АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А29-7148/2018

16 марта 2019 года

г. Сыктывкар

Резолютивная часть решения объявлена 13 марта 2019 года,

решение в полном объёме изготовлено 16 марта 2019 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А. Е., 

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания

секретарём судебного заседания ФИО1, 

с участием ФИО2 — представителя ответчика

по доверенности от 01.02.2019,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСпецстрой» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к акционерному обществу «Коми тепловая компания»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

о взыскании задолженности и неустойки,

по встречному иску акционерного общества «Коми тепловая компания»

к обществу с ограниченной ответственностью «ВологдаСпецстрой»

о взыскании убытков и неустойки

и установил:

основываясь на статьях 310, 702 и 711 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс), общество с ограниченной ответственностью «ВологдаСпецстрой» (далее — Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к акционерному обществу «Коми тепловая компания» (далее — Компания) о взыскании 346 175 рублей задолженности по договору подряда от 06.07.2017 № 111зц17 и 42 423 рубля неустойки за период с 24.10.2017 по 04.03.2019 (с учётом уточнения от 06.03.2019, принятого судом в заседании 13.03.2019 на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением от 09.06.2018 исковое заявление принято к производству по упрощённой процедуре.

В отзыве на иск от 06.07.2018 и в дополнении к нему от 23.07.2018 № 006/2/4952 (т. 1, л.д. 69-70, 87) ответчик отклонил исковые требования, указав, что Общество выполнило работы с существенными недостатками, которые привели к непригодности обмуровки котла. Компания ходатайствовала о рассмотрении дела в общеисковом порядке, посчитав, что рассмотрение дела возможно только с проведением экспертизы.

На основании определения от 05.08.2018 суд перешёл к рассмотрению дела по общим правилам искового производства. 

Определением от 04.10.2018 принято встречное исковое заявление Компании об обязании Общества устранить недостатки работ. Определением от 17.12.2018 встречный иск возвращён по ходатайству Компании.

Впоследствии от ответчика вновь поступило встречное исковое заявление о взыскании с Общества 340 000 рублей затрат по устранению недостатков и 91 044 рублей 02 копеек неустойки за период с 12.01.2018 по 01.10.2018 (т. 2, л.д. 100 — 103). Встречный иск принят определением от 23.01.2019 к рассмотрению совместно с первоначальным исковым заявлением.

Отзывом от 19.02.2019 (т. 3, л.д. 19 — 23) Общество отклонило встречные требования Компании, сославшись на следующее.

Вопреки пункту 5.6 договора заказчик составлял дефектные акты в одностороннем порядке. Письмом от 09.11.2018 № 006/2/7696 (т. 3, л.д. 37) подрядчик был приглашён для совместного актирования на 14.11.2018, при этом время осмотра указано не было. Письмо от 13.11.2018 № 006/2/7784 (т. 3, л.д. 38) с приглашением для устранения недостатков на 14.11.2018 не могло быть своевременно получено подрядчиком в силу объективных причин.

Действия Компании привели к невозможности проведения экспертизы, хотя сам ответчик в отзыве на иск свидетельствовал о необходимости экспертного исследования.

В отчёте по обследованию от 10.08.2018 № 242/08-2018 (т. 2, л.д. 2 — 56; далее — Отчёт), на который Компания сослалась как на доказательство вины Общества, указано, что причина разрушения котла — отсутствие жёсткости обмуровки его фронта. Между тем жёсткость обеспечивается металлокаркасом самого котла, а кирпичная кладка является ограждающей конструкцией. Работы по устройству металлокаркаса не предусмотрены в техническом задании и сметной документации (в них указаны лишь объёмы огнеупорной и красной кладки) — они выполнялись силами самого заказчика. Качество применённых подрядчиком материалов подтверждено сертификатами. При работе котла в отсутствие каркасной жёсткости расширение материалов и, как следствие, появление и увеличение трещин неизбежны, а при переменном режиме работы котла (нагрев-остывание), в котором заказчик и эксплуатировал своё оборудование, процесс разрушения ускоряется. 

