Дело № А43-6501/2021

город Владимир

10 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 апреля 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Евсеевой Н.В., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Полигон Тимохово» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.08.2023 по делу                                           № А43-6501/2021, принятое по заявлению акционерного общества «Полигон Тимохово» о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Максима Инвестмент Групп»                               (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) убытков в размере 19 192 237 руб.                                       41 коп. и 19 222 924 руб. 65 коп.,

при участии:

от акционерного общества «Полигон Тимохово» – ФИО4 по доверенности от 01.09.2023 сроком действия один год;

от ФИО1 – ФИО5 по доверенности от 20.09.2022 серия 52 АА № 5760043 сроком действия один год;

от ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 16.09.2022                     серия 52 АА № 5605902 сроком действия один год;

от ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 16.02.2023                          серия 52 АА № 6008170 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Максима Инвестмент Групп» (далее – Общество)                                  в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось акционерное общество «Полигон Тимохово» (далее – АО «Полигон Тимохово») с заявлением о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в пользу Общества убытков в размере                19 192 237 руб. 41 коп. и 19 222 924 руб. 65 коп.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 21.08.2023 заявление АО «Полигон Тимохово» о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в пользу должника суммы убытков в размере                19 192 237 руб. 41 коп. и 19 222 924 руб. 65 коп. оставил без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Полигон Тимохово» обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просило изменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт, взыскав с ответчиков 16 000 000 руб.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции дана неправильная оценка отсутствию должной осмотрительности генерального директора должника при заключении с обществом с ограниченной ответственностью «ПКФ» (далее – ООО «ПКФ») спецификации от 22.06.2019 № 2 к договору от 11.03.2019 № 611-02/19, а также заключению дополнительного соглашения № 1 к договору от 11.03.2019 № 611-02/19 в отсутствие экономического смысла и с явным намерением причинить вред должнику. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что ООО «ПКФ» исполнять обязательства, заключением дополнительного соглашения № 1 к договору от 11.03.2019                № 611-02/19 в отсутствие экономического смысла и с явным намерением причинить вред должнику, аффилированностью лиц, к которым заявлено требование о взыскании убытков.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и письменных пояснениях к ней.

Представитель АО «Полигон Тимохово» в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

ФИО2 в отзыве и дополнении к нему письменно и его представитель в судебном заседании устно указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Кроме того, указал на пропуск заявителем срока на подачу апелляционной жалобы.

Представитель ФИО6 в судебном заседании указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ФИО3 в судебном заседании указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев данный довод ответчиков о пропуске срока на подачу апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», если факт пропуска срока на подачу апелляционной жалобы установлен после принятия апелляционной жалобы к производству, суд апелляционной инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение дела, а в ином случае - прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В абзаце 4 пункта 35.2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35  «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что определение арбитражного суда первой инстанции, вынесенное по результатам оспаривания решения собрания (комитета) кредиторов (пункт 5 статьи 15 Закона о банкротстве) может быть обжаловано в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 61 Закона о банкротстве, в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение четырнадцати дней со дня его вынесения.

Как следует из материалов дела, обжалуемый судебный акт изготовлен в полном объеме 21.08.2023. Жалоба направлена в адрес арбитражного суда 04.09.2023, согласно сведениям с официального сайта «Почта России».

Следовательно, предусмотренный процессуальный срок на обжалование принятого судебного акта от 21.08.2023, АО «Полигон Тимохово» соблюдены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции счел необходимым рассмотреть апелляционную жалобу по существу.

Апелляционная жалоба рассмотрена с участием представителей                          АО «Полигон Тимохово», ФИО2, ФИО6, ФИО3 Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие. 

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки только части судебного акта                    от сторон не поступило.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением от 25.01.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом) по признакам ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Предметом заявления АО «Полигон Тимохово» является требование о взыскании солидарно с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в пользу Общества убытков в размере 19 192 237 руб. 41 коп. и 19 222 924 руб. 65 коп.

