Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-118687/2021

12 июля 2022 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  09 июня 2022 года.

Полный текст решения изготовлен  12 июля 2022 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Душечкина А.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

Истец: общество с ограниченной ответственностью «Астраханская пивная компания» (адрес: 414024, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

Ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «Балтика» (адрес: 194292, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>);

при участии:

от Истца: ФИО2, - выписка из ЕГРЮЛ от 09.06.2022

- от Ответчика: ФИО3, ФИО4 - доверенность № 509/ШК от 21.01.2022), ФИО5 -доверенность от 20.10.2021) ФИО6 – доверенность от 20.10.2021

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Астраханская пивная компания» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «Балтика» о взыскании убытков в размере 125 681 222,79 рублей и 200 000 рублей государственной пошлины. С учетом заявления об уточнении исковых требований от 22.04.2022 Истец просил взыскать с Ответчика убытки в размере 98 275 156,94 рублей.

Определением от 10.01.2022 иск принят к рассмотрению, предварительное судебное заседание и судебное заседания назначены на 07.04.2022.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы искового заявления, представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований. 

Протокольным определением суда от 07.04.2022 рассмотрение дела отложено на 25.04.2022.

В ходе судебного заседания 25.04.2022 представитель истца заявил ходатайство об уточнении заявленных требований, согласно которому просил взыскать убытки в размере 98 275 156,94 рублей. Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований. 

Протокольным определением суда от 25.04.2022 рассмотрение дела отложено на 30.05.2022.

В судебном заседании 30.05.2022 представитель Истца представил Суду заключение специалиста №16/05 от 23.05.2022 за подписью ФИО7,   а также договор дистрибьюции разливного пива в кегах № 5676/06Д от 01.10.2005 (Договор дистрибьюции от 01.10.2005) и соглашение о партнерстве от 16.02.2008 (Соглашение о партнерстве от 16.02.2008). По словам представителя Истца, Истец обратился к специалисту ФИО7 с тем, чтобы он исследовал ранее представленные Истцом в материалы дела договор дистрибьюции разливного пива в кегах № 5676/06Д от 01.10.2005 (Договор дистрибьюции от 01.10.2005) и соглашение о партнерстве от 16.02.2008 (Соглашение о партнерстве от 16.02.2008) на предмет идентичности каждой страницы документа, изготовления в одно время и с целью фиксации всех особенностей при составлении данных документов - ... технических особенностей, помарки и всякие отметки копировальной техники, и так далее».

Ответчик в заседании 30.05.2022 заявил письменное ходатайство об исключении из материалов дела копий Договора дистрибьюции от 01.10.2005 и Соглашения о партнерстве от 16.02.2008, поскольку такие документы не отвечают требованию относимости доказательств, установленному ч. 1 ст. 67 АПК РФ.

Представитель истца возражал против удовлетворения заявленного ходатайства. 

Протокольным определением суда от 30.05.2022 рассмотрение дела отложено на 09.06.2022.

В  настоящем судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования. Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований. 

Рассмотрев заявленное в прошлом судебном заседании ходатайство об исключении доказательств из материалов дела, суд не усмотрел оснований для его удовлетворения. 

В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», частью 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд признал дело подготовленным к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное разбирательство.

Как следует из материалов дела, 16.02.2013 между Истцом (Дистрибьютор) и Ответчиком (ранее - ОАО «Пивоваренная компания «Балтика») (Поставщик) заключен Договор №ДДР-3-11-003/13 (далее - «Договор»), по условиям которого Ответчик поставлял свою продукцию Истцу, а Истец принимал и оплачивал данную продукцию.

28.02.2017стороны заключили дополнительное соглашение №Пр2017 к Договору (далее - ДС № Пр2017), в котором пришли к соглашению продлить действие Договора до 28.02.2018, изложить Договор и поименованные в нем дополнительные соглашения в новой редакции.

