АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А23-96/2021

г.Калуга

20 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15.09.2022

                  Постановление изготовлено в полном объеме  20.09.2022

 

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

Председательствующего

Андреева А.В.

Судей

Гнездовского С.Э. 

ФИО1

При участии в заседании:

 

от заявителя жалобы:

от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО2 – представитель (дов. от 29.03.2022);

не явились, извещены надлежаще.

рассмотрев в открытом судебном заседании использования систем видеоконференц-

связи при содействии Арбитражного суда Смоленской области кассационную жалобу

АО «АтомЭнергоСбыт» на определение Арбитражного суда Смоленской области от

26.01.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 

14.07.2022 по делу № А62-11419/2018,

 

УСТАНОВИЛ

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью "Печерское" (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Смоленской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, Администрацию Печерского сельского поселения, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве, в размере 19 743 103, 26 рублей, а также по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве, в размере 7 079 409,43 рублей 

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 26.01.2022 заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 вынесенное по спору определение оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ФИО3 обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты, в связи с несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права и нарушением норм процессуального права.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, заслушав представителя заявителя кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных актов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц общество с ограниченной ответственностью "Печерское" (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 26.09.2006, в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

Основной вид деятельности организации: управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе.

Генеральным директором Общества с 28.10.2010 до момента введения конкурсного производства являлся ФИО4.

Участниками Общества являются: Администрация Печерского сельского поселения с долей участия 20%, ФИО5 с долей участия 16%, ФИО6 с долей участия 16%, ФИО7 с долей участия 16%, ФИО8 с долей участия 16%, ФИО4 с долей участия 16%.

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 01.08.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью "Печерское"  введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 07.11.2019 года должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Ссылаясь на неподачу заявления о признании должника банкротом на основании п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководителем и учредителем должника в срок до 16.01.2018, а также на осуществление сделки по не продлению права аренды на газопотребляющее оборудование - котельную и иное имущество, что привело к банкротству предприятия, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Разрешая спор, арбитражные суды первой и апелляционной инстанций руководствовались ст.ст. 9, 61.10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в связи с невозможностью отнесения учредителей ООО "Печерское" к контролирующим должника лицам. При этом, по мнению судов, Администрация Печерского сельского поселения не принимала каких-либо обязательных для должника решений, приведших к банкротству общества, подобных сделок от его имени не осуществляла

Кроме того суды исходили из того, что доказательств, свидетельствующих о наличии у должника признаков недостаточности имущества или неплатежеспособности должника по состоянию на 16.12.2017, учитывая социально значимый характер деятельности должника, не представлено, как не представлено и доказательств наступления условий, при которых руководитель должника был обязан не позднее 16.01.2018 обратиться в суд с заявлением о признании ООО "Печерское" несостоятельным (банкротом).

По мнению суда кассационной инстанции, указанные выводы соответствуют установленным судами обстоятельствам и нормам права, регулирующим спорные отношения.

Так, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 названной статьи предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В пункте 3 постановления Пленума № 53 разъяснено общее правило, согласно которому необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, ответственность контролирующих должника лиц должника является гражданско-правовой, возложение на указанных лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 далее - ГК РФ), то есть при доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия ответчиков, а также причинно-следственной связь между вменяемыми ответчикам нарушениями и объективным банкротством организации-должника.

Суды двух инстанции, применив указанные нормы и разъяснения при разрешении спора, исходя из наличия в материалах дела доказательств, свидетельствующих о  длительном корпоративном конфликте, сделали вывод о том, что в качестве самостоятельных учредителей общества-должника ФИО4, Администрация Печерского сельского поселения, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 не являются субъектами субсидиарной ответственности, не обладают признаками контролирующих должника лиц, поскольку не имели возможность влиять на принимаемые должником решения и контролировать его деятельность.

В частности, как правильно отметили суды, на данное обстоятельство указывают ранее рассматривавшиеся в Арбитражном суде Смоленской области корпоративные споры участников общества (№№ А62-3144/2017, А62-6121/2017, А62-5728/2018), а также протоколы собраний участников общества.

