СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14497/2020(9)-АК

Дело № А60-58153/2018

08 ноября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 ноября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С.,

судей                               Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 12.11.2021,

от ФИО4: ФИО5, удостоверение, доверенность от 12.04.2021,

от иных лиц, участвующих в деле, не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 31 августа 2022 года 

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО4,

вынесенное в рамках дела № А60-58153/2018

о признании ООО «Агрегатсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица: финансовый управляющий ФИО7 – ФИО9 (ИНН 

<

***>), ФИО10, ФИО11,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2019 в отношении ООО «Агрегатсервис» (далее – должник) введена процедура наблюдение. Временным управляющим должника утверждён ФИО2. 

Решением от 21.08.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего утверждён ФИО2. 

Определением от 10.10.2019 конкурсным управляющим должника утверждён ФИО2. 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №33 от 22.02.2020, стр. 40. 

08.02.2022 через систему «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО4. Также просит в части установления размера ответственности производство по спору приостановить до окончания расчета с кредиторами.

В порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: ФИО10, ФИО11.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.08.2022 (резолютивная часть от 17.08.2022) признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Агрегатсервис» ФИО7 к субсидиарной ответственности. В удовлетворении требований в остальной части отказано. Производство по рассмотрению заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит определение суда отменить в части и удовлетворить требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Апеллянт ссылается на то, что суд первой инстанции не применил норму материального права (пп. 3 п.4 ст. 61.10. Закона о банкротстве), неправильно распределил бремя доказывания, выводы суда, изложенные в определении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Отмечает, что конкурсный управляющий в силу своего положения ограничен в возможности предоставить доказательства совершения ФИО4 конкретных сделок, которые бы привели к причинению вреда кредиторам (нет возможности предоставить видео запись, на которой ФИО4 давала конкретные указания на совершения «плохих» сделок). Полагает, что законодательством предусмотрена  презумпция, в силу которой бремя доказывания того, что лицо не является КДЛ перекладывается на ФИО4 Указывает, что причиной банкротства ООО «Стройоборудование» является поручительство за ООО «Стройуниверсал». Считает, что поскольку договорные обязательства ООО «Стройуниверсал» перед банком обеспечивались несколькими договорами поручительств (с ООО «Технострой», с ООО «Стройоборудование» и др.), то необходимо при привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ООО «Агрегатсервис» учитывать действия, направленные на понижение эффективности поручительства в отношении иных поручителей. Указывает на обстоятельства, установленные судом в Определении от 29.03.2022 по делу №А60-58155/2018 по оспариванию  сделки с ООО Армада, где денежные средства ООО «Технострой» (поручителя ООО «Стройуниверсал») были направлены в конце 2016г. не на погашение кредита, или расчет с независимыми кредиторами, а на счета ООО «Стройсервис», единственным участником и учредителем которого являлась мать ФИО4 (ФИО11), и от ООО «Стройсервис» какого-либо встречного предоставления в пользу ООО «Технострой» не поступало. Указывает, что в пользу того, что ООО «Стройсервис» фактически руководила ФИО4, а не ФИО7, и именно ФИО4 являлась лицом, контролирующим ООО «Стройсервис», говорят следующие обстоятельства. Согласно Решения Единственного участника ООО «Стройсервис» ФИО11 от 18.12.2015г. Общество зарегистрировало дополнительные виды деятельности: розничная торговля косметическими и парфюмерными товарами, фармацефтическими товарами, медицинскими товарами и ортопедическими изделиями. ФИО7 во всех своих показаниях указывал на то, что занимался именно строительством объектов недвижимости, но не оказанием медицинских услуг и торговлей косметикой. Этот вид деятельности был полностью подконтролен именно ФИО4, дополнительные виды деятельности ООО «Стройсервис» были введены для того, чтобы поддерживать деятельность ООО «СК Дентал А». Так ООО «СК Дентал А» было создано 10.08.2015. Единственным учредителем и участником клиники является дочь ФИО4 - ФИО10, ИНН 

