состояние неплатежеспособности отсутствовало.

Согласно приведенным уполномоченным органом расчетом на с. 6-7 отзыва от 26.06.2018 г., активы группы компании на 30.09.2014 г. (дата первого поручительства) превышали обязательства группы (7 482 172 тыс. руб. > 7 426 250 тыс.руб.), также как и активы должника превышали его обязательства (976 991 тыс.руб. > 975 372 тыс.руб.).

Превышение обязательств группы над активами группы согласно данным ИФНС на 30.04.2015 г. носит незначительный характер (7 982 178 тыс. руб. 

<

 8 111 052 тыс. руб.), размер обязательств и активов примерно одинаков, при этом указанный расчет не учитывает внутрикорпоративный характер обязательств ОАО "Радуга" в размере 721 146 тыс. руб., ООО "Агра-Кубань" в размере 243 858 тыс.руб. При этом по результатам годового баланса группы компаний размер активов превышает размер обязательств. С учетом специфики деятельности организаций необходимо учитывать показатели на дату завершения соответствующего сельскохозяйственного цикла, согласно которым по состоянию на 31.12.2015 г. активы группы компаний ГАЛС превышали все его обязательства на 106 824,00 тыс. руб., таким образом, в указанный период состояние неплатежеспособности отсутствовало.

Должник является сельскохозяйственной организацией, имеющей сезонный цикл. В силу этого, коэффициентый анализ должен проводится в динамике, учитывающей конец сезона 2015 года (выдача траншей по договорам ДСК/619 осуществлялась до 01/09/2014, ДСК/612 - до 26/11/2014, соответственно экономический эффект должен включать в себя итоги деятельности следующего сельскохозяйственного цикла - 2015 года);

Согласно пояснительной записке к годовому отчету ОАО "Радуга" за 2015 г. по итогам 2015 года финансовый результат деятельности ОАО "Радуга" составил 228 852 тыс. руб. прибыли. Выручка от реализации сельскохозяйственной продукции превысила результат 2014 года на 241 486 тыс. руб. и составила 829 629 тыс. руб.

Прибыль от продаж в 2015 году составила 345 304 тыс. руб., что на 357 589 тыс. руб. выше чем в 2014 году. В 2015 году были предоставлены займы юридическим лицам под 24% годовых, поэтому на прибыль повлияли и проценты к получению, сумма которых составила 1 222 тыс. руб. Прибыль от реализации земельных участков составила в текущем году 94.996 тыс. руб.

Согласно сведениям, отображенным в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2018 по настоящему делу, стоимость условно доступного имущества предприятия составляет 1 367 245 000 рублей.

Согласно выписке по р/сч за 2014 и 2015 ОАО "Радуга" вела хозяйственную деятельность, в том числе, погашала задолженность в безналичном порядке и перед другими контрагентами, погашала задолженность по кредитным обязательствам ПАО "Россельхозбанк", возмещала расходы на проведение межевых работ, в тек. порядке выплачивала арендную плату, налоговые обязательства, взносы в ПФР, ФСС, коммунальные платежи, оплачивала расходы по госпошлине, производила выплаты заработной плате.

Налоговым органом в материалы настоящего обособленного спора также не представлено доказательств наличия непогашенных обязательств перед бюджетом и соответствующими фондами в период совершения сделки".

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности акционеров должника, суд первой инстанции верно исходил из отсутствия в материалах дела доказательств влияния акционеров ОАО "Радуга" на деятельность должника, одобрения ими на заключение указанных сделок должника, извлечения из них выгоды. Сами по себе факты одобрения акционерами общества не являются достаточным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсным кредитором АО "Россельхозбанк" также заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11.

