СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068  

e-mail: 17aas.i № fo@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 

№ 17АП-12278/2021-ГК

г. Пермь

25 августа 2023 года

Дело № А50-21141/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 25 августа 2023 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Назаровой В.Ю. судей  Власовой О.Г., Яринского С.А. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1  

при участии: от ответчика - ФИО2 (паспорт, доверенность от 20.12.2022,  диплом), от истца, от третьих лиц – представители не явились, лица,  участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем  размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с  ограниченной ответственностью «Комплексная Сетевая Компания», на решение  Арбитражного суда Пермского края от 30 мая 2023 года по делу № А5021141/2020  

по иску общества с ограниченной ответственностью «Комплексная Сетевая  Компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная  сетевая компания Урала» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

третьи лица: Министерство тарифного регулирования и энергетики Пермского  края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), публичное акционерное  общество «Пермская энергосбытовая компания» (ОГРН 

<

***>; ИНН  

<

***>)  

о взыскании неосновательного обогащения,  установил: 

общество с ограниченной ответственностью «Комплексная Сетевая  Компания» (далее – истец, ООО «КСК») первоначально обратилось в  

 

арбитражный суд с иском к открытому акционерному обществу  «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (далее –  ответчик, ОАО «МРСК Урала») о взыскании неосновательного обогащения  ответчика за оказанные истцом услуги по передаче электроэнергии в размере  фактически понесённых расходов за период с января по апрель 2020 года, в  сумме 3496831,70 руб.  

В ходе рассмотрения спора исковые требования были уточнены. Истец  просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в виде фактических  расходов, понесённых для обеспечения перетока электрической энергии ее  потребителям в период с 22.01.2020 по 30.04.2020 в сумме 753839,97 руб.  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 23 июля 2021 года  исковые требования удовлетворены.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  25.10.2021 решение суда оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 06.04.2022  решение Арбитражного суда Пермского края от 23.07.2021 по делу № А5021141/20220 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 25.10.2021 по тому же делу отменены, дело направлено на новое  рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.  

При направлении дела на новое рассмотрение судом кассационной  инстанции сделан вывод о том, что судами нижестоящих инстанций не  установлены входящие в предмет доказывания юридически значимые  обстоятельства, а именно - статус организаций, у которых Истцом были  приобретены объекты электроэнергетики (сетевая организация, иной владелец),  обстоятельства формирования тарифного решения на 2020 год при  утверждении единого (котлового) тарифа и индивидуальных тарифов  (учитывались, либо нет переданные истцу объекты при определении НВВ),  тарифное дело не запрашивалось и не исследовалось, несмотря на участие в  деле в качестве третьего лица Министерства тарифного регулирования и  энергетики Пермского края. Кроме того, суд кассационной инстанции указал на  ошибочность о добросовестном принятии истцом всех необходимых мер для  своевременного получения тарифа и неустановления такового исключительно  по объективным причинам, вследствие внесения в пункты 7, 12, 18 Правил  государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в  электроэнергетике, утвержденных Постановлением Правительства Российской  Федерации от 29.12.2011 № 1178.  

Определением суда первой инстанции от 04.07.2022 произведена замена  судьи Пугина И.Н. в связи с прекращением полномочий судьи Арбитражного  суда Пермского края, дело передано на рассмотрение судьи Фоминой Н.Н.  

Решением Арбитражного суда Пермского края от 23 июля 2021 в  удовлетворении исковых требований отказано. Заявление ОАО «МРСК Урала»  о повороте исполнения решения суда от 23.07.2021 по делу № А50-21141/2020  удовлетворено. Произведен поворот исполнения решения Арбитражного суда  

 

Пермского края от 23.07.2021 по делу № А50-21141/2020. С ООО «КСК» в  пользу ОАО «МРСК Урала» взыскано 771 916 руб. 97 коп.  

