ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-36732/2020

25 апреля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     18 апреля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 апреля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Герасимовой Е.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:  

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 30.12.2021 (посредством веб-конференции),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-942/2023)  (заявление)  конкурсного управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.12.2022 по обособленному спору № А56-36732/2020/суб.1 (судья Осьминина Е.Л.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БетонКомплект» 

установил:

08.05.2020 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области общество с ограниченной ответственностью «Минерал-Неруд» (далее - ООО «Минерал-Неруд») обратилось с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «БетонКомплект» (далее – должник, ООО «БетонКомплект») несостоятельным (банкротом). 

08.05.2020 открытое акционерное общество «Сланцевский цементный завод «ЦЕСЛА» (далее – заявитель, ОАО «ЦЕСЛА») через информационную систему «Мой арбитр» также обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 19.05.2020 по делу № А56-36732/2020 заявление ООО «Минарал-Неруд» принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением арбитражного суда от 21.05.2020 заявление ОАО «Сланцевский цементный завод «ЦЕСЛА» принято в качестве заявления о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) должника, в связи с чем определено рассмотреть в течение пятнадцати дней с даты судебного заседания по проверке обоснованности требований первого заявителя, обратившегося в арбитражный суд. 

Определением арбитражного суда от 29.06.2020 производство по заявлению ООО «Минерал-Неруд» о признании должника несостоятельным (банкротом) прекращено.

Определением арбитражного суда от 30.06.2020 назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления ОАО «ЦЕСЛА». 

Решением арбитражного суда от 04.12.2020 (резолютивная часть оглашена 24.11.2020) заявление ОАО «ЦЕСЛА» признано обоснованным, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. 

Указанные сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 229 (6950) от 12.12.2020.

10.06.2021 в арбитражный через информационную систему «Мой арбитр» поступило заявление конкурсного управляющего основанное на положениях пунктов 1 и 2 статьи 9 и положениях подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 по обязательствам должника в размере 24 152 620,08 руб.

Определением арбитражного суда от 13.12.2021 (резолютивная часть оглашена 16.11.2021), ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2022 (резолютивная часть оглашена 23.03.2022) определение арбитражного суда от 13.12.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.06.2022 постановление апелляционного суда от 30.03.2022 и определение арбитражного суда от 13.12.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Возвращая дело на новое рассмотрение, судом кассационной инстанции указано, что судами первой и апелляционной инстанции не учтены, положения пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53). В этой связи, при новом рассмотрении следует установить все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассматриваемого обособленного спора, в частности, установить и дать оценку наличию обязанности руководителя должника по обращению в суд и неисполнении обязанности по передачи документации должника конкурсному управляющему, оценить представленные в материалы спора доказательства в их совокупности и принять по обособленному спору законный и обоснованный судебный акт, правильно применив нормы материального права и не допустив нарушения процессуального законодательства.

Распоряжением Заместителя председателя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.08.2022 дело № А56-36732/2020 передано в производство судьи Осьмининой Е.Л. в порядке статьи 18 АПК РФ, в связи с назначением судьи Серебровой А.Ю. на должность судьи Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Определением от 16.12.2022 (резолютивная часть объявлена 29.11.2022) Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в удовлетворении заявления отказал.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий указал, что ФИО2 с 26.05.2015 по дату открытия конкурсного производства являлся генеральным директором и единственным участником должника. При этом, с июля 2018 по декабрь 2019 гг. ООО «БетонКомплект» уже отвечало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Согласно бухгалтерскому балансу за 2018 г. (баланс сдан 31.12.2019 г.), сумма пассивов (кредиторская задолженность) составила 45 787 тыс. руб. и превышала сумму активов (запасы, дебиторская задолженность), которая составила 36 618 тыс. руб.

По мнению подателя жалобы, ФИО2 на момент сдачи бухгалтерского баланса в налоговую инспекцию обладал достаточными сведениями о неплатежеспособности Общества, но не предпринял мер по подачи заявления в арбитражный суд о признании ООО «БетонКомплект» банкротом. Также, как указал управляющий, ФИО2 не сдавал бухгалтерскую отчетность в налоговый орган за 2019 г., что само по себе является нарушением обязанности по надлежащему ведению бухгалтерского учета, свидетельствует о сокрытии бывшим руководителем должника информации об имущественном положении ООО «БетонКомплект» и является основанием для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Учитывая наличие технической возможности проведения судебного заседания в режиме онлайн, суд апелляционной инстанции в соответствии с положениями Постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации, Президиума Совета судей Российской Федерации от 29.04.2020 № 822, удовлетворил заявленное ФИО2 ходатайство.

В судебном заседании 18.04.2023 представитель ФИО2 против удовлетворения жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон N 127-ФЗ, Закон о банкротстве) установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ).

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона N 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ. Соответственно, если такие обстоятельства возникли ранее, то материальные нормы Закона о банкротстве подлежат применению в той редакции, когда они имели место быть.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них. Иное толкование положений Закона о банкротстве противоречит сути российского законодательства в целом, презумпцией которого является возможность привлечения к ответственности того или иного лица на основании действовавших во время совершения им каких-либо действий законов, и понимания указанным лицом, что в период их совершения имеются те или иные законные ограничения на их осуществление.