В заседании 13.03.2019 представитель Компании поддержал встречные требования, уточнив в связи с вопросами суда, что убытки в сумме 170 000 рублей (вторая часть предусмотренной договором от 20.11.2018 № 019-ССЛ/2018/006/1 платы) ещё не понесены (соответствующий платёж обществу с ограниченной ответственностью «КотлоПромМонтаж» не осуществлён).

Общество ходатайствовало о рассмотрении дела без участия своего представителя и настаивало на своих требованиях. 

Установлено, что на основании договора от 06.07.2017 № 111зц17 (т. 1, л.д. 9 — 12) в редакции дополнительных соглашений от 20.07.2017 и от 23.10.2017 (т. 1, л.д. 14 и 15) Общество (подрядчик) обязалось перед Компанией (заказчиком) осуществить монтаж обмуровки фронта котла ДКВР 6,5-13 по адресу: Республика Коми, 

<

...> (котельная № 2).

Работы должны были быть выполнены не позднее 12.08.2017 согласно спецификации (т. 1, л.д. 13) и смете (т. 3, л.д. 24 — 27). Так, в объём работ входил монтаж кирпичной обмуровки фронта котла толщиной 650 мм (шамотный огнеупорный кирпич № 8 ШБ-1 ГОСТ 5040-78 толщиной 400 мм и глиняный кирпич К100/1/15 ГОСТ 530-95 толщиной 250 мм), в том числе устройство амбразуры. 

Общая стоимость всех работ — 346 175 рублей. 

В пунктах 1.3 и 3.2.5 договора заказчик обязался принять и оплатить работы в порядке, предусмотренном договором (разделами 5 и 6).

В частности, заказчик назначает представителя, осуществляющего технический надзор и контроль, проверку соответствия используемых материалов и оборудования условиям договора и сметной документации (пункт 5.2).

Согласно пункту 5.6 заказчик в течение десяти рабочих дней со дня получения от подрядчика извещения о готовности работ обязан принять их, подписав акт о приёмке, либо предоставить мотивированный отказ в письменной форме. 

При наличии замечаний к выполненным работам сторонами оформляется акт выявленных недостатков с указанием срока их устранения. Подрядчик обязан за свой счёт устранить в установленный срок допущенные по его вине недостатки. Акт о приёмке подписывается после устранения всех выявленных недостатков (пункт 5.7).

В силу пунктов 6.1 и 6.2, а также спецификации оплата выполненных работ производится в течение шестидесяти дней на основании счёта-фактуры, актов КС-2 и ОС-2, а также справки КС-3.

В соответствии с пунктом 9.2 в случае нарушения заказчиком сроков оплаты подрядчик вправе требовать уплаты неустойки в размере 1/300 ставки рефинансирования Центрального банка России, действующей на момент заключения договора (9%), от не оплаченной в срок суммы за каждый день просрочки. 

При отказе подрядчика от составления или подписания акта об обнаружении недостатков либо при неполучении ответа от подрядчика в течение пятнадцати дней с момента получения извещения об обнаружении недостатков заказчик вправе в целях подтверждения недостатков назначить квалифицированную экспертизу. В таком случае акт об обнаружении недостатков составляется привлечёнными экспертами (пункт 11.4).

На основании пункта 11.1 подрядчик несёт гарантийные обязательства в течение двадцати четырёх месяцев с момента приёмки работ. 

На основании акта КС-2 от 22.08.2017 № 1 и справки КС-3 (т. 1, л.д. 16 — 18) работы были сданы подрядчиком и приняты заказчиком в полном объёме и без каких бы то ни было замечаний к качеству. 