Наличие убытков должника связывает с неправомерными действиями ответчиков по предоставлению займов ООО «Союзспиртпром» в период с 04.09.2018 по 26.11.2020, а также  перечислением денежных средств в адрес                    ООО «ПКФ» в период с 15.10.2018 по 06.09.2019 должнику и его кредиторам причинены убытки. 

Арбитражный суд Нижегородской области, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о недоказанности причинения вреда Обществу вменяемыми в вину ответчикам действиями и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и причинением убытков должника, в связи с чем отказал в удовлетворения требований.

Предметом апелляционного обжалования является определение суда в части отказа во взыскании с ответчиков убытков в размере 16 000 000 руб., причиненных в результате оплаты в пользу ООО «ПКФ» в размере 16 000 000 руб., основанных на дополнительном соглашении № 1 к договору от 11.03.2019 № 611-02/19 (спецификация № 2) – плата за отказ должника от получения оборудования для исполнения дополнительного соглашения № 5.

Повторно рассмотрев материалы дела, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника, является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 

Постановление

               № 53).

По смыслу названных норм, при решении вопроса о том, является ли физическое (юридическое) лицо контролирующим должника лицом либо не является таковым, необходимо исходить из того, что предметом доказывания в этом случае является возможность одного лица оказывать влияние на другое лицо, в частности на совершение им действий, сделок. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло или состоит в отношениях родства с лицами, входящими в состав органов должника. При установлении указанной возможности необходимо учитывать в совокупности все обстоятельства по каждому конкретному делу.

В связи с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно протоколу  от 25.04.2013 № 1 уставной капитал должника составлял 128 010 000 руб. 

В соответствии с пунктом 5 протокола  от 25.04.2013 № 1 участниками Общества являлись ФИО3 с долей в уставном капитале 99,98 процентов, ФИО2 с долей в уставном капитале 0,0172 процентов. 

Согласно протоколу от 08.10.2018 № 7  уставной капитал должника был уменьшен до 200 000 руб. и определены соответствующие доли участников: ФИО3 с долей в уставном капитале 99,98 процентов, ФИО2 с долей 0,0172 процентов.

Протоколом  от 26.04.2019 № 8 уставной капитал должника был увеличен до 500 000 руб. и в состав участников общества приняты новые члены; участниками общества определены доли в уставном капитале следующим образом:                     ФИО3 с долей в уставном капитале 199 965 руб. 60 коп., что составило 39,99312 процентов, ФИО2 с долей в уставном капитале 34,40 руб., что составило 0,00688 процентов, ФИО1 с долей в уставном капитале                            200 000 руб., что составило 40 процентов, ФИО8 с долей в уставном капитале 100 000 руб., что составило 20 процентов. 

Обязанности генерального директора Общества в период с 09.04.2014 по 23.03.2021 исполнял ФИО2

Как следует из материалов дела, Общество (поставщик) и АО «Полигон Тимохово» (покупатель) заключили договор поставки от 24.09.2018 № 24/09-18-2 с условием «под ключ», в соответствии с которым истец принял на себя обязанность по поставке оборудования и строительству биогазового комплекса анаэробного типа переработки/утилизации органических веществ полигона твердых бытовых отходов, системы подготовки биогаза и энергоцентра, а ответчик обязался принять и оплатить оборудование и работы. Полная стоимость всех работ и оборудования составила 802 590 000 рублей.

В дополнительном соглашении от 25.09.2018 № 1 уточнены состав, стоимость и сроки выполнения работ по сооружению биогазового комплекса. Общая стоимость работ и оборудования составила 237 977 000 руб., общий срок выполнения работ – 275 календарных дней с момента оплаты аванса и предоставления проектной документации.

Дополнительным соглашением от 21.03.2019 № 2 стороны уточнили условия сооружения энергоцентра, а именно согласовали поставку, монтаж и пусконаладку трех газопоршневых энергетических установок в контейнерном исполнении. Стоимость установок согласована в сумме 1 921 752 евро и                       53 500 000 руб., стоимость вспомогательных работ – 7 550 000 руб. Срок поставки и монтажа оборудования – не позднее 10.10.2019.

