ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-13206/2024

г. Челябинск

27 января 2025 года

Дело № А76-28137/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 января 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Волковой И.В., Рогожиной О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Мызниковой А.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.09.2024 по делу № А76-28137/2021 о частичном удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.09.2021 по заявлению уполномоченного органа Российской Федерации – Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Челябинской области возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Аргамак» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, ООО «Аргамак»).

Решением от 10.03.2022 (резолютивная часть от 02.03.2022) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре СРО 231, почтовый адрес: 630008, 

<

...> а/я 31), член Крымского Союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в официальном издании – газете «Коммерсант» 19.03.2022.

Конкурсный управляющий ФИО2 13.03.2023 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением (вх. от 17.03.2023), в котором просил (с учетом уточнения заявленных требований, принятого арбитражным судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ):

1. Признать недействительной сделку по безвозмездной передаче обществом с ограниченной ответственностью «Аргамак» ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) права выкупа автомобиля LADA, GFK330 LADA VESTA, 2018 г. в., VIN: 

<

***> (далее – транспортное средство, автомобиль).

2. Применить последствия недействительности сделки: взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Аргамак» денежные средства в размере 1 258 783,05 руб.

Определением от 27.03.2023 заявление конкурсного управляющего должника принято к производству.

Определением суда от 09.09.2024 (резолютивная часть от 28.08.2024) заявление конкурсного управляющего ООО «Аргамак» ФИО3 удовлетворено частично. Признана недействительной сделкой безвозмездная передача должником ФИО1 права выкупа автомобиля. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника денежных средств в размере 1 178 584,25 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

С судебным актом в части удовлетворенных требований не согласилась ФИО1 и обратилась  в суд с апелляционной жалобой, в обоснование которой указала, что ООО «Аргамак» не является и никогда не являлся собственником спорного транспортного средства. В свою очередь, по смыслу пункта 2 статьи 129 и статьи 131 Закона о банкротстве предмет лизинга не подлежит включению в конкурсную массу, поскольку не является имуществом, принадлежащим должнику на праве собственности. Спорное имущество приобретено ФИО1 за счет собственных денежных средств. Апеллянт также выражает несогласие с выводами суда первой инстанции об аффилированности ФИО1 с должником, об осведомленности ее о наличии у должника признаков неплатежеспособности и о противоправной цели совершения сделки. На момент заключения договора лизинга (2017 г.) и договора купли-продажи (2019 г.) в отношении спорного имущества не имелось притязаний третьих лиц, в отношении ООО «Аргамак» не было возбуждено производство по делу о банкротстве (возбуждено лишь 29.09.2021), общество признакам неплатежеспособности не отвечало. Конкурсным управляющим, по мнению апеллянта, не представлено доказательств, что именно в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, не представлено доказательств размера данного вреда. По мнению апеллянта, сделка не может быть оспорена ни по общим основаниям гражданского законодательства (в связи с отсутствием на то оснований), ни по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (сделка совершена за пределами периода подозрительности).

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 14.01.2025.

От подателя апелляционной жалобы поступили дополнения к жалобе с доказательством направления в адрес лиц, участвующих в деле, которые в порядке статьи 260 АПК РФ приняты судом к рассмотрению. В приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, приложенных к дополнениям, судом отказано в порядке статьи 268 АПК РФ, поскольку документы изготовлены после вынесения обжалуемого судебного акта (датированы 23.12.2024), невозможность представления их в суд первой инстанции не обоснована.