<

***>. В период с 09.12.2015 по 20.08.2019 директором ООО «СК Дентал А» являлся муж ФИО4 – ФИО12 (ИНН 

<

***>). То есть, ООО «Стройсервис» дополнительно переориентировало свою деятельность на медицинские товары (услуги) именно в связи с тем, что было создано ООО «СК Дентал А», чтобы была возможность оплачивать товары медицинского назначения за ООО «СК Дентал А». Согласно выписке по расчетному ООО «Стройсервис» (единственный счет) за период с 01.10.2016 по 30.04.2017, из назначений платежей видно, что между ООО «СК Дентал А» и ООО «Стройсервис» был заключен договор на поставку материалов №СС—7/15 от 22.12.2015, то есть договор был заключен сразу, после того как были внесены изменения в документы ООО «Стройсервис» о дополнительных видах деятельности. В дальнейшем, согласно выписке видно, что ООО «Стройсервис» приобретало медицинское стоматологическое оборудование, осуществляло техническое обслуживание медицинского оборудования и перепродавало его ООО «СК Дентал А». При этом, расходы ООО «Стройсервис» на приобретение материалов и оборудования для стоматологической клиники были гораздо больше (примерно 2 085 000 руб.), чем то, что ООО «Стройоборудование» получало от ООО «СК Дентал А» (1 529 600 руб.), что указывает на то, что ООО «Стройсервис» фактически осуществляло финансирование стоматологической клиники, то есть у ООО «СК Дентал А» не было достаточно оборотных средств для того, чтобы вести самостоятельную деятельность. Ссылаясь на обстоятельства, установленные в рамках дела №А60-58157/2018 в обособленном споре о взыскании убытков, отмечает, что ООО «СК Дентал А» (подконтрольное ФИО4) недобросовестно извлекало выгоду от деятельности компаний, входящих в группу НП «Уралэнергостройкомплекс», арендную плату за занимаемые помещения не вносило, платежи оплачивало ООО «АН УЭСК» в пользу ООО «Стройсервис». По мнению апеллянта, именно ФИО4 должна была дать пояснения о том, почему она и ее ближайшие родственники извлекали необоснованную выгоду от действий компаний, входящих в группу УЭСК. Также ссылается на то, что в судебных актам по делу №А60-58157/2018 не установлено тех обстоятельств,  на которые ссылается суд, не дана оценка статусу ФИО4 как контролирующего должника лица. Полагает, что судом не правомерно приняты во внимания обстоятельства, установленные в делах №А60-1864-10/2017, А60-35727/2016, А60-58157/2018 – отсутствие статуса контролирующего лица у ФИО4 в отношении компаний, входящих в группу компаний НП «Уралэнергостройкомплекс», поскольку конкурсный управляющий должника не участвовал при рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности. Также ссылается на распоряжения №24 от 28.10.2014, №26 от 25.11.2014 и показания ФИО13 из которых следует, что ФИО4 могла самостоятельно, а не по указанию ФИО7 распоряжаться крупными денежными средствами, имела значительную степень вовлеченности в процесс управления обществами, входящими в группу компаний. Обращает внимание суда на то, что наличие электронного документооборота и электронной системы распоряжений в группе компаний само по себе указывает на то, что распоряжение деньгами и руководство осуществляется электронно, визы на документах, на договорах не ставились (как раньше), распоряжения отдавались путем нажатия клавиш. Отмечает, что ни в одном деле о банкротстве обществ групп компаний УЭСК не были раскрыты электронные базы системы «Галактика» и «Директум», указанные базы были ликвидированы заинтересованными лицами. Однако, исходя из показаний ФИО13, которая являлась непосредственным пользователем электронного документооборота видно, что именно через указанные системы распоряжались деньгами в группе компаний. Суд не дал оценку показаниям ФИО13 Кроме того, ссылается на то, что суд не дал оценку доводам конкурсного управляющего о том, что и ФИО11 (мама ФИО4) и ФИО10 (дочь ФИО4) стали выгодоприобретателями недвижимого имущества, которое ранее принадлежало группе компаний, но в период финансового кризиса и взыскания долгов с компаний УЭСК было выведено на ближайших родственников ФИО4 В частности указывает на следующие сделки. Недвижимость с кадастровым номером 66:41:0501072:1195, площадь 21,20 кв.м., с 17.03.2021г. собственник ФИО14 Это помещение ФИО4 приобрела 19.04.2010г. у ООО «СпециалистМ» (входящим в группу компаний УЭСК), а 14.02.2014г. продала ООО «Стройсервис» (аффилированному с группой компаний УЭСК), при этом, представляется, что с момента продажи указанного имущества ФИО4 не могла на него претендовать, ввиду того, что денежные средства за недвижимость получила по договору купли-продажи от 25.02.2014 (66-66-01/012/2014-034). Недвижимость с кадастровым номером 66:41:0501072:1196, площадь 153,5 кв.м., собственник ФИО10 (дочь ФИО4). Это помещение ФИО4 приобрела 19.04.2010г. у ООО «СпециалистМ», а 25.02.2014г. продала ООО «Стройсервис» (аффилированному с группой компаний УЭСК), ООО «Стройсервис» 23.08.2017. продало ООО «Уралторг» (единственным участником и учредителем являлась ФИО10), далее продано 07.08.2018г. ООО «Планетастройинвест» (ИНН 