01.03.2018стороны заключили дополнительное соглашение к Договору (далее - ДС от 01.03.2018), в котором пришли к соглашению продлить действие Договора до 28.02.2019, изложить Договор и поименованные в нем дополнительные соглашения в новой редакции.

Уведомлением от 24.12.2018 за № 01-03/703 Ответчик сообщил Истцу о расторжении Договора и прекращении его действия по истечении 14 дней с момента получения Истцом уведомления, просил погасить имеющуюся задолженность по оплате поставленного товара и возвратить имущество, являющееся собственностью Ответчика. Уведомление получено Истцом 24.12.2018. договор расторгнут 09.01.2019 года.

Истец 20.11.2021 года направил Ответчику досудебную претензию № 184-2/11 с требованием о возмещении убытков в размере 125 681 222,79 рублей.

Оставление ответчиком претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в суд.

В соответствии со статьями 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -  ГК РФ) обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в ГК РФ; должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; при отсутствии таких условий согласно обычаям или иным обычно предъявляемым требованиям.

В силу пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7).

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 по делам о возмещении убытков Истец обязан доказать, что Ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Исходя из системного толкования ст. 15 ГК РФ, ст.ст. 64 - 65 АПК РФ, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, для удовлетворения заявленных требований о взыскании убытков Истец обязан доказать наличие в совокупности следующих условий: 1) факт нарушения права в результате противоправных действий (бездействия) Ответчика; 2) причинно-следственную связь между противоправным поведением Ответчика и причиненными убытками; 3) факт причинения убытков; 4) размер причиненных убытков.

Отсутствие доказательств хотя бы одного из указанных обстоятельств, влечет недоказанность всего сложного состава гражданско-правового института убытков и отказ в удовлетворении исковых требований вследствие их необоснованности.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, по смыслу статей 15, 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Доводы Истца о противоправном поведении Ответчика сводятся, в первую очередь, к несогласию с односторонним отказом Ответчика от Договора, со взысканием Ответчиком с Истца задолженности по возмещению стоимости невозвращенных им кег и по оплате поставленной продукции, а также с обязанием Истца возвратить оборудование, ранее переданное ему Ответчиком по Договору, после прекращения Договора.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Таким образом, условия договора необходимо толковать и рассматривать в их системной связи, а также с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). При этом, в соответствии с п. 4 ст. 1 ГК РФ, условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

По мнению Истца, пункт 11.8.6 Договора не предусматривал право Ответчика на односторонний отказ от Договора, а лишь предполагал возможность досрочного расторжения Договора, которое, по мнению Ответчика, могло быть исполнено либо путем подписания между Истцом и Ответчиком соглашения о расторжении договора, либо в судебном порядке.

Предложенное Истцом толкование п. 11.8.6 Договора является субъективным и противоречащим положениям гражданского законодательства и сложившейся судебной практике. Довод Истца о возможности досрочного расторжения договора исключительно путем заключения двустороннего соглашения не основан на принципах гражданского законодательства. Более того, при таком толковании сторона, добросовестно исполняющая условия договора, будет лишена возможности расторжения договора при отказе от подписания соглашения о расторжении стороной, нарушившей условия договора.

Из системного толкования условий Договора, в том числе п. 11.8.6, следует, что спорный пункт Договора предусматривал право Ответчика на расторжение Договора путем одностороннего отказа от такого Договора, с учетом чего, довод Истца об отсутствии оснований для одностороннего отказа Ответчика от Договора с Истцом не соответствует содержанию Договора и положениям законодательства.

Вступившими в законную силу судебными актами по делам №А56-114164/2019 и №А56-29604/2020, имеющими преюдициальное значение, установлены наличие правовых оснований для расторжения Договора и факт его расторжения с 09.01.2019; при рассмотрении дел №А56-114164/2019 и №А56-29604/2020 правомерность отказа Ответчика от Договора Истцом не оспаривалась.