Как верно определил суд первой инстанции, при рассмотрении настоящего заявления применению подлежит глава III.2 Закона о банкротстве в актуальной редакции.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При этом возможность определять действия должника может достигаться, в том числе (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве): в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В частности, соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из указанного следует, что в соответствии с названными положениями Закона о банкротстве, Закона об ООО к субсидиарной ответственности может быть привлечен как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники) должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.

Как следует из материалов спора, ФИО2 с 26.05.2015 по дату открытия конкурсного производства являлся генеральным директором и единственным участником должника.

Таким образом, ФИО2 относится к контролирующим должника лицам, применительно к статье 61.10 Закона о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Конкурсный управляющий должника наделен законным правом на обращение в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности. 

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В пунктах 9 и 12 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены уже существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. 

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы. 

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; 

- момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Статьей 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность должника определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Таким образом, привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с необращением в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возможно только при доказанности конкурсным управляющим конкретной даты возникновения обязанности ФИО2 обратиться с соответствующим заявлением, наличия и размера возникших после истечения этого срока обязательств должника и до даты возбуждения дела о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

В обоснование своего заявления, а также в обоснование доводов апелляционной жалобы, конкурсный управляющий указывал, что с июля 2018 года ООО «БетонКомплект» перестало осуществлять расчеты с «ОАО "Сланцевский цементный завод "Цесла", ООО «Факел», ООО «ПК «Строительный продукт», ООО «Астра», ООО «Интерлизинг», ООО «Минерал-Неруд», ООО «БалтМонолитСтрой», ООО «КапСтрой Северо-Запад». Образовавшаяся задолженность перед кредиторами за период с июля 2018 года по декабрь 2019 года в общем размере 19 969 537,71 рублей. подтверждена вступившими в законную силу судебными актами и включена в реестр требований кредиторов Общества.

Также управляющий указал, что с июля 2018 по декабрь 2019 гг. ООО «БетонКомплект» уже отвечало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

По мнению конкурсного управляющего, бывший руководитель должника ФИО2 должен был исполнить обязанность по направлению заявления о признании должника банкротом в установленный статьей 9 Закона о банкротстве срок не позднее 31.03.2020. 

Заявление о признании Должника банкротом было подано в арбитражный суд 08.05.2020. Таким образом, ФИО2 может быть привлечён к ответственности только по обязательствам, возникшим только в период с 01.04.2020 по 07.05.2020 включительно. В материалах дела отсутствуют доказательство того, что в период с 01.04.2020 по 07.05.2020 бывший руководитель Должника принимал какие-либо обязательства перед третьими лицами.

В реестр требований кредиторов должника включены кредиторы, задолженность перед которыми сформировалась в более ранний период, в частности:

ОАО "Сланцевский цементный завод "Цесла" - задолженность сформировалась по состоянию на 06.08.2019 (дело № А56-117570/2019, решение суда от 11.02.2020);

ООО "БАЛТМОНОЛИТСТРОЙ" - задолженность сформировалась с 05.07.2016 по 05.12.2019 (дело № А56-130266/2019, решение суда от 25.02.2020);

ООО «Факел» - задолженность сформировалась с 01.10.2019 по 31.12.2019 (дело № А56-47499/2020, решение суда от 09.10.2020);

ООО «Интерлизинг» - задолженность сформировалась к 31.12.2019 (дело А56-22600/2020, решение суда от 08.10.2020);

ООО "Минерал-Неруд" - задолженность сформировалась за период с 09.09.2018 по 25.10.2018 (дело №А56-81374/2019, решение от 17.12.2019).

Согласно представленным ответчиком в материалы дела актам сверки с кредиторами, расчеты производились на протяжении всего 2019 года.

Дату объективного банкротства недопустимо приравнивать к дате, когда размер обязательств формально или на короткое время превысил объем активов. Факт разового и даже неоднократного превышения обязательств над активами может говорить о сезонности, временных сложностях в деятельности должника. Данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 ноября 2021 года по делу № А19-25993/2018). При этом объективное банкротство подразумевает именно стабильную неспособность должника удовлетворить требования кредиторов в будущем.

В определении от 29.03.2018 по делу № А12-18544/2015 Верховный суд РФ указал, что поиск момента перехода должника в стадию объективного банкротства в каждом случае осуществляется индивидуально, что предполагает широкие возможности для судебной дискреции. Возникновение обязанности руководителя по подаче заявления о банкротстве компании определяется моментом осознания таким руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. Таким образом, помимо объективных критериев, оценке также подлежит субъективное отношение лица к финансово-экономическому состоянию компании.

В заявлении кредитор или конкурсный управляющий должны точно определить момент возникновения признаков объективного банкротства, в противном случае суд откажет в удовлетворении требований.

При этом, апелляционная коллегия отмечает, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не свидетельствует о невозможности должника исполнить свои обязательства (постановление КС от 18.07.2003 № 14-П).