Истец, не согласившись с принятым решением, подал апелляционную  жалобу, в доводах которой указал на отсутствие оснований для удовлетворения  истца. Отметил, что подтверждено, что истец не намеревался обойти  требования тарифного законодательства. Напротив, истец обратился в  Министерство с целью установления для него тарифного решения на 2020 год в  порядке и сроки, установленные пунктом 18 Правил № 1178. Отметил, что  добросовестность истца также подтверждается тем, что на 2021 год истцом  получен тариф на услуги по передаче электроэнергии (Постановлением  Министерства от 30.12.2020 № 51-э для ООО «КСК» установлен  индивидуальный тариф в размере 1,09049 руб./Мвт.ч). Данное обстоятельство  свидетельствует о том, что истец не намеревался осуществлять деятельность по  передаче электроэнергии в обход требований тарифного законодательства и  имел возможность получить тариф. Суд не учел, что в условиях, когда  организация добросовестно исполнила требования тарифного законодательства,  но не получила тариф по независящим от нее причинам, следует исходить из  того, что такая сетевая организация имеет право на возмещение стоимости  своих затрат по правилам ст. 1102 ГК РФ. Также полагает, что возникновение  неосновательного обогащения на стороне ответчика подтверждается  вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от  08.07.2022 по делу № А50-14962/2021. Данным решением с истца в пользу  ПАО «Пермская энергосбытовая компания» взыскано 4 063 484,67 рублей, из  которых 2789031,03 руб. задолженности по компенсации потерь  электроэнергии за период январь - март 2020 года, 1274453, 64 руб. пени. Суд  не дал оценку доводам истца о невозможности компенсировать свои расходы,  понесенные в 2020 году, методами тарифного регулирования (корректировка).  Ответчик неосновательно обогатился, получив от ГП оплату за передачу  электроэнергии по сетям истца, в то время как истец по объективным  обстоятельствам (изменение тарифного законодательства) лишен возможности  компенсировать свои затраты на содержание сетей. В такой ситуации иск  подлежал удовлетворению. Кроме того, истец не может согласиться с выводами  относительно исключения из «котлового» тарифа затрат на содержание ТП- 00797, находившегося во владении ООО «НПФ «Парма Инжиниринг» и  перешедшего во владение истца по договору аренды от 01.12.2019. Поскольку  материалами дела не подтверждается корректировка валовой выручки ООО  «НПФ «Парма Инжиниринг», принятой в 2020 году и включающей затраты на  содержание ТП-00797, то расходы на содержание ТП-00797, включенные в  «котловой» тариф ответчика, также не исключены из его НВВ.  

Ответчик, находя решение суда законным и обоснованным, представил  письменный отзыв.  

В судебном заседании 24.08.2023 представителем ответчика поддержана  позиция, изложенная в отзыве на апелляционную жалобу, просит решение  

 

оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворить. Также  представитель сообщил в порядке ч. 1 статьи 124 АПК РФ о том, что 03.08.2023  у ОАО «МРСК» изменено наименование организации на ПАО «РОССЕТИ  УРАЛ», о чем внесена соответствующая запись в выписку из Единого  государственного реестра юридических лиц, представил выписку из ЕГРЛ.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции,  общество «МРСК Урала» является сетевой организацией, оказывающей услуги  по передаче электрической энергии потребителям услуг посредством своих  электрических сетей и сетей смежных сетевых организаций. Являясь  «котлодержателем» на территории Пермского края, общество «МРСК Урала»  получает плату за оказываемые услуги по передаче электрической энергии на  основании утвержденных постановлением тарифного органа единых  (котловых) тарифов и осуществляет расчеты с территориальными сетевыми  организациями посредством использования индивидуальных тарифов.  

Единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической энергии  на территории Пермского края на 2020 год установлены и введены в действие с  01.01.2020 постановлением Министерства тарифного регулирования и  энергетики Пермского края от 26.12.2019 № 40-э.  

В отношении истца - общества «КСК» государственное регулирование  цен (тарифов) до декабря 2020 года не осуществлялось.  

Постановлением Министерства тарифного регулирования и энергетики  Пермского края от 30.12.2020 № 51-э «Об индивидуальных тарифах на услуги  по передаче электрической энергии по сетям общества «КСК» на 2021 год»  истцу установлен индивидуальный тариф на услуги по передаче электрической  энергии на 2021 год.  