<

***>, где единственным участником и учредителем являлась дочь ФИО4 - ФИО10), далее 01.11.19 г. было продано самой ФИО10 Недвижимость с кадастровым номером 66:41:0501072:1197, площадь 8,8 кв.м., собственником является ООО «Торгсервис». Это помещение ФИО4 приобрела 21.04.2010г. у ООО «СпециалистМ», а 25.02.2014г. продала ООО «Стройсервис» (ИНН 

<

***>) (аффилированному с группой компаний УЭСК), ООО «Стройсервис» 30.08.2017. продало ООО «Торгсервис» (ИНН 

<

***>). Недвижимость с кадастровым номером 66:41:0501072:1198, площадь 125,6 кв.м., собственник ФИО10 (дочь ФИО4) Это помещение ФИО4 приобрела 19.04.2010г. у ООО «Специалист-М», а 25.02.2014г. продала ООО «Стройсервис» (аффилированному с группой компаний УЭСК), ООО «Стройсервис» 04.09.2017. продало ООО «Уралторг» (единственным участником и учредителем являлась ФИО10), далее продано 07.08.2018г. ООО «Планетастройинвест» (ИНН 

<

***>, где единственным участником и учредителем являлась дочь ФИО4 - ФИО10), далее 01.11.19 г. было продано самой ФИО10 (либо перешло в результате ликвидации Общества учредителю).

До судебного заседания от ФИО4, ФИО8 поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

В отзыве ФИО4 также изложено ходатайство о приобщении к материалам дела акта сверки между ООО «Стройсевис» и ООО «СК ДенталА».

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить в обжалуемой части. Представитель ФИО4 в удовлетворении жалобы просил отказать.

Рассмотрев ходатайство о приобщении к материалам дела акта сверки в порядке ст. 159 АПК РФ, суд апелляционной инстанции отказывает в его приобщении (ч. 2 ст. 268 АПК РФ).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы лишь в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, согласно сведением из ЕГРЮЛ ООО «Агрегатсервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.04.2008 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, обществу присвоен ОГРН 

<

***>. 

Учредителем и участником ООО «Агрегатсервис» с 01.04.2008 по 21.08.2019 с долей 100% являлся ФИО7. 

Директором ООО «Агрегатсервис» в период с 25.01.2016 по 21.05.2018 являлся ФИО6. 

В период с 22.05.2018 по 21.08.2019 являлся ФИО8. 

Директором по экономике группы компаний НП «УРАЛЭНЕРГОСТРОЙКОМПЛЕКС» являлась ФИО4. 

По мнению конкурсного управляющего, вышеуказанные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Агрегатсервис», на основании следующего.

Поскольку ФИО6, ФИО8 являлись руководителя ООО «Агрегатсервис», ФИО7 являлся учредителем и участником должника, ФИО4 осуществляла фактическое руководство деятельностью должника, то они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании пп. 1, п. 2 ст. 61. 11 Закона о банкротстве за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. 