В письме от 17.11.2017 № 61, а затем и в претензии Общество попросило контрагента оплатить принятые работы (т. 1, л.д. 20 и 22), в ответ Компания, сославшись на составленный её сотрудниками акт осмотра обмуровки котла от 23.11.2017 № 2429, заявила претензию от 05.12.2017 № 2494/1 по качеству работ (т. 1, л.д. 25 и 26).

Наличие взаимных претензий послужило сторонам основанием для обращения с первоначальным и встречным исками, при рассмотрении которых суд исходил из следующего. 

По общему правилу, должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства (статьи 309 и 310 Кодекса).

В силу статьи 740 Кодекса по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определённый объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

По смыслу статьи 721 Кодекса качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или обычно предъявляемым требованиям, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В пункте 1 статьи 722 Кодекса установлено, что в случае, когда для результата работы предусмотрен гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве.

Согласно пункту 1 статьи 723 Кодекса в случаях, когда работа выполнена с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, заказчик вправе потребовать, в частности, возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397 Кодекса).

На основании пункта 2 статьи 755 Кодекса подрядчик несёт ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлечёнными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведённого самим заказчиком или привлечёнными им третьими лицами.

Риски неисполнения обязанности по организации и осуществлению приёмки результата работ по умолчанию несёт заказчик (пункт 8 информационного письма от 24.01.2000 № 51, постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 № 13765/10, от 27.07.2011 № 2918/11, от 27.03.2012 № 12888/11, от 23.07.2013 № 4030/13).

Согласно пункту 4 статьи 753 Кодекса сдача результата работ подрядчиком и приёмка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. 

Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока (пункт 3 статьи 724 Кодекса), при этом, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.07.2011 № 3024/11, в течение всего периода действия гарантийного срока заказчик может ссылаться на то, что предмет подряда не соответствует условиям договора, кроме случаев, когда будет установлено, что такое несоответствие произошло по его вине.

Принятие работ по двустороннему акту не лишает заказчика права представить суду свои возражения по качеству работ (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

На основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В силу части 31 статьи 70 названного кодекса обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 9 того же кодекса судопроизводство                     в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несёт риск наступления последствий такого своего поведения (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.10.2012 № 8127/13 и от 06.03.2012 № 12505/11).

Суд оценил письменные материалы дела, предоставленные сторонами, и устные объяснения ответчика в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и пришёл к убеждению, что требования Общества подтверждаются совокупностью относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств.

Из акта КС-2 и справки КС-3 видно, что работы приняты заказчиком без замечаний по качеству, при этом указанный в акте объём работ по всем позициям соответствует как спецификации, так и локальному сметному расчёту. 

Сведений, свидетельствующих о том, что представитель заказчика, беспрепятственно действовавший на объекте (пункт 5.2 договора), выявил какие-либо нарушения, не предоставлено. 

Акт осмотра обмуровки котла от 23.11.2017 № 2429 (т. 1, л.д. 26) составлен заказчиком в одностороннем порядке, как и все иные акты в феврале — октябре 2018 года (т. 3, л.д. 31, 33, 35).

Приобщённый к делу Отчёт не может быть признан документом, удовлетворяющим критериям пункта 11.4 договора о квалифицированной экспертизе, и не может свидетельствовать о наличии вины Общества в выявленных дефектах.

Так, согласно разделу 2 Отчёта (т. 2, л.д. 2 — 56; лист Отчёта 5), обследование строительных конструкций проведено с целью определения соответствия объекта требованиям промышленной безопасности, нормативных документов и определения возможности, сроков и условий дальнейшей эксплуатации. При этом в программе обследования (техническое задание к Отчёту; лист 18) в качестве цели значится выявление дефектов и повреждений строительных конструкций, определение соответствия существующих строительных конструкций и использованных строительных материалов требованиям проекта и НТД, анализ и оценка технического состояния конструкций, разработки рекомендаций по дальнейшей безопасности эксплуатации объекта. На титульном листе технического задания к Отчёту (т. 3, л.д. 18) в качестве вида обследования указана экспертиза промышленной безопасности. Следовательно, установление причин дефектов не входило в цель обследования, о чём также свидетельствует и вывод, содержащийся в Отчёте: «выполнить прогноз по дальнейшей эксплуатации обмуровки… не представляется возможным», «не обеспечена пространственная жесткость», «несущая способность стропильной системы оценивается как «ограниченно работоспособное» (т. 3, л.д. 12 и 29).