По состоянию на 2019 год истец владел электросетевым имуществом, в  том числе трансформаторными подстанциями в д. Кондратово,  принадлежащими ему на праве собственности в соответствии со  свидетельствами о государственной регистрации права от 13.11.2012, от  21.09.2012, кабельными линиями и трансформаторами тока в г. Перми, с.  Култаево, д. Денисята, приобретенными у ООО «СтройСервис» на основании  договора купли-продажи от 01.04.2014, а также в 2019г. принял во временное  владение и пользование на основании заключенных с ООО  «УралДевелопмент», обществом «НПФ «Парма Инжиниринг» соглашений  соответственно от 16.09.2019, от 24.09.2019 о передаче прав и обязанностей по  договорам аренды, а также договоров аренды от 18.09.2019 с ФИО3, от  01.10.2019 с обществом «Сириус», от 01.12.2019 с обществом «НПФ «Парма  Инжиниринг», от 24.09.2019 с ООО «Управляющая компания «Север».  

С целью установления тарифа на услуги по передаче электрической  энергии на 2020 - 2022 годы истец обратился в тарифный орган 24.12.2019.  

 

В связи с представлением документов не в полном объеме специалистом  тарифного органа и директором истца составлен лист согласования, установлен  двухнедельный срок для представления недостающих документов.  

Направленным в адрес истца письмом от № 46-04-08-исх-80 от 31.12.2019  Министерством тарифного регулирования принято решение об отказе в  открытии тарифного дела по заявлению общества «КСК» в связи с отсутствием  опубликованного предложения о размере цен и в связи с непредставлением  необходимых документов. Таким образом, тариф на услуги по передаче  электрической энергии на 2020 год истцу не установлен.  

Вместе с тем, полагая, что на стороне ответчика, как «котлодержателя»,  возникло неосновательного обогащения за счет истца, добросовестно  принявшего все необходимые меры для своевременного получения тарифа и  неустановления такового по объективным причинам, вследствие внесения в  пункты 7, 12, 18 Правил № 1178 изменений, предусматривающих установление  тарифов для территориальных сетевых организаций с начала календарного  года, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с  ответчика неосновательного обогащения в соответствии со статьей 1102  Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 23, статьей 23.2  Закона об электроэнергетике, пункта 6 Правил № 861.  

В свою очередь, суд первой инстанции не установил оснований для  удовлетворения заявленного иска.  

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее,  заслушав в судебном заседании пояснения представителя ответчика, суд  апелляционной инстанции оснований для удовлетворения апелляционной  жалобы не установил.  

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче  электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной  деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче  электроэнергии (тарифы) устанавливается государством путем принятия  органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области  государственного регулирования тарифов решения об установлении тарифа.  Тарифы устанавливаются по инициативе регулируемой организации и при ее  непосредственном участии, что позволяет ей своевременно отстаивать свои  права, знать о принятом решении и, как следствие, планировать свою  деятельность (пункты 12, 25 Правил № 1178).  

Тарифным решением по существу утверждается план экономической  деятельности электросетевого хозяйства региона, с учетом как котлового, так и  индивидуальных тарифов, устанавливается баланс интересов всех  электросетевых организаций, входящих в «котел», а также учитываются все  объекты электросетевого хозяйства, которые планируются к использованию  сетевыми организациями региона в течение периода регулирования. Разумные  ожидания сетевых организаций в условиях добросовестного исполнения ими  своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и  

 

тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа. Именно эти  интересы подлежат судебной защите.  

Закон не запрещает сетевым организациям передавать друг другу сетевые  объекты в течение периода регулирования, однако, как профессиональные  участники рынка электроэнергетики они должны соотносить экономические  последствия своих действий с установленной 6 моделью взаиморасчетов, так  как свобода их деятельности ограничена государственным регулированием.  

Согласно пункту 8 Правил № 1178 установление тарифов производится  регулирующими органами путем рассмотрения соответствующих дел, а  согласно пункту 35 этих же Правил тарифы применяются в соответствии с  решениями регулирующих органов. Отсюда следует что сетевая организация  вправе претендовать на получение платы за услуги, оказанные посредством  объектов электросетевого хозяйства, затраты на содержание и эксплуатацию  которых учтены при утверждении тарифного решения. Сведения о таких  объектах должны содержаться в материалах тарифного дела. Прочие объекты  эксплуатируются по правилам, установленным для владельцев объектов  электросетевого хозяйства.  

