ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-20053/2020 

 

Москва                                                                                Дело № А40-238084/19 

13 июля 2020 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 13 июля 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.С. Маслова, 

судей О.И. Шведко и Н.В. Юрковой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу ООО «Завод Нефтегаздеталь» на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2020 по делу № А40-238084/19, вынесенное судьей Ю.В. Текиевой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «НОВЫЕ ФИТИНГОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ»,

об отказе во включении в реестр требований кредиторов должника требований ООО «Завод Нефтегаздеталь»;

при участии в судебном заседании:

в отсутствие лиц, участвующих в деле

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2019 (резолютивная часть объявлена 10.10.2019) в отношении ООО «Новые Фитинговые технологии» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО2

В Арбитражный суд города Москвы 01.11.2019 поступило заявление ООО «Завод Нефтегаздеталь» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 52 444 789,07 руб., уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2020 в удовлетворении  требований ООО «Завод Нефтегаздеталь» отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, ООО «Завод Нефтегаздеталь»  обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт. 

Лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований кредитор ссылался на наличие у должника задолженности в связи с неисполнением должником обязательств по договору займа от 13.10.2017 № 2, по условиям которого займодавец предоставляет заемщику 40 000 000 руб. под 10% годовых, сроком возврата до 30.10.2017, который впоследствии был продлен до 31.12.2018 на основании дополнительного соглашения от 29.10.2017 № 1 и до 01.04.2019 на основании дополнительного соглашения от 16.11.2018 № 2.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления ООО «Завод Нефтегаздеталь», исходил из отсутствия правовых оснований для включения в реестр требований кредиторов заявленного требования. К такому выводу суд пришел, установив аффилированность кредитора и должника и наличие признаков злоупотребления правом.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности выводов Арбитражного суда города Москвы.

В силу статей 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В обоснование заявленных требований кредитором в материалы дела представлены копии договора займа с дополнительными соглашениями к нему, копию платежного поручения.

Судом установлено, что должник зарегистрирован в ЕГРЮЛ от 08.06.2017, размер уставного капитала - 10000 руб., единственным участником и генеральным директором является ФИО3; должник был учрежден с целью реализации продукции АО «НФТ» (письмо АО «НФТ» от 03.07.2017, подписанное финансовым директором ФИО3; единственный участник должника и его генеральный директор ФИО3 на момент учреждения должника и заключения договора займа одновременно является финансовым директором, членом Совета директоров АО «НФТ» (в соответствии с Протоколом общего собрания акционеров АО «НФТ» от 23.06.2017, где также, как у заявителя, указано место нахождения АО «НФТ» - 

<

...>); в состав членов Совета директоров АО «НФТ» входят: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 (протокол общего собрания акционеров АО «НФТ» от 23.06.2017).

Следовательно, как обоснованно указал суд первой инстанции, должник является связанной и подконтрольной АО «НФТ» компанией, и был учрежден с целью реализации продукции, выпускаемой АО «НФТ».

В рамках рассмотрения судебных дел Арбитражным судом Пермского края № А50-10718/2017, № А50-8722/2017 была установлена взаимозависимость лиц, участвующих в создании схемы, по результатам которой вынесено решение налогового органа от 15.12.2016 №12: ООО «Нефтегаздеталь» (производитель продукции), ООО «Завод Нефтегаздеталь» (сдает в аренду производственные помещения производителю продукции), ООО «НГД Трейд» (осуществляет реализацию продукции, закуп товаров, необходимых для производства продукции).

Все названные организации являются подконтрольными одной группе лиц, в которую, в том числе, входят: ФИО4, ФИО7, поскольку, материалам выездной налоговой проверки установлено, что доли участия в компании MOLLARO HOLDINGS LIMITED (Кипр) (учредитель ООО «НГД Трейд» и ООО «Завод НГД») распределены между участниками следующим образом: ALGAVA INVESTMENT LTD (BVI) - доля участия 20%; BROAD WIDE CONTRATS CORP (BVI) - доля участи 20%.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ООО «Завод Нефтегаздетель» (займодавец и кредитор по настоящему обособленному спору) и ООО «НФТ» (должник по настоящему спору), входят в одну группу компаний и являются аффилированными лицами.

Ссылки заявителя на замену 20.10.2016 единственного участника заявителя - MOLLARO HOLDINGS LIMITED (Кипр) на DOUCETTE HOLDINGS LIMITED (Кипр) обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку данный факт не свидетельствует о выходе заявителя из группы компаний, подконтрольных учредителям ФИО7 и ФИО4, с учетом того, что при смене единственного учредителя заявителя не произошло смены директора, основных видов деятельности, местонахождения и юридического адреса

При этом судом также учтено, что смена учредителя произошла после получения акта налоговой проверки, которым была установлена взаимозависимость лиц, участвующих в создании схемы, и направленность согласованных действий на получение необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, несмотря на смену учредителей непосредственно перед заключением договора займа, должник и заявитель сохранили тесные хозяйственные связи внутри группы «Нефтегаздеталь» между компаниями ЗАО «РПТР», АО «НФТ», ООО «Нефтегаздеталь», ООО «Завод НГТ», ООО «НФТ».

Так, из выписки по счету заявителя за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 следует, что денежные операции по переводу денежных средств в большей части заявителем производятся между компаниями группы - ЗАО «РПТР», АО «НФТ», ООО «Нефтегаздеталь», ООО «НФТ». Иных крупных контрагентов у заявителя не имелось.

