Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6936/2022

24 января 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2023 года.      Полный текст  постановления изготовлен 24 января 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего     Козловой Т.Д.

судей                                       Пичининой И.Е., Самар Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Восток Строй Транс»: ФИО2, представитель по доверенности от 08.10.2022;

ФИО3 (лично) и его представитель ФИО4 по доверенности от 02.04.2022 №27АА1831658;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Восток Строй Транс»

на определение от 31.10.2022

по делу №А73-11572/2021

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Восток Строй Транс»

о включении требования в реестр требований кредиторов 

в рамках дела о признании ФИО3  несостоятельным (банкротом)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 29.07.2021 возбуждено производство по делу о признании ФИО3 (далее – должник, ФИО3) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 25.11.2021 (резолютивная часть от 18.11.2021) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника  введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6 (далее - финансовый управляющий). 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.11.2021 №77232264463.

В рамках дела о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Восток Строй Транс» (далее - ООО «ВСТ») 24.12.2021 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общем размере 59 808 500 руб.

Определением суда от 14.02.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечен ФИО5 (далее - ФИО5). 

Определением суда от 31.10.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе ООО «ВСТ» просит определение суда 31.10.2022 отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. 

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что ООО «ВСТ» было обращено внимание суда первой инстанции на то, что в действиях должника имеются явные признаки недобросовестного и непоследовательного поведения, что выразилось в противоречии его заявлений (действий)  и изменении процессуальной аргументации в зависимости от того, какие доводы (контрдоводы) следовали со стороны заявителя, в связи с чем, в порядке статей 64-66 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) ООО «ВСТ» настаивало на том, что  именно на ФИО3 подлежит возложению повышенный стандарт доказывания. Полагает, что суд первой инстанции неверно распределил бремя доказывания обстоятельств по спору. Ссылается на то, что в материалах обособленного спора отсутствуют как прямые, так и допустимые косвенные доказательства, подтверждающие возврат заемных денежных средств. По мнению заявителя жалобы, выводы суда первой инстанции о том, что получаемые ФИО3 денежные средства по договорам займа возвращались Обществу посредством их наличной передачи ФИО5 несостоятельны, преждевременны и опровергаются имеющимися в материалах спора многочисленными доказательствами, которые в установленном порядке не были оспорены должником и (или) иными участвующими в деле лицами. Указывает, что в материалах спора нет ни одного доказательства, указывающего на то, что техника  приобретена ФИО5 на средства ООО «ВСК», а не на его личные средства. Также полагает ошибочным вывод суда первой инстанции в части того, что представленными уполномоченным органом сведениями о движении денежных средств по счетам ФИО5 подтверждается факт поступления схожего объема наличных денежных средств с суммами, полученными должником по договорам займа, в спорный период времени. Заявитель жалобы указывает, что несмотря на то, что данные расписки фиксируют факт передачи (возврата) заемных денежных средств от ФИО3 в пользу ФИО5, последний указанных денежных средств не получал. Ссылается на то, что после подписания расписок техника ООО «ВСТ» так и не была передана, должник под разными предлогами уклонялся от ее передачи и технической документации. При этом, обращает внимание, что ФИО3, недобросовестно пользуясь корпоративным документооборотом, использует безденежные расписки, составленные во исполнение иных обязательств, препятствуя Обществу в получении задолженности.

ФИО3 в отзыве на жалобу просит отказать в ее удовлетворении.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ООО «ВСТ», а также ФИО3 и его представитель поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в отзыве на нее, соответственно, дав по ним пояснения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

Изучив материалы обособленного спора с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав лиц, принимавших участие в судебном заседании, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

На основании части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве урегулированы особенности банкротства гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьёй 100 Закона о банкротстве.

Установлено, что ООО «ВСТ» обратилось в суд первой инстанции с рассматриваемым требованием 24.12.2021, то есть до закрытия реестра требований кредиторов с учетом положений абзаца 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 100 Закона о банкротстве финансовым управляющим в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве от 15.01.2022 №8025417 размещена информация о получении требования кредитора.