Так, в силу пункта 6 Правил № 861 до установления тарифа владельцы  объектов электросетевого хозяйства не вправе препятствовать перетоку через  их объекты электроэнергии для потребителя, не вправе требовать за это оплату,  не вправе оказывать услуги по передаче электроэнергии. Во исполнение  закрепленных законодателем принципов государственного регулирования в  субъектах Российской Федерации реализована котловая экономическая модель  взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии.  

В условиях котловой модели взаиморасчетов все потребители,  относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче  электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель  собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в  «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями  посредством использования индивидуальных тарифов, обеспечивая тем самым  необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций (в том числе  собственную) для покрытия их производственных издержек и формирования  прибыли (пункт 3 Основ ценообразования в области регулируемых цен  (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства  Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, пункты 49, 52 Методических  указаний по расчету тарифов на электрическую (тепловую) энергию на  розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной  службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2).  

Таким образом, решение органа исполнительной власти субъекта  Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов об  установлении тарифа, включающее как «котловой», так и индивидуальные  тарифы, учитывает экономически обоснованные потребности всех  электросетевых организаций, входящих в «котел».  

 

Необходимо отметить, что истец, являясь субъектом  предпринимательской деятельности, приобретая права на объекты  электроэнергетики, действует в обороте на рисковых началах. К его  деятельности применим повышенный стандарт поведения в гражданских  правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) и стандарт ожидаемого  добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями  (статья 10 ГК РФ) (определение ВС РФ от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).  

Представляя в тарифный орган для утверждения тарифов на услуги по  передаче электрической энергии на 2020 - 2022 годы в отношении объектов  сетевого хозяйства, права на которые приобретались в 2012, 2014 годах,  сентябре, октябре 2019 года, заявление, датированное 25.11.2019, только  24.12.2019 (единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической  энергии на территории Пермского края на 2020 год установлены  постановлением Министерства от 26.12.2019 № 40-э), истец не мог не  осознавать экономические последствия своих действий, относящихся к его  рискам, которые не должны перекладываться на иных участников гражданского  оборота.  

В связи с представлением документов не в полном объеме специалистом  тарифного органа и директором истца составлен лист согласования, установлен  двухнедельный срок для представления недостающих документов.  

Направленным в адрес истца письмом от № ° 46-04-08-исх-80 от  31.12.2019 Министерством тарифного регулирования принято решение об  отказе в открытии тарифного дела по заявлению общества «КСК» в связи с  отсутствием опубликованного предложения о размере цен и в связи с  непредставлением необходимых документов.  

В соответствии с пунктом 9(1) Правил государственного регулирования  регулирующий орган отказывает в открытии дела об установлении цены  (тарифа), в случае если регулируемая организация не опубликовала  предложение о размере цен (тарифов) и долгосрочных параметров  регулирования (при применении метода доходности инвестированного  капитала или метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки),  подлежащих регулированию, в порядке, установленном стандартами раскрытия  информации субъектами оптового и розничных рынков электрической энергии,  утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от  21.01.2004 № 24, или указанное опубликованное предложение не соответствует  предложению, представляемому в орган регулирования.  

При этом, необходимо отметить, что из содержания письма № 46-04-08- исх-80 от 31.12.2019 однозначно следует, что отказ Министерства тарифного  регулирования об открытии тарифного дела по заявлению ООО «КСК»  обусловлен исключительно отсутствием опубликованного предложения о  размере цен и в связи с непредставлением необходимых документов.  

Таким образом, правомерен вывод о необоснованности в связи с  несоответствием содержанию письма № 46~04-08-исх-80 от 31.12.2019, а также  

 

искового заявления ООО «КСК» по делу № А50-13374/2020 об оспаривании  решения органа тарифного регулирования об отказе в открытии тарифного дела  (производство по данному делу прекращено в связи с отказом истца от иска)  довода истца о том, что отказ органа тарифного регулирования обусловлен  исключительно объективными обстоятельствами — внесением изменений в  пункты 7, 12, 18 Правил государственного регулирования, предусматривающие  установление тарифов для территориальных сетевых организаций с начала  календарного года, и иных оснований для отказа в открытии тарифного дела  фактически не имелось.  