Таким образом, учитывая, что заявитель хотя и не является участником должника, однако входит в группу лиц, определявших деятельность должника в предбанкротный период, и через него бенефициары должника фактически осуществляли докапитализацию должника, соответственно, его требования, основанные на займе, выданному контролируемому лицу, являются корпоративными, а не гражданско-правовыми.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475 доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако, сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056).

Таким образом, к требованиям аффилированных лиц подлежит применению повышенный стандарт доказывания.

В соответствии с Определением Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-3009 от 23.07.2018 во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям.

Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305ЭС 16-2411 сформулирован аналогичный правовой подход в отношении мнимой сделки применительнок отношениям,регулируемымФедеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотреблением правом).

Включение в реестр должника требований по возврату денежных средств от должника аффилированному кредитору, в отсутствие допустимых доказательств реальности сложившихся правоотношений, свидетельствует о злоупотреблении правом заявителя, действия которого в данном случае направлены на создание искусственной задолженности с целью нанесения вреда в виде уменьшения требований независимых кредиторов. В целом, создание внутри группы связанных и аффилированных лиц фиктивной задолженности без какого-либо экономически оправданного обоснования, с последующим предъявлением таких требований в деле о банкротстве, не может расцениваться как добросовестное и разумное поведение участников гражданско-экономического оборота.

Как отметил суд первой инстанции, в рассматриваемом случае о корпоративной природе займа, предоставленного заявителем должнику по договору займа, свидетельствуют следующие обстоятельства:

- сроки возврата займа постоянно продлевались, срок возврата наступил, но кредитор не предпринимал попыток добиться его возврата;

- выдача займа вновь учрежденному юридическому лицу от 08.06.2017 с уставным капиталом в размере 10 000 руб. на значительную сумму в отсутствие обеспечения и минимальном наборе прав и обязанностей, оговоренных в договоре займа, говорит о противоречиях в действиях заявителя обычным хозяйственным правоотношениям в сфере предпринимательской деятельности;

- из хозяйственной деятельности заявителя не следует, что предоставление займов без обеспечения на крупные суммы на длительные сроки вновь созданным юридическим лицам, является для него стандартным, не выходящим за рамки обычной хозяйственной деятельности, что свидетельствует о поведении заявителя и должника при заключении и исполнении договора займа на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка;

- на момент получения займа у должника отсутствовали достаточные денежные средства для ведения собственной деятельности, из бухгалтерского баланса на 31.12.2017 следует, что у должника имелись основные средства на сумму 443 тыс.руб. и денежные средства в размере 628 тыс.руб. (в соответствии с бухгалтерским балансом);

- должник с момента его учреждения на дату получения займа не имел собственных средств для ведения хозяйственной деятельности, по сути, вся его деятельность финансировалась исключительно за счет займов от аффилированных лиц.

Также в материалы дела не представлено доказательств того, что должник использовал заем на собственные нужды. Напротив, судом установлено, что при совершении сделки по выдаче займа счета заявителя и должника использовались в качестве транзитных между ООО «Нефтегаздеталь» и АО «НФТ», что подтверждается выписками из банков должника и заявителя.

Материалами дела подтверждается, что денежные средства, полученные заявителем от ООО «Нефтегаздеталь», не были использованы должником, а перенаправлены на счет АО «НФТ» для погашения последним задолженности по кредиту. 

Кроме того, о том факте, что денежные средства, предоставленные заявителем должнику в качестве займа, фактически ему не принадлежали, свидетельствует о том, что после получения 29.12.2017 возврата займа от должника по договору от 15.12.2017 № 4 в сумме 25 000 000 руб., в тот же день заявителем были перенаправлены на счет ООО «Нефтегаздеталь».

С учетом указанных обстоятельств, должник и аффилированные с ним лица могли свободно перемещать денежные средства из одного лица в другое.

Экономическая целесообразность и разумность таких действий сторонами не обоснована. Указанные обстоятельства свидетельствуют о транзитном движении денежных средств внутри группы аффилированных юридических лиц.

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу, что требование кредитора сформировано вследствие искусственного оборота имущества внутри одной группы лиц, не имеющего разумной экономической цели и направленного исключительно на формирование кредиторской задолженности перед аффилированным кредитором.

Кредитором не представлены доказательства, подтверждающие, что стороны сделок стремились создать те реальные правовые последствия, которые указаны в составленных ими документах, как и не представлены доказательства экономических мотивов совершения сделки по выдаче долгосрочных займов в крупных суммах только образованной компании, не имеющей собственного имущества и достаточных средств, не предоставившей какого-либо обеспечения возврата полученного займа.

Напротив, совокупность установленных судом обстоятельств (аффилированность заемщика и заимодавца, транзитный характер движения денежных средств, продление сроков займа и отказ от принудительного истребования задолженности) свидетельствует о том, что действия заявителя в совокупности с действиями иных аффилированных лиц (бенефициаров группы компаний) были направлены на докапитализацию должника через заявителя, а также получение контроля над процедурой банкротства должника в ущерб иным лицам и самому должнику, что не отвечает стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав и не подлежит судебной защите. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для включения требований в реестр требований кредиторов должника.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые, согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

По сути, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2020 по делу № А40238084/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Завод Нефтегаздеталь» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:            А.С. Маслов 

Судьи:О.И. Шведко

                                                                                                                      ФИО8