В дополнениях апеллянт указывает, что спорное транспортное средство приобретено ею за счет собственных денежных средств - наличные денежные средства в сумме 499 830 руб. переданы ею лично ФИО4 в мае 2020 года и 300 170 руб. - в счет зачета задолженности по заработной плате ООО «Аргамак». Таким образом, общая сумма покупки подержанного автомобиля составила 800 000 руб., что соответствовало рыночной стоимости (исходя из цен интернет портала «Авито»). По мнению апеллянта, суду первой инстанции следовало назначить судебную оценочную экспертизу стоимости автомобиля. Стоимость, указанная в решении об оценке, выполненном конкурсным управляющим, существенно завышена, не соответствует стоимости объектов-аналогов из объявлений, размещенных в открытых источниках в сети Интернет. Конкурсный управляющий спорное транспортное средство не осматривал, фото/видео отчет не запрашивал, управляющему не известна величина пробега транспортного средства, его техническое состояние и иные характеристики. Конкурсный управляющий не обращался к апеллянту с требованием о возврате спорного автомобиля в конкурсную массу ООО «Аргамак». Спорное транспортное средство в настоящее время находится в г. Магнитогорске Челябинской области, никогда не скрывалось от конкурсного управляющего и готово к передаче управляющему. Также, апеллянт в жалобе указывает, что в целях надлежащей защиты кредиторов ООО «Аргамак» необходимо взыскать с ФИО4 в пользу ООО «Аргамак» денежные средства, полученные в результате отчуждения транспортного средства - 800 000 руб.; привлечь директора ООО «Аргамак» к субсидиарной ответственности по возврату денежных средств в конкурсную массу.

Также, к судебному заседанию от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу без доказательств его направления в адрес лиц, участвующих в деле, в приобщении которого отказано в порядке статей 8, 9, 262 АПК РФ ввиду неисполнения процессуальной обязанности по раскрытию его перед иными участниками спора.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Судебный акт пересматривается в пределах доводов апелляционной жалобы (пункт 5 статьи 268 АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, ООО «Аргамак» создано 11.02.2011, руководителем общества на момент заключения спорной сделки являлся ФИО4. Указанное лицо является также единственным участником должника.

Как следует из сведений Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) основным видом деятельности общества является строительство жилых и нежилых зданий. В выписке указаны еще 99 дополнительных видов деятельности различной направленности.

Между АО «ВТБ Лизинг» (лизингодатель) и ООО «Аргамак» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № АЛ 94139/02-18 МГН от 29.01.2018 (далее – договор), в рамках которого лизингодатель приобрел в собственность и передал за плату на условиях, определенных договором лизинга, во временное владение и пользование лизингополучателя в финансовую аренду (лизинг) транспортное средство (предмет лизинга).

Договор лизинга заключен в соответствии с Правилами лизинга автотранспортных средств от 27.11.2017 и является договором присоединения в силу статьи 428 ГК РФ (п. 1.1. Договора лизинга).

Предметом лизинга является спорное транспортное средство: LADA, GFK330 LADA VESTA, тип ТС: легковой, год выпуска: 2018, серия и номер ПТС: 63 ОУ 329493, VIN: 

<

***>, цвет: белый.

Предмет лизинга передается лизингополучателю на срок 22 месяца с даты подписания сторонами акта приема-передачи предмета лизинга (пункт 4.1 договора).

В соответствии с п. 5.1. Договора сумма лизинговых платежей составила 1 179 601,20 руб. (в редакции уведомления об изменении графиков лизинговых платежей исх. № АЛ/62200/3655 от 19.11.2018).

В п. 5.9. Договора (в редакции уведомления об изменении графиков лизинговых платежей исх. № АЛ/62200/3655 от 19.11.2018) указано, что выкупная стоимость предмета лизинга равна 1 016,95 руб.

07.02.2018 сторонами договора лизинга подписан акт приема-передачи предмета лизинга. Акт со стороны лизингополучателя подписан без замечаний.

В дальнейшем 07.02.2018 между АО «ВТБ Лизинг» и ООО «Аргамак» было заключено дополнительное соглашение, согласно которому скорректирован график платежей.

14.02.2020 от должника в адрес АО «ВТБ Лизинг» поступил запрос с просьбой оформления предмета лизинга при оплате выкупной стоимости предмета лизинга на физическое лицо - ФИО1.