Довод Истца о том, что подписи уполномоченных сотрудников Ответчика на уведомлении о расторжении Договора подделаны, отклоняются судом, поскольку Ответчик не оспаривает факт подписания и направления Истцу такого уведомления от имени и в интересах Ответчика.

Ссылки истца на электронную переписку сторон, датированной 18.05.2017 и 19.05.2017, не имеет правового отношения к настоящему делу, поскольку предметом настоящего спора является взыскание упущенной выгодой Истца за 2018-2021.

В обоснование заявленных требований, истец ссылается на то, что между истцом и ответчиком были заключены доп. соглашения об отсрочке платежей в счет оплаты за продукцию: доп. соглашения от 01.03.2017, от 01.08.2017, от 01.03.2018 на отсрочку платежа.

Как пояснил ответчик в судебном заседании у Истца всегда имелась возможность оплачивать получаемую от Ответчика продукцию с отсрочкой. Однако, истец систематически нарушал сроки оплаты по договору, что привело к отказу Ответчика от договора с Истцом. Иного Истцом не доказано.

Кроме того, в обоснование заявленных требований истец также ссылается на товарно-транспортные накладные от ООО «Колос» в адрес ООО «Два орла» от 26.12.2018 на сумму 5 161,34 руб., счет-фактура, выставленная ООО «Колос»  ООО «Карфаген» от 22.12.2018 на сумму 16 177,16    руб.    с    приложением товарно-транспортной накладной от той же даты на ту же сумму; счет-фактура от ООО «Колос» в адрес ООО «Карфаген» от 28.12.2018 на сумму 5 094, 92 руб. с приложением товарно-транспортной накладной от той же даты на ту же сумму; заверенные   Истцом   выписки   из системы   «Монолит»,   электронная переписка   между   представителем Ответчика и представителем ООО «Алко-Вита» от 31.05.2017, в которой ООО «Алко-Вита» просит выслать условия   по   разливному   пиву,   а Ответчик направляет ему условия, электронное письмо самого Истца в адрес  Ответчика,  копия  договора.

Вместе с тем, Истцом   не  обоснована  связь  между  Ответчиком   и документами, в составлении которых он участия  не принимал и в которых он не фигурирует в качестве стороны (ТТН от ООО «Колос» в адрес ООО «Два орла», счет-фактура  от  ООО  «Колос»  ООО  «Карфаген»  с приложением ТТН; счет-фактура от ООО «Колос» в адрес ООО «Карфаген» с приложением ТТН; договор поставки товара между ООО «Колос» и ООО «Арт-ШоуГрупп»).

Истцом  не доказана связь указанных документов  и предмета Истца иска о взыскании с Ответчика убытков. Факт перераспределения товарных потоков от Истца в пользу   прямых   конкурентов   (иных   дистрибьюторов Ответчика    на    территории    Астраханской    области) документы не доказывают. 

Истцом в материалы дела представлены заключение специалиста №16/05 от 23.05.2022 за подписью ФИО7,   а также договор дистрибьюции разливного пива в кегах № 5676/06Д от 01.10.2005 (Договор дистрибьюции от 01.10.2005) и соглашение о партнерстве от 16.02.2008 (Соглашение о партнерстве от 16.02.2008).

Анализ содержания Заключения специалиста приводит к выводу об отсутствии в Заключении специалиста тех выводов, о наличии в нем которых заявил представитель Истца в судебном заседании 30.05.2022.

Согласно Заключению специалиста перед экспертом были поставлены вопросы: каким способом изготовлены представленные на исследование документы и какие в них имеются отличительные признаки и особенности» (стр. 1 Заключения эксперта).

