﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-9137/2020к2

г. Красноярск

22 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «19» октября 2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен          «22» октября 2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Морозовой Н.А., Яковенко И.В.,  

при ведении протокола судебного заседания Каверзиной Т.П.,  

при участии: 

от финансового управляющего Соломатова Дмитрия Александровича: Петроченко О.О., представителя по доверенности от 03.08.2021, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Соломатова Дмитрия Александровича

на определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 августа 2021 года по делу  № А33-9137/2020к2,  

установил:

в рамках дела о признании Гердт Людмилы Ивановны (ИНН 244306168810) несостоятельной (банкротом) поступило требование публичного акционерного общества «Уральский банк реконструкции и развития» (ИНН 6608008004, ОГРН 1026600000350, далее - кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника суммы задолженности в размере 485 773 рублей,  на основании договора от 29.07.2016, из которых: 429 069 рублей 29 копеек – основной долг, 56 703 рубля 71 копейка – проценты за пользование кредитом.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.08.2021 требование удовлетворены частично, требование публичного акционерного общества «Уральский банк реконструкции и развития» включено в третью очередь реестра требований кредиторов  должника – Гердт Людмилы Ивановны в размере 453 366 рублей 88 копеек, в том числе: 396 663 рубля 17 копеек – основного долга, 56 703 рубля 71 копейка – процентов за пользование кредитом. В удовлетворении остальной части требования отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, финансовый управляющий Соломатов Дмитрий Александрович обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил определение суда первой инстанции отменить в части включения в реестр требований кредиторов должника процентов за пользование кредитом в размере 56 703 рублей 71 копейки, принять в указанной части новый судебный акт.  

В апелляционной жалобе финансовый управляющий Соломатов Дмитрий Александрович указывает на то, что в случае возбуждения производства по делу о банкротстве наследственной массы денежные обязательства подлежат исчислению на дату смерти должника, а не на дату введения процедуры реализации имущества. Кредитор предъявляет требование не к наследникам, а к наследственной массе умершего гражданина, следовательно, размер обязательства должен определяться на момент смерти гражданина исходя из принципа сепарации наследственной массы. По мнению заявителя, проценты подлежат начислению только до даты смерти должника.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 09.09.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 19.10.2021.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 09.09.2021, подписанный судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 10.09.2021 12:36:20 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание, в том числе в связи с наличием основания для сохранения режима самоизоляции (высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации принято решение о продлении режима самоизоляции, выявлено заражение коронавирусной инфекцией (COVID-19), имеется контакт с лицами, заразившимися указанной инфекцией, а также иные причины, в том числе наличие хронических заболеваний) с приложением соответствующих доказательств для разрешения вопроса об отложении судебного заседания, в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании представитель финансового управляющего Соломатова Дмитрия Александровича поддержал требования апелляционной жалобы. Пояснил, что определение суда первой инстанции обжалует только в части включения в реестр требований кредиторов должника процентов за пользование кредитом в размере 56 703 рублей 71 копейки. 

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции проверит законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Между публичным акционерным обществом «Уральский банк реконструкции и развития» (далее – кредитор, банк) и Гердт Людмилой Ивановной (далее – заёмщик, должник) был заключен кредитный договор № KD91667000012146 от 29.07.2016,  по условиям которого банк выдал заёмщику кредит в размере 444 450 рублей под 10% годовых сроком на 84 месяца.

Выдача денежных средств подтверждается выпиской из лицевого счёта должника.

Гердт Людмилы Ивановны 25.04.1948 года рождения, умерла 31.03.2017, о чем 04.04.2017 составлена запись о смерти № 477, выдано свидетельство о смерти № III-БА №505409.

Из материалов наследственного дела в отношении умершей Гердт Людмилы Ивановны следует, что 21.08.2017 Гердт Сергей Владимирович обратился к нотариусу Ачинского нотариального округа Абдулиной Елене Михайловне с заявлением о принятии наследства. 31.08.2017 Постнова Ольга Владимировна обратилась к нотариусу Ачинского нотариального округа Абдулиной Елене Михайловне с заявлением о принятии наследства.

Как следует из заявления кредитора, по состоянию на дату, предшествующую дате введения процедуры реализации имущества, размер задолженности Гердт Л.И. по договору № KD91667000012146 от 29.07.2016 составляет 485 773 рубля, из которых:429 069 рублей 29 копеек – основной долг, 56 703 рубля 71 копейка – проценты за пользование кредитом.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения кредитора в суд с настоящим требованием. 