Согласно дополнительному соглашению № 3 от 18.05.2020 к Договору лизингополучатель в полном объеме исполнил свои обязательства по договору лизинга. При этом выкупную стоимость в размере 1 016,95 руб. также оплатил должник, что следует из текста дополнительного соглашения. Данный факт подтверждается актом сверки взаимных расчетов за период с 29.01.2018 по 31.12.2022.

Между АО «ВТБ Лизинг» и ФИО1 заключен договор купли-продажи № АЛВ 94139/02-18 МГН от 18.05.2020, по которому ФИО1 выкупила предмет лизинга (спорный автомобиль)  по  выкупной  стоимости  - 1 016,95 руб. В тот же день между сторонами подписан акт приема-передачи имущества.

Согласно п. 3.1. договора купли-продажи, стоимость имущества составила 1 016,95 руб. Предмет лизинга был передан ФИО1 18.05.2020.

 В соответствии с платежным поручением от 19.02.2020 № 722 ФИО1 уплатила выкупную стоимость автомобиля в размере 1 016,95 руб. Позднее, между ФИО1 и АО «ВТБ Лизинг» подписан акт зачета взаимных требований на сумму 1 016,95 руб. – выкупная стоимость предмета лизинга.

Из информации, представленной ГУ МВД РФ по Челябинской области, следует, что владельцем спорного транспортного средства является ООО «Аргамак» (т.1, л.д. 76).

Между тем, зафиксированные нарушения правил дорожного движения совершены ФИО5 (вероятно, лицом, связанным с ответчиком родственными связями ввиду совпадения фамилии (ФИО1 на стадии рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции участвует под фамилией «Тихонова»)).

По информации Российского Союза Автостраховщиков лицами, допущенными к управлению спорным транспортным средством на протяжении 2019-2020 годов, являлись ФИО5, ФИО1

Согласно письму МИФНС № 17 по Челябинской области, ФИО1 в 2018, 2019 годах являлась сотрудником ООО «Аргамак».

Полагая, что передача транспортного средства должником ФИО1 (аффилированному с должником лицу) являлась безвозмездной в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества, как следствие, имеет признаки недействительной сделки, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В качестве правового обоснования заявленных требований конкурсный управляющий указывает пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), полагая, что сделка по отчуждению ликвидных активов должника совершена должником с заинтересованным лицом в период неплатежеспособности общества в отсутствие встречного исполнения обязательств другой стороной сделки в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

От акционерного общества «ВТБ Лизинг» (далее – АО «ВТБ Лизинг») поступил отзыв на заявление конкурсного управляющего должника, в котором АО «ВТБ Лизинг» возражает против удовлетворения заявленных требований, указывает, что должник никогда не являлся собственником спорного транспортного средства, а также что заявителем не доказана совокупность условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Конкурсным управляющим не представлены доказательства отсутствия у должника имущества, достаточного для погашения таких требований на момент совершения оспариваемой сделки. В момент совершения сделки общество «ВТБ Лизинг» не знало и не могло знать, что целью совершения сделки является причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, учитывая также тот факт, что возможность заключения данных сделок предусмотрена условиями договора лизинга.

Также в материалы обособленного спора от ответчика ФИО1 поступил отзыв на заявление конкурсного управляющего должника об оспаривании сделки, в котором ответчик возражает против удовлетворения заявленных требований, указывает, что спорное имущество приобретено за счет собственных денежных средств ответчика, а заявителем не доказано, что именно в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника. При этом ответчик отмечает, что в момент совершения оспариваемой сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности, а доводы конкурсного управляющего должника об аффилированности ответчика и должника основаны на домыслах, не подтверждены надлежащими доказательствами.