По мнению конкурсного кредитора, ФИО11 является лицом, контролирующим деятельность группы компаний "Агра-Кубань", в том числе                  ОАО "Радуга". В период до возникновения признаков несостоятельности, ФИО11 контролировал деятельность ОАО "Радуга" через своего брата ФИО23 А-К. Н. и номинальных акционеров и членов совета директоров, ряд из которых были зарегистрированы с ним по одному месту жительства, а также являлись номинальными руководителями и участниками в иных юридических лицах, входящих в ГК "Агра-Кубань". ФИО11 является лицом, контролирующим деятельность группы компаний "Агра-Кубань", поскольку он координировал деятельность по банкротству группы компаний, получал займы в каждой компании из группы. Кроме того, материалами уголовного дела № 11701030139000009 установлен и подтвержден факт непосредственного осуществления управления Группой Должников г-ном ФИО11

Аналогичные доводы содержатся и в апелляционной жалобе конкурсного управляющего. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО11, верно исходил из следующего. 

Как указано в п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Положения подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве разъяснены пунктом 7 Постановления № 53, в силу которого предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Предполагается также, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота) совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Как верно указал суд первой инстанции, в отношении ФИО11 не подтвержден статус лица, контролировавшего должника. Предположения конкурсного кредитора и конкурсного управляющего относительно возможности ФИО11 контролировать деятельность должника не могут быть положены в основу судебного акта о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

Таким образом, оснований для привлечения ФИО11 к субсидиарной отвесности отсутствуют.

Конкурсным кредитором также заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности общества с ограниченной ответственностью "Галс".

В абзаце 2 пункта 7 постановления Пленума № 53 предусмотрено, что выгодоприобретатель может быть признан контролирующим должника лицом только, если извлеченная выгода от недобросовестных действий руководителя должника была существенной (относительно масштабов деятельности должника).

Таким образом, суд должен устанавливать степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

18.06.2014 между ОАО "Радуга" и ООО "Галс" заключен договора поставки сельскохозяйственной продукции № 062014/01. Во исполнение условий договора ООО "Галс" оплатило поставку товара, указав в назначении платежа "Оплата за пшеницу 4 класса урожая 2014 г. по договору № 062014/01 от 18.06.2014".

20.06.2014 между ОАО "Радуга" и ООО "Галс" заключен договора займа № 06/20. Письмом исх № 75/1 от 01.09.2014 ООО "Галс" изменило назначение платежа платежных поручений по договору поставки сельскохозяйственной продукции на "Перечисление займа согласно договору № 06/20 от 20.06.2014".

ООО "Галс" и ОАО "Радуга" действовали недобросовестно, манипулируя назначением платежа, формально создали "обязательство" на сумму 350 000 000,00 рублей с целью перемещения большого объема денежных средств внутри группы компаний в ущерб интересам ОАО "Радуга".

Далее 30.04.2015 г. в соответствии с актом приема-передачи векселей от Должника в адрес ООО "Галс" были переданы 15 векселей АКБ "Центрокредит" на общую сумму 243 816 224,40 рублей (36% от стоимости активов Должника), которые затем были от ООО Галс" переданы в АКБ "Центрокредит" во исполнение кредитных обязательств.

Сами по себе аффилированность участников сделки и иные признаки взаимосвязанности сторон не могут рассматриваться в качестве достаточных условий для признания установленной причинно-следственной связи между фактом заключения/исполнения договоров и наступлением банкротства должника - участника таких договоров, поскольку законодательный запрет на совершение сделок между юридическими лицами, аффилированными между собой, не установлен.

Довод о причинения вреда должнику посредством одобрения советом директоров должника (Протокол б/н от 09.11.2016) заключение должником с АО АКБ "ЦентроКредит" договора о передаче в залог озимой пшеницы урожая 2016 года в обеспечение исполнения обязательств ООО "ГАЛС" по Договору № ДСК/612 кредитной линии от 24.06.2014 г.; заключение должником с АО АКБ "ЦентроКредит" договора о передаче в залог озимой пшеницы урожая 2016 года в обеспечение исполнения обязательств ООО "ГАЛС" по Договору № ДСК/619 кредитной линии от 24.06.2014 г., правомерно отклонен судом первой инстанции.

Вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. 

