Четвёртый арбитражный апелляционный суд

ул. Ленина 100б, Чита, 672000,    http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А78-938/2020

09 октября 2020 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2020 года.

 

Четвёртый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Куклина О.А., судей Бушуевой Е.М., Скажутиной Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Алтайские композитные футеровки» на решение Арбитражного суда Забайкальского края от 16 июля 2020 года по делу №А78-938/2020 по иску акционерного общества «Рудник Александровский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Алтайские композитные футеровки» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 13 419 000 руб. в качестве возврата уплаченной за комплект резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1 (пр-ва Outotec) для АО «Рудник Александровский» согласно ТУ 38.105.1861-88 денежной суммы по приложению №2 от 12.10.2018 к договору поставки №01-2018/7 от 30.01.2018,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2, представитель по доверенности от 12.02.2020,

от ответчика – ФИО3, представитель по доверенности от 14.09.2020,

и установил:

акционерное общество «Рудник Александровский» (далее – АО «Рудник Александровский», истец) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Алтайские композитные футеровки» (далее – ООО «АКФ», ответчик) о взыскании 13 419 000 руб. в качестве возврата уплаченной за комплект резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1 (пр-ва Outotec) денежной суммы по приложению №2 от 12.10.2018 к договору поставки №01-2018/7 от 30.01.2018.

Решением Арбитражного суда Забайкальского края от 16.07.2020 иск удовлетворён. С ООО «АТФ» в пользу АО «Рудник Александровский» взыскано 13 419 000 руб., а также 90 095 руб. в качестве возмещения расходов истца по уплате государственной пошлины, всего 13 509 095 руб.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

Как указывает заявитель жалобы, суд в основу обжалуемого решения положил доводы истца, изложенные в исковом заявлении, дополнениях к нему и пояснениях, представленных представителем истца в ходе судебного разбирательства, при этом, по мнению заявителя, в нарушение подпункта 2 пункта 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд не указал основания, по которым отверг доказательства, представленные ответчиком в обоснование своей позиции по делу.

Заявитель считает, что суд первой инстанции при вынесении решения необоснованно принял, как достоверную, позицию истца о том, что при заключении приложения №2 к договору поставки истец исходил из иных обстоятельств, нежели изложены в данном приложении. Как указывает ответчик, суд согласился с утверждением истца о том, что гарантийный срок на комплект резино-металлической футеровки составляет 12 месяцев, при этом не принимая во внимание буквальное содержание приложения №2 к договору поставки, указав на необходимость толкованием договора выяснить действительную общую волю сторон при заключении приложения №2.

По мнению заявителя жалобы, вывод суда о подтверждении перепиской сторон ненадлежащего качества товара не основан на доказательствах.

Заявитель утверждает, что суд не дал должной правовой оценки представленному истцом протоколу технического совещания от 19.12.2017 в совокупности с дальнейшими действиями сторон и сроками этих действий.

Заявитель указывает, что дефекты барабана мельницы вскрылись ответчиком лишь после демонтажа старой стальной футеровки (производства ООО «АмурЛитье») перед монтажом резино-металлической футеровки на барабан мельницы в марте 2018 года, то есть после подписания договора поставки №01-201/7 от 30.01.2018 и приложения №1 от 30.01.2018, выявленные дефекты барабана мельницы отмечены в акте 03/103 от 29.03.2018.

По мнению заявителя, вывод суда о том, что материалы дела не содержат ни одного доказательства соответствия поставленной продукции ТУ 38.105.1861-88, является необоснованным, поскольку в материалах дела имеются копии товарных накладных, товарно-транспортных накладных, подписанных со стороны ответчика и со стороны истца, в которых прямо указано, что поставляемый товар изготовлен и соответствует указанным техническим условиям. Кроме того, при приёмке товара истец не заявил о том, что поставленный товар не соответствует техническим условиям, в то время как согласно условиям договора поставки о любых несоответствиях покупатель должен уведомить поставщика в письменном виде.

