ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-16718/2021к2

г. Красноярск

21 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «14» августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен          «21» августа 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Макарцева А.В., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный Банк»: Колот М.А., представителя по доверенности от 11.11.2020 № 111,

финансового управляющего ФИО2,

от ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности от 01.12.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Красноярского края от «19» февраля 2024 года по делу № А33-16718/2021к2,

установил:

в рамках дела о признании ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца города Красноярска, ИНН 

<

***>, далее - должник) несостоятельным (банкротом) поступило  заявление финансового управляющего ФИО2 о  признании недействительным договора дарения от 25.05.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО3 в отношении гаражного бокса № 39, площадью 42 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, с кадастровым номером 24:50:0000000:148657, о применении последствий недействительности сделки, взыскании с ФИО5 и ФИО3 в конкурсную массу должника стоимости гаражного бокса в размере 1 222 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 14.09.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19.02.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. С ФИО5 в пользу ФИО3 взысканы судебные расходы в размере 25 000 рублей.

Не согласившись с данным судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

 

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ссылается на наличие оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату совершения сделки; на дату совершения сделки должник имел неисполненные денежные обязательства перед кредитором - АО «Россельхозбанк»; договор дарения заключен с заинтересованным лицом – матерью должника, без какого-либо встречного представления, что очевидно повлекло утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет подаренного недвижимого имущества. ФИО3, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, не могла не знать о целях скрыть имущество должника от обращения взыскания и причинить вред имущественным правам кредитора. Действия должника по совершению оспариваемой сделки выходят за пределы добросовестного осуществления своих прав (злоупотребление правом) и совершены с целью причинения вреда кредиторам.

От акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный Банк» в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому поддерживает апелляционную жалобу финансового управляющего.

От ФИО3 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 22.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 16.04.2024. В соответствии со статьёй 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялись перерывы. В соответствии со статьёй 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание откладывалось.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 22.03.2024, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 23.03.2024 05:53:01 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда производилась замена в составе судей. Окончательно состав суда сформирован в следующем виде: председательствующий судья - Хабибулина Ю.В., судьи Макарцев А.В., Радзиховская В.В.

В судебном заседании до начала исследования доказательств, судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы дела поступили:

- 19.04.2024 от финансового управляющего ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, а именно, в копиях: запроса от 08.08.2022 № 91 и ответа на указанный запрос от 15.08.2022, постановления о возбуждении исполнительного производства от 30.05.2018, требование об исполнении обязательств по кредитным договорам от 17.04.2018, решение Кировского районного суда города Красноярска от 09.07.2018, определение Кировского районного суда города Красноярска от 07.05.2018, писем судебных приставов от 23.08.2019, от 29.11.2019, ответа на обращение судебных приставов от 01.07.2021, постановление о приостановлении исполнительного производства от 04.06.2022, апелляционного определения Красноярского краевого суда от 24.09.2018, почтового конверта, отчета об отслеживании почтового отправления.

Представитель финансового управляющего поддержал заявленное ходатайство.

Судом в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств отказано, так как указанные документы имеются в материалах дела, в связи, с чем нет необходимости в их повторном приобщении к материалам дела.

- 05.06.2024 от финансового управляющего ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: материалы дела 2-1572/2018 том 1,2,3 (выдержки).

В соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции в целях полного и всестороннего рассмотрения спора приобщены к материалам дела вышеуказанные дополнительные доказательства.

Финансовый управляющий ФИО2 поддержал требования апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в представленном суду апелляционной инстанции отзыве. Полагает определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Представитель акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный Банк» поддержал доводы апелляционной жалобы финансового управляющего.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

ФИО5 на основании договора дарения гаража от 25.05.2018 подарил матери - ФИО3 нежилое помещение, общей площадью 42 кв.м., подземный этаж №1, подземный этаж №2, расположенное по адресу: 

<

...>, бокс 39. Указанное помещение оценено сторонами в 100 000 рублей.

В последующем ФИО3 реализовала спорный гараж по договору купли-продажи от 09.12.2020 ФИО6 за 600 000 рублей.