От третьего лица ФИО4 также поступили письменные возражения на заявление конкурсного управляющего должника, в которых ФИО4 просит отказать в признании сделки недействительной, поскольку на момент ее совершения должник не имел признаков банкротства и неплатежеспособности, задолженности по налогам и сборам не было, исполнительных производств в отношении должника возбуждено не было, а должник не преследовал цель причинить вред имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности совокупности условий для признания сделки недействительной.

Апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 настоящего закона об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих, в том числе в соответствии с гражданским законодательством.

Статья 61.2 Закона о банкротстве раскрывает условия недействительности подозрительных сделок, как совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1) либо с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в пунктах 5-9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В силу разъяснений, данных в названных пунктах постановления, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий указывал на безвозмездную передачу спорного транспортного средства должником в пользу заинтересованного лица в период неплатежеспособности в отсутствие равноценного встречного предоставления, что охватывается диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве. Обстоятельств, выходящих за пределы диспозиции названной нормы, управляющий не назвал, а судом апелляционной инстанции не установлено.

Оспариваемая сделка совершена должником 18.05.2020 (дата заключения договора купли-продажи спорного транспортного средства лизингодателем с ФИО1). Дело о банкротстве возбуждено 29.09.2021, следовательно, данная сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В подтверждение наличия признаков неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемой сделки, конкурсный управляющий должника указывает, что на момент совершения сделки имелась задолженность перед кредиторами, впоследствии включенными в реестр требований кредиторов должника: ООО «Центр коммунального сервиса» (просрочка с 02.08.2019), МП «Магнитогорскинвестрой» в сумме 478 732,76 руб. основного долга (просрочка с 02.08.2019), в сумме 1 093 367 руб. основного долга, 1 100 694,74 руб. основного долга, ООО «ЧелябСтройКомплект» в сумме 400 000 руб. основного долга (период с 21.09.2019), Межрайонной ИНФНС № 17 по Челябинской области (на момент совершения сделки размер неуплаченных сумм составил 126 203 руб.).

Кроме того, согласно информации, содержащейся в банке исполнительных производств (https://fssp.gov.ru/), на момент заключения оспариваемой сделки в отношении должника уже были возбуждены исполнительные производства. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что к моменту совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, при этом, должник прекратил исполнять свои денежные обязательства и отвечал признаку неплатежеспособности.

Данные обстоятельства апеллянтом не опровергнуты.

Согласно письму МИФНС № 17 по Челябинской области, ФИО1 в 2018, 2019 годах являлась сотрудником ООО «Аргамак».

Как поясняет ФИО1 в жалобе, в ООО «Аргамак» она занимала должность инженера-сметчика, причем трудовую функцию выполняла на основании гражданско-правового договора. Соответственно, о наличии признаков неплатежеспособности у должника она не знала и не могла знать.

Действительно, один лишь факт трудовых отношений не свидетельствует об осведомлённости работника о неблагоприятном финансовом положении общества, равно как и аффилированность сама по себе не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Однако, как верно указал суд первой инстанции, заинтересованность проявляется через разные формы аффилированности, предусмотренные статьей 19 Закона о банкротстве.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже тогда, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В рассматриваемом случае, как установлено судом первой инстанции и не опровергнуто апеллянтом, у ФИО1, ФИО4 один представитель - ФИО6, который представлял отзывы от ответчиков в рамках рассматриваемого обособленного спора и в рамках спора об оспаривании сделки в отношении транспортного средства TOYOTA RAV4.

Кроме того, подобная схема вывода активов должника путем заключения договоров лизинга с последующим приобретением контролирующим должника лицом транспортного средства у лизингодателя по выкупной цене уже применялась должником ранее.

В частности, в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2023 установлено, что 02.12.2018 между АО «ВТБ Лизинг» (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи № АЛВ 94139/01-17 МГН, в соответствии с условиями, которого ФИО4 приобрел транспортное средство TOYOTA RAV 4, 2017 г.в., VIN 

<

***> по цене 1 016 руб. 95 коп.

Как уже отмечалось, ФИО4 являлся на момент совершения сделки руководителем и единственным участником должника.