Установлено, что между должником как индивидуальным предпринимателем и ООО «ВСТ», в лице ФИО5, заключены договоры займа, по условиям которых, за период пользования займом предусмотрено установление процентов в размере 7,5% годовых: от 01.11.2018 на сумму        5 530 000 руб. до 01.01.2019, денежные средства перечислены платёжным поручением от 01.11.2018 №422;  от 25.12.2018 на сумму 3 500 000 руб. до 26.02.2019, денежные средства перечислены платёжным поручением от 25.12.2018 №494; от 14.01.2019 на сумму 2 000 000 руб. до 15.03.2019, денежные средства перечислены платёжным поручением от 14.01.2019 №7; от 29.01.2019 на сумму 2 000 000 руб. до 30.07.2019, денежные средства перечислены платёжным поручением от 29.01.2019 №33; от 04.04.2019 на сумму 2 000 000 руб. до 06.04.2020, денежные средства перечислены платежным поручением от 05.04.2019 №118; от 15.04.2019 на сумму                1 450 000 руб. до 16.04.2020, денежные средства перечислены платежным поручением от 16.04.2019 №130; от 23.04.2019 на сумму 1 000 000 руб. до 24.04.2020, денежные средства перечислены платежным поручением от 24.04.2019 №134; от 29.04.2019 на сумму 1 200 000 руб. до 30.04.2020, денежные средства перечислены платёжным поручением от 29.04.2019 №144; от 01.07.2019 на сумму 250 000 руб. до 03.07.2020, денежные средства перечислены платежным поручением от 02.07.2019 №198.

Платежные поручения и договоры займа представлены в материалы обособленного спора.

При этом, также заявлено о наличии договора займа от 20.05.2019 на сумму  500 000 руб., который, несмотря на указание суда первой инстанции на его отсутствие, не был представлен в материалы обособленного спора

Также указано, что по данному договору займа денежные средства перечислены платежным поручением от 21.05.2019 №158 на сумму 500 000 руб., что следует также из выписки по счетам.

Денежные средства перечислены на счёт должника в ПАО «Сбербанк России» №40802810270000015934.

В свою очередь, в подтверждение возврата денежных средств ФИО3 представлены расписки, составленные между ФИО5, как директором ООО «ВСТ» и предпринимателем ФИО3, с указанием на соответствующие договоры займа: 11.11.2018 на сумму 5 530 000 руб.; 23.01.2019 на сумму 3 500 000 руб.; 23.01.2019 на сумму 2 000 000 руб.; 10.02.2019 на сумму 2 000 000 руб.;  14.04.2019 на сумму 2 000 000 руб.; 25.04.2019 на сумму 1 450 000 руб.; 03.05.2019 на сумму 1 000 000 руб.; 10.05.2019 на сумму 1 200 000 руб.; 01.06.2019 на сумму 500 000 руб.; 10.07.2019 на сумму 250 000 руб.

Между тем, ООО «ВСТ», ссылаясь на обстоятельства того, что должником фактический возврат денежных средств не производился, у последнего имеются обязательства в виде возврата основного долга и начисленных процентов за период пользования займом, обратилось с заявление о включении требований в реестр.

Суд первой инстанции, рассматривая заявленные требования, пришел к следующему. 

Как верно указано судом первой инстанции, правоотношения кредитора и должником регулируются положениями главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 808 ГК РФ, в действовавшей на тот момент редакции, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Пунктом 2 указанной статьи определено, что размер процентов за пользование займом может быть установлен в договоре с применением ставки в процентах годовых в виде фиксированной величины, с применением ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от предусмотренных договором условий, в том числе в зависимости от изменения переменной величины, либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты.

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, относительно договора от 20.05.2019, процентная ставка в отсутствии текста договора, указывающего на согласование условий – не подлежит применению в том размере, который заявлен кредитором, а подлежит исчислению, исходя из ключевой ставки ЦБ РФ.

При этом, сам по себе возврат займа по распискам, не освобождает должника от обязательства по уплате процентов за пользование им. 

Таким образом, в данном случае, расписки о возврате основного долга не освобождали должника от оплаты процентов за пользование денежными средствами.