Дополнительном соглашением от 30.04.2019 № 3 расширен объем оборудования для энергоцентра, дополнительно согласованы еще две газопоршневые энергетические установки в контейнерном исполнении. Стоимость установок согласована в сумме 1 281 168 евро и 35 700 000 руб. стоимость вспомогательных работ – 5 033 333 руб. Срок поставки и монтажа оборудования – не позднее 10.12.2019.

Дополнительное соглашение от 16.07.2019 № 5 к договору стороны уточнили состав, стоимость и сроки выполнения работ по сооружению системы подготовки биогаза. Общая стоимость работ и оборудования составила                                    52 063 559 руб. 90 коп., общий срок выполнения работ – не позднее 05.11.2019.

Между ООО «ПКФ» (подрядчиком) и Обществом (заказчиком) был заключен договор от 11.03.2019 № 611-02/19, из которого следует, что  согласно спецификации  от 22.06.2019 № 2 (в редакции дополнительного соглашения                       от 10.07.2019 № 1) поставщик (ООО «ПКФ») обязался на основании полученных лабораторных исследований, по качественным характеристикам вырабатываемого путем сбраживания биогаза из органических веществ твердых коммунальных отходов, в соотношении с аппаратно-технологической схемой «Биогазового комплекса» и «Производственно-технологическим регламентом» разработать и поставить комплекс оборудования подготовки биогаза (система подготовки биогаза) номинальной мощностью 6000 м3ч (+/-2 процента) общей стоимостью                 28 000 000 руб.

Впоследствии ООО «ПКФ» письмом от 20.09.2019 № 68 уведомило Общество о готовности оборудования к отгрузке. 

Однако, в ходе совместного осмотра 30.09.2019 сторонами было принято решение произвести замену трубопроводной обвязки взаимозависимых участков, в связи с внесением изменений в исходные данные технологического процесса, связанного с расширением диапазона рабочих температур и давления биогаза, нацеленного на снижение эксплуатационных затрат.

ООО «ПКФ» письмом от 25.12.2019 № 72  уведомило Общество о готовности оборудования и необходимости его выборки до 13.01.2020.

АО «Полигон Тимохово» письмом от 27.12.2019 № 790, руководствуясь статьей 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, уведомило Общество об одностороннем отказе от исполнения договора. 

Между Обществом и ООО «ПКФ» заключено дополнительное соглашение от 13.01.2020 № 1 к договору от 11.03.2019 № 611-02/19, согласно которому в связи с отказом АО «Полигон Тимохово» от исполнения договора поставки с условием «под ключ» от 24.09.2018 № 24/09-18-2 Общество уведомило ООО «ПКФ» о расторжении договора от 11.03.2019 № 611-02/19 (спецификация № 2 от 22.06.2019). Договор считается расторгнутым с 13.01.2020 (пункты 1 и 2 дополнительного соглашения).

Кроме того, в пункте 3 дополнительного соглашения сторонами предусмотрено, что Общество обязано выплатить штраф за досрочное расторжение договора в качестве компенсации убытков ООО «ПКФ» в размере 16 000 000 руб. В данном случае произведенное оборудование по спецификации № 2 к договору           от 11.03.2019 № 611-02/19 остается в собственности ООО «ПКФ».

Срок выплаты штрафа за досрочное расторжение договора два рабочих дня с момента подписания данного соглашения (пункт 4 договора).

Во исполнение названного дополнительного соглашения Обществом по актам приема-передачи векселей от 14.01.2020 переданы ООО «ПКФ» векселя серии М № 001, 002, 003 на общую сумму 16 000 000 руб.