Суд апелляционной инстанции в рамках названного спора установил, что фактически транспортное средство передано ФИО4  безвозмездно при рыночной стоимости автотранспортного средства - 1 734 000 руб., что, в свою очередь, позволило суду апелляционной инстанции прийти к выводу о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу суммы уплаченных должником лизинговых платежей за вычетом выкупной стоимости транспортного средства.

В рассматриваемом случае в материалы обособленного спора не представлено доказательств реального исполнения обязательств по оспариваемой сделке со стороны ФИО1, а именно - отсутствуют доказательства оплаты должнику ФИО1 спорного транспортного средства.

При проверке факта оплаты покупателем имущества должника наличными денежными средствами судами применяются подходы, выработанные высшей судебной инстанцией в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», направленные на проверку фактического предоставления должнику денежных средств, наличия у стороны договора, передавшей наличные денежные средства, реальной финансовой возможности предоставить должнику - стороне договора наличные денежные средства.

Доводы ответчика ФИО1 о том, что оплата за спорное транспортное средство была произведена ей в полном объеме путем передачи руководителю должника ФИО4 в наличной форме денежных средств в размере 499 830,00 руб., и путем зачета задолженности по заработной плате перед ФИО1 в размере 300 170,00 руб., не подтверждены документально. Материалы дела не содержат приходных кассовых ордеров, подтверждающих внесение ответчиком в кассу денежных средств в указанной сумме, не представлена иная первичная документация, подтверждающая данные обстоятельства, соглашение о зачете и т.д.

Согласно представленным в материалы обособленного спора уполномоченным органом справкам 2-НДФЛ сумма дохода ФИО1 за 2018 год составила 908 216,02 руб., за 2019 год – 644 710,49 руб., что вызывает обоснованные сомнения в финансовой возможности ФИО1 совершить оспариваемую сделку, в частности, передать единоразово должнику денежные средства в размере 499 830,00 руб.

Таким образом, в материалы обособленного спора не представлено достоверных и надлежащих доказательств получения должником встречного предоставления по оспариваемой сделке. Следовательно, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оспариваемая сделка совершена безвозмездно, чем очевидно причинен вред имущественным интересам кредиторов ООО «Аргамак».

Довод ФИО1 о том, что ООО «Аргамак» не является и никогда не являлся собственником спорного транспортного средства, является несостоятельным и подлежит отклонению, поскольку предметом настоящего спора является безвозмездная передача права выкупа автомобиля, за который должником уплачивались лизинговые платежи.

Как отмечалось выше, по информации ГУ МВД РФ по Челябинской области владельцем спорного транспортного средства является ООО «Аргамак». Зафиксированные нарушения правил дорожного движения совершены ФИО5 (вероятно, лицом, связанным с ответчиком родственными связями ввиду совпадения фамилии (ФИО1 на стадии рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции участвует под фамилией «Тихонова»)). По информации Российского Союза Автостраховщиков лицами, допущенными к управлению спорным транспортным средством на протяжении 2019-2020 годов, являлись ФИО5, ФИО1

Указанные обстоятельства очевидно свидетельствуют о согласованности действий должника и ответчика по распоряжению спорным имуществом, соответственно, об их аффилированности.

ФИО1 в жалобе заявляет также о том, что стоимость сделки (800 000 руб.) соответствует рыночным значениям. В свою очередь, стоимость, указанная в решении об оценке, выполненной конкурсным управляющим, существенно завышена, не соответствует стоимости объектов-аналогов из объявлений, размещенных в открытых источниках в сети Интернет.

Однако, достаточных доказательств утверждению о том, что стоимость является завышенной, ответчиком не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ). Право выкупа автомобиля передано ответчику в 2020 году, доказательств того, что стоимость автомобиля в тот период имела значения, указанные апеллянтом, не имеется. В приобщении документа - информация об объектах-аналогах автомобиля 2018 года выпуска (приложенная к жалобе, подготовлена в 2024 году), к материалам дела судом отказано в порядке статьи 268 АПК РФ, представлены сведения на иной отчетный период, не относимый к спорному. 