Помимо установления периода просрочки (и соответственно даты, когда руководители обязаны подать заявление) необходимо правильно определить размер обязательств, возникших в указанный период, учитывая, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве осуществляется арбитражным судом в интересах конкретных кредиторов должника.

Размер такой ответственности составляют денежные суммы (в размере требований соответствующих кредиторов), которые взыскиваются с контролирующего должника лица в пользу должника, но в интересах кредиторов, перечисленных в резолютивной части определения, с указанием очередности и суммы обязательств перед калсдым кредитором

Между тем, как справедливо отметил суд первой инстанции, конкурсным управляющим не учтено, что начисленные по кредитным договорам проценты и неустойка за просрочку платежей вытекают из обязательств, возникших до принятия судом заявления о признании должника банкротом, в связи с чем не подлежат учету при определении размера субсидиарной ответственности ФИО2

Проценты и неустойки (пени), начисленные за период с момента, когда у руководителя должника возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании возглавляемой организации банкротом до даты возбуждения дела о банкротстве, не являются новыми обязательствами должника, поскольку возникли в связи с заключением кредитных договоров.

Данный вывод суда согласуется с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.03.2018 № 307-ЭС18-956 по делу № А56-69421/2015.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В рассмотренном случае конкурсным управляющим не учтено, что кредиторы не были введены в заблуждение в отношении объема имевшихся у должника неисполненных обязательств, поскольку все обязательства последнего, включая уплату процентов и неустоек, начисленных за просрочку платежей, вытекают из ранее заключенных договоров с кредиторами. 

Таким образом, проценты и неустойка, рассчитанные за период с даты, когда у руководителя организации возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, не являются новыми обязательствами должника перед кредиторами и не могут быть учтены для определения размера субсидиарной ответственности руководителя на основании пунктов 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах арбитражный суд пришел к обоснованному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего в указанной части удовлетворению не подлежит.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного суда РФ "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" от 21.12.2017 N 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, в рассматриваемом случае именно конкурсный управляющий (лицо, заявляющее данное требование) обязан доказать невозможность пополнения конкурсной массы вследствие непередачи руководителем бухгалтерских документов и то, что надлежащее исполнение руководителем данной обязанности позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные средства.

Из представленной в материалы спора квитанция от 20.02.2021 об отправке документации в адрес конкурсного управляющего посредством курьерской службы «Деловые линии» (том дела 13, лист 28) следует, что ФИО2 направил в адрес конкурсного управляющего документацию должника (6 коробок весом более 20 килограммов).

При этом, конкурсным управляющим не отрицается, что 20.12.2020 часть документации должника от ФИО2 получена им по электронной почте.

Факт получения конкурсным управляющим документации должника от ФИО2 в значительном объеме подтверждается копией ответа конкурсного управляющего от 16.03.2021 на запрос, поступивший из Прокуратуры Санкт-Петербурга, по факту передачи бывшим директором должника документов. В указанном ответе конкурсный управляющий указал, что ФИО2 переданы документы в отношении должника, список и опись документов не представлена, 1 С бухгалтерия не передана, в связи с этим проверяется полнота переданных документов посредством их сличения и проверки, ввиду большого объема сверка будет проводиться до 31.03.2021.

Конкурсный управляющий реализовал обязанность по обжалованию подозрительных сделок должника посредством подачи соответствующих заявлений в арбитражный суд (в отношении контрагентов должника – общества с ограниченной ответственностью «Петербургская строительная компания» и «Петростройкомплект»), что подтверждается имеющимся в материалах обособленного спора отчетом конкурсного управляющего о результатах проведения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Однако в рамках настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ссылается на то, что документация должника передана ему не в полном объеме.

Между тем, в материалах спора отсутствуют документы, подтверждающие принятие каких-либо мер со стороны конкурсного управляющего, направленных на получение недостающих документов должника от ФИО2

Напротив, как верно установил суд, из материалов обособленного спора усматривается, что после 20.12.2020 конкурсный управляющий не обращался к ФИО2 с требованиями о передаче документации должника, сверка переданных и недостающих документов конкурсным управляющим не инициировалась.

Доказательства, позволяющие проверить и установить, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства в целом, материалы спора также не содержат.

Кроме того, конкурсным управляющим в материалы спора не представлено доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что в распоряжении ФИО2 находится иная документация должника, не позволившая сформировать конкурсную массу, которая до настоящего времени не переданы конкурсному управляющему.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не конкретизировал, какие именно документы не были ему переданы руководителем должника, а также не раскрыл как отсутствие документов повлияло на проведение процедуры банкротства. 

С учетом изложенного, исследовав представленные доказательства, арбитражный суд пришел к выводу, что конкурсным управляющим не приведено обоснованных доводов и в нарушение указанных выше норм не представлены доказательства, которые являются основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем, отказал в удовлетворении заявления.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.12.2022 по делу №  А56-36732/2020/суб.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

С.М. Кротов

 

Судьи

 

Е.А. Герасимова

 

 А.В. Радченко