При этом, постановлением Правительства Российской Федерации от  27.12.2019 № 1892 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства  Российской Федерации по вопросам государственного регулирования цен  (тарифов)» в Правила государственного регулирования (пункты 7, 12, 18)  внесены изменения, касающиеся периода установления тарифов на услуги по  передаче электрической энергии для организаций, в отношении которых ранее  не осуществлялось государственное регулирование, предусмотрено  установление индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической  энергии только с начала очередного расчетного периода.  

В соответствии с пунктом 3 Постановления № 1892 оно вступает в силу  со дня его официального опубликования (официально опубликовано  30.12.2019). Данное постановление не содержит оговорки о распространении  его действия на ранее возникшие отношения. Следовательно, Правила  государственного регулирования в редакции Постановления № 1892,  применяются к правоотношениям, возникшим после введения их в действие,  что соответствует принципу действия закона во времени (статья 4 ГК РФ).  

Таким образом, вывод суда первой инстанции о недоказанности  принятия истцом всех необходимых мер для своевременного получения тарифа  на услуги по передаче электрической энергии и об отсутствии оснований для  установления тарифа на 2020 год при указанных выше обстоятельствах верен.  

 Доводы о наличии оснований о том, что в данном случае в отсутствие  утвержденного тарифа на услуги по передаче электрической энергии, ООО  «КСК» вправе требовать возмещения стоимости своих затрат на передачу  электрической энергии по правилам главы 60 ГК РФ о том, что материалами  дела не подтверждается корректировка валовой выручки ООО «НПФ «Парма  Инжиниринг», принятой в 2020 году и включающей затраты на содержание ТП-  00797, в связи с чем расходы на содержание ТП-00797, включенные в  «котловой» тариф ответчика, также не были исключены из его НВВ, подлежат  отклонению.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без  установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований  приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица  (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное  или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением  

 

случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. В силу статьи 65 АПК РФ  бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на истце.  

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче  электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной  деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче  электроэнергии (тарифы) устанавливается государством путем принятия  органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области  государственного регулирования тарифов решения об установлении тарифа.  

Тарифы устанавливаются по инициативе регулируемой организации и  при ее непосредственном участии, что позволяет ей своевременно отстаивать  свои права, знать о принятом решении и, как следствие, планировать свою  деятельность (пункты 12, 25 Правил государственного регулирования).  

Тарифным решением по существу утверждается план экономической  деятельности электросетевого хозяйства региона, с учетом как котлового, так и  индивидуальных тарифов, устанавливается баланс интересов всех  электросетевых организаций, входящих в «котел», а также учитываются все  объекты электросетевого хозяйства, которые планируются к использованию  сетевыми организациями региона в течение периода регулирования. Разумные  ожидания сетевых организаций в условиях добросовестного исполнения ими  своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и  тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа. Именно эти  интересы подлежат судебной защите.  

Закон не запрещает сетевым организациям передавать друг другу сетевые  объекты в течение периода регулирования, однако, как профессиональные  участники рынка электроэнергетики они должны соотносить экономические  последствия своих действий с установленной моделью взаиморасчетов, так как  свобода их деятельности ограничена государственным регулированием.  

Согласно пункту 8 Правил государственного регулирования  установление тарифов производится регулирующими органами путем  рассмотрения соответствующих дел, а согласно пункту 35 этих же Правил  тарифы применяются в соответствии с решениями регулирующих органов.  Отсюда следует что сетевая организация вправе претендовать на получение  платы за услуги, оказанные посредством объектов электросетевого хозяйства,  затраты на содержание и эксплуатацию которых учтены при утверждении  тарифного решения. Сведения о таких объектах должны содержаться в  материалах тарифного дела.  