Заявитель считает необоснованными и не подтверждёнными доказательствами выводы суда о том, что ответчик поставил истцу некачественный товар и истец обоснованно отказался от исполнения договора.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу доводы апеллянта отклонил, решение суда считает законным и обоснованным.

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции установил следующее: правоотношения сторон вытекают из договора поставки и регулируются нормами общей части и главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Из материалов дела судом установлено, что 30.01.2018 между АО «Рудник Александровский» и ООО «РМФ-Групп» (в настоящее время – ООО «АТФ») был заключён договор поставки №01-2018/7 от 30.01.2018.

В соответствии с положениями статьи 429.1 ГК РФ и пункта 1.3 указанного договора, он является рамочным (договором с открытыми условиями), определяющим общие условия обязательственных отношений сторон, которые подлежат конкретизации и уточнению в необходимых приложениях.

Приложением №1 от 30.01.2018 к договору №01-2018/7 стороны согласовали поставку истцом ответчику комплекта резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1. Установлен гарантийный срок на товар – 12 месяцев с даты запуска его в эксплуатацию.

Товар, поставленный ответчиком в соответствии с приложением №1, имел ненадлежащее качество.

Письмом №08/135 от 08.08.2018 ответчик уведомил истца о том, что его специалистами проведена работа по конструктивной доработке лифтеров.

Приложением №2 от 12.10.2018 к договору поставки стороны согласовали поставку комплекта резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1 (пр-ва Outotec). Товар должен был соответствовать требованиям ТУ 38.105.1861-88. Цена установлена в размере 14 514 000 руб.

Во исполнение приложения №2 к договору №01-2018/7 ответчиком в адрес истца направлен комплект резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1. Передача товара оформлена товарной накладной №5 от 12.03.2019.

11.03.2019 произведён монтаж комплекта.

В нарушение требований пункта 3.3 договора №01-2018/7 сертификаты соответствия на товар ответчиком истцу не предоставлены.

Согласно акту №03/107 монтажа комплекта резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1 производства «РМФ-Групп» от 10.03.2019, товар был поставлен некомплектным, отсутствовали шесть резино-металлических лифтеров.

29.03.2019 истцом от ответчика были получены недостающие шесть резино-металлических лифтеров.

14.05.2019 истцом осуществлён осмотр состояния футеровки, по его результатам ответчику отправлено письмо с указанием на намечающуюся тенденцию к разрушению лифтеров.

Ответным письмом от 13.06.2019 ответчик возложил на истца вину за преждевременное разрушение лифтеров.

Письмом от 19.06.2019 истец опровергает доводы ответчика и дополнительно прикладывает к нему акт осмотра мельницы от 18.06.2019, где зафиксирована ещё большая степень разрушения лифтеров. В данном письме истец ссылается на установленный приложением №2 к договору №01-2018/7 гарантийный срок на товар – 12 месяцев.

Ответчик в письме от 28.06.2019 уведомляет истца о своём решении изготовить для него компенсационную партию лифтеров. В этом письме ответчик не оспаривал наличие гарантийного срока на товар в 12 месяцев.

26.06.2019 истец производит замену первых четырёх вышедших из строя лифтеров. Замена производилась на бывшие в употреблении лифтеры, оставшиеся от первого комплекта. Наработка вышедших из строя лифтеров составила 2520 часов.

Письмом №08/371 от 05.08.2019 ответчик уведомляет истца об отгрузке компенсационной партии в составе: лифтер ремет ЛС.250.250.35.1000HQ – 8 шт.; лифтер ремет ЛС.250.250.35.1000ХМ – 6 шт.; лифтер ЛС.250.250.35.850 – 10 шт.; крепёж (болт футеровочный, шайба резиновая, шайба специальная, гайка) – 30 комплектов. В этом же письме ответчик обязуется изготовить компенсационную партию лифтеров и просит оплатить второй комплект.

Компенсационная партия лифтеров была получена истцом 17.08.2019 и установлена на барабан.