Так определениями суда от 28.06.2021, от 15.04.2021, от 16.03.2021, 22.02.2021, от 1910.2021, от 06.10.2020 и постановлением апелляционного суда от 21.09.2021 в рамках настоящего дела о банкротстве должника были признаны недействительными ряд сделок.

ФИО7, ФИО6, ФИО8 не исполнена обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд, поэтому они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве.

По мнению конкурсного управляющего срок наступления обязанности по подаче заявления о призвании должника банкротом наступил 30.05.2017.

Кроме того, определением  от 13.07.2020 суд обязал ФИО8 передать документы конкурсному управляющему. 

Поскольку ФИО8, ФИО7 документы не переданы, они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании пп. 2 п. 2 ст. 61. 11 Закона о банкротстве. 

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО6 и ФИО8 являлись номинальными руководителями должника, какие-либо управленческие функции, не поручаемые ФИО7, не выполняли, а ФИО4 контролирующим должника лицом не являлась, в связи с чем в удовлетворении требований о привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности судом первой инстанции было отказано. В отношении ФИО7 суд пришел к выводу о том, что  он являлся фактическим учредителем и руководителем должника, конечным бенефициаром, установил наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, производство по делу в части установления размера субсидиарной ответственности приостановил до окончания расчетов с кредиторами.

Судебный акт в части отказа в привлечении ФИО6 и ФИО8 к субсидиарной ответственности и привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности не обжалуется, в связи с чем, судом апелляционной инстанции выводы суда в данной части не пересматриваются.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО4 является контролирующим должника лицом, которое подлежит привлечению к субсидиарной ответственности наравне с ФИО7

В соответствии с п. 16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления N 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В пункте 18 Постановления N 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53) указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В  рамках дела №А60-35727/2016 о банкротстве ООО «Стройуниверсал» при рассмотрения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности было установлено следующее.

Согласно общедоступным данным Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО7 является директором НП «Уралэнергостройкомплекс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Указанное Некоммерческое партнёрство образует группу компаний, куда входит, в том числе ООО «Стройуниверсал» (установлено вступившим в законную силу судебным актом - абзац 10 стр. 5 постановления АС Уральского округа от 27.11.2018 по делу № А60-40625/2015).

Так, суды неоднократно отмечали, что в состав НП «Уралэнергостройкомплекс» входит множество организаций, выполняющих различные функции - начиная с создания архитектурного видения проекта и заканчивая сдачей его в эксплуатацию. НП «Уралэнергостройкомплек» реализует комплекс градостроительных задач, начиная от разработки концепции будущего объекта и заканчивая его сдачей «под ключ». Все проектные, строительно-монтажные, отделочные, прочие смежные работы выполняются своими силами. Таким организациями в частности являются ООО «Стройуниверсал», ООО «Уктуссстрой», ООО «Профтехстрой», ООО АН «УЭСК» и др.

Кроме того, фактический контроль указанного лица над деятельностью должника подтверждается совокупностью представленных в материалы дела косвенных доказательств: свидетельские показания, устные и письменные пояснениялиц,участвующих в деле (ФИО15, ФИО13), письменные доказательства, общедоступная информация, размещённая в сети Интернет, сведения и документы, полученные от контрагентов должника, в частности, запрос ПАО «Примсоцбанк», представленный в материалы дела и приобщенный конкурным управляющим.

В частности, в рамках указанного дела судом были допрошены свидетели ФИО16, Кузменко, Д.Ф., ФИО17, ФИО18, ФИО19, Рыбалка П.Б. Данные лица входили в органы управления компаний, входящих в НП «Уралэнергостройкомплекс». Все допрошенные свидетели, за исключением Рыбалка П.Б., в целом, дали схожие показание об организации системы управления в холдинге.