Ввиду того, что должником и уполномоченным органом в отзывах и пояснениях указано на совершение платежей без экономической цели, учитывая характер процедуры банкротства как публичного процесса, обеспечивающего интересы должника и всех кредиторов, в том числе тех, чьи требования не были заявлены в процедуре банкротства до настоящего времени, текущих кредиторов, исходя из правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации (что в частности следует из последующей возможности проверки правоотношений на стадии пересмотра судебных актов в силу пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35, Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019), обуславливающих более обширное исследование в рамках дела о банкротстве и обособленных споров доказательств, подразумевающее анализ деятельности должника – на арбитражный суд накладывается обязанность проверки фактического наличия правоотношений, оснований и правового характера задолженности.

Из разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Статьей 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений.

Однако, при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) установлены повышенные стандарты доказывания при рассмотрении заявлений сторон, в том числе, при доказывании наличия правоотношений с должником.

В пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  04.07.2018, разъяснено, что арбитражный управляющий и кредиторы должника должны заявить доводы и (или) указать на доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и кредитором в обоснование наличия задолженности. Бремя опровержения этих сомнений лежит на кредиторе как на лице, которое при наличии фактических отношений имеет возможность для подтверждения своей позиции и опровержение разумных сомнений.

Из пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 следует, что данные положения могут выражаться в необходимости представления конкурирующим кредитором доказательств фактической возможности совершения сделки на основании имевшихся на момент исполнения обязательств активов, наличие финансовых возможностей, привлечения иных лиц для исполнения сделки с должником, материалами проведённого налогового контроля в отношении должника или кредитора. 

Как следует из пояснений должника, займы имели характер транзита через его счета из ООО «ВСТ» (ИНН 

<

***>), руководителем и учредителем которого являлся ФИО5 (ИНН 

<

***>).

Так, в частности, первый заем от 01.11.2018 перечислен ФИО3 кредитором, израсходован должником на приобретения недвижимого имущества. 

При этом, ранее накопленные ФИО3 средства для приобретения недвижимого имущества и от предпринимательской деятельности - переданы ФИО5, действующему от лица представляемого им общества для приобретения Komatsu D155А-5 (оформлен на ФИО7 как доверенное лицо ФИО5), а также Komatsu РС400.

В последующем, заемные средства, перечисленные ФИО3, снимались в наличной форме и передавались ФИО5 

В частности, 2 000 000 руб. по займу от 25.12.2018 тратился третьим лицом на приобретение спецтехники (Катерпиллар 10), а остаток - на личные цели, включая приобретение транспортных средств.

При этом, из пояснений должника следует, что ФИО5 обладая затруднениями с указанной спецтехникой, в том числе, ввиду её ненадлежащего технического состояния и необходимостью ремонта, также получал от ФИО3 по транзиту от ООО «ВСТ» денежные средства дальнейшими траншами, однако, часть средств, по утверждению должника, расходовались на личные нужды ФИО5

Так, данные доводы подтверждаются в частности представленными выписками по счетам, копиями документов о принадлежности транспортных средств и специальной техники.

Также Федеральной налоговой службой представлены дополнительные документы и пояснения о том, что в налоговый орган представлены аналогичные договоры и платежные документы, а также неподписанный акт сверки между предпринимателем ФИО3 и ООО «ВСТ», при этом, имеются сведения о поступлении схожего объема денежных средств, перечисленных по договорам займа, на счета ФИО5

Как следует из представленных выписок по счетам ФИО5, в период с 01.11.2018 на счета поступили денежные средства по значительным транзакциям на сумму 5 447 885 руб. посредством внесения денежных средств (25.12 и 27.12.2018 - 1 798 000 руб. по схожим операциям; 17.01.2019 - 500 000 руб.; в период с 04.02.2019 по 28.03.2019 - 4 640 196 руб., 05.04.2019 и 08.04.2019 – в сумме 1 001 000 руб.; 28.04.2019 и 01.05.2019 в сумме 898 000 руб.; 16.06.2019 - 500 000 руб.; 02.07.2019 - 462 000 руб., 03.07.2019 - 250 000 руб.)

В связи с чем, как указано судом первой инстанции, схожий с заявленным должником размер денежных средств поступал регулярно, имея незначительные временные промежутки между датами снятий денежных средств со счетов должника, датами предоставления займов, датами расписок.

Указанное согласуется с доводом ФИО3 о передаче им денежных средств ФИО5, являющимся также руководителем займодавца. 

При этом, в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, а также в рамках инициированного кредитором ранее искового производства, составление расписок и подписание их ФИО5 отрицалось. 