Далее в Заключении специалиста приведен ряд выводов:

-\«Перечисленные признаки в своей совокупности дают основание для вывода о том, что печатный текст, линии линовки в бланках представленного договора дистрибьюции и приложений к договору выполнены способом электрофотографии при помощи электрофотографического копировально-множительного устройства с лазерным рецептором» (стр. 7 Заключения специалиста);

- «... подписи от имени ФИО2 и Родной А.Ю. в договоре дистрибьюции и приложениях №№ 1-3 к договору выполнены пастой с помощью ручки с шариковым пишущим узлом» (стр. 8 Заключения специалиста);

- -«... признаков выполнения подписей под влиянием сбивающих факторов не выявлено» (стр. 9 Заключения специалиста);

- «Перечисленные признаки в своей совокупности дают основание для вывода о том, что печатный текст, линии линовки в бланках представленного соглашения о партнерстве от 16.02.2008 года выполнены способом электрофотографии при помощи электрофотографического копировально-множительного устройства с лазерным рецептором» (стр. 11 Заключения специалиста).

Таким образом, представленное заключение специалиста не подтверждает доводов истца. Кроме того, из указанного заключения не следует, что специалист был предупрежден об уголовной ответственности. А также компетентность специалиста, выдавшего Заключение специалиста, в поставленных Истцом вопросах не подтверждена документально (к Заключению специалиста не приложены копии документа об образовании специалиста и т.д.).

Указывая на противоправность действий ответчика, истец также ссылается на умышленное искажение сведений в отчетной  системе «Монолит».

Согласно п. 3.3 Договора №ДДР-3-11-003/13 в редакции доп. соглашения № Пр2017 от 28.02.2017 поставщик (Ответчик) не определяет решения,  принимаемые дистрибьютором.  П.  3.3 Договора №ДДР-3-11-003/13 в редакции доп. соглашения от 01.03.2018 содержал аналогичное правило (том 1, л.д. 40). Истец осуществлял реализацию алкогольной продукции, оборот которой в соответствии с Федеральным законом от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции    и    об    ограничении    потребления    (распития) алкогольной продукции» подлежит обязательной регистрации в ЕГАИС. В силу закона оформление отгрузочных документов и регистрация отгрузки в ЕГАИС являются обязанностью Истца, что опровергает довод последнего об отгрузках продукции в «выдуманные» торговые точки.

Вступившим в законную силу постановлением АС СЗО по делу №А56-114164/2019, имеющим преюдициальное значение, судом было    установлено    наличие    у    Общества    внутренних организационных проблем и отсутствие надлежащего контроля за поступлением продукции в торговые точки, что не может быть поставлено в вину Ответчику, поскольку осуществление контроля за поступлением продукции в торговые точки является обязанностью самого Истца.

Истец не подтвердил факты оказания Ответчиком влияния на ухудшение финансовых показателей Истца, перераспределения Ответчиком товарных и денежных потоков от Истца иным хозяйствующим субъектам, сокращения и срыва сроков поставок, передачи клиентской базы Истца другим дистрибьюторам, отгрузки продукции в «выдуманные» торговые точки.

В соответствии с положениями п. 3.3 Договора в редакции Дополнительного соглашения от 01.03.2018, Ответчик не определял решения, принимаемые дистрибьютором (Истцом).

Кроме того, Истец осуществлял реализацию алкогольной продукции, оборот которой в соответствии с Федеральным законом от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» подлежит обязательной регистрации в ЕГАИС. В силу закона, оформление отгрузочных документов и регистрация отгрузки в ЕГАИС может осуществляться только Истцом, что опровергает довод Истца об отгрузке продукции в «выдуманные» торговые точки.

Также в качестве обстоятельств, повлекших возникновение у Истца убытков, указывается предъявление Ответчиком требования по банковской гарантии, направление Истцу уведомления о расторжении договора, обращение Ответчика в суд с требованиями о взыскании задолженности за продукцию, невозвращенную многооборотную тару (кеги) и об обязании Истца возвратить Ответчику полученное по Договору оборудование.

Указанные требования Ответчика не являются противоправными, направлены на защиту прав и интересов Ответчика, их законность подтверждена вступившими в законную силу судебными актами по делам №А56-114164/2019 и №А56-29604/2020.