Более того, сведения, полученные в результате обследования летом 2018 года и отражённые в Отчёте, в любом случае не могут с надлежащей достоверностью свидетельствовать не только о причинах, но и о факте дефектов, выявленных заказчиком в одностороннем порядке осенью 2017 года. 

Объём принятых заказчиком работ полностью соответствует договорным обязательствам подрядчика; устройство каркаса не оговорено ни в договоре, ни в приложениях, ни в дополнительных соглашениях к нему. 

Доказательств того, что Общество применило некачественный материал, в деле также не имеется. Об обратном не свидетельствует и Отчёт.

Заявив претензии по качеству работ и высказавшись в отзыве на иск Общества о невозможности рассмотреть дело в упрощённой процедуре из-за необходимости провести экспертизу, Компания на основании договора с иным подрядчиком (т. 2, л.д. 106 — 110) уже в ходе судебного спора осуществила новую обмуровку, то есть фактически уничтожила подэкспертный объект, сделав объективно невозможным специальное исследование результата работ, принятого от подрядчика по двустороннему акту. 

Довод Компании о необходимости скорейшей починки резервного котла не может быть признан состоятельным в силу двух причин. Во-первых, договор с новым подрядчиком заключён спустя год после предполагаемого выявления дефектов, в связи с чем безотлагательность принятой меры представляется сомнительной. Во-вторых, утверждая о наличии недостатков в принятых работах, Компания не доказала, что она была лишена возможности обеспечить резервные мощности иным способом, в том числе и более затратным по сравнению с производством новой обмуровки (приобретение нового котла и (или) запасных частей, агрегатов, наличие которых обеспечило бы бесперебойную работу котельной и экстренное устранение вероятных сбоев в работе), но позволяющим обеспечить сохранность спорного объекта.

В том случае, если бы судебная экспертиза и иные материалы дела подтвердили допущенную подрядчиком неисправность, расходы заказчика могли быть компенсированы как убытки. Между тем от встречных требований о понуждении Общества устранить недостатки, Компания отказалась по собственной инициативе. 

Суд особо отмечает, что подрядчик неоднократно и последовательно, начиная с декабря 2017 года, сообщал заказчику о допущенных последним серьёзных конструктивных и эксплуатационных нарушениях: самостоятельное внесение изменений в устройство обмуровки (установление жёстко защемлённого над амбразурой горелки двутавра, при том что металл и кирпичная кладка обладают различными коэффициентами линейного температурного раширения), неправильная настройка горелочного устройства, неправильная эксплуатация котла (многократные в течение одного дня разогрев до максимальной температуры и охлаждение) (т. 3, 39 — 43).

В письме от 26.10.2018 № 24 Общество уведомило Компанию, что не отказывается от выполнения гарантийных обязательств, однако настаивает на независимой экспертизе и просит заказчика не уничтожать объект обследования до определения причин разрушения (т. 3, л.д. 44).

Добросовестность поведения истца и состоятельность его позиции в отношении эксплуатационных дефектов подтверждается также и тем обстоятельством, что в январе 2018 года он уже направлял на объект обмуровщика, который обнаружил в котле остатки несгоревшего топлива, произвёл расчистку швов, промыл поверхность кладки, выполнил затирку швов и предупредил заказчика о необходимости выполнения пусконаладочных работ горелочного устройства (т. 1, л.д. 27).

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимается как реальный ущерб (расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества), так и упущенная выгода — неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Обязанность должника возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, следует также из пункта 1 статьи 393 Кодекса. 