Далее, позиция данного лица, включая дачу пояснений органам МВД России, исходя из представленных в дело доказательств, была изменена. 

Кроме  того, представлено экспертное заключение, согласно которому, расписки подписывались ФИО5

Между тем, представитель кредитора указывал, что ФИО5 не оспаривает подписание данных расписок, однако, даты их подписания - не соответствуют действительности. 

Данное обстоятельство также поддержано должником, однако, указано, что составление в иные даты имело причины невозможности личной встречи с ФИО5, подписание происходило позднее дат передачи денежных средств.

В связи с чем, суд первой инстанции, оценивая данные пояснения в совокупности с доводами сторон процесса, пришел к правомерному выводу о мнимом характере оспариваемых сделок займа, фактически не направленных на создание реальных заемных правоотношений между сторонами, что, в свою очередь, согласно положениям статьи 170 ГК РФ влечет их ничтожность и невозможность кредитора претендовать наравне с иными кредиторами на получение процентов за пользование займом, а равно на включение требований в реестр.

Так, о таком характер сделок свидетельствует как процессуальное поведение сторон, указывающее, на возникший конфликт, так и сам характер сделок.

В частности, как верно указано судом первой инстанции,  суд находит неординарным и экономически необоснованным поведение хозяйствующих субъектов, которые в целях оформления правоотношений, указывая на наличие договоров займа при истечении сроков предоставления займа – не предпринимают мер к возврату займа (в частности по договору от 01.11.2018 на сумму 5 530 000 руб. со сроком возврата до 01.01.2019), а напротив, предоставляют дополнительные займы без обеспечения возвратности, перезаключая такие договоры неоднократно и наращивая сумму долга.

При этом, на скрытый характер взаимоотношений, выпадающий за пределы правового регулирования хозяйственных отношений, который предполагается между хозяйствующими субъектами, какими выступает индивидуальный предприниматель и коммерческая организация, в интересах которой выступает единственный руководитель и учредитель, указывают записи переговоров данных лиц, характеризующие устойчивость отношений, а также заключение аналогичных сделок купли-продажи здания и земельного участка от 25.01.2019 и от 18.12.2019 между ФИО3 и ФИО5, который характерен применительно к положениям статьи 170 ГК РФ к сделкам, прикрывающим предоставление займа с залогом недвижимого имущества, а не к договорам, направленным на переход прав на имущество к покупателю.

Также судом первой инстанции правомерно учтены судебные акты и материалы по делам №№А73-3969/2021, А73-11162/2020, А73-747/2021, которые указывают на наличие между ФИО5 и ФИО3 правоотношений путем создания скрытого документооборота в предшествующие периоды, а также наличия конфликта, схожего по своим критерием с корпоративным, ввиду осуществления данными лицами экономической деятельности совместно.

Данные выводы суда первой инстанции подтверждаются и характером предоставленных должником доказательств, свидетельствующем о совместном ведении данными лицами деятельности, в частности, наличия копий договоров, актов приема-передачи и правоустанавливающих документов в отношении спецтехники и транспортных средств; от опровержения данных доказательств и сведений - третье лицо, равно как и кредитор, находящийся под контролем ФИО5 - уклонились.

Таким образом, суд первой инстанции верно исходит из подтверждения совокупностью доказательств, в том числе сведениями уполномоченного органа и пояснениями должника о том, что отношения имели исключительно транзитный характер, не имелось намерений создать заемный характер правоотношений, при этом, денежные средства передавались руководителю кредитора под расписки, которые составлялись хоть и в иные даты, чем указаны в них, но подписывались – собственноручно ФИО5

В свою очередь, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы кредитора о том, что ФИО5 в даты составления расписок отсутствовал в г. Хабаровске, так как выезжал за пределы (в г.Москву и в г.Усинск), поскольку представленные в подтверждение указанных доводов частичные выписки по счетам ФИО5, копии электронных билетов, данные о лицевом счёте абонента ПАО «МТС» за услуги мобильной связи, свидетельствуют о том, что сведения о мобильной связи предоставлены в отношении индивидуального предпринимателя ФИО8, сведений о принадлежности номера мобильной связи именно ФИО5 не представлено. Наличие в электронных билетах сведений и об иных лицах, которые также осуществляли с ФИО5 перелёты в указанные даты, не могут безусловно свидетельствовать о постоянном пребывании ФИО5 вне г.Хабаровска.