Так, свидетели указали, что ФИО7 являлся фактическим владельцем и конечным "бенефициаром" компаний входящих в партнёрство, имел возможность давать обязательные для них указания, единолично определял состав управления организаций, в частности назначал и прекращал полномочия директоров всех допрошенных свидетелей, которые не имели полномочий самостоятельно принимать решения о работах, производимых на каких-либо объектах, кроме указанных ФИО7 За ним сохранялось принятие управленческих и финансовых решений, определение стратегии организаций, объекты работ определял он же, проводя общие совещания работников планово раз в неделю в своем кабинете. Показания допрошенных свидетелей сводятся к одному: "за ним было решающее слово по всем вопросам, возникающим в процессе деятельности участников партнерства. По итогам еженедельных совещаний работников принимались решения, которые были обязательными для исполнения всеми участниками партнерства под угрозой увольнения". Вопросы набора персонала, ценообразования производимых работ, строительных материалов, тендерный и юридический отделы также находились под контролем ФИО7

Письменными доказательствами, свидетельствующими о наличии статуса контролирующего должника у ФИО7 являются многочисленные приказы и распоряжения, издаваемые НП "Уралэнергостройкомплекс" в отношении всех копаний холдинга с приложением листов ознакомления директорами компаний, входящих в холдинг. Данные локальные акты подписывались либо ФИО7, либо ФИО4

В материалы дела также приобщены письменные пояснения ФИО7, где тот подтвердил наличие у него статуса контролирующего должника лица. Помимо всего прочего, ФИО7 поясняет, что у ФИО13, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО4, ФИО15 отсутствует статус контролирующих должника лиц.

Проанализировав все собранные доказательства и оценив их как в отдельности, так и в совокупности (ст. 71 АПК РФ), суд первой инстанции счел доказанным наличие статуса контролирующего должника лица в отношении ФИО7.

Оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности установлено не было.

Суды указали, что представленные в материалы дела доказательства (приказы, распоряжения) не свидетельствуют о том, что ФИО4 участвовала в хозяйственной деятельности ООО «Стройуниверсал», осуществляла фактический контроль над должником, участвовала в формировании воли юридического лица при заключении и исполнении каких-либо сделок, в том числе сделок, признанных судом недействительными. Указанные обстоятельства подтвердил и ФИО7 в письменных пояснениях.

Показания свидетелей подтверждают, что ФИО4 не участвовала в совещаниях, на которых принимались основные хозяйственные решения, связанные с деятельностью ООО «Стройуниверсал» по строительству объектов недвижимости; ФИО4 не имела возможности самостоятельно, без согласования с ФИО7, распоряжаться денежными средствами более 100 000 руб., что явно свидетельствует о том, что ФИО4 не могла принимать финансовые решения, повлекшие возникновение у Должника обязательств на сумму более 2 млрд. рублей и совершить сделки, которые привели к его неплатежеспособности (либо давать кому-либо указания по совершению). 

Практически все свидетели пояснили, что общее руководство компаниями, входящими в некоммерческое партнерство, осуществлял ФИО7, а ФИО4 и ФИО20, хоть и занимали немаловажные должности в некоммерческом партнерстве, находились у ФИО7 в подчинении и не могли принимать состоятельных решений, касающихся юридической и финансовой судьбы подконтрольных ФИО7 юридических лиц. 

В материалы дела действительно представлены распоряжения и приказы за подписью ФИО4 как директора по экономике НП «Уралэнергостройкомплекс». Данные документы касаются централизованной закупки канцелярских товаров для обществ, входящих в состав некоммерческого партнерства, порядка инвентаризации и учета товарно-материальных ценностей, порядка введения информационных систем и использования их сотрудниками. 

Таким образом, данные распоряжения и приказы являются документами организационного характера. Основания считать, что эти документы касаются существенных деловых решений относительно деятельности должника или же данные административно-хозяйственные функции могли повлиять на юридическую и экономическую судьбу ООО «Стройуниверсал», у апелляционной коллегии отсутствуют. 

Из материалов дела следует, что ФИО4 как экономист по образованию в рамках своих трудовых функций и под непосредственным руководством директора НП ФИО7 выполняла функции директора по экономике НП «Уралэнергостройкомплекс». При этом материалами дела не подтверждается, что при выполнении своих должностных обязанностей ФИО4 могла самостоятельно, а не по указанию ФИО7, распоряжаться крупными денежными суммами, принимать какие-либо ключевые деловые и хозяйственные решения, заключать сделки или давать кому-либо указания на их заключение. 