В обоснование своего заявления финансовый управляющий указывает на то, что между АО «Российский сельскохозяйственный банк» и ООО «Форпост-Агро» заключены кредитные договоры от 18.10.2011 № 113700/0342, от 19.01.2012 № 123700/0001 обязательства по которым обеспечены договорами поручительства от 29.06.2010 №103700/0145-9/5, от 22.04.2011 № 113700/0067-9/6, от 18.10.2011 № 113700/0342-9/5, от 19.01.2012 № 123700/0001-9/5, в том числе заключенными с ФИО5 (бывшим учредителем ООО «Форпост-Агро»).

В результате неисполнения ООО «Форпост-Агро» кредитных обязательств                      АО «Российский сельскохозяйственный банк» обратился с иском к ООО «Форпост-Агро» о взыскании задолженности. Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 24.09.2014 по делу №А74-5846/2014  утверждено мировое соглашение. Мировое соглашение не исполнено, кредитор обратился с заявлением о выдаче исполнительного листа.

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 25.05.2015 по делу №А74-5677/2015 возбуждено дело о банкротстве ООО «Форпост-Агро» по заявлению ООО «Сибирский правовой дом». Решением от 04.10.2018 ООО «Форпост-Агро» признано банкротом. Определением от 11.05.2016 требования АО «Российский сельскохозяйственный банк» включены в реестр требований кредиторов ООО «Форпост-Агро» в размере 105 135 203 рубля 85 копеек.

АО Российский сельскохозяйственный банк» направило в адрес ФИО5 требование от 17.04.2018 № 049-39-17/455 об исполнении кредитных обязательств, однако письмо адресатом не получено.

АО «Российский сельскохозяйственный банк»  03.05.2018 обратилось с иском к ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО12 о взыскании задолженности по кредитному договору. Определением от 07.05.2018 иск принят к производству, назначено судебное заседание на 05.06.2018. Определением от 07.05.2018 приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ответчиков, в том числе на имущество ФИО5.

Решением Кировского районного суда г. Красноярска от 09.07.2018 исковые требования банка удовлетворены частично, удовлетворены встречные требования ФИО5 о прекращении поручительства.

Апелляционным определением Красноярского краевого суда от 24.09.2018 по делу № 33-14285/2018 с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО12 в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитным обязательствам в пользу АО «Российский сельскохозяйственный банк».

Полагая, что оспариваемый договор дарения является недействительной сделкой, так как совершен  безвозмездно, в результате совершенной сделки произведен безвозмездный вывод имущества из состава активов должника, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.  В обоснование признания сделки недействительной финансовый управляющий ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае, материалами дела подтверждается, что оспариваемая сделка - договор дарения от 25.05.2018 совершена за пределами трехлетнего периода до возбуждения производства по делу о банкротстве (09.08.2021), следовательно, не может быть оспорена по данному основанию.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма права применяется в случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, то есть тогда, когда при заключении сделки подлинная воля сторон не направлена на создание правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства, контроля за ним и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Согласно разъяснениям, данными в абзаце 2 пункта 86 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

В данном случае финансовым управляющим не доказано наличие у договора дарения от 25.05.2018 пороков, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и, как следствие, оснований для признания его недействительным в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В настоящем случае финансовый управляющий при оспаривании сделки указал на ее совершение между заинтересованными лицами в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, что является основанием для признания сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Доказательства противоправного интереса у сторон сделки, выходящего за пределы пороков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не представлены. Убедительные доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении спорного договора дарения стороны действовали согласованно исключительно с противоправной целью причинить вред иным лицам, либо заведомо не намеревались создать соответствующие сделкам правовые последствия, также в данном случае отсутствуют.

Сам по себе факт заинтересованности сторон договора не может служить основанием для признания его недействительным. Договор дарения по своей правовой природе носит лично-доверительный характер и заключается, как правило, между связанными между собой определенным образом лицами; даритель не может согласиться на заключение безвозмездного договора и выбытие из его собственности имущества в пользу постороннего лица.

Из материалов дела следует, что в рассматриваемом случае должник подарил гараж своей матери, что не выходит за рамки обычных семейных отношений. Договор дарения от 25.05.2018 исполнен, 04.06.2018 произведена государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество, на момент совершения сделки ФИО3 не производила дальнейшего отчуждения гаража, отчуждение гаража произведено ею 09.12.2020, через два с половиной года после получения от сына. Доказательств, однозначно подтверждающих, что при заключении договора дарения со своей матерью ФИО5 преследовал какую-либо иную цель, нежели передача в дар имущества матери, финансовый управляющий не представил.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенной сделке правовых последствий, исключает применение пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы финансового управляющего о том, что в связи с действиями банка по взысканию с ФИО5 задолженности по договорам поручительства должник выводил свои активы, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.