В тот же день был составлен акт осмотра от 17.08.2019, в котором фиксируется, что полученного количества лифтеров недостаточно, чтобы поменять все изношенные. Акт был отправлен в адрес ответчика.

Истец также произвёл частичную оплату товара. Платёжными поручениями №3083 от 19.08.2019, №234 от 29.01.2019, №4813 от 14.12.2018, №4427 от 15.11.2018 оплачено в общей сложности 13 419 000 руб.

После получения средств ответчик полностью отказывает истцу в гарантии.

Наработка компенсационной партии составила 1872 часа.

При оценке всех перечисленных фактов суд апелляционной инстанции исходит из следующего: в соответствии с пунктом 1 статьи 478 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, соответствующий условиям договора купли-продажи о комплектности.

Согласно пункту 1 статьи 479 ГК РФ, если договором купли-продажи предусмотрена обязанность продавца передать покупателю определённый набор товаров в комплекте (комплект товаров), обязательство считается исполненным с момента передачи всех товаров, включённых в комплект.

Под комплектностью следует понимать совокупность основного изделия и комплектующих его самостоятельных изделий, которые не входят в состав основного изделия, но образуют с ним единое целое, используемое по общему назначению. Комплектность товара – это наличие в нём всех необходимых составных частей (агрегатов, узлов, деталей и т.п.), используемых сообща в качестве единого целого. Комплектный товар представляет собой совокупность разнородных вещей, характеризуемых общностью их функционального назначения.

То есть в данном случае обязательство ответчика передать товар истцу может считаться исполненным лишь после того, как истцом был получен весь комплект резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1 полностью.

Как уже отмечено выше, последняя партия комплектующих по приложению №2 к договору №01-2018/7 поступила в адрес истца 17.08.2019.

При этом в силу пункта 1 статьи 469 ГК РФ и пункта 3.1 договора товар по качеству и комплектности должен соответствовать государственным стандартам, техническим условиям, техническим паспортам, сертификатам качества, собственным требованиям и другим документам и удостоверениям, выдаваемым изготовителем товара, а также иным требованиям, предъявляемым законодательством и обычаями делового оборота к данному виду товара.

В данном случае в ходе использования товара по назначению истцом было обнаружено его ненадлежащее качество.

Доводы ответчика о том, что надлежащее качество товара подтверждается фактом подписания истцом без замечаний товарных и товарно-транспортных накладных, являются несостоятельными. Данный товар имел такие недостатки, которые могли быть выявлены истцом только в процессе его эксплуатации. Выявить эти недостатки при приёмке товара путём его осмотра совершенно не представлялось возможным.

Исходя из позиции истца, недостатки поставленного ответчиком товара заключались в том, что в процессе эксплуатации комплекта резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1 происходил значительный преждевременный износ лифтеров, приводящий к выходу оборудования из строя.

Изучив действия сторон до заключения договора поставки и в ходе его заключения, суд установил: на техническом совещании, состоявшемся 19.12.2017, ответчик уверил истца в том, что изготавливаемый им резинометаллический комплект, в числе прочего, увеличивает срок эксплуатации барабанной футеровки на 12 месяцев (минимум), увеличивает срок работы лифтеров по сравнению с металлическими, увеличивает часовую производительность работы футеровки на 15-18%, снижает расход электрической энергии, исключает деформацию барабана.

Именно в связи с этим по результатам совещания истцом принято решение о заключении с ответчиком договора поставки резино-металлической футеровки.

То есть, заключая с ответчиком договор №01-2018/7, истец обоснованно рассчитывал на значительное увеличение ресурса барабанной футеровки. Однако в итоге недостатки поставленного ответчиком товара привели к обратному – к значительному преждевременному износу лифтеров и к простою оборудования, обусловленному необходимостью их замены.

Таким образом, качество поставленного ответчиком товара не соответствует условиям договора между сторонами и тем, характеристикам, на которые истец мог обоснованно рассчитывать при заключении договора.