В связи с этим, законным и обоснованным признан вывод суда первой инстанции о том, что ФИО4 не осуществляла фактический контроль над должником, не участвовала в формировании воли юридического лица при заключении и исполнении сделок, в том числе сделок, признанных судом недействительными. Изложенное исключает возможность привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Доводы о том, что ФИО7, принимая на себя вину, пытался нивелировать ответственность иных лиц, входящих в структуру НП «УЭСК», принимавших решения, в то время как фактический контроль над всей группой компаний, входящих в состав НП «Уралэнергостройкомплпекс» осуществлял не только ФИО7, но и ФИО4, а также ФИО20, апелляционная коллегия отклонила, как не основанные на надлежащих доказательствах. При этом коллегия учла, что в мае 2020 года в средствах массовой информации (копии статей и расшифровки видеозаписи интервью приобщены к материалам дела в суде апелляционной инстанции по ходатайству представителя ФИО4) появились официальные комментарии прокуратуры Свердловской области по поводу результатов расследования уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО7 по ч. 4 ст. УК РФ («Мошенничество в особо крупном размере») и его деятельности в качестве главы группы компаний «УЭСК»: по сообщению пресс-службы прокуратуры Свердловской области, в ходе следствия установлено, что ФИО7 создал и зарегистрировал НП «Уралэнергостройкомплекс», в состав которого входили свыше 20 юридических лиц различной организационно-правовой формы, каждое из которых занималось определенным видом деятельности исключительно по указанию обвиняемого. При этом он являлся конечным бенефициаром строительного бизнеса под наименованием «Уралэнергостройкомплекс». В настоящее время уголовное дело по обвинению ФИО7 направлено в Чкаловский районный суд Екатеринбурга (материалы прессы – приложение 1). Также в мае 2020 в информационной программе «Патрульный участок» на региональном телеканале ОТВ24 (текстовая расшифровка видеозаписи – приложение 2, видеозапись на диске будет предоставлена суду апелляционной инстанции в судебном заседании), заместитель начальника отдела следственной части Главного следственного управления МВД России по Свердловской области ФИО24 пояснила следующее: «Строительство жилых комплексов осуществляла группа компаний под названием «Уралэнергостройкомплекс», руководителем и конечным бенефициаром которых выступал ФИО7. Все ключевые решения, в том числе и финансовые, принимались непосредственно им. Денежные средства, которые получались от пайщиков, направлялись им не на строительство жилых домов, с целью окончания строительства, а на свои личные нужды, что и было доказано в ходе предварительного следствия по уголовному делу» (с 5:02 аудиозаписи). «Был доказан преступный умысел, доказан факт того, что денежные средства направлялись, получались им, расходовались на личные цели» (с 6:02 аудиозаписи). 

Каким-либо иным лицам в рамках указанного уголовного дела обвинений не предъявлено.

В рамках дела №А60-1864/2017 о банкротстве ООО «ИЛМИ», которое также входило в группу компаний НП «Уралэнергостройкомплекс» также не было установлено оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности (определение от 31.08.2020).

В данном деле также не установлено, что ФИО4 являлась контролирующим ООО «ИЛМИ» лицом. Судом указано, что ФИО4 не являлась учредителем (участником) должника, не занимала должность руководителя должника, не являлась работником ООО «Илми». Должность ФИО4 в качестве директора по экономике не предполагали функций и полномочий по управлению обществами, входящими в состав НП «Уралэнергостройкомплекс». Таким образом, указанное лицо может быть признано лицом, контролирующим должника на общих основаниях, при доказанности того, что ФИО4 имела фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Представленные в материалы дела доказательства (приказы, распоряжения) не свидетельствуют о том, что ФИО4 участвовала в хозяйственной деятельности ООО «Илми», осуществляла фактический контроль над должником, участвовала в формировании воли юридического лица при заключении и исполнении каких-либо сделок, в том числе сделок, признанных судом недействительными.