Согласно письму - ходатайство от 21.11.2014 № 01-06-024 ООО «Фопост-Агро» за подписью директора ФИО13 общество просит АО «Россельхозбанк» рассмотреть вопрос по выводу ФИО5  из поручителей  по кредитным договорам ООО «Форпост-Агро» в связи с тем, что он не является акционером предприятия и не состоит   с ним в трудовых отношениях.

Как следует из письма от 13.02.2015 № 037-13-37/45 «О предоставлении информации» (том 1, л.д. 177) АО «Россельхозбанк» сообщает генеральному директору ООО «УК «Красноярский хлеб», что поручительство ФИО5 по договорам поручительства № 093700/0084-9/5 от 14.04.2009, №103700/0023-9/5 от 15.02.2010, №103700/0145-9/5 от 29.06.2010, № 113700/0067-9/6 от 22.04.2011, № 113700/0198-9/6 от 25.07.2011, № 113700/0342-9/5 от 18.10.2011, №123700/0001-9/5 от 19.01.2012 прекратилось в соответствии с пунктом 1 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с тем, что дополнительные соглашения на изменение условий  кредитных договоров с ним не заключались.

В материалы дела АО «Россельхозбанк» представлено требование (том 1, л.д. 44) к ФИО5 об исполнении обязательств  по кредитным договорам от 17.04.2018 № 049-39-17/455 о погашении в срок до 30.04.2018 задолженности по кредитным договорам, обеспеченным поручительством ФИО5 по вышеуказанным договорам поручительства с доказательствами направления 24.04.2018, возвращения 26.05.2018 (том 1, л.д. 33, 35).

Как следует из решения Кировского районного суда  гор. Красноярска от 09.07.2018 по делу №2-1572/2018 (том 1, л.д. 36-43) АО «Россельхозбанк»  03.05.2018 обратилось  в суд с иском, в том числе к ФИО5 о взыскании  задолженности по кредитным договорам по которым обязательства  обеспечены его поручительством. 25.05.2018 ФИО5 обратился со встречным иском  о признании договоров поручительства прекратившими свое действие. В удовлетворении  исковых требований АО «Россельхозбанк» к ФИО5 отказано, встречные исковые требования ФИО5  удовлетворены частично, признаны прекращенными  поручительства должника.

Апелляционным определением  Красноярского краевого суда  от 24.09.2018 по делу № 33-14285/2018 А-2.203 (том 1, л.д. 28-32) решение Кировского районного суда  г. Красноярска от 09.07.2018  изменено. Исковые требования АО «Россельхозбанк»  удовлетворены полностью, в том числе с ФИО5 взыскана сумма задолженности по кредитным договорам,  в удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 отказано.

С 07.05.2018 согласно определению  Кировского районного суда  г. Красноярска по делу №2-1572/2018 (том 1, л.д. 34) наложен арест на имущество ФИО5, исполнительное производство возбуждено 30.05.2018 (том 1, л.д. 22-23).

Таким образом, обращение банка  с иском к должнику, принятие обеспечительных мер судом сами по себе  не свидетельствуют о мнимости сделки, поскольку должник в силу наличия уведомления банка об отсутствии у должника обязательств по поручительству, числил у себя отсутствующей задолженность по договорам поручительства, о чем свидетельствует его встречное обращение, по крайней мере до 24.09.2018.

 

 

Исходя из недоказанности наличия у данной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, что исключает ее оспаривание по основаниям статей 10, 168 ГК РФ, а также недоказанности мнимости или притворности указанной сделки (статья 170 ГК РФ), форма которой в данном случае в целом отвечает ее содержанию и действительной направленности воли сторон на переход права собственности от дарителя к одаряемому, в то время как доказательства иного отсутствуют, оснований для признания сделки недействительной, у суда первой инстанции, не имелось.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «19» февраля 2024 года по делу № А33-16718/2021к2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

А.В. Макарцев

 

В.В. Радзиховская