В числе противоправных действий Ответчика Истец указывает злоупотребление доминирующим положением, выразившееся в установлении в Договоре дистрибьюции №5676/06Д от 01.10.2005 и в Соглашении о партнерстве от 16.02.2008 запрета на заключение договоров с иными поставщиками и запрета на реализацию продукции за пределами определенной территории.

Ссылка Истца на Договор дистрибьюции № 5676/06Д от 01.10.2005 и Соглашение о партнерстве от 16.02.2008 несостоятельна, поскольку согласно п. 16.1 Договора, с момента подписания Договора все предыдущие переговоры, устная договоренность, переписка по предмету Договора и ранее заключенные договоры (контракты) между сторонами на поставку продукции теряют силу.

Таким образом, Договор дистрибьюции от 01.10.2005 и Соглашение о партнерстве от 16.02.2008 не действовали в спорный период, а, следовательно, не являются относимыми доказательствами.

В нарушение ст. 65 АПК РФ Истец не предоставил доказательств, подтверждающих нарушение Ответчиком требований антимонопольного законодательства. В соответствии с ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее -«Закон о защите конкуренции») запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

Исходя из положений части 1 статьи 1, части 1 статьи 2, пункта 10 статьи 4, статьи 10 Закона о защите конкуренции обладание хозяйствующим субъектом доминирующим положением на товарном рынке не является объектом правового запрета: такой субъект свободен в осуществлении экономической деятельности и вправе конкурировать с иными хозяйствующими субъектами, действующими на том же рынке; выбирать контрагентов и предлагать экономически эффективные для него условия договора. Антимонопольным законодательством запрещается злоупотребление хозяйствующими субъектами своим доминирующим положением.

Само по себе наличие доминирующего положения субъекта на товарном рынке не может быть признано нарушением антимонопольного законодательства. Более того, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия доминирующего положения у Ответчика. Представленная Истцом справка №12/67417/20 от 06.08.2020 не подтверждает наличие у Ответчика доминирующего положения, поскольку в силу п.п. 3.8.-3.10, 3.15, 3.16 Приказа ФАС России от 25.05.2012 № 345 «Об утверждении административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по установлению доминирующего положения хозяйствующего субъекта при рассмотрении заявлений, материалов, дел о нарушении антимонопольного законодательства и при осуществлении государственного контроля за экономической концентрацией» в ходе рассмотрения поступившего заявления антимонопольным органом определяется наличие признаков доминирующего положения хозяйствующего субъекта, в отношении которого поданы заявление, материалы.

По результатам проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке составляется аналитический отчет, в котором содержится заключение о наличии признаков доминирующего положения хозяйствующего субъекта.

Доминирующее положение хозяйствующего субъекта считается установленным в случае принятия руководителем антимонопольного органа решения о возбуждении по признакам нарушения статьи 10 Закона о защите конкуренции дела о нарушении антимонопольного законодательства и о создании комиссии по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства.

В случае принятия решения об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства процедура установления доминирующего положения подлежит прекращению.

Решение о возбуждении дела о нарушении Ответчиком антимонопольного законодательства вследствие злоупотребления доминирующим положением Истцом не предоставлено. Следовательно, справка №12/67417/20 от 06.08.2020 не является допустимым доказательством по смыслу ст. 68 АПК РФ и не подтверждает наличие доминирующего положения у Ответчика.

Кроме того, в соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2, при оценке наличия злоупотребления в поведении доминирующего на рынке субъекта относительно его контрагентов, суды вправе учесть существование у контрагентов реальной возможности приобретения такого же или взаимозаменяемого товара у иных лиц.

В нарушение ст. 65 АПК РФ, Истец не предоставил доказательств, подтверждающих невозможность приобретения такого же или взаимозаменяемого товара у иных лиц и факт нарушения Ответчиком требований антимонопольного законодательства.