Прочие объекты эксплуатируются по правилам, установленным для  владельцев объектов электросетевого хозяйства. Так, в силу пункта 6 Правил  недискриминационного доступа до установления тарифа владельцы объектов  электросетевого хозяйства не вправе препятствовать перетоку через их объекты  электроэнергии для потребителя, не вправе требовать за это оплату, не вправе  оказывать услуги по передаче электроэнергии.  

Во исполнение принципов государственного регулирования в субъектах  

 

Российской Федерации реализована котловая экономическая модель  взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии.  

В условиях котловой модели взаиморасчетов все потребители,  относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче  электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель  собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в  «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями  посредством использования индивидуальных тарифов, обеспечивая тем самым  необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций (в том числе  собственную) для покрытия их производственных издержек и формирования  прибыли (пункт 3 Основ ценообразования, пункты 49, 52 Методических  указаний по расчету тарифов на электрическую (тепловую) энергию на  розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной  службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-3/2).  

Таким образом, решение органа исполнительной власти субъекта  Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов об  установлении тарифа, включающее как «котловой», так и индивидуальные  тарифы, учитывает экономически обоснованные потребности всех  электросетевых организаций, входящих в «котел».  

Судебная практика исходит из того, что даже сетевым организациям  суды отказывают в удовлетворении исковых требований о взыскании  стоимости оказанных услуг по объектам, затраты на содержание которых не  были учтены при утверждении тарифа.  

Решение органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации  в области государственного регулирования тарифов об установлении тарифа  (тарифное решение), включающее как котловой, так и индивидуальные тарифы,  учитывает экономически обоснованные интересы всех электросетевых  организаций, входящих в «котел».  

В силу нормативного характера тарифного решения оно обязательно для  смежных сетевых организаций, а в силу пункта 35 Правил регулирования  тарифов оно должно применяться в расчетах по тем же правилам, по которым  устанавливался тариф.  

Подлежащие судебной защите разумные ожидания сетевых организаций,  осуществляющих регулируемую деятельность, сводятся к получению той  необходимой валовой выручки и тем способом (то есть посредством  использования тех объектов электросетевого хозяйства), которые оценены и  признаны экономически обоснованными при утверждении тарифа.  

В условиях взаиморасчетов в рамках котловой модели несоблюдение  этого правила и использование сетевой организацией по своей воле  дополнительных объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифном  решении, с требованием об оплате дополнительного объема услуг может  повлечь дисбаланс в распределении котловой выручки и, как следствие,  нарушение прав прочих участников котловой модели.  

 

Использование сетевой организацией дополнительных объектов  электросетевого хозяйства (в том числе посредством аренды) после  утверждения тарифа само по себе не является противозаконным. Однако,  сетевая организация как профессиональный участник рынка электроэнергетики  должна соотносить экономические последствия своих действий с правилами  взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии, так как свобода ее  деятельности ограничена государственным регулированием, и не должна  нарушать права иных участников котловой модели. Риск наступления  неблагоприятных последствий экономических решений сетевой организации,  своей волей принявшей в пользование дополнительные сети, должен лежать на  этом лице».  

В силу «котловой» модели тарифного регулирования на территории  Пермского края ПАО «Россети Урал» является «котлодержателем», у которого  аккумулируются оплаченные потребителями по «котловому» тарифу денежные  средства за оказанные услуги по передаче электрической энергии для  последующего их перераспределения между сетевыми организациями по  индивидуальным тарифам.  

Истцом предъявлено требование, обусловленное эксплуатацией объектов  электроэнергетики, приобретенных как в 2012, 2014 годах, так и в сентябре -  декабре 2019 года у различных организаций, в том числе обществ «Урал- Девелопмент», «НПФ «Парма Инжиниринг», «Сириус», «Управляющая  компания «Север».  

Исполняя указания суда кассационной инстанции суд первой инстанции  верно установил, что приобретенные в 2019 году объекты электросетевого  находились во владении (на праве собственности и на праве аренды) ООО  «Урал - Девелопмент», ООО «НПФ «Парма Инжиниринг», ООО «Западно-Уральская электросетевая компания», ООО «СетьЭнергоТранс», которые в  период 2019 - 2020 г.г. являлись сетевыми организациями и им установлены  тарифы на услуги по передаче электрической энергии на 2020 год.  