Судом первой инстанции учтена судебная практика определившая критерии квалификации соответствующих сделок на предмет их действительности, а именно: определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015, которым было отменено постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.07.2015 по делу № А63-4164/2014; определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 дело № А53-885/2014, которым было отменено постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 08.12.2015, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2015 дело № А53-885/2014; постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2017 оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.01.2018 по делу № А53-17381/2016 и вошедшее в п. 5 Обзора судебной практики рассмотрения споров, связанных с поручительством (утв. президиумом Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 02.11.2018 (в редакции от 08.02.2019)).

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 и от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264 в очередной раз подтверждена правовая позиция, изложенная в вышеуказанных судебных актах.

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13).

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума №42 и в пункте Постановления Пленума №32, следует, что заключение договора поручительства (залога) может быть вызвано наличием у заемщика и поручителя (залогодателя) на момент заключения оспариваемого договора общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), либо отношений (корпоративных, обязательственных, родственных и прочих отношений), объясняющих экономическую цель заключения договора поручительства (залога); если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Определениями Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2018, 29.10.2018, 10.12.2018, 21.02.2019, постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.19 дело № А32-16352/2016 и от 16.06.2019 дело № А32- 27386/2016, установлена группа лиц связанной с ОАО "Радуга", а также их конечные бенефициары.

Так, вышеуказанными судебными актами установлено, что в группу компаний ГК "Агра-Кубань" входят следующие лица: ООО "КПГ Инвестиции и торговля" (ИНН 

<

***>), ООО "АграКубань" (ИНН 

<

***>), ООО "Галс" (ИНН 

<

***>), ООО "АграКубань", ООО "Золото Кубани" (ИНН 

<

***>) ООО "ТПК "Кубань" (ИНН 

<

***>), ОАО "Радуга" (ИНН 

<

***>), ООО "Агротерра" (ИНН 

<

***>), которые являются фактически и юридически аффилированными друг другу лицами.

Участники данной группы имеют признаки взаимозависимости и аффилированности (через участие в них общих учредителей, общих органов управления); оказывают друг другу услуги в виде предоставления обеспечений в виде залога и поручительства; выступают взаимными кредиторами и дебиторами друг друга; оказывают друг другу финансовую помощь; осуществляют в рамках своей группы общие либо взаимосвязанные виды производственно-хозяйственной деятельности.

Так, основным видом деятельности ОАО "Радуга" является выращивание зерновых культур; ООО "Агра-Кубань", ООО "ТПК Кубань", ООО "Галс" осуществляли производство нерафинированных растительных масел и их фракций; ООО "АграКубань" -производство масел и жиров, ООО "Золото Кубани" - аренда и управление собственным или арендованным нежилым имуществом, ООО "Агротерра" - торговля оптовая зерном.

Заемщиками акционерного общества "Россельхозбанк" являются следующие лица, входящие в группу компаний: ООО "Агра-Кубань" (кредитные договоры 

<

***> от 29.03.2011, №110310/0105 от 20.08.2010, №110310/0203 от 17.06.2011), ООО "ТПК-Кубань" (кредитные договоры 

<

***> от 08.04.2010, №100310/0085 от 22.06.2010, №100310/0199 от 29.11.2010) и ОАО "Радуга" (кредитный договор 

<

***> от 14.07.2010).

Лица, входящие в группу компаний, предоставляли взаимные поручительства и залог в обеспечение обязательств по указанным кредитным договорам.

В настоящее время в отношении следующих лиц, входящих в группу компаний, возбуждены дела о банкротстве:

ООО "Агра-Кубань" (дело о банкротстве № А32-16352/2016 возбуждено 23.05.2016, заявитель по делу о банкротстве: ООО "Галс", мажоритарные кредиторы:

ООО "Галс", ООО "АграКубань", ООО "ТПК-Кубань, ООО "КПГ Инвестиции и торговля); ООО "ТПК-Кубань" (дело о банкротстве № А32-27386/2016 возбуждено 09.08.2016, заявитель по делу о банкротстве: ООО "Агра-Кубань", мажоритарные кредиторы: ООО "Галс", ООО "АграКубань", ООО "КПГ Инвестиции и торговля", ООО "Золото Кубани); ОАО "Радуга" (дело о банкротстве № А32-27811/2016 возбуждено 16.08.2016, заявитель по делу о банкротстве ООО "Галс", мажоритарные кредиторы: ООО "Галс", ООО "АграКубань"); ООО "Золото Кубани" (дело о банкротстве № А32-19092/2017 возбуждено 08.06.2017, заявитель по делу о банкротстве: ООО "КПГ Инвестиции и торговля", мажоритарные кредиторы: ООО "Галс", ООО "АграКубань", ООО "ТПК-Кубань, ООО "КПГ Инвестиции и торговля").

Таким образом, дела о банкротстве организаций, входящих в одну группу лиц, возбуждены на основании заявлений, поданных аффилированными лицами. Как следует из структуры требований кредиторов каждого из предприятий - банкрота, преимущественное положение в делах о банкротстве занимают именно заинтересованные кредиторы, совокупный размер требований которых позволяет осуществлять контроль над процедурой банкротства.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264 по делу № А41-25952/2016 отмечено, что при кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой. Поэтому само по себе получение кредитной организацией обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее поведении и в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение, соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом каждый из связанных с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Выстраивание отношений подобным образом указывает на стандартный характер поведения как банка-кредитора, так и его контрагентов.

Судом первой инстанции установлено, что помимо залогов должника - ОАО "Радуга", исполнение основного обязательства по кредитным договорам было обеспечено залогами и поручительствами всей группы компаний:

По договору № ДСК/612 кредитной линии от 24.06.2014 на сумму 350 000 000 руб. было предоставлено следующее обеспечение:

1) договор залога ТМЦ №ДСК/613 от 24.06.14 заключенный с ООО "Агра-кубань", имущество залоговой стоимостью на сумму 235 348 тыс.руб.

2) договор залога № ДСК/614 от 24.06.14 заключенный с ООО "Агра-кубань", имущество залоговой стоимостью на сумму 12 347 тыс.руб.

3) договор залога имущество № ДСК/616 от 24.06.14 заключенный с ООО "ТПК Кубань", имущество залоговой стоимостью на сумму 144 549 тыс.руб.

4) договор ипотеки № ДСК/618 от 24.06.14 (29 нежилых помещений и право аренды земельного участка площадью 18 169 213 кв.м. по адресу: Краснодарский край, Новопокровский район, ст-ца Каниболотская) заключенный с ОАО "Радуга", имущество залоговой стоимостью на сумму 113 231 тыс.руб.

5) договор поручительства № ДСК/615 от 24.06.14 заключенный с ООО "Агра-кубань".

6) договор поручительства №ДСК/617 от 24.07.14 заключенный с ООО ТПК "Кубань".

7) договор поручительства №ДСК/1041 от 31.10.14 заключенный с ОАО "Радуга".

8) договор ипотеки № ДСК/1087 от 22.10.14 (7 земельных участков общей площадью 38 700 888 кв.м. по адресу: Краснодарский край, Новопокровский район), заключенный с ОАО "Радуга", имущество залоговой стоимостью на сумму 77 394 тыс.руб.

9) договор залога №ДСК/150 от 28.03.2017 заключенный с ООО "Галс",имущество залоговой стоимостью на сумму 36 050 тыс.руб.

залог будущего урожая 2016 от ОАО "Радуга" (подсолнечник 2016 - 8 400 тонн на 117 596 тыс.руб., (ДСК/871 от 01.09.16) озимая пшеница 2016 - 15 071 тонн на 99 695 тыс.руб., (ДСК/913 от 15.09.16) на общую сумму 217 290 тыс.руб.

залог урожая 2015 от ОАО "Радуга" (пшеница 2015 - 29 999 тонн на сумму 188 922 тыс.руб., подсолнечник 2015 - 18 900 тонн на сумму 238 140 тыс.руб.) на общую сумму 427 132 тыс.руб. (ДСК/361 от 20.05.15)

поручительство ООО "АграКубань" от 23.06.2017.