В обоснование требований о взыскании убытков Истец предоставил Отчет. Отчет не принимается судом во внимание, так как основан на недостоверных данных, содержащихся в бухгалтерской отчетности Истца, большая часть утверждений эксперта не соответствует фактическим обстоятельствам, которые были установлены по настоящему делу, а выводы, изложенные в Отчете, выходят за рамки компетенции эксперта.

Ссылки истца на реальности операций по    выдаче    займов Истцу   со   стороны ООО «Солод» и ООО «Бочка», отклоняются судом.

По ООО «Солод» представлены выписки по операциям за 2015-2017 г.г., которые не подтверждают исполнение ООО «Солод» договора займа, заключенного им с Истцом в 2018 г.  (копия  договора  займа  -  том   1,  л.д.   160-161). Соответственно, доказательства не являются относимыми по смыслу ст. 67 АПК РФ.

По ООО «Бочка» представлены выписки по операциям за 2016 и 2017 г.г., которые являются также неотносимым доказательством по смыслу ст. 67 АПК РФ, поскольку не подтверждают исполнение договора займа, заключенного между Истцом и ООО «Бочка» в 2018 г. (копия договора займа - том 1, л.д. 204, 207).

Относительно выписок по ООО «Бочка» за 2018 г., то она также не подтверждает предоставление заемных средств Истцу, поскольку не содержит данных о назначении платежей, а, учитывая, что ООО «Бочка» являлась, по утверждению Истца и исходя из представленных им документов (в частности, из Договора оптовой поставки разливного и фасованного пива №01/02/15 с ключевым покупателем от 16.02.2015 - том 1, л.д. 199-203. 205-206).

Кроме того, п. 2.2 договоров займа с ООО «Солод» и ООО «Бочка»   предусматривали   наличные   расчеты   путем внесения денежных средств в кассу Истца (том 1, л.д. 160, 204).

Прием   наличных   денег   юридическим   лицом проводится по приходным кассовым ордерам 0310001 (П. 5 Указания Банка России от  11.03.2014 № 3210-У). Следовательно, выписка по ООО «Бочка» за 2018 г. является недопустимым доказательством по смыслу 68 АПК РФ.

Динамика   изменения   показателей   строки   1510   «Заемные средства»   за   2012-2020   гг.   демонстрирует   постепенное наращивание этого показателя к 2018 г., начиная с 2012 г.

Согласно данным бухгалтерской отчетности за 2017 г., на конец 2017 года показатель   строки   1510   «Заемные   средства»   уже   достиг показателя в 31 644 тыс. руб. (том 1, л.д. 112). Бухгалтерская отчетность за 2018 демонстрирует увеличение показателя менее чем на 9 млн рублей - до 40 524 тыс. руб. (том 1, л.д. 116) – при том, что согласно представленных Истцом договорам займа с ООО «Солод» и ООО «Бочка», заключенным в 2018 г., сумма займов составила более 25 млн рублей.

Более того, согласно договорам займа с ООО «Солод» и ООО «Бочка» с учетом заключенных доп. соглашений (том 1, л.д. 160. 165, 204, 210), срок действия договоров составляет более 12 месяцев.   

Поэтому,   руководствуясь   п.   19   Положении   по бухгалтерскому учету «Бухгалтерская отчетность организации» ПБУ 4/99, данные о полученных от ООО «Солод» и ООО «Бочка» денежных средствах по договорам займа должны были быть отражены Истцом в строке 1410 «долгосрочные денежные средства»), а не в строке  1510 («Краткосрочные заемные средства»).

При   этом,   значения   строки   1410,   согласно бухгалтерской отчетности Истца, в 2018 и 2019 годах составляли 0 рублей (том 1, л.д. 120).

Ссылка на материалы уголовного дела несостоятельна, поскольку уголовное дело прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно в связи с отсутствием события преступления. Постановление о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, протоколы допроса свидетелей не являются  процессуальными документами, устанавливающими юридические факты. Обстоятельства, изложенные в постановлении о прекращении уголовного дела не являются установленными по смыслу ст. 69 АПК РФ, что возлагает на Истца обязанность в доказывании обстоятельств, на которые ссылается Истец.