Между тем, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено обоснования экономической целесообразности внесения дополнения в договор № 611-02/19 в части установления штрафа за досрочное расторжение договора в качестве компенсации убытков ООО «ПКФ» в размере 16 000 000 руб. с оставлением произведенного оборудования по спецификации № 2 к договору от 11.03.2019                 № 611-02/19 в собственности ООО «ПКФ».

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что изначально при подписании договора от 11.03.2019 № 611-02/19, сторонами не было установлена ответственности Общества за досрочное расторжение договора.

Указанное дополнительное соглашение подписано уже после истечения срока выполнения работ (05.11.2019), установленного договором от 11.03.2019                № 611-02/19 и отказа АО «Полигон Тимохово» от исполнения договора поставки с условием «под ключ» от 24.09.2018 № 24/09-18-2.

Материалы дела также не содержат бесспорных доказательств невозможности принятия Обществом спорного оборудования по спецификации              № 2 с последующим предъявлением требования к АО «Полигон Тимохово» о его приемке, равно как не доказано принятие Обществом таких мер в целях получения материальной выгоды и минимизации негативных последствий для Общества ввиду расторжения договора.

Напротив, вместо совершения указанных действий, должник принимает на себя дополнительные обязательства по компенсации убытков ООО «ПКФ» в размере 16 000 000 руб., передает ООО «ПКФ» векселя на общую сумму  16 000 000 руб. и  оставляет произведенное оборудования по спецификации № 2 к договору от 11.03.2019 № 611-02/19 в собственности ООО «ПКФ».

Указанные действия не соответствуют обычным целям предпринимательской деятельности хозяйствующего субъекта, совершены вопреки интересам Общества, что нельзя признать добросовестным.

В результате названных действий из собственности Общества выбыл ликвидный актив в виде векселей серии М № 001, 002, 003 на общую сумму 16 000 000 руб. в отсутствие какого-либо экономического обоснования.

В настоящее дело также не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих обоснованность предусмотренного сторонами (Обществом и ООО «ПКФ») размера компенсации (16 000 000 руб.), несения ООО «ПКФ» расходов на производство спорного оборудования в указанном размере.

Более того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 03.06.2022 по делу № А43-571/2020, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2022, постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 06.03.2023, установлено, что Общество покинуло строительную площадку, к выполнению работ по дополнительному соглашению № 5 фактически не приступило; после расторжения договора с выполнение проектных и строительных работ, необходимых для завершения работ в рамках дополнительных соглашений № 1 и 5 к договору с Обществом, осуществлено обществом с ограниченной ответственностью «Трансутилизация». Также судами принято во внимание, что согласно сведениям Федеральной налоговой службы Российской Федерации численность сотрудников организации – поставщика оборудования в 2019 и 2020 годах составляла 1 человек (руководитель), деятельность прекращена 11.05.2021 в связи с ликвидацией, оплату по договору Общество не произвело, реальность осуществления операции по поставке оборудования не доказана.

Представленное в материалы дела ФИО2 письмо от 17.09.2019               № 54 не принимается судом апелляционной инстанции в качестве бесспорного и надлежащего доказательства по делу, поскольку указанный документ представлен лишь в суде апелляционной инстанции, в копии,  не содержит отметки об отправке его ООО «ПКФ» и получении Обществом, в связи с чем не представляется возможным установить реальность его направления до подписания спорного дополнительного соглашения. 

Кроме того, из письма от 17.09.2019 № 54 (том 2, лист дела 79) следует, что изготовление оборудования включало обвязку внутри блок контейнеров инженерными коммуникациями и оборудование уникального исполнения сталь. В деле отсутствуют доказательства возможности выполнения сотрудником ООО «ПКФ» (числился только генеральный директор) указанной работы. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия у ООО «ПКФ» производственной мощности, объекта на котором выполнялись эти работы (цех, станки и так далее).

При этом, суд также учитывает, что в деле отсутствуют какие-либо доказательства несения затрат ООО «ПКФ» на изготовление оборудования. Указанное не позволяет применить положение статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому заказчик обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу. 