По договору №ДСК/619 кредитной линии от 24.06.2014 на сумму 350 000 000 руб. было предоставлено следующее обеспечение:

1) договор залога № ДСК/620 от 24.06.14 (сырье, ТВО) заключенный с ООО "ГАЛС", имущество залоговой стоимостью на сумму 290 837 тыс.руб.

2) договор залога №ДСК/621 от 24.06.14 (сырье, ТВО) заключенный с ООО "ГАЛС" имущество залоговой стоимостью на сумму 224 231 тыс.руб.

3) договор залога №ДСК/862 от 18.08.14 (ТВО (зерно) заключенный с ООО "ГАЛС" имущество залоговой стоимостью на сумму 350 000 тыс.руб.

4) договор залога №ДСК/512 от 30.04.15 (оборудование) заключенный с ООО "Агра-кубань" имущество залоговой стоимостью на сумму 235 348 тыс.руб.

5) договор залога №ДСК/513 от 30.04.15 заключенный с ООО "Агра-кубань", имущество залоговой стоимостью на сумму 12 347 тыс.руб.

6) договор залога №ДСК/515 от 30.04.15 заключенный с ООО "ТПК Кубань" имущество залоговой стоимостью на сумму 144 549 тыс.руб.

7) договор ипотеки №ДСК/511 от 30.04.15 (29 нежилых помещений и право аренды земельного участка площадью 18 169 213 кв.м. по адресу: Краснодарский край, Новопокровский район, ст-ца Каниболотская) заключенный с ОАО "Радуга". имущество залоговой стоимостью на сумму 113 231 тыс.руб.

8) договор поручительства №ДСК/514 от 30.04.15 заключенный с ООО "Агра-кубань".

9) договор поручительства №ДСК/516 от 30.04.15 заключенный с ООО ТПК "Кубань".

10) договор поручительства ДСК/525 от 30.04.15 заключенный с ОАО "Радуга".

залог будущего урожая 2016 от ОАО "Радуга" (подсолнечник 2016 - 8 400 тонн на 117 596 тыс.руб., (№ ДСК/872 от 01.09.16) озимая пшеница 2016 - 15 071 тонн на 99 695тыс.руб., (ДСК/914 от 15.09.16) на общую сумму 217 290 тыс.руб.

залог урожая 2015 от ОАО "Радуга" (пшеница 2015 - 29 999 тонн на сумму 188 922 тыс.руб., подсолнечник 2015 - 18 900 тонн на сумму 238 140 тыс.руб. ) на общую сумму 427 132 тыс.руб. (ДСК/362 от 20.05.15)

поручительство ООО "АграКубань" от 23.06.2017.

Таким образом, у банка не имелось сомнений относительно обоснованности выдачи заемных средств компании, аффилированной с лицом, предоставившим обеспечение и входящей в объединенную группу компаний, в которую также входят ООО "Агра-Кубань", ООО "ТПК Кубань", ООО "Галс", ООО "АграКубань". Общество "Галс" и общество "Радуга" не только контролируются одними и теми же лицами, но и имеют определенные хозяйственные связи, осуществляя деятельность на одном рынке, в связи с чем банком оценивались кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и лиц, предоставивших обеспечение.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 по делу № А41-14638/2016 отмечено, что наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. Вопреки доводам конкурсного управляющего тот факт, что имущественное положение одного из нескольких поручителей не позволяет в полном объеме рассчитаться по основному долгу, не свидетельствует о причинении обеспечительной сделкой вреда иным кредиторам поручителя или о получении заимодавцем необоснованного контроля над ходом процедуры несостоятельности. Напротив, принятие в обеспечение нескольких поручительств от входящих в одну группу лиц, имущественных масс каждого из которых недостаточно для исполнения обязательства, но в совокупности покрывающих сумму задолженности, является обычной практикой, структурирование отношений подобным образом указывает на разумный характер поведения кредитора.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2019 и Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.08.2019 по делу № А32-27811/2016 преюдициально установлено, что ООО "Галс" (заемщик) и должник ОАО "Радуга" (поручитель) имели тесные хозяйственные связи, выдача кредита и поручительство должника было обосновано экономической выгодой должника - должник продал выращенную им пшеницу и получил денежные средства от ООО "Галс" за счет средств банка.