В рамках настоящего дела о банкротстве было рассмотрено два обособленных спора о солидарном взыскании с ФИО6, ФИО7, ФИО4 в пользу ООО «Агрегатсервис» убытков в размере                     4 000 000 руб. (определение от 14.12.2021) и о солидарном взыскании с ФИО7, ФИО4 в пользу ООО «Агрегатсервис» убытков в размере 5 800 000 руб., с ФИО6 – 4 300 000 руб., с ФИО8 – 1 500 000 руб. (определение от 15.02.2022).

В данных определениях судом установлено следующее.

ООО «Агрегатсервис», как пояснял ФИО7, учреждено им 01.04.2008, дальнейшее фактическое руководство также осуществлялось им, так как общество создавалось для организации его бизнеса. ФИО6 был формально назначен в качестве директора ООО «Агрегатсервис» с 25.01.2016 по 22.05.2018. При этом, фактически руководство он не осуществлял, принимать решения без одобрения ФИО7 и разрешения не мог, доступа к счетам и денежным средствам не имел. Решения о перечислениях денежных средств в оплату по договорам принимались им – ФИО7 

В отношении ФИО4, ФИО7 указывал, что она являлась директором по экономике некоммерческого партнёрства «УРАЛЭНЕРГОСТРОЙКОМПЛЕКС», к управлению и контролю за организациями, входившими в Партнёрство, отношения не имела. Она была одним из его заместителей, выполняла его распоряжения. По его указанию производила различные расчёты, издавала распоряжения, носившие исключительно организационный характер. Кроме того, была его помощником, как депутата Городской думы. Занималась депутатской деятельностью, организовывала праздники, дни строителя, выставки. Доступа к финансам организаций, входивших в партнёрство, доступа к их счетам и возможности распоряжаться их денежными средствами не имела, как и возможности принимать какие-либо управленческие решения в отношении Партнёрства и его организаций. В структуру управления НП «УРАЛЭНЕРГОСТРОЙКОМПЛЕКС» входило четыре его заместителя, которые являлись равными друг другу по значимости, доводы ФИО6 о том, что ФИО4 являлась вторым лицом некоммерческого партнёрства и наравне со мной фактически руководила организациями, входящими в некоммерческое партнёрство, не соответствуют действительности, основаны на его домыслах.

С учётом пояснений самого ФИО7 оснований для привлечения к убыткам ФИО4 суд не усмотрел, поскольку бесспорных доказательств того, что именно она была ответственна за перечисления денежных средств в пользу Обществ и внесение денежных средств в кассу не представлено.

Таким образом, из совокупности обстоятельств и ранее рассмотренных споров и дел следует, что руководителем, учредителем и конечным бенифициаром группы компаний  НП «Уралэнергостройкомплекс», в которую входил, в том числе и должник, являлся ФИО7

ФИО4 являлась директором по экономике НП «Уралэнергостройкомплекс», по указанию ФИО7 производила различные расчеты, издавала распоряжения, носившие организационные функции.

Доказательств того, что действия  ФИО4 выходили за рамки ее трудовых функций, конкурсным управляющим не представлено, как и не представлено доказательств того, что  ФИО4 обладала властно-распорядительными полномочиями в отношении денежных средств, товарно-материальных ценностей,  могла прямо или косвенно влиять и определять решения руководства общества, давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия должника, что в пользу неё совершались какие-либо перечисления или вывод имущества должника (ст. 65 АПК РФ).

В рассматриваемом споре конкурсный управляющий каких-либо иных доводов, обстоятельств, доказательств, свидетельствующих о причастности ФИО4 к принятию управленческих решений, получение ею выгоды от признанных судом недействительными сделок, не представляет.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО4 являлась бенефициаром от сделок, приведших к снижению эффективности поручительства ООО «Агрегатсервис», своего подтверждения не нашли.

Ссылки конкурсного управляющего вновь на приказы и распоряжения не свидетельствуют  о принятие ФИО4 каких-либо ключевых решений в отношении должника.