Более того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что согласно дополнительному соглашению от 13.01.2020 № 1 Общество  обязано выплатить именно штраф за досрочное расторжение договора. Между тем, учитывая, что договор от 24.09.2018 содержит условия смешанного договора (поставки и подряда - по пуско-наладке и монтажу; условие по изготовлению не подтверждено как приложениями к договору или иными дополнительными соглашениями) положения статей 484, 524, 717  Гражданского кодекса Российской Федерации не позволяют установить выплату штрафа за расторжения договора. Упомянутые нормы определяют возмещение убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке или разницы  между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу. Однако, в рассматриваемом случае упомянутая разница в суммах не подтверждена. В деле отсутствуют какие-либо доказательства, позволяющие установить размер возможных убытков, причиненных ООО «ПКФ» по причине расторжения договора.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что ООО «ПКФ» требований к ООО «СоюзСпиртПром» по векселям серии М № 001, 002, 003 не предъявляло и впоследствии  было ликвидировано, о чем в ЕГЮЛ внесена соответствующая запись от 11.05.2021.

В свою очередь ООО «Союзспиртпром» является аффилированным по отношению к должнику лицом, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ и вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2022 по делу № А43-6501/2021, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций.

В результате заключения дополнительного  соглашения от 13.01.2020   № 1 и передачи Обществом векселей на сумму 16 000 000 руб. выгоду получили лишь ООО «Союзспиртпром» и контролирующие его лица (ФИО3 – 45 процентов доля участия, которая одновременно является участником должника с долей 39,99312 процента и ФИО1 – генеральным директором, который является одновременно участником должника с долей 40 процентов) в виде утраты возможности предъявления к нему требований на сумму  16 000 000 руб.

Проанализировав указанные обстоятельства, учитывая не предъявление требований ООО «ПКФ» к ООО «Союзспиртпром» по вексельной задолженности на сумму 16 000 000 руб. с последующей его ликвидацией, отсутствие доказательств как несения ООО «ПКФ» расходов по производству оборудования на указанную сумму так и готовности спорного производственного оборудования, отсутствие каких-либо правовых обоснований для возмещения Обществом убытков ООО «ПКФ» (несения затрат на изготовление оборудования, не доказанность размера убытков, причинно-следственной связи между возникновением убытков и расторжением договора поставки), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о согласованности действий  контролирующих должника лиц, ООО «ПКФ» и ООО «Союзспиртпром» по выводу активов Общества в целях избежания обращения на него взыскания в будущем и, соответственно, освобождения ООО «Союзспиртпром» от исполнения обязательств перед Обществом на сумму 16 000 000 руб.

Указанные обстоятельства ответчиками надлежащими доказательствами не опровергнуты.

При этом конкурирующий кредитор как лицо, не участвовавшее в сделке, положенной в основу требований о взыскании убытков, объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

В данном случае АО «Полигон Тимохово» такие доказательства представлены.

Так, в результате названных действий утрачена возможность реализации данного актива на сумму 16 000 000 руб. в рамках настоящего дела о банкротстве и погашения за счет него требований кредиторов, однако получена выгода                     ООО «Союзспиртпром» и контролирующими его лицами.

Таким образом, в результате действий бывшего руководителя должника ФИО2 (подписавшего дополнительное соглашение и передавшего по актам векселя), а также ФИО3 и ФИО1, являющихся контролирующими лицами должника и  ООО «Союзспиртпром» (получило выгоду в виде не предъявления Обществом к оплате векселей), Обществу причинены убытки в виде необоснованного выбытия имущества в размере 16 000 000 руб., за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины ФИО2, ФИО3 и ФИО1 в наступлении неблагоприятных для должника последствий в виде утраты актива на сумму                 16 000 000 руб.