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что действия АО АКБ "ЦентроКредит" по получению залогов от должника входящего в одну группу компаний являлось стандартной банковской практикой и не могли причинить вред должнику и его кредиторам.

Соответственно, как обоснованно указал суд первой инстанции, действия контролирующих должника лиц ОАО "Радуга" по предоставлению обеспечения компаниям одной группы лиц, являлось обычной хозяйственной практикой и не могло привести к безусловному банкротству компании.

В связи изложенным, правовые основания для привлечения ООО "Галс" к субсидиарной ответственности отсутствуют.

Как отмечено ранее, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016 указано, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3)ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальнымвыгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее -критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления N 53).

Из этой правовой позиции Верховного Суда, указанной в определении от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016, следует, что обоснованность требований привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является установленной судом лишь при наличии достаточных, достоверных и допустимых доказательств того, что каждое привлекаемое лицо к субсидиарной ответственности соответствует всем трем критериям одновременно.

В названном определении даже при анализе первого критерия Верховный Суд Российской Федерации указал на то, что приведенные Верховным Судом Российской Федерации признаки контролирующих должника лиц исключают из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям.

То есть Верховный Суд Российской Федерации указывает на то, что при доказывании оснований для привлечения заинтересованного лица к ответственности необходимо выяснить роль и функции этого лица при причинении должником ущерба кредиторам.

Суд апелляционной инстанции определением от 30.06.2022 предлагал конкурсному управляющему представить письменные объяснения по каждому эпизоду с указанием периода осуществления противоправных действий по каждому субсидиарному ответчику персонально.

Однако данное требование конкурсным управляющим не исполнено, в его письменных пояснениях, представленных суду апелляционной инстанции, не приведены доказательства соответствия ответчиков трем критериям для привлечения к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим не описано, каким образом статус акционера дает возможность ответчикам оказывать существенное влияние на деятельность должника. Сами по себе ссылки на протоколы собраний акционеров при их отсутствии в материалах дела еще не свидетельствуют о существенной роли заинтересованного лица в причинении ущерба.

Приведенные конкурсным управляющим протоколы внеочередного собрания акционеров ОАО "Радуга" от 09.11.2016 г. от 11.11.2016 г. об одобрении сделок о передаче в залог озимой пшеницы и о поручительстве, так не были представлены ни банком, ни конкурсным управляющим в суд первой инстанции.

Соответственно, проверить достоверность факта проведения этих собраний, принятие решений на этих собраниях, результаты голосований каждого из акционеров, в том числе и заинтересованного лица, невозможно, что исключает вывод о действиях ответчиков, как акционеров, причинивших вред должнику и его кредиторам.

Из изложенного видно, что ответчики не являются инициаторами, потенциальными выгодоприобретателями, приведенных конкурсным управляющим сделок, а так же лицами, непосредственные действия которого привели к банкротству ОАО "Радуга".

Материалами дела не установлено, наличие обстоятельств, которые хотя бы по одному критерию, приведенному Верховным судом Российской Федерации в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016, свидетельствующих о том, что именно ответчики являются инициаторами, выгодоприобретателями по каким бы то ни было сделкам ОАО "Радуга, в том числе и с участием ООО "Галс", а так же лицом, оказывающим существенное влияние на деятельность группы компаний ОАО "Радуга".

Довод налогового органа в дополнении к отзыву о том, что ответчики имели возможность оказывать существенно влияние на деятельность должника, сам по себе не имеет правового значения, налоговым органом не приведено доводов и доказательств того, что именно ответчики инициировали совершение убыточных сделок или получили выгоду от их совершения.

Налоговым органом приведена сделка между должником (продавец) и                     ООО "Альтернатива" (покупатель) - договор купли-продажи земельных участков, одобренный решением совета директоров должника на заведомо убыточных условиях по заниженной стоимости.