Вместе с тем, исходя из содержания тарифных дел, указанное имущество,  за исключением имущества, приобретенного у ООО «НПФ «Парма  Инжиниринг», не включено в перечень объектов электросетевого имущества  при утверждении тарифа на услуги по передаче электрической энергии на 2020  год ООО «Урал Девелопмент», ООО «Западно-Уральская электросетевая  компания», ООО «СетьЭнергоТранс», поскольку тарифы установлены после  выбытия объектов из владения указанных лиц, соответственно, объекты не  вошли и в «котловой» тариф, а именно: постановлением Министерства от  19.12.2019 № 29-э утвержден тариф для ООО «Урал-Девелопмент»,  постановлением Министерства от 28.11,2019 № 7-э - для ООО «Западно-Уральская электросетевая компания», постановлением Министерства от  30.12.2019 № 48-э - для ООО «СетьЭнергоТранс».  

В материалы дела представлены тарифные дела, с которыми истец  ознакомился и не привел доводов и доказательств, свидетельствующих об  

 

обратном.  

Постановлением № 13-э об утверждении тарифа в отношении ООО «НПФ  «Парма Инжиниринг» было принято 28.11.2019, соответственно, до выбытия  имущества из владения общества (до 01.12.2019); спорное имущество учтено  при утверждении тарифа ООО «НПФ «Парма Инжиниринг».  

Единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической энергии  на территории Пермского края на 2020 год установлены и введены в действие с  01.01.2020 постановлением Министерства от 26.12.2019 № 40-э.  

Вместе с тем, представленными ПАО «Россети Урал» документами (акты  об оказании услуг по передаче электрической энергии за спорный период,  сводные ведомостей, подписанных ООО «НПФ «Парма Инжиниринг»)  подтверждается, что по спорным объектам ответчик не производил оплату  услуг по передаче электрической энергии.  

Согласно пояснениям органа тарифного регулирования, в связи с  отчуждением в 2019 году спорных объектов, ООО «НПФ «Парма Инжиниринг»  была проведена корректировка тарифов на 2022 год, когда проводился анализ  фактической деятельности сетевой организации на 2020 год при установлении  тарифов на следующий долгосрочный период регулирования 2022-2026 г.г.  Корректировка подконтрольных расходов, при расчете которых учитывается и  количество активов (показатель ИКА1), в частности, выбытие спорных  объектов учтено при расчете индекса изменения количества активов в общей  корректировке подконтрольных расходов за 2020 год в размере 3,516 у.е., что  отражено в экспертном заключении об установлении долгосрочных тарифов на  услуги по передаче электрической энергии ООО «НПФ «Парма Инжиниринг»  (Пермский городской округ) на третий долгосрочный период регулирования  (2022-2026 г.г.). Затраты, учтенные при формировании неподконтрольных  расходов, имеющие отношение к указанным объектам также скорректированы.  

Кроме указанных корректировок на стр. 14 экспертного заключения в  строках «корректировка необходимой валовой выручки по доходам от  осуществления регулируемой деятельности» и «корректировка с учетом  изменения полезного отпуска э/э и цен на потери» отражены общие величины  корректировок по формулам 7.1 и 8 Методических указаний по расчету  тарифов на услуги по передаче электрической энергии, устанавливаемых с  применением метода долгосрочной индексации необходимой валовой выручки,  утвержденных приказом ФСТ России от 17.02.2012 № 98-э.  

Вместе с тем, объемы передаваемой электрической энергии (мощности)  по спорным объектам не могли войти в расчет данных корректировок, так как  они не учитывались котлодержателем при осуществлении взаиморасчетов с  ООО «НПФ «Парма Инжиниринг».  

Доказательств иного в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).  

Следовательно, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о  том, что регулирующим органом обществу «НПФ «Парма Инжиниринг» на  2022 год проведена корректировка тарифа, учтенного при формировании  

 

котлового тарифа на 2020 год, соответственно и расходы на содержание ТП- 00797, включенные в «котловой» тариф ответчика, также исключены из его  НВВ.  