Доводы ответчика о том, что наличие недостатков товара материалами дела не подтверждено, суд апелляционной инстанции отклоняет. С точки зрения заявителя жалобы, акты-рекламации истца не свидетельствуют о ненадлежащем качестве товара, а свидетельствуют об износе лифтеров. Однако как раз значительный и преждевременный износ лифтеров и является недостатком товара, который сводит до нуля его потребительскую ценность для истца. То есть, отрицая наличие недостатков товара, ответчик, тем самым, на самом деле подтверждает их существование.

Кроме того, как правильно отметил суд первой инстанции, заменяя преждевременно изношенные лифтеры по требованиям истца, ответчик фактически признаёт их ненадлежащее качество.

Следующий довод жалобы сводится к тому, что к возникновению преждевременного износа лифтеров могли привести дефекты барабана мельницы, которые были выявлены после демонтажа старой стальной футеровки перед монтажом резино-металлической, которые зафиксированы в акте 03/103 от 29.03.2018.

Суд апелляционной инстанции внимательно изучил указанный акт и установил следующее: действительно, в разделе 2 этого документа зафиксирован факт наличия некоторых повреждений барабана установки. Однако далее, в разделе 4, указано, что монтаж резино-металлической футеровки произведён под авторским надзором ответчика; футеровка легла строго по геометрическим размерам барабана мельницы; для крепления элементов футеровки были задействованы все крепёжные отверстия на барабане мельницы.

То есть никаких фатальных повреждений барабан не имел. В разделах акта «Выводы и заключения» и «Рекомендации» о невозможности его использования либо о том, что использование барабана мельницы по какой-то причине может привести к проблемам в эксплуатации резино-металлической футеровки, ничего не сказано.

Следовательно, авторским надзором самого ответчика недостатки барабана мельницы, способные привести к преждевременному износу его изделия, не выявлены.

Изучив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции: факт поставки ответчиком истцу товара ненадлежащего качества материалами дела полностью подтверждён.

В соответствии с пунктом 2 статьи 476 ГК РФ в отношении товара, на который предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за его недостатки, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

То есть в отношении товара, на который предоставлена гарантия качества, в случае предъявления претензии в течение гарантийного срока ответственность продавца за недостатки переданного товара презюмируется вне зависимости от обстоятельств их выявления. Учитывая изложенное, наличие условия о гарантии на товар имеет существенное значение при разрешении настоящего спора.

Как уже отмечено выше, договор №01-2018/7 является рамочным и условий о гарантиях качества товара не содержит. Однако в приложении №2 к нему указано, что на футеровочные изделия устанавливается гарантийный срок в течение 12 месяцев со дня ввода в эксплуатацию при соблюдении условий транспортирования, хранения и эксплуатации.

Ответчик настаивает на буквальном толковании приложения №2, в котором «футеровочными изделиями» поименованы только болт футеровочный, гайка, втулка центрирующая, шайба резиновая, шайба специальная и блок. На сам же товар, поименованный как «комплект резино-металлической футеровки на барабан мельницы МПСИ 6,7х3,1», гарантия 12 месяцев, с точки зрения ответчика, не распространяется.

Истец, в свою очередь, настаивает на том, что, исходя из существа правоотношений сторон, гарантия распространяется на весь товар, поставленный на основании приложения №2 к договору №01-2018/7.

Суд апелляционной инстанции при толковании условий приложения №2 к договору №01-2018/7 принимает во внимание следующее: согласно пункту 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, то должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в статье 1 ГК РФ, другими положениям ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учётом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учётом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

И так, по мнению ответчика, «футеровочными изделиями», на которые им предоставлена гарантия, являются только болт футеровочный, гайка, втулка центрирующая, шайба резиновая, шайба специальная и блок. Очевидно, что стороны не могли иметь в виду такое условие, поскольку оно противоречит здравому смыслу. Не вызывает сомнения тот факт, что предоставление гарантии на крепёж при отсутствии гарантии на основное изделие не представляет для покупателя никакого интереса.