По общему правилу, необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесённые убытки, размер таких убытков — с учётом принципа разумности и запрета на неосновательное обогащение) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 № 25-П «По делу о проверке конституционности пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО3», пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2016 № 41-КГ16-7).

Заявив в финальном встречном иске требование о взыскании убытков, Компания-заказчик не доказала факт противоправного поведения подрядчика.

С учётом изложенного суд удовлетворяет требование Общества о взыскании задолженности.

Общество также просило взыскать с ответчика неустойку за период с 24.10.2017 по 04.03.2019. Данное требование законно (пункт 1 статьи 329 и пункт 1 статьи 330 Кодекса). Расчёт размера имущественной ответственности не противоречит пунктам 6.2 и 9.2 договора, проверен судом и признан арифметически верным. 

При данных обстоятельствах требование истца в части привлечения ответчика к имущественной ответственности также подлежит полному удовлетворению.

Во встречном иске, таким образом, надлежит отказать.

Обществом также заявлено о возмещении судебных расходов на оплату юридических услуг в сумме 7 000 рублей.

В части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что судебные расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее — Постановление № 1) разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

Суд, кроме того, должен исходить из документальных и статистических данных о подобных затратах (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 454-О).

Аналогичной правовой позиции придерживался и Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановления от 20.05.2008 № 18118/07, от 09.04.2009 № 6284/07, от 25.05.2010 № 100/10, от 15.03.2012 № 16067/11, от 26.11.2013 № 8214/13).

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» и в пункте 10 Постановления № 1 сформулированы основополагающие критерии распределения бремени доказывания при разрешении споров о взыскании судебных расходов, согласно которым лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесёнными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. В свою очередь другая сторона вправе доказывать чрезмерность судебных расходов. 

Подтверждая факт несения судебных расходов, истец представил суду следующие документы.

1. Договор от 17.04.2018 № 21/18 (т. 1, л.д. 48-49), заключённый с обществом «Центр конфликтологии и права» (исполнителем в лице директора ФИО4), по условиям которого последний принял на себя обязательство оказать комплекс юридических услуг (консультирование, подготовка и направление искового заявления и иных документов в суд) по взысканию задолженности с Компании. Стоимость услуг составила 7 000 рублей, которые Общество обязалось уплатить в течение пятнадцати дней с момента подписания договора.

2. Платёжное поручение от 17.04.2018 № 32 о переводе названной суммы по договору оказания юридических услуг (т. 1, л.д. 50).

Исковое заявление, уточнения к нему и иные документы подписаны и направлены в суд ФИО4

В продолжение рассмотрения дела в суде Компания не высказала аргументированных возражений против размера судебных расходов, следовательно, она в добровольном порядке отказалось от доказывания их чрезмерности, а потому несёт соответствующие риски, предусмотренные абзацем 3 пункта 1 статьи 2 Кодекса и частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Аналогичный подход изложен в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 21.04.2017 по делу № А43-8863/2016.

С учётом изложенного и баланса интересов сторон, суд, руководствуясь дискреционными полномочиями, пришёл к выводу, что заявленные к взысканию расходы на оплату юридических услуг в сумме 7 000 рублей соответствуют критерию разумности. Сумма отражает реальную стоимость услуг исполнителя, которые в условиях нормального хозяйственного оборота были действительно необходимы для осуществления судебной защиты истца. 

Расходы по государственной пошлине в порядке части 1 статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика. 

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1.Первоначальные исковые требования удовлетворить полностью. 

2.Взыскать с акционерного общества «Коми тепловая компания» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСпецстрой» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 346 175 рублей задолженности, 42 423 рубля неустойки и 7 000 рублей расходов на оплату услуг представителя. 

3.В удовлетворении встречного иска отказать полностью. 

4.Взыскать с акционерного общества «Коми тепловая компания» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 9 754 рубля 61 копейку государственной пошлины. 

4.Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

5.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А.Е. Босов