По мнению апеллянта, суду первой инстанции следовало назначить судебную оценочную экспертизу стоимости автомобиля.

Действительно, в ходе судебного разбирательства от ответчика ФИО1 в материалы обособленного спора неоднократно поступало ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного автомобиля.

Однако, как верно указал суд первой инстанции, основания для удовлетворения ходатайств отсутствуют, поскольку в рассматриваемом случае определение рыночной стоимости транспортного средства не имеет значения для рассмотрения настоящего обособленного спора с учетом применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика ФИО1 разницы между общей суммой лизинговых платежей и выкупной стоимостью предмета лизинга, учитывая, что фактически переданы права лизингополучателя, который выполнил условия договора лизинга, выплатив лизинговые платежи.

Довод апеллянт о том, что конкурсный управляющий не обращался к апеллянту с требованием о возврате спорного автомобиля в конкурсную массу ООО «Аргамак» подлежит отклонению, как не имеющий правового значения.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 29.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», возлагают на арбитражного управляющего обязанность направлять ответчику по обособленному спору соответствующую претензию с целью информирования совершивших сделку лиц о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, и предоставления ответчику возможности возвратить незаконно полученное имущество в конкурсную массу во внесудебном порядке в целях целью сокращение срока проведения процедуры банкротства и судебных расходов по делу. 

Поскольку в рассматриваемом случае конкурсным управляющим оспаривается сделка по передаче права выкупа автомобиля ответчику, ущерб, причиненный должнику и его кредиторам, выражается в сумме уплаченных лизинговых платежей за вычетом выкупной стоимости имущества. Соответственно, возврат автомобиля, приобретенного ответчиком у лизингодателя по договору купли-продажи, не признанному недействительным, не может применяться в данном случае в качестве последствия признания сделки недействительной.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что заявителем в полном объеме доказана совокупность признаков недействительности сделки, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, полагает, что судом первой инстанции правомерно удовлетворено требование о признании сделки недействительной.

При этом апелляционный суд не усматривает правовых оснований для признания сделки недействительной по общим основаниям - в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III. 1 названного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно абзацу второму пункта 25 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

При отсутствии между должником и ФИО1 соглашения, которым определен порядок взаиморасчетов в счет уступаемых прав по выкупу предмета лизинга, надлежащим способом защиты права будет признание недействительной сделки по безвозмездной передаче должником ФИО1 права выкупа предмета лизинга и взыскания с ФИО1 стоимости договорной позиции исходя из положений пункта 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021.

В пункте 38 Обзора указано, что оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать соотношение между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие). То есть необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга.

Таким образом, судом первой инстанции верно применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника денежных средств в размере 1 178 584,25 руб., из расчета сумма лизинговых платежей за вычетом выкупной стоимости предмета лизинга (1 179 601,20 руб. – 1 016,95 руб.).

Апеллянт в жалобе указывает, что в целях надлежащей защиты кредиторов ООО «Аргамак» необходимо взыскать с ФИО4 в пользу ООО «Аргамак» денежные средства, полученные в результате отчуждения транспортного средства - 800 000 руб.; привлечь директора ООО «Аргамак» к субсидиарной ответственности по возврату денежных средств в конкурсную массу.

Между тем, заявленные апеллянтом требования являются самостоятельными, в рамках настоящего обособленного спора не заявлялись.

Следовательно, определение отмене, а жалоба удовлетворению – не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы распределяются в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения подлежат отнесению на ее подателя.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.09.2024 по делу № А76-28137/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                              Л.В. Забутырина 

Судьи                                                                              И.В. Волкова

                                                                                             О.В. Рогожина