Более того, принимая во внимание положения статьи 3 Закона об  электроэнергетике, пункта 2 Правил недискриминационного доступа сетевые  организации - организации, владеющие на праве собственности или на ином  установленном федеральными законами основании объектами электросетевого  хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по  передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке  технологическое присоединение энергопринимающих устройств  (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим  сетям, а также осуществляющие право заключения договоров об оказании услуг  по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого  хозяйства, принадлежащих другим собственникам и иным законным  владельцам и входящих в единую национальную (общероссийскую)  электрическую сеть.  

В силу пункта 6 Правил недискриминационного доступа собственники и  иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые  опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации  энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать  перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и  требовать за это оплату.  

Указанные собственники и иные законные владельцы объектов  электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к  электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство  потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с  использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после  установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В  этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются  положения Правил недискриминационного доступа, предусмотренные для  сетевых организаций.  

Таким образом, вывод суда о том, что в связи с отсутствием  утвержденного в установленном законом порядке тарифа на услуги по передаче  электрической энергии истец не обладает статусом сетевой организации и не  вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии и требовать за это  оплату, также верен.  

Является правильным и вывод о том, что сам по себе факт владения  истцом объектами электросетевого хозяйства не является основанием для  возмещения ему расходов по содержанию электросетевого имущества, в связи с  чем основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.  

Ссылка на пункт 1 Рекомендаций от 06.06.2014 № 5, является  несостоятельной, поскольку из смысла пункта 1 указанных Рекомендаций  следует, что сетевая организация, вправе требовать возмещения расходов,  

 

связанных с оказанием ею услуг.  

Также является необоснованным и довод о том, что возникновение  неосновательного обогащения на стороне ответчика подтверждается решением,  в соответствии с которым с истца в пользу гарантирующего поставщика  взыскана задолженность за электрическую энергию, поставленную в целях  компенсации потерь, учитывая, что несение расходов на содержание  электросетевого имущества в отсутствие утвержденного тарифа относятся к  рискам предпринимательской деятельности истца в соответствии со статьями 2,  210 ГК РФ.  

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 26 Закона об электроэнергетике ООО  «КСК», являясь иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, обязано  по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой  организации) оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его  собственности или ином законном владении объектах электросетевого  хозяйства.  

Таким образом, в связи с тем, что тариф на услуги по передаче  электрической энергии по сетям ООО «КСК» на 2020 год не установлен,  затраты на содержание электросетевого имущества, владельцем которого  является ООО «КСК», не были учтены при утверждении котлового тарифа для  ПАО «Россети Урал» (с учетом проведенных органом тарифного  регулирования корректировок). Соответственно, ПАО «Россети Урал»  получило денежные средства от гарантирующего поставщика в составе  котлового тарифа, рассчитанного без учета затрат на содержание сетей истца.  

Ссылки ООО «КСК» на судебную практику также являются  несостоятельными, поскольку в иных делах были исследованы иные  фактические обстоятельства.  

Довод о том, что в случае установления в рамках рассмотрения дел №№  А60-23618/2014, А60-48473/2015, А60-13469/2016, А53-27271/2017  добросовестного поведения истцов при установлении тарифа на услуги по  передачи электрической энергии, исковые требования подлежали бы  удовлетворению, надуман и не следует из содержания судебных актов,  вынесенных в рамках рассмотрения указанных дел.  

Таким образом, судом первой инстанции принято верное решение об  отказе в удовлетворении иска с учетом конкретных обстоятельств настоящего  дела.  

Изложенные в апелляционной жалобе доводы направлены на переоценку  установленных судом обстоятельств, не содержат фактов, которые не были бы  проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и  имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу,  влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали  выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным  судом несостоятельными, не являющимися основанием для отмены  обжалуемого решения.  

 

Суд апелляционной инстанции считает, что при принятии решения  арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм  материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы  фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а,  следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и  отмены решения не имеется.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в  соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или  изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. В соответствии с  ч. 1 ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу  апелляционной жалобы относятся на заявителя.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269,   271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 30 мая 2023 года по делу   № А50-21141/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий В.Ю. Назарова  

Судьи О.Г. Власова 

 С.А. Яринский