В то же время 12-месячная гарантия на весь товар полностью коррелирует с доводами ответчика, прозвучавшими на техническом совещании, состоявшемся 19.12.2017, о том, что изготавливаемый им резинометаллический комплект, в числе прочего, увеличивает срок эксплуатации барабанной футеровки на 12 месяцев минимум.

Кроме того, суд не может не учитывать, что, во-первых, ответчик не оспаривает факт наличия 12-месячной гарантии на весь товар, поставленный по приложению №1 договору №01-2018/7.

Во-вторых, как отмечено выше, в письме от 19.06.2019 истец ссылается на установленный приложением №2 к договору №01-2018/7 гарантийный срок на весь товар – 12 месяцев. В ответном письме от 28.06.2019 заявитель жалобы не оспаривал наличие именно такого гарантийного срока.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу: предусмотренный приложением №2 к договору №01-2018/7 12-месячный гарантийный срок распространяется на весь товар, подлежащий поставке.

В данном случае, как отмечено выше, ответчик в полном объёме исполнил обязательства по поставке комплектного товара 17.08.2019. Претензия, согласно тексту которой истцом обнаружены существенные недостатки резино-металлической футеровки, заявлена 26.09.2019. Соответственно, истец выявил существенные недостатки товара в период действия гарантии.

При этом ответчик не доказал, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения истцом правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы. Следовательно, заявитель жалобы на основании пункта 2 статьи 476 ГК РФ отвечает за его недостатки перед истцом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, либо выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору, либо отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы.

Аналогично, согласно пункту 4.13 договора №01-2018/7 в случае существенного нарушения требований к качеству товара истец вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы.

Судом установлено, что истец в течение гарантийного срока неоднократно обращался к ответчику с требованием об устранении выявленных неисправностей и о замене товара ненадлежащего качества. И только после того, как ответчик полностью отказал ему в замене товара, сославшись на истечение срока гарантии, истец заявил об отказе от исполнения приложения №2 к договору №01-2018/7 и о возврате уплаченной по нему суммы.

Соответственно, действия истца полностью согласуются с положениями пункта 2 статьи 475 ГК РФ и пункта 4.13 договора №01-2018/7.

Довод заявителя жалобы о несоблюдении истцом предусмотренной законом процедуры расторжения договора судом апелляционной инстанции отклоняются, как не соответствующие действительности.

В силу пункта 10.3 договора все уведомления, сообщения, поручения, письма, претензии, акты и иная документация сторон подлежит направлению по реквизитам, отражённым в разделе 11 договора. В разделе 11 договора указан юридический адрес ответчика.

В материалы дела представлено направленное ответчику по юридическому адресу уведомление истца об отказе от исполнения приложения №2 от 12.10.2018 к договору поставки №01-2018/7 от 30.01.2018 с требованием возврата уплаченной за товар денежной суммы.

В соответствии с данными официального сайта Почты России 09.12.2019 состоялась неудачная попытка вручения и 10.01.2020 письмо выслано обратно отправителю, что соответствует Правилам оказания услуг почтовой связи, утверждённым приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 №234, и Порядку приёма и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений, утверждённому приказом ФГУП «Почта России» от 07.03.2019 №98-п.

Согласно положениям абзаца 2 пункта 3 статьи 54 ГК РФ юридическое лицо несёт риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресу, указанному в Едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по данному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в Едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу. Действуя добросовестно, ответчик должен был обеспечить получение почтовой корреспонденции по адресу, отражённому в Едином государственном реестре юридических лиц.

Таким образом, у суда первой инстанции имелись все основания для удовлетворения исковых требований, в связи с чем решение суда является в полной мере законным и обоснованным.

Руководствуясь статьями 268 – 271 АПК РФ, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Забайкальского края от 16 июля 2020 года по делу №А78-938/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение 2-х месяцев с даты принятия.

 

Председательствующий                                                         О.А. Куклин

 

Судьи                                                                                        Е.М. Бушуева

 

Е.Н. Скажутина