Так судом первой инстанции установлено, что распоряжением № 24 от 28.10.2014 определен порядок изменений в организации подачи заявок на приобретение ТМЦ. Согласно п. 5 распоряжения № 24 от 28.10.2014 в случае необходимости возможно заведение временной сметы без ведомости ресурсов при этом заявка должна быть согласована директором по экономике ФИО4 или директором НП ФИО7 Согласно п. 6 распоряжения № 24 от 28.10.2014 экономиста ПЭО принимать к работе заявки с указанием постоянных (утвержденных) смет, временные сметы с ведомостью ресурсов и временные сметы без ведомости ресурсов за подписью ФИО4 Согласно п. 8 распоряжения № 24 от 28.10.2014 при наличии перерасходов заявки: ( по сумме до 10%, заявка должна быть согласована заместителем директора по коммерции ФИО20, ( по количеству до 10%, заявка должна быть согласована с директором НП ФИО7 или директором по экономике ФИО4 Согласно п. 10 распоряжения № 24 от 28.10.2014 при отсутствии договора возможно заведение заявки при соблюдении следующих условий: ( сумма заявки до 30 тыс. руб. и платежи по контрагенту, указанному в заявке за период предыдущих трех месяцев в сумме не должны превышать 30 тыс. руб. ( в случае превышения суммы заявки в 30 тыс. руб., отсутствие договора с указанным в заявки контрагентом или превышением платежей за период предыдущих трех месяцев более суммы 30 тыс. руб., заявка должна быть согласована директором по экономике ФИО4 Согласно распоряжению № 26 от 25.11.2014, для заведения договора в ERP с целью осуществления платежей по нему необходимо получить письменное распоряжение руководителей НП «УЭСК» на заведение договора в статусе «оформляемой» (ФИО7, ФИО4, ФИО20) (п. 2 распоряжения).

Данные документы действительно подтверждают то, что ФИО4 как директор по экономике принимала участие в организации порядка получение заявок на ТМЦ и внесение договоров в информационную систему Галактика, однако указанные документы не подтверждают факт принятия ФИО4 важнейших управленческих решений, влияющих на хозяйственную деятельность должника, а также влияние на формирование воли должника. В частности, суду не представлены конкретные сделки, изменившие юридическую и (или) экономическую судьбу должника, согласие на которые было дано непосредственно ФИО4 самостоятельно.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что ФИО4 являясь учредителем и участником ЖСК «На Постовского» стала выгодоприобретателем в результате сделки, совершенной в ущерб кредиторам, документально не подтверждены. Сама ФИО4 указывает на то, что членские взносы в ЖСК не вносила, написала заявление о выходе ее из членов ЖСК еще 01.02.2010, то есть фактически членом ЖСК согласно п. 2 ст. 121 ЖК РФ не стала.

Доводы о получении имущественной выгоды за счет группы компаний через ООО «СК «Дентал А» не свидетельствуют о том, что данная организация получала какие-либо преимущества в ущерб должнику, на конкретные сделки должника с данным обществом, которые являются недействительными (ничтожными), конкурсный управляющий не ссылается.

Доказательств того, что ФИО4 приобретала недвижимость, которую затем продавала своей дочери и матери, на денежные средства должника, в материалы дела не представлено. При этом сделки датируются 2010 годом. Ни одна сделка оспорена не была. Имущество у ООО «Агрегатсервис» ни ФИО4, ни членами ее семьи, не приобреталось.

Фактически в жалобе приводятся доводы, в том числе со ссылками на судебные акты по иным делам, о том, что ФИО4 могла получить выгоду от организаций, входящих в одну группу компаний с должником. Между тем настоящий обособленный спор рассматривается в рамках дела о банкротстве конкретного должника, на получение выгоды от которого ФИО4 апеллянт не ссылается. 

При таких обстоятельствах, сделать вывод о том, что ФИО4  являлась контролирующим должника лицом, виновным в его банкротстве, не возможно. Оснований для привлечения её к субсидиарной ответственности по обязательствам должника у суда не имеется.

Доводы апеллянта, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Обстоятельства, имеющие значения для разрешения настоящего спора установлены судом первой инстанции в полном объеме; выводы суда основаны на представленных в дело доказательствах, которым дана надлежащая правовая оценка.

При таких обстоятельствах, оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены определения суда в обжалуемой части, судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 августа 2022 года по делу № А60-58153/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

Т.Ю. Плахова 

 

С.В. Темерешева