Оснований не согласиться с указанным выводом у суда кассационной инстанции не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В обоснование вывода о необходимости привлечения ФИО4 (руководителя) к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве конкурсный управляющий указал на возникновение обязанности обратиться в суд с заявлением о признании возглавляемого Общества несостоятельным (банкротом) по истечении месячного срока с момента, когда обязательство по оплате 1 627 574,23 рубля за тепловую энергию не было исполнено, то есть с  16 декабря 2017 года.

Проанализировав и оценив в совокупности представленные доказательства и доводы участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанную конкурсным управляющим дату Общество обладало объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательств того, что должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества, а равно доказательств наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения руководителя юридического лица в суд с заявлением о признании должника банкротом.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений высшей судебной инстанции необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Вместе с тем, как указано выше, доказательств, свидетельствующих о наличии подобных обстоятельств в указанный конкурсным управляющим период, в материалы дела не представлено. Более того, суды исходили из того, что дата, в соответствии с п.2 ст. 9 Закона о банкротстве, когда руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом), установлена постановлением начальника МИФНС России № 6 по Смоленской области о назначении административного наказания № 70/14.3 от 08.10.2020, в соответствии с которым ФИО4 привлечен к административной ответственности по части 5 статьи 14.13 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Согласно названному постановлению сумма задолженности свыше 300 000 рублей образовалась у ООО "Печерское" с 23.01.2019. Указанное постановление было обжаловано в суд. Решением Смоленского районного суда от 09.11.2020 по делу № 12-183/2020, оставленному без изменений решением Смоленского областного суда от 13.01.2021 по делу № 21-20/2021, постановление начальника МИФНС России № 6 по Смоленской области от 08.10.2020 оставлено без изменений. При этом в обоих судебных актах исследовался вопрос о дате возникновения обязанности, по обращению в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Изложенное позволило судам прийти к заключению, что в указанный конкурсным управляющим период Общество не находилось в критическом финансовом положении, создающим угрозу нарушения прав и законных интересов кредиторов.

Судебные инстанции справедливо отметили, что обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, сами по себе не могут рассматриваться в качестве безусловного доказательства начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя в суд с заявлением о признании организации банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражают лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду.

При таких обстоятельствах судебные инстанции посчитали недоказанным, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица, вследствие чего пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании Общества банкротом.

Кроме того, оценивая довод конкурсного управляющего о не продлении права аренды на газопотребляющее оборудование - котельную и иное имущество, суды установили, что 03.03.2017 Советом депутатов Печерского сельского поселения Смоленского района Смоленской области было принято решение № 14 о предоставлении муниципальной преференции ООО "Печерское" в виде передачи в аренду муниципального имущества коммунального комплекса без проведения торгов на право заключения договора аренды сроком на три месяца с 01.03.2017 по 01.06.2017.

Передаточным актом от 01.03.2017 имущество передано должнику.

По истечении названного срока договор аренды не продлевался, в связи с чем, имущество было передано собственнику.

По отношению к указанным обстоятельствам, по мнению судов, Администрация с одной стороны, является органом публичного управления, созданным для решения вопросов местного значения, с другой стороны - участником гражданского оборота. При этом, Администрация не являлась ни руководителем должника, ни иным лицом, поименованным в пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Также Администрация не являлась лицом, извлекающим выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ., поскольку таких доказательств в материалы дела представлено не было.

В связи с изложенным, суды пришли к выводу о том, что указанное в заявлении имущество не находилось в собственности у должника, а было передано в аренду на срок 3 месяца, и возвращено по истечении срока аренды. Правовых оснований для удержания данного имущества у должника не имелось. В связи чем, данная сделка по возврату имущества не могла причинить убытки должнику, равно как и не является основанием для возникновения объективного банкротства должника.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий, и оценили в совокупности все обстоятельства по делу по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статей 66 - 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представленные конкурсным управляющим доказательства и приведенные им доводы суды учли в совокупности с прочими доказательствами и возражениями лиц, участвующих в деле.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку были предметом исследования и оценки судебных инстанций, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.287, ст.ст. 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Смоленской области от 26.01.2022 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 по делу № А62-11419/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                               А.В.Андреев

Судьи                                                                                                               С.Э.Гнездовский 

                                                                                                                          ФИО1