При этом налоговый орган делает такой вывод без учета выводов, сделанных в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.08.2019 N Ф08-6291/2019 по делу N А32-27811/2016 (Определением Верховного Суда РФ от 10.12.2019 N 308-ЭС18-15815(3) отказано в передаче дела N А32-27811/2016 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления.), вынесенному по результатам судебного процесса, в котором участвовал и налоговый орган.

На стр. 5 этого постановления кассационный суд указал на то, что суды установили, что сделка по отчуждению земельных участков является возмездной, по предварительному договору купли-продажи в качестве оплаты за земельные участки покупатель передал должнику банковские векселя АО АКБ "ЦентроКредит" на общую сумму 243 816 224 рубля 40 копеек, что подтверждается актом приема-передачи векселей от 30.04.2015, с бланковым индоссаментом общества. Общество представило доказательства, подтверждающие факт приобретения банковских векселей, а также раскрыло источники происхождения денежных средств, использованных для приобретения векселей. Суды установили, что из представленных в суд документов не усматривается движение денежных средств по кругу или мнимость несения обществом расходов по оплате оспариваемой сделки.

Кассационный суд указал, что суды обоснованно отклонили довод о неравноценном встречном исполнении при совершении оспариваемой сделки со ссылкой на кадастровую стоимость имущества. Лица, оспаривающие сделку, не представили доказательства, свидетельствующие о несоответствии цены сделки рыночной стоимости земельных участков, принимая во внимание, что на момент заключения договора купли-продажи земельные участки находились в залоге у банка, и залоговое обременение (ипотека) в пользу банка сохранилось после смены собственника земельных участков.

В связи с этим суд кассационной инстанции указал, что суды обоснованно отклонили довод о том, что условия договора купли-продажи о цене сделки не являются рыночными условиями. Последующая передача векселей, полученных должником по оспариваемой сделке, в счет погашения задолженности по договору займа, заключенному между должником и ООО "Галс", не опровергает факт передачи векселей обществом в счет исполнения обязательства по уплате покупной цены земельных участков, не свидетельствует о безвозмездности оспариваемой сделки.

На стр. 7 постановления кассационная инстанция указала, что суды отклонили довод управления о том, что должник продолжил использование отчужденных земельных участков после заключения договора купли-продажи. Данные обстоятельства не свидетельствует о мнимости оспариваемого договора, поскольку из материалов дела следует, что общество фактически получило земельные участки 14.05.2015 по акту приема-передачи, переход права собственности на земельные участки к ответчику зарегистрирован 26.05.2015.

Довод налогового органа о том, что объективной причиной банкротства должника послужил безвозмездный вывод денежных средств в размере 350 млн. на ООО "Галс", а так же о том, что не рассматривался вопрос о недобросовестности ООО "Альтернатива" противоречит выводам, сделанным в этом же постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.08.2019 N Ф08-6291/2019 по делу N А32-27811/2016.

В нем кассационный суд указал, что суды обоснованно отклонили довод об искусственном формировании задолженности должника перед ООО "Галс" по договору займа за счет кредитных денежных средств банка в результате неосуществления банком контроля за использованием ООО "Галс" кредитных средств.

Кассационная инстанция так же указала, что суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и обоснованно отклонили довод о заинтересованности между ООО "Галс" и ООО "Альтернатива" через компании Редберн Инвестментс Лимитед и ООО "Промстар", ФИО24

Суды обоснованно отклонили довод об осведомленности общества о неплатежеспособности должника на момент заключения сделки. По общему правилу, наличие у должника неисполненных обязательств не может являться достаточным основанием для вывода о неплатежеспособности и недостаточности имущества должника. Неплатежеспособность не может отождествляться с неоплатой долга конкретному кредитору.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, поскольку они сделаны на основе всестороннего, полного и объективного исследования представленных в дело доказательств, соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам. 

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права. 

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.04.2022 по делу № А32-27811/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Я.А. Демина

СудьиМ.Ю. Долгова

Н.В. Сулименко