Также отклоняется довод Истца о возникновении убытков, вызванных невозможностью исполнения обязательств перед покупателями ООО «Солод» и ООО «Бочка».

Договор оптовой поставки разливного и фасованного пива № 02/2014 от 16.02.2014, заключенный Истцом с ООО «Солод», и договор оптовой поставки разливного и фасованного пива с ключевым покупателем №01/02/15 от 16.02.2015, заключенный Истцом с ООО «Бочка» (далее - «Договоры с покупателями»), являются рамочными: определяют общие  условия  обязательственных  взаимоотношений  сторон,  которые  могут  быть конкретизированы и уточнены сторонами путем заключения отдельных договоров, подачи заявок одной из сторон или иным образом на основании либо во исполнение рамочного договора (часть 1 ст. 429.1 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 ст.432 ГК РФ, частью 3 ст.455 и частью 1 ст.465 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными условиями договора поставки являются условия о наименовании и количестве товара.

Согласно части 1 ст. 433 ГК РФ, Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

В представленных Истцом Договорах с покупателями существенные условия не определены рамочным договором, что предполагает дальнейшую конкретизацию (уточнение, дополнение) таких условий посредством заключения отдельных договоров, подачи заявок и т.п., определяющих недостающие условия. Изложенное соотносится с правовой позиций, указанной в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49.

Истцом не предоставлено доказательств направления ООО «Солод» и ООО «Бочка» Истцу заявок (заказов) на поставку им продукции во исполнение заключенных рамочных договоров.

Таким образом, суд приходит к выводу о необоснованности и недоказанности утверждений Истца о совершении Ответчиком действий (бездействия), находящихся в причинно-следственной связи между поведением Ответчика и показателями финансовой деятельности Истца в 2018 - 2021 годах.

По мнению Истца, противоправное поведение Ответчика выразилось в действиях, перечень которых изложен Истцом в Приложении №1 к Возражениям Истца на отзыв Ответчика «Причинно-следственная связь между злоупотреблениями Ответчика доминирующим положением, противоправными действиями недобросовестных менеджеров дивизиона Юг Ответчика, нарушения Ответчиком п. 17.8 Договора (в редакции ДС от 01.03.2018г.) и ухудшением финансовых показателей Истца - возникновением убытков».

Вместе с тем, исходя из расчета размера убытков, представленного в отчете ООО «Бухгалтер-Аналитик» от 12.11.2021 (далее - «Отчет»), Истец настаивает на взыскании с Ответчика упущенной выгоды за 2018-2020 гг. и 10 месяцев 2021 г.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно п. 1 ст. 196, п. 1 ст. 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Иск подан в суд 16.12.2021, о чем свидетельствует дата на оттиске календарного штемпеля отделения почтовой связи места приема почтовой корреспонденции, проставленном на описи вложения в ценное письмо Истца, адресованное суду.

О наличии «технических сложностей, приведших к парализации нормальной работы в пик сезона 2017 г.», проведении аудита Ответчиком деятельности Истца последнему стало известно непосредственно в 2017 году. О наличии условий сотрудничества, расцениваемых Истцом как невыгодные, он узнал в день подписания Договора - то есть, 16.02.2013 (в момент заключения Договора в первоначальной редакции), 28.02.2017 (в момент заключения Договора в редакции ДС № Пр2017), 01.03.2018 (в момент заключения Договора в редакции ДС от 01.03.2018).

Срок исковой давности, исчисляемой от любой из вышеуказанных дат на момент подачи искового заявления уже истек. В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Расходы по уплате государственной пошлине в силу части 1 статьи НО АПК РФ подлежат отнесению на Истца.

Поскольку Истцу при подаче искового заявления была предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины, то расходы по оплате государственной пошлины подлежат взысканию в бюджет.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Руководствуясь статьями ПО, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Астраханская пивная компания» (ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Душечкина А.И.