Также анализ выписки по счету ПАО «Сбербанк России» показывает, что в отношении счета имелись 2 банковские карты. 

При этом, имеются операции по счету от 05.05.2019 как совершенные из г.Москвы, так и из г.Хабаровска, аналогично имеются операции совершаемые из двух разных городов за весь период мая 2019 года, включая операции в банкоматах в данных городах.

Таким образом, суд первой инстанции, принимая вышеизложенные  обстоятельств и пояснения сторон, сам факт нахождения в отдельные периоды ФИО5 за пределами г. Хабаровска, учитывая отсутствие данных, подтверждающих длительность нахождения за пределами места составления расписок, пришел к правомерному выводу о том, что обстоятельства не свидетельствует о невозможности их подписания вовсе или невозможность передачи денежных средств. 

Кроме того, в данном случае, не имеется противоречий и с доводами должника данными в ходе рассмотрения обособленного спора о том, что денежные средства передавались разными суммами, в разные периоды при личной встрече, в частности, ввиду отсутствия в г.Хабаровске или занятости ФИО5

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, учитывая  представленные доказательств, в их совокупности и взаимосвязи, а также принимая во внимание обстоятельства фактической передачи транзитных денежных средств ФИО5 как руководителю кредитора, пришел к правомерному выводу о том, что требование носит характер формального документооборота, в связи с чем, обоснованно отказал во включении требования ООО «ВСК» в размере 59 808 500 руб. в реестр требований кредиторов должника. 

Доводы жалобы о том, что ООО «ВСТ» было обращено внимание суда первой инстанции на то, что в действиях должника имеются явные признаки недобросовестного и непоследовательного поведения, что выразилось в противоречии его заявлений (действий) и изменении процессуальной аргументации в зависимости от того, какие доводы (контрдоводы) следовали со стороны заявителя, в связи с чем, в порядке статей 64-66 и 71 АПК РФ ООО «ВСТ» настаивало на том, что именно на ФИО3 подлежит возложению повышенный стандарт доказывания, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга, что в данном случае кредитором представлено не  было. 

При этом следует отметить, что недостаточность представленных доказательств не может служить основанием для возложения обязанности по опровержению того или иного факта.

Доводы жалобы о том, что выводы суда первой инстанции о том, что получаемые ФИО3 денежные средства по договорам займа возвращались Обществу посредствам их наличной передачи ФИО5 несостоятельны, преждевременны и опровергаются имеющимися в материалах спора многочисленными доказательствами, которые в установленном порядке не были оспорены должником и (или) иными участвующими в деле лицами, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как противоречащие установленным в рамках данного спора обстоятельствам. 

Следует также отметить, что отношения имели исключительно транзитный характер, не имелось намерений создать заемный характер правоотношений, при этом, денежные средства передавались руководителю кредитора под расписки, которые составлялись хоть и в иные даты, чем указаны в них, но подписывались – собственноручно ФИО5

Более того, как указано в мотивировочной части настоящего постановления, о неординарности и экономически необоснованном поведение хозяйствующих субъектов, свидетельствует и тот факт, что в целях оформления правоотношений, указывая на наличие договоров займа при истечении сроков предоставления займа, не предпринималось мер к его возврату, что, в свою очередь, не может свидетельствовать о разумном экономическом поведении.

Доводы жалобы о том, что ФИО3, недобросовестно пользуясь корпоративным документооборотом, использует безденежные расписки, составленные во исполнение иных обязательств, препятствуя Обществу в получении задолженности, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как документально не подтвержденные. 

Иные доводы, изложенные в жалобе, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, так как свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Следует также отметить, что несогласие заявителя жалобы с оценкой имеющихся в данном обособленном споре доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в рамках данного обособленного спора, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть возникший спор.

Таким образом, выводы суда первой инстанции сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех обстоятельств обособленного спора, с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

С учетом изложенного основания для отмены определения суда от 31.10.2022 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от  31.10.2022 по делу №А73-11572/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

           Т.Д. Козлова

 

Судьи

И.Е. Пичинина

 

      Л.В. Самар