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лица, участвующего в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов (статьи 71, 100), кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъясняется, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Предметом рассмотрения настоящего обособленного спора является публичного акционерного общества «Уральский банк реконструкции и развития» требование о включении в реестр требований кредиторов должника суммы задолженности в размере 485 773 рублей,  на основании договора от 29.07.2016, из которых: 429 069 рублей 29 копеек – основной долг, 56 703 рубля 71 копейка – проценты за пользование кредитом.

Как уже было отмечено ранее, определение суда в части включения в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 396 663 рублей 17 копеек – основного долга (частично в связи с пропуском кредитором срока исковой давности, по платежам по кредитному договору до 29.09.2017 включительно) не оспаривается, заявитель не согласен с определением суда в части включения в реестр требований кредиторов должника процентов за пользование кредитом в размере 56 703 рублей 71 копейки. По мнению заявителя, проценты подлежат начислению только до даты смерти должника.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их взаимной связи и совокупности.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства суд по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, что предполагает право апелляционного суда на переоценку доказательств по делу.

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции считает судебный акт суда первой инстанции в обжалуемой части правомерным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в силу следующего.

Согласно пункту 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее - постановление Пленума №9) наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом), и поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 58 постановления №9, под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся со смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Обязательство, возникшее из кредитного договора, не связано неразрывно с личностью должника, кредитор может принять исполнение от любого лица. В связи с этим такое обязательство со смертью должника не прекращается. Если наследник должника принимает наследство, он отвечает перед кредитором в пределах стоимости перешедшего наследственного имущества.

Суд первой инстанции установил, что наследники не предпринимали каких-либо действий, направленных на погашение имеющейся задолженности умершего гражданина перед кредитором, как до момента подачи заявления о банкротстве, так и по текущий момент.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в деле о банкротстве, рассмотрение которого производится по правилам параграфа 4 главы X Закона о банкротстве, объектом взыскания выступает наследственная масса, а иное имущество наследника не включается в конкурсную массу. Таким образом, при наличии долгов заявление подается о признании банкротом умершего гражданина (наследственной массы), а не о банкротстве его наследников.

В силу норм пункта 60 постановления Пленума №9 ответственность наследников по долгам наследодателя ограничена пределами стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Учитывая, что банкротство умершего гражданина предполагает банкротство наследственной массы, а наследники отвечают по долгам должника, имеющимся на дату открытия наследства, установление долгов на дату смерти должника неправомерно ограничивает права кредиторов, предоставляя наследникам, принявшим наследство с долгами, необоснованные преимущества по распоряжению наследственным имуществом.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее). Проценты, подлежащие уплате в соответствии со статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, взимаются за неисполнение денежного обязательства наследодателем по день открытия наследства, а после открытия наследства за неисполнение денежного обязательства наследником, по смыслу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, - по истечении времени, необходимого для принятия наследства (приобретения выморочного имущества). Размер задолженности, подлежащей взысканию с наследника, определяется на время вынесения решения суда.

Вместе с тем, установив факт злоупотребления правом, например, в случае намеренного без уважительных причин длительного непредъявления кредитором, осведомленным о смерти наследодателя, требований об исполнении обязательств, вытекающих из заключенного им кредитного договора, к наследникам, которым не было известно о его заключении, суд согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отказывает кредитору во взыскании указанных выше процентов за весь период со дня открытия наследства, поскольку наследники не должны отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны кредитора.

Согласно пункту 4 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 8 октября 1998 года № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами»  проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Кодекса, по своей правовой природе отличаются от процентов, подлежащих уплате за пользование денежными средствами, предоставленными по договору займа (статья 809 Гражданского кодекса Российской Федерации), кредитному договору (статья 819 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо в качестве коммерческого кредита (статья 823 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при разрешении споров о взыскании процентов годовых суд должен определить, требует ли истец уплаты процентов за пользование денежными средствами, предоставленными в качестве займа или коммерческого кредита, либо существо требования составляет применение ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу указанных разъяснений обязательства по уплате процентов за пользование денежными средствами входят в состав наследства, данные проценты продолжают начисляться и после открытия наследства, а проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, являющиеся мерой ответственности за неисполнение денежного обязательства, не начисляются за время, необходимое для принятия наследства. 

Таким образом, в обжалуемом определении сделан верный вывод о том, что обязательства по уплате процентов за пользование денежными средствами входят в состав наследства, данные проценты продолжают начисляться и после открытия наследства, а доводы финансового управляющего об обратном являются несостоятельными и не подтвержденными какими-либо доказательствами. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 августа 2021 года  по делу № А33-9137/2020к2 в обжалуемой части не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 августа 2021 года  по делу № А33-9137/2020к2 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

  Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Н.А. Морозова

 

И.В. Яковенко