Напротив, в рассматриваемом случае именно ФИО3 и ФИО1, являющиеся контролирующими лицами, как должника, так и                                            ООО «Союзспиртпром», получили выгоду в виде не предъявления Обществом требований к ООО «Союзспиртпром» в сумме 16 000 000 руб. Между тем, кредиторы должника лишились возможности в получении ликвидного актива, позволяющего исполнить обязательства должника. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что виновные действия ФИО2 заключаются в совершении спорной сделки, как руководителем должника, в ущерб кредиторам Общества.

Руководствуясь статьями 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 61.10 и 61.20 Закона о банкротстве, разъяснениями Постановления № 53, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что именно недобросовестные и неразумные действия ФИО2, ФИО3 и ФИО1  привели к возникновению убытков у Общества в размере 16 000 000 руб., что свидетельствует о наличии прямой причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчиков и заявленными убытками.

Доказательств совершения ФИО2, ФИО3 и                       ФИО1 действий, направленных на предупреждение неблагоприятных последствий для юридического лица, а также в целях уменьшения убытков, материалы дела не содержат.

Доводы ФИО2 и ФИО1 о том, что вменяемые в вину ответчикам действия по принятию должником дополнительных обязательства по компенсации убытков ООО «ПКФ» в размере 16 000 000 руб., передаче                       ООО «ПКФ» векселей на общую сумму  16 000 000 руб. с оставлением произведенного оборудования по спецификации № 2 к договору от 11.03.2019                  № 611-02/19 в собственности ООО «ПКФ» было направлено на минимизацию затрат, неувеличению кредиторской задолженности и неполучения на баланс неликвидного имущества (спорного оборудования), отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду несостоятельности, поскольку материалами дела не подтверждается факт возникновения угрозы возникновения убытков в связи с принятием изготовленного ООО «ПКФ» оборудования (суд учитывает, что должник вправе был предъявить регрессные требования к заказчику), а также не подтверждает сам факт предъявления ООО «ПКФ» требования по возмещению убытков и именно в сумме 16 000 000 руб. При этом, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что сумма возмещенных Обществом ликвидированному ООО «ПКФ» затрат соответствует именно сумме векселей, которые подлежали предъявлению должником ООО «Союзспиртпром».

Вопреки позиции ФИО2 и ФИО1 принятие должником дополнительных обязательства по компенсации убытков ООО «ПКФ» в размере 16 000 000 руб., передача ООО «ПКФ» векселей на общую сумму  16 000 000 руб. с оставлением произведенного оборудования по спецификации № 2 к договору                    от 11.03.2019 № 611-02/19 в собственности ООО «ПКФ» в отсутствие доказательств несения ООО «ПКФ» расходов на изготовление производственного оборудования на сумму 16 000 000 руб., степени готовности спорного оборудования, невозможности предъявления к АО «Полигон Тимохово» требования о принятии оборудования либо его реализации иному лицу, не могут быть признаны разумными и добросовестными, совершенными в интересах должника и его кредиторов.

Доказательств того, что производственное оборудование являлось неликвидным не представлено.

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в привлечении ответчиков к убыткам в размере                  16 000 000 руб.

То обстоятельство, что из акта камеральной налоговой проверки                             от 02.11.2020 № 4568 в отношении Общества, из содержания которого не следует наличие между должником и ООО «ПКФ» формального документооборота, не может служить безусловным основанием для отказа во взыскании с ответчиков убытков.

Доводы ответчиков, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу и дополнений к ней, рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаны необоснованными, как противоречащие представленным в дело доказательствам.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, апелляционная жалоба акционерного общества «Полигон Тимохово» подлежит удовлетворению, а определение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.08.2023 по делу № А43-6501/2021 подлежит отмене в обжалуемой части на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.08.2023 по делу                                           № А43-6501/2021 отменить в части отказа во взыскании с ФИО9,               ФИО1, ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Максима Инвестмент Групп» 16 000 000 руб. убытков, апелляционную жалобу акционерного общества «Полигон Тимохово» удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО9, ФИО1, ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Максима Инвестмент Групп» 16 000 000 руб. убытков.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Н.В. Евсеева

Д.В. Сарри